Текст книги "Тороп (СИ)"

Автор книги: Alex Sem

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 28 страниц)

Глава 33

Фингал налился синевой и настроение от этого падало ниже плинтуса. Небольшой кусочек зеркала на стене отражал помятую физиономию со следами вчерашних посиделок. Нижняя челюсть двигалась словно насквозь проржавевший ковш древнего экскаватора. Голова гудела набатом. Да и остальные части тела не совсем адекватно отвечали взаимностью, заставляя двигаться вдоль стенки осторожно перебирая ногами. Надо ж было такому случиться… Меньше всего после ночных трудов неправедных ожидал подобного сюрприза.

Подходя к ставшему почти родным трактиру, заранее радовался свежести чистой наволочки и теплу шерстяного одеяла, предвкушая приятную расслабленность и удовольствие от возможности раздеться и рухнуть на широкую кровать. Освободить голову от дурных мыслей и восполнить сном запас сил, душевных и физических. Лепота…

Открыв дверь первым что я увидел – кувшин летевший мне в голову, а точнее в левую бровь и скулу, чем «удачно» принял эту «подачу»… Удар был не то что сильный, с ног не свалил, больше ослепил внезапностью переменчивости течения жизни. Из за чего не смог адекватно среагировать на сей посыл. Кувшин отправился в полёт чуть раньше по времени, чем я взялся за ручку двери. Предугадать такое действие мне было просто невозможно. Словив на несколько секунд хоровод обильных звёздочек, а заодно лёгкий ступор – сумел быстро очнутся и даже уклониться от следующего предмета. Вилка воткнулась в дверь возле левого уха, задрожав от гнева из за своего промаха.

Вот это встреча. Что за… В питейном заведении бушевала драка. Внешне, по аллегории, напоминающая морской шторм, во всей его красе. Группа хумансов кружилась в схватке, словно волны моря в непогоду, причудливо сочетая приливы и отливы людской массы вокруг неподвижных «рифов» столов и неподъёмных скамеек. Увернувшись от волосатого кулака я не задумываясь двинул головой в лицо вопящего и издающего миазмы перегара и вонь немытого тела кряжистого мужичка. Даже при общем оре я услышал хруст ломающегося носа и вопль недовольного лишенца. Тут же, мгновенно пришлось отпрыгнуть в сторону, избегая удара короткой опасной штуковины, весьма похожей на кистень. В умелых руках подобная дрянь голову проломит на раз-два. Приятель пострадавшего, похожий на него как брат близнец, пёр на меня словно бронепоезд «Заветы Ильича» на белогвардейскую нечисть, имея немалые шансы на успех. Тяжелее меня кило на двадцать и шире в плечах, эта помесь хуманса с гномом пыхала как паровоз злобой и ненавистью, стремясь достать своими мясистыми оковалками. К моему счастью, у кого то хватило здоровья поднять одну из немногих громоздких скамеек и обрушить на голову наглому ублюдку, отправив его в аут. Эти произведения столярного искусства можно было смело использовать при штурме города, случись такая оказия, если бы к баллистам закончились каменные ядра. Последствия были бы одинаковы.

«Благодетель» мой продержался на несколько секунд дольше, в свою очередь словив серию ударов от огромного размера кулаков полукровки непонятного союза хуманса с бурым медведем. Эту картину я запомнил вышибая спиной дверь. Внезапный, резкий и сильный прямой удар ногой в грудь отправил меня в быстрый, но недолгий полёт. Дверь выстояла, пружина и петли вернули её на место, отрезая меня от публики и заглушая шум веселья. Вот знает же трактирщик толк в качественной мебели. Несомненное чувство хорошего вкуса у человека. Неубиваемо и весьма брутально. Для тех кто ценит простоту и надёжность деревенского стиля.

Отдышавшись, сидя на задней точке, несколько минут, я принял не вполне удачное решение вернуться. Такая она, дурь молодецкая. К сожалению, осознание ошибочности, столь необдуманного поступка, пришло ко мне, когда я почти уже пробился к барной стойке, занятой в качестве укрепления командой Зацепа из охранников, поваров и нескольких «старожилов». Неприступной скалой возвышался сей монумент в буре ярости, злобы и бесшабашного веселья. Вооруженный поварёшками, разделочными досками и просто крепкими поленьями гарнизон успешно держал оборону. Мне не хватило всего несколько шагов до оазиса стабильности и благополучия. Сперва удар тяжёлым предметом по затылку бросил меня на колени, затрещали бока от ударов ногами, одетыми, отнюдь не в лапти, и в довершении на меня свалились несколько человек, похоронив меня в своеобразной куче-мале. Дальнейшее от меня мало зависело. Тела подбитых бойцов защищали меня от ударов живым щитом, в то же время не давая никакой возможности пошевелиться. Дышать стало труднее.

Серьёзным недостатком «убежища» было то, что руки и ноги местами были лишены подобной защиты и толпа хумансов знатно потопталась на моих конечностях. Слава Отцу Богов что ничего не сломали, хотя было больно, порой даже слишком. Праздник закончился с приходом стражи, что быстро навела порядок. Слишком глупых и обезумевших лупили всей массой мечами плашмя и древками коротких копий. Весьма грамотно и профессионально, чувствовался хорошо наработанный опыт при богатой практике. Особо дурных, что схватились за оружие закололи и зарубили без лишних разговоров. Как только полилась кровь народ начал резко трезветь и приходить в себя. Мне повезло дважды. Когда мою тушку наконец подняли после разбора «завала», стража немного подустала и успокоилась. Поэтому ограничилась лёгкими пинками и оплеухами. А когда начала сгонять будущих жертв закона в кучу – меня вовремя заметил трактирщик и дал отмашку. Матерным словом и подзатыльником я был изгнал из кучки терпигорцев и перешёл на сторону законопослушных граждан. Чему откровенно был рад. И при первой же возможности слинял в свой нумер, пока шло следствие, благо свидетелем был не особо ценным и знающим. Воссоединение с кроватью прошло успешно, с мучительной радостью и поскрипыванием зубов от неприятных ощущений. Усталость быстро взяла своё и я вырубился.

Ломало тело утром основательно. Хотя каким утром? Время, ближе к обеду. Однако, знатно отлежался. Сил хватило еле еле доковылять до стола и рухнуть в изнеможении на широкую скамью. Чего нельзя сказать об аппетите. После вчерашних событий жор проявился зверский. Молодой организм, это вам не это. Лайза, подавальщица, три раза бегала на кухню за добавкой. Бока болели, но печень и потроха к счастью не пострадали. По мере насыщения настроение поднималось и жизнь начинала играть красками. Раздражение и злость тихо сдавали свои позиции. Подсевший Ван присоединился к трапезе. Некоторое время мы молча мели всё со стола, восстанавливая душевное равновесие. Наконец чувства пришли в норму и мы почти одновременно отвалились, ослабляя пояса.

– Скажи, Ван, что за дерьмо ночью случилось?

– Морячки расслаблялись

– С фига ли?

– Две компании с разных кораблей. Где то до этого закусились. А тут напились и понеслось – как с цепи сорвались. Ну и остальной люд подхватил. Народ то у нас простой, только дай повод. Хорошо что стража вовремя успела.

– А то что законники несколько человек порубали, нормально?

– Завалили всего двоих. А вот если бы не успели – трупов было бы больше. Всё к тому шло. Стража – в своём праве. Никто им ничего не сделает. Сказали – хватит, стоп, умные услышали. А дураки… на кладбище лежат.

– Понятно. Естественный отбор

Ван ушёл, пора самому выдвигаться. «Подельник» должен быть на ногах. Время не детское

Вор положил на стол кошель туго набитый монетами. Красивое зрелище, если верить что содержимое сплошь золотом. И совсем скучное при замене на тусклую медь. Сейчас проверим

– Твоя доля. То что монетами брали.

– Благодарствую

– Хорошо поработали

– Рад за тебя

Не развязывая кинул в сумку и продолжил

– Вопрос был другой…

– Всё в силе

– И это был правильный ответ

– Всё хохмишь?

– Улыбайтесь чаще, и чаща улыбнётся вам

Пожал я плечами

– Не интересно что за хабар взяли? И не весь?

– Лучше меньше, но больше. Остальным поделиться хочешь?

– Нет. Помощь в другом нужна.

– Извиняй боярин, не моё это, по ночам шнырять

– Не то

Шрам махнул рукой, словно отметая лишнее

– Человек, кому хабар сливать будем, дешевить будет. Скажет – фуфло пихаете, медь за золото мылите.

– Ну если так… А разве уговор был не баш на баш?

– Много чести для твоего кровника. Жадный Мирах конечно всё захочет. Чую лоханёмся, сольём с перебором.

– Ты же знаешь. Мне другое нужно.

– Знаю. Только вещи непростые. И цена другая, для людей знающих. Разведёт нас Мирах как детей малых.

– Ладно. Чем смогу. Не купец я. Ну а на нет…

– И суда нет

Закончил довольный вор. Расту, однако, потихонечку, авторитет у жуликов нарабатываю. Зачем? Сам не понимаю. Кривая дорожка…

Через час мы сидели в закрытом дворике на другом конце города и вели неспешные разговоры с досточтимым купцом Мирахом. Высокие стены, сложенные из дикого камня позволяли вести общение уединённо, не отвлекаясь на посторонних и не боясь чужих глаз. Молчаливые слуги тихо перемещались по территории, не мешая общению. В углу дворика, под навесом, нас потчевали напитком напоминающем кофе. Глядя на мясистый вислый нос, смуглую кожу и чёрные глаза меня мучило подозрение что неприкаянные дети земли обетованной расселились не только на Земле, но и во всех остальных обитаемых мирах. Нет, что вы, никаких одесских прибауток и немецких словечек. Но сама подача и истовое желание торговаться за каждую медяшку, завуалированная мягкими словами и цветистой речью заранее настраивало на пессимистический лад. Увы, торговые дела вести – не топором махать. Поле непаханое. Вот только я совсем из другого теста. Словно пешка против ферзя, результат понятен даже недалёкому орку.

К моему облегчению Шрам имел опыт общения и с подобными персонажами. Моё участие понадобилось только когда от получасовой словесной шелухи перешли к делу. До этого пришлось сидеть с неподвижным лицом, изображая невозмутимость и полный пофигизм. Мирах брезгливо потыкал пальцем в небольшую кучку хабара. Здесь лежали вещи непростые, тщательно отобранные заранее со Шрамом. Всё они обладали какими то свойствами, знать бы ещё точно какими.

– Это дешёвое барахло. Не узнаю тебя Шрам…

– Мирах, Мирах, все наши разговоры начинаются одинаково. Что скажешь?

Обратился вор ко мне. Я ответил.

– Мне кажется купец не уважает себя. Что говорить о нас…

– Э, парень…

– Стоп. Я поднял руку.

– Смотри купец.

Показал пальцем на кисти рук. Мирах был любителем «безделушек». Пальцы унизаны перстнями и колечками. На запястье одной руки болтались чётки, другой – золотой браслет причудливой вязи. Почти все «светились» зелёно-сине-фиолетовым. Выбрав из кучки хабара четыре, внешне простых, серебряных в патине колечка, я положил их отдельно.

– Смотри. Они не такие красивые как твои перстни. Не бросаются в глаза. Но по силе – ничем не хуже.

Зацепил из нашего хабара массивный перстень. Не могу сказать что это – но штука мощная. Самое ценное из того что взяли.

– А вот эта вещица стоит минимум половину твоей «бижутерии».

Шрам довольно кивал головой.

– Наш товар «весит» больше чем на тебе одето. И ты это знаешь. Прояви уважение. Не оскорбляй нас, считая дураками. А то мы подумаем, что ты не понимаешь чем владеешь

Купец внимательно выслушал меня, поблёскивая маслинами глазами.

– Ты слишком молод парень. За что мне тебя уважать?

Спесиво выдал торгаш

– Молодость быстро проходит. А уважение… Уважай себя, не меня. Ты можешь обмануть раз, затем второй. На третий – люди пойдут к другому «купцу». И что то по настоящему ценное попадёт не в твои руки. Такие люди как ты, Мирах, не живут одним днём. Что такое деньги? Мусор. Сегодня есть, завтра нет. Уважение не купишь за звонкие монеты.

– Хорошо говоришь парень. Напомни, как тебя зовут?

– Тороп

– Я запомню

На этом коротком диалоге общение со мной закончилось. Честно говоря, мои уверенность основывалась больше на интуиции и яркости свечения безделушек. Что вовсе могло не соответствовать реальному положению дел. Наглость и вера что купец не владеет моим умением видеть скрытое, позволили сыграть положенную роль. Шрам со всем вдохновением бросился в бой. По ценам амулетов я не ориентировался, но мы заранее проговорили по всем более-менее значимым вещичкам, относительно чего и сколько по силе насыщенности энергией. Да и мне умничать дальше было не желательно. И так проявился. Помалкивай и сойдёшь за умного – придумали точно не дурные люди. Вряд ли Шрам взял настоящую цену. Всё же товар был «горячий». Но судя по довольному выражению лица – кусок откусил приличный. Мне, в данном случае, было всё равно. Своё я получил, а с этой сделки мне выгорала только встреча с убивцем. Пусть вор радуется лишнему куску.

Остались ещё какие то нереализованные безделушки, не обладающие никакими свойствами. Их даже не стали предлагать Мираху. Пришлёт Шрам долю – хорошо, нет – да и пофиг. Главное – мне сделают встречу с Варламом. Жду не дождусь. Надеюсь хватит воли не зарезать эту свинью-эльфа сразу…

Глава 34

Очнулся я при тусклом освещении одинокого масляного светильника. Дрожащий огонёк, чуть подрагивая, пытался разогнать тьму царившую в комнате. Получалось не очень, но даже при таком дрожащем полусумраке обстановка не внушала оптимизма. Что-то такое со мной уже было похожее… Дежавю. Цикличность событий напрягала. Не пора ли остановиться? Не смешно…

Моё тело, которое я плохо чувствовал, находилось в полулежачем положения, слегка опираясь спиной о невысокий сундучок. Или что-то похожее. Рёбра болезненно ощущали острый угол. Голова… ох… надеюсь что целая… болела так, что казалось что совсем недавно она пережила встречу с молотом или попыткой отбить наковальню, зачем той же частью тела. А может и то и другое вместе. Положили одно на другое и кувалдой сверху. Лови паренёк! Сейчас проверим – в каске ты или нет. Хорошо мутило и казалось вот-вот стошнит. Как плохо… Бедная моя голова… несчастный я…

Сквозь мысленные стенания о себе любимом, о злодейке-судьбе, проступающая картина невольно способствовала общему тонусу и даже некому приливу сил. Настолько она была противна взору, что поневоле эмоции мобилизовали скрытые силы организма и через несколько минут способность мыслить трезво и действовать начала возвращаться в моё больное тело и нездоровую голову.

Рыча и постанывая, больше на эмоциях, чем на остатках сил, попытался принять вертикальное положение. Почти не веря в результат и качаясь как камыш на ветру всё же смог удержаться в положении стоя, привалившись, для надёжности, плечом к стене. Опять затошнило. Сдержал порыв, отдышался, и начал разглядывать открывшийся пейзаж. Сюжет чем то напоминал картину «Смерть Марата», эпохи Французской революции. Для полноты картины не хватало ванной, взамен грубо сколоченного топчана, и наверное для остроты ситуации, сюжет дополнялся ножом, воткнутым чуть ниже соска левой груди. С такой знакомой ручкой, затейливо украшенной кожаной плетёнкой. Моим ножом, подарком Троя. В роли «Марата» пребывал вольно раскинувшийся на кровати, так нужный мне полукровка Варлам. Какая однако неприятная картина…

Я попытался вспомнить что привело к такой гнусной ситуации и как не повезло здесь оказался. Продираясь сквозь приступы головной боли.

Вечером в постоялом дворе появился Рыжий. По договорённости со Шрамом мне сделали встречу с полукровкой, что имел прямое отношение к смерти Троя и нападению на меня. Как и что служило частично предметом торга и договоренности о встрече – я не знал, хотя на каком то этапе поучаствовал. Сколько было задействовано в этой цепочке людей и нелюдей меня мало интересовало. Шрам заработал на на нашей экспроприации достаточно, что бы пошевелиться в нужном направлении.

Рыжий провёл через весь город к небольшому особняку, древнему и мрачному, неожиданно киношной внешности классического ужастика. Построенному и прослужившему по виду не один десяток, а может и сотен лет своим хозяевам. Сейчас переживавшим времена упадка. Встречало трое человек, двоих из которых я кажется видел в охране того смазливого красавчика, что так удачно натянул своих партнёров по карточной игре. Занятный индивидуум, явно обладающий нестандартными способностями. Должно быть и поимел «друзей» по карточному столу не только за счёт удачи… Впрочем, не моё это дело, лишнее.

Рыжий не стал заходить в дом. Переговорил с заросшим по самые брови чёрной «цыганской» бородой старшим из тройки. Тот подтвердил что договоренности в силе. Проводник кивнув на прощание испарился за пару секунд. Что мне не особо понравилось, но не оставляло других вариантов как плыть по течению. «Цыган» проводил через дом в небольшую комнату. Где я наконец смог увидеть своего долгожданного оппонента.

Судя по запаху царившему в комнате полукровка проживал не лучшие дни своей жизни. Витало в воздухе что то такое, что не оставляло сомнения – здесь боль и страдания, а тяжёлый запах гниющего тела бил по ноздрям. Полулёжа на кровати ублюдок молча смотрел на меня. Замотанная грязными бинтами шея, грудь и левая рука. Измученный вид, равнодушный взор говорили сами за себя – полукровку встреча со мной не так что бы особо и пугала. Больше как – неприятное и вынужденное событие. От которого никуда не денешься и нужно просто перетерпеть. Словно нашествие тараканов на стол заваленный объедками, до первого появления уборщицы с чистой тряпкой. Но мне плевать на мнение этого ублюдка. Пусть сдохнет, лишь бы поделился информацией.

– Смотрю живой ещё… пока…

Кипит во мне, зачем так сказал. Не лаяться я сюда пришёл…

– Живой. Ещё на твоей могиле станцую. А из твоего черепа плевательницу сделаю.

Ну вот, теперь и эмоции появились. Глаза загорелись. Видно что рад человек, тьфу, полукровка, встрече.

– Не, не дотянешь. Сгниёшь раньше

– Гноем на твоём трупе помочусь

– Мочилка раньше отвалиться

– Да я…

– Да ты…

Минут десять мы плевались в друг друга словам. Пересохло горло. Я отодвинул от стола и присел на стул. Выплеснул из кружки какого то лечебного пойла на пол, сполоснул кружку обычной водой из кувшина. Налил полкружки и залпом выпил. Хорошо. Оппонент замолчал.

– Вопросов всего два.

Молчание.

– Я не собираюсь тебя сейчас убивать. Просто мне нужно знать.

Всё так же смотрит на меня утырок.

– Даже не спрашиваю – имеешь ли ты отношение к смерти моего брата. Два вопроса – кто и почему. Для тебя готов ещё раз повторить. За что убили Троя и кому нужна его смерть.

Я уставился на своего кровника. Мало ли что кому обещал… Потерплю. Не сегодня – так в следующий раз сделаю как надо, доведу до конца. Ты только не молчи…

Минут пять мы ещё молча пялились друг на друга. Наконец Варлам открыл рот.

– Я согласился с тобой встретиться. Я не обещал отвечать на все твои вопросы.

– Смысл этой встречи? Поясни

– Твоему брату случайно попал в руки один редкий артефакт.

– Насколько ценный?

– Он не понимал его ценности.

– Что он делает?

– Тебе и мне он ничем не поможет.

– Почему?

– Это товар для магов и колдунов.

– И как зовут того мага?

– Кто тебе сказал что это маг?

– Человек? Посредник?

– Нет. Не человек.

– Кто?

– Узнаешь.

Полуэльф перевёл дух. Сделал несколько глубоких вздохов. Видно было что общаться ему непросто. Я снова налил кружку и протянул ему. Сделав несколько глотков он вернул её обратно.

– Как я узнаю? Когда?

– Недолго ждать. Он сам тебя найдёт.

– И всё же… что за артефакт?

– Слеза ночи…

Неожиданно за спиной чуть слышно скрипнуло. Варлам с какой то издёвкой улыбнулся. Я попытался резко обернуться, но не успел. Тяжёлый удар обрушился на голову и уже падая со стула моё сознание померкло. Блин, как больно…

Не знаю сколько я простоял перед кроватью. Пять минут или пару часов. Через какое то время ступор отпустил. Судя по шторам, точнее по щелям в них, снаружи было ещё темно. Ночь пока ещё в своём праве. И судя по живописному пейзажу, самой ситуации в которой я оказался, вывод напрашивался только один – бежать тебе отсюда надо Тороп. Внятного объяснения своего «разговора» с Варламом при всей моей богатой фантазии я придумать не мог. Чистая подстава. Ещё и нож мой…

Ах, да… Сделав несколько шажков, на подгибающихся ногах, я упёрся в кровать. Немного поднатужившись, сумел выдернуть нож из груди трупа. Открытые глаза и удивлённое выражение лица полукровки придавали моему действию ощущение некой абсурдности, ненужной театральности что ли… Не совсем понимая что делаю я отмахнул от края чистой простыни неслабый такой кусок. Тщательно протёр нож, ручку, затем, следуя непонятным позывам – кувшин и кружку из которой пил. После чего запихал кусок простыни себе в сумку. Уничтожу позже. Вроде не то время, что бы по отпечаткам пальцев… но кто его знает, этих «одаренных»…

Оглядевшись в комнате и не найдя ничего что бы мог глаз зацепиться я тихонько, на сколько был способен, вышел в коридор. Слабый и редкий свет масляных ламп помогал найти дорогу. Плюс обострившееся зрение и дополнительные области чувств поспособствовали мне тихо пройти через весь дом и уже почти вздохнуть с облегчением. Спокойно, никто не реагирует. Осталось чуть-чуть. Не нарваться бы…

Однако… Даже не сообразишь сразу – радоваться или нет. Выход из дома был в принципе свободен. И помешать никто не мог. Полуоткрытая дверь манила обещанием свободы и избавлением от проблем. Живописно расположенные тела «ночных братьев» на первый взгляд производили впечатление сильно перебравшей компании, не рассчитавшей своих сил и проигравших «зелёному змею» очередное сражение, но не войну. Не было ни ярости ни напряжения в остывших телах. Свободные позы людей получивших удовольствие и расслабленных в силу того же. Если бы не залитая грудь «цыгана» и лужа крови под креслом – то сразу и не поймёшь, что не так. Если присматриваться – можно разглядеть и широкий разрез на горле старшего и колотые раны подручных. А если точнее – на каждого было потрачено не больше одного удара. И это было на столько странно, что возникали сомнения… Или убивец был невероятно быстр, что такие опытные «братки» не успели среагировать, или что то не так… Почему то не покидало ощущение что «гость» был один. И всё больше нарастало чувство, что времени у меня всё меньше и меньше…

Тем не менее, осторожно пройдя через комнату, словно опасаясь что каким то чудом мертвецы протрезвеют я минут пять ещё выглядывая из за двери тщательно прислушивался к ночным звукам. Судя по ночному светилу ночь приближалось к финалу. Ещё немного и начнёт светать. Точно, прошёл далеко не один час. Полукровка холодный, труп окоченеет ближайшее время. Наконец я решился и быстрым, смешно, как можно быстрее, на заплетающихся ногах пустился прочь от негостеприимного дома.

Ночная прохлада неожиданно ещё больше взбодрила меня. Головная боль потихоньку отступала. Подходя к «своему» трактиру я почти нормально себя чувствовал. Мыслей по поводу происшедшего не было. Одна пустота. Была только усталость, боль и желание занять горизонтальное положение.

С этим делом пришлось обождать. Войдя в заведение я наткнуэлся на Зацепа и Вана расслабляющихся после наведения порядка в трактире. Предыдущая ночь нанесла убытки и требовалось подлатать даже такую неубиваемую мебель, что оставалась в наличии. Весь день проведя в делах праведных босс и его главный бодигард позволили расслабиться. О чём свидетельствовала батарея пивных кружек и куча тарелок с остатками пищи. Лайза порхала как бабочка между столом и кухней. Немногочисленные посетители, в количестве двух человек, дремали за столами, пребывая в мире грёз, унесённые хмельной волной отменно сваренного пива. Чем славилось, без ложной скромности, данное заведение.

– О! Тороп! Ты откуда?

Заорал прямодушный Ван.

– Присоеденяйся!

Я было замер в раздумьях как отвертеться от щедрого зова моего друга. Да и аппетит как таковой отсутствовал напрочь. Как более внимательный Зацеп рассмотрел мой внешний вид.

– Что с тобой?

Он резко поднялся. Взял меня за плечи, посмотрел на голову, развернул

– Ох ты ж… Кто тебя так?

– Не знаю…

– Куда ты влез?

– Никуда. Ночью сзади напали

– Повезло…

Зацеп с явным сомнением в глазах покачал головой.

– Ван посмотри

– Да парень, повезло так повезло, весь затылок в крови…

Не успел я опомниться как Ван организовал бурную деятельность. Трактирщик, не смотря на статус был отправлен за редкой мазью, хранящейся для неординарных случаев, под замком. Лайза побежала за тёплой водой и чистой простынёй, что следовало извести на бинты. А сам Ван начал править свой любимый нож, доводя его до состояния хорошей бритвы. Спустя час после бурных обсуждений меня, любимого, моей дурости и невезучести, а также мер и способов излечения я вырвался из рук людей искренне переживающих за недотёпу. Лишившись наверное почти половины своей шевелюры, особенно сзади и сверху. Зашитой суровыми нитками с помощью гигантской, внушающей ужас иглы – головы, к тому же обмазанный вонючей мазью. Количество бинтов, с моей точки превышало разумные пределы и больше походило на чалму. Не смотря на дикую и неприятную ситуацию в которой я оказался, непонятные последствия и проблемы, мне было тепло на душе. Как то не ожиданно для себя оказался в кругу людей что готовы прийти мне не помощь… С этой мыслью я быстро уснул. За окном светало.

Пробуждение было тяжёлым. Просто жутко не хотелось открывать глаза. Но какой то гад пихал меня и раскачивал, что то при этом приговаривая

– Вставай… вставай… вставай…

Желая больше отвязаться чем покинуть своё ложе, я открыл глаза. Лайза… чтоб тебя…

– Что тебе надо?

– Проснулся?

– Да! Говори быстрей!

– Зацеп зовёт

– Может потом?

– Нет. Дядька говорит – хоть водой поливай, но тащи его ко мне

– Вот блин…

С помощью девушки я оделся. И поскрипывая суставами, не спеша перебирая ногами начал перемещаться в сторону зала. Не найдя знакомых лиц двинулся дальше. Судя по всему время шло к обеду. Трактирщик во дворе принимал поставщика зелени, производя торговые расчёты и продолжая обсуждение товара. Увидев меня кинул фразу:

– Найди Вана. Быстро

Недоумевая я поплёлся обратно. Охранник увидев меня затащил в свободную комнату. Крикнул подавальщицу с тазиком тёплой воды. Быстро и молча с помощью девушки размотал мой «тюрбан», осмотрел голову и снова помазал мазью. Попутно лишив голову остатков шевелюры. Выкинув половину самодельных бинтов, пропитанных кровью, оставшимися, относительно чистыми, замотал голову обратно. Подождав пока девушка покинет номер Ван сердито нахмурился и выдал:

– Дурак ты парень

– Э….

– Конченый дурак

– Почему?

– Тебе говорили – не связывайся со Шрамом

– Ну да…

– Каким местом ты слушал?

– А что случилось?

– Случилось… Пока ты дрых за тебя интересовались несколько человек. И знаешь что? Все как один точно не честные работники, а больше те, кто по ночам промышляет. Ты можешь мне ответить – куда ты влез?

– Ну это… да.

– Подожди, сейчас Зацеп подойдёт.

Спустя час, насыщенный грязными ругательствами и едкими комментариями наступило время конструктива. После моего рассказа, разложенного по полочкам и проблемам, не один раз повторенного в самых мелких деталях, народ призадумался. Единственно о чём я умолчал – о своём непосредственном участии в ограблении дома и вообще об этом эпизоде. Боюсь, мои друзья, насколько я могу их назвать таковыми, не поняли бы испорченной морали человека другого времени. Всё же скользко как то, признаю. Было стыдно, и не хотелось совсем уж падать в глазах товарищей. Некрасиво, да. Вот только назад не переиграешь. В моей версии я помогал Шраму сбыть товар купцу благодаря возможности пользоваться вторым зрением. За ответную услугу. Способность видеть волшебство было явлением редким, но всё же встречалось иногда и большой тайной не являлось. То что Шрам добыл ценности не честным путём сомнению не подвергалось, как и то что ему нужна была моя помощь в торге с любителем «побрякушек». Ценность товара вырастала в разы при наличии необычных свойств.

Не вставал вопрос и том как вору получилось договориться о встрече с полукровкой. Вполне по силам и возможностям. В своём кругу человек «авторитетный» – почему бы и нет.

Подробно разложив ситуацию с Варламом единственно к чему мы пришли – существо, что натворило этот беспредел было потерпевшим знакомо, иначе ничем не обьяснить расслабленность охраны и эмоции полуэльфа. И второе – как ни печально, крайним оставили одного молодого дурного орка. Однако вести с ним душещипательные беседы никто не будет. Известна моя история, отношение к убитому и даже общепринятое мнение об орках как несдержанных психах играло против. В лучшем случае попробуют поймать и тишком допросить. Поверит ли кто в мою версию? Если и предположить такую крайность – оставлять в живых нет смысла не будут. Молодой орк не удержался, оторвался на шайке «ночного народа» – «народ» не стерпел, влепил обратку. Орка закопали – справедливость восторжествовала. Ибо что б другим было не повадно. Так и объяснят моим соплеменникам, когда те с набега вернуться. Если вернуться и копать будут. Когда и если…

Вариантов решения проблемы озвучили несколько. При здравом размышлении почти все отпали. Если по сути, оставшаяся мысль была единственно верной – пешком, на лошади или под парусами срочно покинуть город и как минимум ближайшие года три-пять здесь не появляться. А за это время поменяться может многое. Кто то не доживёт, кого то казнят, а кто по моему примеру подастся в бега. Контингент соискателей был из той породы что обычно долго не живут и в одном месте не долго засиживаются.

Решено было действовать в двух направлениях. Ван должен был обойти порт и узнать кто и куда отплывает ближайшее время. Приоритетом выступала земля орков. Не важно было куда именно пристанет корабль – в Оркленде, на месте, всё решалось проще. Многочисленные родственные связи помогли бы быстро добраться до дома. Домой, честно, я не хотел – это создавало новые проблемы. Была такая неприятность что близкие родственники могут и не узнать «блудного сына». Не мог же Тороп настолько измениться за пару месяцев. Сослаться что по голове часто били? Ну не знаю… так себе вариант… С другой стороны – об этом и потом можно подумать, когда пятки гореть перестанут и зуд в одном месте утихнет. Дожить бы ещё до «светлых» времён.

Зацеп, со своей стороны, должен был посетить своих знакомых что вели дела со степняками. Можно было попробовать временно устроить меня в охрану обоза, что уходили на несколько недель по торговым делам по всей степи, пока не расторгуются своим товаром и не закупят чего востребованного в ответ. Лишь бы в городе не маячил, а там может ещё варианты появятся.

Наконец тактика и стратегия была выработана, обговорена и каждый занялся своим делом. Меня отправили в номер с наказом – носа не высовывать. Ждать пока старшие товарищи всё утрясут. Слава Отцу Богов! Хоть и достаётся мне часто – зато с друзьями везёт. А это значит – не всё в жизни так плохо.