Текст книги "Аня (Не бойся сказать Да) (СИ)"
Автор книги: Альбе
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
Глава 7
Глава 7
Хорошо, что Аня потратила время и собралась с вечера. Утром она встала по будильнику никакая и, решив обойтись без душа, как во сне, спустилась вниз после звонка.
Честно уронив себя на заднее сидение, разулась и сказала:
– Привет. Разбудишь, как приедем, ладно?
– Хм… ладно. Ложись, хотя секунду.
Йохан вышел из машины, отобрал сумку и подал пакет с подушкой и тонким пледом из багажника.
– Ты самый лучший на свете!
– Определённо. Спи.
Два раза перевернувшись, Аня, как ни странно, заснула.
Проснулась она неожиданно и сначала не поняла, где находится. Первая дурная мысль, что ее похитили спящей из кровати, моментально взбодрила. Осмотр с подозрительными нотками позволил памяти вернуться, и Аня села, потягиваясь.
– Привет…
Машина вильнула и притормозила.
– Анна! – возмущенно воскликнул Йохан.
– Извини, а я проснулась и пришла к выводу, что меня похитили из квартиры! – поделилась она умозаключением и полезла за водой.
– Давай ты будешь смотреть некриминальные сериалы? – развеселившись, предложил он.
– Другие неинтересно. Мы где? И как далеко еще ехать?
– Уже недалеко, большую часть поездки ты проспала, – смеясь, сообщил он.
– Извини, поздно легла.
– Еще бы, после сомнительных развлекательных заведений.
– И вовсе не сомнительных, – возразила Аня, – хотя ты прав, какое-то оно странноватое было.
И она взялась за рассказ об одногруппнике, приглашении, публике и осознании собственного возраста. Слов не хватало, пришлось звать третьего собеседника, зато оставшаяся часть пути прошла весело и интересно.
А потом они приехали в Лион, и Йохан позвал на прогулку.
У него был план, маршрут и четкое понимание, что нужно и интересно, а что можно проигнорировать. Аня смогла вставить свои пять копеек в виде магазинов, и прогулка началась. Хотя сначала было кафе, умывание, летнее платье и легкий завтрак.
Йохан, кажется, удивился, увидев ее в таком наряде, но вслух не возражал, поэтому Аня со спокойной совестью пошла гулять с парой косичек, как в детстве.
День пронесся незаметно и моментально. Ноги принялись гудеть от усталости, впечатлений оказалось выше крыши, покупки медленно заполнили багажник машины, и Аня поняла – вот оно счастье. Магазины, цены, выбор, толпа… Ощущение, словно из своего родного городка выбралась в столицу, только чище, красивей, и атмосфера праздничней.
Вечером они заселились в уютный небольшой интересный отель, причем Йохан расплатился за всё сам.
Он пояснил Ане по пути в номер:
– Начал пользоваться рабочими возможностями, у нас копятся бонусы сети отелей. Обычно их не расходую, но тут решил сделать так.
– Удобно.
– Давай где-нибудь посидим?
– Давай. Только чуть в порядок себя приведем, и можно сесть, а лучше лечь и отдыхать именно так.
– Не хочешь выходить? – удивился он.
– Прям сейчас нет, но это просто усталость и жара. Полчаса и резво побегу дальше, – заверила Аня.
Номер с одной гигантской кроватью удивил, но задать вопрос она не успела, Йохан приоткрыл балкон и сказал:
– Я знал, что бронировать! Смотри, какой балкон!
– Йохан! – возмущенно воскликнула Аня, но балкон изучила.
Большой, удобный, закрытый цветущими лианами, и за счет верхнего этажа он не просматривался от соседей.
– Ладно, разместимся тут. Попробуешь, как оно ощущается, – решила она.
– Анна, это тебе! – возмутился он.
– Не попробуешь – не поймешь! Вдруг тебе тоже понравится? Знаешь, как давным-давно говорил мой преподаватель нотной грамоты: «Как вы узнаете, что являетесь великим исполнителем на цимбалах, если ни разу ее не слышали?» А теперь, Алиса, перевод цимбалы на немецкий…
– Я понял, звучание слов схожее, – чуть удивленно ответил Йохан. – Ты умеешь играть цимбалах?
– Нет, будешь смеяться, узнав о моём инструменте, – фыркнула она и пояснила: – Когда мама отдала меня в музыкальную школу, на фортепиано я не прошла, на скрипичные тоже, от ударных отказалась мама, в общем, остались традиционные народные инструменты. Точнее, я умею играть на балалайке, – иронично ответила Аня.
Йохан расхохотался.
– Ты невероятна!
– Да-да, тебе смешно, а мне стыдно признаться. Не тот инструмент, которым стоит хвалиться.
– Почему? Очень необычно.
– Да-да. Даже на домбру не прошла, а на балалайки набора не было, – пробурчала Аня смущенно.
– Хорошо, а почему не переучилась потом? Можно с основной музыкальной школой освоить любой инструмент вроде фортепиано или скрипки?
– Думала, но скрипка уже тяжело, надо было сразу ее ставить. Гитару освоила сама, там несложно, а с фортепиано не сложилось. По-хорошему, нужно было купить инструмент и пробовать или нанять преподавателя на несколько раз. Хорошо, что напомнил, наверное, действительно этим займусь по возвращению.
– Анна, – чуть укоризненно произнёс он.
– Нет, серьезно, спасибо, я об этом позабыла, хотя сейчас научиться не проблема. И, вообще, иди в душ первым, я пока вещи разложу. У нас еще культурная программа на вечер.
– Заинтересовала. Какая?
– Хорошо посидеть в уютном местечке. Мне этого не хватает, – призналась она честно. – Раньше дома постоянно, хотя бы раз в месяц с кем-то выбиралась из девчонок, а тут этого нет. Тяжело, оказывается.
Даже Костик по первости куда-то выводил, ее показывал или для компании, чтобы развлечься, но последний почти год таких выходов у Ани не стало. Не считать же вчерашний клуб за культурную жизнь. На что-то остальное у нее банально было жаль денег. Точнее, если подумать логично, как бы они имелись, их даже хватило бы, но Аня, просев без приемлемой суммы, очень тяжело этот момент переживала.
Вероятно, для кого-то оно некритично. Большая часть женщин, выходя в декрет, так или иначе проваливается по деньгам, но там ребенок перетягивает внимание, и акценты смещаются. Примерно то же происходит и с выходом на пенсию, но к этому опять-таки люди готовятся, оно понятно и не случается вот так.
Естественно, есть масса людей, так или иначе оказавшихся в стесненной ситуации: беды, проблемы, катастрофы; обычная жизнь приносит массу вариантов негативного развития событий. У Ани, если судить объективно, всё хорошо. Она вырвалась в Европу, в отличную страну, и нормально живет, хотя и постоянно ноет про себя о безденежье. Но для нее это лишение оказалось реально тяжёлым. Когда едешь в лучшую жизнь, а оказываешься непонятно в какой ситуации. И главное – она может вернуться, и буквально за пару месяцев всё нормализуется. Разумеется, возникнут новые сложности и трудности, всё вообще не будет, как в сказке, но финансовая сторона вопроса перестанет быть основным знаком в жизни.
Йохан вышел к тому моменту, как Аня разложила всё и навела порядок на свой лад. Она прихватила платье и отправилась к бесконечной воде и возможности постоять так до посинения. Хотя, конечно, это будет в другой момент – вечером и утром! А пока быстрый душ, дабы привести себя в порядок, и вперед – наслаждаться жизнью по полной.
Весьма благоразумная Аня решила сегодня отдохнуть вовсю и пристать к Йохану. Хорошо бы, чтобы их планы на ночь совпадали, но даже если не так – посмотрим, как он будет отбиваться.
Йохан, кажется, удивился ее появлению и отложил телефон. Да, вероятно, он что-то о ней понял, хотя и не полностью… раз не предусмотрел такое быстрое посещение ванны.
Милым местечком, выбранным Йоханом, оказалось приятное кафе в старой части города. Он позвал посидеть внутри, Аня очень попросила остаться на улице и получила свое место под навесом рядом со стеной.
Поднявшийся ветер и первые крупные капли дождя вызвали у Йохана усмешку. Им только принесли салат и напитки, а тут погода показала свою переменчивость.
– Внутри уже всё занято. И скорее всего, будет дождь.
– Отлично. Мы под навесом, со всех сторон закрыты, под нами настил. Сможем полюбоваться дождем и не намокнуть. Удачно ведь, согласись?
– Посмотрим, – насмешливо ответил он.
Через полчаса и к подаче горячего капли сменились сплошной стеной дождя. Сразу резко похолодало, отсырело и ситуация изменилась. Пропали люди, ушла атмосфера ленивого летнего дня, остались старинные улочки и дождь стеной.
– Великолепно! – вырвалось у нее восхищенно. – Хотя, конечно, официант до нас сейчас не доберется.
– Ты хочешь еще что-то заказать? В такую погоду?
– Бокал глинтвейна и будет полный кайф, но так тоже отлично. А тебе как?
– Странно, дико и непривычно, но что-то в этом есть.
– Что мне в тебе нравится – ты соглашаешься со всеми моими сумасбродствами и потом решаешь – подходят тебе или нет.
– Это какими? Кроме сегодняшнего дождя?
– Купание в водопаде и том ледяном озере, прогулка босиком по скошенному полю, помнишь?
– Как не помнить. И грязь тоже врезалась мне в память.
– Вот и я о том же, но согласись – хорошо…
Дождь принес прохладу, хотя теплый камень не позволил замерзнуть. К тому же надежно укрытые от капель и брызг, они сидели за столиком и наслаждались едой и природной феерией. Йохан, достав телефон, сделал несколько фотографий и снял видео.
А Аня впервые задумалась.
– Прости за личный вопрос, но у тебя же есть родственники? Друзья? Просто о моих ты, кажется, знаешь столько, что практически знаком, а я о твоих не слышала. Извини, если это слишком личное.
– Меня умиляет твое так быстро проснувшееся любопытство. Да, мои родители живы, как, впрочем, и более дальние родственники. А еще у меня есть брат.
– Помню. Он на десять лет старше и живет в Японии.
– Вот видишь, уже в курсе. Друзья… – он задумался. – Тут сложнее. У меня, конечно, есть друзья, но назвать кого-то очень близким не могу. Те, на кого я рассчитывал после случая с Луизой, не поддержали, в отличие от других, менее близких лиц. Поэтому с друзьями всё сложно. Можно позвать кого-то посидеть в баре или принять приглашение на барбекю, но не хочется.
– А брат? С ним ты общаешься?
– Да, и с ним, и с племянниками, – улыбнулся Йохан открыто. – О, твоя мысль исполнилась, наш официант.
Добрый человек нашел местечко внутри и предложил перебраться в помещение. Поняла Аня не всё, французский она не пробовала учить, но кое-какие слова и жесты пояснили суть. Ответ Йохана по контексту она перевести не смогла, зато получив недоумевающий взгляд, улыбнулась, словно всё в порядке. И официант ушел за заказанным глинтвейном.
– Что ты ему сказал?
– Правду – ты из России, и эта погода напомнила тебе о родине. Недостаточно сильный дождь, чтобы входить в помещение. Так, приятный летний дождичек.
– Йохан! – возмутилась она от души.
– Нам займут место внутри и сейчас принесут глинтвейн, – продолжал веселиться он. – Скажи, что я не прав?
– Очень смешно…
– Да.
Они побыли тут еще час и ушли на прогулку по очищенному и посвежевшему городу. Да, кое-где остались лужи, что-то размыло, что-то разбилось, но в целом всё смотрелось очень и очень приятно. Постепенно улицы снова наполнились людьми, последствия стихии убирали, и зажигалась ночная иллюминация.
Встреченная парочка нетрезвых женщин не вызвала особой реакции, пока одна из них, столкнувшись с Йоханом, не выругалась матом на русском и добавила:
– Смотри, куда прешь!
– На себя взгляни! – возмутилась Аня и приготовилась к скандалу.
Дамочки переглянулись и пошли дальше.
– Ты такая грозная, – развеселился Йохан. – Даже меня проняло.
– С такими, как они, сразу нужно быть готовой к ругани, тогда проблем не будет.
– Понятно.
– Йохан!
– Да-да, я молчу, рядом с такой воинственной женщиной это самый разумный выбор.
Аня слегка стукнула его по руке, вызвав смех и подтверждение его слов, и развеселилась сама.
В отель они вернулись в двенадцатом часу. По Йохану стало заметно, что он устал. Да и Аня ощутила связки на ногах и ломоту в локте.
Мило, в общем…
Пока Йохан принимал душ, она обустроила гнездо на балконе, перенеся туда половину кровати и одеяла из шкафа. Хорошо, что их тут оставили.
– А как сплю я? – удивился Йохан и посмотрел на разобранную постель.
– Как и я, на балконе, всё там. Не понравится – переберешься обратно.
Долгий горячий душ, красивая рубашка и халатик. Воодушевленная своей красотой, Аня вышла в номер, чтобы с усмешкой отметить – планы меняются, Йохан заснул. Это она поспала в машине, а он с пяти утра на ногах. Вполне логично и понятно, но так обидно. И балкон его совершенно не смутил, вот что значит настоящая усталость.
Аня аккуратно устроилась рядом, но спящий даже не пошевелился. Зато умудрился закинуть на нее руку. Чуть покрутившись, чтобы улечься поудобнее, она незаметно задремала.
Птицы и солнце в лицо – это странно. Раньше такого не было. Аня попробовала потянуться и поняла, что этот вариант только с тумаками. Йохан спал рядом, точнее, Аня грела об него спину. Прижавшись всей собой, а он, кажется, не возражал.
Задравшаяся рубашка и его рука на ее пятой точке были отличным завершением картины. Аня чуть повернулась и смогла-таки потянуться. Но солнечный луч в лицо тоже никуда не делся. Необычный звук привлек внимание, и она скосила туда глаза.
Йохан проснулся. Явно растерянно осмотрелся и, сев, тоже потянулся.
– С добрым утром, – слегка улыбнулась Аня.
– С добрым, – растерянно отозвался он и тоже улыбнулся. – Пару раз просыпался и никак не мог понять, что смущает больше – звуки отсюда или ты. Ты упорно отнимала оба одеяла, причем одно скатывала с той стороны, а вторым укрывалась. И ругалась, когда я забирал у тебя одно.
– Я не такая! – возмутилась она деланно и добавила: – Нужно было третье просить, вот!
– Нужно было, – согласился он со смешком. – И четвертое. Больше тут не поместилось бы.
– Давай в номер, время только седьмой час.
– Давай. Хотя, как ни странно, я выспался.
– Вот видишь. Мне поэтому и нравится спать на свежем воздухе.
Она снова пустила Йохана в душ первым и спешно перенесла гнездо с балкона на кровать. А потом дорвалась до горячей воды и плавала-плавала-плавала… вернее, стояла, пока ей не надоело. Идея соблазнения сейчас отошла на второй план.
– Я заказал кофе, – сообщил Йохан с балкона.
Он устроился на одном из одеял с телефоном и кружкой кофе рядом.
– Отлично, – кивнула Аня, возвращаясь в номер.
– Анна… – осторожное касание спины.
– Да?
Она развернулась и оказалась у него в объятиях.
– Очень красивая рубашка.
– Это был тайный замысел на вчера, – призналась она весело.
– А если перенести его на сегодня? Хорошие тайные замыслы не должны пропадать впустую.
Она рассмеялась и потянулась за поцелуем. Йохан пах собой, гелем для душа и кофе. А еще отлично целовался, хотя по прошлому разу она ничего такого не запомнила. И, вообще, активный Йохан намного приятнее, чем чуть растерянный и пассивный, как в прошлый раз. Теперь, имея возможность сравнить, Аня поняла, как хорошо, что решила себя побаловать. Это был совершенно правильный и очень приятный момент.
Йохан совершенно никуда не торопился, при этом четко отслеживал и чутко замечал все реакции Ани. А еще он категорично не соглашался поделиться инициативой, и это добавляло умиления.
Секс – это просто секс, но с правильным человеком легко возникали эмоции, а не просто следовали физиологические реакции.
После приятного оргазма она вытянулась на кровати и улыбнулась.
– Спасибо. Ты был прав – такие планы обязательно нужно воплощать.
– Отлично! – развеселился он и отправился в туалет.
Йохан не просто вернулся в кровать, он принес свой кофе и налил напиток Ане, чем растрогал ее до глубины души. Казалось бы, мелкий жест, она думала сама подняться, но было лень, зато ему нет.
– Спасибо.
– Не за что, – улыбнулся он и сделал комплимент: – Ты очень красива.
– Спасибо, – мягко ответила она и добавила: – Да-да, хвалите меня уникальную…
Йохан расхохотался, отставил кружку и спросил:
– Можно?
– Да, – растерялась она, не поняв, о чём они беседуют.
Ее кружка тоже оказалась на тумбочке, и Йохан принялся аккуратно водить по ее телу пальцами, не то поглаживая, не то массируя.
– Если хочешь, возьми крем, – заметила она, – и можем начинать массаж, ты за это время стал в нём специалистом.
– Определенно, – согласился он.
И действительно принялся за массаж. Точнее, легкую смесь поглаживания и ласк. Йохан неплохо прошелся по рукам, зоне декольте, помассировал живот, перешел на ноги, уделив особое внимание ступням. Не слишком правильное, но достаточно сильное касание из-за мужских рук приятно разгоняло кровь. А осознание, что они оба раздетые на гигантской кровати добавляло терпкости ощущениям.
При этом к откровенным ласкам он не переходил, оставаясь не просто в пределах приличного, а полностью невинного и базового. Аня не выдержала и, чуть пошевелившись, поймала его руки и положила себе на грудь, когда он оставался на животе.
– Анна!
– Я к тебе пристаю, как в фильме для взрослых, кстати, нужно будет уточнить терминологию по этой тематике.
– Анна, – расхохотался он с ноткой возмущения в голосе. – Так нельзя, кто о чём, а ты об изучении языка!
Но при этом охотно согласился поддержать ее порыв и перешел к ласкам груди. Не просто разминанию мышц, как чуть раньше, а нормальным движениям. Аня потянулась и инстинктивно развела ноги. Йохан со смешком провел рукой вниз и осторожно коснулся ее.
Тут она уже не выдержала и настоятельно уронила его на кровать, пробуя перехватить инициативу.
– Анна! – возмутился он и не поддался.
Тут пришлось с грустью констатировать – сладить с несогласным взрослым мужиком физически невозможно. Точнее, настоять на своем посредством силы не выходит. Йохан решил продолжить верховодить, но, к счастью, сам завелся настолько, что разрядка моментально накрыла обоих.
– Знаешь, мне массаж в твоем исполнении нравится значительно больше, чем в своем, – призналась она, потянувшись за холодным кофе.
Совершенно невкусный напиток отправился обратно, а развеселившийся мужчина в душ.
– А мне, наоборот, хотя не против посмотреть на варианты.
– Ладно, учту, – пообещала она с угрозой.
Очередное мытье, сборы, простой завтрак в отеле и продолжение прогулки, вернее, поездки по окрестностям с посещением замка. Покупка продуктов по нормальным ценам завершили программу и обозначали путь домой. Теперь Аня села рядом и приготовилась наслаждаться поездкой и развлекать водителя.
Йохан, кажется, не слишком возражал и не сопротивлялся подобной перспективе. А еще он о чём-то задумался, и это бросалось в глаза, поэтому она не стала отвлекать разговорами, нырнула в словарь для пополнения знаний языка. Всё же некоторые темы из-за их неактуальности ее не интересовали.
Тишина завершилась неожиданно, Йохан на что-то решился и произнес:
– Анна, я хотел с тобой серьёзно поговорить, – потом он смешался. – Не думай, что место подобрал специально для давления, просто…
– Так совпало. Йохан, если бы я подумала, что ты можешь специально подбирать движущуюся машину для разговоров, то просто не поехала бы никуда, – легко парировала она. – Мы, может, не так хорошо знакомы, но в целом понять главное друг о друге за полгода смогли.
– Анна, ты всегда сбиваешь с серьёзного настроя, – возмутился он с заметным облегчением и в голосе, и в позе.
– Да-да, я такая.
Смешок – и он произнёс:
– Я бы хотел предложить перевести наше общение в нечто большее.
– Так, заинтригована, – она даже повернулась к нему лицом.
Конечно, дорога несколько отвлекала, но это мелочи.
– Ты мне очень нравишься, и я бы хотел перейти из клиента и знакомого в близкие люди.
– Ты мне тоже нравишься, – чуть растерянно ответила Аня. Она никак не ожидала подобного и не понимала, как лучше реагировать, поэтому сказала честно: – Но я же уезжаю…
– Ты можешь остаться.
– Могу, но билеты…
– Аня, это последняя из возможных проблем, – как бы серьезно, но с насмешливыми нотками заметил он.
– Я не знаю… это неожиданно, странно и, вообще… я в растерянности.
– Понимаю, после знакомства с тобой это мое… ш-ш-ш… состояние.
– Какое? – переспросила она.
Пришедший на помощь переводчик добавил сюрреализма и, как ни странно, обыденности. Голова включилась, и Аня задумалась.
– Йохан, это… неожиданно. Конечно, я могу задержаться, и мы можем стать ближе, но потом…
– Анна, я настроен серьезно. Момент странный донельзя, но… выходи за меня замуж!
– А⁈ Что⁈ Йохан! – возмутилась она и расхохоталась.
Он тоже рассмеялся:
– Да, с тобой всегда так. Я, правда, настроен серьезно и предлагаю попробовать создать семью.
Аня укоризненно на него взглянула, хотя в этот момент Йохан обгонял трактор и не обратил внимания на мимику соседки.
После возвращения авто на полосу она заметила:
– Мы мало и весьма специфично общались, чтобы строить семью.
– Поэтому предлагаю пожить вместе, посмотреть друг на друга в быту и обычной жизни, а потом решать, – на редкость веско произнес он. – Но я действительно верю в нас и предлагаю тебе замужество.
– Спасибо, ценю и… несколько в растерянности. Мы всё равно знакомы узко и однотипно.
– Нам хорошо вместе, – напомнил Йохан и пояснил: – Понимаешь, осознание, что ты уедешь и пропадешь, исчезнешь из моей жизни, превратившись в картинку – воспоминание, сразу на многое открыло глаза. Я не хочу и не готов превращать эту часть текущей реальности в воспоминания.
– Поэтому брак? – удивилась она.
– Да, сделать тебя своей всеми возможными способами, – улыбнулся он и добавил: – Но я допускаю, что это легко только в теории, а на практике возникнут сложности, поэтому давай попробуем? Чем ты рискуешь?
– Вот так, чтобы рисковать, ничем. Снова сгорят билеты, это, конечно, неприятно, но, пожалуй, всё. Не выйдет – я по-прежнему всегда могу вернуться.
– А так есть шанс доучиться и получить наш диплом, – пошутил он.
– Йохан, – расхохоталась она, – будет смешно, если я его получу, просто чтобы был.
– Будет мило, – не согласился он.– Рискнешь?
– Рискну и попробую. Хотя плохо представляю, как ты это видишь.
– Если не против, я переберусь в квартиру. Там достаточно места для двоих.
– Согласна, это разумно и относительно удобно.
– Мы аннулируем соглашение аренды, – продолжил он.
– Стоп, но документы…
– Причем тут документы? Для проживания место у тебя есть совершенно официально.
– Но для бланков и прочего разве не должен быть договор аренды?
– Аня, я не буду брать с тебя деньги! – возмутился он.
– Да, я тоже на это надеюсь, и сейчас не про финансы, а про бюрократию. То, что я могу жить у тебя, это понятно и прекрасно. А ваши службы точно спокойно к этому отнесутся? Особенно вот так без брака?
– Ты права, я уточню этот момент, – задумался Йохан. – Лишние выяснения и расспросы способны достаточно потрепать нервы. Массаж я бы оставил, если ты не против, как и оплату…
– Йохан! – возмущенно рявкнула Аня. – Это край и черта. Не знаю, за кого ты меня принимаешь, но это неправильное представление. Либо семья, либо работа. Брать с тебя деньги за массаж, значит, я продолжаю платить за комнату!
– Извини, не подумал, но… – он замялся. – Ты возьмешь деньги просто так? На себя? На быт? Я достаточно зарабатываю для содержания нас обоих и не хотел бы современной тенденции бюджета пополам.
– Меня пока смущает всё, а не только эти моменты, но в целом содержание дома на тебе я только одобряю. Бюджет пополам – понятная для меня история для примерно одинаковых доходов. Так проще вести домохозяйство и планировать остальные личные траты. Некая грань между общим и частным, чтобы не было споров. Давай сразу уточним – на твое я не претендую ни в каком случае, если мы дойдем до брака, хочу сразу и четко это обозначить. Но как понимаю, наш уровень дохода в любом случае будет радикально различаться, как и допустимый уровень расходов. Думаю, по этому поводу мы еще будем выяснять отношения, так на берегу обо всём не договориться.
– Согласен, твоя разумность всегда вызывала восхищение, – приятно произнес Йохан.
– Спасибо за доброе слово.
– Тогда еще один момент – ты можешь не увеличивать рабочие часы в отеле?
– Как раз об этом подумала. Но почему нет?
– Думаю, нам было бы полезнее и приятнее проводить чуть больше времени вместе, поначалу так уж точно. Если тебе будет не хватать на себя, я лучше добавлю деньгами, чем ты потратишь временем.
– Йохан, я понимаю, что ты ничего такого не подразумевал, но прозвучало оно… не очень.
– Понимаю, прости. Моя мысль – ты не поедешь в отель на час, это не имеет смысла – больше времени на дорогу уйдет. Значит, несколько часов, как сейчас, плюс бассейн, плюс дорога. Еще одного вечера, считай, нет.
– Да, но не думаю, что мы готовы срастись, как близнецы, – разумно заметила она.
– Не готовы и не будем. Нынешние два рабочих вечера дадут и тебе и мне время отдохнуть друг от друга.
– Хорошо, убедил. Еще что-то?
– Нет-нет, полагаю, основное мы уже обсудили.
– Хорошо, хотя и странно. Теперь мне будет нужно всё это обдумать…
– Естественно. Как и мне, но, к счастью, время у нас есть, – весело произнес он.
– Это точно, – захихикала Аня.
Они замолчали, сложно сказать, о чём думал Йохан, но она начала крутить в голове умную мысль о будущем и…
ПослеИ… наступил ступор. Аня никогда не рассматривала Йохана в таком качестве. Вообще никогда. Любовником да, особенно учитывая, что технически он им уже был. Но что-то большее и постоянное – точно нет.
Глядя на некоторых мужчин, мысль сама сворачивала в эту строну, а что если? А каков он в реальности? А вдруг мы…
С Йоханом такого не было, поэтому предложение поставило в тупик и вызвало ступор. А дальше Аня с трудом удержалась от инстинктивного хихикания, вылезла переученная программа. Когда в детстве с двумя старшими братьями она сразу и инстинктивно говорила нет на все неожиданное и выбивающее из привычного распорядка. Сразу и всегда – инстинкт и рефлекс.
Потом, отказавшись в университете от свидания с интересным парнем из параллельной группы, долго кусала локти. Просто неожиданное предложение, сразу инстинктивный отказ и… поздно кричать «Я передумала». Больше он не подходил, а Аня посматривала, ждала и надеялась.
Особенно досадно было, когда на последнем курсе он женился на милой девочке, приехавшей из глубинки, и дальше они смогли построить счастливую ячейку общества. Причем настоящую и, кажется, правда удачную. Аня не то чтобы смотрела, но пару раз попала на какие-то личные моменты вроде встречи во дворе больницы с младенцем на руках, прогулки в зимнем парке пару лет спустя и, главное – слухи от вездесущих одногруппниц.
Жалела ли она?
Да. Очень и сильно, кто знает, как бы сложилась ее жизнь. И хотя разумом Аня отлично понимала, что это не ее путь, но мудрость – лучше сделать и пожалеть, чем не сделать, врезалась в память. Работа над собой пошла и завершилась успешно именно с началом собственной практики. Сначала согласиться, а потом передумать. Лучше отказаться, чем гадать, куда бы их завела жизнь.
Вот и теперь с Йоханом вовремя сработал рефлекс – согласиться, а там видно будет. Точно так же происходило с Костиком пару лет назад. Сначала да, а потом разберемся, но об этом она благоразумно решила не рассказывать. Как и вовремя похвалить себя за правильные навыки. И Костик, и Йохан, услышав отказ, не стали бы повторять предложение. Точнее, Йохана в ее жизни не было бы вообще, а Костик остался бы одним из множества клиентов. И сейчас она бы находилась при деньгах и планах на очередной отпуск, но, вероятнее всего, одна. И эту мысль тоже требуется как следует обдумать.
