Текст книги "Проклятие Озерной Госпожи (СИ)"

Автор книги: Aion91

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

– Кричер! Живо в Мунго его и меня! Римус, помоги Драко придти в себя, зелья знаешь где, – волк кивнул, а я держа у груди профессора, поддерживая голову, чтобы кровью не захлебнулся, переместился аппарацией эльфа. Как только мы скакнули в больницу, крикнул: – Целителя! Срочно! Человек умирает!

Ко мне подбежал дежурный, забрал зельевара, направил Северуса к нужному целителю, попросил меня подождать у палаты. А пока я ждал вердикт, ко мне подошел дежурный и опросил по поступившему пациенту. Имя, должность, причину по которой он оказался в таком состоянии.

Целители как исповедники – сохраняют тайну и не разглашают. Для них все едины и светлые и темные, и мракоборци и пожиратели. Так что я мог рассказывать все, что знаю, о лорде, о службе на него, о частых пытках Непростительным. Целитель меня выслушал, а я получил не воодушевляющий вердикт:

– Да, лорд Малфой прибыл к нам в таком же состоянии. Внутричерепное давление, кровоизлияние в мозг, лопнувшие сосуды и тромбы в сердце. Мне жаль, но профессор Снейп может и не выжить. Мы сделаем все возможное, только… – развел целитель руками, – сами понимаете, такие нагрузки на сердце и мозг просто так не проходят, без последствий не обойтись.

– Я все понимаю, целитель. Круцио и пытки штука такая, кого-то сума сводит, а кого-то в могилу. И не знаешь что из вариантов лучше. Жить как псих, с полным затмением разума или умереть в рассвете лет. Спасибо, буду иметь в виду, – руки с силой сжимают палочку, кручу ее и мечтаю использовать на лорде самое гадкое, отвратное проклятие рода Блэк, какое только найду. Но, пока у него есть крестражи, он – непобедим.

А еще меня волновала ситуация с директором и проведенный им ритуал «Чужая Судьба». Кто подарил ему свою жизнь? Сколько директору жить при магии и силе осталось? И какое количество времени уйдет на то, чтобы одолеть лорда? И справиться ли он? Хотя, меня это не волнует. Я, как и говорил, влезать в их распри не стану. Убить лорда я бы хотел, но оставлю эту миссию Невиллу и Ордену Феникса. А пока сидел и думал, пришел целитель.

– Как он? Что с ним?

– Вы не представляете, лорд Блэк, как вам повезло! Еще пять или десять минут и профессор Снейп скончался бы. Сосуды в головном мозгу от магического давления Круцио полопались, началось обильное кровоизлияние и давление, еще немного и мы бы не спасли профессора.

– К нему можно?

– Пока нет. Состояние все еще тяжелое, профессор пролежит у нас минимум три недели. А придет в себя не раньше следующего года. Так что лорд Блэк, идите домой, к родным, близким, а за профессора не переживайте. Главное, вы успели во время. Он сильный, молодой – поправится.

– Спасибо, целитель.

Я еще какое-то время сидел у палаты профессора, ноги не шли домой, хотелось зайти и посмотреть, но не стал нарушать указ целителя не беспокоить пациента. Давно ушел весь магический персонал. Пустые, тихие коридоры, никого.

Уходить пора и мне. Успокоить Драко и тетю Нарциссу, сказать, что обошлось и Северус будет жить. Шел по коридору по направлению к каминам, как из разноцветных пузырей показалась Шуи. Принесла весть из банка о том, что поверенный рода Поттер и семья Поттер ждут меня в банке через два часа, чтобы провести ритуал выбора первого наследника, а так же ввод в род и наречения их младшего ребенка.

Я шагнул в камин на Гриммо, меня тут же прижал к себе Драко и уткнулся носом в плечо. Успокаивал его, гладил по волосам и спине, говоря, что с крестным все будет хорошо. Он в тяжелом состоянии, но выкарабкается. Драко не сразу, но отошел и отпустил меня. Попросив за слезы прощения. А я спросил:

– Где Римус и тетя?

– Я тут, – сказал волк, сидящий на диване с книгой в руках, – а леди Нарцисса отдыхает в своей комнате. У тебя что-то случилось или случится в ближайшее время? – смотрит на меня Римус. Он как всегда проницателен. Говорю, что он угадал, кое-что в ближайшее время состоится. А именно встреча с родственничками и их друзьями. Уверен, на этом ритуале будут не только Поттеры, но и директор, может, Уизли подтянутся. Не уверен, на счет Рона и Гермионы, но Артур и Молли точно придут.

– Странно, что тебя не пригласили, Рэм.

– Ничего странного. Меня пригласили, но я отказался, сказал, что готовлюсь к полнолунию. Только это не значит, что так и будет. Я пойду с тобой, Натан. Хочешь или нет, но тебе нужна поддержка. Одного тебя там сожрут и не подавятся.

– Отравятся, – говорит Драко, – он стал таким же ядовитым, как и все змеи Слизерина. В Ильверморнии у тебя та еще репутация, Нат.

– Уже знаешь? – спрашиваю друга.

– А то! Ты и твои подвиги рядом не стояли с теми, что было в Хоге. И это за пол года, Нат, – волк просил рассказать, что же такого я выкинул, что Драко в таком восторге, тот решил озвучить мои заслуги лично: – первое – это сломанный нос одному аристократу, решившему подкатить к Нату с определенной целью. Мол, мы бриташки через одного такие. Исход – сломанный нос и проклятие нестояния того самого органа сроком на месяц. Второе – магические дуэли. Напомни, сколько у тебя их было за первый месяц? – смотрит на меня Драко.

– Около трех десятков точно или больше. Меня вызывали, по несколько раз за день, но по правилам, с секундантами, с профессорами в качестве свидетелей. Только бесполезно, несколько связок, с вплетенными семейными проклятиями в моем исполнении, и все это невербально.

– Я так понимаю, учился ты самостоятельно? Проклятиям я имею в виду? – спросил Римус, а я не отрицал. Меня никто толком не учил, кроме него. До всего остального я доходил сам. Своими силами. Помогала Гермиона, в пару вставал Рон, и мы с ним устраивали дуэли.

– Еще подвиги?

– Потом расскажу, – показал на часы, – время. Римус, раз ты со мной, то пошли. Драко, остаешься в доме за главного. Камин откроется только нам с Римусом. Для других он заблокирован. Даже для друзей.

– Понял тебя, – толкнул меня в камин, – иди уже, покажи им, лорд Блэк! А потом собери воспоминания, покажи мне и перевязав ленточкой, подари Северусу, думаю, он оценит.

Я не ответил Драко, лишь кивнул и с рукой волка на плече шагнул в камин, оказавшись в кабинете поверенного рода Поттер. А там нас уже ждали. Не ошибся, когда предположил, что с Поттерами будет директор и Уизли. Как и сказал Драко, директор значительно помолодел, даже рядом с прошлым обликом не стоял. Моложе времен молодости Тома, скорее его внешность это времена их противостояния с Грин Де Вальдом. На меня шокировано смотрят все, кроме поверенного. И самый первый вопрос:

– Что ты здесь делаешь?

========== Часть 14 ==========

Комментарий к Часть 14

не бечено)

– Натаниэль? – удивился Джеймс.

– Что ты здесь делаешь, мальчик? – интересуется директор, – ты по делу? – они никак не поймут, что я – Хранитель рода. Думают, я пришел по своим делам. Потом заметили наконец-то рядом со мной Римуса.

– Рэм, а ты по какому вопросу и почему не дома? Полнолуние же скоро, – удивлялась Лили, при этом смотря на меня. Мне кажется, она догадывается или у нее есть подозрения, что именно я забыл в банке в тоже время, что и они. Поверенный еще не подошел, скорее всего, занимается подготовкой зала к ритуалам. И пока его нет, мы общаемся.

– Я с Натаном, – руки волка по-прежнему на моих плечах, он спокоен, как и я, благодаря его присутствию рядом, – вас тут много, а он один, – улыбнулся мне волк, а я в ответ. Рядом с ним мне спокойно и уютно, как и с Сириусом. Пусть с отцом я был всего ничего, но познал настоящую заботу и любовь, узнал, что такое родительское тепло и забота.

– Лорд Блэк! – воскликнул проверенный Поттеров, – вы пришли! Ваша пунктуальность меня радует! – и пригласил остальных: – пройдемте, для ритуалов все готово, – тут полились вопросы относительно Хранителя: «Где он?», «Кто он?», «Когда подойдет?», слыша эти вопросы, поверенный смотрит на меня и Поттеров, их группу поддержки, стоящую в полном непонимании, Что происходит, а поверенный спрашивает: – вы им, лорд Блэк, ничего не рассказали?

– Они не спрашивали. А я не рассказывал, – на меня смотрят Поттеры, хотят многое спросить, как и директор, но у нас мало времени, об этом сказал поверенный, если не провести ритуал сейчас, то следующий благоприятный день будет только весной в день весеннего равноденствия. Так что разговоры отложили на потом и прошли в ритуальный зал.

– С какого ритуала начнем? – спрашиваю, – наречения и введение в род или с определения наследника? – на меня смотрят Поттеры, Уизли и директор, у всех на лицах застыл вопрос: «Как так получилось и почему они не догадались?», но все-таки на вопрос о первом из двух ритуалов ответили:

– Наречение и введение в род – говорит Джеймс, – проведем этот ритуал и отправим малышку и Лили домой, отдыхать. Знаю, как это выматывает. Лилс? Ты не против? – женщина была согласна с тем, что малышке нужно будет отдохнуть, – так что, лорд Блэк, приступаем? – спросил Поттер, его тон мне не нравится, в голосе слышится претензия, которую он жаждет высказать, но сделает он это чуть позже. А пока у нас общие дела, его недовольство подождет.

Я призвал Шуи, она вылетела из тату, и увеличиваясь в размерах, показавшись во весь рост, оказалась за спиной. Купол Шуи переливается всеми оттенками розового, синего и фиолетового, щупальца спутницы, по которым бежит легкий разряд тока, оплетают руки, плечи. Так она меня поддерживает.

Для наречения имени и введения в род сил много не потребуется. Несколько не сложных действий и готово. У камня рода Поттер призвать спутницу, слиться с ней и подключится к камню рода, позвать ближайшее поколение предков, окропить кровью Хранителя и ребенка камень рода и представить дитя перед магией. Что я собственно и собирался сделать.

– Без крови, проведи ритуал без крови! – требовал Джеймс.

– Джей! – удивился Римус, – это же опасно для Хранителя, чем вы планируете заменить кровь Натана? Медом, пирогами? – а так оно и есть, у них с собой целая батарея угощений, приготовленных миссис Уизли, – парня на второй ритуал не хватит, если не сделать… – но, волку договорить не дали:

– Хватит Римус! – кричит Лили, – кровавые ритуалы канули в прошлое, стали запретными, считаются опасными, я не позволю проводить подобный ритуал над своей дочерью.

– Римус, все будет нормально, – уговариваю его, призываю успокоится, – я не слабак, Рэм! За мной род Блэк, если что-то случится, род и предки Блэк вмешаются. Давайте проведем ритуал и приступим к следующему. И кто я такой, чтобы спорить? Всего лишь Хранитель! – с иронией и сарказмом, – воля потомков рода для Хранителя – закон. Так что давайте малышку и дары.

– Держи, – протянула мне девочку Лили, – она странно на тебя и твою спутницу реагирует. Ты чужой, не знакомый, а она тянет к тебе и твоей медузе руки, – улыбка Лили искренняя, а у меня кривая, со словами:

– Да, странно. Я – чужой, вы правы, миссис Поттер. С чего бы?

Взял девочку на руки, она тут же потянула свои ручки к щупальцам Шуи, пропуская их между пальчиков, тянулась ручками вверх, аккуратно касаясь воздушного, полупрозрачного купола, помощница не возражала, малышка ей нравилась. Девочка заливисто смеялась и веселилась, когда от ее касаний Шуи меняла цвет.

Ритуал без крови, как и сказал Римус – выматывающий, опасный для здоровья. От общения с предками Поттеров я буду отходить несколько дней. Но, как и говорил, воля потомков для Хранителя – закон. Поэтому и провожу тот ритуал, о котором меня просят.

Первый этап – слияние со спутником, второй – жертва магией, энергией и преподнесение даров, для призыва предков из-за грани. Это больно и опасно. Я отдаю пол резерва на то, чтобы приоткрыть грань между нашими мирами, и на то, чтобы выцепить предков. Параллельно с тем, что зову предков и вытаскиваю их в наш мир, я все еще держу эту самую грань. Это третий этап. Четвертый этап – представление дитя и просьба благословить его, ввести в род и дать имя.

Нагрузка коллоссальная, огнем горят каналы магии, трещит по швам аура и накаляется, как магма ядро. Кровь кипит и жилы натянуты до предела. Чую, как кипит мозг и течет по губам и подбородку кровь. Стук в ушах и боль в висках. На меня обеспокоено и с паникой смотрит волк, безразлично – директор, взволнованно – Уизли, а Поттеры так, словно то, что со мной происходит – в порядке вещей. Кривая улыбка и саркастический смех так и просятся наружу. Но, я не стану отвлекаться. Ведь осталось совсем чуть-чуть. Предки девочку благословили, в род ввели, осталось только дать ей имя. Поттер смотрит на меня и девочку, спящую на моих руках, спрашивая:

– Как ее имя? – а я не знаю, что сказать. Ее имя – это или шутка предков или их кара Поттерам за грехи перед родом. Я в этом уверен. Ведь грехов у них много. Они не предатели крови, но и не святые. А имя девочки – женская версия моего имени. Почему ее нарекли так, а не иначе, узнал, но Поттерам рассказывать не стану. Перед тем, как отпустить связь, на грани шепота услышал слова деда Карлуса:

– Чтобы они знали, даже не смотря на то, что мы мертвы, мы все видим, слышим и обо всем знаем. Обо всех их грехах перед родом и детьми. В том числе перед тобой. И пусть ты более не Поттер, предки по-прежнему считают тебя Поттером.

– Спасибо, дедушка.

Ритуал закончился, предки отпустили меня и ушли за грань. Связь разорвана, магия на нуле, сил нет. Лили забирает малышку, а я падая от истощения, оказываюсь на руках Римуса, у его груди. От меня требуют назвать имя, назвал:

– Натаниэлла Лилианна Поттер, – голова тяжелая, язык заплетается, пальцы рук немеют и колючки тянуться выше к ладоням и запястьям, змейкой переползая по предплечью и к локтю и плечу. Перед глазами все плывет. Имя им не по нраву, но с предками не спорят. Лишь было сказано о том, что Хранитель из меня так себе.

– От одного ритуала свалился без чувств! – фыркал Джеймс. Римус хотел рыкнуть и сказал Поттеру пару ласковых, но я попросил этого не делать. Ведь скандалы нам ни к чему, и его обо мне мнение уже не изменишь. Пусть так. Лили с малышкой на руках покидают банк и возвращаются в Поттер-менор. Пришла пора старших детей. Кого же из них предки выберут старшим наследником, а кого младшим? Но, это чуть позже. Я все еще на руках Римуса, Молли протянула мне восстанавливающее зелье, а волк достал из кармана шоколад.

– Как всегда, Рэм. У тебя по карманам разложены плитки шоколада. И как всегда ты знаешь, какую именно шоколадку я хочу, – в данный момент в моих руках плитка горького шоколада с кусочками апельсина. Приятно, что кто-то знает мои вкусы и предпочтения.

Пока поверенный готовил второй ритуал, а я на руках Римуса пытался ухватиться за плывущую картинку перед глазами, вспомнили о том, что я скрыл свой статус Хранителя от директора и Уизли, тогда когда я пришел на Гриммо во время собрания Ордена и когда ко мне пришли знакомиться Поттеры.

– Скажи, Натаниэль, почему ты не сказал, что являешься Хранителем рода? – спросил директор. А я ответил то же, что и поверенному:

– Вы не спрашивали, а я не рассказывал. Зачем? Если мы рано или поздно встретились бы? – у меня уже не шумело в ушах, кровь из носа не текла, перед глазами не мельтешила картинки, постепенно возвращалась магия, как и связь с помощницей. Шуи вылетела из тату и опускаясь на голову, оплетая щупальцами пищала, быстро меняла цвета, все темные оттенки синего, розового и фиолетового, а еще била разрядами.

