Текст книги "Грязная Земля (СИ)"

Автор книги: Юрий Окольнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 25 страниц)

Алиса и собащки

Алиса не проспала.

Это было необычным, почти историческим событием. Нет, так-то она редко просыпала – её будила мама, или будильник, или старший брат, а иногда даже отец. Все хотят разбудить маленькую бедненькую Алису, никто не даёт баиньки!

Но вот чтобы самой проснуться заранее, и не лупить по будильнику кулаком, и не обещать маме с закрытыми глазами: «Я ща, ещё минутку!»… Вот это было необычно.

И даже несколько СМС, пришедшие на новенький золотистый айфон, были тут совсем ни при чём. Первую, про сбор друзей на сбор стрел, Алиса просто продрыхла. Вторую, с вопросом от Пети – тоже гордо просопела. А третья пришла от Лёшика уже после её пробуждения, поэтому тоже не считалась:

«Сегодня надо в школу идти всем вместе, и в школе держаться вместе.»

Так что можно было считать, что она сегодня проснулась сама и она герой!

А ребята уже с утра в лес сгоняли – вот им неймётся!

Подумав, Алиса встала и пошла умываться. У неё было слабое ощущение нереальности, как будто голова чуть кружилась, но не совсем, а наоборот. Как будто мир чуть кружится вокруг неё. Наверное, это после странного сна. Вот приснится же такое… Начиталась романтической фэнтези – и теперь фантастика лезет в голову так, что не выкинешь. Может, самой начать писать-записывать?

Э, нет, вздохнула Алиса. Лес на бумагу переводить – это не наш путь. Наш путь – спасать природу от людей…

* * *

Когда Алисе было года четыре, они с мамой и тётей гуляли по лесопарку. Уже тогда у города появился мэр, и уже тогда у мэра появился особняк. Но тогда ещё этот особняк не вырвал себе из общего лесопарка кусок муниципальной земли. Это потом до мэра стало совсем не добраться и лесопарк заметно уменьшился. А тогда люди всё ещё продолжали свободно гулять вокруг особняка, защищённого лишь оградой.

И двумя волкодавами.

Это было разумное решение. Дети всегда и везде бесшабашны, лазают во все дыры, и красивый садик вокруг дома мэра явно стал бы для них приманкой. А уж воры бы наверняка позарились на богатства, которыми стремительно наполнялся дом народного труженика. Но сейчас и дети, и воры знали – «во дворе злые собаки». Все оставались за оградой.

Пока не появилась Алиса.

Проходя мимо решетчатых ворот, девочка увидела сквозь решетку здоровенную чёрную псину. Та лениво, но оглушительно гавкнула.

– Ой, собащка! – радостно воскликнула Алиса.

Мама лишь вздохнула. Дикая страсть дочери к животным иногда её пугала, иногда умиляла. Но заводить собаку – это слишком накладно в домашней квартире. Да и собаке в квартире нелегко. Вот если бы у них был дом…

– Алиса, держись рядом! – мать дёрнула Алису за руку.

– Холошо, мам, – послушно ответила та, и крепко взялась за руку.

Отвернувшись к своей подруге, мать продолжила разговор о том, что людям работы нету, зато мэр себе особняк построил. Её чуткое материнское ухо продолжало отслеживать лопотание дочки, которая до этого постоянно лезла ко всем собачкам играться.

В какой-то момент мама осознала, что Алисино лопотание продолжается, но:

1) собачка уже не гавкает, а порыкивает.

2) за руку больше никто не держит.

Резко оглядевшись, мама оцепенела.

Алиса уже была за решёткой.

Рядом с собакой-убийцей.

И топала прямо к собаке, радостно распахнув объятия.

– Собащка, пливет! – радостно воскликнула Алиса.

Собачка крутила башкой, вначале порыкивая, а теперь уже повизгивая. Она никак не могла сориентироваться в ситуации. Она должна была атаковать, это было заложено в её природе и закреплено дрессировкой. Даже ребенка собака должна была как минимум сбить с ног и держать до прихода хозяина. Но в этот раз собаку наполняли противоречивые ощущения:

1) перед ней чужой.

2) но это Большая Любовь.

3) но это Всеобщий Щенок.

Миг – и Алиса уже лезет на шею собаке, а та сдаётся и начинает вылизывать её лицо. Почти отсутствующий хвост начал бултыхать мускулистые ягодицы дога туда-сюда.

– Алиса! – наконец смогла вымолвить мать звенящим голосом. – Иди сюда!

– Мам, мы иглаем! – обернулась Алиса. – Мы тепель длузья!

Осознав, что прямой опасности нету, мать чуть расслабилась, но собачка начала улыбаться, и вид огромных клыков снова привёл женщину в ужас:

– Алиса, собачка чужая! Нельзя с ней играть!

– Она не плотив! Её нлавится!

Один-один. Маму разобрал нервный смех. Собачке и правда, похоже, нравилось. Может, сейчас они наиграются и Алиса просто вылезет обратно, и они пойдут… Побегут домой?

Но ситуация вдруг усложнилась появлением ещё одного участника.

Из-за дома вышел скучающий толстый мальчишка – сверстник Алисы. Он осклабился, увидев у решётки незнакомую женщину и решил её хорошенько напугать:

– Тирекс, голос!

Волкодав, которому прямо сейчас Алиса чесала за ушами, лишь блаженно повизгивал, зажмурившись. Мальчишка нахмурился и подошёл ближе. Тут он, наконец, увидел, что за волкодавом прячется чужая девочка и обрадовался:

– Ага! Хулиганы! Быдло! – у мальчика явно был специфичный учитель. – Тирекс, фас!

Собака виновато заскулила, но не атаковала. Мальчик подошёл ещё ближе и закричал громче:

– Фас, я говорю! Я кому сказал! Куси их!

Собака снова заскулила, виновато опустила морду… И спрятала её в подмышке у Алисы. «Я в домике, делайте что хотите!»

А мать схватилась руками за прутья решётки и в волнении закричала:

– Алиса, брось собачку! Ей надо домой!

Алиса выпрямилась и нахмурилась, глядя на толстого мальчика. Она держала руку на холке у волкодава. Мальчик же подскочил к собаке – и пнул ту в каменно-мускулистую ляжку. Собака лишь чуть дрогнула, зато Алиса обиделась:

– Ты плохой! Уходи! Она тепель моя!

– Это ты уходи! Она наша! Ты вор! Тирекс, фас!

Мальчик схватился за ошейник собаки и потянул её к себе. Алиса потянула собаку за шею к себе. Мощная собака стоически держалась на месте, лишь виновато поскуливая, но втайне наслаждаясь новой игрой. Мать опустила руки, без сил наблюдая за этой фантасмагорией. Её снова разобрал нервный смех.

Из-за дома раздался громкий лай. Мать снова дёрнулась к решетке. Ещё одна собака?!

– Алиса, иди сюда, быстро! Можешь взять её с собой!

– Холошо, мама, – ответила девочка, которая отлично научилась создавать условия, в которых она будет послушной дочкой.

– И потянула собаку к решетке. Мальчик же вцепился в мускулистые ляжки, потянул обратно и засопел от натуги. Собака захихикала от щекотки, снова обнажив клыки. Отличная игра!

Лай раздался совсем близко. Мама побледнела и схватилась за сердце.

Из-за дома выскочила вторая собака и замерла, словно перед прыжком. Мама застыла.

За собакой выскочила очень милая молодая женщина, держащая в руках поводок.

– Моби, стоять! Да стой ты! Куда ты бежишь? – устало воскликнула она и разглядела ситуацию. – Паша, ты что тут устроил?

Её голос был укоризненным. Моби оглушительно гавкнул и зарычал. Но женщина лишь натянула поводок, прибирая его к рукам. Она окинула взглядом всю сцену и уже поняла – опасности нету, и ловить тут некого.

– Тут воры! Они к нам залезли! – насупился Паша.

– Вы не могли бы Тирекса забрать? – слабым голосом попросила мама Алисы. – А я бы дочку забрала.

– Да, конечно, – спохватилась женщина. – Её Паша позвал, да? Любит он всех собаками пугать…

Мама не стала спорить, лишь протянула руку к Алисе.

– Моби, сидеть! Место! – скомандовала мать Паши. – Молчать!

Собака послушно присела около угла дома, перестав гавкать – лишь порыкивала в готовности броситься на врагов. Мать Паша пошла вперед, взялась за ошейник Тирекса, потянула его назад:

– Ну всё, за мной. Пошли в дом!

– Не отдам! Это моя собащка! – заявила насупленная Алиса. – Она меня любит!

– Моя! – закричал Паша. – Ты вор, ты быдло!

– Алиса, отдай собаку, она чужая! У ней там детки и жена! – воскликнула мама.

– Какая милая девочка! – улыбнулась мать Паши и потрепала её по голове. – А теперь пусти Тирекса, ему надо идти кушать и какать. Ты же не пойдёшь с ним кушать и какать?

– Нет, – ещё больше насупилась Алиса и отпустила Тирекса. – Не пойду.

Тот лишь кинул виноватый взгляд, заскулил – и ушёл вслед за Лисюковой. Паша показал Алисе язык и пошёл в дом. А Лисюкова подтолкнула Алису к маме:

– Ну всё, иди к маме. Можешь потом прийти к нам поиграть. Иди, иди!

Сделав пару шагов назад, Алиса огляделась, увидела вторую бесхозную собачку и нацелилась на неё. Глаза Моби расширились, он ощутил, как его внутренний мир кружится и превращается в хаос.

Но тут мать наконец дотянулась сквозь решетку и ухватила Алису за воротник:

– Ага – торжествующе закричала она. – А ну-ка домой! Сюда! Место! Фу!

И вытащила упирающуюся Алису сквозь решетку. Перехватила её покрепче, оттащила назад. Мать Лисюкова улыбалась, глядя на них. Тирекс прощально повизгивал.

– Спасибо большое! – крикнула воспитанная мама Алисы. – Было очень приятно.

– Пффф, – фыркнула невоспитываемая Алиса. – Завтра ещё плидём?

Мама застонала и побежала домой. За неё побежала подруга, которая всё это время в простояла в нескольких шагах. Молча, в шоке и страхе.

По итогу ситуации мама и папа поняли две вещи:

1) нервные клетки дороже всех денег мира.

2) завтра мы покупаем собаку.

* * *

Алиса уже плохо помнила всю эту историю. Родители ей, конечно, рассказывали, пытаясь урезонить новые души прекрасные порывы – но она гордо задирала нос, втайне гордясь своей дружбой с животными. Впрочем, ей почему-то иногда вспоминалась другая история – вроде бы, совсем малопонятная и не особо эмоциональная. Просто… Странная.

* * *

Алисе было уже пять лет. И у неё давно уже был лучший друг – породистый щенок овчарки по имени…

– Фунтик, – авторитетно сказала Алиса. – Он будет Фунтик!

– Алиса, ты уверена? – устало спросил папа. – Может, Джек, или Том, или хотя бы Бобик?

– Нет! Я хочу Фунтик!

– А почему Фунтик-то? Почему не Грамчик и не Сантиметрик?

– Вот ты глупый! – удивилась Алиса. – А он умный и красивый! Как поросёнок Фунтик!

– У нас уже есть один поросёнок. Такая же грязная с улицы приходит! – иронично заметила мама. – А теперь поросят станет двое!

Впрочем, родители не стали спорить. Фунтик, так Фунтик. Хотя иногда, в приступе сарказма, папа называл щенка Полкилошка, на что Алиса очень сердилась.

Теперь когда мама гуляла с Алисой – то гуляли они втроём. Мама была очень довольна – к чужим собакам Алиса теперь не лезла, потому что изо всех сил защищала своего щенка от чужих больших собачек. Нет, если Алиса выходила без Фунтика – то всегда стремилась привести ему друга или подружку, потому что «ему же одному скучно и грустно!». Но Фунтик не отпускал Алису гулять одну, поэтому угоны собак в их городе почти прекратились.

Щенок уже заметно подрос и мама не боялась оставить Алису ненадолго одну. Главное – примотать её заранее к поводку покрепче, а там их по лаю можно будет найти.

Вот и сейчас – они пошли вместе на рынок. Мама зашла в крытый мясной отдел, а Алису с Фунтиком оставила снаружи – иначе внутри собака шалела от такого количества мяса. Щенок и снаружи постоянно нюхал воздух из мясного. С большими глазами он оборачивался к Алисе. Мол, «хозяйка, ты чего тут сидишь? Пойдем купим Фунтику фунтик Фунтиков!».

Ну ладно, щенок так не говорил. Это папа так про него шутил. Не смешно!

В общем, пока мама покупала мясо на вкусной косточке, Алиса на свободной квадратном метре игралась со своим щенком. И даже почти не поглядывала на чужую собаку, привязанную в десяти метрах. Наверняка её забыли, потеряли, и нужно спасать – но Алиса решила дать хозяевам небольшой шанс на возвращение и подождать пять минут.

Вдруг щенок гавкнул, глядя за спину Алисы. А она уловила в воздухе дымное облачко ароматного табака. Алиса обернулась, намереваясь прочитать очередному глупому дядьке лекцию о вреде курения рядом с детьми и собаками.

Но сзади стоял вовсе не дядька. На столб рыночного навеса расслабленно опёрлась спиной худощавая стройная старушка с глубокими серыми глазами. На ней было светлое хлопковое платье и шляпка. И она курила трубку, бездумно глядя в небесную бесконечность.

– Курить вредно! – наставительно сказала Алиса, ведь негоже пропадать ценным мыслям.

Тем более, что её опыт общения со старушками был в целом ограничен каверзами в их адрес и порицанием в адрес Алисы. Было приятно хоть раз перехватить инициативу.

Ну а старушка медленно перевела взгляд на Алису и чуть заметно улыбнулась. Её глаза сузились и она пристально оглядела девочку. Щенок отступил на шажок назад и гавкнул. Старушка хмыкнула:

– Девочка, хочешь кон… – старушка запнулась, а потом поправилась, – косточку вкусную?

Это был коварный ход. Конфетку бы Алиса, может, и не взяла от чужой тётеньки – а вот косточку для собачки надо брать. Впрочем, она не поверила на слово. Вдруг это ведьма, которая тут ищет умниц и красавиц, чтобы им всучить отравленное яблочко? Ну, или хотя бы косточку ядовитую. Грызите на здоровье!

– А покажите, – недоверчиво потребовала Алиса, подтягивая поводок покороче.

Потому что Фунтик услышал слово «косточка», и сразу оживился, потянувшись к старушке. Та улыбнулась, хехекнула, и полезла под прилавок. Пока она отвернулась, Алиса обратила внимание, что на прилавке продаются не хлеб, не мясо и вообще ни один из известных ей продуктов. Там стояли короткими рядками скляночки коричневого и зелёного стекла. Наверху висели несколько веточек сухих трав – как в пакетиках, так и открыто на воздухе.

Старушка достала из-под прилавка узелок, из него вытащила пакетик, а оттуда – куриную ножку. Фунтик запрыгал, прямо-таки требуя ближе познакомиться с этой прекрасной и щедрой покровительницей обездоленных. Алиса хмыкнула, но подошла ближе.

Старушка же отломила косточку от ножки и положила на землю. Фунтик слегка расстроился, но не стал спорить, а схватил кусок косточки и начал жадно грызть, пока и это не отняли, а то знаем мы таких! Алиса опять хмыкнула и с прищуром глянула на старушку. Та же расслабленно покуривала трубку, глядя на собаку с отстраненной улыбкой:

– Хочешь, я тебе по руке погадаю? – вдруг спросила старушка Алису.

– Это как? – уточнила девочка. – В загадки поиграем?

– Нет, – улыбнулась бабушка. – Я посмотрю на твою руку и расскажу твоё будущее. Что с тобой случится завтра и потом. Что ты найдёшь… Что потеряешь.

Алиса недоверчиво фыркнула. Но ей стало любопытно. В конце концов – нужно же заранее узнать, когда и где она спасёт новых бесхозных собачек! И Алиса уже без колебаний протянула свободную руку бабке:

– Нате!

Та не стала зубом цыкать на невоспитанность и невежливость собеседницы, а положила аккуратно трубку на прилавок (на специальную подставочку) и мягко взяла руку Алисы. Руки старушки оказались такими же костлявыми, как и она сама – но двигались чётко и не дрожали. Пальцы её не были холодными и влажными, как мнилось почему-то Алисе. Тёплые, аккуратные, сухие пальцы. Жёлтые. От табака, наверное. Курить вредно!

– Хммм… Я так и думала, – пробормотала старушка, глядя на линии, чуть поворачивая детскую ладошку. – А вот это нехорошо… Ай-яй-яй… Обидно… Ого!

Глаза старушки расширились и она замерла, вглядываясь в ладонь. Её взгляд постепенно расфокусировался. Она словно ушла в себя, решая сложную задачу, а может – взвешивая варианты непростого выбора.

Через минуту Алиса заскучала, ей надоело неподвижно ждать, но и бросать на полдороге не хотелось. Она требовательно спросила:

– Ну что там? Завтра будет ещё собачка?

– Ай-яй-яй, – ответила отстранённо старушка. – Нехорошо. Плохо.

Алиса на всякий случай сделала полшажка назад и слегка подёргала ладошку. Та вдруг легко выскользнула из замерших пальцев старушки. Алиса сделала ещё полшажка назад и потянула за собой Фунтика. Тот обиженно запищал с косточкой в зубах.

А старушка, глядя сквозь Алису, нащупала трубку и сунула её в рот. Она снова облокотилась на столб навеса и выпрямилась. Её глаза были направлены в далёкую бесконечность и чуть сощурены. Она снова втянула дым из трубки.

Алисе надоело ждать, и она решила ускорить события, как это можно делать с родителями:

– Ну я тогда пойду, – и развернулась, а потом глянула исподлобья, проверяя реакцию.

– Не подходишь ты мне, – внезапно ответила старушка, не глядя на Алису.

Та фыркнула. Вот ещё! Кто тут ещё кому не подходит! А старушка задумчиво продолжила:

– Кровь у тебя что надо, сила есть – а вот наклон не тот. Природная ты, а не городская. Боль тебе надо пройти, чтобы людей пожалеть. А потом… Потом всё равно всё зря. Другая у тебя дорога…

– Алиса, ты чем тут занимаешься? – вдруг вернулась мама. – Она вас не достаёт?

– Всё хорошо, – устало ответила старушка. – Нате вот, угостите дочку петушком на палочке.

И старушка протянула опешившей маме красный леденец. Та пробормотала слова благодарности, но старушка уже не смотрела на них, а снова задумчиво курила трубку, созерцая облака.

– Мам, тут собачка потерялась, давай её заберем к себе? – Алиса решила ковать железо, пока мама растеряна.

– Где потерялась? Да она же привязана! – мама вздохнула.

Ведь купили уже одну собаку! Сколько же можно…

А Алиса не расстроилась. Она и так твёрдо знала своё будущее.

У неё будет много собак!

* * *

Алиса вздохнула, её взгляд на миг затуманился. Она вспомнила свою собаку. Грустно улыбнулась – и пошла собираться в школу. Сегодня надо выехать пораньше! Причём – подвезти всех, чтобы было быстрее и безопаснее. Глядишь, при родителях хулиганы не будут лезть, можно дойти до школы и учителей.

Блин, придётся просить маму. Вчера они, конечно, хорошо пообщались. Но проблема не была решена – все остались при своих мнениях. Папа держался за свою вредную работу, Алиса была жёстко настроена спасти мир от грязной нефти, угля, урана и прочих, а мама… Мама поддерживала обоих, выступая посредником в этой сложной, многоходовой геополитической игре.

Война войной – а кушать всем надо.

Собираясь, Алиса обзвонила друзей. Петя всегда соглашался проехаться с Алисой – но сам почти никогда не просился. Сейчас он был только рад предложению. Лёшик жил не так далеко от школы, его и забрать, и довезти было довольно удобно. А вот Рафик отказался.

– Мне надо мать проводить, – как то скомкано пояснил он. – Может, там встретимся?

– Ну тогда сбор на стоянке у школы в восемь-пятнадцать? – пожала плечами Алиса.

– Договорились!

Очевидно, Рафик надеялся, что по пути его ловить никто не будет, и он спокойно подойдёт к стоянке после того, как проводит мать. Наверное, на рынок что-то вместе несут. Они, вроде, там что-то сами на продажу варят. Или сушат? В общем, нашли свою экологическую нишу. Ну, всё веселее, чем на огороде ковыряться, а потом раздавать! У Алисы посещения огорода давно ассоциировались скорее с шашлыками, чем с копанием, но Петя часто ругался на невыносимую тяжесть овощного бытия. Так что, несмотря на любовь к растениям и животным – ковыряться с картошкой ей бы тоже не хотелось. То ли дело красивая пальма дома в кадочке!

– Мам, можем сегодня подвезти моих друзей до школы? – нейтрально попросила Алиса.

– Петю? – и мама почему-то подмигнула.

Алиса даже не стала пытаться понять – может, у мамы просто нервный тик от их споров. Бедная!

– И Лёшика тоже.

– Может, ещё и Рафика? – почему-то это прозвучало иронично.

– Нет, Рафика не надо, он своим ходом.

– Ну слава богу, – вздохнула мама.

– Мам, а чем тебе Рафик не угодил? – нахмурилась Алиса.

– Да пусть будет Рафик, я переживу! – замахала руками мама. – Это я так… Чистоту берегу в машине. Он иногда в такой затрапезной одежде ходит. Хотя… Я и забыла, с кем об этом разговариваю. Взрослеешь, значит!

Алиса, ошарашенная этим потоком мыслей вслух, не успела для себя решить – обижаться, радоваться или защищать Рафика. Мама упорхнула одеваться, напоследок подсказав:

– Если с заездами, то собирайся сейчас, чтобы успеть до звонка приехать!

– Мне к восьми пятнадцати надо! – запоздало добавила Алиса.

– Ну тогда совсем бегом!

И Алиса, на которую свалилось слишком много мыслей, событий, снов и воспоминаний – во время спешных сборов чуть не забыла свой доклад по биологии на сегодня. Очень, очень важный доклад!

* * *

По дороге мама обратила внимание на некоторую угрюмость как Пети, так и Лёши. И Алиса витала в хмурых серых облаках. Подозревая что-то неладное, мама спросила:

– Как там в школе? Всё нормально?

Алиса посмотрела на Лёшика с намёком: «Может, всё же расскажем взрослым?»

Лёшик грустно посмотрел в ответ: «Взрослые ничего не понимают».

Петя вклинился в немой разговор: «А мне ты нравишься больше».

Лёшик ответил Пете подозрительным взглядом, а Алиса – непонимающим.

– Ну так. Средне. Сын мэра там свои порядки наводит. – начала Алиса издали.

– Ой, Алиса, вы только постарайтесь не конфликтовать с сыном мэра! – заволновалась мама. – У мэра доля в нефтяной компании, где папа работает. Постарайтесь этот год мирно доучиться. Если что – жалуйтесь учителям, директору. Я уверена, все вопросы можно решить миром!

Лица ребят разочарованно вытянулись. Они всё же надеялись на всемогущество своих родителей, как это делают маленькие дети. Хотя, как любые подростки – уже начали отвергать помощь взрослых и пытаться решать проблемы самостоятельно. Это ещё одна причина, по которой среди подростков так вольготно подлецам…

– То есть, если я врежу Пахану кирпичом, то папу сразу уволят с его драгоценной грязной работы? – на всяк уточнила Алиса.

Машина дёрнулась, резко замедляясь, и всех мотнуло вперед. Лёшик и Петя стукнулись лбом о передние кресла – и после этого, наконец-то, решили всё же пристегнуться. Мама нервно вздохнула, успокаиваясь, и снова набрала скорость.

– Алиса, если ты врежешь кому-то кирпичом – то тебя могут в тюрьму посадить! Даже если он первый начал – виновата будешь только ты! А папе придётся за медоперацию жертве выплачивать, причем, если его уволят – то нам придётся квартиру продать! Никаких драк! Только мирный путь! Ты поняла?

– Спасибо большое за ценные советы, – саркастично пробормотала Алиса, отвернувшись.

– Обращайся, – вздохнула мама, не уловившая сарказм. – Удачи с докладом.

Она потрепала Алису по руке. Та нервно фыркнула. Ребята переглянулись и вздохнули. Ничего-то эти взрослые не понимают… И не хотят понять.

Думая о предстоящем докладе, Алиса немного волновалась. Она свято верила в то, что собиралась рассказать, хотя и чуть нервничала перед выступлением. Но самое неприятное – это когда из ниоткуда появляются препятствия. Это прямо судьба какая-то – она делает доклад на тему экологии, а на её пути постоянно появляется Пахан – сын мэра, лоббиста нефтяной компании. Минус на минус – это, к сожалению, двойной минус, а не плюс.

Вскоре мама высадила их на стоянке перед школой и укатила. Ребята стояли втроём и молча смотрели на ворота школы. Там стояли Бобик, Пахан и Вадик. Бобик скучал, озирая окрестности. Пахан с тяжёлым лицом смотрел вдаль, думая о своём. А Вадик опёрся на столб ограды и с видимым удовольствием смолил сигаретку.

Прозвенел звонок окончания нулевого урока.

До первого урока осталось десять минут.