Текст книги "Проклятие Озерной Госпожи (СИ)"

Автор книги: Aion91

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

– Патронус нам прислал Малфой. Назначил нам с Роном встречу через два часа у Черного озера. Там мы и узнаем всю правду о Гарри. Так говориться в послании. Идти? Как думаете? – смотрит на братьев и сестру Уизли Гермиона.

– Да, – в один голос говорят Уизли, – а мы прикроем, – решили близнецы, на этом и договорились.

Джинни остается дома, чтобы прикрыть отлучку друзей. Если что, скажет, что у близнецов очередная дегустация продукции, а у Рона и Гермионы свидание. Друзья фыркнули на такую легенду и прикрытие, но зато, как сказала Джинни – достоверно.

И вот, друзья пришли к назначенному времени. К Черному озеру. У берега видят сложенные вещи и лежащие рядом термос и коробку с бутербродами. Гермиона открыла термос, понюхала чай и по щеке потекла слеза:

– Такой пьет только Гарри. Черный, с мятой и лимоном. И кучей ложек сахара. Его любимые бутерброды, без корочек, лишь хлебная мякоть, – показала на коробку.

Друг подошел к подруге, прижал ее к себе и обещал разбить нос или лучшему другу, если он вправду жив и не давал о себе знать, или Малфою, решившему над ними таким образом подшутить. И кажется, нос разбит будет у «погибшего» друга. Ведь он – жив. Кардинально изменилась внешность, магический фон, даже телосложение, нет той худобы, торчащих ребер и острых локтей, которыми Гарри мог проткнуть как рапирой.

Плоский, подтянутый живот, при этом перекатывающиеся жгуты мышц на руках и ногах, выше себя прежнего на голову. Без очков, послушные, прямые волосы, закрывающие ему пол лица. Друзья уверены, так он прячет шрам. А глаза! Они сменили зелень Авады на синеву морей и океанов. Да, парень, выходящий из озера не похож на Гарри, даже рядом, но сомнений в том, что из Озера вышел их друг – нет.

Шок от их присутствия, осознание того, что придется обо всем рассказывать – выдали бывшего Поттера, а нынче Блэка с головой. Была бы другая реакция на их появление – отмахнулись бы и пошли бить рожу Малфою. Но парень сам себя выдал. А у Гермионы и у Рона все встало на свои места. Все пробелы и пятна в этой истории, ненужная, казалось бы информация, о каком-то наследнике рода Блэк, появившимся из ниоткуда, оказалась вовсе не ненужной, а самой что ни на есть точной и необходимой, для раскрытия всей картины.

Все встало по полочкам: Гарри умирает, зато появляется некто Натаниэль, сын Сириуса, о котором никто не слышал и не знает, даже профессор Люпин, в том числе директор и родители Рона. Помимо этого у Поттеров, которые по волшебному стечению обстоятельств оказались в живых, появляется Хранитель рода. И в тот же промежуток времени, связанный со смертью Гарри.

– Ты уверена, Герми? – шепнул Рон.

– Уверена.

– А внешность? Магия? – все еще сомневается Рон.

– Ты на внешность не смотри, а на походку, на жесты, на мимику. Внешность изменилась тогда, когда он перестал быть Гарри Поттером, а стал Натаниэлем Блэком. Вся кровь матери-магглокровки выжглась, а кровь Поттеров уснула, основной стала Блэковская. Натаниэль связан с родом Поттер лишь статусом Хранителя.

– Угу, – согласился Рональ.

– Если не веришь, посмотри на его взгляд! Он, видя нас, думает – мы в курсе того, что он жив. Готовиться рассказать и посветить в курс дела. Мы наконец-то узнаем, что происходит. Что использовал директор, чтобы так молодо выглядеть, а главное, что между ним и Натаниэлем произошло на самом деле. Так что, Рон, делай вид, что обо всем догадался, а не по факту увидел. Понял? – шепнула подруга.

– Понял, – буркнул Рон, смотря на друга, выходящего из озера.

Натаниэль и правда похож на покойного Сириуса в молодости, как две капли воды. Но, со сменой имени и рода, изменились и взгляды. Да и смерть повлияла на парня. Он послал и директора и лорда лесом, как и их противостояние. Уехал доучиваться в Америку, Ильверморни, на последний курс.

