290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Условный приговор (СИ) » Текст книги (страница 3)
Условный приговор (СИ)
  • Текст добавлен: 27 ноября 2019, 08:00

Текст книги "Условный приговор (СИ)"


Автор книги: Autumn Leaves


Соавторы: Анна Альба



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

– Мы роботов используем только для погрузки, заправки, четверо на охране стоят… – сознался Аккеар.

Крыс хотел было сказать, что роботам на охране тогда и надо бы посылать запись с видеонаблюдения, но Алиса, разгадав его намерение, подтолкнула его под локоть. Ну конечно, если у них сейчас опять начнётся спор по поводу защиты станции, далеко расследование не уйдёт. К тому же с таким уровнем, как у этих угонщиков, вполне можно было бы так замаскировать саботаж записи, что и для робота всё казалось бы нормой.

***

При просмотре записей с дней возвращения обнаружилась точно такая же картина. Запись с внешних камер «замораживалась» и продолжалась только тогда, когда катер уже был возвращён. Ещё один шанс найти зацепку пропал – ни о каком вычислении траекторий не могло быть и речи.

На «Метеор» Алиса возвращалась неохотно, думая, что, может, стоило бы ещё поискать что-нибудь на камерах – хоть сама же и понимала, что после сегодняшнего пристального изучения искать там было уже нечего. Впрочем, оставалась ещё надежда на химический анализ – для верности Алиса взяла семь обломков с разных катеров.

– Как ты считаешь, это мог быть кто-то из Серой туманности? – спросила она у Крыса. Тот пожал плечами:

– Неизвестно. Хакеры высокого уровня у нас… в туманности, конечно, есть, если ты об этом спрашиваешь, но я не сомневаюсь, что они найдутся и в других местах Галактики. Если б тут были какие-то характерные признаки деятельности кого-нибудь из моих знакомых, я бы это уже заметил. Пока же ничего особенного не видно, и в теории виновником может быть кто угодно, вплоть до моей мамаши.

– А ты, извини за личный вопрос, действительно её сын, или это вроде почётного звания? – встревожилась Алиса. Если окажется, что за похищением катеров стоит пиратская королева, как эта дама себя величала, Милодар будет вправе отстранить Крыса от расследования под предлогом законов этики.

– Не знаю.

– В смысле? – оторопела Алиса. Она ожидала любого ответа, вплоть до «не лезла бы ты, Алисочка, не в своё дело», любого – кроме такого!

– В самом прямом, – сказал Крыс. – Она сама скорее гуманоид, но откуда-то взялась на Крокрысе, откуда именно – я не спрашивал. По крайней мере, в моём детстве она уже там была, меня долгое время вроде как воспитывала – может, это было просто потому, что я ей способным показался. Думаю, без ДНК-анализа точно ничего не выяснить.

Алиса не нашлась, что и сказать на подобное признание. Хотя Крыс произнёс его совершенно обычным тоном, без малейших признаков злобы или грусти, ей стало довольно совестно за такие расспросы, учитывая, что собственную семью она горячо любила и если и раздражалась на родственников, то только из-за чрезмерной опеки с их стороны.

Чтобы как-то замять тему, она направилась в кают-компанию и достала набор для химического анализа. Разумеется, до аппаратуры профессиональных химиков этот набор не дотягивал, но всё же с его помощью можно было получить достаточно точные данные – ведь далеко не всегда у агентов есть возможность и время обратиться в лабораторию.

Она исследовала каждый обломок по очереди, и на первый взгляд в них ничего особенного не нашлось. Никакой органики, никаких следов радиоактивных и ядовитых веществ или хотя бы какого-нибудь материала, которому в обшивке катера не место.

– Что и подтверждает то, о чём я сразу говорил – это мало похоже на обычные столкновения, – сказал Крыс. – Если бы они сталкивались друг с другом, обязательно что-нибудь бы расплавилось, а то и испарилось. А уж если бы они налетали на астероиды, во внешних оболочках вдобавок было бы полно мусора.

