355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Юлия Шилова » Не такая, как все, или Ты узнаешь меня из тысячи » Текст книги (страница 3)
Не такая, как все, или Ты узнаешь меня из тысячи
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 02:35

Текст книги "Не такая, как все, или Ты узнаешь меня из тысячи"


Автор книги: Юлия Шилова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 4

Посмотрев на сидящего рядом со мной бритоголового мужчину, я отдышалась и перевела взгляд на водителя. Мужчина похлопал меня по плечу и чуть слышно сказал:

– Успокойся. Самое страшное уже позади.

– Что? – я почувствовала неладное и отодвинулась.

– Я друг Юрия. У нас с ним должна была состояться встреча в этом кафе. Я подъехал и увидел, что Юрки больше нет. А затем увидел, как на тебя толпа накинулась. Понял, что тебя нужно срочно спасать. Милиция переживёт без единственного свидетеля, а вот Юркины друзья – нет. Мы на ментов не надеемся. Сами найдём убийц и сами их покараем. Как тебя зовут?

– Ася, – ответила я.

– Вот Юрка жук! Сколько раз просили его, чтобы он познакомил нас со своей девушкой, а он ни в какую. Такую красоту от всех скрывал.

– Я не его девушка.

В этот момент у сидящего рядом со мной мужчины зазвонил мобильный телефон, и он поспешил ответить на звонок.

– Вадик, ну что там происходит? Милиция приехала? Это хорошо. Девчонка у нас. Держи ситуацию под контролем. Девчонку везём в надёжное место, не переживай.

Я потёрла ноющие виски, с трудом веря в реальность происходящего. И как только я умудряюсь из одного переплёта попадать в другой? Вчера я чуть было не лишилась жизни по собственной глупости, а сегодня стала свидетельницей жестокого убийства и просто чудом осталась жива. Когда мужчина сунул мобильный в карман, я посмотрела на него растерянным взглядом и тихо произнесла:

– Ты слышал, что я тебе сказала? Я не девушка твоего друга. Мы с ним только сегодня утром познакомились.

– Случайные знакомые спозаранку вместе не пьют, – резко ответил мужчина.

– А он и не пил. Если только кофе... Он же за рулём. Пила я, а он просто составил мне компанию.

– Послушай, Ася, я не люблю, когда мне врут, – голос мужчины не предвещал ничего хорошего. – Сейчас до места доедем и обстоятельно с тобой поговорим.

– До какого места? – не успокаивалась я.

– Сейчас всё узнаешь.

– Я бы хотела, чтобы вы остановили машину прямо сейчас. Уж лучше я с милицией пообщаюсь, чем буду ехать, не зная куда и не зная зачем. Сама не понимаю, почему я милиции испугалась, ведь я-то никого не убивала, да и особенно рассказывать мне нечего.

Мужчина никак не отреагировал на мои слова и о чём-то усиленно думал. Он смотрел в окно и не обращал на меня никакого внимания. А я и в самом деле пожалела о том, что не захотела общаться с милицией. Из двух зол нужно всегда выбирать меньшее. Я не хотела общаться с милицией по той причине, что в мои планы не входило раскрывать, кто я такая. Я знала, что меня уже усиленно ищет отец, но мне совсем не хотелось, чтобы он нашёл меня сейчас, когда я приняла решение зажить новой жизнью и не возвращаться в прошлое.

– Я бы хотела выйти, – вновь напомнила я о себе и посмотрела на сидящего рядом со мной мужчину.

– Что ты сказала? – наконец-то очнулся он и повернул голову в мою сторону.

– Я бы хотела здесь выйти. Сколько я должна за проезд?

– Ася, ты пургу не гони. Поедешь туда, куда я тебе скажу.

– Зачем?

– С тобой хочет побеседовать один очень важный человек.

– Но мне не нужно это общение.

– А тебя никто и не спрашивает.

Резким движением незнакомец достал пистолет и ткнул мне его в бок.

– Сиди тихо и не действуй на нервы.

Дорога к важному человеку заняла около двух часов. Как только мы выехали за пределы Москвы, незнакомец велел мне завязать себе глаза. Видимо, ему не хотелось, чтобы я знала, куда именно меня везут. Это давало надежду на то, что со мной не случится ничего плохого и меня не убьют.

– Страшно? – спросил меня бритоголовый незнакомец в тот момент, когда я дрожащими руками завязывала себе глаза. – Не бойся. Если будешь себя правильно вести, ничего с тобой не случится.

Я не очень понимала, что значит вести себя правильно, и не могла унять дрожь.

Когда мы вышли из машины, бритоголовый взял меня за руку и повёл в дом. Только в нем мне разрешили снять повязку. Прищурив глаза от яркого солнечного света, я осмотрелась и села в стоящее у стены кожаное кресло. Через минуту в гостиную вошёл седоволосый мужчина, который, по всей видимости, и являлся тем важным человеком, о котором мне говорили ранее.

– Ну, здравствуй, – мужчина сел напротив меня, закинул ногу на ногу и закурил трубку. – Меня зовут Эдуардом. Можешь без отчества.

– Ася, – произнесла я дрогнувшим голосом и постаралась взять себя в руки. – Я совсем не та, за кого вы меня принимаете.

– А за кого мы тебя принимаем? – усмехнулся мужчина.

– За девушку погибшего Юрия.

– Ну и кем ты ему приходишься?

– Случайной знакомой. Мы сегодня утром в кафе познакомились. Я, кроме его имени, ничего про него не знаю.

– Это тебя Юрка так научил отвечать?

– Ну почему мне никто не верит?!

– То, что у него девка была, ни для кого не секрет, только вот он от всех её прятал, – сказал мужчина и тут же добавил: – По непонятным причинам.

– Я вас уверяю в том, что это не я.

– Расскажи, как Юрку убили.

– Да я толком-то и не видела ничего. Я в шоковом состоянии была, – защебетала я испуганным голосом. – Всё так быстро произошло. Напротив нашего столика остановилась машина.

– Какая?

– Старенькая иномарка. Опустилось боковое стекло, и из салона показалось дуло пистолета. Потом послышались выстрелы. Стекло вновь опустилось, и машина рванула на бешеной скорости. Больше я ничего не видела. Номеров на машине не было. Иномарка была настолько старой и убогой, что я даже не разобрала, какой она модели. Лица убийцы я не видела, поэтому опознать его не могу. Видела только руку в перчатке, но по ней составить портрет убийцы невозможно. Если бы я увидела его лицо, то меня бы убрали вместе с Юрой. Скорее всего, меня, единственного свидетеля, оставили в живых по той причине, что я ничего не видела и рассказать мне особенно нечего.

– А почему Юрка тебя от всех скрывал? – спросил меня Эдуард и посмотрел на меня взглядом, в котором читалось недоверие.

– Я же вам только что объяснила, что я всего лишь его случайная знакомая. Он завтракал и читал газету совсем за другим столиком, а затем пересел за мой.

Эдуард нахмурил брови, выпустил дым и заговорил ледяным голосом:

– Ася, я надеюсь, ты девушка умная и сразу поймёшь то, что я хочу тебе сказать. Если ты сейчас поведёшь себя благоразумно и сделаешь всё, что от тебя хотят, то тебя отпустят с миром, и никто не будет предъявлять к тебе какие-либо претензии. Но если ты и дальше будешь водить нас за нос, то нам придётся применить другие методы. У Юрки хороший вкус. Ты девушка яркая, красивая. Лицо у тебя симпатичное. Так не хочется его портить. У тебя вся жизнь впереди, а это значит, что твоя красота тебе ещё пригодится. Улавливаешь, к чему я веду?

Я сидела ни жива ни мертва и слушала Эдуарда:

– От тебя требуется всего ничего, – продолжал он.

– Что именно? – не могла не поинтересоваться я.

В этот момент я осознала всю опасность своего положения и пришла к выводу, что доказывать сидящему передо мной человеку, что я не имею к Юрию никакого отношения, бесполезно. Мне всё равно никто не поверит. Себе дороже. Придётся играть по чужим правилам, только вот к чему они приведут?!

– Во-первых, ты немедленно должна прекратить водить нас за нос и отказаться от легенды о случайном знакомстве. А, во-вторых, Юрка, наверно, тебе говорил о наших общих деньгах, которые ему были даны для одного дела. Только вот дела не получилось, да и Юрка себя как-то странно вёл, юлил и бормотал какую-то чушь относительно того, что не может деньги найти. Телефоны стал постоянно отключать. Завёл себе тёлку и стал постоянно с ней зависать. Одним словом, Юрка откровенно козлить начал. А сумма немаленькая. Полмиллиона долларов – дело нешуточное. Мои ребята его всё же выловили и сегодня с утра встречу в кафе назначили. Когда они на встречу приехали, Юрки уже в живых не было. Только убили его не мои ребята. Сама посуди, зачем нам нужна его смерть? Мы к нему неплохо относились, хоть он в последнее время вёл себя, как козёл. Зачем нам убивать своего бывшего товарища, который тем более нам должен? Нет человека – нет денег, а нам деньги нужны.

– А я здесь при чём?

– При том, что с мёртвых не спрашивают. Спрашивают с живых. Вернёшь деньги и пойдёшь на четыре стороны. Не вернёшь – ляжешь рядом с Юркой. Выбор за тобой.

Глава 5

Меня поселили на цокольном этаже, рядом с прачечной, в комнате без окон и практически без мебели. Видавшая виды железная кровать, столик и старенький шкаф. Телевизора не было.

– Это твоё временное пристанище, – объяснил мне бритоголовый, заводя меня в комнату.

– Но ведь тут даже телевизора нет.

– А может, тебе ещё музыкальный центр с дисками притащить?

– Но чем же я буду здесь заниматься?

– Думать.

– Думать?! О чём?

– О деньгах, которые должен Юрка. Напряги хорошенько мозги и подумай, куда Юра смог спрятать денежки. Может, у него сейф был какой потайной.

– Он никогда не посвящал меня в свои дела, – с надрывом в голосе произнесла я.

– Мне очень хочется тебе верить, но всё же призови на помощь интуицию. Она обязательно поможет. Мы все хорошо понимаем, что ты была для Юрия далеко не случайной бабой. Он так ещё ни с кем не зависал, да и по-скотски со своими друзьями никогда не поступал.

– А почему ты решил, что все беды из-за меня?

– А так оно и получается. Мужики из-за вас голову теряют и куролесят, сами того не осознавая. Он, как с тобой связался, так и деньги отдавать не захотел. Кто бы мог подумать, что Юрка так себя вести начнёт. Если бы я своими глазами не увидел, никогда бы не поверил.

Я подумала о том, что по поведению Юрия нельзя было сказать о том, что он очень сильно увлечён какой-то девушкой. Сам подсел ко мне за столик, просил номер телефона и даже предложил свой старый мобильный телефон. Хотя кто их поймёт, этих мужиков. Недаром же все рассуждают об их полигамности. Вполне возможно, что одной увлечён, но при этом и вторая не помешает. Природа требует своё.

– Завтра вечером поедем к Юрке домой.

– Зачем?

– Походишь по его жилищу, где вы вместе провели столько времени. Повспоминаешь. На месте всегда новые мысли в голову приходят. Если прямо завтра вечером покажешь, где Юркин тайник, то ночевать уже будешь у себя дома. Так что, давай располагайся. Хорошенько отдохни и подумай.

– Но ведь здесь даже туалета нет!

– Туалет рядом с прачечной. Из гуманных соображений я тебя в этой комнате запирать не буду. Запру только общий вход наверх. Поэтому тебе есть где разгуляться. Комната, прачечная и туалет. Скучно не будет.

– И на этом спасибо, – с грустью произнесла я и села на железную кровать.

Как только бритоголовый покинул мою комнату, я легла на кровать, закрыла глаза и постаралась унять нервную дрожь. С того момента, как я решила покинуть родной дом и больше никогда в него не возвращаться, прошло не так много времени, но перед глазами пронёсся целый калейдоскоп событий.

Я подумала о своём отце и представила, как он меня сейчас ищет. Наверно, он уже перевернул кверху дном весь город и выставил своих людей во всех местах, где я могу появиться. Отец ждёт, что я появлюсь в своей новой квартире в том самом доме, с крыши которого я могла спрыгнуть, но я-то знаю, что если я не хочу встречаться с отцом, то мне туда хода нет.

Читатель, ты, наверно, уже сгораешь от нетерпения узнать, кто же я такая и почему ушла из отчего дома. Не буду тебя томить и расскажу всё по порядку.

Я родилась в очень богатой семье, настолько богатой, что моё детство проходило среди гувернанток, нянь, учителей, которые преподавали мне прямо на дому, и охранников. Родив меня семимесячной, моя мать умерла. После её смерти отец так больше и не женился. Нет, он не вёл жизнь отшельника. У него были женщины, которые его всегда ждали, любили и были готовы принять его по первому зову. За это он щедро одаривал их машинами, квартирами и бриллиантами. Отец никогда не приводил женщин в наш дом. Он предпочитал оставаться ночевать на их территории. Я знала, что отец очень сильно меня любит, но при этом он всегда держал меня в строгости, и его мнение всегда считалось авторитетным. Спорить с ним я не могла и не имела на это права.

Когда мне было пятнадцать лет, я настолько устала от своей золотой клетки, что с трудом уговорила отца отправить меня на учёбу в Англию. Уговаривать отца было нелегко, но когда он согласился, я долго не верила своему счастью. Год учёбы в Англии был самым счастливым для меня временем, несмотря на то, что отец не разрешил мне жить ни в общежитии, ни в британской семье, снял для меня отдельную квартиру, и за мной следила бдительная гувернантка из России, я всё равно чувствовала себя по-настоящему свободной.

Мне было безумно интересно погрузиться в языковую среду и атмосферу страны, почувствовать колорит английской жизни. Мой колледж находился в двадцати пяти милях от центра Лондона. В нём учились дети из разных стран мира. Школа находилась под патронажем Её Величества Королевы. На территории колледжа были три озера, крытый подогреваемый бассейн, теннисные корты.

Мне очень нравились англичане, и я сразу отметила то качество, которое меня в них, собственно, и подкупило. Это самообладание. Они умеют держать себя в руках и в любой ситуации чаще всего остаются невозмутимыми. Открытое проявление чувств здесь считается признаком невоспитанности. Моя излишняя эмоциональность очень удивляла знакомых англичан. А ещё они умеют очень грамотно распределять время и деньги. Англичане не умеют менять свои привычки и манеру поведения. У них особый характер. Я полюбила Англию всей душой, несмотря на её ветра, дожди и туманы.

Первый раз в жизни у меня появились друзья и даже молодой человек, к которому я испытывала действительно искренние чувства. В шестнадцать лет я узнала, что же такое первая близость. Мой Джон был красивым высоким юношей. Мы мечтали, что обязательно поженимся, останемся жить в Англии и будем воспитывать двух ребятишек.

Боже, какое же чу$дное это было время! Джон так безумно меня любил! Никогда не забуду нашу поездку в Лондон. Мой любимый познакомил меня со всеми его достопримечательностями и заставил меня по-настоящему полюбить этот город. Мы бродили по лондонской подземке, державшись за руки, и постоянно целовались. В лондонском метро очень много переходов, и почти на каждом шагу кто-нибудь играет на каком-либо инструменте. В Лондоне есть где прогуляться и сделать дорогие покупки. Джон знал, что я из очень богатой российской семьи, и никогда не комплексовал по этому поводу. Он видел, сколько денег я трачу на одежду, и знал, что я привыкла к роскоши, шикарным ресторанам и дорогим вещам.

Я часто вспоминала, как мы стояли на Тауэрском мосту, который считается поистине легендарным местом. Мы говорили друг другу о своих чувствах и делали панорамные снимки Темзы и её окрестностей. А ещё мы катались на колесе обозрения. Оно такое огромное и стоит прямо на берегу реки. С него можно фотографировать центр города.

А еще в Лондоне есть живые фигуры, с которыми можно сфотографироваться. Это люди, наряженные королём и королевой, которые стоят как изваяния. Стоит бросить им монетку, как они тут же начинают двигаться и издавать какие-нибудь звуки.

Джон сводил меня в музей Сальвадора Дали, в котором я уже давно хотела побывать. Мой любимый также показал мне ещё один интересный и необычный музей. Это музей Шерлока Холмса. Когда я зашла внутрь, мне показалось, что я нахожусь в музее Ливанова. И я не ошиблась. В этом музее действительно на доске висела фотография этого актера среди фотографий других Холмсов. Говорят, что даже сама королева признала, что он самый лучший. Меня поразило то, что в общей гостиной в камине горит огонь. Когда находишься в этом музее, то начинает казаться, что Холмс с Ватсоном совсем недавно вышли погулять по парку Риджент. Создаётся впечатление, что каждая вещь в этом доме живая. Вот хозяин положил на журнальный столик свою трубку. На стуле скрипка...

Этот музей привёл меня в настоящий восторг. Тут можно трогать и примерять всё, что угодно. Нет никаких смотрителей, которые будут ходить по пятам и кричать, что этого нельзя делать. Мы гуляли с Джоном по Бейкер-стрит и любовались всем, что встречалось на нашем пути. Рядом с музеем Холмса находится магазинчик Элвиса Пресли, и мы не могли отказать себе в удовольствии в него заглянуть.

Меня потряс знаменитый на весь мир Биг-Бэн – высокая башня с часами и огромным колоколом. Мне очень понравился Вестминстер, один из районов Лондона. А в Кенсигтонском саду мы с Джоном лежали прямо на траве, смотрели в небо и мечтали о том, что нас ждёт впереди. Джон говорил, что очень хочет увидеть Россию и познакомиться с моим отцом. Я молчала и думала о том, что это невозможно. Отец никогда не одобрит мой выбор: Джон не совпадает с представлениями моего отца о будущем зяте. Но мы всё же мечтали... А рядом с нами бегали почти ручные белки, шарили по карманам и искали орешки. В этом парке стоит статуя Питера Пэна – мальчика, который так и не повзрослел. Мы оба думали, что попали в безумно красивую сказку.

А эти романтические ужины в ресторанах и пабах Лондона... Ночью мы часто гуляли на Пикадилли-Серкус. Даже ночью эта площадь ярко освещена. Мы любили стоять у фонтана, который находится в самом центре, и любоваться одним из самых популярных символов Лондона – изящной фигуркой ангела с луком и стрелой. Фонтан на Пикадилли-Серкус мне почему-то напомнил фонтан в московском ГУМе. У него все назначают друг другу встречи, а по вечерам тут встречаются влюблённые...

А потом случилось самое страшное. Гувернантка рассказала отцу о моём серьёзном увлечении. Он приехал незамедлительно и в спешном порядке увёз меня в Россию. После того, как отец вернул меня в золотую клетку, для меня начались тяжёлые времена. Меня грело лишь то, что я могла общаться со своим любимым по Интернету. Каждый день мы писали друг другу электронные письма и мечтали о том времени, когда мы вновь будем вместе.

А однажды отец положил передо мной конверт с фотографиями и сказал, что мне необходимо их посмотреть. Меня охватило какое-то нехорошее предчувствие. Открыв конверт, я увидела снимки моего любимого, занимающегося сексом с женщиной, которая была намного старше его. Судя по всему, Джон был сильно пьян.

Уронив снимки на пол, я побежала к отцу и закричала:

– Где ты это взял?! Я не верю тебе! Слышишь, я совершенно тебе не верю! Это фотомонтаж!

– Ты можешь провести экспертизу и проверить их подлинность, – недрогнувшим голосом ответил отец.

– Ты не сказал мне, где ты взял эти снимки?

– Их сделали мои люди, – я всегда завидовала выдержке отца и его умению оставаться хладнокровным. Я же этим похвастаться не могла и всегда страдала от своей излишней эмоциональности.

– Странно, как твои люди оказались в столь неподходящий момент в чужой спальне и сделали эти снимки?! – кричала я голосом, полным отчаяния.

– Просто я велел своим ребятам последить за этим Джоном. Вот они и последили. А как уж они сделали эти снимки – это их дело. Факт налицо. Твой Джон – бабник и наркоман. Я никогда в жизни не подпущу его близко к своей дочери.

Я написала письмо Джону и рассказала ему о фотографиях. Джон признался мне в том, что у него действительно была связь с женщиной намного старше его. Он просил у меня прощения. А я не могла понять, как можно изменить тому, кого любишь. Я искренне хотела простить Джона, но стоило мне посмотреть на эти гадкие снимки, как меня подрывало и я чувствовала, как во мне кипят обида и ненависть. Джон сам растоптал мою любовь и одним махом разрушил всё то, о чём мы так долго мечтали. Я написала, что между нами всё кончено, и поменяла свой электронный адрес и номер мобильного телефона. Так я поставила крест на своей первой любви и на своих романтических отношениях.

После школы я поступила в МГИМО и приезжала на учёбу с водителем и двумя здоровенными охранниками. Мой отец сказал, что так надо, а спорить с отцом, как вы уже убедились, было бесполезно. Мне было сложно жить под постоянным строгим контролем моего отца. Я так мечтала пойти куда-нибудь без охранников... Но они всегда следовали за мной, словно тень. Когда мне исполнилось восемнадцать, отец подарил мне отдельную квартиру, но строго-настрого запретил жить отдельно. Так что пользоваться подарком по своему усмотрению я не могла.

Я подозревала, что бизнес отца как-то связан с криминалом, потому что он всегда боялся за мою жизнь. Он был слишком деспотичным и строгим, и только, вспоминая о моей матери, он сразу отогревался и говорил о том, что, чем старше я становлюсь, тем всё больше и больше становлюсь на неё похожа. Просто поразительное сходство!

А однажды отец познакомил меня с сыном своего друга-олигарха, Дмитрием. Мы приехали к его семье на день рождения, и отец шепнул мне на ушко, чтобы я обратила на него внимание. После этого дня рождения Дима иногда мне звонил, приглашал в ресторан и на светские мероприятия. Когда мы с ним где-то прогуливались, то вызывали недоумение у случайных прохожих. Двое молодых людей о чём-то беседуют, а следом за ними идут три амбала и следят за каждым их шагом. Это двое моих охранников и один Димкин. Вот такая у нас обоих была жизнь. Жизнь под охраной...

Как я относилась к Дмитрию? Просто как к другу. Ни о каких чувствах с моей стороны не могло быть и речи. По ночам я по-прежнему думала о Лондоне и о Джоне... Чтобы Дима не рассчитывал на большее, я сразу дала ему понять, что я девушка очень строгих правил и воспитания. Всё, что я позволяла Дмитрию, – так это иногда держать себя за руку. При этом я знала, что ему на мобильный постоянно звонили девушки, и, скорее всего, с одной из них он был в достаточно близких отношениях. В общем, с кем-то он спал, а с меня сдувал пылинки.

Не так давно мой отец с нескрываемой радостью поведал мне о том, что он разговаривал с отцом Дмитрия и что Дмитрий признался своей семье в том, что он хочет сделать мне предложение.

– Но я не хочу за него замуж, – тут же заявила я своему отцу.

– Нам очень выгоден этот брак. Дмитрий – отличная партия. Произойдёт слияние бизнеса и капиталов. Я хочу, чтобы этот брак был заключен.

– А моё желание тебя не интересует?

– Ты должна думать о семейных ценностях и интересах, а также исполнить волю своего отца.

– Но сейчас совсем не те времена, чтобы дочь выдавали замуж насильно. У нас у самих полно денег, и мне нет смысла выходить замуж за деньги.

– Ты выходишь замуж не за деньги, а за мужчину, который подходит тебе по социальному и материальному положению, – нахмурил брови отец. – Это в интересах наших семей. Завтра Дмитрий приедет в наш дом просить твоей руки и моего одобрения. Ты должна согласиться.

– Но ведь я его не люблю! Это не брак, это сделка!

– Лучше хорошая сделка, чем плохой брак. Тот, кого ты любила, оказался обычным бабником, слабым на передок. Ведь это мои люди заплатили проститутке для того, чтобы она сделала свою работу и помогла мне разоблачить этого англичанина.

– Ах, оказывается, ты в этом замешан?

– А как ты думала? Я должен был открыть тебе глаза на этого дегенерата. Да если бы он тебя хоть немного любил, разве бы он залез на страшную проститутку? Он не раздумывая, согласился на секс с первой встречной только потому, что она поманила его. Какая жизнь ждала бы тебя с этим англичанином? Он бы жил на твои деньги, нарастил бы тебе пузо, обложил детьми, а сам бы гулял в своё удовольствие! Это не твоя партия. Твоя партия – Дима.

Я молча глотала слёзы и старалась не встречаться с отцом взглядом.

– Папа, но ведь это так подло с твоей стороны!

– Я пойду на любые меры для того, чтобы у моей дочери было счастливое и безмятежное будущее. Я родитель, и этим всё сказано.

– Ну почему ты коверкаешь мою жизнь? Лучше занимайся своей.

– Ты моя единственная дочь, и всё, что я делаю в своей жизни, – это ради тебя.

– Я больше так не могу...

– Моё решение – это закон, – произнёс отец свою коронную фразу. – И ещё. Дима сказал родителям, что ты девственница. Это его очень подкупило. Хорошо, что у тебя хватило мозгов не рассказывать ему о своей ошибке – связи с английским подонком. Поэтому завтра примешь его предложение, и до свадьбы никакой постели. Пока будут идти приготовления, сделаешь операцию по восстановлению девственной плевы. Дима думает, что ты целка.. Операция несложная и может быть проведена любой женщине, независимо от длительности половой жизни. Так что, с этим проблем не будет. Завтра принимаешь предложение Димы, и начинаем готовиться к свадьбе.

Отец посмотрел на меня таким взглядом, что я поёжилась и ощутила, как мне холодно и страшно.

– А если я скажу НЕТ?

– В нашей семье НЕТ могу говорить только я, – отец дал мне понять, что тема закрыта и обсуждению не подлежит.

Я проплакала всю ночь, а на следующий день смогла обвести охранников вокруг пальца и, зайдя в маленький магазинчик, вышла из него через служебный вход и бросилась прочь. Я знала, что отец достанет меня из-под земли и сделает так, как считает нужным. И тогда я подумала о ПОСЛЕДНЕМ ДНЕ СВОЕЙ ЖИЗНИ... Самом последнем...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю