Текст книги "В поисках цветка Адамант (СИ)"

Автор книги: AlyaLi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Роб не знал, сколько он был там, но гроза прошла, и только кулон остался плавать рядом с ним. Дрожащей рукой будущий капитан взял шнурок в руки и надел на шею.

Он посмотрел на величественную гробницу, забрался на пароход и поплыл назад, снедаемый горем и слезами.

Один.

Отец ждал на пристани в Сент-Нуаре. Он только что выгрузил улов и готовился отнести его на рынок на продажу. Ещё издалека он заметил свой старый пароход и словно чувствовал, что что-то не так, словно не зря была такая долгая и страшная гроза.

Роб шагнул на пристань, посеревший и постаревший за эти пару дней. На его лбу пролегли морщины, а виски тронула седина.

– Сын… – мужчина поднял на него добрые глаза и всё понял.

– Отец… – Роб упал в его объятия и разрыдался, как маленький мальчик.

Они сидели на пристани много часов, пока Роб не уронил последнюю слезу по своей ушедшей любви, пока не повторил эту историю сотню раз, как будто вбивая её себе под кожу, чтобы никогда не забыть. Он протянул отцу кулон, но тот лишь покачал головой.

– Выброси, он не приносит чудес, только горе.

Но Роб надел шнурок на шею, как немое напоминание о случившемся.

Ещё одним испытанием был разговор с матерью девушки.

Убиваемая горем, она металась из стороны в сторону, рыдала и сыпала проклятьями, обвиняя Роба во всём. Хотя сама знала, как сильно Аманда жаждала найти волшебный цветок и подарить себе и родным вечную жизнь. Материнское сердце разрывалось от боли, и вскоре женщина вместе с младшей дочерью покинула Сент-Нуар.

Роберт Штицхен опять замолчал и ещё раз закурил.

– Прошу прошения, – прошептала Селена, по её щекам катились крупные солёные капли.

Она плакала и из-за боли Роба, и из-за своей собственной беды. И извинялась и за эти непрошеные слёзы, и за свои обвинения.

– Я узнал, куда они переехали, иногда езжу туда, смотрю, чтобы всё было нормально. Когда никто не видит, подлатаю что-то. Тяжело ведь жить без мужчины. Недавно узнал, что мисс Хольц заболела. А потом появились вы, – Роб поднял глаза на свою пассажирку и затянулся табачным дымом. – Увидел вторую часть ключа и решил, что можно попытать счастья. Достать этот чертов цветок и помочь ей. Это было бы моим искуплением.

– Давайте найдём этот цветок вместе, капитан, – шепнула Селена.

– Судя по всему, нужны три части ключа.

– Но в вашей версии нужен полукруг. И племя об этом говорит. Возможно, один запасной? – предположила девушка, сильнее кутаясь в куртку Роба. – Или их вообще гораздо больше, но нужен всё равно полукруг? – в сердце теплились огоньки надежды, лишь бы всё было не зря.

– Утро вечера мудренее, – капитан Штицхен уверенно поднялся и отряхнул влажный песок с брюк. – Доброй ночи, Селена, – на этом он удалился к пароходу.

Селена Харрис была первым человеком, за исключением отца и матери Аманды, кому он открыл ящик со своей страшной историей.

***

Утро встретило путников ярким солнцем и пением птиц, а племя Тотонаки – вкусным сытным завтраком.

При свете дня оказалось, что этот благословенный клочок земли – целое селение, где есть всё, что только может пригодится человеку в тропическом лесу.

Лиам был настолько восхищён, что сбегал на пароход за бумагой и карандашами, чтобы запечатлеть слаженный быт на своём рисунке.

Затем Тотонаки организовал встречу со своим отцом – седовласым Мурио, который тоже ничего не знал о жертве богине Адамант. Куря трубку, он пускал сизые круги дыма и всё приговаривал, какие перед ним смелые люди.

Но как бы хорошо не было, пришла пора выдвигаться в путь.

– Берегите себя, – сказал Тото, когда его гости погружались обратно на пароход. – Пусть вам благоволит богиня наша Адамант и сопутствует удача. Я уверен, вы сможете войти и прикоснётесь к чуду.

– Селена, – позвала девушку Нанами, которая пришла вместе с отцом.

– Да?

– Это ключ мне дала моя мама, – маленькой ладошкой она коснулась подвески на груди, – и сказала, что если он не пригодится мне самой, то я должна отдать его достойному человеку. Я встречала разных людей: и здесь, путников, и в городе, но только ты видишься мне достойной. Я это чувствую своей душой и своим сердцем. Поэтому, – девушка сделала шаг вперёд и сняла цветной шнурок с шеи, – я хочу отдать его тебе. Он тебе поможет, я знаю.

Растроганная Селена шмыгнула носом, но сдержалась от слёз. Она с трепетом приняла подарок, крепко сжала ладонью, а затем со всей благодарностью, на какую только была способна, обняла Нанами, бесконечно шепча «спасибо».

– А здесь мы собрали вам немного провизии, – Тотонаки неловко кашлянул, прерывая трогательную сцену.

– Спасибо тебе, – ещё раз повторила Селена и надела кулон на шею. – Спасибо, – теперь она посмотрела на вождя, – надеюсь, мы ещё встретимся.

Путешественники, наконец, забрались на теплоход и двинулись в дальнейший путь.

Роб до мелочей помнил погоду в тот страшный день пятнадцать лет назад. Сейчас она была такой же прекрасной и безмятежной. Помнил он и опасности, которые встречаются перед гробницей, поэтому мастерски миновал все недобрые участки реки.

Селена всё это время стояла на палубе и смотрела то вперёд, то на спину капитана. Узнав его историю, душа Селены наполнилась каким-то щемящим чувством единения и родства. Словно они были знакомы много-много лет, и сейчас просто встретились после долгой разлуки. Нестерпимо хотелось его утешить и помочь, заглушить ту боль, что наверняка и сейчас плещется внутри капитана, особенно здесь, рядом с местом гибели его возлюбленной.

Это, возможно, и было неправильно, но Селена выискивала в Роберте Штицхене хорошее. Например, он спас её из лап неизвестных в первый же день, а ведь знал только её имя. Да и в целом, он казался хорошим человеком, пусть и немного угрюмым.

Селена тряхнула головой: что за вздор? О чём только она думает, когда её жених в хвосте парохода читает старинные книги ради неё? Харрис вздохнула.

Лиам, милый Лиам, такой простой и знакомый, готовый кинуться на помощь, спасти. Но разве она его любила? Просто так было правильно, ей всегда говорили, что негоже быть одной в её возрасте.

Ещё ни разу в жизни её нежное сердце не трепетало от любви, и Селене казалось, что она никогда никого не полюбит. Она так много читала об этом чудесном чувстве, всегда мечтала встретить того единственного, что разбудит её душу, но всё всегда было мимо.

Поэтому журавлю в небе, которого ещё предстояло найти, она предпочла синицу в руках, которая уже была рядом в лице Лиама.

Она опять вздохнула. Эти тяжёлые мысли часто полнили её голову, но упрямая Селена отметала их прочь. Всё уже было решено.

– Мы почти на месте, – оповестил Роб свою пассажирку, и она от неожиданности вздрогнула.

– Пойду, предупрежу Лиама, – Селена поправила свою шляпу и проверила наличие кулонов. Она делала это уже на автомате. – Спасибо, Роб.

– За что? – капитан Штицхен обернулся и удивлённо вскинул брови.

В ответ Селена скромно улыбнулась и направилась прочь, постукивая каблуками по деревянной палубе.

Роберт шумно выдохнул. Свалилась же на его голову эта своенравная и отчаянная дамочка.

Гробница стремительно приближалась, с каждым гулом парохода становясь всё ближе. Она была всё также величественна и как будто стала лишь краше, не тронутая человеком. Яркое солнце скользило по её склонам, успевая играть бликами на глади реки.

Но чем ближе они подбирались, тем мрачнее становился Роб. То, что изначально он принял за огромный валун в воде, оказалось пароходом. Мужчина чертыхнулся, предчувствуя беду.

На палубе судна стояли двое и наблюдали за приближением таких же путников. Волосы девушки развевал ветер, а мужчина обнимал её за талию.

– Приготовиться, – скомандовал он, и рядом как по команде появились ещё люди. – В этот раз ключ должен быть у меня.

========== Четыре части одного целого ==========

Комментарий к Четыре части одного целого

Рекомендую читать вторую часть главы под мелодию «Experience» Ludovico Einaudi.

В тексте будет пометка, когда её лучше всего включить.

Приятного прочтения!

***

Конечно, после остановки туристического парохода «Чёрная ласточка», высадка пассажиров в сложившейся ситуации не могла пройти успешно.

Это понимали все, но всё равно смело перебрались на благословенную сушу, где их уже ожидали нанятые Дэймоном Инганнаморте люди.

Вчерашние рыбаки, которых Роб неоднократно видел в городе, с которыми выпивал когда-то в пабе, которых считал своими земляками, неспособными причинить зло, теперь были наёмниками богатого человека и плевать хотели на общую родину. Так часто бывает: пара золотых монет перевешивает все другие чувства и мысли. Роб Штицхен, например, таких людей не судил – он их искренне жалел.

Как оказалось, неизвестных, а их было пятеро, больше всего интересовала Селена Харрис. Пока двое крепко держали Роберта и Лиама, которым было бесполезно вырываться, остальные обступили девушку.

– Отдай ключ по-хорошему, – предложил грузный мужчина, которого Селена уже встречала на пристани, – и я обещаю тебя отпустить.

Селена набрала в грудь побольше воздуха, чтобы послать неприятного типа подальше, несмотря на своё далеко не выигрышное положение, однако заговорить ей не дал Роб.

– Отвали от неё, жаба! – выкрикнул он, дёргаясь всем телом в попытке освободиться. – Ключ всё равно у меня!

Харрис удивлённо глянула на капитана, но тут же попыталась придать своему лицу равнодушие. Она разгадала эту игру: даже если Роб отдаст свой кулон, у них останется ещё два, и тогда, возможно, удастся всё-таки открыть вход и добраться до цветов.

Пока яркое, южное, ни о чём не подозревающее солнце заливало утопающую в зелени гробницу богини Адамант, у Роба отняли висевший на шее шнурок. Капитан только выругался и сплюнул под ноги мужчине, названному недавно жабой. Тот лишь мерзко усмехнулся и вальяжно двинулся к Дэймону и его спутнице, которые уже нетерпеливо ожидали у ступеней к гробнице.

– Можно и побыстрее, – едко заметил Дэймон, вырывая кулон из рук мужчины. Тот сразу же стушевался, забормотал извинения и отошёл на пару шагов назад, опустив голову.

Вторую часть ключа Виктория аккуратно сняла с шеи и протянула своему возлюбленному. Взявшись за руки, они двинулись ввысь по крутой лестнице, статные, красивые, влюбленные и полные надежд на вечную молодость. Их провожали разные взгляды: восхищённый – Лиама, злобный – Селены, завистливые – нанятых ими людей, и ещё один, немного грустный и обречённый – капитана Штицхена, который знал, чем заканчиваются попытки войти в гробницу с нечистыми намерениями.

Почему-то Роб был уверен, что не желал этот темноволосый мужчина оказать кому-то помощь или кого-то спасти. В его тёмных глазах плескалась лишь жажда собственной выгоды, своих собственных достижений и побед.

День двигался к закату. Солнце золотило верхушки тропических деревьев, ласкало горы, раскинувшиеся вдалеке, а неизвестный художник раскрашивал небеса самыми красивыми красками на планете. Ветер совсем стих, листва не шелестела, только пташки распевались на разные лады.

По телу капитана вдруг прошла дрожь. Небеса в мгновение ока затянуло чёрными тучами, чудесный штиль превратился в настоящий шторм, смолкли птицы, а их пение заменили угрожающие раскаты грома. Казалось, что мир вот-вот разрушится до основания, а его остатки смоет в реку хлещущий ливень.

Очередная, наверное, уже сотая вспышка молнии озарила тьму, разрезая небеса пополам, словно неизвестные боги хотели разделить небосвод между собой. К удару грома прибавился крик.

«Вот и всё», – подумал Роб, и в его мыслях не было ничего дурного, лишь немного сочувствия.

Впрочем, каждый сам делает свой выбор и решает, по какому пути идти вперёд. Путь этой пары оказался провальным.

До смерти напуганные бывшие рыбаки кинулись к своему пароходу в надежде спастись. Они бежали, выкрикивая молитвы всем возможным богам, совершенно позабыв про тех, кого должны были держать на месте, а богиня Адамант гневалась, недовольная тем, что её потревожили понапрасну.

Роб легонько тронул сидевшую рядом Селену за руку и кивнул вверх, молчаливо предлагая подняться к гробнице. Ливень постепенно сходил на нет, капли уже были не такими крупными, а небосвод светлел.

Девушка поднялась, бессмысленно отряхнув промокшую до нитки рубашку, а Роб и Лиам последовали её примеру. Не обращая внимания на дождь, они медленно взошли по скользким ступеням на площадку и застыли в благоговейном трепете.

Две части кулона сиротливо лежали на камне, ожидая своей участи. Селена сняла с шеи оба кулона, подхватила те, что обронил Дэймон, и прямо на земле сложила квадранты в круг. Четыре части кулона внезапно вспыхнули белым светом и намертво соединились своими узорами.

Селена несмело подняла ключ и медленно направилась к гробнице. Она уже готова была приложить магический артефакт к тяжёлой каменной двери, когда крепкая мужская рука остановила это действие.

Сердце её упало куда-то вниз, к щекам прилила кровь, тело бросило в жар. Вот, сейчас Роберт Штицхен отнимет у неё ключ, а вместе с ним и надежду на спасение родных, и всё будет напрасно.

– Давай я, – тихо произнёс он у самого уха, обжигая горячим дыханием, – мне, по крайней мере, нечего терять.

Тяжёлый металлический круг лёг в протянутую ладонь, а Селена отошла на шаг, сразу же попав в кольцо рук своего жениха.

– Всё получится, милая, – шепнул Лиам, – вот увидишь, всё получится.

Крепко сжимая ключ, Роберт зажмурился и приложил его к едва заметному углублению на каменной поверхности. Он уже приготовился к новому раскату грома, почти ощущал боль, но ничего подобного не произошло, только глухой звук оповестил об открывающейся двери в гробницу.

Роб поражённо ахнул и шагнул внутрь.

– Получилось, – прошептала Селена, а затем уже громко повторила, крепко обнимая молодого человека рядом: – всё получилось, Лиам!

Она побежала ко входу в святилище.

Роб стоял у порога, потрясённо глядя по сторонам. Он жадно впитывал каждую деталь чуда, которое ему посчастливилось увидеть.

Каменные стены были расписаны замысловатыми символами и буквами на неизвестном языке, они мягко блистали неярким голубым светом и словно источали из себя магию. Закатный свет проникал где-то сверху, из-под потолка гробницы, нежно рассеиваясь в воздухе, а в центре возвышалась она – огромная каменная статуя богини Адамант. Её правая рука была поднята в благословляющем жесте, а левая сжимала высеченные из камня цветы.

– Потрясающе, – только и вымолвила Селена, трепетно глядя на каждую деталь этого волшебного места.

Роб несмело и неловко подал своей пассажирке руку, и они вместе двинулись к божеству.

У ног Адамант рос один единственный цветок пронзительного голубого цвета с тремя хрупкими лепестками на тонком высоком стебле. Он весь светился в буквальном смысле слова и источал волшебство вокруг.

Богиня безмолвно наблюдала за странниками, будто ожидая. Но чего?

– Жертву, – Селена подняла глаза на капитана, – в книге было написано, что нужно принести жертву, но какую?

– Может, это просто неправильный перевод? – Роб присел и осторожно потрогал цветок указательным пальцем, как самую большую драгоценность.

Селена опустилась на колени рядом и тоже коснулась лепестков.

– Такой красивый, – прошептала она, и их пальцы на мгновение соприкоснулись, вызвав в душах обоих такой ураган, что недавняя непогода стыдливо отвела бы глаза.

Селена спешно отдёрнула руку.

– Он твой, – Роберт сорвал цветок и протянул девушке, а его пальцы горели от недавнего мимолетного касания, отправляя импульсы тепла по всему телу.

Тепла и… счастья? Он сам не верил в эти ощущения, но всё-таки ощущал.

– Боги!.. – раздался позади голос Лиама.

Солсбери пошёл по периметру стен, зачарованно разглядывая тексты на чужом языке и благодаря вселенную, что он его знает. Лиам жадно поглощал истории о богине, касался тонкими пальцами витиеватых букв и полностью растворился в магической гробнице.

– Я, пожалуй, подышу, – Роб кашлянул и уверенно двинулся к выходу.

– Спасибо, Роб, – прошептала Селена ему вслед, бережно прижимая волшебный цветок к груди.

– Я нашёл, – Лиам обернулся к девушке, оторвавшись от изучения записей на стене, – здесь написано, как лечить.

Селена подошла ближе.

– Вот, – он прочистил горло и зачитал: – «Для лечения от любого недуга нужен один лепесток. Съешь его, и болезнь покинет тело».

Селена посмотрела на цветок: три лепестка. Она сможет спасти всего три человека из родного городка. Ничтожно мало, но гораздо больше, чем ничего.

***

Soundtrack: Ludovico Einaudi – Experience

Гроза утихла, и грузный мужчина выполз из-под куста, за которым прятался. Он видел падение Дэймона и Виктории в бушующую реку, видел, как нерадивые работники бежали, чтобы спрятаться от стихии, видел, как их пленники поднялись к гробнице. Он всё видел, а ещё хорошо знал легенду и был уверен, что мистер Инганнаморте не сможет войти.

– Нил всё знает, – пробормотал он, приглаживая мокрые волосы, – Нил всё видит.

Мужчина осмотрелся в поисках своей шляпы. Любимый головной убор лежал в луже, и, судя по всему, кто-то из дураков, которых он нанял, на него наступил, отпечатав след грубого ботинка.

Пыхтя проклятия, Нил вытащил шляпу из воды, отряхнул и надел на голову, а затем шустро стал подниматься по крутым ступеням. Шаг за шагом, утирая пот, он приближался к заветной цели. И пусть он тоже не чист сердцем, чтобы переступить порог гробницы, всегда можно подождать снаружи и получить заветный цветок.

Притаившись у стены, он терпеливо ждал, и наконец один из путешественников вышел на улицу. Поглощённый своими мыслями, он не заметил мужчину, а тот набросился сзади.

– Что за чёрт?! – закричал Роб, поваленный на землю и придавленный сверху.

– Отдай цветок, – приказал Нил, заламывая капитану руки.

– Нет цветка! – Роб надеялся, что его пассажирка услышит и не высунется на улицу с одним единственным цветком. – Нет и не было! Это всё сказки!

– Врёшь!

На площадке у гробницы завязалась борьба. Придавленный к земле Роб оказался не в лучшем положении, он больше уворачивался от ударов, чем их наносил. Отчаянно пытаясь скинуть мужчину в грязной шляпе с себя, не замечал, что они оба всё ближе к мокрым скользким ступеням.

– Что случи… – Селена вышла, как раз в тот момент, когда мужчины кубарём полетели вниз, наполняя тишину громким криком отчаянья. – Капитан! – она кинулась вперёд и едва успела остановиться у обрыва. – Роб!

Селена беспомощно смотрела, как капитан Штицхен катился к своей погибели.

– Роб! – Селена побежала вниз.

Пытавшийся похить её на пристани упал в воду, подняв брызги, а Роберт словно тряпичная кукла распластался на земле.

– Роб! – упала на колени Селена и приложила пальцы к его шее, проверяя пульс.

Слабый, но всё-таки был. Значит, капитан ещё живой.

– Роб, пожалуйста, – прошептала девушка, – ты не можешь вот так взять и умереть.

Но что она могла сделать, когда у его виска расползалось пятно багряной крови? Селена посмотрела на цветок в дрожащих руках. Три человека в её городке, поражённом точкой невозврата. Три шанса на жизнь.

Селена решительно оторвала один лепесток и поднесла к губам капитана.

– Пожалуйста…

Ничего не происходило. Размеренно плескалась река, а солнце уже почти спряталось за сочной листвой леса. Вечерело, готовились опуститься сумерки, окрашивая день в прохладную южную ночь.

– Пожалуйста… – горькая слеза упала на лицо капитана, и его веки затрепетали. – Роб? – Селена положила цветок на землю и аккуратно приподняла голову мужчины. – Всё получилось, правда? Всё получилось?

Роберт что-то пробормотал пересохшими губами, а Селена, полная чувств, обрушила на него поцелуй. Ещё никогда в жизни ни одного мужчину не целовала она так. Роб опешил, но не отстранился. Его ладонь легла на затылок несносной дамочки, пальцы заплутали в её светлых волосах, которые так по-сумасшедшему пахли весной.

Селена разорвала поцелуй, жадно хватая воздух, но капитан снова притянул её к себе.

Он тоже так раньше не целовал. Казалось, что этот долгий, необычайно сладкий поцелуй, распаляющий их неистовым пламенем, был последним в жизни, словно только здесь и сейчас они смогут насытиться им и больше никогда не испытают ничего подобного.

– Селена! – голос Лиама был словно из другой реальности, он разрезал их только что созданный мирок. – Селена, тебе нужно это увидеть! – он замолчал.

Пара отстранилась, испуганно глядя друг другу в глаза. Его тёмные, терпкие, словно крепкий виски, опьяняющий и сбивающий с ног, и её – два ярких изумруда, как тропический лес, согревающие и надежно укрывающие от непогоды.

– Идём, – Роб осторожно поднялся, чуть шатаясь, и подал руку своей пассажирке.

Селена подхватила стебель с двумя лепестками и, став на носочки, попыталась оттереть кровь с лица капитана рукавом свой мокрой рубашки. Эта близость сводила с ума. Там, наверху, ждал такой родной и знакомый Лиам, а она здесь с чужаком теряет голову и мечтает снова его целовать – всю оставшуюся жизнь.

Молча они вернусь в гробницу и обомлели: вся она была усыпана голубыми цветами, они сияли, заполняя каждый клочок волшебством. Каменное лицо богини будто смягчилось, она смотрела уже не строго, а словно мать на своих любимых детей.

– Здесь хватит на весь город! – Селена сорвала ещё один цветок и закружилась на месте, ведомая счастьем. – На три города! – по её лицу заструились слёзы радости.

Девушка бросилась срывать цветы, затем поняла, что их некуда сложить, и побежала к пароходу. Упав на колени в каюте, она принялась быстро опустошать самый большой чемодан, в который были сложены книги и альбомы Лиама.

– Я помогу, – Солсбери незаметно вошёл и сел рядом.

Его голос был слишком тихим, и Селена внимательно посмотрела на мужчину, ища в его грустных глазах причину.

– Я прочитал всё до конца. Там было про жертву, – он аккуратно сложил карандаши рядом с собой. – «Богиня явит все свои богатства, когда будет принесена жертва своих добрых желаний во имя истиной любви».

Селена застыла с книгой в руках. Она мечтала вылечить свою семью, но пожертвовала волшебный лепесток для исцеления Роба. Капитан Штицхен – её истинная любовь?

– Селена, – Лиам осторожно забрал книгу, – я дочитал последнее предложение, и эти цветы… Всё вспыхнуло, вокруг яркий голубой свет, и эти цветы расцвели за секунду. Я вышел тебя позвать и увидел… – он замолчал, но всё и так было понятно. – Селена, неужели ты меня не любишь?

Боль, тяжёлая и тягучая легла на её сердце. Что сказать? Как объясниться?

– Лиам, – Селена взяла его за руки и заглянула в глаза, утопая в печали, – прости. Ты самый светлый человек на свете, но, прости, я тебя не люблю. И думаю, ты меня не любишь тоже, просто нам казалось правильным сделать вот так. Ты столько для меня сделал добра, а я сейчас уничтожаю весь этот свет. Прости. Я никогда не искуплю свою вину перед тобой, но если мы оставим всё как есть, я навсегда останусь несчастной.

– Кажется, я должен пойти и набить ему морду, – пробормотал Лиам.

– Это только моя вина. Прости.

– Не нужно просить прощения, Селена, – Лиам поднялся и увлёк за собой девушку. – Я искренне желаю тебе счастья, пусть оно и будет не со мной.

– Спасибо, – шепнула Селена и крепко обняла его в последний раз.

Лиам Солсбери был как отчий дом. Но все однажды вырастают и улетают к своей собственной жизни.

========== Точка невозврата ==========

Комментарий к Точка невозврата

***

Вскоре Селена и Лиам вернулись обратно в Англию. Всю дорогу они преимущественно молчали, обсуждая лишь совсем уж важные моменты.

Лиам не держал зла, однако всё его сердце заполнили тоска и печаль.

А Селена всё думала о капитане, с которым даже не успела толком попрощаться, спеша к самолёту. Её пальцы тянулись к губам, на которых, казалось, всё ещё хранился его крепкий поцелуй, что начисто вышиб почву из-под ног и перевернул налаженную жизнь на голову.

Родной городишко встретил их привычной непогодой. Ливень заливал дороги и мостовые, так и норовил забраться холодными каплями за ворот одежды и облизнуть холодным языком ветра.

– И это июнь, – Лиам поймал в ладонь пару капель и отряхнул руку от неприятной влаги.

Селена молча кивнула. Ей хотелось поскорее добраться домой и увидеть, как её родные сбрасывают с себя пелену болезни и снова улыбаются, вкушая жизнь. Она самоотверженно тащила чемодан, заполненный волшебными цветами, и не обращала внимания на происходящее вокруг.

Следующие недели провинциальная больница полнилась людьми. Дети, старики, богатые, бедные – они шли со всех сторон, прослышав о девушке, что лечит точку невозврата одним лишь лепестком растения. Людская череда не уменьшалась, становилась лишь больше, и Селена уже совсем позабыла, что такое еда и отдых. Пару часов на сон – и она снова готова была помогать.

– Милая, – отец девушки, который первым на этой земле вкусил чудо и выздоровел, поставил перед ней кружку сладкого чая, – ты совсем себя изведёшь. Хоть бы выпей.

Он смотрел добрыми ясными глазами, а отеческая, слегка беспокойная улыбка затерялась в пышных седых усах.

Селена отхлебнула чай и блаженно закрыла глаза, под которыми пролегли тёмные тени усталости. Осталось ещё чуть-чуть – она посмотрела на раскрытый чемодан с цветами, их оставалось совсем немного, но уже почти весь провинциальный город, раскинувшийся недалеко от столицы, пришёл в себя, сбросив тяжëлое одеяло точки невозврата.

По улицам уже бегали дети, разбрызгивая лужи, старики стали прогуливаться в парке, который за время болезни совсем увял, остальные направили свои силы на восстановление ткацкой фабрики, которая раньше приносила всем доход.

Жизнь налаживалась, и это нельзя было не заметить.

Но несмотря на всё это, Лиам подолгу сидел в своей комнате под потолком старого особняка семьи Солсбери и рисовал. Его пальцы выводили гробницу, богиню, бурную реку, пароход, что разлучил его с Селеной, и цветы, один из которых стоял в стакане на его столе.

Рисование изгоняло боль.

Быстрые штрихи карандашом, уверенные мазки краски – новая картина была готова и прислонена к стене. Богиня Адамант, не каменная, настоящая, смотрела с холста, прижимая к груди небесного цвета букет.

Лиам прошёлся по комнате, скрипя деревянными половицами, и размял затëкшую спину. Выглянув в окно, Солсбери обнаружил, что день уже в самом разгаре, а за работу он сел, когда только начали опускаться сумерки.

Но что-то было не так, как обычно. Лиам распахнул створки, впуская в комнату тёплый летний воздух. Площадь перед его домом заливало яркое солнце, а по лазурному небу плыли пушистые облака.

Солнце – вот, что его смутило. Их город не видел солнца с самого начала болезни, а теперь оно сияло, изгнав дождь и холод.

«Неужели у неё получилось вылечить всех?» – Лиам перегнулся через подоконник, подставляя лицо ласковым лучам. В его душу пришли умиротворение и покой.

Лиам и сам не знал, как долго стоял вот так, наслаждаясь уже непривычной для их местности погодой, было просто хорошо и спокойно, казалось, что теперь всё по плечу и ничего невозможного нет.

Он заметил знакомую белёсую макушку – девушка уверенно шагала по площади. Даже с высоты второго этажа Лиам видел, что она осунулась, померкла, совершенно устала. Не закрывая окно, он кинулся к выходу из дома.

Селена к тому времени уже пересекла площадь и, судя по маршруту, направлялась из больницы домой. Она не обращала внимания ни на что, брела, утопающая в своих мыслях.

– Селена! – позвал Лиам, стоя в дверях, а она даже не услышала. – Селена! – он побежал за ней, догнал и легонько тронул плечо, напугав. – Прости, я не хотел тебя испугать.

– Я просто задумалась, – Селена обернулась и слабо улыбнулась. – Привет.

– Ты совсем устала, – Лиам смотрел на бледное лицо и красные глаза. – Когда ты в последний раз спала, Селена?

– Сегодня, – она вздохнула, стыдливо пряча глаза. – Лиам, кажется, сегодня пришёл последний больной человек. Наверное, всё закончилось…

– Я знаю, – он осторожно приподнял пальцем её подбородок, – сегодня светит солнце.

Селена будто очнулась от сна и посмотрела по сторонам. Занятая работой, она потеряла не только счëт дням и часам, но и утратила связь с действительностью. Мир сузился до больничной палаты с нескончаемым потоком больных, а теперь расширился, как наполненный воздухом шарик.

– Я собираюсь в Сент-Нуар, – негромко сказала девушка. – Хочу, чтобы ты знал. Сегодня вечером поеду в аэропорт за билетом.

– Я могу попросить знакомых отца, они привезут тебе билет сегодня на любое время.

– Нет, Лиам, нет, это слишком… жестоко, неправильно. Нет, не стоит, спасибо.

– Всё в порядке, – Лиам поднял голову к небу, наслаждаясь чудесной погодой, а его светлые волосы рассыпались по плечам. – Ты была права, мы просто решили, что так правильно и логично, упустив главное – чувства. И сегодня, открыв окно, я понял это. Я отпустил в него всё, что было неправильно. Самые большие счастливцы те, кому повезло встретить своего человека. Может, и мой бродит где-то поблизости, а я не замечаю, делая так, как якобы нужно, – он немного помолчал. – На какое время тебе нужен билет?

– На самое ближайшее.

***

Спустя трое суток Селена уже была в солнечном Сент-Нуаре.

Она спала весь многочасовой перелёт, спала всю поездку в автобусе из душной яркой столицы в городок на берегу шумной реки, будто пытаясь наверстать бессонные ночи, занятые лечением родных, друзей, знакомых и чужаков. Селена истратила все цветы, их было ровно столько, сколько нужно, словно это богиня Адамант отмерила необходимое количество.

Солнце уже припекало, как и в её первый день в Сент-Нуаре, и Селена уверенно направилась в знакомый паб, волоча тяжëлый чемодан, тот самый, в котором увозила совсем недавно цветы. Теперь в нём были вещи для жизни и работы здесь.

Лиам организовал ей комнату в гостинице, а также через знакомых семьи договорился о встрече со старым местным врачом, который собирался уйти на покой и искал себе достойную замену.

Лиам, милый Лиам, готовый всегда прийти на помощь, что бы не произошло. Селена улыбнулась и толкнула дверь. Паб не изменил своего запаха и полумрака, даже постояльцы были, кажется, те же.

– Мне нужен капитан Штицхен, – уверенно проговорила она и сразу подняла голову, выискивая знакомое лицо.

– Я за него, – Роб перегнулся через деревянные перила второго этажа, широко улыбаясь. – Желаете экскурсию, леди? Я начинаю поездки с одиннадцати, ещё слишком рано.

Селена счастливо рассмеялась, с громким стуком ставя свой чемодан на деревянный пол.

Переступая через две ступеньки, Роб быстро спустился вниз, в три шага преодолел расстояние между ними и обхватил свою пассажирку крепким кольцом рук.

– Желаю, – прошептала она прямо в его манящие губы, прежде, чем их накрыл пьянящий поцелуй.