– Секундочку, это ещё не совсем точно, – покачала головой Алиса. – Может быть, у этих катеров есть какие-то особенности в обшивке, о которых мы и не знаем. Новые материалы, например, или ещё что-нибудь, – она посмотрела на передатчик. – Аккеар мне, как и обещал, прислал буклеты. Надо их посмотреть.

Однако и в буклетах не обнаружилось ничего, что могло бы пролить свет на странные повреждения катеров. Да, это была партия катеров новейшей модели, которую межпланетная компания «Тысяча горизонтов» запатентовала всего несколько месяцев назад, но от судов предыдущей модели они отличались мало, и отличия касались лишь операционной системы компьютеров и внутреннего дизайна кабины.

Алиса, впрочем, не сдалась:

– В буклетах ничего не написано – что ж, у компании есть ещё и сайт.

– Думаешь, они там в общем доступе подробно расписывают химический состав того, что выпускают? – скептически спросил Крыс, но Алиса уже открыла Космонет.

«Тысяча горизонтов», ведущая транспортная компания почти двух десятков секторов… Филиалы на Земле… на Марсе… на Фиксе… на Паталипутре… Новые выпуски – лайнеры класса А… класса Б… катера прогулочные… заправочные…

Раздел, посвящённый последнему выпуску заправщиков, фактически повторял то, что было в буклете. Но у него была ещё страница обсуждения, и Алиса, привыкшая исследовать всё досконально, открыла и её. К тому же страница была совсем маленькая – Крыс был прав, говоря, что заправочные катера мало кого интересуют.

– Любопытно, гляди-ка! – Алиса указала на вторую тему в обсуждениях. – В начале ноября один из таких же катеров разбился в шестнадцатом секторе во время эвакуации по пожарной тревоге. Повреждения слишком велики, сдан на слом. Пилот получил тяжёлые травмы. Это был совсем молодой практикант, вообще ни на чём больше флаера раньше не летавший, он – тут написано – не справился с управлением. Вроде всё ясно и чисто, но не слишком ли это красивое совпадение? Девятого ноября по земному счёту разбивается катер в одном секторе, а двадцатого то же самое начинает происходить с катерами той же модели в другом.

– То есть это не сейчас у нас отрабатывается какой-то грандиозный замысел, а нынешние похищения кто-то отрепетировал два месяца назад? – уточнил Крыс. – По-твоему, этот практикант может быть виноват?

– Он сам? Сомневаюсь. Ему мало того, что пришлось неделю в больнице пролежать, так ему потом ещё и полтора месяца отпуска дали из-за нервного потрясения. Собственно, знаешь что? Не лишним было бы с ним связаться. По крайней мере, это единственный пока что известный нам человек, который на этих катерах вообще летал.

– А разве во время эвакуации в шестнадцатом секторе больше никакие катера не были выведены из ангара?

Алиса сверилась с сайтом новостей, на который была ссылка в обсуждении:

– Нет, эвакуацию просто быстро свернули, там возгорание было крошечное. Этот практикант вряд ли нам сможет толком помочь, раз у него нет опыта полётов, но хоть что-то мы у него выясним.

– Давай тогда звонить будешь ты, а то, увидев меня, он может неправильно оценить ситуацию, – усмехнулся Крыс. – Я буду сидеть с другой стороны экрана, если что, попрошу тебя что-нибудь уточнить.

***

Сперва Алиса позвонила в Галактическую топливную компанию, узнать координаты пострадавшего практиканта – на новостных сайтах всё было указано очень кратко, в шестнадцатом секторе трепетно следили за правом на сохранение анонимности. У представителей компании она узнала, что практикант действительно к космическим полётам не имел ни малейшего отношения, он был студентом-химиком с небольшой планеты Миданея, и если бы его диссертация не была посвящена горючим веществам, его бы никто на заправочную станцию не отправил. И то это вышло почти случайно – его должны были послать на спутник его родной планеты, где активно добывали нефть, но из-за неувязки с какими-то бумагами перевели на станцию буквально в последний момент.