А несколько дней назад вступил в статус главы рода, став лордом Блэк. Помимо этого является Хранителем рода Поттер. И на Рождество провел два тяжелых ритуала. Первый ввод в род и наречение, второй – определение статуса наследника. Всю эту информацию Рон и Гермиона получили от родителей Рона, которые в свою очередь присутствовали на ритуалах и видели Блэка в деле.

Когда друг был почти у берега, показалась его спутница-помощница. Китайская капуста-медуза. Переливаясь всеми светлыми оттенками синего, розового и фиолетового, наворачивая круги около одежды парня, оставляя за собой разноцветные пузыри. На приближающегося к берегу парня смотрели голубые глаза друга и кари глаза подруги.

Рон покраснел от гнева, надул щеки и сдвинул брови к переносице, а Гермиона готова, как и Малфою на третьем курсе, сломать другу нос. Но, они лишь протянули парню теплую, сухую одежду, термос с бутербродами, девушка кинула на парня согревающие чары. Пока Натаниэль одевался и отогревался, друзья смотрели на парня пристальным взглядом, ожидая их разговора. Но, перед тем, как все им рассказать, парень спросил:

– Откуда вы узнали, что я буду здесь в это время? – друзья переглянулись, криво улыбнулись, и хотели ответить, как за них это сделал блондин, сказав:

– Я им рассказал, Нат…

Комментарий к Часть 16

Это последняя написанна глава.

Когда выложу следующую – не знаю.

Напишу и выложу.

========== Часть 17 ==========

Комментарий к Часть 17

не бечено)

– Я им сказал, Нат, – смотрю на Малфоя, мне хочется ему или врезать или проклясть. Зачем, ну зачем он втянул во все это дерьмо Рона и Гермиону? Я специально не давал о себе знать, ради их безопасности не говорил, что со мной произошло. Чтобы они с директором не связывались и в это противостояние сторон не вмешивались. Умер и умер. Знаю, что они собирались проводить ритуал «Зов крови», но он бы ничего не показал. Как Поттер я – мертв. С Блэками Уизли тоже пересекались, и они могли с помощью “Зова” меня вычислить. Но, влез блондин и похерил мои старания.

– На кой дракл, Драко? Зачем? – спрашиваю я блондина, натягивая свитер и ботинки. А он, смотря на меня и друзей ответил:

– Ваша троица всегда отличалась геройской деятельностью и продуктивностью, тебе одному, Нат, не справиться. На тебя слишком многое свалилось. И статус Хранителя, и род Блэк, а еще директор с его ритуалом, – тут заинтересовалась Гермиона, спросила про ритуал, какой и что из себя представляет. На это Малфой ответил: – старый, запретный и весьма опасный, как применившему на себе, так и всему его окружению.

Мы с друзьями и Драко шли в сторону Хогсмида. По пути я пил чай, заедая бутербродами. Погружение в воду и смену сущности забирает много сил и энергии. Летающая рядом со мной Шуи, пищащая и поддерживающая не восстановит запас сил, как еда и сладкий чай. Она поможет магически, а вот физически только убойно-сладкий чай и еда. В Хогсмиде нас ждали близнецы. Раз там Фред с Джорджем, разговор будет весьма шумным. А пока по теме директора и его поступка, что именно он применил:

– «Чужая судьба», – ответил я, убирая термос с чаем, пустую коробку от бутербродов в рюкзак за спиной.

От озвученного названия проведенного ритуала, получил порцию матерных выражений и пожеланий директору гореть в огне Адского пламени. Гермиона не в курсе, а вот Рон слышал. Ему положено, он рожден в семье чистокровных волшебников, о запретной магии с пеленок знает. А вот подруге пришлось постигать эту сферу и разбираться своими силами, не без помощи Рона и всей семьи Уизли, а так же обширной библиотеки школы. Так что о ритуале «Чужая Судьба» наслышаны, как и о последствиях.

– Все сходится, Рон! – говорит подруга. – Его аура, магия, ядро и каналы – наполнены жизнью и силой, кардинально изменившаяся внешность, без морщин, бороды, словно ему не сто с лишним лет, а едва за пятьдесят. Голос, движения, все как у молодого и здорового.

– Но, это временный эффект, – сказал Драко, – и обратный процесс уже пошел. По словам Северуса, на момент применения ритуала, а это после твоей смерти, Нат, ему оставалось три месяца. Директор применил ритуал через неделю или две. Вот и считайте, сколько ему осталось до полного выгорания, – говорит блондин.

– Три месяца отсрочки прошли, – говорит Рон, – значит, обратный процесс запущен. Первыми, если я правильно помню, отказывают органы чувств, – мы с Малфоем синхронно кивнули, – дальше пропадает магия, высыхают каналы и разрушается ядро, рвется в лоскуты аура, – снова наш синхронный кивок.

– А дальше что? – спросила подруга, – он просто умрет? Перестанет быть волшебником? Или что? – не понимала Гермиона.

– Или что, Грейнджер, – говорит Малфой, в своей излюбленной манере, показывая превосходство и разницу в знаниях, статусе. Так сказать, говоря и рассказывая, он делает ей одолжение, – после того, как начнется процесс отмирания волшебной составляющей, когда ему будет банально не хватать энергии на Люмос или Нокс, директора станет ломать, крутить и тянуть к магии, как наркомана. Магия – наша жизнь, без нее волшебник не может существовать. Многие, став сквибами кончали с жизнью.

– Но, это же последствия ритуала. Он знал о том, на что шел. О последствиях. О выгорании магии и последующей смерти. Или я снова что-то упускаю?

Малфою нравилось происходящее. А именно поучение магглокровки в области темной магии и запретных, темных ритуалах. Гермиона слушала Драко, как профессоров на уроках, она была не против происходящего полевого обучения. Ее все устраивало. Рон тоже слушал Драко, но молчал. Он не обо всех ритуалах осведомлен. Так что и ему интересно. Только вида, что он внимательно слушает Драко, друг не подавал. На лице друга присутствовало желание врезать блондину за одно лишь присутствие в нашей компании, и за нравоучения.

Признаться честно, будь мы в прошлом, курсе так на пятом или четвертом, за манеры и тон, интонацию и не скрываемые насмешки в пробелах семейного образования, я бы тоже мечтал разбить нос Малфою. Но, это в прошлом. А то, как он себя ведет при друзьях – это привычка и вдолбленное отцом поведение превосходящего по статусу. Так уж он воспитан сиятельным лордом Малфоем.

Тот же Поттер, его избалованность, вседозволенность, только потому, что он наследник рода. Вспоминаю наши с Северусом уроки по Окклюменции и их с отцом и Поттером стычки, правильнее сказать издевательства по отношению к Северусу. То же превосходство и показатель силы и чистокровности. И в отличие от Драко, с возрастом Поттер как был заносчивой задницей, так ей и остался. Даже смерть родителей не остепенила.

Драко же ведет себя так исключительно по привычке. Видя наше трио, он возвращается в прошлое, мирные деньки без воскресшего темного лорда, омоложенного директора с его грандиозным планом войны между светом и тьмой. Следовательно, возвращаются и его замашки. Мы не обращаем внимания. Стараемся это делать. Да и выросли мы, чтобы обижаться на подобный тон и манеру общения. Слушаем. Способ Малфоя подавать информацию и надменное поведение подругу не бесил и не коробил. Он такой, какой есть. Она это понимала и принимала. Рон же смирился.

– Да. Директор просто так не смирится с приближающейся смертью. Не тогда, когда от него зависит будущее светлой стороны в противостоянии с лордом. Он найдет выход, скорее всего уже нашел.

– Какой же? – спросил друг. Мы были близко к Хогсмиду, виднелись крыши и дым из печных труб, когда вводить в курс дела стал я. Мы шли рядом, я между Роном и Гермионой, как в старые добрые.

– У меня есть предположение, – Малфой и его уроки по темным ритуалам отошли на задний план. Он шел за нами, – я немногое, но кое-что узнал о ритуале «Чужая Судьба». Прочитал на досуге. Это не единственный ритуал, способный отменить проклятие и исцелить за чужой счет. Кроме этого ритуала есть еще несколько ритуалов, способных продлить жизнь волшебнику, спрятав его от Высших сил.

– Что за ритуал? – спросила подруга.

– В чем суть? – интересовался Рон.

– Ритуалов два, и какой из них предпочтет директор я без понятия. Каждый из них несет в себе, то же направление, что и «Чужая Судьба», отсрочку, продление жизни, молодость и магическую мощь. Что первый, что второй крайне опасны и смертельны в случае ошибки.

– Ага, как и в случае успеха! – сказал Драко.

– Да, Драко прав. Для окружающих директор, применив любой, из этих ритуалов будет представлять опасность. Каждый волшебник, не важно аристократ или магглокровка будет для него как батарейка или розетка с электричеством.

– И что? Он вот так вот просто подойдет, прикоснется к любому волшебнику и заберет жизнь, магию и годы жизни? – предполагал друг. Мы с Драко синхронно сказали: «да», что именно так и произойдет. Конечно, проще было бы использовать переходники, чтобы не привлекать внимания и делать себя подозреваемым. Над этим я тоже подумаю, а пока не стану распространяться.

За разговорами и мыслями мы пришли в Хогсмид. Меня вели в кабак Аберфорта, чтобы поесть и выпить горячего чая или крепкого кофе. Видел сидящих за столом близнецов, а рядом с ними стоял директор. Малфой быстро ретировался, хотел и я, но меня заметили. Махали рукой и звали к столу.

Мы тут же, на ходу придумали легенду о нашем знакомстве и дружеских взаимоотношениях. Если уж играть, то до последнего вздоха, желательно его, а не моего. Пусть директор немного побесится, видя меня с друзьями и близкими покойного Гарри Поттера, как и от невозможности раскрыть мою истинную личность. Ведь, правда о смерти Гарри Поттера известна лишь ему и мне. Остальные верят словам директора, и не сомневаются в том, что произошел несчастный случай.

– … так ты говоришь, что Сириус твой отец? – спрашивает Рон.

– И ты все это время не знал, что являешься наследником рода Блэк? – устраивают мне друзья показательный расспрос, все для директора. И он видя все это, вмешивается, говоря:

– Как и мы все, не знали, что Сириус оставил после себя сына. Да и он сам не знал, – смотрит на меня Дамблорд, – так ведь, Натаниэль? – а мне ничего не остается, кроме как согласиться и участвовать в этом разговоре. Отвечал на все вопросы, как и друзья, – а как вы с Натаниэлем познакомились? – спрашивает у Рона и Гермионы.

– Он гулял по берегу Черного озера, шел в Хогсмид, как и мы. Увидели, думали, Сириус, чуть в Мунго в отделение душевно-больных не побежали.

– Для надежности решили проверить, – говорит подруга, смотря на меня, – подошли, спросили кто он такой, что делает в окрестностях Хога и куда идет. Узнали, предложили помощь. А по пути познакомились и пообщались.

– Так, что вас привело в Хогсмид, Натаниэль? – смотрит на меня директор, а я смотрю на близнецов Уизли, в голове сама собой рождается мысль:

– Говорят, у вас парни, самый лучший магический шоколад и сладости. С неожиданностями. А еще приколы и розыгрыши. Хотел навестить вашу лавку и что-нибудь купить. Подшутить над друзьями. У нас в Америке таких лавок с розыгрышами нет. Что посоветуете парни? Для первого раза.

– Как оказалось, Блэк…

– … ты не такая чопорная задница…

– … как мы о тебе подумали в первый раз!

– Хм, да, как оказалось, – смеюсь я и смотрю на Рона и Гермиону. Те смеются и соглашаются. А директор откланивается, мол, дела у него. И напомнил о нашем с ним разговоре и ушел. И только хотел выдохнуть, как на меня налетели близнецы, в их излюбленной форме продолжая фразы друг друга:

– Гарри…

– … как ты мог?

– …нам ничего не сказать!

– Почему не давал…

– …о себе знать?

– Мы же – семья! – в один голос заявили Фред и Джордж.

– Парни, мое имя – Натаниэль. А Гарри Поттер и правда мертв, утонул в озере с инферналами… – близнецы переглянулись и потребовали от меня подробного рассказа, что происходит и во что я снова вляпался. И я не отказал.

========== Часть 18 ==========

Комментарий к Часть 18

не бечено)

Мы уже десять минут сидели в тишине. Я рассказал все, что со мной произошло, начиная с шестого курса, о просмотре воспоминаний директора о Томе Реддле. О добыче воспоминаний у профессора Слизнорта, о поиске крестражей, и о моей смерти в озере с инферналами. И все ради того, чтобы уничтожить крестраж лорда, торчащий в моей голове, чтобы стать еще на шаг ближе к победе.

Именно на этом моменте стоял отборный мат и не особо лестные выражения в сторону директора. Думали, раскрыть его обман, показать меня живого и поведать миру о нем всю правду, но не нам с ним тягаться. Мы – подростки, а он – великовозрастный интриган и многоходовщик.

Дальше рассказывал о перерождении в Хранителя. Но, если бы не это, то я стал бы русалидом. На новость о проклятии Озерной Госпожой сущностью русалида отреагировали бурно и с кучей шуток, приколов и подколов. Мол, давай тебя, Нат, сварим и узнаем загадку мира, какой же будет суп, если сварить русалку: мясной или рыбный. Я слал их глубинами Черного озера, но смеялся, говоря, что точно не съедобный. Сварят – отравятся. Рассказал о наших с Госпожой родственных отношениях.

– Для меня она матушка, а я ее сын. Ведь проклинала меня она с помощью жемчужины потомства, с целью, чтобы я стал одним из них, а еще Хранителем морского народа.

– И как?

– Стал?

– Кем? Русалкой или Хранителем? – спрашиваю друзей.

– Русалкой? – спросили близнецы в один голос.

– Да, стал, – призвал сущность, показал длинные, тонкие пальцы с когтями и перепонками, отогнул воротник рубашки и продемонстрировал жабры, тянущиеся от плеча по косточкам ключиц. Друзья впечатлены, просили при возможности показать себя в полном русалочьем облике. Пообещал.

Потом рассказал о вступлении в права наследника рода Блэк, правду о том, что Поттеры не просто живы, а еще дети кроме меня есть. Про то, что решил всех послать и жить так, как хочу, без директора, лорда и их войнушки. Рассказал про учебу в Ильверморнии, про факультеты, друзей, предметы и профессоров. Потом про ситуацию с леди Нарциссой и ее вызволение из лап лорда. И о вынужденном принятии титула лорда раньше времени. Потом про ритуалы и Поттеров. И вот, мы подошли к встрече с друзьями.

Не сразу, но друзья разобрались в ситуации. Обещали помочь с директором, найти способ от него по-тихому избавится. Но я попросил другого рода помощи, раз представилась такая возможность. О поиске печати, удерживающей русалок в озере. Мы с помощницей нашли печать, Шуи проследила за стражем, но тот, на кого мы подумали – не причастен. Как сказала помощница, обновляющий печать действительно стар, силен и имеет светлое направление силы, но это не директор. Кто? Вот в чем вопрос. В этом моя просьба к близнецам и Рону с Гермионой – найти стража и разрушить связь с печатью.

– Нат, что это? – показала Гермиона на ската, появившегося из пузырей. Это спутник Северуса. Раз он активен и пользуется своими способностями, значит, зельевар пришел в себя. Коротко рассказал и о профессоре, о его помощи с жильем, делами рода Блэк, учебой и главное о нашем перемирии, и о том, что с ним произошло.

– Да, какой бы Снейп скользкой и ядовитой змеюкой не был, такой смерти он не заслужил, – говорит Рон, – умереть от руки своего господина – хуже некуда. А еще и от пыточного.

– Что от тебя хочет Снейп?

– Ничего, просто увидится. Он в курсе, что я помог ему, и с помощью Кричера перенес в Мунго. Наверное, отблагодарить и поговорить о лорде, – и вспомнил, что у меня еще на горизонте мелькает разговор с Нагайной.

Друзья меня отпустили, просили не пропадать и о них не забывать. Пообещал и переместился аппарацией в Мунго. Шел в палату к профессору. Я был не единственным посетителем Северуса. Рядом, на его кровати сидел Драко, держал крестного за руку и радовался, что зельевар пришел в себя и вообще остался жив. Я сел рядом, на стул, спросил, как у него самочувствие. На что профессор попросил Драко удалиться и поговорить со мной наедине.

– Пока, Нат. Жду тебя на Гриммо.

– Ага, – махнул рукой другу и слушал профессора, что ж такого он хочет мне рассказать, что даже блондина выгнал. Как оказалось, он просто устал и меня готов выгнать вслед за Драко, но, не поблагодарив – не выгонит. Так что я слушал его благодарность и просьбу продолжать придерживаться нейтралитета, не вмешиваться в дела Ордена и не присягать ни при каких обстоятельствах лорду, даже под угрозой жизни близких. Ведь он может, даже думал над этим вариантом. Взять в заложники ту же тетю Нарциссу или кого-то из друзей.

– Даже не думал. У меня своих проблем полно. А с друзьями и тетей поговорю. Придумаем что-нибудь. И она не одна дома. Есть кому, о ней позаботиться. Охрана надежная и преданная, как мне, так и ей.

– Кто же, этот защитник?

– Римус, – профессор согласился с тем, что доверить Люпину охрану тети хорошая идея. Волк опытный мракоборец, к тому же оборотень. С ним тетя под защитой и надежной охраной. Что же касается его состояния, то профессор обнадежил, все не так плохо и его скоро выпишут.

– Натан, что ты планируешь делать, после того, как закончишь школу? Останешься в Америке или вернешься сюда, в Англию? – а я и сам не знаю. Но в Америке не останусь, а буду жить в Англии или нет, не решил.

Для начала мне нужно получить Подмастерье, потом Мастера палочкового дела, а далее я планирую путешествовать по миру и создавать палочки, возможно даже свою лавку открою или статичную или кочевую, пока не решил. Сказал об этом профессору, он улыбнулся уголками губ и был рад, что у меня есть план на жизнь. Меня все-таки из палаты выгнали, но просили иногда навещать. Пообещал, а на прощание взял зельевара за руку и сказал:

– Я испугался, Северус, видя вас в крови и понимая, что вы можете умереть. Вся жизнь пронеслась перед глазами. Все наши с вами общие моменты, как в школе, так и в Паучьем Тупике, – его рука все еще в моей руке, пальцы переплетаются с моими, – а мне хотелось бы еще побывать на вашей кухне, учить вас готовить. Снова спуститься в вашу лабораторию, чтобы вы учили меня варить зелья, – а еще мне хотелось бы прижаться к груди профессора, быть рядом и дышать его запахом, слушать сердцебиение, ощущать прохладу кожи, длинные пальцы, перебирающие мои пряди.

– Натан, давай поговорим о наших будущих встречах и отношениях в следующий раз. Я – устал. Приходи через пару дней. Я вижу, понимаю тебя и твой порыв, я тоже многое хочу сделать, но не сделаю, пока не буду уверен. Подумай, реши – надо тебе это или нет, как и я подумаю и решу – готов я к этому или нет. Хорошо? – рука профессора освобождается из моего захвата, касается лица, проводит пальцами по щеке, скуле, заправляет прядь за ухо.

– Вы? – от его касаний горят огнем щеки и уши.

Мне не ответили, лишь еще раз улыбнулись и кивнули, взглядом выпроваживая вон из палаты и больницы. Я перед тем, как уйти – пообещал удостовериться в своих к нему чувствах и прийти через пару дней. А пока оставил профессора отдыхать, восстанавливаться и думать о том, есть у нас с ним будущее или нет. Шел к каминам, чтобы переместиться домой, на Гриммо. Шагнул в камин, кинул порох, назвал адрес. А там новое потрясение:

– Нагайна?

Комментарий к Часть 18

Вот и начало отношений)

========== Часть 19 ==========

Комментарий к Часть 19

не бечено)

– Нагайна? – на змею смотрит Римус и Нарцисса, палочки направлены на змею, – что ты здесь делаешь?

– Ты обещал мне разговор, мальчик, – шипит змея, смотря на меня, при этом готова к нападению со стороны Римуса и Нарциссы. Я пытаюсь отослать их прочь из зала, говоря, что мне ничего не угрожает, но меня не слышали и оставлять одного со змеей не собираются. Волк угрожающе рычит:

– Натан, какого хрена ты с ней разговариваешь?

– Я обещал!

– Обещал? – рычит на меня волк.

– Да, в тот день, когда вызволял тетю Нарциссу. Не рычи на меня, Римус!

– Не рычи? Нат, ты в своем уме вообще? Она же фамильяр лорда! У них обоюдная ментальная связь. А если эта змеюка вот в данный момент сдает тебя Воландеморту? Ты об этом думал? – голос его все выше и выше, рык глубже и гортаннее. Еще немного и глаза станут звериными, на руках когти появятся. Рэм продолжал распаляться: – Она или сдаст тебя или убьет! – змея, если бы могла, засмеялась, лишь поражалась глупости волка и его неразумности. А я перевел ее слова:

– Нагайна сказала, если бы она хотела, то пришла бы сразу с лордом, а не одна, чтобы проведать обстановку. Так что не переживайте за меня, а дайте нам с ней пообщаться. Я обещал разговор. А я привык выполнять свои обещания. Рэм, тетя Нарцисса, прошу вас оставить меня и Нагайну одних.

– Ты уверен, Натаниэль? – спрашивала тетя Нарцисса, я был уверен, говорил, что смогу сам разобраться и если что позову. Нагайна провожала взглядом волка и тетю, поблагодарив их за способность мыслить здраво. Как и я. Не хотелось бы столкновений и смерти кого-то из близких. А Нагайна может и убьет, если так произойдет. Разговор мы продолжили прямо тут, у камина. Нагайна говорила, что дом Блэк пышет силой, тьма здесь родная, густая, приятная, а не уничтожающая, как в доме Малфоев. А я спросил по теме ее визита:

– Так, что ты хотела? И что имела в виду, прося тебя освободить?

– То и имела. Освободи меня, мальчик! И помоги Тому, – на этих словах я рассмеялся, помочь Темному лорду – юмористка та еще.

– Ты бы меня еще попросила простить его и отпустить все грехи! Забыть все то, что он сделал! Простить ему смерти всех, кого он убил и чьи жизни поломал! – не прекращая, смеюсь над ее словами и просьбой помочь Темному лорду, а Нагайна угрожающе шипит:

– Не провоцируй меня, мальчик!

– А то что? Нападешь, отравишь? – спросил и призвал Шуи, – учти, змея, моей помощнице твой яд не страшен, а вот ты, если я захочу, отправишься на дно Черного Озера, и будешь там жить, – Шуи в своем минимальном размере, но урожающего, фиолетового цвета. Любая попытка на меня напасть или мне навредить и змея окажется на дне.

– Я хочу чтобы ты освободил меня, – уточнил, что она имела в виду, – то и имела. Освободи меня от части души Тома. Извлеки ее или уничтожь. Она меня сводит сума, выталкивает разум из моего же тела. Я на это не подписывалась. Я – фамильяр, помощник, но не сосуд для крестража.

– Извлечь часть души из живого носителя невозможно, была бы ты артефактом, то смог бы, а так, уничтожу я этот осколок только вместе с тобой. Ты хочешь умереть, Нагайна?

– Я хочу свободы, и не важно каким именно способом. Извлекая осколок или уничтожая его вместе со мной. А еще я прошу помочь Тому. Не простить и отпустить грехи. А, как и меня – освободить от безумия и бренности тела и мира. Убей его, уничтожь крестражи.

– Почему ты об этом просишь?

– Устала. Мне гораздо больше лет, чем Тому. Я почти ровесница Дамблдора. Жизнь показала мне все, что могла, как и я увидела, пережила все, что хотела и даже не хотела. А Том? Он перестал быть тем, за кем я шла, в ком видела свое будущее и мирную, беззаботную жизнь. Я не помню, при каких обстоятельствах мы встретились, но Том меня поразил, своим красноречием, амбициями и планами на жизнь. Он – лидер. Так я думала.

– И он им был.

– Да, пока не начал терять разум от создаваемых крестражей. С каждым отколотым от души осколком он отдавал часть разума и вменяемости, эмоции остались в прошлом, как и тот Том Реддл которому я поклялась в верности.

– Печально, был лидер, и нет лидера. Вместо разума – безумие, а от души – осколки. Соединить в тебе и уничтожить, говоришь? Знать бы, как это сделать? – задумался и сказал, что поищу способ объединить все осколки в ней и уничтожить.

Время на поиски два дня. У меня не так много времени до окончания каникул и возвращения в Америку. Значит, проведу эти дни в библиотеке. Попрошу помощи тети и Римуса. Может, Драко привлеку или Рона с Гермионой. Есть кого о помощи попросить. Нагайна согласилась подождать и не отказалась быть вместилищем оставшихся частей души, чтобы их разом всех придать огню Адского пламени или яду василиска. Остался еще один вопрос:

– А Том? Как с ним поступишь?

– Подумаю над этим, а пока покинь Гриммо, вернись к хозяину. И я надеюсь, ты не станешь распространяться на счет моего дома и нашего разговора. В противном случае я исполню угрозу и отправлю в Черное Озеро, а там тебя встретят русалки и русалиды.

– Не угрожай мне, мальчик. Я живу гораздо дольше твоего, повидала столько, что угроза водами Озера меня не пугает. Даже радует и забавляет. Ищи способ соединить части души Тома во мне, а я придумаю, как его самого отправить за грань к Высшей.

На этих словах Нагайна уползла камином в Малфой-менор, а я шел в библиотеку. По пути пообщался с леди Блэк. Советовался с ней на предмет крестражей и ритуала слияния. Леди сказала, что нужная мне информация находиться там же, где семейные ритуалы первых Блэков. Такая же темная и запретная магия и ритуалы.

В библиотеке я просидел почти до утра. Меня никто не беспокоил, скандал и выволочку не устраивал. Было тихо и спокойно. С рассветом ушел к себе в комнату, а перед сном заглянул Римус и спросил про наш с Нагайной разговор, на что мы со змеюкой договорились и о чем, она меня просила:

– Просила освободить от осколка души и отпустить за грань, как и Тома. Готова стать вместилищем для всех оставшихся осколков души, чтобы уничтожить разом и ее и крестражи. Это ослабит Тома, он не сможет больше воскреснуть и умрет окончательно. А убьет его Невилл.

– И кто ему поможет? Ты?

– Нет! – улыбка, – попрошу Рона или Гермиону подкинуть Неву координаты Малфой-менора. А там проводником станет Драко. С ним я тоже поговорю и попрошу его сотрудничать. Друзья и так в курсе, что Малфой на нашей стороне, осталось убедить в этом Невилла и орден феникса с директором во главе.

– И на кого ты возложишь эту миссию?

– Северус. Он поручится за Драко, скажет, что Малфой шпионит за лордом, передает важные сведения, готов помочь и сотрудничать.

– А Пожиратели? Что с ними? Как на них не нарваться?

– Подумаем. Привлечем Нагайну или того же профессора. Устроим какое-нибудь грандиозное и масштабное столкновение мракоборцев и боевых последователей лорда. Я подумаю, с Северусом посоветуюсь. А пока, можно, я посплю, Рэм? – зевая, падаю на подушку, а волк меня укрывает одеялом и желает хорошего сна и напоминает, что сегодня у нас ночные посиделки, на грани сознания, почти уснув, сказал: – я помню…

Комментарий к Часть 19

Как и говорила – поисписалась я) Минимум лайков и комментариев.

Это последняя работа. В ближайшее время закончу и возьму перерыв. На время уйду в работу. Надеюсь – поймете)

========== Часть 20 ==========

Комментарий к Часть 20

не бечено)

Проснулся я ближе к обеду. Кричер как всегда – выше всяких похвал, наелся от души и от живота. Потом снова в библиотеку, посидел какое-то время, почитал и нашел несколько способов соединить осколки души в Нагайне. Потом спустился к камину и сев на диван, ждал Римуса. Тетя Нарцисса, как ее и просил Рэм, закрылась у себя в комнате, взяла в руки вышивание и отдавала всю себя этому делу.