Текст книги "Голодные игры. Наконец-то счастливо (СИ)"

Автор книги: Angel of night

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

В этом плане я как был дураком, так и оставался. Потом тебя стали мучить кошмары. Мне так нравилось тебя защищать. И сейчас нравится.

У нас с тобой столько воспоминаний. Да. К сожалению, плохих больше, чем хороших, но в этом нет нашей вины.

Я хочу быть рядом с тобой всю свою жизнь. Всегда.

И хотел задать тебе один очень важный вопрос.

Китнисс, любимая, ты выйдешь за меня?…»

Последние слова прозвучали уже вслух от Пита. Я просто потеряла дар речи и забыла обо всем на свете. Это так трогательно.

Я не могу подобрать слова. Не могу описать свои чувства. Из глаз текут слезы, а сердце бьется так, что кажется вот-вот выпрыгнет. Оно буквально кричит мне: “Скажи ему Да! Скажи ему Да! Скажи ему Да!” И я говорю Питу Мелларку, моему мальчику с хлебом, который спас мне жизнь: “Да”

Пит на радостях подхватывает меня на руки и кружит по комнате. Я смеюсь и радуюсь жизни, а такое бывает очень редко. Пит начинает меня целовать, и боюсь, если мы сейчас не остановимся, произойдет что-то особенное. И мы не останавливаемся.

Надо будет утром выпить таблетку. Как бы я не хотела ребенка, но страх остался.

Комментарий к Глава 11.

Торжественно клянусь, что как только начнутся каникулы, главы будут большие. А пока успеваю только так)

Надеюсь на ваши отзывы)

Спасибо за внимание)

Ваш Ангел)

========== Глава 12. ==========

Не знаю, откуда в нашем дистрикте взялась такая огромная змея, но по дороге в пекарню я наткнулась именно на неё. Судорожно вспоминаю, как спасти жизнь при встрече со змеёй. Кажется, не стоит шевелиться. Что ж, у меня это получается неплохо. Вокруг ни души. Странно. Последний раз такое было лишь после бомбёжки Дистрикта.

Решаю, что быстро убежать не такая уж и плохая идея, но в этот момент змея резко налетает на меня, сбивая с ног. Через секунду я не могу дышать из-за того, что она обвила мою шею. Предпринимаю попытку сбросить ее с себя, но тщетно. От этого дышать становится все тяжелее. Хочу закричать, но не могу, из горла вырывается лишь хрип. Отчаянно пытаюсь освободиться, но уже совсем не могу дышать. Сердце отбивает свои последние удары, а перед глазами постепенно темнеет.

– Китнисс! Дыши! – слышу громкий, отчаянный крик Пита, чувствую, как он трясёт меня за плечи. Я не могу вдохнуть. Как бы я не хотела жить, у меня не получается. Прости, Пит. Прощай, я любила тебя. – Китнисс! Не оставляй меня, прошу! Ну же, давай! – я вновь предпринимаю попытку вдохнуть. Не могу. Ещё тридцать секунд. Не больше. Я не хочу так рано умирать. Я должна жить. Хотя бы ради Пита.

Рывком открываю глаза и оказываюсь в спальне Пита. Жадно глотаю воздух. Не успеваю как следует насладиться вновь вернувшимся дыханием, как тут же оказываюсь в объятиях Пита. Все еще не могу отойти от только что случившегося. Я что чуть не умерла от собственного кошмара? И почему змея? Никогда их не боялась.

– Китнисс, ты не дышала! – восклицает Пит, оторвавшись от меня. Он проводит рукой по моим волосам, щекам. Кажется, что он не может поверить в то, что я выжила. Самой не очень верится. Я почти умерла.

– Все хорошо. – я сама особо не верю в то, что говорю, но, глядя на Пита, ничего другого я придумать не смогла. Он выглядел растрепанным, перепуганным. Не знаю, как он проснулся, ведь сегодня я не кричала. Не могла кричать.

Сейчас, спустя полчаса после моего пробуждения, я лежала в его объятиях и пыталась успокоить своё сердце, которое бешено колотилось. Было раннее утро, можно было поспать несколько часов, но после случившегося не особо хотелось. Мы с Питом молчали, но я чувствовала, что его сердце билось так же быстро, как и мое. Он чуть не потерял меня. Если бы сегодня я не вырвалась из рук смерти, то не знаю, что делал бы Пит. У него больше никого не осталось. Вся его семья погибла во время бомбежки. В этом, отчасти, виновата я.

Если бы меня не стало, сошёл бы он с ума? Не смог бы дальше жить или замкнулся в себе? А может быть нашел бы себе новую девушку и жил бы с ней счастливо? Не такую проблемную как я. С хорошим характером, без ночных кошмаров, с желанием родить ему кучу детишек. От таких мыслей неприятно защемило сердце, и я попыталась их выгнать из своей головы. Но у меня не получилось.

Наверное, в первые несколько дней он бы переживал, а потом понял, что без меня ему легче. Интересно, а кого бы он выбрал? Как скоро бы они поженились? Как скоро она родила бы ему ребенка? Представляю, как он обнимает другую девушку, более красивую, добрую и милую, чем я.

– Пит, – зову я. Если он спит, то вряд ли проснётся от моего тихого голоса.

– Тебе хуже? – сразу же встрепенулся Пит и беспокойно взглянул на меня. Я отрицательно мотнула головой. Хотя, да, мне плохо. Но не в плане моего дыхания. Мне больно думать о том, что у Пита, могла бы быть другая девушка. Да, Хеймитч бывает прав, когда говорит, что я его недостойна. Но все равно это мой Пит. Только мой.

– Ты бы смог полюбить другую, если бы я… – я запинаюсь, встречаясь с его хмурым взглядом. Так и не решаюсь продолжить, замираю в ожидании.

– Китнисс, не говори глупостей. – устало просит он и переворачивается так, что бы его лицо было точно напротив моего. – Знаешь, что я решил? – он не дожидается моего ответа – Ты переезжаешь ко мне.

Весь день мы проводим за собиранием вещей из моего дома и переносом их в дом Пита. Точнее, теперь уже в наш с Питом дом. Сначала, мы складываем все то, что мне может понадобиться в коробки, потом переносим их в наш дом. Точнее, переносит Пит. Сегодня, из-за случившегося ночью, он не разрешает мне брать в руки что-то тяжелее зубной щетки.

К вечеру мой переезд окончен. Мы заходим в гостиную, чтобы забрать магнитофон, который работал весь день, чтобы не было так скучно.

– Позвольте пригласить вас на вальс. – смеётся Пит и протягивает мне руку.

– Я никогда не умела танцевать. -говорю я, но все-таки кладу свою ладонь в его. Пит тут же притягивает меня к себе.

Через полчаса упорных объяснений Пита, я все-таки понимаю, что к чему. Наверное, я совсем тупая, раз так долго не могу понять такую простую вещь. Но потанцевав совсем чуть-чуть, нам надоедает просто кружиться по комнате, и мы начинаем буквально прыгать. Пит берет меня за талию, поднимает вверх и кружит. Я смеюсь.

Несмотря на беспокойную ночь, день удался.

Комментарий к Глава 12.

Надеюсь на ваши отзывы)

Спасибо за внимание)

Ваш Ангел)

========== Глава 13. ==========

Прошло около трех недель. Мы с Питом жили душа в душу. А Хеймитч все пророчил нам грандиозную ссору. По его словам в наших отношениях все слишком идеально. Ха! У него своих-то нет, вот и лезет в наши.

Утро выдалось не очень-то и добрым. Потому что день начался не с ласковых рук Пита, а с ванной комнаты. Знаете, паршивенько себя чувствуешь, когда рано утром тебя выворачивает наизнанку. Хорошо хоть Пита не разбудила. Спать мне больше не хотелось, и раз уж я встала так рано, хоть и не по своей воле, решила приготовить Питу завтрак. Но для начала надо выяснить причину обнимашек с белым другом.

Открываю холодильник и провожу взгляд с верхней полки к нижней. Мясо. Ну, точно! Пит же мне говорил, что на ночь это будет перебор, тем более, после того сколько всего я съела за ужином. Теперь со спокойной душой можно жить дальше. От переедания еще никто не умирал.

Я поставила полный чайник на плиту, но подумать над тем, что приготовить не успела. В комнату вошел Пит, сонно потягиваясь. Сейчас он выглядел довольно-таки забавно. Волосы слегка взъерошены, лицо заспанное. Невольно улыбнешься.

– Ты чего так рано встала? – обнимая меня, спрашивает он. – Джоанна приедет только в обед, – он целует меня в щеку и принимается за приготовление моих любимых булочек. Но сейчас я не очень хочу есть. Стоп. Джоанна?

– К нам приезжает Джоанна? – Пит кивнул, не отвлекаясь от своего дела. Класс! В этом доме я все узнаю последней. Интересно, почему мне никто не сообщил? Когда он там сказал? В обед? Скорее бы уже ее увидеть. Мы никогда не были с ней подругами, но все-таки я очень соскучилась по ней.

Полдня тянулись бесконечно долго. Я ходила по дому туда-сюда. При этом я так и не поела. Все время Пит готовил праздничный обед, в честь приезда Мейсон. А мне было совершенно нечего делать. Поэтому, когда в дверь позвонили, я буквально вскочила с дивана и побежала открывать.

Наконец все сели за обеденный стол. Мы с Питом сели рядом, а Джоанна напротив нас. Стол просто ломился от еды. Когда Пит успел столько всего сделать? Я положила себе в тарелку кучу еды. Надеюсь, мне не станет снова плохо.

Мы весело разговариваем, тему смерти старательно обходим. Никто и не думает говорить о революции или Играх. И, слава Богу. Неожиданно мне опять стало плохо.

– Я вернусь через минуту, – я постаралась говорить спокойно. И даже до лестницы дошла медленным шагом. Не хотела, чтобы Пит что-нибудь понял. Дальше я залетела в нашу спальню, оттуда в ванную. Вот я снова обнимаюсь с белым другом.

И тут в мою голову пришла бредовая мысль. А что если это не мясо? В жизни им не травилась. Тем более сама же принесла его из леса. Правда, приготовил его Пит, но он ведь тоже ел мясо, но ничего с ним не случилось. Сидит себе спокойненько, уплетает вкусности за обе щеки. Стоп. Я же не.… Вспоминаю утро, после того, как Пит сделал мне предложение. Таблетка! Вот я дура! Как я могла забыть про таблетку. Мне нужно мнение эксперта.

Наконец мне стало вроде лучше, и я смогла выйти из ванной.

– Джоанна, можно тебя на минутку, – я стояла наверху лестницы и мило улыбалась. Хотя, думаю, я выглядела немного болезненно.

Девушка пожала плечами, встала из-за стола и направилась ко мне. Я следила за реакцией Пита. Лишь бы за ней не пошел. Но тот послал мне воздушный поцелуй и вновь принялся за еду. Наконец Джоанна добралась до меня. Я, схватив ее за руку, потащила в свою комнату.

– Ну! – недовольно сказала она, после того, как мы с минуту тупо смотрели друг на друга.

– Ну… я… точнее не я… ну то есть… – промямлила я, не зная, как начать. – Короче, мне кажется, что я беременна, – выпалила я.

– Беременна! – завизжала Джоанна, и я поспешно закрыла ей рот рукой. Еще не хватало, чтобы Пит услышал. Но та ее убрала, сделавшись на секунду хмурой. Но через секунду на ее лице вновь была улыбка. Что-то мне не очень нравится ее выражение лица. – Надо сказать Питу! – довольно сказала она, и уж было пошла к двери.

– Стой! – она обернулась, вопросительно взглянув на меня. – Может я просто отравилась, – ну. Нельзя же все-таки исключать этот вариант. Может у меня просто аллергия на мясо… резко появилась.

– Да-да, – усмехнулась она. – После такого отравления, – девушка изобразила пальцами кавычки. – Через девять месяцев по дому бегают детки, – она сложила руки на груди. – Сомневаешься – сделай тест. Я подожду. – Точно! Как я могла забыть. Как-то Хеймитч зашел к нам во время того, как я целовалась с Питом. Конечно, наш ментор понял, что стоит уйти. Так мы подумали, что он просто домой ушел. Но нет! Этот алкоголик, спустя двадцать минут притащил мне тест на беременность со словами «Такими темпами, он скоро будет нужен». И что самое обидное, не ошибся. Ненавижу, когда Хеймитч прав.

Я нашла в тумбочке нужную коробку и направилась в ванну.

Комментарий к Глава 13.

НЕУЖЕЛИ Я ДОЖИЛА ДО КАНИКУЛ?

Ребятки! Я вас поздравляю! Желаю отоспаться и накушаться на четверть вперед)))

Никто не будет против, если я начну еще один фф по ГИ?

Надеюсь на ваши отзывы)

Спасибо за внимание)

Ваш Ангел)

========== Глава 14. ==========

– Я беременна, – сказала я, выходя из ванной. И очень, кстати, зря я это сделала. Надо сначала выйти, выглянуть за дверь, убедиться, что Пита нет поблизости. Случайность – не лучший способ сообщить будущему мужу о беременности.

– Беременна? – глаза Пита увеличились в два раза, как минимум. Ну почему нельзя было зайти на минуту позже? Когда я выходила из ванной и говорила, то, что говорила, я и не думала смотреть на дверь. А уставилась на тест. А Пит, наверное, волновался. Конечно. Позвала Джоанну на минутку, а торчим тут минут двадцать. Еще и перед этим ушла весьма странно.

– Ребят, вы бы видели лица друг друга! – заливаясь смехом, сказала Джоанна. Мы с Питом, как по команде, смирили ее убийственным взглядом. Но та все равно продолжала смеяться. – Ладно, ребят. Вы тут выясняйте отношения, а я погуляю где-нибудь, – и она ушла, что-то бубня себе под нос.

Дверь захлопнулась, Пит продолжал все так же пялиться в одну точку, а до меня только что дошло, что я беременна. У меня будет ребенок. Ребенок! Нет, нет, нет! Не хочу. Точнее хочу, но боюсь. А вдруг с ним случится что-то страшное? Тысячи «а вдруг» против одного «хочу»…

И самый главный страх, который появился только сейчас, когда я взглянула на Пита. Кажется, он не рад.

Я села на край кровати и всеми силами пыталась не заплакать. Кажется, Пит пришел в себя. Точнее, он перевел взгляд с ковра, на меня.

– Китнисс, – сказал он, обнимая меня. – Я не… – начал он, но я не хотела слушать то, что он скажет. Я прекрасно понимала, что он хочет мне сказать.

– Не рад. Понимаю, – прошептала я, отстраняясь от него. Я смотрела на Пита, но старалась не смотреть в его глаза. Сначала Пит секунду оставался неподвижен. Потом сорвался с места и начал расхаживать по комнате туда-сюда. Кажется, я разозлила его. Но чем? Наконец он остановился и присел на пол, посмотрев мне в глаза.

– Китнисс! Что значит не рад? Я не мог представить, что мне так повезет! Я думал, ты никогда не родишь мне деток, – его глаза излучали тепло и радость. Они поглощали всю злость. Да, слишком плохо я думаю о Пите. И, правда. Как я могла подумать, что Пит, мой мальчик с хлебом, может быть не рад детям? Да у него же сейчас глаза светятся ярче солнца. – А ты сама рада? – с нотками недоверия спросил он.

Я кивнула. На глаза наворачивались слезы. Я вспомнила, как держала малышку на руках во сне, как мы бегали по Луговине. Я поняла, что все это будет на самом деле и все страхи куда-то улетучились, осталось лишь сильное желание воспитывать вместе с Питом нашего ребенка.

Прошло еще несколько недель. Пит по утрам преподавал в художественной школе, которую недавно построили в нашем дистрикте. Он учил совсем маленьких деток, которым было около семи-восьми лет. Я пару раз приходила на урок. Стыдно признавать, но эти дети рисуют лучше, чем я сейчас.

Как-то днем я сидела на кухне, читала книгу и поедала печенье. Когда моя рука не нащупала очередную вкусность, я подняла глаза от книги и стала оглядываться в поисках еще какой-нибудь еды. Но нашла кое-что интересней. Окно. На пороге стоял Пит и разговаривал с какой-то молоденькой девушкой. В мою сторону эти двое даже не смотрели, зато мне их было отлично видно. Эта швабра что-то говорила, а Пит смеялся. Так, значит, Мелларк? Что же она ему там щебечет? Я тихо приоткрыла окно, чтобы это выяснить.

– … в Капитолий? Конечно, поеду! А ты? – спросил он свою собеседницу. Что? В Капитолий? Даже так? То есть он решил бросить беременную меня и свалить с этой…? – Билеты куплены, вещи собраны. Осталось только сесть в поезд, – он улыбнулся. Так и захотелось врезать ему в глаз. А той швабре волосы выдрать.

Ладно, Мелларк, хочешь уехать, вали. Что он там сказал? Вещи собраны? Отлично! Пусть валит прямо сейчас! Я поднялась по лестнице, забежала в нашу спальню и распахнула шкаф. Как я и думала, на вешалках висели только мои вещи. Перевожу взгляд вниз. Чемодан Пита. Открыв его, вижу, что все вещи Пита тут. Сверху лежит билет… нет… их два. Во мне закипает злость. Он что хочет меня бросить? Но он не может так поступить! Это же Пит. Он меня любит. Или любил?

Хотя, почему не может? С его стороны это было бы честно. Сколько раз я причиняла ему боль? А теперь он, наверное, решил мне отомстить. Сделал ребенка и ноги в руки.

Кое-как дотащила чемодан до коридора. Дверь открылась, и домой зашел счастливый Пит.

– Привет, любимая, – он хотел подойти ко мне, но споткнулся о чемодан. – Это еще что? – он вопросительно взглянул на меня.

– В Капитолий, значит, собрался? С этой, – я кивнула на дверь, как будто та швабра еще стояла где-то там. – Бери свои вещи и вали отсюда куда хочешь! – Пит попытался что-то возразить, но я вручила ему в руки чемодан.

– Китнисс, ты не так поняла! У меня с ней ничего нет, – повторил он уже который раз. Пит стоял за порогом с чемоданом в руках. Я ему не верю. Хотела бы поверить, но не могу. Хотя, причин не верить Питу у меня нет. Он мне никогда не врал.

– Уходи, – больше я ничего не могу сказать. Пит закрывает дверь. А я оседаю на пол. Мне остается только плакать, а что я еще могу? Я потеряла Пита. Навсегда. Что теперь будет?..

Комментарий к Глава 14.

Эту главу я посвящаю Лаурке.

Лаур! Хотела, чтобы он уехал? Пожалуйста)

Люди, которые это читают! Жду ваших отзывов)

Спасибо за внимание)

Ваш Ангел)

========== Глава 15. ==========

Я не знаю, сколько сидела на полу возле двери. Может, пятнадцать минут, может час, а может быть и больше. Все это время я непрерывно плакала. Как он мог меня предать?

– Ну, ты и дура, – в дом заходит Хеймитч, а за ним Джоанна, которая остановилась на неопределенное время, в моем бывшем доме. А вдруг Пит у Хеймитча? Точнее, конечно! Пит у него! Ведь, если бы Пит не заходил к нашему, ментору, то тот бы не знал о том, что я дура. Ну, не говорил бы так.

– Пит у тебя, да? – я тут же вскакиваю и подлетаю к Хеймитчу, который по-хозяйски ставил чайник на плиту. Джоанна села за стол и со спокойнейшим выражением лица стала есть печенье.

– Нет, но он тебе кое-что просил передать, – ментор достал из кармана конверт. Я хотела его взять, но тут же письмо поднялось выше. Он что, издевается? Судя по его довольной ухмылке – да. Я сделала обиженный вид и, сложив руки на груди, села за стол спиной к ментору. Джоанна хихикнула, а ментор все-таки отдал конверт. – Только, прошу, не хнычь! – с сарказмом сказал он. Я хотела в него что-нибудь швырнуть, но он знает, где Пит, так что пока не стоит.

Трясущимися руками я кое-как смогла открыть конверт. Оттуда выпали листик и второй билет на поезд до Капитолия. Я развернула листик и принялась читать.

«Дорогая Китнисс,

я не знаю, чего ты там себе придумала. Та девушка, с которой я разговаривал – моя коллега. А в Капитолий мы собирались, чтобы посетить лекцию по педагогике. Мы с ней работаем в одной школе. Ничего больше.

Второй билет был для тебя. Я хотел, чтобы мы поехали вместе. Лекция только один день, а мы бы с тобой погуляли. Я понимаю, что тебе будет неприятно вспоминать те времена, но говорят, там многое изменилось. Капитолий больше не похож на то, каким он был тогда.

Еще, в Капитолии у меня есть одно важное дело, поэтому я все-таки уехал. Прости.

Береги себя и нашего малыша. Целую и тебя, и его (а может, и ее) Люблю вас ♥

P.s. Если ты хочешь поехать со мной в Капитолий, то еще не поздно»

Я вновь взглянула на конверт, и мое сердце забилось в несколько раз чаще. Еще не поздно. Я еду в Капитолий. С Питом. Поезд через полчаса. Если пойду прямо сейчас, то успею. Не сказав ни слова, я взяла билет встала из-за стола и направилась к двери. Но Хеймитч тут же перехватил мое запястье.

– Солнышко, а ты куда? – недовольно спросил он. Я как можно короче изложила свой план. – Ты в зеркало давно смотрелась? – выслушав мой рассказ, с усмешкой спросил Хеймитч. Я взглянула в зеркало, которое висело за спиной у ментора, и ужаснулась. На голове гнездо, лицо красное от слез, а на мне надет старый, растянутый свитер, который был до жути удобный. Но так меня вряд ли пустят в поезд. – И вообще! – продолжил Хеймитч. – Дай парню отдохнуть от тебя, – я подняла на него вопросительный взгляд. Что значит отдохнуть? – Да ты вспомни, как вела себя всю последнюю неделю. Даже мне было слышно, как ты истерику устроила из-за того, что он испек булочки не с сыром, а с яблоком.

Вот тут он прав. Я вновь опустилась на стул и, недолго думая, заплакала от жалости к себе. Ну, почему я вечно такая… не такая, в общем. Вечно веду себя не так. И кому я нужна?..

POV Пит

Я стоял около двери с чемоданом. Четыре дня назад Китнисс выставила меня за дверь, и теперь я не знал, что сейчас будет. Просто накричит или схватится за сковородку. Надеюсь, она прочитала письмо и все поняла, иначе мне не жить.

Весенний дождь стучал по крышам, а я все так же стоял возле двери. По куртке стекали огромные капли.

Я повернул ручку и увидел весьма странную картину. Китнисс, лежавшая на диване, увидев меня, вскочила и… обняла меня. Я был почти уверен, что она меня стукнет. Выглядела она странно. Под глазами синяки, заметно похудела. Может, снова болеет? Да нет, она холодная. Скорее, ледяная. Температуры нет, но это меня, скорее, напугало. Я вообще сомневаюсь, что такая холодная кожа это нормально.

Но больше всего меня удивил Хеймитч. Он был трезвый и пил обычный чай. И вид у него был такой… задумчивый.

Теперь, во что бы то ни стало, я решил выяснить, что случилось. А тут явно что-то случилось.

Комментарий к Глава 15.

Люди, которые это читают! Жду ваших отзывов)

Спасибо за внимание)

Ваш Ангел)

========== Глава 16. ==========

Китнисс устроилась у меня на коленях, как это было до моего отъезда. Каждый вечер мы после ужина шли в гостиную. Я садился, а Китнисс клала голову на мои колени. Я читал ей до тех пор, пока она не уснет, а еще укрывал пледом, который лежал возле подушки, на другом конце дивана. Еще немного почитав для себя, я относил ее в спальню, принимал душ и ложился рядом. Китнисс сквозь сон придвигалась ко мне, и так мы засыпали. Ни одни кошмар не смел помешать ее сладкому сну. А в очень редкие моменты, когда страшные сны все-таки мешали спать, я будил Китнисс, и мы вместе прогоняли его. Вместе.

Сейчас все было иначе. Она не просила меня ей читать. Просто быть рядом. И почему-то умоляла не бросать ее, а потом и вовсе заплакала. Ее плечи до сих пор вздрагивали, а я осторожно гладил ее по холодной коже. Пледом тут не обошлось, мне пришлось достать одеяло, которое мы убрали, когда стало тепло.

Я ждал, пока Китнисс заснет, чтобы разузнать у Хеймитча что случилось. Атмосфера была, мягко говоря, напряженная. Меня раздражал звук ложки бьющейся о стакан Хеймитча. Наверное, это уже пятая чашка чая. И это только при мне. Неизвестно сколько их было до того, как я зашел. Хорошо хоть не алкоголь.

Наконец Китнисс уснула. Я как можно аккуратнее переложил ее голову на подушку, поцеловал в щеку и поправил одеяло, которое немного сползло на пол.

Взял чистую чашку и налил себе кофе, которое ненавидел всей душой, но, что-то мне подсказывает, что поспать мне сегодня не удастся.

– И что тут произошло? – я сел напротив Хеймитча и посмотрел ему в глаза. Они, оказывается, не такие пустые, как можно подумать.

– Выкидыш, – одно слово, которое заставило мое сердце остановиться на секунду, потом биться с удвоенной силой. Я не хочу в это верить. Китнисс… Бедная Китнисс. Я вновь посмотрел на нее. Интересно сколько раз она спала с тех пор, как узнала, а про еду я вообще молчу. Думаю, что в ее рту не было и крошки. Это я виноват.

– Не в тебе дело, – сказал Хеймитч, допивая очередную чашку. То ли он мысли читает, то ли я вслух рассуждаю. Я поднимаю на Хеймитча вопросительный взгляд. – Ну, да. Сначала, она нервничала из-за твоей поездки. Потом решила, что ничего страшного и села смотреть телевизор, а там крутили фильм «Несчастные влюбленные из Дитсрикта-12». Не лучшие моменты ваших отношений, не находишь? – горько усмехнулся Хеймитч. – Потом еще с Джоанной из-за чего-то кричали. А на следующий день… Ладно, раз уж ты вернулся, я к себе пойду. Скучно тут у вас, даже выпить нечего, – он махнул рукой, с тоской в глазах взглянул на Китнисс. Наверное, ему не терпелось понянчить деток. А может, просто жалко Китнисс. Не знаю, что на уме у трезвого Хеймитча. Пьяным понять его гораздо легче.

Хлопнула входная дверь, вместе с тем проснулась Китнисс. Ну, Хеймитч! Не мог тише закрыть? Знает же, что тут люди спят. Я тут же подошел к дивану и обнял девушку. Интересно, а кто это был мальчик или девочка? На кого бы был похож внешне, характером? Темноволосый, как Китнисс или светленький? А глазки серые или голубые? Умел бы он рисовать или охотиться? А, может, что-нибудь еще? Но этого нам не узнать никогда.

Через несколько минут Китнисс попросила воды, и через минуту я протянул ей стакан с прозрачной жидкостью.

POV Китнисс

Якобы случайно роняю стакан. Осколки со звоном разлетаются по комнате. Пит судорожно их собирает, приговаривая что-то вроде: «Все хорошо. С кем не бывает».

Он расстроен. Очень. И виновата в этом я и только. Пока Пит ушел за веником, незаметно беру самый большой и острый осколок. Благо, рукава моего свитера длинные, и я спокойно могу взять его так, чтобы его было не видно.

– Пит, я пойду наверх, ладно? – прошу я, вставая с кровати и отодвигая одеяло в сторону. Он кивает и помогает мне дойти до лестницы, следя, чтобы я не наступила на осколки. Потом говорю, что вполне могу дойти до комнаты сама. Пит нехотя отходит от меня и продолжает подметать.

Залетаю в ванную, кладу осколок на раковину. Теперь у меня примерно полчаса. Я успею сделать то, что хочу, а вот спасти меня не успеют.

Как я могла потерять малыша Пита? В голове всплывают строчки из его письма: «Береги себя и нашего малыша». А я не смогла. И он меня возненавидит и бросит. Я лишила его радости быть отцом, смотреть на то, как наш ребенок растет.

Да. Это большая ответственность. Но ведь плюсов гораздо больше, чем минусов. Это я поняла слишком поздно, когда потеряла самое ценное, что у меня появилось.

Я бы еще долго размышляла о том, что я ужасная дура и только и умею, что все портить, но в дверь забарабанили.

– Китнисс, – Пит. Я не отвечаю. Быстро закатываю рукава своего свитера. Очень тяжело это делать трясущимися руками, но я справилась. – Китнисс, все хорошо? – надо ответь, но я не могу вымолвить и слова. Беру в руки осколок. Руки дрожат еще сильнее, а сердце отбивает бешеный ритм. Подношу осколок к вене на запястье. – Китнисс! – дверь открывается и влетает Пит.

Еще один миллиметр. Главное надавить посильнее. Но я не успеваю. Доля секунды и он уже сзади. Его сильные руки, крепко сжимают мои запястья, а я, плохо соображая, что происходит, пытаюсь вырваться. Одним ловким движением он выбивает осколок из моих рук, и он летит в другой конец ванны.

Пит разворачивает меня к себе лицом. Я думала, что он сейчас меня обнимет, но я ошиблась…

Комментарий к Глава 16.

Люди, которые это читают! Жду ваших отзывов)

Спасибо за внимание)

Ваш Ангел)

========== Глава 17. ==========

– Ты о чем думала вообще? – его руки до боли вцепились в мои плечи. Я смотрю в голубые глаза. Не злого переродка, жаждущего моей скорейшей смерти, а глаза разъяренного Пита. – Ты понимаешь, что могла умереть? Ты о себе не думаешь, подумай о маме, Хеймитче, обо мне, в конце концов! Думаешь, мы так легко переживем твою смерть?

Руки Пита перемещаются на мои запястья и переворачивают их венами вверх. Он осматривает каждый миллиметр моей кожи, проверяя, не успела ли я порезаться.

А я все так же смотрю в его глаза. Я вот-вот расплачусь. Пит на меня никогда не кричал. Никогда его руки так грубо не трясли меня за плечи. Никогда в его глазах не видела столько злости по отношению ко мне, за исключением того времени, когда он был под влиянием охмора. Но это не в счет. Там не было его вины.

– Иди в комнату, я вернусь через пять минут, – он, наконец, отпускает мои запястья. – Надеюсь, за это время ты не сделаешь какую-нибудь глупость, – я поспешно вышла из ванны лишь для того, чтобы Пит не увидел набежавшие слезы.

– Не плачь, – шепчу я себе под нос и сажусь на край кровати. Сильно зажмуриваюсь и открываю глаза. Смахиваю слезы с щек и вновь зажмуриваюсь. Раз. Два. Три. Пит просто волнуется. Сейчас он ляжет рядом, и вновь будет нормально разговаривать со мной. Открываю глаза и ложусь на свою половину. Сворачиваюсь калачиком и закрываю глаза.

Кажется, прошла секунда, прежде чем я вновь открыла их, но оказалось намного больше. Свет выключен, а я лежу в объятиях Пита, который перебирает мои волосы. Устраиваюсь поуютнее в его объятиях и хочу вновь заснуть.

– Прости, – тихо шепчет он. – Я просто боюсь тебя потерять, – Пит целует меня в макушку. И вот тут я осознаю, что чуть не наделала.

Я эгоистка. Жуткая эгоистка. Мама бы вряд ли пережила смерть своей второй дочери. Тем более суицид. Хеймитч столько сделал, чтобы спасти меня на Аренах. Да, и не только. Для нас с Питом он стал членом семьи. А Пит? Он же с пяти лет из-за меня страдает. Еще и на этих Аренах глупо получилось. Я его столько обманывала.… Какого это, любить человека, который влюблен в тебя лишь для камер? И теперь, когда мы наконец-то вместе, он бы потерял меня.

– И ты, – от всех этим мыслей слезы сами собой потекли из глаз. Я сильнее прижалась к Питу и постаралась заснуть.

Он и Хеймитч после приезда из Капитолия столько всего для меня сделали. Пит, с которым я разговаривать начала только незадолго до игр, стал таким родным, что жизнь без него казалось чем-то диким и неправильным. А Хеймитч, который изначально меня жутко отталкивал запахом перегара, заменил, как бы это дико не звучало, и маму, и папу. Ведь моя мама уехала в другой дистрикт, забыв о том, что я тоже ее дочь, о том, что обо мне надо заботиться. Которая даже не поздравила меня с днем рождения.

Наконец-то я проснулась выспавшейся. Я не спала, наверное, два дня. В первую ночь после того, как потеряла малыша, мне снились жуткие кошмары, а Пита, который помогал бы мне с ними справиться, рядом не было. Хеймитч пытался успокоить меня словами, а Джоанна давала какие-то таблетки. Но руки Пита – единственное, что могло помочь.

И проснулась я жутко голодная. Не ела я, кстати, тоже около двух дней. Кусок в горло не лез. Я не чувствовала ничего, кроме тоски, грусти и чувства вины.

Но сегодня ночью я решила, что буду жить дальше. Я буду вечно грустить по неродившемуся ребенку, но надо жить дальше. Хотя бы ради моих родных.

– Доброе утро, – произнес Пит и, на секунду оторвавшись от плиты, чмокнул меня в щеку. Я села за стол и, наконец, принялась за еду.

Пит сел рядом и что-то достал из кармана. Кольцо.

– Китнисс, я как-то, знаешь, тогда не подумал об обручальном кольце, – начал он и, кажется, я теперь поняла, зачем он ездил в Капитолий. У нас в дистрикте хоть и есть ювелиры, но такое они не делают.

Пит нежно взял мою правую руку и надел кольцо. Я дождалась, пока он отпустит, и оттянула ладонь ближе к себе.

– Китнисс, ты передумала? – я отрицательно мотнула головой.

– Просто, – я немного задумалась. Как мне его не обидеть? – Я все еще хочу стать твоей женой, просто давай отложим все это на потом. Мне сейчас не до этого, прошу, пойми, – Пит выглядел расстроенным, но изо всех сил старался сделать вид, что это не так.