– Видишь? Я же говорю, не думаю, что он в чём-то замешан, – сказала Алиса. – Его и на станции-то не должно было быть. Неужели он смог бы подстроить самому себе бюрократическую путаницу? – на Земле за последние десятилетия «бумажки», «заявления» и «отчёты» большей частью отошли в область анекдотов и воспоминаний, но Алиса повидала достаточно планет, где бюрократия переживала самый свой расцвет, и хорошо представляла, как сложно бывает ей противостоять.

Когда она набрала присланный ей из топливной компании номер и увидела на экране самого Реони – так звали практиканта, – она окончательно утвердилась в своём мнении. Звонок застал его за опытами в лаборатории, и он растерянно моргал, пытаясь отвлечься от мира реакций и соединений – Алиса сразу вспомнила Аркашу Сапожкова. Сходство усиливалось тем, что миданейцы были гуманоидами, отличаясь от землян только величиной носов и редкостной прыгучестью, и Реони смахивал на Аркашу даже внешне.

– Здравствуйте, господин Реони, меня зовут Алиса Селезнёва, я из Интергалактической полиции…

Такие внезапные звонки ей не нравились, в частности, потому, что их не любили и те, кому она звонила. А кому приятно, когда его ни с того ни с сего вызывает полиция и начинает расспрашивать?

К счастью, Реони мыслями ещё оставался в работе и поэтому даже не слишком удивился. Он с готовностью подтвердил историю с катером:

– Да, на станции объявили эвакуацию, а я в это время был рядом с ангаром катеров. Я решил, что быстрее выйдет, если я вылечу на катере, чем если буду идти к аварийному выходу.

– Если можно и если вы помните, расскажите, пожалуйста, что произошло на катере после вылета? – осторожно спросила Алиса.

– В инструкции было сказано, что при эвакуации в космос надо отлететь на десять километров от станции и срочно звонить в спасательную службу… Я вылетел из ангара, всё было нормально, но как только катер начал набирать высоту, я, видимо, что-то перепутал, он начал тормозить вместо разгона… а дальше уже я пришёл в себя только в корабле скорой помощи.

– Расспроси поподробнее об этом торможении, – еле слышно сказал Крыс. Алиса лёгким кивком показала, что всё поняла, и снова обратилась к Реони:

– Простите, а вы не можете припомнить, как так получилось, что вы не смогли разогнаться? Двигатель отказал? Вы сами случайно нажали на тормоз?

– Я не могу сказать, – после напряжённого размышления ответил Реони. – Я на космических кораблях летаю только пассажиром, когда вообще летаю… Но вряд ли я нажал бы на тормоз, он был чуть в стороне. Дома я в основном пользуюсь пузырями… – он опять замялся, но Алисе и не нужно было объяснять:

– Всё ясно, я тоже на пузырях летаю с детства, там тормоз с основными педалями не перепутать при всём желании, если у вас, конечно, две ноги, а не больше. Подождите, Реони, тогда вы и с катером не могли ошибиться. Постарайтесь ещё раз. Вы слышали сигнал тревоги – такую громкую сирену?

– Нет.

– А красные огни на панели управления горели?

– Красные?.. Кажется, подождите, красные не горели – было что-то жёлтое. Или всё-таки красное?.. Нет, жёлтое всё-таки, жёлто-оранжевое… Понимаете, я не успел толком ничего разобрать, а катер уже стал падать.

– Ничего страшного, это уже очень важно, – не кривя душой, сказала Алиса. – Последний вопрос: что стало с самописцем катера?

– Мне сказали, что его забрали эксперты «Тысячи горизонтов».

– Отлично. Огромное вам спасибо, господин Реони, я не буду больше вам мешать.

Попрощавшись с миданейцем и дождавшись, пока экран отключится, Алиса поглядела на Крыса:

– Мне это кажется не слишком похожим на потерю управления.

– Ни сирены, ни красных ламп? Конечно, никакой потери здесь и близко не стояло, – согласился Крыс. – Современные автоматы реагируют на неё безошибочно.

– Да, мог бы не зажечься красный свет, могла бы не включиться сирена, но чтобы отказало и то, и другое одновременно…

– Почему только эти пускули из дорожной инспекции этого не выяснили?

– Сначала Реони вообще был без сознания, потом у него обнаружился стресс, он и сам считал, что не справился с управлением – что тут выяснять? А катер разбился в такие дребезги, что там ничего подозрительного высмотреть было нельзя.

========== Глава 5 ==========

– По-видимому, придётся мне самой попробовать вылететь на таком катере, – сказала Алиса.

– Ещё не хватало! – Крыс понял, к чему она клонила. – А если ты разобьёшься? Как мне потом доказывать, что это не я тебя нарочно отправил? Полечу я. Превращусь в кого-нибудь с приличной регенерацией…

Увидев, как замялась Алиса, он сообразил:

– Милодар не позволил пускать меня одного на космические корабли?

– Я ему говорила, но он…

– Да уж я догадываюсь, что это не твоя идея! Надо срочно ему позвонить. Ты же сама прочитала – этот миданеец неделю лечился! – при таком уровне медицины, какой был в Галактической Федерации, недельное лечение означало, что Реони переломал себе все кости и только чудом сохранил мозг.

Алиса сразу согласилась поговорить с комиссаром, а вот сам Милодар, когда они до него дозвонились, не слишком обрадовался.

– Какие у вас доказательства, что эти катера ломаются сами? – спросил он, когда Алиса рассказала ему о том, что им удалось узнать. – Тот студент, вы же мне и сказали, о космических судах не знает почти ничего, к тому же после стресса у него всё могло спутаться в голове. Вполне возможно, он действительно не справился с управлением.

– Комиссар, доказательств у нас никаких, но нам обоим не нравятся эти совпадения вокруг катеров «Тысячи горизонтов».

– А может, в нынешних угонах виноват кто-нибудь из Серой туманности? И некоторым хочется это скрыть и увести расследование в другую сторону? – прищурился Милодар. На это Крыс подчёркнуто спокойно сказал:

– Даже до того, как вы меня приняли на работу, я далеко не всегда тратил силы и время, чтобы вытащить тех наших людей, которые попадались с поличным. Сейчас мне от этого не было бы никакой пользы – чем дольше мы будем тянуть расследование, тем больше вы станете сомневаться, стоило ли отменять мой приговор.

– Допустим. А вот от готового к полёту катера вам польза будет.

– Комиссар, у этих заправщиков топлива в баках хорошо, если на два сектора хватит, и то если не разгоняться. Я при всём желании не смог бы сбежать на одном из них.

– Алиса, – решился наконец Милодар, – держи передатчик наготове, – он снова посмотрел на Крыса. – Если только вздумаешь выбраться дальше чем за десять километров от заправки, Алиса немедленно вызовет меня.

– Подождите, – сказала Алиса, – почему именно за десять?

– Потому что это максимальное расстояние, на которое мог улететь студент с Миданеи, так как в инструкции по эвакуации указано именно оно, – сказал комиссар. – Если после десяти километров ничего не случится, ваша идея о дефекте катеров затрещит по швам, – и он отключился, едва договорив.

***

Когда экран погас, Алиса подумала: если бы Крыс и Милодар не подозревали друг друга во всяческих тайных замыслах, они бы быстро нашли общий язык. Ещё бы им механика Зелёного в компанию, и были бы друзья навек вроде трёх капитанов… На этом месте ей пришлось прикусить щёки, чтобы не рассмеяться, и срочно вспомнить что-нибудь унылое (школьный учебник по физике).

По поводу задуманного эксперимента с Аккеаром удалось договориться неожиданно легко. Фиксианец готов был пожертвовать ещё одним катером, если это означало, что прекратятся исчезновения остальных. Правда, он настоял на том, чтобы в катере установили камеру, окружённую силовым полем, управляемым дистанционно, из отдела техобслуживания – чтобы убедиться, что Крыс не устроит аварию нарочно.

– Сказал бы я ему, как с такой камерой при желании можно справиться, – заметил Крыс по-русски, пока Аккеар и техники старательно настраивали поле. – Только не хочу просидеть на этом астероиде до скончания века. Отойди сейчас немножко, мне надо превратиться… – Алиса помнила, что ему для превращений нужно как можно больше свободного места; ей было ужасно интересно, зачем, но она пока что так и не собралась его расспросить.

Слишком поздно девушка сообразила, что надо было бы предупредить остальных – Аккеар-то уже видел превращения Крыса, а вот техники к этому зрелищу готовы не были, и при виде синеватого в белую полоску полипа-гидроида в человеческий рост некоторым из них стало явно нехорошо.

– Простите, пожалуйста, – смутилась Алиса. – Моему напарнику нужен подходящий облик на случай, если катер упадёт с большой высоты.

– А оно… он… управлять сможет? – спросил Аккеар.

– Это облик разумного существа с планеты Журт, – сказал полип на космолингве. Алиса тщетно попыталась высмотреть, чем, собственно, он говорил. – Они уже давно вышли в космос.

После того, как Крыс забрался в катер (на это потребовалось время, потому что мыслящие гидры двигались не сильно быстрее земных), а техники немного отошли от шока, дело пошло без дальнейших заминок.

Катер стартовал на слабой тяге. Автоматические люки ангара начали по очереди раздвигаться. В четырёх руках Аккеар держал планшет, на который проецировалось изображение с камеры – основному компьютеру у стойки регистрации уже никому доверять не хотелось.

Алиса тоже смотрела на его планшет, не забывая держать наготове передатчик (чтобы никто потом не мог сказать, что она не выполняла приказаний – сама она была уверена, что он не пригодится).

Облик полипа действительно не мешал Крысу вести катер – он отлично мог нажимать на все нужные кнопки и рычаги щупальцами. Камера была поставлена так удобно, что Алиса могла различить белые цифры высотомера. Километр… полтора… два… два с половиной…

Внезапно в кабине катера загорелись жёлтые лампы – как и рассказывал Реони. Жёлтые лампы означали неисправность двигателей, но, насколько Алиса могла видеть на экране бортового компьютера, двигатели были в полном порядке… И однако порядок был далеко не во всём. Цифры на высотомере менялись едва-едва, точно Крыс находился в вертолёте двадцатого века.

Не успела она всё это понять и обдумать, как высотомер резко мигнул и вспыхнул теперь уже красным (вот почему у Реони в памяти отложился жёлто-оранжевый свет!) – катер начал падать.

Хотя Алиса ожидала, что это произойдёт, и знала, что у гидр отличная регенерация, она не сдержала испуганного вскрика и вцепилась в одну из свободных рук Аккеара. Но пока она это делала, Крыс молниеносно набрал какую-то комбинацию на панели управления – и тут же он сам, кресло пилота и где-то треть кабины улетели куда-то вверх.

Ещё спустя пару секунд катер ударился об астероид, и, судя по хаосу, воцарившемуся на экране, его постигла судьба его предшественников.

– Катапультироваться без скафандра в такой жиденькой атмосфере? – воскликнул Аккеар. – Надеюсь, жители планеты Журт приспособлены к подобному экстриму.

– Гидры живучие, – стараясь, чтобы голос не подрагивал, сказала Алиса, припоминая, что на Фиксе аналога стрекающим животным не водится. В этот момент снова автоматически раздвинулись люки, и в ангар влетел космический журавль. Он опустился на пол и медленно превратился в Крыса.

– На будущее – я терпеть не могу превращаться в таком разреженном воздухе, – сказал он, глубоко дыша. – У вас вообще атмосфера откуда взялась?

– Небольшой генератор в пристройке станции, на всякий случай, – машинально ответил Аккеар. Алиса, видя, что серьёзных травм Крыс вроде бы не получил, не удержалась и сказала:

– Когда ты говорил о катапультировании в последний момент, я не думала, что ты тоже участвовал в таком развлечении. Как-то не вяжется это с твоим характером.

– Последний раз это было, сколько это там по земному счёту, лет двадцать назад. А мелкота в Серой туманности только этим и занимается. Когда-то я мог выпрыгнуть вообще за полсекунды до удара, – улыбнулся Крыс.

– Ничего себе детский аттракцион… – вырвалось у Алисы.

– Но в остатках возвращённых катеров кресла и всё прочее на месте, то есть оттуда никто не катапультировался… Впрочем, какое там «катапультировался», я не могу вообще понять, как их угоняли! – сказал Аккеар. – Если бы угонщики, как вот вы сейчас, разбивали бы их о наш астероид, мы бы это заметили! А обо что-то другое катера разбиваться не могли, раз, выходит, в них дефект и они не могут далеко улететь!

– Я начала обо всём этом думать, когда поговорила с Реони. Он сказал, что самописец катера забрали эксперты «Тысячи горизонтов», а не звёздно-транспортная инспекция.

– А мне сразу показалось непонятным, что повреждения снаружи и внутри друг с другом не стыкуются, – подхватил Крыс. – И теперь всё ясно – не разбивались эти скорлупки ни обо что. Их вывозили, а потом разбивали им внешнюю оболочку, с которой у них что-то явно не так.

– Да кто вывозил-то? – изумился фиксианец.

– «Тысяча горизонтов» или кто-то, ею нанятый, – вздохнула Алиса. – Другого объяснения просто быть не может. Катера эти могли бы спокойно простоять в ангарах до появления следующей модели, если бы не бедняга Реони. Эксперты выяснили, что катер разбился из-за какого-то брака в конструкции, а эту модель уже закупили и на вашей станции… Представляете, какой стыд для руководства «Горизонтов» – лучшая компания сектора выпустила такой кошмар? Вот они и не придумали ничего лучше, кроме как похищать катера и уродовать их обшивку до неузнаваемости.

– Но ведь это же легко вычислить… – начал Аккеар и осёкся. Катеров теперь осталось три штуки на весь ангар.

– Три бракованных катера, ну плюс ещё те, что в шестнадцатом секторе, не знаю, сколько их там – где доказательства, что дефект был у всей выпущенной партии? – хмыкнул Крыс. – А где доказательства, что «Горизонты» же виноваты и в угоне? Если у них есть хоть немножко мозгов, они будут с ясными глазами отрицать всё, что можно. Самое худшее, по-тихому достанется тем, кто отвечает непосредственно за конструкцию обшивки.

– Так, ну сначала давайте хотя бы посмотрим, что это за дефект такой, – Аккеар отложил планшет и включил передатчик. Через несколько минут в ангаре собрались, кажется, все сотрудники отдела техобслуживания.

***

Несомненным плюсом было то, что у него после долгого перерыва не совсем выветрились прежние рефлексы. Конечно, пришлось катапультироваться за целых шесть с лишним секунд до удара – но Крыс не был уверен, что, разбейся он об астероид, с ним станут возиться так же, как с этим хилым миданейцем.

Несомненным же минусом было то, что расследование зашло в добротный, прочный тупик. Конкретных улик против «Тысячи горизонтов» не было, особенно теперь, когда столько катеров оказалось расколочено. Кроме того, Крыс не сомневался, что угоном, естественно, занимались не сами сотрудники компании, а те, кто официально и связаны-то с ними не были. В Галактической Федерации было очень сложно подвести под суд даже находящихся в розыске преступников (Крыс неоднократно этим пользовался), не говоря уже об уважаемой транспортной компании.

Техники уже вырезали из каждого из катеров по куску обшивки.

– Интересно, что они там найдут? – сказала Алиса.

– Что бы они ни нашли, мне больше интересно, что мы потом будем делать. Предлагаешь мне лично приехать к директору этих «Горизонтов» и арестовать его?

Алиса рассмеялась:

– Нет, сомневаюсь, что это получится. Но мы что-нибудь придумаем.

– Если бы мы сейчас не работали в полиции, – высказался Крыс, – узнал бы я парочку гадких секретов о руководстве этой компании, и потом… Слушай, а нельзя воспользоваться машиной времени, чтобы найти улики?

– Машину времени можно использовать, только если подозреваемые сами на ней сбежали, ну ещё в отдельных случаях, если речь идёт вот прямо о судьбе планет или систем, – у Алисы по лицу пробежала тень.

– Тебе это приходилось делать? – спросил он. – В смысле, спасая планеты и системы?

– Да. Это была та ещё история, я тебе как-нибудь расскажу. Ты слышал о генерале Бесфе?

Имя Крысу было знакомо из… ну конечно, из слухов, ходивших по туманности, а потом с сайтов новостей.

– Я читал, что его поймали благодаря тебе, но подробностей не знаю.

– Ну вот и узнаешь. В общем, машина времени нам не поможет, и в «Горизонтах» это всем известно.

– Неужели это прямо чётко прописано в ваших… наших инструкциях?

– А ты их целиком не прочёл?

– Целиком? Они длиной в световой год!

– Так или иначе, по поводу машины времени всё прописано, без всякой двусмысленности… – Алиса вдруг замолкла. Её глаза блеснули. – Что там? – окликнула она техников.

– Официально ещё нужны окончательные анализы, но тут уже и без них понятно, – отозвался один из них. – В обшивке, буквально под самым внешним слоем, старый металл. Усталость просто катастрофическая, видно невооружённым глазом. Видимо, просто брали части старых кораблей.

– Прекрасно! – сказала Алиса. – Я сейчас же свяжусь с «Горизонтами». Прямо сейчас.

– Алиса Игоревна, подождите, наша лаборатория пришлёт результаты анализов… – сказал Аккеар, наблюдавший за техниками. Алиса остановилась, переминаясь с ноги на ногу на месте от нетерпения.

– Давайте я прослежу за вашими анализами, – сказал Крыс. – Алисочка, иди звони в «Тысячу горизонтов», потом только, если у тебя всё выйдет, обязательно расскажи, чем ты их проняла. Всё равно мне при звонке присутствовать не стоит, а здесь со мной вроде бы свыклись.

– Да ладно, я подожду, – тут же начала она сдавать позиции.

– Иди, мы так быстрее со всем справимся.

– Спасибо, – Алиса так обрадовалась, будто получила неведомо какой подарок. – Аккеар, я ещё зайду, когда мы окончательно разберёмся с «Горизонтами» и напишем отчёт, – она кивнула на прощание сотрудникам и торопливо направилась в сторону выхода со станции на «Метеор».

– Алиса Игоревна с таким энтузиазмом относится к работе, – с уважением сказал Аккеар.

– Особенно когда ей становится понятно, что происходит, – подтвердил Крыс. – Это здесь ещё дело оказалось относительно мирным, без всяких погонь и захватов.

– Гм, да, кстати, я хотел вам сказать – вы понимаете, почему мы, так сказать, видите ли… – начал Аккеар. Не выдержав, Крыс прервал этот поток сознания:

– Если вы о том, как вы меня сначала приняли – это было, разумеется, неприятно, но ожидаемо, – любопытно, с чего это вдруг Аккеар взялся прямо извиняться? Чисто из вежливости? Убедившись, что за все проведённые на станции часы Крыс никого не убил? А, нет, ясно. Его, должно быть, впечатлило катапультирование.

Крыс усмехнулся. Он никогда не думал, что развлечение времён очень ранней юности ему пригодится снова – да ещё и таким неожиданным образом.

***

– В связи со случившимся планируется полная смена руководства «Тысячи горизонтов». Покупатели спешно возвращают или сдают на переработку товар компании, и прогнозы для неё очень неблагоприятные… – бойко барабанил марсианский диктор с экрана компьютера. За неполный день, прошедший с отлёта «Метеора» с заправочной станции, четырнадцать человек из «Горизонтов» пришли в ИнтерГПол с коллективным признанием в изготовлении катеров из усталого металла и в сокрытии улик. Из-за того, что после первой аварии получил травмы Реони и (Крыс слушал это с особенным удовольствием, хотя его имя, чтобы не нервировать людей, пока не называлось) в ходе расследования мог пострадать агент полиции, им грозили реальные сроки.

– Алисочка, скажи наконец, как тебе удалось их расколоть, – сказал Крыс, убавив громкость. – Ты же не стала бы их шантажировать их грязными секретами. Даже если бы не была официальным агентом, правда?

– Естественно, не стала бы, – ответила Алиса. – Но ведь у нас же есть с собой обломки угнанных катеров, которые я брала для анализа, ведь так?

– Так, но они настолько искорёжены, что ни о какой усталости по ним ничего не докажешь.

– Сейчас – да, – загадочно сказала Алиса. – Но ты подал мне идею, когда спрашивал о чёткости инструкций. Видишь ли, о машине времени, как я говорила, в инструкциях расписано всё по пунктам… но ничего не сказано о временнóм экране, потому что таких штук пять на всю Галактику.

– О каком врéменном экране? – переспросил Крыс.

– Временнóм. Один такой у нас в МИВе хранится. Это с виду такая ткань, она натягивается над землёй, и под ней где-то метров на пять всё начинает откатываться назад во времени. У нас на биостанции однажды недоглядели, туда забрёл петух, превратился в цыплёнка, потом в яйцо, потом вообще исчез. Это тоже был тот ещё сумбур, за яйцом туда полез наш питекантроп, а я стала его вытаскивать. Помолодела, к счастью, на две недели, не больше.

– Очень в твоём духе, – сказал Крыс. У Алисы это была какая-то закономерность с редкими приборами: стоило её к ним подпустить, обязательно что-то происходило. – Получается, ты припугнула людей из «Горизонтов», что положишь обломки под этот экран?

– На самом деле я не уверена, дали бы мне в институте экран или нет, – призналась Алиса. – После той истории, боюсь, не дали бы. Или пришлось бы неведомо сколько выпрашивать. Но если инструкции ИнтерГПола в «Горизонтах» читали, то о злоключениях петухов и питекантропов не слышали, – весело заключила она. – Я никого не запугивала, я просто спокойно сказала директору «Горизонтов» по всей форме: улики у меня есть, если временнóй экран даст положительный результат – будет арест… Директор наверняка решил, что чистосердечное признание выгоднее.

Передатчик Алисы запищал. Она покосилась на экран и с виноватой улыбкой сказала:

– Мама с папой. Я пойду в кают-компанию?

– Давай. Я как раз тут яркость экрана подкорректирую…

Судя по обрывкам разговора, которые послышались затем из-за дверей, родителей Алисы завершённое расследование почти ни в чём не убедило («Да, мама, всё отлично, мы возвращаемся… Я здорова, я ведь даже на этих катерах не летала… Нет, конечно же, нет, и я же папе говорила – мы всё равно пользуемся автокухней…»).

Не успел Крыс закончить с настройками яркости, как на его передатчик тоже пришёл вызов, от Милодара.

– Мне уже звонил Аккеар и всё рассказал, – объявил комиссар. Крыс не знал, как на это реагировать и что имелось в виду под «всем». – Вижу, ещё одна безумная идея Алисы оказалась действенной.

– Вы имеете в виду моё помилование? – уточнил бывший пират.

– Именно его. Испытательный срок и всё прочее остаётся в силе, не думай, и самописцы я тоже прослушаю. Но вроде бы твоё поведение соответствовало всем правилам.

– Рад слышать, – Крыс понимал, что это самая высокая похвала от Милодара, на которую он пока что может претендовать.

========== Эпилог ==========

– Как приятно всё-таки возвращаться на Землю! – сказала Алиса, с наслаждением вдохнув холодный антарктический воздух. Они вернулись в середине дня, так что садиться пришлось по приборам – искрящийся на солнце снег слепил глаза так, что невозможно было выглянуть в иллюминатор.

Едва договорив, Алиса спохватилась:

– Подожди, а ты-то где будешь до следующего задания? – вряд ли её напарник испытывал тоску по Земле.

– Здесь же, в гостинице ИнтерГПола, – сказал Крыс. Гостиница действительно была, занимала два подземных этажа и обычно предназначалась для инопланетных агентов, которых вызывал зачем-нибудь Милодар.

– Милодар до такой степени тебе не доверяет? Он же столько раз нам повторял, что тебе нельзя сбегать, неужели он до сих пор думает, что…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю