355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Andrien Istin » Харассмент в сине-голубых тонах (СИ) » Текст книги (страница 1)
Харассмент в сине-голубых тонах (СИ)
  • Текст добавлен: 24 февраля 2019, 23:30

Текст книги "Харассмент в сине-голубых тонах (СИ)"


Автор книги: Andrien Istin


Жанры:

   

Слеш

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

========== Часть 1 ==========

КОНСТАНТИН.

Первый рабочий день с новым начальником. Посмотрим, что за человек. Сумеет ли заменить нашего Александра Николаевича, что был отцом родным для нас. Завоюет ли авторитет в коллективе. Да и вообще, насколько он хорош, как руководитель. Я в этом заинтересован лично. Ведь, когда его заберут наверх, я встану на его место. Я умею делать карьеру. Иду строевым шагом чётко вверх по карьерной лестнице. Не споткнусь и не упаду. Я, как компьютер, рассчитываю всё. Да, расчётливый карьерист. Что в этом плохого? У меня всё расписано. Какую должность буду занимать через полтора года. Кем стану через три года. Когда возглавлю очень перспективный филиал за рубежом. Всё рассчитано и расписано. Сбоев быть не должно. Я всё для этого сделаю. Всё произойдёт чётко в своё время.

Нас собрали в зале для совещаний. Он сидел во главе солидного стола из полированного темного дуба. Внушительная фигура, широченные плечи, квадратная челюсть. Что же, я доволен. Это мужик сможет провести наш корабль по мутным водам современного бизнеса и не посадить на мель.

Вячеслав Александрович низким зычным голосом представился и потребовал, чтобы мы по очереди представлялись ему. Мне это тоже понравилось. Строгость держит в тонусе подчинённых. А то наш Александр Николаевич был слишком лоялен к нам, а дам так вообще баловал. Они, конечно, обожали его. Теперь огорчаются, видимо, новое начальство всех будет держать в железном кулаке, вне зависимости от пола.

ВЯЧЕСЛАВ.

Новый коллектив. Ничего, все достаточно молодые, но уже опытные и неглупые. Сработаемся. А мой зам, правая рука, вообще подарок. Прекрасный послужной список, великолепное образование, языки. Но самое главное, редкой красоты мужчина. Как раз в моём вкусе. Блондин, холодный, как Снежная Королева, с такими голубыми глазами, что я чуть не упал, когда его увидел. К тому же фигура, стройный, высокий, но не тоненький, наоборот, достаточно мужественный. То, что я люблю. Правильные черты лица, красивые руки, одет со вкусом. Прямо идеальный. Моё. Уже хочу его. Но надо действовать с умом. По-моему, он натурал. Не среагировал на меня. Наша братия течёт сразу, а он даже не взглянул.

Просто смотрел, как на новое лицо, тем более руководитель пришёл, как не смотреть.

Надо думать, как зацепить его. Чем? Может, есть в анамнезе косяки? Рыльце в пушку? С прежним, возможно, дела мутные крутили. А может, он карьерист, за повышение душу продаст? Так, надо смотреть. Дело внимательно изучить. Может, ему кто-то протекцию оказывает? О семье узнать всё. Слишком красив, грех такого упускать. Надо моему предшественнику позвонить, на предмет благонадёжности зама поинтересоваться. Может, чего любопытного скажет. К людям ключик найдёшь, так всё выложат.

========== Часть 2 ==========

ВЯЧЕСЛАВ.

Ну, что, позвонил я Александру Николаевичу, развёл его грамотно на разговор, он мне и выложил всю подноготную моего красавца.

Красавец-то, оказывается, не промах, высоко метит. Ну, что же, высокий уровень притязаний – это очень хорошо. На этом можно сыграть. Вообще, когда много хочешь, хотя бы что-то получишь, а если мало хочешь – ничего не получишь. Так, что он молоток. Такие мне нравятся.

– Человек-компьютер, профессионал высокого класса, на него можно всегда положиться, всё сделает наилучшим образом, великолепный аналитик, – и это ещё не весь перечень качеств прекрасного Константина, прозвучавший из уст его бывшего руководителя.

Что же, я очень доволен, ведь попасть туда, куда он метит, он может только с моего места. А чтобы попасть на моё место, ему надо хорошо себя показать мне. От меня теперь зависит, займёт он моё место после моего ухода или останется на прежней позиции, кусая губы от досады. Это просто великолепно! Какое прекрасное чувство, когда человек от тебя зависит! Уж я-то использую это по полной программе. С утра и начну массированную нежную атаку.

КОНСТАНТИН.

Новый шеф сразу показал зубы. Все бегали с утра. Прежнего расслабона, как не было. Меня вызвал к себе, посадил за стол, сел рядом и давай по всем документам гонять. А меня чего гонять, у меня всегда всё в идеальном порядке. Я же не за красивые глаза зам. Кажется, он остался доволен. По плечу меня похлопал. Приобнял даже. Кто бы мог подумать. Такой суровый вроде мужик. Странно, что он контактный какой-то. Сидел, коленями касался. Я к такому как-то не привык. А он даже внимания не обращает, трётся.

ВЯЧЕСЛАВ.

Не я ли молодец?! Не я ли удалец?! Добрый молодец! Посидел с ним в тесном контакте. Он ничего, не шарахнулся. Значит, ничего не подозревает. Конечно, чуть отодвигал коленки, но я сделал вид, что всецело поглощён работой, что даже ничего не замечаю. Он потом тоже расслабился. Ну, долго тянуть я не смогу. Разводить эти шуры-муры, конфетно-букетный роман, держаться за ручки. Нет, мне и так уже невтерпёж. Но натурала тоже так сразу не возьмёшь за рога, проще говоря, не трахнешь. Морально подготовить надо к такой крамольной для них мысли. Поэтому, не откладывая яйца в ящик, надо ставить мою Снежную Королеву перед фактом. Либо она греет мою постель, либо дует губки на прежней должности. Никаких повышений в случае отказа ей не светит. А коли ласкова будет с Вячеславом Александровичем, то карьеру хорошую через постельку сделает. Пусть выбирает Снегурочка. Дам ей времени три дня, как в сказках. Пусть думает.

КОНСТАНТИН.

Сегодня шеф снова со мной. Точнее, я у него. Он настоял, чтобы я ввёл его в курс дела. Я сидел за его компьютером и открывал файл за файлом. Он стискивал мне плечо, читая с монитора, склонившись ниже, чем следовало бы. Мужики так близко не соприкасаются друг с другом. Его щека едва не задела мою, когда он выпрямлялся.

– Хорошо, Константин Сергеевич, дальше, – он обнял меня за плечи.

Скосив глаза, я посмотрел на его руку, лежащую на моём плече. Холёная рука, но сильная. Без волос на фалангах, длинные крепкие пальцы. Такой, если возьмёт за горло, не отпустит.

Мне стало не по себе. Не привык как-то, чтобы меня мужик обнимал. Он может просто тактильный, ему нормально, а мне некомфортно.

Руки он так и не убрал. Разговаривая, он похлопывал меня по плечам, по груди, тискал, будто я медвежонок какой. Надо же насколько тактильный. И не подумаешь никогда с его суровой физиономией. Он ещё общительный, оказывается. Болтал почём зря. О футболе, о хоккее, программировании, новых автомобилях, о предстоящей бизнес-выставке. Болтал и тискал. Странный какой-то. То ли пытается сойти за рубаху-парня, то ли ведёт какую-то мутную игру. Я скорее поверю во второе, чем в первое. С такой брутальной физиономией какой может быть рубаха-парень?

========== Часть 3 ==========

КОНСТАНТИН.

То, что произошло сегодня, в голове не укладывается.

Вызвал он меня к себе, усадил за стол, сам сел рядом и начал. Такое сказал, что у меня волосы зашевелились. Я действительно почувствовал.

Начал он издалека.

– Константин Сергеевич, я знаю, что вы после моего очередного повышения рассчитываете занять моё кресло. – и смотрит на меня.

– Да, – говорю, – это так. Думаю, ничего предосудительного в этом нет. Плох тот солдат, что не мечтает стать генералом, – а сам думаю, могло ли моё желание занять его место после его ухода задеть его. Да, кажется, нет. Каким образом? Я ведь не пытаюсь сместить его. Он уйдёт на повышение. Кресло будет свободно. И его займёт достойный.

– Конечно, конечно, совершенно с вами согласен. – кивает он, – Да только, вы ведь знаете, чтобы стать руководителем компании, вы должны хорошо себя зарекомендовать.

– Да, разумеется, – отвечаю, – в этом я проблемы не вижу. Я уверен в своём профессионализме.

– Константин Сергеевич, вы должны хорошо зарекомендовать себя передо мной, – как-то вкрадчиво объясняет он мне. Странно. Мутно что-то. Что за игру он ведёт? Нет, я понимаю, любой руководитель ожидает лояльности от сотрудников, а от своего зама тем более. Но что он имеет в виду? От рядовых сотрудников обычно требуют в качестве доказательства лояльности быть соглядатаем, сообщать обо всём, проще говоря, стучать. Чего он ожидает от меня? Вести с ним дела нечистые? Отмывать деньги? А что? Это как раз вполне вероятно. В случае прокола я остаюсь виноватым и отправляюсь в места не столь отдалённые. Тогда уже точно никакого повышения мне не светит. Нет, такой вариант мне не подходит. Это слишком большой риск и перевешивает все потенциальные выгоды.

– Я смею надеяться, что мы с вами сработаемся, – я вежливо улыбаюсь. Так, вот сейчас надо быть очень осторожным. Чтобы, как говорится, и пешку съесть и в дамки сесть, и не промахнуться. Сейчас он озвучит, чего хочет, какую аферу предлагает. Надо очень аккуратно лавировать.

– О, я в этом не сомневаюсь, Константин Сергеевич! – он откидывается в кресле, – Относительно работы, – он выделяет это слово, – обязательно сработаемся! Но, – многозначительная пауза с поднятой бровью, сейчас будет озвучено, на какие нечистые дела он хочет меня сподвигнуть, готовься, Константин Сергеевич, – мне этого мало.

Он смотрит на меня, лукаво немного, с интересом, словно любуется произведённым эффектом. Но мы тоже не лыком шиты. Я сижу с совершенно невозмутимой физиономией, ну, ну, давай, рожай скорей, чем меня удивишь, послушаю.

– Я весь внимание, – вежливо говорю.

– Я хочу, чтобы вы, Константин Сергеевич, были со мной ласковы.

Я едва не рассмеялся. Усилием воли удержал лицо. Интересно, как это ласковы? Как странно звучит. Двусмысленно. Можно понять, как хочешь. Интересно. Если мужик мужику говорит, что хочет, чтобы тот был ласков, то что он имеет в виду? Что хочет этим сказать? Если женщине такое говорят, то это понятно. А если мужчине? Неужели… Да нет, не может быть! С такой рожей вряд ли. Тогда что?

Он не заставил меня долго мучиться сомнениями.

– Вы меня понимаете, Константин Сергеевич? – и опять это лукавое выражение на лице, словно издевается над дурачком.

– Боюсь, что нет, Вячеслав Александрович, – я честно сказал. К чему ходить вокруг да около, пусть говорит прямо. Я не ясновидящий, мыслей читать не умею. Я просто хороший аналитик. Но анализ тоже даёт сбой, если ситуация не поддаётся логике.

– Ладно, не буду вас больше мучить, – он улыбнулся.

Ну, думаю, давай уже, хватит околичностей.

– Когда женщине мужчина предлагает быть с ним ласковой, – он словно мои недавние мысли озвучивает, – то сомнений в смысле его слов не возникает. Верно?

Я киваю согласно.

– А когда мужчина предлагает мужчине быть с ним ласковым, – да он будто мои мысли считал, – то что он хочет этим сказать? – опять эта поднятая бровь и тон “играю, как кошка с мышкой”.

– Не знаю, Вячеслав Александрович, из меня плохая гадалка, – отвечаю.

– А хочет сказать он этим, милейший Константин Сергеевич, ровно то же самое. – припечатал так припечатал.

Я сидел в ступоре. Не понял, он что хочет, чтобы я завёл с ним интрижку? Он, что, из “этих”? Никогда бы не подумал! Вот не было печали!

– Вижу, теперь вы всё поняли, Константин Сергеевич! – смеётся.

А мне вот совсем не смешно. Чего, чего, а такого никак не ожидал. Ожидал чего угодно, подставы по работе, слив информации, отмывание капитала, даже какие-то частные дела вне работы, но не такое! В голове не укладывается! Вот в чём причина его странного поведения, всех этих объятий, прикосновений, тискания. Нормальные мужики так себя не ведут. Какой нормальный мужик будет чуть ли не лицом к лицу тереться, как он это делал?

Я, конечно, разумный человек и не задаюсь глупым вопросом, почему я. Я объективно оцениваю свою внешность, знаю, что красивый. Ещё мой школьный друг Вася говорил мне, – Да за твой еблет смазливый бабы что хочешь сделают. Но до сих пор мою красоту как раз и замечали только дамы. Уж чем, чем, но женским вниманием я обделён не был. Женщины, даже если видят кольцо, всё равно считают возможным строить глазки, кокетничать. Но чтобы мужики, нет, никогда такого не было! Может, мне просто везло до сих пор?

– Мы взрослые люди, – смех затих, улыбка пропала, максимально серьёзный деловой человек, да только говорить будет этот деловой человек не о делах вовсе, точнее, о делах, но о постельных, – не будем танцевать балет, а сразу перейдём к сути, – да уж, чего там.

Он сделал совершенно непроницаемое железобетонное лицо, будто на переговорах и продолжил жёстким тоном, словно речь идёт о переделе собственности, – Константин Сергеевич, я хочу, чтобы вы стали моим любовником, – вот тебе, бабушка, и Юрьев день, дождался снега на голову.

И смотрит мне в глаза. Я жду, чего ещё скажет интересного.

– Что скажете? – это он мне.

– В противном случае?

– В противном случае повышения не будет. – отрезал он, – Можете даже не сомневаться, – да я понял, не сомневаюсь даже.

– Я понял, – отвечаю.

– Ну, так что?

– А то, что я женатый семейный человек, да и, в конце концов, мужчина с гетеросексуальной ориентацией, роли не играет?

– Никакой абсолютно. Это ваши проблемы. Ваш брак, семья, ориентация – ваши проблемы, не мои. – куда исчезли лукавство, игривый тон, передо мной жёсткий деловой человек.

– И каковы ваши условия, Вячеслав Александрович? – спрашиваю. А куда деваться? Человек загоняет в угол, надо хотя бы выторговать что-то.

– Условия просты, Константин Сергеевич. Вы становитесь моим любовником. Я всячески поддерживаю вас в ваших карьерных устремлениях, чтобы вы с гарантией заняли кресло руководителя после моего повышения через полтора года. Потом, будучи на должности заместителя в головной компании, я забираю вас к себе и, соответственно, через три года мы едем возглавлять один из крупнейших филиалов в Европе. Либо Гамбург, либо Мадрид.

– Вы руководитель, я заместитель?

– Верно, но потом у меня свои планы, а вы остаётесь на должности руководителя филиала.

– Таким образом, через пять лет я возглавляю наш европейский филиал?

– Да, именно так, Константин Сергеевич, вы хорошо умеете считать, – ни тени улыбки, – А теперь перейдём к частностям. Мы встречаемся в моей квартире, как минимум три раза в неделю. Подчёркиваю, как минимум, чтобы потом не возникало недоразумений. Встречаемся после окончания рабочего дня. Один выходной вы остаётесь у меня ночевать. Чтобы с утра можно было не спешить, поваляться в постели, – тут подобие улыбки промелькнуло у него, – Это можно варьировать. Например, в пятницу после работы остаётесь со мной, либо приезжаете в субботу и соответственно остаётесь на ночь.

– А столь интенсивные занятия сексом не навредят моему здоровью с непривычки? – мне действительно было интересно.

– Я не собираюсь эксплуатировать ваше тело, я не беру вас в сексуальное рабство. В конце концов, я буду максимально осторожен и нежен, ведь я заинтересован, чтобы мой любовник был здоров и бодр.

– И всегда готов к соитию? – я не удержался.

Он посмотрел с некоторой укоризной.

– Константин Сергеевич, я беру вас не как секс-машину, не как робота для сексуальных утех. Мне нужен, нет, не так, вы мне нужны, именно вы, как любовник. Понимаете? Любовник, не только для секса. Любовник – это не бесплатная проститутка для твоего личного безраздельного пользования. Может быть, я в этом покажусь вам несколько старомодным, но я хочу, чтобы мы были парой. Да, я знаю, что вы женатый мужчина, именно поэтому я не требую переехать ко мне. Но встречаться мы должны, как пара. Понимаете? Душевное единение тоже должно присутствовать. Не только позанимались сексом и разбежались. Мы должны стать парой, один в которой женат на женщине. Это может показаться сложным, но только на первый взгляд. Я буду хорошим любовником, внимательным, нежным, и хорошим партнёром. От вас требуется соответствовать. Первое время вам будет, возможно, непривычно, не совсем комфортно, но я сделаю всё, чтобы поддержать вас. Что касается, скажем так, технического оснащения, то всё за мой счёт. Вам не нужно будет беспокоиться об этом. Смазки, мази, свечи, презервативы, кремы, лекарства, если понадобятся вам, это полностью моя забота. От вас требуется лишь подготовиться – вы понимаете, о чём я – либо дома, если вы оттуда приезжаете ко мне, либо у меня. Ну, и, конечно, вы должны сами решить проблему с вашей супругой, семьёй, чтобы нам ничего не мешало проводить время вместе.

Он замолчал и смотрел на меня.

– Вы уже продумали и предусмотрели всё, – что ещё я мог сказать.

– Константин Сергеевич, я понимаю, вам, как мужчине-гетеросексуалу, сложно сразу принять такое. Но должен признать, удар держите хорошо. Я даю вам три дня на размышления, раздумья и анализ. Через три дня утром вы приходите ко мне в кабинет, садитесь в это же кресло и говорите свой ответ. Да-да, нет-нет. Полумер я не терплю.

– Я всё понял. Могу быть свободным?

– Да, Константин Сергеевич, не смею вас более задерживать.

========== Часть 4 ==========

ВЯЧЕСЛАВ.

Я доволен. И собой, и им. Он молоток. Настоящий мужик. Никаких истерик, воплей, возмущений, брезгливой мины и попыток набить морду. А я уверен, он впервые в жизни получает такое предложение. Конечно, он был ошеломлён, но быстро взял себя в руки. Меня просто восхитило такое умение владеть собой. Он воспринял информацию, как деловой человек. Просчитал все “за” и “против”, проанализировал тут же в уме, уверен. Я дал ему три дня на подумать. Со стопроцентной вероятностью он примет моё предложение. Путей для отступления у него нет. Я тоже всё просчитал. Варианта, при котором он отказывается от честолюбивых замыслов, нет. Только не он. Такие расчётливые карьеристы и по головам пойдут, а не то, что через постель. Я ему вообще райские условия предложил. И карьера ему, и в постели ублажать буду. За такую красоту он заслуживает.

КОНСТАНТИН.

– Костя, что случилось? – Мирослава встретила меня поцелуем, а потом, отстранившись, всмотрелась в лицо, – Ты расстроен?

– Нет, всё в порядке, просто устал, – я не был готов рассказать жене о случившемся. Не знаю, как потом, но сейчас точно нет.

Ночью, когда Мира уже спала, я долго лежал без сна. Думал. Думал и понимал, что думать тут нечего. Надо брать – так можно было бы пошутить, если история не имела столь пикантной окраски. На самом деле, деваться ведь некуда. Он может разрушить мою карьеру. С его-то связями это несложно. У меня пока нет влиятельных покровителей. Во всяком случае таких, что сумели бы оградить меня от его преследований. Придётся соглашаться. Да я уже согласился, когда выслушивал его планы относительно совместного счастливого будущего гейской пары. На кону моя карьера. Ставки высоки. Я согласен. Не был бы согласен, послал его сразу, безо всякой дипломатии. Да, и начал бы потом со средней позиции в другой компании, откуда до моего нынешнего статуса ползти и ползти. Нет, в самом деле ничего иного не остаётся, как соглашаться. Но как это будет? Я буду встречаться с мужчиной, нет, скажем прямо, я буду заниматься сексом с мужчиной. Причём я буду снизу, это вне всякого сомнения. Три раза в неделю, он потребовал. Значит, я буду вынужден лгать Мире. Якобы командировки, внезапные поездки-полёты по работе, аврал, задержался на работе. И что там ещё?

Три раза в неделю я буду задерживаться на работе, а раз в неделю у меня будет командировка. Красота! Какой занятый человек! Как хорошо и планомерно делает он карьеру!

Великолепно, мне придётся обманывать жену и изменять ей с мужчиной! Даже звучит нелепо.

Но самое страшное, что меня пугает, даже не это. Где на краю сознания мелькает мысль, даже толком не оформившаяся. Как я потом смогу лечь с женой в постель, встав с постели любовника? Смогу ли я заняться любовью с Мирой, как мужчина, если только что сам лежал под мужчиной? Не буду ли я в супружеской постели вспоминать то, что происходило с любовником? Как абстрагироваться от этого? Психика человека – очень тонкая вещь. Различные травмирующие ситуации не проходят бесследно. Меня пугала мысль, что я не сумею удовлетворять жену, что вообще не смогу быть с ней. Ведь корни импотенции чаще всего кроются в голове. Я уверен, после такого опыта уже не буду прежним. А значит, изменятся отношения с Мирославой. Возникнут супружеские проблемы. Соответственно, семья может понемногу разрушаться. При худшем развитии событий всё это может закончиться разводом. Стоит ли моя карьера этого? Я не мог однозначно ответить на этот вопрос.

Возможно, я сгущаю, и на самом деле всё не так драматично? Возможно, я беру худший расклад, и в реальности всё будет происходить более нейтрально. Я не могу этого предугадать. У меня прежде не было столь шокирующего опыта. Я могу, как аналитик, проанализировать различные варианты развития событий.

В любом случае, придётся соглашаться. Пока. Отказаться можно всегда успеть. Если отношения с мужчиной окажутся разрушительными, можно успеть соскочить с этого поезда. Какой тяжёлый выбор!

На одной чаше весов карьера, на другой – возможно семейное благополучие. Мне не хочется рисковать ни тем, ни другим. Моя семья, мои дети, моя любимая супруга и мой пост руководителя крупнейшего европейского филиала, головокружительные перспективы, доходы и совершенно иной уровень жизни. Мне дорого и то, и другое. Не хочу ничего терять.

Я умею и люблю работать, я могу быть настоящим трудоголиком, мой профессионализм несомненен, я заслуживаю карьерных высот, как никто другой. Так отчего же я должен отказываться от награды из-за призрачных страхов?

Моя прекрасная идеальная семья, мои любимые дети, моя любимая обожаемая жена – я люблю их и не хочу терять. Не хочу, чтобы моё семейное счастье омрачилось чем-то. Теперь от меня зависит, будет ли оно по-прежнему безоблачным. Сумею ли я достаточно ловко лавировать, чтобы все стороны этого странного альянса были довольны?

Впереди два выходных дня, чтобы ещё раз всё хорошо обдумать.

Мысль, что, возможно, это последние благополучные ночи с женой, настолько подстегнула меня, что мы занимались любовью, как в медовый месяц, действительно, как в последний раз. Я был нежен и страстен, будто новобрачный, я исцеловал любимое тело полностью, мы целовались, словно сумасшедшие подростки. Довольная, усталая Мира заснула под утро. Я лежал, глядя в потолок. Сквозь портьеры пробивались серые тени предрассветного неба. Тело чувствовало приятную истому, Мира в постели очень умелая любовница. Но в голову вновь начали заползать тревожные мысли. Осталось две ночи с любимой женой. Ночи, сотканные из страсти и нежности, ночи, полные любовной неги. А потом, что будет потом? Я не мог дать ответа на этот вопрос.

В воскресенье днём я поговорил с женой. Рассказал ей, что новое руководство требует большей отдачи от всех сотрудников и соответственно у меня рабочий график изменится радикально. Я буду ещё больше времени проводить на работе и часто буду уезжать в командировки в соседний город, где строится наш комплекс. Мира отнеслась с пониманием. Она всегда поддерживала меня в моих честолюбивых устремлениях. Она знала, что конечный результат того стоит.

========== Часть 5 ==========

ВЯЧЕСЛАВ.

Он пришёл утром, поздоровался. Я указал на кресло. Он сел, лицо, как маска, непроницаемое, под глазами лёгкие тени. Похоже, ночь была бурной. Любопытно, какой он в постели? С такой холодной внешностью он на контрасте может быть очень горячим. Скоро узнаю. Я отдаю себе отчёт, что сразу он со мной не раскроется. Но я растоплю эту Снегурочку.

Я смотрел на него. Ждал.

– Я согласен, – он смотрит мне в глаза своими невероятными голубыми глазами.

Прекрасно! Великолепно! Я не сомневался! Всё, как и должно быть! Очередной ход в моих шахматах! Теперь мой черёд. Я подавил эмоции и спокойно ответил, – Прекрасно. Я рад. Я жду сегодня вечером в 19 часов у себя дома. Вам хватит времени, чтобы подготовиться?

Белая кожа утончённых скул чуть окрасилась розовым, – Вполне.

Я восхищён. Ни один мускул не дрогнул на красивом лице. Словно для него в порядке вещей отвечать на подобные вопросы от мужчин.

– Тогда Константин Сергеевич, можете приступать к рабочему процессу.

ВЯЧЕСЛАВ.

Он приехал ровно в назначенное время. В его пунктуальности сомнений не было. Мы сели в гостиной. Не мог же я наброситься с порога, но хотелось. Оставим такие бурные страсти на потом, когда он ко мне привыкнет. Сейчас поговорить нужно. От кофе-чая он отказался.

– Константин, у меня есть два разумных предложения, с которыми, я полагаю, вы согласитесь.

Он молча ждал.

– Первое – думаю следует перейти на “ты”. За пределами рабочего кабинета, разумеется. Коль скоро мы станем близки, официоз в спальне неуместен. Второе – предлагаю самое главное отложить до встречи в выходные. Первый опыт, полагаю, вы догадываетесь, явно будет небезболезненным, к сожалению. Поэтому лучше, чтобы вы после этого остались у меня, отдохнули, поспали.

– Я согласен, – ответил он ровно.

Могу представить, как он в душе порадовался, что то, чего он, как и любой девственник, страшился, откладывается минимум на четыре дня.

Я повёл его в спальню. Он приехал, кстати, ко мне, как на работу, в костюме и при галстуке. Я расстегнул ему пиджак, он снял его и передал мне. Я повесил пиджак в шкаф и указал на галстук. Он развязал галстук, стянул его с шеи и растерянно остановился. До этого он делал всё с невозмутимым лицом, а сейчас стоял растерянный с галстуком в руке и краснел. Я невольно залюбовался им. Забрал галстук, перекинул себе через плечо и принялся расстёгивать его рубашку, попутно вытаскивая полы из брюк. Когда с пуговицами было покончено, он сам снял запонки. Я обошёл его сзади и потянул за ткань. Рубашка соскользнула с плеч. Я повесил вещи в шкаф и повернулся к нему. Он стоял с горящими щеками и смотрел в пол. Какое тело! Я подошёл и взялся за ремень. Он поднял глаза на меня и начал сам расстегивать ремень и брюки. Наши руки соприкоснулись. Я отошёл, чтобы не смущать его более.

Он лёг в приготовленную свежую постель, вытянулся и отвернул голову к окну. Я быстро разделся сам и лёг рядом со стороны окна. Какое тело всё-таки! Я протянул руку и провёл пальцами по его гладкой груди. Он стал смотреть в потолок. Я залюбовался его профилем. Длинные ресницы трепещут. Волнуется. Я коснулся нежно-розовых сосков. Он невольно вздохнул. Значит, соски чувствительные. Ничего, Снежная Королева, я постепенно найду все твои эрогенные местечки и буду ласкать тебя до потери сознания. Сейчас мне безумно хотелось поцеловать его. Я оперся на локоть, взял рукой за нижнюю челюсть и повернул его голову к себе. Он взглянул мне в глаза и отвёл взор в сторону. Смущается. Ничего, привыкнет, не всё сразу. Я склонился над ним и приник к губам. Они чуть раскрылись. Какие нежные. Он прикрыл глаза пологом ресниц. Правильно. Я обвёл языком его губы и проник между ними. Его язык ускользнул от меня. Ну, понятно, он же не привык целоваться с мужчинами.

Его губы припухли. Дорвавшись до сладкого, я целовал его, как безумный. Он спокойно лежал. Я начал медленно спускаться ниже. С шеей я был осторожен. Нельзя оставлять следы. С его нежной белой кожей это проблема. Место даже легкого поцелуя моментально розовеет. А если забудешься, то останутся россыпи засосов.

Грудь, я ласкал языком соски, облизывал их, посасывал, нежно прикусывал, щекотал. Он задышал чаще и сглотнул. Интересно, я сумел бы довести его до экстаза, лаская только соски? Можно было бы проверить, но столько всего ещё впереди, мне не терпится. Я спустился на живот, проложил дорожку поцелуев, обвёл языком пупок, скользнул в него, полизал, одновременно лаская рукой низ живота. Константин напрягся, чувствует, куда я веду. Я развёл ему ноги, лёг между ними и с ходу заглотил вялый член, шокировав его этим. Он вцепился руками в простыню. Я сосал член, чуть ли не причмокивая от удовольствия. Пока маленький, он мягкий, как конфетка. Я чувствовал, как он постепенно твердеет и увеличивается, и уже не помещается во рту полностью. Я вытащил его и оглядел. Красивый, гладкий, ровный, с обнажившейся розовой крупной головкой. Я лизнул её. Он чуть охнул. Я облизал головку полностью со всех сторон и аккуратно, чтобы не задеть зубами, пососал. Константин пытался держать себя в руках. Интересно, сколько ещё он сумеет сдерживаться? И в какой момент потеряет контроль?

Вся его невозмутимость улетела в неизвестном направлении, когда я взял в рот яички. Я легко довёл его до оргазма несколько раз, лаская член, посасывая и облизывая яички, щекоча соски. Восторги поубавились, когда я коснулся пальцами туго сжатого розового входа. Хорошо, нет, так нет. В другой раз будет всё сразу. Напоследок я сделал ему массаж и с большим сожалением отпустил. На первый раз достаточно. Пусть переживёт это. Целовать на прощание не стал, ведь я брал в рот его половые органы, а натуралы могут отнестись к этому весьма щепетильно.

========== Часть 6 ==========

КОНСТАНТИН.

Я вернулся домой довольно поздно. Мира не спала, ждала меня. Сказавшись усталым, я увернулся от поцелуя и скользнул в ванную. Повесил одежду на плечики и встал под душ. Чего лукавить, удовольствие я получил и немалое. Но тот факт, что это удовольствие доставил мне мужчина, не давал сознанию спокойно принять его.

После первой были ещё две встречи. Поцелуи, ласки, минет, массаж. Всё с его стороны. Я не был готов прикасаться к нему. Во время второго свидания он не выдержал.

– Послушай, Константин, расслабься, ты, как

деревянный. Мне не доставляет удовольствия быть в постели с бревном.

– Вы хотели моё тело, вы его получили. Ничем больше я не могу вам помочь.

– Я хотел не только твоё тело. Я хотел тебя. И сейчас хочу. Тебя, понял, полностью. Хочу, чтобы ты присутствовал здесь.

В пятницу он вызвал меня к себе и сообщил, что ждёт сегодня вечером и я останусь у него на ночь. Хотя я знал, что этот день наступит так или иначе, но невольно похолодел.

По окончании рабочего дня я поехал дома. Мира с детьми были ещё на прогулке. Как следует подготовившись, я поехал к нему. Мире оставил записку, что срочная командировка. Мы любили обмениваться записками от руки. Звонить ей не стал, не был готов в таком состоянии говорить с ней.

Он встретил меня в назначенное время прямо у подъезда. Какая честь! – с сарказмом подумал я, – Как же не терпится ему!

Мы вошли в подъезд. Попавшаяся навстречу молоденькая девушка с восхищением уставилась на меня.

Я усмехнулся про себя, – Знала бы ты, девушка, куда меня ведут и зачем.

Когда мы вошли в квартиру, он внимательно посмотрел на меня.

Я, стиснув челюсти, держал лицо. Я был уверен, что ни один мускул не дрогнул на моём лице, но что творилось в душе. Я чувствовал себя девственницей, предназначенной для утех варвару-победителю.

Я снял верхнюю одежду. Он повесил её на плечики и убрал в шкаф.

Мы стояли посреди просторного холла.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю