Текст книги "Давай останемся чужими (СИ)"

Автор книги: Яна Лесик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Давай останемся чужими

Глава 1

Бирка на новом свитере раздражающе натирала шею, еще сильнее портя и без того отвратительное настроение.

Короткий отпуск в чисто женской компании пришлось максимально сократить. Уже спустя полтора дня в окружении этих куриц у меня началась мигрень! Зачем я вообще в это вписалась?

В итоге я собрала вещи и под предлогом плохого самочувствия отправилась домой. Влиться в тусовку местных жен богатеньких бизнесменов у меня не вышло. Не мое это, совсем не мое.

Еще и свитер царапает загривок. Но не раздеваться же в такси?! Бесит все. И погода испортилась. Третий день мелкий дождь…

Дома я первым делом скинула куртку и стянула внешне очень даже симпатичный свитерок, зашвырнув это орудие пыток на комод в прихожей. И только тогда заметила Женькино пальто.

Странно… В это время он должен быть на работе.

Женские туфли на высоком каблуке я заметили лишь когда сама наклонилась расшнуровать обувь. Вот стояли бы они аккуратно, я бы может и не ощутила тягучего предчувствия чего-то нехорошего… Но туфли валялись в разброс, как и обувь моего мужа.

Я из тех людей, которым сложно бурно выражать эмоции. Особенно, когда они обрушиваются ревущим потоком и во множественном числе. Вот и сейчас я в растерянности не знала на которой эмоции остановиться: на злорадном «я всегда знала, что так будет»; на обидном и каком-то детском «у нас же все хорошо!»; или вообще наивно-глупом «а может они там чай на кухне пьют».

В итоге довольно спокойно, эмоционально отстранено, завязала обратно шнурки и прошла вглубь квартиры. Кухня – пусто… не чай. Зал – пусто. Ну твою-то мать!

Еще в нескольких шагах от неплотно прикрытой двери спальни я уловила характерные звуки.

Уже можно было и не смотреть… но глупая и иррациональная мысль: «а вдруг я не так что-то поняла?», подтолкнула меня заглянуть… А там картина маслом – какая-то блондинка скачет на муже. На моем муже. И его пальцы с напряжением впились в ее голую задницу.

– А-ху-еть, – оторопело выдохнула я по слогам.

Блондинка блохой отскочила на другой конец кровати, с чего-то стараясь прикрыться одеялом, а мой благоверный вскочил на ноги, нелепо прикрывая член ладонями.

– Блять, Марго! – вот у него с эмоциональным выбором явно все в порядке – растерянность, удивление и панику легко проследить.

Я не желала слушать нелепые оправдания или еще чего похуже. Резко развернулась и рванула на выход.

В каком-то диком помешательстве, чудом просто, додумалась захватить свою кожаную курточку и рюкзачок с мобильным и кошельком. А в лифте согнулась пополам, до боли прикусывая руку, чтоб не завыть.

Оказалось это больно. Очень. Словно что-то душу в клочья рвет.

И эта боль гнала меня подальше от этого места. Сбежать! Спрятаться! Отгородиться стенами, людьми, расстоянием… чтоб она никак не смогла до меня добраться.

В висках набатом билось: «За что?», «Почему?». И от непонимания не хватало воздуха дышать.

В себя пришла на первом этаже. Что дальше?

– Марго, соберись, – свой голос показался каким-то жалким и реветь захотелось еще сильнее.

К маме. Я поеду к маме. Больше-то, если честно, и не к кому.

На лицо наползла кривая, искаженная горечью усмешка. Мама никогда не любила Женьку. Принимала, да. Но не любила. Считала, что он мне не пара.

Столичный богатенький мальчик и простая провинциальная девчонка. Принц и нищенка.

Глава 2

Мой будущий муж был на последнем курсе в вузе, когда я только поступила… и чем-то привлекла его внимание. Красивый, холенный, богатый – по нему вздыхали все студентки и некоторые преподши тоже. А я же мечтала вырваться в большой город и вздыхала над учебниками и конспектами.

Сдалась я, когда Женька, уже выпустившись, так и не прекратил своих ухаживаний. А делал он это красиво… да и чего бы нет, имея столько возможностей?

Очень быстро я переехала с общаги к нему, а после началась совсем другая жизнь.

Вчерашний студент стал заместителем директора сети бутиков… что несложно, когда твой отец этот самый директор. Постоянные встречи, светские вечера, тусовки и новые знакомства, на которые Женька всегда брал меня с собой. Следом предложение руки и сердца…

Учеба быстро отошла на второй план, да и будущий муж настаивал, что мне эта байда не нужна. Не заставлял бросить, но мягко прогибал, отправляя на шоппинг, маникюр, фитнес, спа и повторял, что наиважнейшая моя работа – быть его любимой женщиной. Что его жене никогда не понадобиться работать и вообще… не стоит забивать этим голову.