– Пи-пи-пи! – ругалась спутница.

– Да, Шуи, это было опасно. Но, так пожелали потомки, – смотрю на Поттера, старших детей и его спутников. Я бы сказал все, что думаю, но не стану. Думаю, миссис Уизли выскажет свое мнение относительно опасного ритуала и угрожавшей мне опасности от излишней нагрузки на организм.

А пока я и все присутствующие думали каждый о своем, пришел поверенный и пригласил в малый зал. Там, без камня предков, лишь у гобелена рода мы проведем второй ритуал. В отличие от первого, он не требует много сил, лишь предельной внимательности и концентрации. Как от меня, так и от Поттеров.

Ритуал прост. Я у расширенного гобелена Поттеров, со всевозможными переплетениям и родственными связями. Тут даже Малфои и Уизли показаны, и подписаны кто кому кем приходится. На распустившемся бутоне, на переплетенных ветках Лили и Джеймса, с портрета, на меня и близнецов смотрит малышка, под ее портретом золотыми буквами светиться силой имя: «Натаниэлла Лилианна Поттер».

За моей спиной Шуи, в свой полный рост, куполом накрыта голова, щупальца оплетают спину, плечи, грудь. Сливаясь с магией древа рода с ее помощью, взываю к предкам. Близнецы по обе стороны от меня, положив руку на мои, они должны пустить магию. А я, как проводник направляю их магию в гобелен, связанный с предками. Проходит пять минут, десять, пятнадцать. На гобелене светятся алым светом их бутоны и портреты. Первым потухло имя Генри, значит, он младший наследник, вторым потухло имя Гретты, следовательно, она старшая наследница.

Был скандал. Возмущались тем, что предки доверили девочке главенство над родом. Но, девочка не может быть наследницей, ей предстоит войти в чей-то род, после замужества, а не возглавлять свой. Лордом должен быть юноша, но не девушка. Но я тут не при чем. Я всего лишь проводник воли предков. Но от меня требовали все исправить:

– Слышишь меня, мальчишка! – кричит Джеймс, – ты все исправишь!

– Даже не подумаю, – ответил, смотря на пыхтящего, как ежик Поттера, – это не я решаю, а предки. Им виднее. И не вам, мистер Поттер, спорить с предками. Давайте разойдемся. Рождество скоро, праздник, и я жутко устал. Ваши дети тоже, – смотрю на близнецов, – так что по домам.

– Натан, Римус, может, отметим такое знаменательное событие, как семейное воссоединение? – предлагает Артур, смотря на меня и Джеймса, но мы с Римусом отказываемся, идя к камину, тогда нас останавливает Альбус:

– У меня к тебе, Натаниэль, есть серьезный разговор, не терпящий отлагательств. Касается нашего общего прошлого и ситуации, ты знаешь какой. Поговорим? – я сказал:

– В следующий раз. У меня нет сил и желания находиться здесь. Даже пять минут не продержусь и рухну. Так что, мистер Дамблдор, прошу отложить ваш серьезный со мной разговор на потом, – Джеймс начал что-то говорить о неуважении и зарвавшихся мальчишках, – мистер Поттер, думайте что хотите, говорите что угодно, но дайте мне уйти. Рэм, пошли, – я и правда устал. На разговор с директором меня не хватит. Я едва на ногах стою. Мне бы до кровати дойти. Римус, берет меня под руку и ведет к камину, говоря:

– Если бы вы согласились на стандартный ритуал введения в род и имянареченя, то могли бы еще пообщаться с Натом, возможно, мы бы и на ужин согласились, но вы сами его измотали, опасности подвергли, а потом претензии высказываете. Так что иди ты, Джей, лесом. Оставьте парня в покое. Ему еще восстанавливаться и к учебе готовиться.

Нас с Ремом не держали, отпустили, но взглядами провожали, и у каждого желание со мной пообщаться лично. Но, мне на их взгляды плевать, я шел домой. Там меня встречал Драко и тетя Нарцисса, а так же Кричиер. Протянул мне зелье и отправил спать. Как только голова коснулась подушки – уснул.

Комментарий к Часть 14

Пишу, пишу, пишу и не понимаю – нравится вам или нет.

И есть ли вопросы по сюжету и истории?

Может, пожелания? Иногда из вопросов или пожеланий может закрутится еще одна спираль или ветка параллельного сюжета. Так что предлагайте, спрашивайте.

А я в свою очередь отвечу или воплощу.

P.S. Есть задумка свести Римуса и Нарциссу. Пока только задумка. Как вам?

========== Часть 15 ==========

Комментарий к Часть 15

не бечено)

Проспал я до самого утра. А там подарки и праздничный пирог. Кроме этого мой рассказ о том, как все прошло, как Поттеры и директор восприняли меня в качестве Хранителя. Было смешно и одновременно грустно. То, что я бывший Гарри Поттер понял только директор. Остальные нет. Даже Уизли. Но, мне все равно. Свои обязанности я выполнил, а то, что их результат не устраивает – не мои проблемы. Это решение предков. Как в случае с именем, так и с выбором старшего наследника.

– Что будешь делать в эти оставшиеся дни каникул? – спросил Драко.

– Первым делом навещу матушку. Пока общаюсь с ней, Шуи проследит за стражем печати. Как говорила матушка, обновляется печать раз в год, и происходит это на утро после Сочельника. То есть сегодня. Пообщаюсь с мамой, расскажу как прошли у меня эти пол года, о учебе, школе, друзьях. О получении титула лорда рода, о тебе и тете, о своих обязанностях Хранителя. Потом проверим с Шуи печать, и оставшиеся пол года буду искать информацию, как разрушить связь между печатью и стражем, потом найду способ вернуть русалок в их родное место обитания.

– Да, план на каникулы что надо, Нат! – улыбается Римус, – а я завтра и следующие два дня попрошу Вас всех, меня не искать. Буду в подвалах дома, пережидать полнолуние. Не забывайте о том, что я опасен и могу неосознанно вам навредить, – на что я напомнил о том, что мне его компания и укусы не страшны. Ведь я уже не человек, – я помню, Натан. Но Нарцисса и Драко, – смотрит на тетю и блондина, – я не могу подвергать их опасности. На моей совести и так много грехов. Одно ранение Северуса на шестом курсе чего строит. Ведь укуси я его, он бы…

– Рэм, не ты виноват! – напомнил я ему.

– Да, устроил нашу с Северусом встречу в визжащей хижине – Сириус, но клыки и когти были мои. Так что не стоит снимать с меня ответственность за случившееся. И чтобы не повторить прошлое и связанную со мной и моей темной сущностью опасность – запрусь в подвале.

– Профессор Люпин. Не стоит. Мы Вас с матушкой услышали. Я вернусь в Малфой-менор, – сказал друг, – лорд точно вызовет меня на предстоящий слет, уверен, после общения с ним и Пожирателями, я буду, как и Вы, лежать без сил и приходить в себя. А матушка, если Вы ее попросите, не выйдет из своей комнаты, так что не стоит привязывать себя цепями и прятаться в подвалах. Проводите полнолуние так, как привыкли.

– Согласен с Драко. Не стоит ограничивать свою свободу, Римус, надевая цепи и ошейник. Ты, как и в прошлое наше совместное полнолуние можешь лежать у меня на коленях, а я сидеть на диване, вычесывая тебя, успокаивать. Как тебе предложение, Рэм? Повторим наше прошлое общение в полнолуние? Я еще когти тебе подстригу. Мне как раз для палочки пригодятся.

– Буду рад, Натан, помочь тебе и благодарен за возможность быть рядом. Но, все равно, Нарцисса, дабы избежать проблем, не выходите из комнаты, – просит ее Римус.

Тетушка не спорила, раз надо, то она найдет, чем заняться. Чтение, вышивка, рисование и пересаживание цветов. Тетя давно мечтает привести цветы на Гриммо в порядок. Я не возражаю, а Кричер готов помочь. На этом и договорились. Я собирался в Хог, к Черному озеру, чтобы увидеться с матушкой. Взял с собой запасные теплые вещи, термос с чаем и коробку с бутербродами. Взял с собой подарок матушке на Рождество.

Вышел из дома, переместился аппарацией к Озеру, осмотрелся, убедился, что никого нет, скинул одежду, сложив ее у берега, призвав русалочий облик – шагнул в воду. Вместо ног – черный с серыми плавниками хвост, привычная длина волосы до плеч, касалась кончиками хвостового сгиба. На руках, между тонкими, длинными пальцами с острыми коготками – прозрачные перепонки. Шуи, как мы и договаривались, отправилась к печати, следить за стражем.

Пока плыл никого на пути не встретил. Лишь подплыв к коралловому замку, заметил стражей. Меня проводили к матушке, увидев меня, она кинулась ко мне, обнимая, не выпуская из кольца рук около пяти минут, говоря, что скучала и рада видеть. Протянул ей подарок, она открыла коробку и тут же нашла заколке в виде русалки применение. Заколола волосы на одну сторону, показывая перепончатое ушко с вдетыми ракушками-сережками.

– Я тоже, рад тебя видеть, матушка. Как ваши дела?

Она рассказала, что так же. Ничего нового, все по-старому. Напрягал лишь разговор, состоявшийся у матушки с директором, через несколько дней после моей смерти в озере с инферналами и пробудившейся сутью русалида и Хранителя. Директор, его активность и любопытство. Он спрашивал королеву о делах того самого года, когда проводился Турнир Трех Волшебников. Его интересовала информация обо мне, когда я был Гарри Поттером. Не происходило ли со мной каких-то странностей.

– Я сказала, что нет и вообще, этот день я вспоминаю как страшный сон. Сказала, что мне не нравилась сама идея заложников под водой в зимнее время года, как и условие тура. Дети – это святое. На жизни детей покушаться – грех перед магией и предками. У нас русалок, дети редкость. Но, директор как тогда, во время треклятого турнира, как и в наш с ним последний разговор убеждал, что ничего бы с детьми не произошло. Их бы всех спасли.

– И все? Больше он ни о чем не спрашивал?

– Нет, сын. А даже если бы и спросил, ответом я бы его не удостоила. Он – осквернитель магии! Даже предатели крови могут перед магией и Высшими сестрами загладить свою вину, а то, что совершил директор – не прощается. Никем и никогда! Ты же знаешь, что он сделал?

– Я в курсе, он применил ритуал «Чужая Судьба». Все ради победы темного лорда. Отсрочка, так сказать. Временная мера. Ведь скоро начнется обратный процесс. Да и на директора мне плевать. Лишь два вопроса. Первый – кто добровольная жертва? Второй – как разрушить ритуал? Ведь после того, как начнется обратный процесс и будет отмирать аура, пересыхать каналы и разрушаться ядро, директор перестанет быть собой и станет опасен для окружающих. У него уже притупляются органы чувств, дальше больше, дальше хуже, – матушка слушает и спрашивает:

– Тебе до директора и темного лорда есть дело? По мне, так пусть темный лорд свихнется от поломанной души, а директор сгорит изнутри и перестанет существовать как волшебник от проведенного им ритуала. Они сами в этом виноваты. Это их судьба и их карма, которую не отчистить.

– А война? Те, кто дорог мне? Такие есть и на стороне лорда и на стороне директора?

– Защити тех, кто тебе дорог, сделай так, чтобы это противостояние их не коснулось. Способов много. Могу предоставить им убежище, – показала на коралловый замок, – главное, Натаниэль, сам не лезь. Пусть два великих волшебника столетия разбираются между собой.

– Еще бы свести урон к минимуму. Чтобы сражение произошло лишь между ними, без участия Пожирателей смерти и Ордена Феникса. Как это сделать, я подумаю в школе, а пока нам с Шуи надо разобраться с печатью. Помощница следит за стражем, ждет, когда он обновит печать. Узнаем, кто он, будет легче ее обезвредить и разрушить.

– Я рада, что ты помнишь свое обещание, сын, – прижала меня к себе матушка, прощаясь, прося не забывать ее и навещать.

Я плыл к поверхности, меняясь на человека. Вместо хвоста с плавниками – ноги, руки без перепонок между пальцев и когтей, жабры затянулись. Лёгке стали ведущими, волосы привычной для меня длины, едва касаются плеч. Не смотря на смену сущности, став снова человеком, а не русалидом, вода по-прежнему была для меня как воздух, я мог спокойно дышать и не захлебываться. Как и плыть, с той же скоростью, что и в облике русалки.

Шуи ждала меня на берегу и не она одна. На меня смотрели голубые глаза друга и карии подруги. Рон покраснел от гнева, надул щеки и сдвинул брови к переносице, а Гермиона готова, как и Малфою на третьем курсе, сломать мне нос. Но, они лишь протянули мне одежду, термос с бутербродами, подруга кинула на меня согревающие чары. Пока я одевался и отогревался, они смотрели на меня пристальным взглядом, ожидая моего разговора, а лучше извинений. Но, перед тем, как все им рассказать, спросил:

– Откуда вы узнали, что я буду здесь в это время? – друзья переглянулись, криво мне улыбнулись, и хотели ответить, как за них это сделал Драко. Сказав:

– Я им рассказал, Нат…

========== Часть 16 ==========

Комментарий к Часть 16

не бечено)

Глава глазами друзей) Как и просили.

Несколько часов назад…

Нора

Рождество в доме семьи Уизли прошло как всегда – шумно, вкусно и с кучей новых свитеров, связанных Молли. Традиции соблюдены, только дорогие и близкие. Здесь и старшие братья Билли с невестой Флёр и Чарли, даже Перси и тот пришел на ужин. Близнецы, ставшие весьма успешными предпринимателями. Младшая Джинни и Рон с подругой Гермионой.

Не хватало за столом их друга – Гарри Поттера, ставшего семье Уизли почти сыном. Гарри погиб, утонул в озере с инферналами. Такая была официальная версия событий, но, в нее никто не верил. Только у всей семьи Уизли нет возможности проверить достоверность полученной информации. Как и сомневаться в словах директора Дамблдора. Зачем ему врать? Так говорили старшие Уизли.

– А я все равно не верю директору, – говорит Гермиона, – Гарри не дурак, лезть в озеро, кишащее нежитью! – ее поддерживали близнецы, Джинни и Рон, который знает друга, как свои пять пальцев. И на уж он отважный и храбрый, но не глупый и не безбашенный.

– И что нам делать?

– Как быть?

– У кого правду о смерти Гарри узнать? – на перебой говорили близнецы. Быстро, продолжая фразы друг за другом, что не отвлекало, не мешало, не сбивало с мыслей, а наоборот произносилось по существу и по делу.

– Точно не у директора! – выдала младшая Уизли, – уверена, без него там не обошлось. Странно все это, как можно не досмотреть или не вытащить?

– Вот-вот! – соглашается с подругой Гермиона.

– Это все конечно, замечательно…

– … все ваши подозрения…

– …обвинения…

– …а доказательства?

– Чтобы обвинять кого-то в чем-то, нужны факты! Неоспоримые улики! Все наши мысли и наблюдения, касательно перемен директора как во внешности, так и магическом плане, да и просто всей ситуации – детский лепет. Бред сумасшедших.

– Да, – соглашается с братьями Рон, – без фактов не прокатит, – только друзья хотели опустить руки и смириться с тем, что доказательств им не добыть и правду не узнать, как в их комнату ворвался серебряной дымкой Патронус. Странная форма – хорек. Всего три строки, адресованные Рону и Гермионе. Другие голос пославшего Патронус не слышали. Сообщение личное.

«Уизли! Грейнджер!

Хотите узнать, что стало с Поттером, приходите к Черному Озеру через два часа. Придете – узнаете! Не придете – другой возможности не будет.

Малфой!»

– Гермиона, это что сейчас было? – все еще смотрит на то место, где пару минут назад стоял на задних лапках Патронус-хорек и вещал голосом Малфоя, говоря о Гарри и о возможности узнать о нем правду.

– Патронус?

– Я не об этом, а о послании! – тычет пальцем в то самое место, – он сказал, что знает, что случилось с Гарри. Вопрос в том, верить ему или нет? – тут отошли от шока близнецы и Джинни, спросили, кто назначил им встречу и при чем тут их покойный друг. Рон отдал слово Гермионе. А та сказала: