Текст книги "Амели (СИ)"
Автор книги: Aidan Show
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
Глава восемнадцатая.
ДВЕ ИЛИ ОДНА?
Воодушевленное настроение Евы улетучилось сразу же, как только Амели в красках изложила всю ситуацию, расставив события по полочкам.
Босс рвала и метала, кидаясь из угла в угол, как сумасшедшая. Орала благими матом, покрывая Дэна всеми карами небесными, насылая проклятия. Но как выяснилось чуть позже, он оставил ей на подписание заявление об уходе за неделю до своей пропажи, только Ева вовсе забыла об этом, погруженная в мысли о предстоящем путешествие на острова к теплому океану.
Босс отметила, насколько плохо выглядела Амели. И дело было вовсе не в Дэниэле. Просто за короткий промежуток времени на её хрупкие плечи навалилось слишком много проблем, при этом она осталась брошена совсем одна на произвол судьбы. Будь это какой-нибудь самый обычный день в ресторане, Ева не раздумывая отправила бы сотрудницу на больничный, но сейчас, ей были нужны все свободные руки и головы, чтобы удержать ресторан на плаву.
Бледно-зеленое лицо Амели с выразительными мешками под глазами привели её в шок. Бесконечно болела голова, да и месячные как назло не пришли в срок.
Казалось бы такая мелочь – всего два дня. Но и это повлияло на психологическое состояние девушки. Она была истощена физически, не выспалась и мучилась догадками.
Оказывается, наказание ковбоя слишком быстро подошло к концу, но несмотря на то, что они не состояли в отношениях, Ами считала Дэна мужчиной, а не трусливой псиной. Думала, что он сообщит ей о своём отъезде.
Хотя бы краткого "пока" или "прощай" оказалось бы достаточно, чтобы закончить знакомство и перелистнуть страницу.
Увы…
Разочаровываться в людях адски сложно и не менее больно.
Чертовски...
Амели казалось, что от груза этой боли она не может полноценно дышать, спать и существовать.
Боль ни на секунду не отступала даже во время сна. Ей каждую ночь снилось что-то ужасное и отталкивающее, пробирающее до липких мурашек, но самой "картинки" на утро она не помнила.
О возможной беременности Стоун даже думать боялась. Амели попросту не готова к детям.
Что она вообще знает о них?
Да и не так она хотела стать матерью. Для того, чтобы родить ребёнка, она мечтала о крепкой семье и любящем муже. О доме, что они вместе обустроят. О их быте. Но точно не об этом.
Писец…
"Какая же ты скотина, Берк!" – мысленно обратилась к нему Стоун.
Захотелось заплакать.
Солёные слезы подбирались к глазам, обжигая роговицу. Но Ами сжала их до боли, настолько, что белые мушки забегали перед ними, когда она их открыла. Вдохнула и выдохнула по своей сложившейся традиции. В ответ боль и слезы смиловались и сделали пол шага назад, позволяя ей чуть лучше мыслить.
Всё люди, которых нанял Дэн, как в воду канули.
Ресторан потерял половину официантов, треть работников кухни, всех поставщиков и бухгалтера. Все телефоны этих сотрудников оказались «вне действия сети». Амели с Евой и Джеком стёрли ноги до кровавых мазолей, объезжая их дома, что были зарегистрированы в документах, но двери каждый раз открывали незнакомцы.
Конечно никаких сведений о прошлых жильцах они и в помине не знали. Или пожимали плечами или разводили руками.
ПИСЕЦ!
Чёртов ковбой!
Падла такая!
Всё, к чему Амели с Евой стремились эти годы пошло плешивой псине под хвост. Но доказать, что именно Дэн был виновен в этом, никак не могли. Только после его ухода каждое звено ресторана стало вылетать из крепкой многолетней цепи.
Ева подняла все связи на уши. И как выяснилось, около двух недель назад сеть ресторанов по всей стране, включая и их ресторан, выкупила одна влиятельная фирма из Калифорнии.
Так может это они и подставили?
Только зачем?
В чем смысл создавать самим себе проблемы?
Только если эта самая фирма предварительно подписала страховой контракт. Но на мошенников, они скорее всего не похожи. Это ведь не маленькая захудалая фирма, что хочет обогатиться. Эти же люди, то есть новые владельцы, владеют миллиардными состояниями.
Так в чем же дело, мать его за ногу?
И пока новый хозяин так и не удосужился их навестить, Амели вся издергалась. Крах их ресторана она ещё могла пережить. Но вот беременность.
Стоит ли делать тест?
А если он покажет две полоски, что тогда?
С утра позвонила Ева.
Женщина показалась ей явно на нервах, готовая вот-вот расплакаться. Конечно, дело всей её жизни может пропасть, а ещё её, как директора, возможно ждут лютые неприятности.
– У нас проверка. – загробным голосом прошептала начальница. – Можешь приехать? – это был скорее не вопрос, а мольба о помощи. И если раньше Ева, как человек, ей в корне не нравилась, то сейчас они держались друг за друга горой.
– Конечно, постараюсь как можно быстрее.
– Спасибо. – облегчённо выдохнула в трубку женщина.
Налоговая нагрянула с утра без предупреждения. Как и пожарный инспектор. И СЭС. Хотя годовая проверка ожидала их только через неделю.
Полный атас!
Они не знали к кому первым бросаться. Но взяв себя в руки, распределили обязанности.
Джек повёл пожарного инспектора строго по плану. Проверяли абсолютно все, да настолько дотошно, будто им кто-то о чем-то шепнул.
Высокий мужчина с едва заметным пивным животиком, вытянутыми усами, как у Эркюля Пуаро из детектива Агаты Кристи, и кровожадным взглядом, начал с соблюдения норм противопожарной безопасности. Затем перешёл на работоспособность систем оповещения, тушения и сигнализации. А в конце за требовал документы организации. В заключение он вынес убийственный приговор за выявленные нарушения, выписав огромный штраф и приостанавливая деятельность ресторана.
На этом плохие новости не закончились.
Амели достался инспектор санитарно-эпидемиологической станции, отслеживающий соблюдения организацией санитарных и противоэпидемических норм и правил. Женщина лет сорока показалась Ами настолько отталкивающей, что она уже знала её ответ заранее. Она точно не даст положительных характеристик.
Звонко цокая каблуками, словно отбивая похоронный марш, она обошла все помещения. Провела не только визуальный осмотр, работоспособность инструментов, но и взяла пробы продукции, воды и не только.
Хорошо, что хоть в жопу не заглянула... И на том спасибо!
Ева проследовала в кабинет бывшего бухгалтера, чтобы представить все документы для налоговой. Так выяснилось, что ресторан продолжительное время использует подменные кассы и терминалы для карт для занижения выручки и уклонения от уплаты налогов.
Так вот с чем были связаны эти сбои в системе?
Поэтому у них выходила недостача по кассе?
Это означало, что проверки ждут не только их, но и всю сеть ресторанов. А значит, новых владельцев вскоре подстерегает банкротство.
День завершился весьма дерьмово.
Настроение примерно соответствовало ему.
С этими мыслями Амели направилась в аптеку, чтобы оставить все плохое в этих проклятых 24-х часах. Взяла все самое необходимое и поехала домой.
Месячные так и не пришли.
Будь проклят этот день и этот мужчина!
Пошёл он к черту со своим Вегасом!
И как только она опустила кончик теста в стаканчик с мочой, в дверь её квартиры позвонили.
Она ошарашенно хлопнула глазами и положила тест на край подвесной раковины. Вымыла руки и направилась в сторону входной двери.
Ее слегка колотило. Казалось, ещё немного и она взвоет от переизбытка эмоций.
И тот человек, что стоял за дверью, добавил крайнюю каплю, выводя Амели из равновесия.
Она распахнула входную дверь и онемела. А когда через пару секунд пришла в чувства, прошептала: Что ты здесь делаешь?
Глава девятнадцая.
ВЛИПЛИ ПО САМУЮ МАКУШКУ
– Что ты здесь делаешь?
Ами устало всматривалась в его серое и печальное лицо, отмечая, что мужчина за это долгое время, что они не виделись, немного изменился.
Морщинки в области глаз стали чуть более глубокими и заметными. Ямочка на квадратном подбородке была чуть более выразительной из-за того, что он немного потерял в весе. Светлые волосы с приятным отливом теперь выглядели немного длиннее, чем в первую их встречу.
Он нервно провел пятерней по ним, зачесывая назад, но упрямые локоны вновь рассыпались, попадая на крупный лоб. В целом он практически не изменился, но все же Амели удалось поймать эти мелочи.
В его взгляде было сочетание страха, агрессии к самому себе и защиты от этой внутренней агрессии. Николас испытывал состояние побитости после того, как сам себя отругал. Он ни один раз обвинял и ненавидел себя за то, как поступил с Ами. Сколько боли он ей причинил, подвел.
Николас молча шагнул ей на встречу, сгребая её своими длинными руками, покрытыми канапушками.
Амели от такого порыва растерялась и застыла.
Ник, тяжело вдохнул аромат её чистых волос, что неизменно пахли морской свежестью и сжал её ещё крепче.
– Здравствуй, прекрасная Амели. – шепнул он куда-то в область макушки.
– Ник? – она слегка отстранилась, чтобы взглянуть в синеву его глаз и убедиться, что он не галлюцинация, не сон, что он действительно здесь.
Николас каждой клеточкой почувствовал напряжение, что исходило от Ами, будто она на секунду открылась, а потом взяла себя в руки, пытаясь спрятаться он него в свой надёжный и бронированый панцирь.
– Извини, не смог удержаться. – признался честно мужчина, задыхаясь от лавины эмоций.
– Отпусти меня, пожалуйста. – тихо проблеяла она, упираясь в твёрдую грудь Николаса руками.
– Да, извини. Можно мне войти? – его глаза, буквально умоляли Амели выслушать его.
Поэтому девушка решила, что хуже уже точно не будет. Да и сил уже практически не осталось.
– Проходи. – она сделала два шага назад, шире приоткрывая дверь и махнула рукой в глубь квартиры.
– Спасибо. – мужчина прошёл в прихожую, снял с себя белые кроссовки на тонкой подошве, стащил голубую джинсовку и развернулся лицом к хозяйке квартиры.
Когда шоковое состояние прошло, её будто в филейную часть иголкой кольнули.
«Тест!» – мигом пронеслось в голове.
– Проходи на кухню, гостей я не ждала, поэтому дома у меня ничего нет. Но если ты голодный, можем заказать доставку. Я сейчас подойду.
– Хорошо.
Девушка пулей метнулась в ванную комнату, споткнувшись о свою ногу.
От позорного падения её спала стена, за которую она успела схватиться. Но на пути возникла другая преграда в виде края комода, о который она с грохотом ударилась мизинцем и с шипением выругалась сквозь зубы:
– Сссобака! Будь ты неладен! – палец противно заныл от глухого удара и запульсировал. Она рефлекторно схватилась за ногу руками, будто бы это как-то помогло унять боль.
– У тебя там все нормально? – раздалось из далека.
– Да-да! Не бери в голову. – отмахнулась она.
Амели схватила использованный тест и зажмурила от страха глаза.
Беременна или нет?
Если все-таки да?
Что ей делать?
«Да открой ты уже глаза, трусиха!» – зарычал противный внутренний голос на девушку.
Вдох-выдох.
Один…два…три…
– Не беременна. – раздалось за прямо за её спиной. – Мы радуемся или огорчаемся? – участливо уточнил Ник.
Ами открыла глаза, взглянув на одну полоску.
Не беременна!
Какое облегчение…
Николас увидел, как она сжалась, а после расслабилась, опустив плечи. Но затем развернулась на пятках и приняла боевую стойку, скрестив руки под аппетитной грудью.
– Кто это "мы"?
– Раз я стал участником этой новости, то конечно же имел ввиду себя и тебя.
– Разве тебя звали? – прекрасное лицо девушки сейчас источало недоумение. А затем на нем также быстро отразилось раздражение. Она гневно выставила палец в область груди Ника, тыкнув для достоверности.
– Тебя разве приглашали? А? – она медленно наступала на него, пока мужчина потихоньку пятился на выход. Конечно он её не боялся, однако, Амели умело произвела не него впечатление. – Какого черта ты вошёл без стука?
– Извини, я просто услышал странные звуки и решил…
– Решил он! – руки девушки эмоционально взлетели вверх, а после толкнули его в грудь. – Мне всего-то и нужно было 5 минут! – а затем, убедившись, что он стоит за порогом, захлопнула дверь, упав от бессилия на закрытую крышку унитаза.
Боже мой!
Какое же облегчение!
Будто сама судьба решила обратить на неё внимание и преподнесла приятный сюрприз.
Остальные проблемы померкли, наряду с этой и показались не такими уж безнадежными. Она со всем справится. Да. Ей хотелось пищать от радости, запрыгать, хлопая в ладоши.
Она не беременна!
Внутри будто взорвалась та самая бомба, что отсчитывала набатом каждую секунду её жизни.
Стало настолько легко и радостно. Только тело слегка затрясло. Существует радость от созерцания, от движения, радость общения, познания, красоты, от жизни. Но сейчас это было нечто другим, тем, что Амели не могла описать только словами. Нет, она хочет детей, но рада, что это не ребёнок Дэна. С ним её более ничего не связывает!
Её тело и эмоции опустошились, обнулились, чтобы затем наполниться чем-то новым, чтобы она смогла уверенно взглянуть вперед и войти в новый день открытой.
– Я заказал нам китайскую еду, если ты не против. – услышала девушка, переступив порог кухни.
– Вовсе нет. – безразлично пожала плечами она. – Зачем ты приехал Ник? – спросила она, усаживаясь на стул.
Она все думала и думала, что же он ответит?
Соскучился?
Хотел извиниться?
– Повод для моего приезда совсем безрадостный. – понуро вздохнул он, уронив голову на грудь.
– Иии?
– Знаешь, ситуация даже немного забавная вышла. – грустно хохотнул он, впиваясь в Амели взглядом
– Да неужели? – язвительно бросила девушка.
– Ты пропустила мою речь. – словно ни к месту сказал он.
– Что?
– Ну, мою речь на саммите.
– Ты не говорил никакую речь, Ник, я бы запомнила.
– Разве? – его бровь насмешливо изогнулась, из-за чего Амели захотелось его чем-нибудь стукнуть.
– Подожди… – она подняла глаза к потолку, пытаясь воспроизвести события. И уже через пару секунд на её лице отобразилось недоумение от осознания… – Дьявол, Николас! Хочешь сказать, что когда я вышла в туалет, чтобы спрятаться там от Дэна, речь главного инвестора толкал ты?
– Да!
– Да какого хрена? – взорвалась Амели, вскакивая со стула. – Ты думаешь, что это смешно? Почему ты сразу не рассказал? Дура! Господи, какая же я дура!
– Ами, успокойся, все в порядке.
– Нет, не в порядке, Николас! Ты меня надул! Ты выставил меня круглой идиоткой!
– Нет, вовсе не так…
– А как? ЧЕРТ!
– Да, в начале мне показалось это забавным. – Амели только обречённо зарычала, хватаясь за голову. – Но потом… потом я подумал, что это уже не важно.
– Не важно? Да ты шутник, друг мой. И гавнюк!
– Согласен. И своей вины не отрицаю. Но Амели, наша проблема вовсе не в этом.
– Наша? Да у меня вообще нет с тобой ничего общего. – устало выдохнула девушка, прикрывая глаза от бессилия.
– Ошибаешься. – покачал головой он.
– Хорошо. Так почему ты здесь?
– Лучше сядь.
– У меня был достаточно сложный день, я устала. И ты хочешь меня добить?
– Сядь, Амели. – спокойно повторил он. И когда девушка послушно опустилась на стул, крепко вцепившись в кухонный стол так, что костяшки пальцев побелели, он закончил. – Это я тот человек, кто выкупил сеть ресторанов, в котором ты работаешь.
Глава двадцатая.
Весь полет из Калифорнии во Флориду он все думал и думал, что же все-таки скажет ей. Возможно ли в их сутации найти подходящие слова.
Если да, то какие? Как в таких ситуациях люди чаще всего извиняются? Или в данном случае словами уже не поможешь и придётся искупать свою вину при помощи поступков?
Когда Ник оценивал ситуацию со своей стороны, то она почудилась ему очень двоякой. Да, несмотря на то, что он трахнулся с бывшей, при этом они с прекрасной Амели вместе не были. Поэтому сам собой вырисовывался вопрос: можно считать этот факт изменой?
Нет, конечно.
Тогда от чего Николасу становилось так... стыдно?
Так глупо Шепард не чувствовал себя очень давно. В повседневной жизни в Сан-Франциско он являлся именно тем человеком, с которым первым здоровались и протягивали ему руку, охотно зазывали на все вечеринки и мероприятия, которые он практически не посещал из-за бешеной занятости и хронической усталости.
Когда-то давно он мечтал приобрести подобный статус. Стать важным и уважаемым человеком со внушающей репутацией. Мечты, как говорится, имеют свойства сбываться. Поэтому Шепард продолжал упорно идти к цели, и в конечном итоге своего он добился.Но для этого ему многим пришлось пожертвовать:
Сон. Семья. Любовь. Дети. Друзья. Нервы.
Все это заменили: деньги, успех, путешествия в дорогих люксовых отелях, комфортабельный уровень жизни.
Да, тогда, лет 15-16 назад это казалось куда важнее, но с возрастом приоритеты меняются.
Так произошло и с Николасом.
Безумно хотелось выдохнуть. Остановиться, чтобы успеть насладиться жизнью. Неторопливо проснуться в кровати с любимой женщиной, вдохнуть аромат родного тела, съесть плотный горячий завтрак, приготовленный под душевные разговоры и тисканья. А после заняться тягучим и неторопливым сексом прямо на кухонном столе или в душе, да где угодно. Лишь бы только она была с ним... Именно, тогда, когда он думал о любимой женщине, перед ним неизменно возникали образ Ами.
Ему до коликов осточертело спешить. Надоело гнаться за деньгами, бизнесом, встречами.
Хотелось носить удобную одежду, а не костюмы с удавками на шее. Полететь отдыхать в горы, чтобы покататься на лыжах, предварительно втянув носом запах зимнего утра, что обжигает слизистую своей прохладой. И так далее, по кругу не прекращая.Миллиарды и миллиарды на счетах, только тратить особо некуда. Ну не солить же их, чес слово.
Поэтому он занялся меценатством, помогая городу и больным детям. Пусть хоть так эти деньги пользу приносят. Пусть хоть так эти деньги сделают кого-то счастливым... Но не его...
Но стоит ему лишь на секунду притормозить, задержаться, усомниться, как тут же выстроенная годами система дает сбой и летит к чертям. Это только в кино важные боссы могут все бросить и лишь иногда заезжать в офис, чтобы наводить страх на подчинённых. В обычной жизни даже времени в сутках на работу не хватало, не говоря уже об обычном человеческом отдыхе.
Он родился в достаточно бедной семье. Мать стала инвалидом в скором времени после его рождения, а отец бесконечно пытался работать и урывками дополнительно подрабатывать, чтобы хоть как-то удержать их семью на плаву.
Уже с 10 лет Ник активно ухаживал за матерью, пока отец гнул спину на работе. Мальчик упорно отказывался от карманных денег, зарабатывая гроши на выгуле соседских собак и стрижке газона. Наверное уже тогда в нем проклюнулась эта рабочая жилка.
Когда мать умерла, Нику на тот момент исполнилось всего 12. Материально стало намного легче, ведь теперь не требовалось ежемесячно оплачивать счета за реабилитационные центры, массажистов и физиотерапевтов для неё. Но где-то внутри образовалась оглушающая пустота. Дыра, которую они с отцом никак не могли заполнить, да и не планировали.
Разве вообще возможно избавиться от этого чувства?
Да, со временем чувства притупляются, однако рана продолжает кровоточить и ныть, напоминая о потере близкого человека. О страшном горе.
Шепард старший не спился, не впал в уныние, не забыл о своих отцовских обязанностях и о сыне. Наоборот, старался уделить ему как можно больше внимая, отцовской любви и заботы.
Именно тогда отец решил открыть свой небольшой ресторан в честь памяти о матери Николаса и своей жене, и её итальянских корнях. Собственно, Нику ничего в плане внешности от мамы не досталось. Всё, что он получил в наследство от любимой матери – лишь второе имя, что она дала ему при рождении. В остальном же Николас стал копией отца. Тот же размах плеч, цвет глаз, особенности кожи. Только взгляд мальчика иногда напоминал отцу о почившей жене, которую он без ума любил. И мужчина ни на секунду не переставал бесконечно винить себя за то, что собственными руками разрушил их счастье.
Николас никогда не держал зла на отца. Скорее наоборот. Утверждал и доказывал, что папа вовсе не причастен к этому несчастному случаю.
Ведь он лишь думал, как сделать приятный сюрприз любимой жене и родному сыну. Тогда Шепард старший впервые повёз их в государственный парк-монумента под названием «Muir Woods» недалеко от реки Редвуд-крик.
Лес Мьюра по сей день является национальным парком, находящимся в 12 милях к северу от Сан-Франциско, а также считается частью парка «Золотые Ворота». К Главной достопримечательности приравнивают – Секвойю вечнозелёную, что вырастает до высоты 380 футов. Высокие кроны секвойи оставляют мало шансов другим деревьям, которым приходится адаптироваться к слабому солнечному освещению.
И тогда, одно неверное движение, всего один шаг, привел к глобальной катастрофе в их семье. Женщина сорвалась с узкой тропинки, когда они занимались хайкингом. Перелом позвоночника, плюс неутешительные диагнозы – равно большое горе в семье Шепардов.
***
Самолёт приземлился в аэропорту Майями ближе к ночи. Ник не раздумывая вызвал такси и с беспокойной душой направился по знакомому адресу.
Надежда тлеющим угольком теплилась где-то в области сердца, оберегая от каждой гадкой и жесткой мысли, будто давая надежду, что у Николаса ещё есть шанс, чтобы наладить отношения с Амели.
Он бесконечно испытывал чувство вины, вспоминая ту конкретную ситуацию с Кэтрин. Негативные эмоции зачастую захлёстывали его среди ночи или как только появлялась свободная минутка, и Ник уходил в эти размышления с головой. Он даже пытался придумать сценарий, как ему стоило бы поступить, чтобы изменить ситуацию, которая уже произошла. Даже если альтернатива была маловероятна или невозможна на практике, например когда она совершенно не зависела от него. Но все возвращалось на круги своя вновь и вновь, потому что Николас не знал как исправить ситуацию.
Глупо и безнадёжно стало верить в то, что Амели так легко простит его.
Со своими партнёрами он бы с без проблем бы нашёл слова, чтобы принести свои извинения. Или если это касалось отца. Однако с Амели он упирался в невидимую стену, примерно размером с ту, на которую отправили Джона Сноу.
Когда Ами открыла ему, Нику стало даже немного легче дышать. Хотелось впитать в себя как можно больше воспоминаний об этой прекрасной девушке. Он несказанно обрадовался их встрече, но не смог не отметить достаточно рассеянное поведение девушки. Она дергалась и нервничала, но определённо не из-за Николаса. Скорее его неожиданный визит добавил крайнюю каплю в переполненную чашу.
Возможно из-за работы?
А когда он услышал подозрительные звуки, доносящиеся из ванной, не раздумывая рванул туда.
Будто кто-то безжалостно ужалил его ядовитой стрелой в самое сердце, заставляя разносить по крепкому телу все больше убийственной смеси и с каждой секундой отправлял разум безумной ревностью. Именно это он почувствовал, как только увидел тест на беременность в руках прекрасной Ами. Не сложно догадаться, от кого Амели в теории могла быть беременной. Он практически собственными руками подтолкнул её в сторону Дэна.
Идиот…
И судя по всему, раз в этот волнительный момент Берка не было рядом, между ними оказалось не все так радужно.
От этого легче не стало.
Нику хотелось крушить и ломать, он достиг крайней формы проявления гнева – ярости. Что разгоралась с такой силой, что ему самому стало немного страшно. Хорошо, что Амели в тот момент стояла к нему спиной. Иначе бы заметила, как Ник опустил светлые брови, сводя их ближе к переносице, а губы вытянулись в тонкую плотную линию.
Ами удалось мгновенно охладить его пыл своим воинственным поведением. Его так и подмывало рассмеяться, но он мужественно держался, чтобы не нагнетать сильнее.
Он видел, что она на пределе.
Виной этому послужил Дэн?
Что же такого Берк сделал?
А может сказал?
Имеет ли он право спросить Амели об этом?
Но стоило только Ами немного отойти от шока, как Николас вновь дезориентировал её своим положением. Точнее сразу двумя.
Конечно, Ник не особо светился в роли главного инвестора, и она так неудачно пропустила его вступительную речь на саммите. Что ему оставалось ещё сделать?
Поэтому он и решил держать язык за зубами все это время.
– Это я тот человек, что выкупил сеть ресторанов, в котором ты работаешь. – как только он выложил все карты на стол, на лице Ами отобразилась вся гамма чувств, что доступна человеческому роду.
В психологии выделяется от 3 до 7 этапов принятия неизбежного. Осознание и принятие начинается с отрицания, за ним идет гнев, потом торг, потом депрессия и смирение. Амели не повезло, потому что она пошла по длинному пути из 7 ступеней. И в конце, когда наступило смирение, девушка отрешенно посмотрела на Николаса.
– Мы в дерьме, Ник.
– Да. Но мы все вместе, включая Дэна, попробуем вылезти из этой выгребной ямы. – Ами в ответ нервно прыснула, затем хрюкнула и заливисто засмеялась. Но смех был наполнен не радостью, а скорее истерикой. Она все смеялась и смеялась, начиная задыхаться, закашливаясь. Затем в миг стихла, её мелко заколотило, а глаза наполнились влагой, заставляя мир превратиться в одном огромное размытое пятно.
– Тише, тише, моя хорошая. – Ник в момент оказался рядом, обхватывая лицо девушки тёплыми ладонями, которые словно давали защиту. – Мы справимся и без Дэна. Я сглупил, прости… Он тебя чем-то обидел? Скажи.
Ами на секунду прикрыла веки, унимая слёзы. Выдохнула и решительно утонула в синеве его глаз, которые смотрели с надеждой, теплом и… любовью?
Нет, ей показалось.
«Конечно показалось. Ты не настолько важна для него. Он любит Кэтрин.» – проскрипел противный голосочек внутри.
– Ник, Дэн пропал и перестал выходить на связь пару дней назад. Поэтому, как я и сказала ранее, мы в дерьме.
