Текст книги "Нирвана"

Автор книги: Юрий Иванович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

3595 г., январь, Пиклия

С самого утра вокруг короля Моуса прямо-таки роились тучи льстивых придворных, настырных просителей и возносящих хвалу подданных. Хватало в большом тронном зале и гостей из иных звездных королевств и империй, которые со всем тщанием, умением и наглостью пытались добиться для своих полномочных представителей личной аудиенции. То есть утренний праздничный прием, посвященный дню рождения монарха, можно было смело записывать в актив.

О чем громогласно и заявил довольный донельзя граф Де Ло Кле, как только остался с королем наедине:

– Ну вот, вот тебе и первые признаки могущества Пиклии! – восклицал он, прохаживаясь вдоль дивана, на котором чуть ли не полулежал уставший Моус. – Как только мы показали свою военную мощь в конфликте с Кизарским баронством, с нами сразу захотели все дружить и налаживать добрососедские отношения.

Всего пару дней назад закончилась молниеносная военная экспансия пиклийцев, в которой они наголову разгромили звездный флот одного строптивого баронства, возжелавшего выйти из-под опеки короны. Причем вся война была проведена с изумительной точностью, правильными тактическими расчетами и выгодными стратегическими итогами. Как бы ни оказались различны армии по силе и численности, в любом случае победа была итогом правильных атакующих действий. Адмиралы королевства показали себя во всей красе, а попутно продемонстрировали всей галактике свою утроившуюся мощь, выучку и агрессивность.

Правда, сам король до сих пор не желал понять извлеченных из этой войны плюсов:

– Кизарское баронство и так бы в любом случае сдалось через неделю после нашей блокады. Даром только боезапас истратили…

Де Ло Кле разочарованно застонал:

– Бесполезно! Сколько тебе ни талдычу, до тебя не доходит. Кураж, уверенность войск, притирка штабных соединений, показательный урок любому врагу, моральное превосходство! Да положительные стороны и последствия можно перечислять годами! А ты – про старые списанные торпеды вспомнил.

– Ладно, ладно, – проворчал Моус, с неохотой признавая свою неправоту. – И сам понимаю, что наш авторитет сразу вырос многократно. Да только уж как хочется… Кстати! – Он явно оживился. – Ты мне обещал очень большой подарок на день рождения! Где он?

Граф с интригующим выражением на лице замер посреди комнаты:

– Если честно, то подарков у меня для тебя сразу три. И самый обворожительный среди них, самый обольстительный…

– Да мне плевать на тех красоток-девственниц, которые будут танцевать ночью возле моей кровати! – сорвался монарх на фальцет от долгого ожидания. – Ты мне про Заброс расскажи! Про Заброс!

Директору Управления безопасности Пиклии и ее шефу внешней разведки захотелось немного протянуть время, подтрунивая над приятелем. Он уже и фразу надлежащую приготовил типа: «О чем ты говоришь? Первый раз слышу о каком-то…» Но уж слишком глаза блестели у бывшего уголовника, слишком он сжался, словно для прыжка, и наверняка весь юмор не оценит. Лучше и в самом деле порадовать:

– Проект Заброс наконец-то вышел на иной уровень, более высокий. И отныне наши яйцеголовые дают гарантии на спешное перемещение не тридцати процентов десанта, как раньше, а уже сорока пяти! Мало того, они в течение еще парочки месяцев обещают довести этот потолок до таких нам желанных шестидесяти процентов.

Словно у него и не было усталости, король Моус вскочил на ноги и затряс в исступлении кулаками:

– Спасибо! Спасибо! Вот это настоящий подарок! Значит, мы всего в одном шаге от победы! В одном шаге! Эх! И опять пара месяцев! Я мозгами повернусь от этого ожидания. Ну почему не сегодня? Почему не уже? Может, стоит академиков попугать? Наказать или поощрить? Ладно, ладно, не смотри на меня так, это у меня просто к слову вырвалось… Ну а когда пройдут первые испытания? Теперь-то у нас есть на ком испытывать?

– Ха! Теперь-то есть. И опять-таки благодаря разгромной победе над Кизарским баронством. Каторжан у нас теперь с избытком, и подопытным материалом наши адмиралы обеспечены на десяток проб.

– А что скажем общественности?

– Элементарно: осужденные бунтовщики отправлены на рудосодержащие планеты с минусовым уровнем выживаемости. Главное будет сохранить в тайне сам факт наших испытаний…

– Вдруг начнут поиск родственники каторжан?

– Пока подадут иски, пока пойдут запросы – ты уже станешь императором Оилтонской империи.

– Да-а, хорошо бы… – Моус мечтательно прикрыл глаза, представляя себе то ли императорскую корону, то ли пышную коронацию в Старом Квартале, столице Оилтонской империи. Но опять что-то вспомнил и вновь скривился: – По поводу тех самых героев хаитанских событий что-то прояснилось?

– Очень много, если не почти все. Мы уже вышли на их след. Думаю, что не сегодня завтра сможем выбирать, какой из вариантов нашего вмешательства принесет Пиклии больше пользы.

На этот раз король не стал сразу требовать выстрелов в спину и подложенных бомб, а довольно спокойно спросил:

– Почему тебя больше устраивает второй вариант?

Де Ло Кле не стал напоминать, что он уже однажды аргументировал свое мнение. В любом случае он бы сделал по-своему, но уже хорошо, что Моус пытается вникнуть в суть и разобраться в деталях. Поэтому шеф разведки опять пустился в разъяснения:

– Просто убив героев или устроив им несчастный случай, мы добиваемся обратного эффекта. Они становятся идолами, божествами, образцом для подражания всем и вся. Что в итоге только усилит власть и влияние ныне правящей императорской династии. Оно нам надо? Нисколько! А вот второй вариант нам выгоден втройне. Очернив, дискредитировав кого и как следует, мы превращаем их из объектов подражания в объект презрения. Еще лучше, если их бывшие фанаты банально передерутся между собой. Вера разрушена, идолы слетают с пьедесталов и разрываются вчерашними почитателями. Любовь к армии исчезает, толерантность к императору падает. Несколько политических кризисов, наветов на семью Павла Ремминга, косвенная помощь всей нашей агентуры в их тылах, парочка неудач на театрах военных действий – и от могучей вчера империи остается кучка пытающихся перегрызть друг другу горло шакалов. И тут приходишь ты, наводишь железной рукой порядок и живешь долго, счастливо и в покое.

Король думал долго. Потом с сомнением помотал головой и признался:

– Нет, вариант с Забросом меня больше устраивает. И быстрей, и грандиозней, и кровавей, и воистину по-геройски… А эти все закулисные передвижения, кляузы, наговоры, дискредитация…

Он сделал паузу, после чего неожиданно согласился:

– Да ладно! Раз ты так считаешь, пусть будет по-твоему. Пусть сразу в любом случае переходят на разработку второго варианта операции «Распластанные герои». Чего их жалеть, в самом деле, и поступать с ними по-рыцарски? Небось бедных горбунов они не жалели, а ведь те хоть и пьяницы, а какие-никакие, но нам союзники.

Де Ло Кле не смог удержаться от неприкрытого ерничества:

– Ваше величество! Вы просто уникальный, дальновидный и самый мудрый правитель из тех, с кем я знаком лично.

Как ни странно, но Моус понял и сарказм, и насмешку в свой адрес, но не стал обижаться на единственного друга, без которого не протянул бы и дня на троне Пиклии. Наоборот, усмехнулся сам:

– Что бы я без тебя делал? А? Вот потому я тебя никуда от себя и не отпускаю. Не то, не ровен час, познакомишься с иным правителем, который окажется по всем признакам более мудрым, и переметнешься на его сторону. А мне тогда что прикажешь делать? Поэтому правильно говорится: не ищи черта в аду, если он у тебя за плечами сидит.

Граф от души рассмеялся:

– Это ты о ком? Неужели обо мне?

– О тебе, родной, о тебе!

– Неужели я хоть раз похвалы дождался?

– И еще не раз дождешься! – прерываясь хохотом, бормотал король Пиклии. – Особенно, если мне обещанный десяток рабынь понравится. Ха! Может, и тебе парочку выделю!

– Тогда поспешим.

И оба злых гения преступного мира поспешили в ту часть дворца, куда еще ни разу не ступала нога постороннего человека.

День рождения удался.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

3595 г., конец января, Нирвана, Забытая Знойная Зимовка

С самого первого утра Тантоитан внял совету своего предшественника и после проводов новых приятелей, а также тщательной проверки исправности всех оповестительных и охранных устройств поспешил наводить дружеские мосты с Артуром Аристронгом. Причем еще одну, хоть и весьма спорную подсказку дала во время завтрака Лидия Шелди, когда они вместе с Гарольдом и Арматой находились в общей гостиной.

– Ты его меньше поучай и меньше уговаривай. А лучше всего просто потаскай за собой в течение нескольких дней. Пусть просто присутствует рядом, все видит, все слышит и во все вникает. По возможности пусть тоже двигается и начинает минимальные тренировки, насколько сможет, конечно.

– И что это даст? – фыркнул Тантоитан. – Он парализует весь мой распорядок дня!

– Можно подумать, что не его безопасность является твоей главной обязанностью и не вокруг него строится твой распорядок.

И старшего лейтенанта Шелди довольно твердо поддержали старые друзья. Вначале несколько грубовато высказался капитан Стенеси:

– Все правильно! Поводи этого баронета, словно бычка на веревке. Еще идеальнее было бы его к тебе тросом прикрепить.

– С веревкой – это явный перебор, – стал рассуждать Армата Виньек. – А вот размеренное рабочее состояние, в котором ты находишься и выполняешь даже простые бытовые задачи, более чем позитивно скажется на воспитании недоросля. Личный пример в тренировках, даче распоряжений личному составу базы, демонстрация знаний при осмотре и проворачивании боевых средств – лучший крючок для наживки. Ну и плюс, что я бы посоветовал, начни просто пересказывать сведения о тех растениях и хищниках, которых ты изучил на Хаитане.

– Верно, – подхватила идею Лидия. – И по ходу рассказа давай советы, как бороться с хищными растениями и что делать при столкновении с тем или иным хищником. Пусть у него хоть мозги заработают в нужном направлении. Согласен? Или у тебя совсем иные замыслы имелись?

– Да вроде как согласен. Но сам я планировал парня увлечь заданием по усовершенствованию базы в плане безопасности. Пусть бы он подумал, что здесь можно улучшить, что поменять, а что продублировать. Ну и потом бы сделал сравнительные таблицы. Мне кажется, это баронету будет интересно.

– Тоже верно, – похвалил Гарольд. – Но ведь одно другому не мешает? Постарайся обе идеи скомпоновать. Тем более что без практических занятий ты несколько дней, а то и всю неделю легко перебьешься. Ну и нам только успевай жестами нужные сигналы подавать: мы тебе в любом случае и с удовольствием подыграем.

На том и решили. А потом новый командир базы отправился во вторую часть жилой зоны. В сектор, так сказать, для дорогих гостей, вип-персон и высшего командования. Постоял немного в сомнениях возле фонаря, перебирая варианты первого контакта наедине, и все-таки отверг бесцеремонное вторжение в частные апартаменты. Вначале следовало показать дружбу, неофициальность и открытость отношений в самом коллективе друзей. Информацию в разбалованный разум следовало подавать постепенно. Например: как и кто заходит в гости, насколько позволяют дружеские отношения ввалиться к товарищу без стука и в каких случаях следует проявить повышенную деликатность. Здесь и в самом деле ничего лучше личных примеров придумать нельзя. Да и вообще, если бы парень стал передвигаться по всей базе и реально на равных общаться со своими опекунами и охранниками, было бы самым лучшим вариантом развития отношений.

Но пока пришлось на манер своего предшественника пнуть декоративный столб с фонарем ногой. Система вызова вроде как сработала, но никакой реакции вначале не последовало. Минуты через три командир базы пнул столб во второй раз, всеми силами стараясь задавить в зародыше проснувшееся раздражение, злость и презрение. Все-таки баронета и в самом деле разбаловали до неприличия.

После второго вызова тоже никто в рукотворной пещере с участком леса не появился. Но только свирепеющий Парадорский сделал решительный шаг по направлению к жилым помещениям, как на дорожке показался баронет Аристронг. Причем сразу закралось подозрение, что до этого он просто прятался за ближайшим поворотом и подсматривал за молодым майором.

Пришлось отнестись к этому с пониманием, напуская на себя радушие:

– Привет, Артур! Как утреннее настроение?

– Хуже некуда… Привет… э-э?.. – На лице объекта читалась скука и равнодушие.

– Меня зовут Тантоитан. Можно Танти. Вчера ты так быстро сбежал, что нас не успели представить.

– Не сбежал я, по нужде припекло.

– А почему сейчас так долго тебя ждать пришлось? – продолжал улыбаться новый командир базы.

– По нужде припекло, – с той же хамской невозмутимостью отвечал парень.

– Так не пойдет. А вдруг твои убийцы начнут штурм базы? В такой момент ты должен быть в курсе происходящего и уже через минуту находиться среди нас.

– Я ничего не должен. Это вы должны в случае опасности снять меня за минуту с горшка.

Улыбка на лице Парадорского увяла и стала напоминать гримасу. Настроение начало падать, желание подружиться с таким типом – пропадать. Так и захотелось сказать с угрозой: «Снимем! Не сомневайся! Еще и в твоем горшке твою же голову спрячем!» Но рассудительность восторжествовала. Да и к месту вспомнились инструкции командира Дивизиона. Если уж такой человек, как Серджио Капочи, призывал всеми силами воздерживаться от каких-либо конфликтов с баронетом Аристронгом, значит, для империи было архиважным именно такое положение дел. С поставками нейтрино-селта шутки плохи. Тут уже сам император рассвирепеет и разбираться не станет, кто и почему не справился с капризным отпрыском. Так врежет, что у любого героя голова в трусы провалится. Не говоря уже обо всей цепочке непосредственного командования, которое тоже пострадает. И так в послужном списке висит неприятное взыскание, а на совести несмываемое пятно позора «Потери Невода».

Так что пришлось возвращать себе спокойствие и с напускным равнодушием переходить на другую тему:

– А сколько тебя вообще здесь прячут?

После некоторой паузы парень нехотя ответил:

– Почти три года.

– Ба! Да ты здесь старожил! – Причем восклицание прозвучало настолько искренне и радостно, что смурной объект повелся и даже испуганно отступил, когда майор шагнул к нему и стал по-братски хлопать по плечам: – Ха-ха! Какого, спрашивается, мы тебя тут охранять собрались?! Это ты должен нам всю базу показывать да по Три Зе водить с экскурсиями. Вот и решение всех проблем! Здорово! – Он уже тянул слабо упирающегося баронета к выходу из пещеры. – Давай пойдем вместе осмотрим все вокруг и подумаем над тем, как бы так сделать, чтобы к нам в гости и мышка не пробралась без спроса. Между прочим, когда мы воевали на Хаитане, его высочество очень дельный прибор разработал на уничтожение мелких летающих кровососов. Он только сейчас на вооружение поступать начал, но у нас уже есть один экземпляр в багаже. По старой дружбе достался. Разбираешься в технике?

Артур так и не мог понять, куда его так усиленно и настырно уводят из жилого сектора, хотя упоминание о принце его более чем заинтриговало. Поэтому все-таки ответил, хоть и с заминкой:

– Да нет, техника мне неинтересна…

– Во как! Тогда ты наверняка с твоим отменным ростом мог бы стать военным?

– Об этом и речи быть не может.

– Ах да! Кому-то же надо баронством править… Тогда наверняка мечтаешь стать дипломатом? – старался не упускать инициативы Тантоитан.

– Да пропади эта дипломатия пропадом!

– Верно! И у меня эти ужимки тошноту вызывают! Но тогда что интересует такого начитанного и неглупого парня? Давай, давай, колись, не стесняйся! Небось физика или исследование планет?

– Тоже не угадал…

Пока они так переговаривались, прошли по нескольким внутренним коридорам, заскочили к дежурной рубке, и через окно командир поинтересовался у дежурящего Малыша:

– Что там на дальнем периметре с пушкой номер три?

– Продолжает барахлить управление и наводка, надо бы глянуть.

– Открывай ангар, мы сейчас туда смотаемся. – И он снова подхватил баронета под руку, на ходу продолжая сыпать вопросами: – Опять я не угадал? А ведь в любом случае увлечение кроме книг есть? Ну кто бы сомневался! О! Музыка? Живопись? Может, сам книги писать мечтаешь? Ха! Тогда остается только чуть мускулы подкачать – и в артисты! А?

– Куда уж мне…

– Это ты зря! Взгляд у тебя волевой, сразу видно: если захочешь – всего добьешься. А девушки от таких артистов вообще фанатеют. О! Старший лейтенант Шелди! Подбирай нас на малом флаере! И шустрей, шустрей! Не то в наряд отправлю!

Строгость в сторону как бы случайно копошащейся во флаере Лидии была явно наигранной, но та действовала быстро и сноровисто. Пока командир продолжал опутывать вопросами баронета, она с высоким профессионализмом подала аппарат к пандусу и воскликнула:

– Борт подан! Прошу на загрузку, красавчики!

Причем она была одета не то чтобы не по уставу, но в ее летном скафандре так все казалось подогнанным по фигурке, что взгляд сам цеплялся непроизвольно. Да и прическа подчеркивала красоту лучше, чем некоторые баснословные драгоценности. Понятно, что желаемый эффект был достигнут: Артур заметно растерялся и смутился. Одно дело – дерзить и хамить какому-то солдафону, и совсем иное – вести себя несоответственно при виде прекрасной барышни. Тем более когда эта барышня только что и тебя назвала красавчиком. Поэтому на следующий вопрос Танти он ответил скорей всего автоматически:

– Мне больше всего химия нравится.

– Хо-хо! Да это вообще прекрасно! Ты слышала, Лида? Артур тоже, как мы, химию любит!

Не оборачиваясь, потому что они уже вылетали из ангара на открытое пространство, старший лейтенант похвально протянула:

– О-о-о-о! – а потом и сама спросила: – А ты ему рассказал уже, как мы вместе с принцем новые составы в хаитанских джунглях варили?

– Когда? Мы только десять минут как познакомились.

Но теперь уже на майора баронет уставился другими глазами. Наверняка не раз смотрел выступление императора, имел хорошую память и отличался сообразительностью. А посему наконец-то сопоставил фамилии и вспомнил:

– Постойте, постойте!.. Тантоитан… Парадорский! И Шелди?.. Лидия Шелди?! – Он тыкал пальцами в каждого, явно не веря своим глазам и ощущениям, хотя в то же самое время с каким-то неосознанным страхом посматривал на открывшееся пространство за прозрачным колпаком флаера. – Вы ведь те самые воины, которые спасли принца?

– И не только принца! – как-то слишком уж многозначительно поправила парня Лидия. – Майор умудрился практически всю императорскую династию спасти.

– Это она так часто шутит, – рассмеялся Танти, одновременно настораживаясь от вида своего подопечного: – Что-то не так? Ты заметил какую-то опасность?

Прежде чем отвечать, Артур неуверенно пожал плечами:

– Я, конечно, понимаю, вы знаменитые герои и для вас любая опасность – что дуновение ветра… Но по инструкции на открытом пространстве меня должно сопровождать не менее четырех охранников…

– Да нет проблем! В чем сомнения? – восклицал Парадорский с показной бесшабашностью. – Госпожа старший лейтенант – раз. А меня можно смело в любом бою за двоих считать.

– Все равно трое… – не сдавался парень.

А говорить ему о том, что все остальные офицеры сейчас занимают скрытые позиции и охраняют чуть ли не всю Три Зе в целом, никто не торопился.

– Как трое?! – бравировал майор. – А ты?! Вон второй пулемет на турели, если что – стреляй из него по врагам так, чтобы только клочья кровавые летели! Ха-ха! Вот нас и четверо. Верно?

И все равно такая арифметика почему-то объект охраны не устраивала. С явными сомнениями и некоторым стыдом баронет решился признаться:

– Да нет, я за этот пулемет и взяться-то как, не знаю…

Пока командир сидел с ошарашенным лицом, к парням, рискованно оставив управление флаером, повернулась не менее пораженная Лидия:

– Как это не знаешь?! А с иного оружия? Ой!.. – не дождавшись ответа, она вернулась к управлению и уже тогда спросила: – Как же ты всех этих киллеров отстреливаешь?

Парень молча пожал плечами, лучше всяких слов показывая что такие подвиги не для него. Зато неожиданно разозлился майор:

– Красавица! Ну-ка сверни вон к тому отрогу с краю Три Зе!

Флаер тут же резко изменил траекторию, а в рубку управления периметрами базы полетело из уст Лидии объяснение-запрос. Тогда как сам Тантоитан, вздернув баронета на ноги, пристегнул его пояс к крепежным ремням стрелка, нахлобучил на голову шлем и стал давать первый урок:

– Хватайся за рукоятки! Да порезче, не отломаются. Вот это рычаг энергетической подачи. Включаем! Что видишь?

– Кружочек… на фоне отрога…

– Отлично! Сосредоточь на нем взгляд! Теперь что рассмотрел?

– Огромные сосульки, свисающие с обрыва…

– Теперь шевели пулеметом… появился зеленый крестик? Вот его и наводи в центр кружочка. Спокойней, нам спешить некуда… Ноги шире плеч, прими нормальный упор!

Вначале у Артура явно ничего не получалось. Уже и флаер подлетел вплотную к отрогу и завис на одном месте, уже и тело стрелка все покрылось потом, а ничего не получалось. Пришлось Танти незаметно придержать рукой мотающуюся вместе с телом подвеску.

– Совпало! – пропыхтел баронет и большим и указательным пальцами вдавил на кнопки.

– Э-э, нет! Надо вначале с предохранителя снять, вот этот рычаг. Вот, хорошо… Ну а теперь кроши их, гадов!

Стоило видеть, насколько вразброс и нелепо стрелял молодой стрелок, впервые в своих руках ощутивший такое мощное оружие. Благо, что не попасть было невозможно. Дрожь от пулемета передалась через руки телу, глаза остекленели, губы побелели, и послышалось прерывистое рычание. Минуты за две беспрерывной стрельбы огромное скопление сосулек превратилось в ледяную крошку и лавиной рухнуло к подножию отрога. Зрелище получилось воистину грандиозное.

А потом пришлось легким похлопыванием по скрюченным пальцам отрывать ладони Артура от рукояток пулемета. Еще и приговаривать при этом:

– Ну вот, а ты говорил, что не умеешь. А тут все так легко и просто: бери да стреляй. Лидия, давай к пушкам! – И вновь парню: – Между прочим, в тир базы ты часто ходишь?

– Меня туда давно не пускают…

– А что случилось? Патроны кончились?

– Да нет, куда-то не туда попал однажды. Стенд перестал работать.

– Ерунда, наверняка уже починили. У нас в отделении каждую неделю зачетные соревнования. Считай себя уже в списке участников. А с пулеметом разобрался? Ну-ка еще раз повтори, как включать и как наводить на цель…

Результатом остались довольны оба.

Как раз и к неисправной пушке прилетели. Причем и там было все заранее подстроено и оговорено. Платформа с автоматической скорострельной зениткой возвышалась на плоской крыше одной из высоток. Но вот совершать посадку непосредственно на крышу было весьма рискованно. За прочность здания никто поручиться не мог. Поэтому ремонтникам и монтажникам приходилось действовать на страховочных тросах, которые крепились к зависшему вверху летательному аппарату.

Понятно, что первым вниз спрыгнул Тантоитан. Несколько минут исследовал все устройство, а потом пришел к итоговому выводу:

– Образовался небольшой крен, это и мешает пушкам при развороте. Пусть Малыш развернет орудие строго на восток, попытаюсь вставить под опорные крепления добавочную пластину.

Пилот флаера послала команду на базу, и вскоре пушка развернулась как следует. Но и после смещения центра тяжести у одного майора ничего не получалось:

– Артур, прыгай вниз и мне тут поможешь. – А когда баронет оказался рядом, скомандовал: – Берись за этот выступ и приподнимай. Только не слишком резко.

И сам с пластинами в руках переместился на другой край. Вот только, сколько баронет ни пыхтел, ни пыжился, ничего у него не получалось. Он даже посинел от усилий и нервозности:

– Да оно тут намертво приварено! Не поднимается!

Каково же было его удивление, когда недоумевающий Парадорский подошел и приподнял нужную часть устройства одной рукой. Легко приподнял, совершенно естественно. Еще и пробормотал:

– Кажется, ты сварку оторвал перед этим. Пробуй еще раз.

Да и опустил на место. Но и на этот раз взявшийся за дело баронет оказался бессилен. Так они повторили несколько попыток, ничего не понимая, пока сверху не послышался голос старшего лейтенанта Шелди:

– Артур, иди посиди на управлении флаером, а я приподниму.

– Да нет, мы что, сами не управимся?! – возмутился Танти и уже шепотом приказал пристыженному напарнику: – Иди за мной, покажу, куда пластины подложить!

Вот только после такого обмена им удалось завершить небольшой ремонт зенитной установки. Но уже после возвращения на базу Тантоитан уединился с парнем в сторонке и довольно строгим голосом начал отчитывать:

– Тебе не стыдно, что молодые девушки сильней тебя? Да с твоим ростом и плечами ты должен со мной сражаться на равных, а ты сотню килограмм приподнять не можешь?! Значит, так: с этого часа будешь ходить за мной и учиться делать все, что умею я. Управление малым флаером, стрельба из пулемета и даже пушки. Стрельбы из личного оружия и ежедневные физические тренировки! Обучение приемам единоборства! Владение холодным оружием. Установка и обслуживание защитного контура. Ну и не забывай об изначальной нашей цели: увеличить защищенность нашей базы от любого вторжения извне. Я на тебя как на старожила очень рассчитываю!

– Так ведь я ничего не умею, – поразился Артур.

– Что, неужели и думать не умеешь? Вот! Это радует, потому что уже завтра Лидия начнет с тобой заниматься химией. Она у нас самый продвинутый в этой области специалист. Вначале оборудуете лабораторию, а уж потом…

Баронет скривился, припомнив что-то неприятное для себя:

– Мне отец строжайше запретил заниматься какими бы то ни было химическими экспериментами.

– Мм? – Танти делал вид, что он не знает подноготной одного события трехлетней давности, когда непоседливый наследник Аристронгов устроил грандиозный пожар, не соразмерив своих тогдашних знаний. – Но ты, я думаю, отцу не проболтаешься? Это ведь так интересно!

– Да я и сам знаю, что интересно, а болтать себе в ущерб – какой смысл? – Кажется, парень обрадовался открывающимся возможностям. – Но если отец узнает, тебе не влетит от командования?

– Во-первых, будем надеяться, что никто из посторонних не узнает. А во-вторых, я ведь все-таки командир этой базы или кто?

– Командир…

– Ну вот, значит, разговор исчерпан. А теперь побежали, проверим, как там идет наладка и перепрограммирование кухонных комбайнов. У нас в отделении весьма разнообразные предпочтения в меню. Может, и ты себе что-либо экзотическое выберешь. Например, тебе нравятся бонбули в собственном соку?

– А что это?

Вот так переговариваясь, они и поспешили в камбузный отсек. А потом и весь день мотались, присев только на общем обеде и ужине. По внутреннему распорядку получалось, что на постоянном боевом дежурстве бдело два человека: один в рубке управления, другой в ангаре с боевой техникой. Зато все остальные обитатели базы могли во время еды собираться вместе. Совместный прием пищи оказался наилучшим средством для оттаивания последнего ледка, которым прикрывал свою душу Артур Аристронг. Если любые встречи еще могли быть подстроены или спланированы, то непринужденная теплая обстановка за столом очень и очень напоминала чисто семейные отношения. Шутки, частый смех, искренний интерес к делам друг друга сразу привлекли истосковавшегося по домашним отношениям баронета. Причем как он ни старался вначале выглядеть равнодушным и независимым, но все равно у него непроизвольно то улыбка на лице появлялась, то глаза от восторга загорались. Во время таких сходок в кают-компании и недовольство порой прорывалось среди воинов, и некое подобие шутливой перебранки, но ведь и она велась точно так же, как между любящими друг друга братьями и сестрами.

А на следующий день Танти с Гарольдом показали некий боевой танец, что окончательно сразило физически недоразвитого парня. Поэтому когда пришла пора запоминать разминочные упражнения для начальных тренировок, он уже старался с максимальным усердием. Другой вопрос, что он час лежал пластом после первой тренировки, не в силах подняться. Скорей бы так и не поднялся, но за него взялись, приодевшись в скромные, но довольно тонкие рабочие халаты, обе женщины из обоймы бравых героев. Что опытная Инга, что Лидия, не особо церемонясь, заставили баронета встать с кровати, принять душ и после интенсивного массажа спины, от которого было гораздо больше смущения, чем восстановления, поволокли свой объект охраны в химическую лабораторию. Там его взяли в оборот с помощью новых, шокирующих самоучку знаний. Все те же красавицы вечером заставили парня сделать небольшую разминку для совсем иных групп мышц. То есть к физически неполноценному в спортивном плане мужчине стали применять не только личный опыт всего отделения, но и полученные во время длительных обучений знания. В результате чего к отбою Аристронг еле доходил до своей кровати и мгновенно проваливался в сон.

А со следующего утра перевоспитание продолжилось ударными темпами. Пошли дни за днями, переполненные еще большими физическими, моральными и психологическими нагрузками.

Нельзя сказать, чтобы подобное воспитание давалось легко и не встречало протеста со стороны баронета. Доходило порой и до бунта, и до истерик. Слишком уж запущенным оказался объект охраны, слишком уж выпавшим во всех смыслах из нормальной жизни. Пару раз дошло до того, что Артур по личному краберу нажаловался-таки отцу, и вот тогда над командиром базы действительно повисла угроза взыскания. Пошли строгие звонки от самого Серджио Капочи. Нагрянул с неким подобием инспекционной проверки куратор Кафедры майор Хайнек и стал делать это в дальнейшем раз в неделю. Даже сам маркиз Винселио Грок сподобился сделать устный выговор по краберу.

Итог к концу тридцати стандартных дней получился несколько противоречивый. Баронет всего лишь за один месяц сделал невероятный скачок в физическом развитии. Стал нормально отжиматься, подтягиваться до пяти раз, не задыхаться до обморока во время пробежек и вполне сносно освоил десяток самых необходимых приемов самообороны. А вот в обретении моральной устойчивости, повышении боевого духа частенько случались неожиданные провалы. Все-таки перегрузки на сознание и на организм давались запредельные. Поневоле бывали сбои, нервные срывы и необъяснимые психозы. Даже дружеская семейная обстановка на территории базы слабо помогала. А тут еще и отец баронета в течение трех дней следующего месяца только и отрывал наследника продолжительными разговорами по краберу. Как раз к финалу этих дней и позвонил Винселио Грок, которому сердобольный папаша наверняка нажаловался по поводу издевательств солдафонов над его сыном, единственным оставшимся в живых из всей большой семьи.