Текст книги "Я болен тобой (СИ)"

Автор книги: Юлия Стоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

– Эм, ребят, я, кажется, телефон в кинозале забыла, потеряла. Не могу найти. Чёрт.

Они обеспокоено начинают осматривать всё вокруг, советуют проверить ещё все карманы на одежде, но я как раз этим уже и занимаюсь. Не видела свой телефон после фильма, точно не доставала его больше. А когда переписывалась с Женей, держала его и сумку на коленях. Он точно выпал там.

Мы пошли в сторону кинозала, но там шел другой фильм. Спросили у уборщицы, не находила ли она телефон, но увы.

– Ну, вы тогда расходитесь, а я подожду пока фильм закончится и проверю наши места, вдруг он ещё там.

Хотя вряд ли. Мне не так жалко сам телефон, сколько фотографии на нем и нашу переписку с Женей. Я же никуда не переписывала его номер. Завтра пойду в салон связи восстанавливать симку. Блин, а мне же её Настя покупала на своё имя, теперь надо будет Настю просить. Как не вовремя, она же дежурит перед Новым годом.

– Нет, мы все вместе подождем, – настаивает Соня.

Эти минут двадцать, пока мы ждем окончания фильма, тянутся вечно. Мне жаль ребят, что они из-за меня тоже сидят тут, хотя Антон постоянно шутит и пытается отвести мысли от несчастного телефона. Когда фильм заканчивается и люди все уже вышли из зала, мы проверяем наши места и все соседние сверху и снизу, но ничего. Эх…

– Что ж, Савельева, значит не судьба, забудь и живи дальше.

Ха, это Антону родители сразу купят новый телефон, а у нас с Настей денег лишних нет, придется искать среди старых трубок. Ну ладно, пофиг, это всего лишь вещь. Восстановлю номер и буду ждать сообщения от Жени.

Когда расходимся, на улице уже глубокая ночь. Антон вызывает нам с Соней такси за свой счет, только такси не простое, вроде как корпоративное, его родители ездят на нём. Машина сначала отвозит Соню по ее адресу, а затем едет в область. Мне немного страшно ехать в машине с каким-то незнакомым таксистом, без телефона, но Антон меня убедил, что служба проверенная, его родители часто пользуются именно этим водителем.

Ночью доезжаем быстро, я чуть не засыпаю в машине, но потом вспоминаю как вырубилась в машине у дьявола и сон как рукой снимает. Нет, я не у всех в машинах вырубаюсь, гад. Опять незаметно прокрался в мои мысли.

Все-таки жаль, что я его больше никогда не увижу.

Глава 22

На следующий день мало того, что уже двадцать восьмое декабря, не все отделения сотовых операторов работают в нормальном режиме, так еще и Настя дежурит все следующие два дня подряд, то есть она рано утром ушла на работу и теперь будет дома только тридцатого декабря. Пипец.

Нахожу в шкафу наше кладбище старых гаджетов, беру старый Настин смартфон и иду в салон связи. Старый номер мне так и не удаётся восстановить, потому что у меня нет паспорта Насти и вообще я не Настя, поэтому я беру себе новый номер и отписываюсь Соне с Антоном. Они мне вчера свои номера на бумажке написали и засунули в карман куртки. Как предусмотрительно с их стороны, особенно учитывая тот факт, что встретимся мы теперь только перед экзаменами на консультациях.

Отзваниваюсь Насте, вчера я ей поплакалась по поводу телефона, она меня пожалела и сказала, что купит мне новый обязательно, но я настояла, что новый мне не нужен, попрошу у родителей в подарок на день рождения.

Пока Насти дома нет, решаю поехать в центр и посмотреть на новогодние украшения города. Пока сестра училась, мы часто приезжали к ней в гости именно перед новым годом, чтобы прочувствовать праздничную Москву и погулять вчетвером по городу.

Каждый год организаторы праздника придумывают новые интересные украшения, улицы преображаются яркими огнями и новогодними украшениями, а разные заведения стараются выставить свою лучшую ёлку напоказ, заманивая к своим витринам посетителей.

Я выхожу на станции «Театральная» и двигаю в сторону Манежной площади. Там просто сказка, стоит нарядная красивущая ёлка, украшенная в этом году золотыми и красными шарами. А вокруг все переливается разноцветными огнями, и красочными декорациями, вокруг которых ходят довольные люди. Праздничная атмосфера царит во всём, даже лавочки, продающие какие-то русские народные поделки, выглядят круто. Я покупаю себе безалкогольный глинтвейн и топаю в сторону Никольской улицы. Вот тут настоящий рай иллюминации, сверкающие свисающие огоньки вечером выглядят потрясающе. Прохожие делают селфи на фоне этого царства света, а у меня такой телефон, что никакая фотка не получится. Эх.

Я провела отличный вечер, гуляя по центральным улицам и пропитываясь настроением праздника. Мне было немного тоскливо, что раньше мы гуляли всей семьей, а сейчас я это делаю одна, но душу грело то, что, переехав сюда, я стала видеть Настю почти каждый день, а к родителям скоро поеду, после окончания сессии.

Тридцатого начинается суета, мы с Настей ходим по магазинам и покупаем продукты к Новому году, завтра вечером к нам придут три Настиных подруги и один друг, всех я уже знаю, её друг – это Макар из больницы. Ну хорошо, хоть не дед, которого она лечила.

Тридцать первого в два часа дня у нас звонит домофон, кто-то пришёл. Вроде бы рановато для гостей, Настя вообще в ванной зависла. Я сижу сушу ногти, накрасила их лаком дома, потому что ни в какой салон записи нет, а я хочу быть красивой на праздник. Раньше я часто красила ногти сама и довела этот навык до профессионализма, но в выпускном классе времени это делать не было от слова совсем, а мама настаивала на совместном посещении салонов красоты, потому что я девочка и мне нужно учиться ухаживать за собой. Ну хорошо, я решила совмещать совместное время с мамой и пользу, поэтому пристрастилась ходить на маникюр. Там за час я убивала двух зайцев, плюс слушала разные сплетни города.

– Слушаю.

– Добрый день, это курьер, у меня доставка для Екатерины Савельевой.

Чего? Какой-то обманщик, тут в этом городишке всего можно ожидать, но откуда он знает моё имя?

– Я ничего не жду, от кого посылка?

– Девушка, я курьер, а не провидец, принимайте под подпись или я возвращаю посылку как недоставленную.

Ну, блин, интересно же.

Я открываю ему домофон и выхожу встречать на площадку. Из лифта выходит парень в фирменной куртке «Экспресс деливери», отдает мне картонную коробочку и впихивает ручку с листиком, что поставить подпись о получении. Проверяю данные, реально указан мой адрес и ФИО. Но писать я не могу, у меня ногти еще не высохли, поэтому прошу курьера поставить закорючку за меня. Хорошо, это будет даже интересно, какой-то сюрприз.

Адски медленно тянулось время, пока сидела над коробочкой и ждала когда мои ногти окончательно высохнут. Это была пытка. Пока смотрела на неё – не нашла ни единой зацепки что может быть внутри. Мне могут дать медаль за тренировку выдержки в такой момент. В тысячный раз проверив ногти, я аккуратно взяла ножницы и разрезала скотч. Отодвинула крылья коробки и увидела, что в ней еще одна коробочка в красной блестящей подарочной упаковке и открытка. Вот чёрт! Точно смажу свои ногти, потому что останавливаться уже нет сил. Аккуратно достаю открытку и разворачиваю, замираю столбом, не может быть. Этого просто НЕ МОЖЕТ БЫТЬ.

«С Новым годом, мелочь.»

Так меня называет только один человек.

И да, он знает мой адрес.

Возможно, он даже мог писать мне смс, но у меня уже другой номер.

Я боюсь разворачивать эту коробочку. Уже теперь не из-за ногтей.

Волна жара и зуда по всему телу накрывает.

Нужно просто открыть и посмотреть. Если там что-то неподобающее, то выкинуть. Или вернуть.

С минуту сижу смотрю на упаковку, потом, позабыв о свежем лаке, разрываю бумажку и ахаю в голос.

Внутри коробочка с телефоном, новый яблочный смартфон последней модели. Твою ж мать.

Когда достаю телефон, вижу, что он уже настроен, связь есть, значит сим карта вставлена. Он купил мне номер телефона, на свое имя?

Минуточку. Он знал, что я потеряла телефон или так совпало?

Что за ерунда?!

На втором курсе он подарил какой-то девушке автомобиль.

Мне он подарил телефон. Надо Паше сразу сказать, что это было просто за поцелуй, интима не было. Ахаха. Жесть.

Не хочу войти в список девушек из его досье.

Опять этот парень вселил в меня ужас и страх. Только я уже расслабилась и решила, что больше никогда его не увижу, как он снова напомнил о себе. Что ему от меня нужно? Он же должен был уехать в Стэнфорд.

Покрутив телефон в руках, я уже решаю его убрать обратно, как он загорается сигналом о новом сообщении. Я вздрагиваю и телефон выпадает из рук. Хорошо, что я сижу на кровати, и он падает на мягкий плед.

В сообщении текст, который меня разрушает изнутри:

«Пожалуйста, не отказывайся от моего подарка.»

Как он это сделал? Сумел вызвать во мне столько эмоций за раз. Я одновременно впечатлена, обескуражена, рада, в страхе, на пороге панической атаки. Чёрт, да я не собираюсь принимать такой подарок, решаю сообщить ему об этом.

«Это совершенно неприемлемо.»

А потом я думаю, что повела себя как овца, потому что он подумал обо мне и поздравил с Новым годом, а я просто его послала. Поэтому пишу ему второе сообщение:

«Тебя тоже поздравляю с наступающим!»

Выключаю питание на телефоне и кладу его обратно в коробочку, а её запихиваю в ящик своего письменного стола. Я придумаю как его вернуть, потом.

После новогодних праздников я иду с Настей в салон связи и восстанавливаю свой номер. Благо они это делают быстро, что Настю я не задерживаю и прошу перевести номер телефона на меня. А вот это уже растягивается на целых полчаса, я опаздываю на консультацию перед экзаменом.

Получив, наконец, свой старый номер, лечу в институт и влетаю последней на консультацию, падаю рядом с Антоном, потому что он ближе и рядом с ним, в отличии от Сони, есть свободное место.

Антон косится на мой бывший Настин смартфон, но ничего не говорит. Я начинаю под партой менять сим-карты, как только мой старый номер становится активен, мне приходят сообщения, со звуком на весь кабинет.

– Извините, – говорю преподавателю и выключаю звук на телефоне, убрав его в сумку.

После консультации мы пьем чай в буфете, завтра первый экзамен, задерживаться особо не хочется.

– Ребята, я восстановила сегодня свой старый номер, так что звоните туда.

Антон мрачно смотрит на мой гаджет, а я замечаю, что у меня непрочитанных несколько сообщений. Мы прощаемся и пока я еду в метро, читаю Женин монолог.

«Мне пришла отбивка, что ты в сети.»

«Ответь мне, Катя!»

«Куда ты пропала?»

«Я переживаю.»

Как мило.

«Привет, прости, я потеряла телефон и только сейчас удалось восстановить номер, он был оформлен на Настю.»

«А почему твои родители этого не знали? Я звонил им и спрашивал в чем дело, но они были не в курсе»

Чёрт. Я им ничего не говорила, мы общались с Настиного телефона все праздники. Некрасиво перед родителями, но они меня про Женю не спрашивали.

Глава 23

– Эх, завидую тебе, Катька! Я бы тоже с тобой полетела!

Ура, сессия закрыта, наконец-то я лечу домой! Это один из лучших дней за последние полгода. Я так соскучилась по своим родителям, что простыми словами это чувство не передать. А Настя живет в таком графике уже давно. Как она одна тут вообще выживала, когда вся семья была за тысячи километров от неё? Наверно, ей действительно приходилось много учиться, не было времени скучать и грустить по родным.

– Да, понимаю. А помнишь ты-то вообще на поездах приезжала домой на первых курсах?

– Было дело, сейчас бы ни за что так не поехала, – и ржёт. Ох, как я тогда переживала за неё, моя сестра, совсем хрупкая и беззащитная, могла ехать не пойми с кем в купе поезда больше суток, кошмар.

Мы стоим перед стойкой регистрации в аэропорту, Настя привезла меня с огромным чемоданом гостинцев для родителей. Такое ощущение, что родители живут на другой планете и эти все вещи не могут купить у себя.

С другой стороны, помню, в детстве Настя приезжала домой с таким же огромный чемоданом гостинцев, и я радовалась каждой безделушке. Даже если у меня было что-то похожее, все равно радость от подарков была выше крыши. Поэтому я покорно тяну эту махину на сдачу в багаж. Всё же не на себе тащить, пусть хоть полтонны весит, ради гостинцев можно и потаскать.

Когда мы сдали чемодан и я ушла к своим воротам, Настя даже всплакнула. С такой глубокой сентиментальностью как она вообще врачом собирается работать?!

Время одиннадцать вечера, у меня вылет через час и в четыре утра я уже встречусь с папой, может и мама приедет встречать меня. Я включила музыку в одном наушнике и прикрыла глаза. Красть все равно у меня нечего, при себе документы, дешёвый старый телефон, денег в кошельке особо нет. Поэтому я спокойно релаксирую перед воротами выхода на посадку. Сегодня был последний экзамен по философии, но я решила, что результат уже узнаю дома, заколебалась от сессии.

В школе я никогда ничего не зубрила, всегда как-то логически удавалось додумать. А по тем предметам, где нужна была зубрежка, у нас в старшей школе был карт-бланш, необязательно было всё учить и за ошибки не ругали, потому что они никак не были связаны с профильными предметами. И вот, первый раз в жизни, я поняла что такое ад зубрёжки, на примере философии. Я потратила очень много часов сна на то, чтобы выучить этот учебник и ответить слово в слово, потому что никаких своих мыслей по этому предмету я добавить не могу. Надеюсь, что моя оценка меня порадует, но при этом грустно понимать, что впереди еще целый семестр такого развлечения.

Объявляют посадку, я вообще-то побаиваюсь летать, но ехать два дня на собаках убийственно, лучше умереть быстрой смертью в авиакатастрофе. Тьфу на меня. Все будет хорошо, я ничего не боюсь. Это всего лишь самолет. Главное, чтобы соседи не были надоедливыми и дали поспать.

Места в самолёте 3-3, к концу посадки понимаю, что рядом со мной никого не будет. Да ладно?! Рядом через ряд сидит верзилоподобного вида мужик, я видела его в зоне ожидания посадки, он тоже сидел рядом со мной и читал бумажную книжку, какой-то детектив. Хорошо, что его место не прямо рядом, он вселяет в меня ужас. Хотя, возможно, я преувеличиваю, потому что одет этот мужик во всё приличное и судя по взгляду, никаких плохих целей не преследует, просто он вырос огромным и страшным. Ну точно, верзила.

Оглядываюсь, все места в самолете заняты, только на последних двух рядах кое-где свободно по одному месту. Я очень рада, хоть и выглядит всё это странно. Когда взлетаем, раскладываю ноги на пустых сиденьях и сплю. Весь полет меня никто не беспокоит, не просит убрать ноги. Хорошо, что во мне немного роста и я спокойно помещаюсь на этих сиденьях. Где-то в середине полета я все-таки начинаю проваливаться в сон, опять вспоминая моего дьявола и его подозрительное внимание ко мне. Когда мне одиноко, я начинаю думать о нём, но вскоре мои глаза слипаются, ничего не могу с собой поделать, уже глубока ночь и мой организм привык спать в это время.

Просыпаюсь, когда меня будит стюардесса, сообщить о скорой посадке. Все-таки я проспала пол полёта? И мне нигде не было страшно! Все, теперь буду только ночью летать.

Родители оба встречают меня и Настин огромный чемодан, так приятно.

– Нам звонил Женя, спрашивал что с твоим телефоном, вы общаетесь до сих пор? – спрашивает мама по дороге домой в машине. Боже, Женя проявляет много внимания, мне обязательно нужно с ним поговорить.

– Да, общаемся, переписываемся почти каждый день. Я перед Новым годом телефон в кино потеряла и восстановила номер не сразу, вот он и переживал.

Мама поворачивается ко мне с переднего сидения и с легкой улыбкой на губах переспрашивает:

– Переписываетесь каждый день?

– Угу, – понимаю к чему она клонит, нет, мы просто друзья. – Мы договорились на лыжах покататься, я хотела спросить, сможете ли вы поехать с нами в их шале в горы, на выходных?

Мама отворачивается и смотрит на папу, чувствую, как машина замедляет ход, папа поворачивает голову к ней. Тишина. Мне кажется, что они общаются на каком-то немом языке, силой мысли. Не понимаю, им не нравится Женя или он им нравится, или все же не нравится факт, что мы хотим кататься? Пауза становится неприличной, и мама отмирает, отвечает мне:

– Ну, если ты хочешь, можем и поехать, ты же любишь кататься на борде.

А я знаю, что мои родители хотели бы, чтобы я максимум каталась на лыжах на самых легких горках. Они очень сильно за меня переживают, но я всегда им показываю, что все переживания не обоснованные.

– Ура! Было бы супер.

Я так рада, обожаю кататься, обожаю горы! Даже если их такая затяжная реакция была связана не с лыжами, а с Женей, – ну что поделать, это их проблемы, я все равно буду продолжать с ним общаться. Потому что он мой друг, мне с ним легко, он всегда чутко относился ко мне и считался с моим мнением.

Глава 24

На следующий день должен прилететь Женя, а пока его нет мы с родителями ходим в гости к их старым друзьям, навещаем моих других дальних родственников в соседнем городе. Родители взяли два дня отпуска на это, немыслимо! У родственников мы так классно засиживаемся за вкусной едой, что никто из нас не хочет возвращаться домой ночью, поэтому мы остаемся у них с ночевкой. Буквально перед сном я получаю сообщение от Жени, с его британского номера, что отец прилетел в Лондон и задерживает его на пару дней, поэтому ему пришлось поменять билет на пятницу. А на выходных все по-прежнему в силе.

Я понимаю, что мне грустно от этих новостей, мне бы очень хотелось увидеть его уже побыстрей. Утром папе поступает срочный звонок из больницы, он хирург и берет все сложные случаи в городе. Он не может просто игнорировать вызов, поэтому мы быстро возвращаемся в Сочи, и он уходит на операцию. Мама тоже решает остаться в больнице на пару часов, а я сижу в кабинете у папы, жду когда он вернется после операции, дома одной делать мне все равно нечего. Про себя отмечаю, что у него в кабинете гораздо лучше, чем у Насти. Даже есть мини библиотека, в основном на медицинские темы, но есть и парочку романов. Интересно, откуда, мама притащила или пациенты? Когда утопаю в одном из томов по анатомии человека, возвращается папа. Уставший, вымотанный, но довольный. Видимо, результаты операции его радуют.

– Папа, скажи, а ты привязываешься к своим пациентам? Переживаешь за них?

Папа сощурил глаза и улыбнулся.

– А что? В связи с чем у тебя возник вообще такой вопрос?

Надо выложить все как есть, иначе подумает, что я того.

– Ну, мы однажды на выходных гуляли с Настей по городу, а потом она потащила меня в больницу на работу. Выяснилось, что у нее там был пациент, старый дед, которому она с другим врачом делала операцию. Она за него переживала и пришла специально проведать его, на выходных. Хотя это не был день её дежурства.

– Ахаха. Да, Настя будет хорошим врачом, – папа задумчиво смотрит в окно, делает небольшую паузу. – Видишь ли, я столько раз переживал боль своих пациентов, что со временем у меня выработался иммунитет. Хотя до сих пор попадаются пациенты, к которым я привязываюсь и сильно переживаю. Не все случаи тяжелые, даже у нас в больнице. Но когда от тебя зависит жизнь человека, то ты не можешь не переживать, сколько бы опыта не было.

Ясно. Хорошо, что я буду аудитором. Как гора с плеч прямо. Хуже всего, это иметь понимание, что от тебя напрямую зависит жизнь другого человека.

Днем в пятницу я получаю сообщение от Жени, что отец вообще отменил его отпуск в Сочи и везет его во Францию, на какой-то саммит. Судя по всему, Женя в бешенстве. Он пишет мат по-английски, но это все равно мат.

Я сильно расстроилась. Отец Жени всегда чудил, они с матерью давно не живут вместе, но с Женей общались равноправно, отец полностью обеспечивал их жизнь. Немного странные отношения, потому что его родители и не в разводе, но и не вместе. Никогда такого не понимала. Судя по реакции Жени, ему всегда было всё равно на этот факт, для него одинаково были важны отец и мать. С отцом он стал проводить много времени в конце старшей школы, видимо, их интересы стали совпадать. Но вот чтобы так не считаться с планами сына – это что-то новое, раньше его отец так никогда не поступал.

Мне жаль, что я не встретилась с лучшим другом, но всё равно две недели каникул дома проходят супер круто. Я встречаюсь со своими друзьями, как папа говорит, гопниками, с которыми дружила во дворе, даже посещаю день выпускников в лицее. Из моего бывшего класса приходит буквально пять-шесть ребят и я, все как один жалуются, что им тяжело учиться в институтах. Мне тут сказать нечего, я же учусь абы где, а не в МГУ или МФТИ. Но на меня никто не обращает внимания, потому что проектами наших математиков как раз были эти парни, а не я. В коридоре встречаю учителя обществознания, ему действительно интересно как у меня дела и мое мнение по поводу учебы в одном из лучших финансовых ВУЗов страны. Мы весь вечер пьем чай с конфетами в его кабинете, оказывается его дочь через год тоже собирается поступать в мой ВУЗ.

Мне так хорошо и спокойно дома. Папа отвозит меня в горы покататься, он классно стоит на лыжах, а мне лыжи как-то сразу не пошли. Пока мы сидим в кафе на горе, отдыхая после катания, решаюсь почитать морали папе:

– Знаешь, в детстве ты был не прав, когда не купил мне приставку. Теперь я не могу нормально общаться с друзьями, у меня развивается комплекс лузера.

Папа смеётся до слез и давится своим безалкогольным глинтвейном.

– Прямо комплекс?

– Угу.

– Ну а что, если пообещаю купить приставку к твоему следующему приезду летом, ты меня простишь.

– Конечно, – и я сияю. Обожаю своего отца, он лучший!

– Может заедем тебе сейчас новый телефон купим?

– Пап, давай вы мне подарите на день рождения, мне и с этим нормально.

Телефон мне совсем не нужен, тем более, дома в моем письменном столе уже лежит один. Подарок от голубоглазого дьявола. Чёрт, нужно еще придумать как его вернуть.

На позитиве проходят мои каникулы, и я возвращаюсь в Москву ночным рейсом, с пустыми креслами. Этот феномен для меня остаётся не раскрыт, потому что практически все места в самолёте заняты.

Глава 25

Новое расписание. О, Боги, пристрелите меня на месте!

Мне нужно несколько дней, чтобы въехать во всю эту учебу. Лень заковала мозг и тело. Мозг вообще забыл как думать, а тело отлежалось на диване с тарелками салатиков и теперь не понимает зачем жить по-другому. После возвращения из дома я вообще стала очень сильно сожалеть, что учусь тут, а не в Сочи, но потом вспоминаю о Насте, и сожаления немного рассеиваются.

Мы с Соней пьем чай в буфете и ждем следующей пары. Вдруг она как будто встрепенулась, её осенила эксклюзивная мысль. Мне даже стало интересно, что такого в её голове, что нужно так реагировать, но она всё же себя сама выдала:

– Кэт, ты же помнишь, что скоро у Антона день рождения?

Ах, Антон. Интересно.

– Нет, откуда я могу такое помнить? Что дарить будем?

Обычно про дни рождения напоминает староста группы, но Соня знает точную дату его дня рождения. То есть они общались на эту тему, и она запомнила, я бы тоже запомнила, если бы он мне говорил нечто подобное, просто у меня память хорошая, но у нас за всё время не было ни единого повода это обсуждать. Хорошо они каникулы провели вместе. Прищуриваюсь и смотрю на Соню, может быть, она выдаст себя чем-то?

– Ха. Вот тут я у тебя хотела спросить, может что-то посоветуешь дельное?

– Я откуда знаю, может подписку на журнал про космос? – конечно, я издеваюсь, но хочу прощупать её реакцию. Наш треугольник Я-Антон-Соня меня всё больше интересует, про себя я всё знаю, а вот этих двоих я не понимаю. Потому что, если Антону нравится Соня, какого он к нам относится одинаково и со мной таскается?

Соня смотрит на меня с наездом и взглядом училки.

– Ясно, скидывайся, сама что-нибудь придумаю, – дальше бормочет себе под нос, – подписка, блин, на журнал про космос.

И всё-таки я становлюсь ужасной, потому что дальше я не успокаиваюсь и говорю ей, глядя в глаза:

– Сонь, помнишь он говорил отец ему уже машину купил, сейчас пойдёт на права сдавать и будет ездить на машине своей.

– И?

– Ну что «и?», придумай какой-нибудь подарок в машину, это раз. А два – не будет у нас больше друга, будет девчонок на тачке к себе на дачу возить. Как раз весна скоро.

Соня медленно оторвала взгляд от телефона и крайне недоброжелательно посмотрела на меня, так что мне захотелось свой рот с мылом помыть тут же. У них все же что-то есть? Почему просто мне нельзя тогда рассказать, я же умру от вариантов догадок в своей голове.

***

День рождения Антона отмечали в вип зале какого-то танцевального клуба в центре. Как оказалось, весь клуб был закрыт только под эту вечеринку, а среди напитков совершенно не было алкоголя, Антон сразу сказал, что мы идем танцевать.

Был приглашен модный ди-джей, который сделал эту вечеринку зажигательной и супер танцевальной. Антон позвал много школьных друзей, ещё были его друзья из спортивных секций и люди из нашего института. Оказывается, он не только с нами хорошо ладит, у него это отлично получается везде и со всеми.

На танцполе яблоку упасть было негде, но мы с Соней упорно отстаивали свое место и танцевали до боли под ребрами, потому что уж очень нравилась музыка и атмосфера вечеринки. Я заметила, что в клубе была охрана, очень много охраны, возможно так происходит всегда. До дня рождения Антона я не была ни в одном московском клубе.

– Кэт, ты такая классная в этом платье, – делает мне комплимент Соня.

А сама она просто звезда, очень-очень красивая и сексуальная звезда в обтягивающем мини стального цвета, под цвет глаз Антона подбирала? По ходу, между ними что-то есть, потому что Антон не скрывает своего бешенства в отношении её наряда. Он не отходит от неё ни на шаг, максимум как сейчас, когда Соня его отправила принести нам попить. А день рождения у него, и это он должен как-то веселиться, но похоже, ему не до веселья, он закипает после каждого нашего танца.

Я надела красное платье Насти, тоже немного коротковато, но не такое откровенное, как у Сони. Стоять и танцевать – нормально, а вот когда садишься, ноги существенно оголяются, поэтому я начала ловить на себе взгляды друзей Антона очень быстро. Один его друг даже попросил у меня номер телефона, но я отшутилась и по-тихому исчезла из его поля зрения. Боже, куда Настя ходит в этом платье?! Пришлось пол вечера стоять и другую половину – танцевать.

Ближе к полуночи Антон отправил нас домой, нарычав на Соню, что если она сейчас же не свалит, то он её убьет прямо на месте, потому что последний час вместо того, чтобы веселиться, он потратил на то, чтобы рассказывать своим друзьям кто мы и почему не даем свои контакты. А за моей спиной вообще встал охранник клуба, он был жуткого вида, огромный как скала, никто даже не пробовал ко мне подходить. Хорошо повеселились, называется. Лучше бы Антон родился летом и мы праздновали его день рождения на даче с мясом-гриль и салатиками.

Домой к Соне нас отвёз таксист, которого нам до этого уже вызывал Антон. К себе ехать не хотелось, а брат Сони был в командировке, поэтому я с удовольствием приняла предложение остаться.

– Сонь, а тебе не кажется, что Антон в тебе заинтересован? Ну, как в своей девушке…

Я всё-таки не выдержала и задала этот вопрос ей, когда мы поднялись в квартиру и свалились на диван в гостиной.

– Кэт, ты чего несешь, мы же просто друзья! Я как раз думала, что он больше в тебе заинтересован, – она искренне смеется, здесь не подловить её в наигранности или лжи, она действительно так думает. Боже!

– Нет, это не так, пока не знаю как доказать, но когда-нибудь я всё выясню.

Соня поднимает бровь и натягивает хитрую ухмылку. Какая же она красивая.

– Ладно, Кэт, уже поздно, пойдем я тебе постелю и будем спать.

Было уже часа два ночи, когда я вышла из душа и переоделась в Сонину пижаму, на моем телефоне было только одно сообщение, от которого у меня вспотели ладошки, а в душе все похолодело.

«Еще раз наденешь такое платье, и я приду за тобой»

Глава 26

Сообщение без знаков препинания в конце. Это значит что? Какие эмоции вкладывает в этот текст абонент?

Забиваю в поисковик код страны отправителя и вижу ответ – США. У меня появился сталкер из США? Мои шестеренки крутятся, а потом я чувствую, как тело покрывается мурашками, потому что мозг нашел предполагаемый ответ.

Стоп. Я знаю этого сталкера. Но вообще-то уже вычеркнула его из своей памяти, как нечто неразгаданное. И что, теперь он снова хочет пробраться в мои мысли?

Меня вдруг осенило! Это он из Стэнфорда наблюдает в каком платье я пришла на день рождения друга?

Пульс подскакивает и бьет по ушам. Меня начинает трясти. Ладошки холодеют. Я знаю, что это паническая атака на подходе.

Вот гад!

Успокоиться, мне надо успокоиться.

Дедукция, нужна дедукция.

И физическая нагрузка, чтобы быстрее догнать пульс. Но не побегу же я на пробежку ночью возле парка с маньяками в красном платье!

Платье, значит.

Ему не понравилось моё платье.

Думай, Катя, думай.

Или он меня видел сам или ему кто-то доложил.

Дальше, первый вариант: он уехал в Стэнфорд, но вернулся и был в этом клубе?

Нет. В клубе его не было, я была там несколько часов и всех рассматривала, когда не хотела сидеть и оголять свои ноги, его там точно не было. Его я бы точно не пропустила. Тем более, клуб был полностью закрыт для посторонних.

Дальше, кто-то доложил: кто-то следил за мной или кто-то случайно увидел и отправил ему моё фото, например другой мажор с кем он мог поспорить? У Антона было куча друзей со старших курсов на этой вечеринке, я же всех не знаю.

Нет, второй вариант кажется бредом. Но сейчас я все же проверю соцсети.

Остается единственный вариант: там был кто-то, кто следил за мной?

Вот так, значит, да?!

Пульс ускорятся, дыхание сбивается. Дьявол! Не собираюсь ничего отвечать. Одним сообщением он сумел вывернуть весь мой мозг наизнанку. Чертова дедукция сломалась.

Но через три минуты, скрипя зубами от своей нетерпеливости, печатаю ответ:

«Такое красное или такое короткое?»

Дура. Зачем я дергаю за усы тигра? Ответ приходит незамедлительно:

«Оба варианта верны, мелочь.»

П-ф-ф.

Я успокаиваюсь и меня накрывает волна смеха. Вот гад. Решил довести меня до панической атаки, ну хорошо, я доведу тебя до сердечного приступа. Сталкер хренов. Мне еще как-то телефон надо тебе вернуть. Отправлю почтой в США.

***

На следующей неделе я обдумываю план мести. Что он там обещал за длину и цвет платья, придёт за мной? Ха! Что, прямо бросит всё и придёт? Или пришлёт того, кто за мной следит? Это, кстати, тоже неплохой вариант, узнаю имя этого предателя.

В прошлый раз, когда он обещал мне расплату, если я не выйду к подъезду своего дома, то сам он вообще пропал. Сейчас может свалит навсегда, сколько там длится учеба в Стэнфорде? Ещё бы знать по какой программе он учится.