Текст книги "Изнасилование (СИ)"
Автор книги: AlmaZa
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Озарение
– Ты же не предупредил, куда хочешь отправиться, поэтому я и позавтракала! – надула я губы, оправдываясь перед ДонУном, который хотел вместе перекусить в дорогом кафе – Тем более, постоянные свидания в общепитах банальны!
– Хорошо, а что ты предлагаешь? – сдался парень.
– Я бы с большим удовольствием по парку прошлась, на природу съездила. Да хоть на аттракционы бы сходила, – ах да, я же без ДжеСоба, что мне там делать? Молодой человек тронулся, когда зажегся зеленый свет – но ты не поел, поэтому, в любом случае, едем кушать, а потом всё остальное.
– Нет уж, едем туда, где тебе приятнее, а на месте я что-нибудь перекушу. Это не проблема, – ДонУн свернул с главных улиц в сторону центрального парка – Ты была на выставке бабочек? А в музее оптического обмана?
– В музее была, а на выставке нет, – я включила, как обычно, свою музыку. Только на этот раз ту, которая мне самой нравилась, а не просто «музло назло», которое подростки любят впарить соседям – но на выставках не продают омлеты, супы, каши и что-нибудь вкусненькое.
– Где-нибудь рядом точно будут гамбургеры и хот-доги, – благодаря гидроусилителю, парень с легкостью крутил руль одной рукой, в другой держа мою левую. Меня ещё никогда так часто не брали за руку, стараясь всегда ощущать, что я рядом. И надо же было этому совпасть с тем, кого я меньше всего бы хотела чувствовать. После Йесона. Хотя был ещё Уён, но тот всё ещё лежал в больнице, хоть и пришел в себя. Ему там светила ещё пара недель, это точно. Так что я уже почти не держала на него зла.
– На пустой желудок класть такую гадость? Нет, я не разрешаю, – иногда я начинала вести себя, как старшая сестра. Воспитывала и учила бытовой жизни. Больше ничему и не могла.
– Мне приятно, когда ты так заботишься, – посмотрел на меня ДонУн, скромно улыбаясь.
– Кто-то же должен, раз ты сам не думаешь, – после рассказа ЧунСу я понимала, как ему всю жизнь этого не хватает. Пусть он сейчас и вернулся к родителям, но я могла себе представить, как там никому нет до него дела. Отец вечно пропадает на совещаниях, мать в творческих поисках или носится по галереям, заказчикам или светским тусовкам. Бедняга. Вот отомщу тебе по самые гланды, и начну тебя жалеть. Издалека, на расстоянии.
Ещё немного поспорив, мы всё-таки остановились на центральном парке и, после того как ДонУн поел там в уличном кафе на открытом воздухе, взявшись за руки гуляли по аллеям, меняясь впечатлениями и воспоминаниями.
-… я много где был, и в Европе тоже, но мечтаю посетить Италию. Там я ещё не был.
– Правда? – уже раз пятый за день я отмечала, что вкусы наши часто совпадают – Меня тоже манит эта страна. Особенно Венеция. Хотя говорят, от каналов ужасно пахнет и красиво всё только на картинках.
– Так надо съездить и узнать точно, – крепче сжал он мою руку – Я тоже хочу туда. В Рим и Венецию. Как смотришь на эту идею? Как будет свободное время – слетаем?
– Конечно! – я могла обещать всё, что угодно. Исполнять я не собиралась. Куда мне отпуск? С ДжеСобом я круглогодично занята.
Он купил нам мороженое, и мы продолжали бродить, наслаждаясь солнцем и беззаботными беседами. Когда с ним не нужно было целоваться, ДонУн был терпим, даже очень. А когда рассказывал анекдоты, то мне даже было искренне весело.
– … а ещё есть анекдот в тему, про зайчика… – начал он, но, завидев трех девиц, идущих навстречу, оборвал рассказ. Вовремя, потому что у меня уже живот начинал болеть от смеха – О, нет!
– Что такое? – проследила я за его взглядом, вытирая слезы, выступившие из глаз.
– Бывшая, – сквозь зубы успел уточнить он и трио поравнялось с нами, остановившись.
– О, привет, милый, – худая особа в центре сразу приняла вызывающий вид, поэтому я тут же поняла, кто именно из них бывшая девушка ДонУна. Другие держались попроще.
– Привет, БоМи, – поздоровался он, стараясь не смотреть на неё.
– Как жизнь? Смотрю, цветешь и пахнешь? – её негатив чувствовался за версту.
– Стараюсь, – пытался быть он краток, чтобы поскорее пойти дальше.
– А что за курица рядом с тобой? – окинула она меня глупым взглядом. Она, наверное, думала, что унижающим или презрительным. Не знаю, на меня впечатления не произвел. ДонУн уже открыл было рот, но я вступилась за себя сама.
– Не курица, а куропатка, горе-орнитолог. Тот же отряд куриных, семейство фазановых, только плодовитее, сочнее и симпатичнее, – провела я руками по своим более пышным формам и замерла в позе выставочного экспоната. Хотя больше было похоже на позу афроамериканских девушек-реперш «эй, сучка, это мой мальчик!» – Научись отличать.
– Как будто есть отличия! – фыркнула она.
– Конечно, мы ходим с самцами или по одной, а куры всем курятником, – ДонУн рассмеялся. БоМи взбеленилась, её подруги тоже начали пыхтеть.
– Ещё будешь продолжать умничать? – грозно сделала она шаг вперед.
– Придется, если ты будешь продолжать тупить, – после Йесона меня вообще не проняло её движение. Может хоть с саблей наголо передо мной поскакать и встать в позу «затаившегося тигра». Я вцепилась в руку ДонУна покрепче и потянула его дальше, в обход этих трех юных самок. Они были младше меня лет на пять. С кем там связываться?
Они что-то пытались ехидничать вслед и хихикать – что звучало насквозь фальшиво – но я не останавливалась и не реагировала. Они были последним, что стало бы меня коробить в этой жизни.
– Извини, – сказал молодой человек, когда мы отошли на приличное расстояние, потеряв их из вида.
– За что? За отсутствие у них мозга? Ты не виноват, – я гордо расправила плечи, как победитель на ринге. В глазах ДонУна читалось восхищение и радость оттого, какой он сделал правильный выбор – Только скажи честно, как ты умудрился встречаться с такой прелестью?!
– Ну, не знаю даже, – он пожал плечами – когда я её не очень хорошо знал, она мне нравилась внешне, потом вошло в привычку, а потом уже не знал, как отделаться.
– И долго ты с ней имел отношения? – разобрало меня любопытство.
– Полгода где-то.
– И давно это было? – вот зачем мне вся эта информация? Хотя ладно, мужчины любят, когда ими интересуются, поэтому пусть будет как углубленная методика соблазнения.
– Я её бросил два месяца назад, – ДонУн с такой неприязнью на лице это произнес, что я опять вспомнила своё, больное. Вещи, женщины для него вещи! «Бросил»! Она что, мяч или бумеранг, бросать её?!
– А по-человечески расстаться не получалось? – сдерживая недовольство, старалась я не перейти на конфликт мнений.
– Да ты её видела? Она же до сих пор меня как увидит, так грезит, чтобы я снова её позвал, – увидев, что я всё больше сержусь, теперь ещё и на его поперевшее наружу самомнение, он попытался исправить сказанное – ты не представляешь, какой она человек! Когда мы гуляли, она водила меня только по магазинам. Когда мы в них оказывались она хотела скупить там всё на свете, и платил я! Когда мы шли куда-то отдыхать, то это обязательно был модный ночной клуб, в который её без меня бы и не пустили, и вместо того, чтобы хотя бы постоять рядом со мной, она туда ещё ораву подруг притаскивала и тряслась с ними на танцполе, пока я с друзьями у стенки тянул коктейли.
Я посмотрела на носы туфель. Противопоставить было нечего. А что если существуют такие женщины, которые на самом деле вещи? Вся их жизнь посвящена мелочам, ерунде и мелкой суете, им плевать на парня рядом, на чувства. По большему счету на всё плевать, настолько они поверхностны. Но они гонятся за материальным комфортом и временными ценностями, становясь бездушнее и пустее даже такого человека, как ДонУн. На первый взгляд в это трудно поверить, но такое на самом деле может быть. Это истинная правда, что умственное развитие соответствует эмоциональному. Чем интеллектуальнее существо, тем оно острее горюет, печалится, переживает потери и трагедии. Вы когда-нибудь видели угрызения совести у хомячихи или свиньи, слопавших собственной выводок? Я нет, и сомневалась, что такие «леди», как БоМи, драматизировали бы, например, забеременев от насильников. Она бы сделала аборт или отдала ребенка в приют. Я не идеализировала себя, я просто для себя признавала, что я старше и умнее, а потому надеялась, мои поступки были более правильными.
Я вспомнила, что ЧунСу говорил, мол, вокруг ДонУна всегда вертятся охотницы за деньгами. Он был прав на сто процентов и вот оно доказательство. Если все знакомые слабого пола воспринимают тебя как денежный мешок, коим ты по сути и являешься, благодаря отцу, то как же тебе самому не превратиться в потребителя? Не каждый способен противостоять обществу, большинство просто под него подстраиваются. Эх, не видел ты, ДонУн, хороших девушек. И ты, ЧунСу, не видел. Но меня одной такой чудесной на вас двоих не хватит. «Но на девятерых же хватило» – откуда-то из недр подсознания раздался во мне голос Йесона. Слава Богу, только голос, а не черный костюм, под которым… Скотина! Да неважно мне, что под ним!
– Не сомневаюсь, что за всё это она расплатилась с тобой горячим сексом, – нашлась, чем кольнуть его я, после раздумий. Мне нужно было его щипать ментально для самой себя, чтобы не начинать изливаться душевным теплом, не прижать его к груди и не погладить по голове.
– Горячим сексом? Да знаешь, какой он был? – понесло ДонУна, явно решившего для себя, что мы уже достаточно близки для откровений.
– Уволь! Не хочу подробностей, – выставила я вперед ладонь.
– Нет уж, послушай! – улыбаясь, поучительно выставил он палец – Сама начала эту тему.
– Нет-нет-нет! – я приложила руки к ушам – Ничего не слышу!
– Услышишь! – засмеялся он, пытаясь оторвать мои руки от головы, но я с напевом «ля-ля-ля» вырвалась и, балуясь, побежала по аллее. Он включился в игру и побежал следом, уже забыв, что хотел сказать когда догнал, или и не собираясь по моей просьбе продолжать эту тему.
Мы гуляли до позднего вечера, сходив в тир, потом на карусели, потом прокатавшись час на катамаранах. Потом я обнаружила ларек со свежими пончиками, аппетитно пахнувшими, которые готовили прямо на глазах и посыпали сахарной пудрой. Я обожала пончики. ДонУн купил мне целый пакет и, хоть я и заверяла, что не съем столько, всучил его мне.
А потом внезапно грянул дождь. Полил резко, почти сразу ливнем. Позже его нагнали гром и молнии, и началась гроза. Автомобиль остался далеко-далеко у ворот парка, а легкие куртки были в нем. На нас были только футболки; внизу на нем светло-голубые джинсы, на мне развевающаяся шелковая юбка. Вообще, не сговариваясь, мы оделись так, что смотрелись сладкой парочкой. У обоих белый верх и голубой низ. Просто карма.
Пока мы добежали до ближайшего укрытия, под крышу какой-то беседки, стоявшей на деревянных столбах, оба были мокрые до нитки. Одежда обтянула нас, как целлофан. С наших волос текли струи воды, и нас самих можно было хоть выжимать.
– Вот это прогулочка, – смеялся запыхавшийся ДонУн, поглядывая на небо. Тучи из-за темноты было не различить, но судя по тому, что до горизонта не видно звезд, всё было заполнено ими.
– А мне понравилось, – прижимая пакет с пончиками к груди, призналась я – я сто лет так хорошо не проводила время.
– Тогда в следующий раз едем на пикник, на природу, – отметил для себя молодой человек – только заранее посмотрим прогноз погоды. Чтобы точно налетел ураган.
– Ну конечно! – я пихнула его в плечо – Экстрим по душе? А я вот люблю поспокойнее отдых.
– Да я тоже не любитель прыжков с парашютом или какого-нибудь дайвинга. Вдруг акула слопает?
– Ты боишься акул? – я тоже подошла к краю и максимально высунула нос так, чтобы на него не капало.
– Вот стоя здесь, сейчас? Нет, не боюсь, – я опять развеселилась – А ты чего-нибудь боишься?
– Пауков и тараканов, – призналась я в простейшем, чтобы не углубляться в рассуждения об одиночестве, смерти, предательстве, Йесоне.
– О, жаль, но тут я тебе тоже не защитник. Знаешь, какие меня кошмары от насекомых пробирают? Любых, фактически. Я даже от пчел убегаю, как от огня.
– Я бы посмотрела на это, – интересно, а от Йесона, если бы он всё узнал, он мне тоже не защитник? Я записала в маленькую записную книжечку в правом полушарии мозга, что как-нибудь можно подействовать на нервы ДонУна роем ос.
– Жестокая! – ты даже не представляешь себе насколько! Я высунула руку и подняла ладонь вверх. Этот рефлекторный жест невозможно остановить никогда, если смотришь на дождь и имеешь шанс его потрогать – Да, надолго мы тут застряли.
– Ничего страшного, а впрочем, – я соскочила с единственной ступеньки и вышла на дорожку, под ливень – Мы и так мокрые насквозь, так что чего ждать? Идем.
ДонУн стоял и смотрел на меня, как зачарованный, скрестив руки и опершись на один из столбов.
– Что? – он открыл было рот, но запахнул его обратно – Ну давай, пошли!
Я протянула одну руку ему, посжимав несколько раз пальцы. Обычно так зовут маленьких детей. Я так всегда призывала ДжеСоба встать на ножки и учиться шагать. Другая рука всё ещё бережно сжимала пакет. ДонУн мягко спустился с беседки и медленно подошел ко мне. По нему тоже захлестали капли дождя. Он всё ещё был таким сильным, что иногда приходилось промаргиваться, стряхивая влагу с ресниц, не говоря уже о том, что вода текла даже по губам.
Парень оказался передо мной, впритык. Его рука поднялась и нежно прошлась по моей щеке. Я наблюдала за его действиями, но потом опомнилась, что так не ведут себя влюбленные девушки и посмотрела ему в глаза. Мои были где-то на уровне его кончика носа, поэтому пришлось задрать голову. ДонУн коснулся подбородка и, второй рукой отодвигая мокрые прядки волос с моего лица подальше, тихо, с придыханием, произнес:
– Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты сказочно красива? – я сглотнула образовавшийся в горле ком и помотала головой. Кроме намеков ЧунСу на то, что у меня шикарная фигура, комплиментов я давно не слышала. Разве что стыдливые от ЧонМина, который не знал, как перейти от дружбы к делу.
ДонУн наклонился и ласково прислонился своими губами к моим. И тут мне стало… приятно. Я выпучила глаза, испугавшись своей реакции сильнее, чем когда меня затошнило. Какого черта происходит? Морская болезнь, вернись! Но я видела, что он-то глаза закрыл, а, значит, получает не меньшее удовольствие, чем я. Вернее, конечно же, значительно большее. Его руки не перемещались никуда. Ни на бедра, ни на грудь, ни даже на талию, что обычно казалось мне пошлым и отталкивало. Он легко придерживал меня за лицо, целуя так бережно и волнующе, что губы мои поддались и, впервые, раскрылись, впустив его язык. Я зажмурилась, ожидая новых физических позывов, но кроме легкого покалывания в груди и дрожи в ногах ничего не было. Я зажмурилась крепче и положила свою руку на его плечо. Оглушительный раскат грома, одновременно со вспышкой молнии, увиденной мной сквозь сомкнутые веки, озарил наш поцелуй и мы, разнявшись, взялись за руки и отправились к машине.
Озарение второе
Половину ночи я переваривала прошедший день. Своё отношение к ДонУну, новый взгляд на дело, на жизнь и на многое. А ещё я ждала дежурного звонка Йесона, но тот так и не соизволил позвонить. Очередные сюрпризы? Не хотелось бы.
Ни к чему не придя и единственное, что умудрившись сделать – это остановить, пока что, теплые чувства к своему «бойфренду», я дожила до утра и поехала на свидание с ДжеСобом, по которому жутко соскучилась. И при виде которого забыла всё на свете, все тревоги и левые думы. На обратном пути от него я вновь заехала в фитнесс-центр ЧунСу, но на этот раз уже с полной экипировкой. Я захватила сменную форму и намерена была позаниматься. Не для себя, не для фигуры, а для того, чтобы порисоваться перед ЧунСу и попытаться его соблазнить.
Девушка-администратор сообщила мне, что он на месте, и я вежливо попросила её вызвать его сюда. Он не заставил себя ждать, спеша удивиться тому, кто это его беспокоит. Я, улыбаясь, поприветствовала его поцелуем в щёку. ЧунСу готов был растеряться, но всё-таки отозвался тем же.
– Не сильно занят, не отвлекаю? – сияла я не то наигранной, не то настоящей радостью, когда видела его.
– Нет, как раз обеденный перерыв, – он посмотрел на часы, висевшие за администраторской стойкой, возле больших букв, оглашающих название клуба – но есть я не хочу, так что в твоем распоряжении.
– Это хорошо, потому что я надеялась поиспользовать тебя в качестве инструктора, – я перекинула через плечо рюкзак и двинулась в компании ЧунСу в зал – твой желудок точно не обматерит меня?
– Нет, я в больнице поел, – верно поняв мой взгляд, он поспешил добавить – я у Уёна был. Там попитался. Кстати, напасть какая-то, ЧунО тоже загремел в госпиталь. И его навещал.
– О, что с ним? – не веря своей удаче, уточнила я.
– Да уже всё в порядке, завтра выходит. Отравился энергетиком, сто раз ему говорил, чтобы эту дрянь не пил! – парень недоумевающее покачал головой – Хотя у него в последнее время с едой вражда. Недавно уже отчего-то мучился несварением.
Я прыснула смехом, секундно исправившись и имитировав кашель, чтобы не выдать себя и своё счастье по поводу сработавших ловушек. Я-то догадывалась, отчего он недавно не вылезал из туалета. Осталось ему теперь только душ принять, когда домой вернется. Судя по всему, пока не успел.
– Ты как? Нормально? – ЧунСу положил руку мне на спину, готовый придти на помощь, если я подавилась, а у меня тут же вся кровь прилила к тому месту, где лежала его ладонь.
– Всё хорошо! – я попросила меня подождать и нырнула в раздевалку, откуда выскочила уже через две минуты – Ну, с чего посоветуешь начать?
ЧунСу, уже в который раз, окинул меня с головы до ног терпким мужским взглядом.
– Ты знаешь моё мнение, – развел руками он.
– Знаю, знаю, и всё-таки? Что лучше для поднятия настроения, жизненных сил и тому подобного?
– Беговая дорожка, конечно, – он указал на крайнюю и я встала на неё.
– Покажи мне, куда тут нажимать и как регулировать, – я смущенно покосилась на него – я девушка не склонная к техническому складу, поэтому лучше не буду первый раз сама пытаться. Ещё сломаю что.
Молодой человек показывал, какая кнопка что значит. Дорожка плавно двинулась и я зашагала, при этом пытаясь как-то незаметно продемонстрировать обтянутую грудь или, словно невзначай, облизнуть призывно губы. Всё было тщетно. Или он не показывал, что реагирует. Он был мужчиной редкой выдержки, так что я тешила себя надеждой, что он просто хорошо скрывает эмоции. Не могут же его не волновать женщины? Конечно, волнуют. Два года назад я его очень взволновала, раз он справился с моей девственностью. Парень, у которого даже в таких условиях, под принуждением, встало и сработало, должен отличаться стойким и сильным потенциалом.
Мы разговаривали, пока я делала вид, что мне нужны пешие прогулки на месте. В этот раз завязать беседу на нужные темы о взаимоотношении полов не получалось. Я не знала, как подойти к ним, чтобы вытащить из него хоть какой-то намек на интерес к себе. А самой напрямую переть не хотелось.
– Какая встреча! Неожиданно! – я обернулась через плечо и увидела ДонУна, тут же полетев с беговой дорожки и в последний момент соскочив с неё, дабы устоять – Осторожнее!
Он уже подбежал и поймал меня за локоть. Если бы я не удержалась сама, то он был бы моим спасением. Какого черта он тут делает?! Только не это.
– Так вот откуда ты у меня такая стройная, – поцеловал он меня в висок. Это конец! Я ненавижу тебя, Сон ДонУн!
– Она первый раз занимается, честное слово! – восхищенно открыл глаза ему ЧунСу, не поведя и бровью в связи с тем, что я оказалась девушкой его друга. Он всё-таки не симпатизировал мне, не надеялся ни на что. Иначе хоть малейшее огорчение должно было окрасить его чело. Ничегошеньки. Ни складочки на лбу или в уголках рта.
– Тогда что ты тут делаешь, самая прекрасная в мире девушка? – обратился ко мне «бойфренд», обнимая меня, и добавил вопрос нам обоим с ЧунСу – Вы как вообще оказались-то вместе?
Я бросила взгляд на ЧунСу и поняла по его ответному, что он сам не собирается рассказывать, как был на квартире у друга, пока того не было. Ишь какой!
– Да как-то случайно столкнулись, – рассеяно промолвил он – разговорились, и я пригласил к себе сюда позаниматься. Я не знал, что вы встречаетесь, уже было начал строить планы по завоеванию.
Врун! Взял на себя все мои поползновения, да ещё приукрасил свою флегматичность. Собирался он. Угу, примерно как я в пять лет стать балериной. До сих пор ей становлюсь. Мне захотелось плакать. А они улыбались друг другу.
– Вот и хорошо, что вовремя узнал, – ДонУн прижал меня ещё крепче – это моё! Моё-моё-моё!
– Больше не претендую, – выставил вперед руки ЧунСу, потряся ими.
– А ты как давно увлекся тренажерными залами? – наконец-то подала голос я.
– Да я регулярно в них хожу, – парень поправил челку, лезшую на глаза – конечно, до ЧунСу мне как до канадской границы, но кое-что наработал.
Да, фигура у него была хорошая, но, как он верно заметил, до ЧунСу ему было очень, очень далеко. Но как же мне теперь быть с моей местью? Как? Эти два типа лучшие друзья. Мужская настоящая дружба штука не шуточная. Смогу ли я разбить её? Что-то подсказывало, что при новых обстоятельствах любой мой флирт с ЧунСу вызовет в нем резкий негатив ко мне. Даже пытаться нечего. Попытку измены ДонУну он пресечет на корню сам, если даже не с ним. Узнает и доложит. Ах, он злодей! Я посмотрела на них обоих вражеским взглядом разведчика, проникнувшего в тыл противника. А они, позитивные и беззаботные, решали, чем заняться на выходных.
– Надо собраться как-нибудь, все вместе, – кивал ДонУн.
– Можно на бильярде сыграть, – предложил ЧунСу.
– Ты любишь бильярд? – спросил меня первый. «Нет» буркнула я – Я тоже не очень. Давай что-нибудь другое придумаем? Чтобы всем весело было.
– Клубы я не люблю, ты знаешь, – товарищ моего парня на меня теперь почти не смотрел – вот в кино толпой сходить можно.
– О, кстати о кино! – ДонУн опять обратился ко мне – Я хотел сегодня предложить тебе посидеть дома, посмотреть что-нибудь, давай?
– Без проблем, – уныло произнесла я – ужин на сколько человек готовить?
– Да нет, я про романтичный вечер вдвоем, – то, что он обсуждал это при ЧунСу, заставляло меня чувствовать себя голой. Я посмотрела на сорвавшегося с удочки тренера взглядом, полным боли и обиды, но он его не увидел – что смотреть будем?
«Меняясь партнерами» чуть не ляпнула я вслух, завидуще душой протягиваясь к другому человеку.
– «Антикварную кондитерскую»? – пожала плечами я. Отличное кинцо, почему-то первым пришло в голову.
– О, да! Классный фильм, – подхватил ДонУн – развлекательный.
– Как вы можете смотреть чушь про педиков? – сморщил нос ЧунСу.
– Да там не в них суть, – махнул рукой ДонУн – зато весело и интересно.
– Всё равно это перечеркивает для меня фильм раз и навсегда. Я обычно Ким КиДука смотрю.
– А я от него в запой начинаю хотеть уйти, – засмеялся ДонУн и, увидев вспышку в моих глазах, затряс головой – я образно выразился, я столько не пью.
– О, как тебя приструнили, – ЧунСу поклонился мне – уважаю, на него давно нужны были такие руки.
– Она меня не воспитывает, – покраснел молодой человек, как и все парни, не любящие при друзьях смотреться подкаблучниками. Минуточку, а он когда успел им стать? Я что, правда добилась таких успехов, не заметив того? – просто она сама такая положительная, что я сам себе не позволяю делать ничего лишнего. И нечего на меня так смотреть. Найдешь себе такую – поймешь!
– Извините, я выйду, – у меня голова пошла кругом от этих двоих.
Они все мне сбили, напрочь! Я не умела так быстро перестраиваться. Я даже не выкрутилась с ситуацией на вечер, так сильно была запутана новыми обстоятельствами. Как теперь быть с тет-а-тетом? По-любому это до добра не доведет. Я пошла искать тихий уединенный угол, где никто не мог меня подслушать. Найдя такой в конце женской раздевалки, я проверила, что в ней никого нет и, сев напротив двери, что б никто не зашел незамеченным, набрала Йесона, в который раз коря себя за синдром, смахивающий на шизофрению.
– Да, моя драгоценная, – через три гудка услышала я.
– Не занят? – не стала я поправлять его, дабы он перестал давать мне названия.
– Для тебя – никогда.
– Польщена, о благородный сэр! – подыграла я – там никто не подумает, что тебе опять звонит жена?
– Разве что мои черепашки, – задумчиво предположил он.
– У тебя есть черепахи? – он подтвердил – Из всех домашних животных, которых можно завести: кошечки, собачки, попугайчики, ты завел черепах?! У тебя клиническая патология.
– Никто не идеален, – согласился он.
– Да где уж там, тебе даже до качества «пригоден» надо подтягиваться. А ещё можешь перестать канифолить мне мозги – нет у тебя никакой супруги, иначе бы по ночам ты с ней спал, а не до меня доматывался любыми возможными способами.
– Это далеко ещё не все возможные, – я услышала улыбку на его устах. И снова молчок о его семейном положении – есть ещё что сказать?
– Судя по тому, что ты с черепашками у себя дома, ты вообще не занят, так что потерпишь меня. Я же тебя терплю! Чем вообще такие как ты могут заниматься в свободное время, если не приносят человеческие жертвы?
– Лежу, читаю Жюльетту, или успехи порока*
– Маркиза де Сада? Что ещё можно было ожидать от такого негодяя…
– Я так аллегорично назвал «Ромео и Джульетту» Шекспира, из-за победы похотливой юности над здравым смыслом родительского надзора, но твой ход мыслей мне нравится, моя маленькая нимфоманка. Особенно нравится начитанность и знакомство с такими авторами.
– Ты читаешь Шекспира? – проскрежетала я зубами, сдерживаясь, закаляя в себе то, о чем говорил Йесон. Скрытность и хладнокровие – Никогда не поверю!
– Оставь служить богине чистоты. Плат девственницы жалок и невзрачен. Он не к лицу тебе. Сними его. О милая! О жизнь моя! О радость! – какая интонация! Какая убедительность! Ему хоть в актеры. Я услышала захлопнувшиеся страницы – Акт второй, сцена вторая, монолог Ромео, можешь проверить.
– Так, ладно, перехожу к делу, – я поняла, что в интеллектуальных баталиях его никогда не победить. Всё-таки он старше меня на несколько лет. Если будет нужно, он мне «Одиссею» перескажет наизусть, лишь бы позлить – Твоё предложение на счет помочь заманить ЧунСу ко мне в квартиру и усыпить ещё в силе? У меня тут кое-что изменилось.
– Я хочу услышать этот рассказ и обсудить детали при встрече! – оживился он – Я заеду вечером.
– Нет, вечером у меня ДонУн, – я тут же надумала ещё кое-что – кстати, не мог бы ты позванивать мне где-то после десяти часов? Для профилактики. Я хочу, чтобы нас все время что-то отвлекало.
– Ты сомневаешься в том, что сама устоишь? – Йесон хмыкнул – Тебе что, и этот уже мил стал?
– Да, представь, один ты не при делах, – показала я трубке язык, решив, по логике самого же моего собеседника, что когда соглашаешься со всеми обвинениями, они вроде как сами собой отметаются.
– Слушай, малыш, начинай уже мне мстить, к черту ДонУна с ЧунСу, ты, похоже, только через козни влюбляешься.
– Подождешь! – строго обрубила я – К тому же, тебе никаких козней. Сразу отрежу гениталии. И заставлю слопать.
– А потом полюбишь? – тоскливым, жалобным голосом поинтересовался он.
– Куда ты разговор уводишь, а? Я попросила позванивать мне, всего-то!
– А если ДонУн отберет у тебя трубку из ревности? Я у тебя, гарантирую, записан как «Йесон». Как ты ему объяснишь такие созвоны?
– Переименую тебя, так и быть.
– И как назовешь? – сладострастно прошептал он прямо мне в ухо. Я отстранилась от мобильника подальше – Что-нибудь сексуальное?
– Напишу «бывший», пусть подумает, что от меня не может отвязаться вымышленный персонаж.
– Нет, напиши «будущий», – многозначительно поправил Йесон.
– Размечтался! Не буду.
– Ну и я тогда звонить не буду, – я хотела вставиться, но он говорил, не останавливаясь – а на счет будущего, переписывай, не переписывай. Это факт. Ты просто окажешься в моей постели. И получишь там удовольствие. Приятного вечера!
Он опять положил первым и я чертыхнулась. Удовольствие? С ним? Ха! Я просто мечтаю ощутить у себя в заднице его член, как же! Я не заметила, как начала грызть брелок, висевший на телефоне. От волнения, которое накатило на меня вместе с воспоминаниями, я потеряла контроль. Его движения на мне, его порочные слова, его грязная распущенность и его руки, которые ласкали меня там, где другие не удосужились. Я ведь испытала два оргазма. Благодаря Йесону. У меня округлились глаза. Я была в шоке от себя, от того, что вспомнила. От того, что наконец-то призналась сама себе, что вопреки всему и несмотря на ужас происходящего, тело моё выдало своё «спасибо» Йесону два года назад. Главный предатель меня – я сама.
На неверных ногах выйдя из раздевалки, я пошла к ДонУну и ЧунСу, чтобы позаниматься для приличия рядом на каком-нибудь тренажере и потом собираться домой. Не смей, выкинь это из головы! Я запрещаю тебе, девочка, думать о Йесоне хоть с каплей положительного настроя! Он же специально это всё делает! Он же играет в игру, цель которой разбить мне сердце! Это и только это я должна помнить всегда и всюду и не позволить ему победить. Иначе он растопчет меня, уничтожит. А должна я его. Не думать о нем, не думать о нем – билось в моем пульсе. Я подошла к ДонУну и, обняв его вокруг поясницы, прижалась щекой к груди.
– И всё-таки, что хочешь сегодня на ужин?
* Жюльетта, или успехи порока / Histoire de Juliette, ou les Prospérités du vice – роман Донасье́на Альфо́нса Франсу́а де Са́да, известного как Маркиз де Сад, написан в 1801 г.
