![](/files/books/160/oblozhka-knigi-kukly-dlya-bezlikoy-373955.jpg)
Текст книги "Куклы для Безликой"
Автор книги: Юлия Гусарова
Жанр:
Ужасы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
7. Открытие запертой двери
Осборн оставил Элмера в запертой комнате. Он открыл одну из запертых дверей подвала – самую первую справа. Дверь комнаты оказалась тяжелой и походила на двери старых темниц. Внутри, царил мрак. Непроглядная тьма. Откуда-то с потолка капала вода. Свет с коридора осветил часть комнаты и выдернул из тьмы пустую комнату. Маленькая каморка из старого серого камня. Окон в ней не было. Вот почему там так темно. Вроде как есть маленькое отверстие вентиляции под потолком, и с него немного капает вода по капле. Сыро и холодно в этой каморке.
Здесь Элмер и побудет, пока что. Он не должен мешать Осборну открыть дверь в конце коридора. Затащив туда парня, который все еще был без сознания, Осборн покинул его и запер дверь. Он оставил служащего во тьме одного. Возможно Элмер будет испуган. Возможно будет кричать. Ведь в той тьме, в самом углу против двери, лежит чей-то истлевший скелет. Ничего, пусть побоится. Пусть покричит. Все равно его там никто не тронет и он будет цел.
Оставив позади темницу Элмера, Осборн направился к двери в конце коридора. Он шел целеустремленно вперед, и лишь иногда посматривал на портреты необычной девушки. Ее глаза, казалось, иногда заглядывали в его. Она словно ждала, и Осборну показалось что некоторые портреты меняются. Они словно торжествуют. Они улыбаются. Они жаждут.
А потом он внезапно услышал песню…
Пела явно девушка. Нежно, протяжно, печально. И пела она ту самую колыбельную, которую ему в детстве напевала Вивьен, его мама. Эта же колыбельная играла и в музыкальной шкатулке.
Николас в сознании Осборна вздрогнул. Сейчас должен случиться поворотный момент в жизни Осборна. После этого, парень окончательно вступит на путь тьмы. Книга в его голове зашевелилась. Она потребовала чтобы он открыл ту запертую дверь.
Дрожащей рукой, Осборн вынул черный ключ из правого кармана сюртука-плаща. Он уже стоял у запертой двери. Он вставил ключ в замочную скважину и повернул три раза.
Щелкнул замок. Дверь открылась, издавая протяжный скрип. Свечи зажглись вдоль серых каменных стен. Свет тысячи свечей осветил гигантский зал, похожий на главный зал Вестминстерского аббатства. Необыкновенно гигантский для подземелья, он утопал в пожухлой роскоши. Все кругом говорило о старых, занесенных пылью и паутиной временах. Старая мебель, а это стулья с высокими спинками, какие-то витые столы. И, множество каменных статуй каких-то монархов, королей и королев с младенцами, стояли рядами, образуя собой длинный коридор. Он заканчивался впереди троном, золотым, но пыльным и покрытым паутиной.
На нем сидела девушка. Ее голова была спрятана в железной маске, из-под которой струились длинные белые волосы. Их, должно быть, никто никогда не стриг, потому что они доходили почти что до входа. Они словно невесомая паутина, таинственно сверкали в свете свечей. Девушка сама походила на белую статую, облаченную в старую одежду. На царскую она явно не походила. Позади трона и девушки располагался высокий квадрат прохода, но он сейчас закрыт.
Когда дверь открылась, песня затихла. Хрустальная тишина повисла в зале.
Осборн вошел в зал и осторожно пошел вперед. Он дошел до трона спустя долгие и тихие минуты. Лишь эхо шагов отдавалось по залу.
Наконец он добрался до трона. Дрожащей рукой он потянулся чтобы коснуться железной маски. Но, девушка перехватила его руку. Она приблизилась к нему словно змея. Он вроде был готов к этому выпаду, но все равно испугался.
– Зачем ты пришел сюда? – сладко спросила девушка сквозь маску.
– Мой отец солгал тебе, верно? – Николас повернул ход сюжета в другую сторону. До того как он не попал в книгу, все должно было закончится уходом парня, потому что девушка так и не желала с ним говорить. Она просто выгнала его из зала. Но зная большую половину книги, Николас хотел большего.
– О, вот как. Ты пришел вместо своего отца? – она явно обрадовалась.
– Да. Отец предал тебя. Он не выполнил свою часть договора. Я же хочу помочь тебе… – Николас импровизировал и выдумывал на ходу. Он хотел добиться ее расположения к себе. – Твоя младшая сестра наверняка все еще ищет тебя. Я могу освободить тебя из твоего плена, и, после, мы найдем твою сестру. Чтобы приблизить приход Его – «Архитектора Кошмара».
– И ты не солжешь мне? – она болезненно сжала его левую руку.
– Я могу доказать тебе что верен своему решению! Если позволишь снять железную маску с твоей прекрасной головы, – он старался произносить слова нежно сквозь дрожь.
Она отпустила его руку. Она облокотилась обратно на спинку трона: – Возврата назад не будет. Ты не боишься?
– Ничуть. – Осборн целеустремленно потянулся к железной маске на ее голове.
8. Поцелуй
Девушка позволила ему снять железную маску. Она не шевельнулась. Когда он отстегивал застежки, она лишь слегка вздрогнула. Он осторожно и ласково снял маску с ее головы.
Она с облегчением выдохнула, и ее грудь начала вздыматься более часто. Она словно пыталась поймать воздух.
Осборн снял маску с ее лица и так и уставился на нее. Перед ним была та самая девушка с портретов на стенах подвального этажа! Ее черты нежные и мягкие. Глаза, желтые как янтарь и сладкие как мед, обрамлены белыми ресницами. Ее кожа словно светилась жемчужной белизной. А губы так и притягивали к себе взгляд. Они словно требовали чтобы к ним прикоснулись.
– Ты хочешь их, не так ли? – сладко прошептала она.
– Не стану лгать тебе. Да, хочу… – честно признался Осборн.
– Может быть, я и позволю тебе меня поцеловать. Но сначала скажи, не лги мне, где Беаджио, твой отец? Где твоя матушка Вивьен? – она внимательно сверлила его голодными глазами.
Осборн улыбнулся: – Я убил их. Ради тебя Мария.
Мария, так звали незнакомку, наклонила голову чуть вправо. На ее лице отразилось удивление: – Не думала что ты на это способен. Твой отец рассказывал мне о тебе. Он говорил что ты слабак, ничтожество, ни на что негодное отребье. Могу ли я верить тебе?
Ее слова задели его. Но он продолжал слегка улыбаться: – Я могу показать тебе их смерти. У меня есть доказательства, которые подтвердят мои слова. Но ты же сейчас не об этом думаешь? Тебя волнует другая проблема. Ты голодна. Ты слаба. Я хочу помочь тебе, Мария. Я приготовил для тебя пищу, которая утолит твой старый голод. Ты наберешься сил. Ты примешь мою помощь? – Осборн протянул ей руку.
Ее глаза сверкнули желанием. В них отражались жажда, одиночество, тоска. Но сейчас она видела нечто другое перед собой. Этот человек. Этот мальчик Осборн, сын жестокого предателя Биаджио, предлагает ей помощь. Лжет ли он, или его намерения искренние? Она не может понять его замысел. Ей нужно коснуться его губ, чтобы узнать правдивы ли его слова.
Мария взяла его руку двумя белыми руками. Ее прикосновение оказалось холодным как у мертвеца. Осборна лишь позабавило это ощущение. Оно такое необычное. Совсем не похожее на прикосновение других девушек. И это чувство заставляет его сердце биться быстрее.
Она притянула его к себе. Она сейчас слаба, но Осборн и не думает сопротивляться. Он опускается к ее лицу. Она так близко.
– Мой отец касался твоих губ? – шепчет Осборн.
– Нет. Я не дала ему свой поцелуй. Ни разу. А вот твоей матери Вивьен, я дважды дарила его. Твой отец за это возненавидел меня ещё больше. Ведь он так рассчитывал в своем бессмысленном поклонении, на то, что я коснусь его. Можешь быть счастлив, ты зашёл дальше своего отца! – Прошептав, Мария сама прильнула к губам Осборна.
Его обдало мертвым всепоглощающим холодом. Ему показалось что бездна, глуше и темнее адской, разверзлась перед ним. Словно эта ужасающая и ледяная тьма, пришедшая за поцелуем, взглянула на него. Она распахнула свои ледяные врата и начала затягивать его в себя.
Его сердце забилось слишком быстро. В крови разгорелся адреналин. Он протянул к Марии дрожащие ладони. Он заключил ее в свои крепкие объятья. Левой рукой он взял ее затылок.
Наклонив ее аккуратную голову, он глубже начал целовать ее ледяные губы.
Мария больше не держала его руки. Она обвила его шею своими ледяными объятиями. Она сама углубила поцелуй, не уступая ему в опыте. Она старше его на бесчисленно много лет. Она дочь того, кого Осборн назвал Архитектором Кошмара. Она находилась в плену слишком долго, и так изголодалась по теплу. Она хотела его забрать. Она жаждала его заполучить ещё тогда, когда он случайно предстал перед ней. А это случилось когда ему, исполнилось всего десять лет.
В тот мрачный и одинокий день, когда она бродила среди каменных статуй в тоске, он украдкой явился к ней. Каким-то образом ему удалось утащить ключ от зала у отца. И вот он утолил своё любопытство. Он узнал кто спрятан за той запретной для него дверью. И когда она увидела его, то ее мертвое сердце словно ожило. Она почти коснулась тогда его детских губ.
Но пришёл ненавистный Беаджио. Он впал в гнев. Он не ударил ее. Но он испугался за сына. Он напустился на него. Схватил его за волосы и оттащил от нее. Тогда она впервые за долгие годы расплакалась.
Она потянулась к Осборну. Но его отец утащил сына из зала. А она снова осталась одна.
Сейчас она наконец держит его. Сейчас она целует его губы. Она проникла в его уста языком. Она ласкала его. Она играла с ним.
Осборн, дрожа отвечал ей. Но ему, с его опытом было сложнее угнаться за ней. Их поцелуй походил на танец двух голодных созданий. Но главным чудовищем здесь был не он а Мария. Она все целовала его и целовала. Обводила и пробовала каждую часть его рта. Она допускала его к себе. Она уловила что он уже задыхается.
Она ощутила сожаление. Он не может утолить ее голод. Ей так хочется продолжать. Но нужно остановиться, иначе она случайно задушит его.
Она медленно отпустила его губы, но позволила себе ранить его нижнюю губу. Она как бы случайно задела мягкую кожу левым острым клыком.
Осборн шикнул от боли и наслаждения. Он слегка сжал ее волосы на затылке. Он смотрел на нее сверху вниз, и в лице его промелькнуло холодное безумие. Капля его крови стекла по его подбородку.
Мария неспешно, растягивая удовольствие, провела кончиком своего языка по его коже. Она слизала его кровь. Ее янтарные глаза заискрились. Она хотела ещё. Но нельзя. Она не хочет его убить…
9. Красное соитие
– Ты не Осборн! – прошептала Мария. Она ласково и нежно смотрела в его глаза.
Он вздрогнул. В его сознании Николас ощутил что она все поняла. Она знает что теперь этим телом правит другой. Но как?
– С чего ты это взяла? – он продолжал держать ее за затылок.
– Твоя кровь и губы сдали тебя, – она облизнулась и хитро подмигнула. – Ты Николас! Душа Осборна разрушилась. А ты пришел на его место. Но только его желания влияют на тебя больше чем ты думаешь.
У Осборна закружилась голова. Он отпустил затылок и резко прижал Марию к спинке трона: – Зачем тебе знать кто перед тобой? – зашипел он.
Она звонко рассмеялась. Ее сладкий смех пронесся эхом по залу: – Я затащила тебя в книгу, Николас. Ты прочитал часть первой книги. Ты видел меня. И когда ты читал, я слышала тебя сквозь книжную грань. Ты понравился мне. А Осборн, он уже прошел свой виток истории. Начиная с нашей первой встречи, и заканчивая последней. Ты все видел, поэтому повторять я не буду.
– Кто ты, и что тебе нужно от меня? – Николас испытал настоящий гнетущий страх. Ощущение что он попал в заранее приготовленную ловушку, свалилось на него тяжеленной громадой. Его зрачки сузились.
– Душа Осборна была сладка. Была слаба. Была такой хрупкой. В тот момент когда ты спал в своей комнате, я позвала Осборна. Он пришел сюда. Я дала ему маленького паразита, обманом заставив проглотить его. И он как послушный раб исполнил мою просьбу. Этот паразит разрушил его душу. Бах! Разбил. И после я затащила тебя в его тело. Твоя душа, ненависть, зло внутри тебя, бесконечная тьма одиночества – все это пленило меня. Я пожелала видеть в теле мальчика Осборна не тряпку, а истинное зло. – Мария не дала Осборну что-то сказать. Она снова прильнула к его губам. Она взяла его правую руку и положила на свою левую грудь.
Под тонкой ветхой тканью, он ощутил как упруга ее грудь. Как она выпирает. Как она набухла. Ее сосок так и манил.
Желания Осборна затопили Николаса. Безумная волна похоти залила его и начала топить. От его испуга остались жалкие крохи, да и те утонули в той алой волне.
Осборн вырвал свою руку из ее ледяных пальцев. Он мрачно взирал на нее.
– Служи мне, Николас. Стань моим черным демоническим ангелом. Я хочу чтобы ты пошел за мной, и стал новым сосудом для моего отца. Ты должен быть новым Архитектором Кошмара, Николас! – она смотрела на него с каким-то едва сдерживающим трепетом.
Осборн опустил руки на ее плечи. Он дрожал от возбуждения. Если Мария сама требует от него такого безумия, то он согласен. Но говорить сейчас он ничего не будет.
Он взял за края ее ветхого платья и, разорвал его. Раздался рвущийся звук. Ткань медленно сползла с плеч Марии. Ее плечи и пухлая грудь едва светились такой же идеальной белизной. Лишь упругие соски ярко выделялись алым.
Осборн опустился к ее левой груди. Взял сосок в рот. Она сладко и нарочно простонала. Изогнулась вперед, давая ему всю себя.
Он положил зубы на сосок и сжал. Он впился в ее мягкую холодную кожу, которая пахла орхидеями. Мария вскрикнула от боли, но похоже, ей это только нравилось. Она обняла его голову, запустила свои длинные пальцы в его темные волосы.
– Прокуси. Не бойся. Доставь мне боль, мальчик! – простонала она прижимая его лицо к своей груди. Осборн повиновался. Он надавил зубами и кожа поддалась. Она мягко порвалась пропуская его зубы. Кровь Марии попала в рот Осборну. Она оказалась горька и даже жгла как вино. Она слабо закапала.
– Восхитительно! – вскрикнула Мария от болезненного удовольствия.
«Это какой-то безумный кошмар… – слабо думал Николас. Он все тонул в глубины горячих бездн сознания Осборна. – Я хочу остановиться, но не могу…»
Отпустив ее окровавленную грудь, Осборн переполз языком к правой груди Марии, оставляя кровавую дорожку. Он приложился, жадно присосался к правому соску и, прокусив его начал сосать ее боль и кровь.
Мария простонала. Ей так нравилось то что он делал. Она ощутила что возбудилась от боли, вида крови, запаха и вкуса крови, еще сильнее. Ее длинные белые волосы зашевелились. Они ожили и поползли концами к Осборну. Они поднялись петлей и опутали его шею.
– Продолжай, мальчик… – стонала Мария. Она отпустила его голову.
Осборн вздрогнул. Он почувствовал петлю на своей шее. Он отстранился от ее соска, сделав так, чтобы раздался чмокающий звук разрыва. Он дотронулся до своей шеи, проверяя что там.
– Твои волосы?
– Да. Они будут душить тебя, пока ты имеешь меня, сладкий. – Мария расплылась в хищной улыбке. Она продолжала выгибать спину, ее белые руки легли на ее шею. Она торжественно смотреть на Осборна. Ее пальцы медленно поползли по ее шее вниз. Ниже. Ниже. Проводя подушечками пальцев по своей груди, она размазала свою красную кровь еще больше по белой коже. Получался рисунок красным на белом. Красным на белом.
Красное на белом. Повторял мысленно Осборн. Красное на белом.
Он жадно смотрел на танец ее пальцев. Те повели от груди вниз. Мария резко поднялась с трона и Осборн отошел чуть назад. Ветхая ткань ее разорванной одежды спала на пол, устланный ее белыми волосами. Те таинственно сверкали, отражая свет желтых свечей. Ее волосы двигались ленивыми волнами как голодные змеи. Запах орхидей разнесся по залу еще сильнее.
Янтарные глаза Марии загорелись желтым, дьявольским огнем. На красных губах едва заметная улыбка. Она так похожа сейчас на белую змею. Она словно танцует. Ее тело, более ничем не прикрыто. Оно полностью обнажено. Оно идеальное, словно у высеченного из камня ангела или инфернальной богини. Красные следы почти окончились на уровне ее пупка.
Осборн смотрит вниз, на ее неприкрытый треугольник повернутый вниз. Эта щель манит его как вход в таинственную пещеру, где он найдет сокровище. Он сглатывает голодную слюну, хотя глотать сложнее из-за удушающих объятий волос на горле. Кажется его горло начинает гореть. Его слуха касается едва уловимая песня, та же колыбельная, но тихая и далекая. А еще звук капающей вдалеке воды. Кап-кап.
Мария, медленно танцуя, укладывается на свои ползущие волосы. Все это время она продолжает смотреть в его глаза. Она словно гипнотизирует его. Она манит его движениями пальцев.
Красное на белом… красное на белом…
Красное опаляет и топит разум Николаса. Он то всплывает, то тонет. Ему кажется что в лице Марии прячется скрытая угроза. Но она манит его. Она смеется над ним. Она манит его раздвинутой щелью. Красное на белом…все красное на белом.
Повторяя это, Осборн снимает плащ-сюртук и откидывает его куда-то в сторону. Он опускается над Марией. Ее запах… он все сильнее зовет его.
Он расстегивает брюки. Он возбужден до предела. Его так и распирает от похоти. Его член встал на полную. Он не проверяет влажна ли она или нет. Он сразу входит в нее. Он вползает в Марию как змей в пещеру. И в этот момент он едва не кончает от избытка болезненного желания. Сквозь плену красного и белого он видит чей-то маячащий мрачный образ. Ему внезапно кажется что он Архитектор Кошмара, змей, который жил среди «Семи Царей Едома». Он вползает в нее своим хвостом.
Он не понимает кто холоден в этом соитии – он или она. Но красное продолжает поливать его белым. Запах орхидей удушает его. Ее волосы сдавливают его горло.
Он двигается вперед. Он скользит внутри. Туда… глубже. Она не девственна. Она кажется кем-то опорочена.
Мария… Мария…
Она стонет. Она вскрикивает. Ее покусанная грудь поднимается и опускается. И от этого не оторвать глаза. Так влажно. Но так холодно. Он шлепает ее по лицу.
Мария сладко стонет и всхлипывает слишком громко.
Она берет его руки. Одну кладет на окровавленную правую грудь, другую притягивает к своему лицу. Она берет его большой палец себе в рот. Лижет. Ласкает. Сосет. Водит языком.
Мария…
Он все повторяет ее имя. Все вокруг красное. Только ее грудь то поднимается, то опускается.
Он внутри нее. Он так глубоко опустился. Там влажно. Скользко. Но так все сжимается. Она сжимает его. Слегка разжимает. Сжимает. Как-будто сердце стучит. И его сердце стучит. Она все тянет к себе. Она душит его волосами. Он уже задыхается от похоти, запаха орхидеи, и сжатия волос на шее.
Еще. Он не закончил. Дальше. Двигается все быстрее. Она кричит. Она вскрикивает. Она стонет протяжно и слишком сладострастно. Да, Мария…да…да… ДА!
Он кончает в нее. Жар уходит из его тела, но ему этого мало. Его семя внутри нее. Но зачем останавливаться?
– Разорви меня… – требует она слишком громко. Он не ослышался. Она на самом деле это сказала. – Разорви мое чрево. Я все равно не умру. Я хочу почувствовать больше боли.
Мария протягивает ему, невесть откуда взявшийся ритуальный нож из черной стали. Осборн выходит из ее киски. Он берет нож в правую руку. Он облизывает нож и сталь холодит язык.
Он входит в анальный проход Марии. Там еще уже. И это сразу возбуждает его почти до эрекции. Но он сдерживает и проползает точками внутрь. Двигаясь неспешно, размеренными движениями, он подставляет нож к ее животу. Чуть повыше пупка. И, резко вонзает его.
Мария кричит. А затем смеется. А кровь из ее раны на животе понемногу стекает вниз, марая белые волосы. Те душат Осборна еще сильнее. И внутри Марии все сжимается. Он выдергивает нож и снова вонзает. И двигается внутри нее. Все кругом забрызгивается красным. Красное на белом… белое на красном…
10. Красное соитие, часть 2: начало тьмы
Осборн снова эрегирует, но только в ее анал. Он выдергивает нож из ее раны и отшвыривает его в сторону. Он ощущает себя ослабевшим, вымотанным. Он кажется сдулся.
– Все, ты так быстро ослаб? – сквозь томный стон спрашивает Мария. В ее глазах отражается сожаление?
– Я все еще человек, чего ты ждешь от меня? – хрипло спрашивает Осборн.
– Не спорю, ты еще смертен. У меня есть возможность помочь тебе, Николас. Отдайся мне сейчас, – она ждет.
Он молча выходит из ее нутра. Отпускает ее окровавленное тело. Его тело, руки и ноги ослабли. Они ватные и дрожат. Он опускается на колени рядом с ней. Похоже он перенапряг сам себя. Как было неосмотрительно вбухивать все свои силы. Все таки тело Осборна такое слабое…
Николас тяжело дышит. Он ложится спиной на пол. Волосы Марии по прежнему держат его горло. Они все еще сжимаются, не позволяя ему захватить слишком много воздуха. Что если Мария хочет убить его удушением?
Девушка поднимается на колени. Она вся в своей крови. Но несмотря на раны и сексуальное насилие, она кажется все еще сильнее его. Она берет его член пальцами правой руки. Ласкает. Водит вверх и вниз. Она пытается возбудить его. И от ее сладких прикосновений он все-таки встает.
Мария сладостно вздыхает. Она приподнимается над лежащим Осборном и садиться на него. Она всасывает его в себя. Осборн вздрагивает и хрипло стонет.
Почему она такая ненасытная?
– Я хочу кое-что рассказать тебе про Архитектора Кошмара. О моем создателе. – она склоняется над левым ухом Осборна. Она шепчет сладко. – У меня есть младшая сестра. Наш создатель любил нас больше всего. Он считал нас своим самым идеальным творением. Но начал он с меня, как с первой своей невесты.
Она громко дышала. Она сделала паузу в разговоре и простонала. Она двигала бедрами. Она сосала вагиной его член как конфету. Она взяла правую руку Осборна. Он слабо подчинился, ощущая себя затянутым в сизо-красную пелену.
– Затем… ммм… Архитектор Кошмара сделал со мной кое-что порочное. Но сказать тебе мой секрет сейчас, было бы бессмысленно! Он все равно слышит нас сейчас, и наслаждается созерцанием нашего акта! – она прерывалась на протяжный стон и продолжала свой рассказ. – Аааххх… в какой-то момент, в лесу меж древних руин, он подарил мне вечность… Ты тоже получишь эту вечность, от него, того кто родился еще до тех богов, которых знают сейчас. Ты познаешь тьму, что была до рождения бога, именуемого Антихрист. О, нынешние боги, они ничто в сравнении с ЭдлуАгаму!
На идеальном лице Марии расплылось блаженное выражение. Она все активнее сосала член Осборна, она целовала своими половыми губами его плоть. Внезапно она распахнула янтарные глаза и с силой прижала руки Осборна к полу. Так сильно прижала что пол слегка треснул. А Осборн вскрикнул от боли. Но сексуальное вожделение не давало ему выбраться из скользкой ямы. Он тонул все глубже. Он погружался в темную ледяную слизь. Тьма вокруг лизала его душу. Сознание Николаса сцепило ледяными когтистыми пальцами. Казалось внутри его черепа ползают и скребут эти самые пальцы.
Где-то вдалеке. В глубине ледяной тьмы, шевельнулась аморфная тень. Тень не имела определенных очертаний. И чей-то далекий мужской голос зашептал: – Впусти меня. Впусти меня, Николас. Ты более не принадлежишь себе. Ты испробовал Марию, мою сладкую дочь. Прими ее дар, который она хранит возле своего сердца. Она подарит его тебе… – голос смолк. Сквозь скользкую темноту Осборн увидел как Мария выгнулась. Ее кожа на правой груди разорвалась. Из кровоточащей раны выбрался маленький скорпион. Он слабо попискивал. Он был похож на новорожденное существо. Такое же слабое и беспомощное. Только в его маленьком хвосте наверняка есть яд.
Скорпион сполз по коже. Он быстро добрался до лица Осборна. Осборн хотел сопротивляться. Ему нечем дышать. Ему страшно. Но Мария держит его. Тьма и слизь держит его. Его душа тонет где-то посередине.
Скорпион подползает к его шее. Он разрывает клешнями кожу Осборна там, где меньше всего пут из волос. Он быстро и ловко вползает под кожу. И маленькие щупальца так и елозят внутри.
А затем наступает боль. Неописуемая боль. Она смешана с похотью. Она вымазана вожделением. Она разрывает его, холодит и сосет.
Он, кажется, умирает и в тоже время кончает. Он, кажется, хрипит и стонет. Аморфная тень из тьмы набрасывается на него. Это огромное и злое нечто оплетает его скользкими сетями. Оно вгрызается в его душу как паук и скорпион в одном лице. И ледяной голос говорит: – Теперь ты, это я, а я – это ты. Открой глаза и насладись Марией!