Текст книги "Лера (СИ)"

Автор книги: Альбе

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Альбе Альбертова
Лера

Глава 1

Рабочий день, когда ты можешь заняться делами по своему выбору, – это почти мечта. Школа – иной мир. Совершенно другое отношение, абсолютно иные люди, абсолютно своеобразная среда.

Стоит задуматься над своим, как ученики моментально считывают эту информацию, и начинается хаос. И это, кстати, мысль.

– Обсудим никем не описанное и малоизученное, но оттого не менее действенное явление: отвлеклась я, и вы устроили бедлам. Вопрос: как вы поняли, что я думаю о своем? Какие невербальные методы применили? Пишем, мои дорогие, пишем! Не забываем о причастных и деепричастных оборотах!

Урок русского языка в шестом классе. Почти обычный урок. Всего одиннадцать учеников. Благо в этой школе все классы маленькие, самый большой третий, там сейчас семнадцать учеников.

Частное платное образование. Далеко не дешевое, несмотря на субсидии города. Инесса Генриховна, гениальный управленец, действительно всем сердцем переживающая об образовании и молодежи, сумела совершить невозможное – собрать здесь поистине фантастический коллектив педагогов, искренне, от всей души любящих свое дело.

Лера никогда не планировала заниматься педагогикой, она филолог по образованию, допускала, что занятия по английскому языку составят одну из статей дохода. Но русский? Литература? С детьми? Да что вы говорите!

Но жизнь сложилась иначе – несколько учеников и репетиторство, работа в небольшом издательстве, а потом странное знакомство с Инессой Генриховной. И как результат – временное, исключительно временное желание попробовать ниву преподавания.

Дети в большом количестве оказались иными, чем при частном занятии. Но тем не менее увлечь их было несложно. Не настолько сложно, как опасалась Лера. Самой большой трудностью оказались отнюдь не ученики и их родители, а система. Система образования, вызывающая зубовный скрежет. Планы, методики, учебники и пособия, разобраться в которых даже Лере с ее абсолютной грамотностью и хорошей базой за плечами было почти невозможно. А еще тесты всех уровней, при этом желательно, чтобы дети как-то научились думать. Хотя одно с другом совмещалось не всегда удачно.

Первый год она дорабатывала на чистом упрямстве, домучиться и все.

А дальше просьбы остаться со стороны Инессы, учеников и даже родителей…

Ну кто мог отказать? За лето Лера пришла в себя, отдохнула и снова ринулась в битву с системой. Чтобы хоть как-то совместить необходимое, с ее точки зрения, с официальным.

Минутка на раздумья закончилась. Ученики принялись отвлекаться.

– Кто готов, подписываем работу и мне на стол. Лена, не переживай, я тебя не подгоняю. Зато остальные не будут скучать, у нас еще пять минут. Кто хочет поговорить со мной на английском? – хищно улыбнулась Лера.

Очередной дружный стон. Эта идея никогда не вызывала восторга, хотя, казалось бы, почему? Учитывая, что здесь работала фантастический педагог по английскому, вдолбившая основы в каждого. Ольга Михайловна действительно умела учить и любила английский язык. Лере доставляло удовольствие общаться с ней. А еще Лера любила обсуждать на английском русскую литературу. А бедные дети, которые, возможно, не испытывали такой привязанности судя по выражениям их лиц, были вынуждены подчиняться произволу педагогов.

И Лера с легкостью перешла на английский:

– Что мы сейчас проходим?

Оставшееся время пролетело незаметно.

Литература на английском вызывала стоны у учеников, недоумение у их родителей и заметный результат в освоении разговорной речи. Данной методикой пользовалось трое преподавателей – Ольга Михайловна, Лера и Сергей Сергеевич, физик.

А с этого года новая учительница немецкого языка тоже начинает вводить данную методику. Если принять во внимание тот факт, что в школе учат оба иностранных в обязательном порядке и на немецком хорошо говорят Инесса, ведущая историю, и Владлена, географичка, детям можно только посочувствовать.

Отпустив класс на перемену, Лера с раздражением взглянула на стопку тетрадей. Вот почему ни один гений не учитывает реальное время на проверку массы ученических тетрадей?

Надо пройтись и попить чайку. А еще лучше кофе, причем настоящего…

Учительская состояла из двух частей, традиционный вариант – столы, стеллажи и тонны бумаги и небольшой зоны отдыха с диванами, телевизором и кухонным уголком. Есть плюсы работы в такой школе, – хороший кофе никогда не заканчивается!

Дорога из магазина прошла весело, умная Лера сэкономила рубль на пакете и несла куриную тушку и пачку вареников с картошкой в руках. А руки были в перчатках. А пачка вареников оказалась холодной и скользкой.

Путь от магазина до дома занимал три минуты, нужные, чтобы войти во двор. За это время Лера успешно уронила пачку вареников в грязь, подняла ее и теперь несла, аккуратно держа перед собой. Естественно, куренка от падения девушка удерживала изо всех сил, устроив подмышкой для надежности. На другом плече висела сумка.

– Валерия Яковлевна! – радостный возглас.

Резкая остановка и вареники, снова выскользнувшие из рук. Теперь прямо в лужу!

– Да, Белгородцев. Ты уже по мне соскучился? – иронично уточнила Лера поворачиваясь.

Один из ее учеников стоял в двух шагах и широко улыбался. Пока не заметил вареники.

– Ой, вы уронили! Меня испугались?

– Нет, Арсений, не льсти себе, – отозвалась Лера, подняв вареники. – После Игнатова из десятого, вынырнувшего откуда-то на заброшенной стройки с черной маской на лице в полвторого ночи с радостным криком «Валерия Яковлевна, мы вообще трезвые!», меня сложно напугать.

Как раз тогда она перепугалась до полусмерти, а потом, естественно, разозлилась. Какой Лера утроила разнос «совершенно трезвым школьникам»! Она не ругалась матом, найдя другие слова и выражения до достижения понимания с подрастающим поколением. Странное дело, но после этого ее еще больше зауважали в школе. И авторитет самой школы вырос в глазах своих и чужих учеников.

– А, – восхищенно протянул ученик. – Помню, рассказывали.

Рядом с ним иронично улыбнулся мужчина, отец, видимо, а может, и дядя или сосед, кто знает. Насколько Лера помнила, в школу приходила только мать.

Вареники снова заскользили. Лера осторожно сняла перчатку и перехватила скользкий пакет.

– Так, возвращаясь к началу беседы. Тебе нечем заняться, и ты соскучился за два часа. Вывод, надо что-то придумать – например, задание. Завтра на литературе напишем маленькое сочинение на английском на тему…

– Валерия Яковлевна! – простонал ученик. – Давайте без этого, пожалуйста! У нас по географии огромный доклад. У каждого! Давайте без сочинения.

– Точно доклад?

– Точно. К завтрашнему дню! – заверил ученик.

– Ладно. Раз так, обойдемся без крайних мер, – согласилась Лера.

Заодно можно не вспоминать, что они там проходят.

– Спасибо! – от всей души поблагодарил он.

– Не за что, – отмахнулась Лера. – Раз ты просто поздороваться, мне, пожалуй, пора. Пока все лужи этой пачкой не собрала.

– Ага. До завтра!

– До свидания, – сказал мужчина.

– До завтра, Валерия Яковлевна.

Довольные друг другом, все разошлись…

Поднимаясь по лестнице в связи с поломкой лифта, она размышляла…

В какой момент все пошло не так? В какой миг ее жизнь покатилась под откос? Так, что звучание собственного имени вызывает подергивание глаза?

Она жила одна в небольшой псевдостудии на последнем двенадцатом этаже, вид из окон, захватывающий дух, как и сумма, которую предстоит платить еще не один год.

Благо с работой и переживаниями о завтрашнем дне проблем нет, почти нет, – конечно, специфика контингента сказывалась.

С другой стороны, откровенных идиотов не наблюдалась. Часть действительно интересовалась учебой и охотно осваивала материал. Да, собрания, отчетности и «внезапные» проверки вносили свою лепту, но в целом ситуация была приемлемой.

Даже репетиторство как средство заработка не требовалось, всего несколько учеников да немного работы по вычитке и правке, но это уже натуральное хобби, только оплачиваемое.

Нравится звучание собственного имени? Хочешь, чтобы к тебе все обращались по имени-отчеству? Ответ прост – иди в школу!

Лера до сих пор не понимала, почему каждый встречный-поперечный постоянно использовал личное обращение и никак не мог ограничиться безличным. Она прекрасно здоровалась и без «Валерии Яковлевны», но это она и другие преподаватели. Все прочие считали иначе, а учитывая, что прочих было на порядок больше, иногда к концу дня, попав на танцы, девушка искренне радовалась простому «Лера».

Вообще, до начала педагогической карьеры она искренне полагала, что учителям нравится их предмет. Вот просто до крайности и фанатизма. В первый же год преподавания она убедилась, насколько не права. Причем если с русским было попроще, то литература – это ужас. Натуральный кошмар. Снова и снова одно и то же. Разные слова, разные фразы, но одинаковые мысли. Внести что-то новое в литературу удавалось с трудом и скрежетом. Даже с директрисой, обычно поддерживающей ее начинания, возникали сложности. Школьная программа, составленная давно и периодически дорабатываемая и совершенствующаяся, – основа каркаса воспитания и мировоззрения. Менять что-то на свой взгляд нельзя, опереться на другую базу нельзя, просто потому как другой базы нет. С русским попроще: более ранние учебники, иная подача материала проходили. В литературе подобного не было.

В целом, наверное, это правильно и нормально, но именно из-за этой правильности в последние годы Лера от всей души полюбила такой специфический жанр, как фэнтезийный любовный роман. Неграмотно, нелогично, неестественно, но зато какой полет творчества. Никаких вторых, третьих слоев реальности и мысли. Никаких придумок «автор хотел сказать…», ничего. Хочу – читаю, хочу – нет. Идеальный вариант.

С другой стороны, смысл жаловаться, все могло быть намного хуже: пошла бы на учителя начальных классов – всю жизнь учила бы алфавит и сложение на пальцах. А так надоест, бросит и пойдет общаться со взрослыми здравомыслящими людьми. Почему-то в последнее время она все чаще и чаще начинала ассоциировать возраст и здравомыслие. Работа начинает накладывать отпечаток. Что будете через десяток лет?

Риторический вопрос.

Глава 2

Обычная жизнь обычной провинциальной учительницы.

Работа. Репетиторство. Занятия танцами. Курсы по испанскому языку. Поездки на природу по выходным и визиты к родителям раз в месяц. Все же много общаться с родственниками бывает вредно для нервной системы.

Не то чтобы ее семья была какой-то плохой, странной или чем-то неправильной. Просто обычные целеустремленные личности – и родители, и брат. Одна Лера предпочитала плыть по течению и жить более спокойной флегматичной жизнью. А главное – в более теплых и сухих условиях. Сразу после окончания филфака девушка уехала из родного Питера. Замечательный для кого-то город, но не для нее. Почему-то очень сложным оказалось принять изменения тихие и постепенные, но неукротимо неизменные. Город становился жестче, резче, агрессивнее, неприятнее.

Родители не поняли, брат покрутил пальцем у виска, но все сошлись во мнении – чем бы дитя ни тешилось. Критерии при выборе нового места жительства оказались элементарными – не очень близко к Питеру, но с прямым сообщением. С нормальной криминогенной обстановкой. В итоге выбор был сделан в пользу родного города отца. Да, да, родители когда-то переехали в культурную столицу и осели там навсегда. Сумев полюбить все, включая погоду.

Так Лера оказалась здесь и, конечно же, не одна, а в компании брата. Она, разумеется, взрослая и самостоятельная, но не настолько. Почему брат, старше ее всего на два года, обладал большей свободой и намного более весомым мнением? Благодаря четко выраженным семейным чертам.

Так же появилась эта квартира, деньги за которую Лера вот уже который год постепенно отдает родителям.

Именно так возникла ее самостоятельная осознанная жизнь.

Занятия танцами, вызвавшие бурную эмоциональную реакцию, принесли умение танцевать и душевный раздай. Курсы испанского – новых знакомых, разделяющих интерес к этому культурному этносу. Работа приносила доход.

Но что принесет в ее жизнь перемены?

Будучи нормальной здравомыслящей девушкой, Лере хотелось спокойного семейного счастья. Мужа. Детей. Нормальной жизни. Не то чтобы это было основной установкой и главным жизненным стимулом, вовсе нет, просто подспудно подразумевалось, само собой. Но почему-то все упорно не складывалось.

Во времена юности и учебы было не до этого, да и филфак все же весьма специфическая направленность. Круг общения ее родителей – весьма своеобразная среда. Хотя кто-то из имеющих доступ в дом и делал попытку ухаживания, быть дочерью начальника и ступенькой в карьерной лестнице Лере не хотелось. Просто так она почему-то никого не привлекала. Даже знакомства через интернет принесли месяц иронии и месяц нервотрепки. После первого и последнего бурного интернет-романа Лера поставила на этом направлении крест.

А других идей не возникало.

– Валерия Яковлевна, – радостный возглас вызвал ироничную усмешку.

Такое впечатление порой складывается, что в этом городе, кроме ее учеников и их родителей, нет других людей. Вообще. Ну или есть, но это друзья и знакомые этих самых учеников и родителей.

– Добрый день.

Улыбающаяся выпускница и судорожно натягивающие приветливые маски родители. Он бизнесмен, она какая-то чиновница. Или наоборот. Или вообще не о них. Лера как-то выпускала из вида подобные подробности. Хотя кое-кто из учителей мог похвастаться точным досье практически на всех, так или иначе связанных со школой. Специфика места обитания, так сказать…

– Прекрасный день для выхода на улицу, – вежливо заметила Лера.

– Именно, мы по магазинам. Скоро Новый год, а я еще без платья. А вы в чем будете?

– Пока не знаю. В каком стиле наряд ты ищешь? – проявила интерес Лера.

И оказалась погребенной под ворохом подробностей и нюансов. Девушка запоздало оценила, как ей повезло: всего один-два урока в день, а кто-то на всю жизнь такое счастье получил.

Покивав в нужных местах и пожелав удачи в поисках, довольная собой Лера сбежала.

Занятие по испанскому позволило отвлечься и взглянуть на жизнь с оптимизмом, а первый настоящий снег и вовсе вызвал широкую улыбку. Зима пришла! Настоящая-настоящая зима! Ура!

Звонок Татьяны, преподавательницы танцев, о переносе занятий раздался не вовремя. В магазине с полными руками продуктов. Спрашивается, почему она, живя одна, постоянно так много ест? Когда она все это ест? И главное – зачем⁈ Замороженная пицца вернулась в холодильник.

Было у Леры две крайности в еде: или полезное, или вредное – главное, чтобы требующее минимальных усилий для приготовления. Кухню и готовку девушка органически не переносила. Конечно, какой-то минимум она делать умела… теоретически. Но зачем тратить время, усилия и нервы на подобное занятие? Не у всех домашние хлопоты вызывают приступы умиления.

После отмены занятий наступила апатия, мельком услышанная фраза про идеального партнёра по занятиям, что почти равнозначно идеальному партнёру по жизни, запала в душу. Этим же вечером Лера собиралась проверить теорию в реальных условиях, и тут такое разочарование…

Ни ванна со свечами, ни любимое масло для кожи кардинально настроение не улучшили. Чувствуя непонятную растерянность, вместо сна девушка предпочла книгу. Красивая умная героиня и десятки влюбленных в нее холеных красавцев-богачей. Везет же кому-то…

Любимая работа, любимая подруга и ни минуты, чтобы нормально пообщаться. Лере срочно требовалось поделиться впечатлениями, рассказать о случившемся озарении и поплакаться в дружеское плечо. Обычно таким служила ее подруга, учитель химии и биологии и по совместительству просто гениальный человек Лю! Она же Люсинда Егоровна, но такое обращение вызывала ожидаемый зубовный скрежет. Собственно, когда-то на этом самом отношении к именам-отчествам девушки и сошлись.

– А что ты так переживаешь, я не до конца поняла, – спросила Лю на большой перемене, до этого разговоры были урывочные, по паре минут.

Потому как именно в эти моменты кому-то из учеников обязательно требовалось что-то уточнить и узнать. Наконец наступила большая перемена, с ней вместе обед и возможность нормально пообщаться.

– Ты не понимаешь, это был практически удар! А что это я так голову себе заморочила этой одинокой бездетной старостью?

– И тут, как черт из табакерки, возникла эта идея об идеальном партнере по танцам? – уточнила она серьезно.

– Да. Именно так. Естественно, я обрадовалась. Если человек подходит мне в танце, он подойдет и для жизни, а потом эта фраза в голове про одинокую старость…

– И приняла ты ее исключительно близко к сердцу.

– Именно, хотя исключительно в данной фразе звучит не очень уместно, – заметила Лера.

– Училка – это диагноз, – отозвалась Лю.

– Кто бы говорил!

– Я и говорю, биология в действии, адаптивные функции мозга во всем великолепии.

– Звучит внушительно.

– А ты как думала? – вздохнула Лю. – Ладно, что делать будешь?

– Твой совет?

– Решила послушать? А как ты реагировала, когда я советовала не связываться с недоучками-студентами?

Взялась Лера как-то подтянуть пару студентов по английскому, такого кошмара она ни разу до и ни разу после не встречала. Дело даже не в незнании, это нормально, а в полном нежелании учиться. Зачем, спрашивается, было искать репетитора в таком случае?

– Никак, поэтому теперь спрашиваю тебя. Что делать, специалист по поведению высокоорганизованных животных, таких как людей?

– Ходить на все свои занятия, как обычно.

– И?

– Что «и»? Пересечешься с этим «идеальным» где-нибудь.

– И?

– И найдешь себе представителя парнокопытных из семейства полорогих.

– Козла?

– Барана! Неуч!

– А козы тогда к чему относятся? – полюбопытствовала Лера.

– Тоже с полорогим, это один вид из горных коз.

– Тогда чего обзываешься? Я тоже угадала!

– Угадала неверно… Вернемся к баранам… Увидишь, убедишься в моей правоте и продолжишь строить планы на каникулы. Решила-таки – едешь в Аргентину?

– Да. Родители дарят поездку на Новый год. Виза туда не требуется, единственное – перелет выйдет долгим и с пересадкой. Напрямую рейсов нет, но это уже мелочи.

– Замечательно. Повысишь уровень испанского, поговоришь на английском и сможешь вдоволь потанцевать.

– А заодно привезу сувениры с другого конца света.

– Точно, заодно расскажешь, как оно там. Ты в курсе моего отношения, но у тебя эта поездка потрясающе интригующе звучит. Не морщись, знаю, что перегрузила эту фразу. И так из-за тебя стала задумываться, что и как говорю не только на уроках, но и вообще.

– Так это же замечательно. Зато я стала разбираться в животных и водорослях, а еще немного и выучу наконец химию.

– Размечталась. Если привезешь настоящие туфли, точно пойду на уроки танго.

– Договорились. Без этого обратно не вернусь! – засмеялась Лера.

Мысли о каникулах в Аргентине приятно грели на очередном занятии. Хотя Лера уже больше года ходила на уроки танцев, похвастаться особенными навыками в танго не получалось. Глядя на другие пары, она тихо, про себя, но завидовала. Изначально пришедшие парами учились гораздо быстрее, и выходило у них намного лучше. Не то что у нее… Или танцоры со стажем. Обучение в детстве накладывает свой отпечаток. Она вот самооборону освоила по настоянию мамы.

Все-таки одно дело – уроки, где даются новые связки и движения, но ничто не заменит практики. А на практику нужен партнер, которого нет. Замкнутый круг…

Новички – пара, занимающаяся буквально месяц, – демонстрировали потрясающую гармонию. Несложные шаги и связки, но какая слаженность, какая четкость движения!

Лера завистливо вздохнула и отвернулась. Ей такого не видать еще очень долго, но ничего, две недели в Буэнос-Айресе это изменят. Урок прошел как обычно, Лера вроде бы выучила и поняла связку, хотя иногда возникали сложности.

После занятий подошла Татьяна и уточнила:

– Как вечер?

– Неплохо, но танго мне не дается.

– Не все сразу, у тебя неплохо выходит, особенно для начинающей.

Вот-вот, год танго раз в две недели и до сих пор начинающая. Как назло! Обидно и нечестно, в испанском она делает успехи, а в танцах до сих пор новичок.

– Не расстраивайся, все со временем придет, – поддержала Татьяна.

– Конечно, – согласилась Лера переобуваясь.

По дороге домой впервые возникло желание бросить. Вот просто взять и бросить, раз до сих пор никакого прогресса нет. Новичок. Постоянно начинающая… Сколько можно⁈