Господи! Я шокировано схватилась за лицо ладонями.

Мама… она настояла, чтобы я закончила высшее. Приказами, угрозами, уговорами и мольбами.

Моя золотая мамочка. Тогда я не понимала и с раздражением смотрела на каждый входящий от нее, зная, что вновь будет вынос мозга. А теперь…

Пусть и без опыта работы, но хоть диплом есть.

И это все, что у меня есть… и что-то решать очень страшно. Вот так в никуда, без всего…

Предательски подгибала ноги надежда, что Женька все поймет, осознает, проникнется… а главное все мне объяснит. Так, как отлично умеет. Убедит в чем-то, что-то докажет, и я поверю… И все снова будет хорошо. Как еще вчера было.

Меня тошнило от этой слабости и низменных надежд.

Во дворе нашего элитного района растерянно осмотрелась. Все привычное и вроде родное уже, но я впервые почувствовала себя такой чужой тут…

Направилась в сторону выхода с огороженной территории, даже не сообразив вызвать такси. В голове был вакуум, при этом и безумный хоровод мыслей, образов, флешбэков из моментов счастливой жизни.

Наверное, я мазохист… Зачем иначе вновь и вновь возвращаться к этим воспоминаниям?

Остановилась в нескольких десятках метрах и сперва даже не поняла почему и зачем. Но быстро узнала Женькину машину. Новую. Дорогущую. Стоимостью с квартиру моей мамы… а может и больше.

Очень сосредоточено, не отвлекаясь на здравый смысл, огляделась вокруг и пошла выковыривать из земли самый маленький кусок ограждающего мини лужайку тротуара. Как назло, в этом районе все на редкость ухоженно, что раньше мне нравилось. Сейчас же раздражало, ибо даже бесхозного кирпича не найти.

Обрезанный, с виду небольшой, кусочек бетона оказался наполовину вкопан в землю и по итогу не такой уж и маленький. Руку оттягивал будь здоров как.

После стольких усилий банально швырнуть его в лобовое показалось неверным, и я сперва старательно приложилась к капоту. Послышался противный скрежет, но я не останавливалась и сосредоточено выводила огромные буквы.

В рюкзаке зазвонил мобильный, и я решила, что все. Хватит. Оглядела дело рук своих, вытерла тыльной и грязной стороной ладони мокрый нос.

Да пошел он! И кинула злополучный кусок бетона в лобовое.

Хана маникюру. А не полегчало ни капли. Даже немного совестно стало.

И да, надо вызвать такси.

На экране отображался входящий звонок от абонента «Любимый», а на капоте его новенькой машины немного криво и не очень четко, но вполне узнаваемо красовалось слово «ПИДОР».

Глава 3

– Билетов нет.

– Да как нет-то?!

– Вот так. Нет и все. А что вы хотели? За час до отбытия?

Я прижалась лбом к стеклу, отгораживающему меня от уставшей женщины. Достали ее уже дерганные пассажиры.

– Девушка, я ничем вам не могу помочь. Нет билетов. Совсем!

– И что делать? Мне очень надо…

Телефон вновь завибрировал, сообщая об очередном входящем.

Звонки не прекращались, лишь периодически прерывались сообщениями.

И да, я определенно душевно больной человек, иначе почему еще не внесла его в черный список и не заблокировала?

– Идите к поезду, может кто уступит свой билет. Спросите проводницу, она может подсказать к кому обратиться.

– Спасибо!

Направляясь к перрону, просмотрела очередное сообщение: «Ответь». Уже менее многословен.

Сначала были «Прости, поговори со мной. Нам надо во всем разобраться», вперемешку со всякими «Люблю, жить без тебя не могу, где ты»… Немного выбилось из общего потока «Сука! Машину нахрена?!», но позже вновь вернулось к «Малыш, плевать на тачку, где ты? Ответь мне».

Я получала какое-то извращенное удовольствие, не отвечая ему ни на звонки, ни на сообщения. И гордилась своей выдержкой.

Правда, чтоб и дальше не дать слабину, решила, что мне жизненно необходимо прямо сейчас покинуть город.

У одного из вагонов увидела эффектную женщину в форме проводницы и поспешила к ней.

– Добрый день! Помогите! Мне очень надо попасть на этот поезд. Деньги есть, может можно что-нибудь придумать? – никогда не умела строить умильные глазки и попрошайничать, но видно день сегодня такой… познавательный.

– Поезд полон.

– Но мне правда очень-очень надо, – уже со слезами посмотрела я на нее. – Мне нельзя тут оставаться!

– Что, от мужика бежишь?

– А… – даже слезы отошли на второй план от удивления.

– Да помню я тоже от одного на ближайший поезд спешила, так и познакомилась со своим бывшим машинистом, да проводницей стала… Давно это было, да…

Я вновь внимательно посмотрела на женщину. Вполне верю, такая могла. И от одного бежать, и другого в поезде найти. Высокая, фигуристая, но скорее из тех, кто и коня на скаку, и в избу горящую. Одна грудь чего стоит! Размера четвертого, если не пятого. При этом и талия прослеживается, да и нижние «девяносто» прилично так превышают стандарт. И с лица точный возраст не назовешь… Ухоженная, волосы темные в строгой прическе, брови черные вразлет и взгляд живой, горячий.

– Пока стоим иди в четвертое купе. Его один мальчик выкупил, может и договоришься, – доброжелательно посоветовала мне проводница. – Еще двадцать минут стоять будем.

– Спасибо! – чуть было не кинулась ее обнимать, словно уже все проблемы решились.

– Иди, иди, – пропустила она меня, а в спину я услышала ее меланхоличное, – может и еще о чем договоришься… Я так со своим третьим мужем и познакомилась.

Пропустила эти слова мимо ушей и поспешила к нужному купе, чтобы открыть его и увидеть… мальчика.

Замерла в проходе на несколько секунд разглядывая молодого мужчину лет тридцати. Телосложение спортивное. Волосы светлые, короткие. Глаза тоже светлые, ярко голубые, внимательно на меня смотрят.

– Девушка, вам чего?

Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями. Судя по очевидно недешевой одежде и фирменным часам (спасибо муженьку – разбираюсь), деньгами его вряд ли заинтересую.

– Помогите мне, пожалуйста, – решила давить на жалость.

Он приподнял одну бровь, при этом слегка наклонил голову к левому плечу, более внимательно меня разглядывая.

– И чем же?

– Понимаете, мне очень надо попасть на этот поезд, а билетов нет…

Глава 4

Говорить было сложно, так как я отлично представляла, КАК это выглядит со стороны. Он же внимательно на меня смотрел, не спеша приходить на помощь.

– Мне правда очень надо. Я выкуплю у вас одно место, хотите за двойную стоимость? Или за тройную? И обещаю быть идеальным соседом!

Вот четко очертанные губы тронула сдерживаемая легкая улыбка, да и в глазах сверкнули смешинки. А меня же уже готова была накрыть волна смущения, но в руке завибрировал телефон.

«Маргаритка, я очень тебя люблю. Это была дикая ошибка, я полный идиот. Поговори со мной, прошу».

Эти сообщения совсем мне не облегчали состояние.

Ошибка. У нас дома, на нашей кровати… Не верю, что он впервые и сразу так нагло…

– Хорошо, – послышался густой мужской голос, возвращая меня в реальность. – Но есть одно важное правило. Никакой еды здесь.

Я вновь посмотрела на серьезное лицо своего теперь уже попутчика. Интересно… где, по его мнению, я должна прятать продукты? На мне тонкая кожаная куртка на майку в обтяжку и маленький рюкзачок, куда едва кошелек помещается. Ну не в карманах моих джинсов же!

– Я просто не переношу запах съестного вне отведенных для приемов пищи помещениях, – неверно истолковал он мое удивление. Но лучше бы не пояснял.

Ненормальный какой-то.

Мобильный опять завибрировал входящим звонком от Любимого.

– Без проблем.

Черт! Ехать двое суток, налички не так много, а карту муженек быстро отследит… его же кредитка.

– Поезд скоро отчаливает, – вывел меня из потока дурных мыслей голос проводницы, – ну что, вы договорились?

– Да, – уже иначе посмотрела я на женщину. Вещей-то у меня нет…

– Вот и отлично. Меня зовут Надежда, и со всеми вопросами можете смело обращаться ко мне. Также в купе есть кнопка вызова, если возникнет необходимость в моем присутствии.

Она отправилась дальше проверять вагон, а я присела к окну. Моему невольному соседу кто-то позвонил, и я радовалась, что не надо поддерживать беседу. Было тошно.

Прижавшись лбом к стеклу, наблюдала, как медленно стал отдаляться перрон.

Пока спешила на вокзал, потом вся эта катавасия с местом – не было времени тонуть во мраке всего навалившегося. Боялась, что если останусь, то не сдержусь и встречусь с Женькой, а там… да уговорил бы он меня. Я знаю. Я его очень хорошо знаю. И люблю, несмотря ни на что.

Только сейчас эта любовь полынью отдает.

Он бы нашел слова и вел бы себя идеально, и я бы сдалась… Не хочу! Ничего теперь не хочу.

Делать вид, что ничего не было… И жить с ним дальше с такой ношей тоже не хочу.

Но как это оказывается больно – рвать себе душу, перечеркивая все года. И не года жалко, а те моменты любви и счастья, которыми они пронизаны.

Я зябко поежилась, поплотнее кутаясь в свою тонкую курточку. Сейчас была бы рада и тому свитеру с раздражающей биркой на воротнике.

Было холодно. Сперва я думала, что из-за погоды и мелкого противного дождика, но оказалось дело не в этом. Меня выстужало изнутри. Словно где-то рядом дементор и он вытягивает из меня всю радость, свет и тепло.

– Прости, по работе звонили, – отвлек меня мой случайный попутчик, напоминая о себе. – На чем мы остановились?

Я равнодушно прошлась по нему взглядом. Страдать и предаваться унынию хотелось больше, чем возвращаться вновь в реальность. Здесь холодно.

– Меня, кстати, Евгений зовут, – вот тут у меня не вышло сдержать короткого и немного истеричного смешка. – А тебя?

– Марго.

Он только опять бровью немного дернул, еще несколько секунд меня разглядывая.

– Ну что ж, Марго, – не дождался он от меня никакого намека на желание беседовать и решил сам проявить инициативу. – Дабы компенсировать некие неудобства, связанные с совместным пребыванием в одном замкнутом пространстве, приглашаю тебя в ресторан.

Это он насчет еды в купе? Какая доброта! Первым порывом было отказаться, но телефон опять завибрировал входящим звонком.

– А пошли, – немного резко подскочила, вынудив Евгения (преследует меня это имя что ли?) отпрянуть.

Вылетела из купе и чуть не сбила какую-то девицу.

– Аккуратней надо, – мазнула я взглядом по боевой раскраске, мини-юбке и шпилькам.

Перепутала ночной клуб и вагон в поезде? Впрочем, незнакомку я тут же выкинула из головы, отмечая мимолетно, что Евгений покинул наше совместное временное пристанище и следует за мной.

Глава 5

Вагон-ресторан был полупустым и очень даже опрятным. Чего не скажешь о ценах.

– У вас терминал есть? – спросила я подошедшую женщину, размышляя догонит ли Женька поезд, когда узнает, где я картой рассчитывалась?

– Я угощаю, – опередил официантку мой новый сосед.

– А… кхм, есть терминал. Закажете напитки, пока знакомитесь с меню?

– Коньяк есть? – отказываться от щедрости Евгения я не собиралась, как, впрочем, и есть что-либо.

Кусок в горло не лез.

– Армянский только.

– Тогда мне двойной и экспрессо, – закрыла я меню за ненадобностью и обратила внимание на Евгения.

– Мне черный чай с лимоном, – немного обескураженно на меня поглядывая, бросил об женщине. А когда та отошла, уточнил все так же не наблюдая за мной, – Не поздновато ли для кофе, и не рано ли для коньяка?

– Настроение такое, – покрутила я кистью в воздухе.

– А есть ты что будешь?

– Не голодна.

Я вновь достала телефон, как наркоман, что вроде и понимает все, но и остановиться нет никаких сил.

«Марго, ответь. Дай мне все объяснить. Я придурок, мне очень надо тебя услышать».

И буквально только что «Прошу, дай хотя бы знать, что с тобой все в порядке».

Придурок. Так и подмывало отписать: «Не дождешься!».

– Ну а я не собираюсь отказывать себе в удовольствии отведать местной кухни. Мне киевскую, пожалуйста, – вновь вернул меня в вагон-ресторан голос Евгения.

Оказалось, довольно шустрая женщина уже принесла чашки и бокал.

– Ну, за знакомство, – отсалютовала соседу коньяком и сделала маленький глоток.

Гадость редкостная, но горячей волне, что прокатилась по пищеводу, я обрадовалась. А вкус крепкого черного кофе перебил вязкое послевкусие.

– Так что ты делаешь в поезде, Марго? Ты не похожа на тех, кто часто путешествует таким образом.

– Ты тоже.

Его и правда было проще представить в салоне дорогого авто, чем во всех этих брендовый шмотках на потертых сидениях вагона-ресторана.

Евгений выглядел дорого. Совсем иначе, чем мой Женька, который создавал впечатление аристократа двадцать первого века.

У моего муженька была тоньше фигура, всевозможные рубашки с запонками и модная стрижка средней длины, где каждый волосок знал свое место.

Мужчина же напротив меня был проще, но при этом… Он определенно должен пользоваться женским вниманием. Я более пристально начала его рассматривать, открывая для себя новую сторону интереса.

За все года семейной жизни с Женькой я не рассматривала других мужчин… да никак. Мне никто был не нужен, и все они сливались в общий серый поток.

Теперь же я решила посмотреть на мир вокруг иначе, и начать можно с моего попутчика. Тем более, что посмотреть было на что.

Фигура мощная, плечевой пояс, да и руки явно свидетельствовали о том, что Евгений в зале близко знаком не только с беговой дорожкой. Белая майка оттеняла золотой загар и не оставляла простора воображению, совершенно не скрывая точеный рельеф мышц. Волосы тоже золотистые, светлее кожи и коротко стрижены. Сверху чуть длиннее, а по вискам короче. Лицо более грубое и мужское, не столь смазливо, как у муженька. Глаза яркие, голубые, внимательные… с лукавой смешинкой уверенного в себе человека.

И тут я поняла, что пауза затянулась, а Евгений самодовольно наблюдает, как я его разглядываю.

Стало неловко.

Я потянулась к бокалу, желая горечью перебить так некстати проснувшееся смущение.

– Так почему же поезд? – прервал неуютное молчание мужчина.

– К маме еду. Резко все произошло и времени не было… Да и эмоции.

– Случилось что?

– Случилось, – я отвернулась к окну, не зная, как реагировать на участие в его голосе. Да и врать не охота, а правду я точно не смогу произнести вслух. – А сам что?

– Я как раз довольно частый пассажир поездов. Работа все чаще вынуждает посещать другие города… а у меня аэрофобия. Кошмарная просто.

– Не переносишь запахи, боишься летать… сколько еще у тебя минусов?

– Есть парочка, – открытая улыбка его полностью преобразила, делая очень обаятельным.

Или мой пустеющий бокал.

– Повторите, – попросила я официантку, принесшую горячее.

Глава 6

Мне нравилось, что Евгений не доставал вопросами, не лез навязчиво, улавливая нежелание отвечать. И что воздержался от ненужных комментариев, лишь многозначительно посмотрел на мой новый бокал.

А теплее не становилось, несмотря на жар внутри. Только причина этого жара оставалась неясна… это коньяк, или злость, что стала подниматься в душе?

– Но плюсов все же больше, – вернулся он к разговору, стоило женщине нас обслуживающей отойти. – Расскажешь о своих? Что ты душа компании я уже понял.

– Неужели этого мало?

Несмотря на все происходящее в моей жизни дерьмо, я не удержалась от ответной улыбки.

Разговаривать с Евгением было легко, как и обмениваться незлобными подколками. Он чутко улавливал темы, на которые я не хотела говорить, и уводил нить беседы в сторону.

Я же не хотела говорить ни о чем личном. Ни о своем рассказывать, ни о его узнавать что-то конкретное. Меня устраивало оставаться поверхностно знакомыми, обсуждая смешные случаи, хобби, домашних питомцев или того нелепей – звезд и различные передачи с сериалами.

Второй бокал тоже опустел, как и тарелка у Евгения. А у меня крутился в голове вопрос, почему я даже мысленно называю его полным именем…

– Как коньяк?

– Средней паршивости, – немного приврала, так как второй бокал был определенно вкуснее первого, и уже казался совсем и ничего так.

– Тогда принесите второй бокал и бутылочку. И сырную нарезку еще, – сделал следующий заказ он.

– И еще чашку кофе и шоколадку, – дополнила я.

– Интересный у тебя ужин. Не боишься, что не уснешь?

– Не-а, на меня кофе так не действует. Спокойно могу перед сном пить.

– Меня он по утрам бодрит…

– По утрам и меня тоже.

Евгений принялся сам разливать янтарную жидкость по бокалам, а я вспомнила, что уже более часа не проверяла мобильный.

И резко захотелось посмотреть, что там. Пишет? Звонит? Как ранку поковырять – больно, противно, но и сдержаться сложно. Еще и коньяка этот блондин налил на один малюсенький глоточек, и тарелку с сыром ко мне подвинул.

– Ты хоть закусывай.

– Боишься, что напьюсь? – разворачивая шоколадку поддела его.

– Да нет, наверное.

Вечер был на удивление неплох…учитывая весь день. А могла бы сейчас реветь где-то в одиночестве. И виной этому был не коньяк… опьянения я не чувствовала, что было странно, учитывая лишь легкий завтрак ранним утром.

– Коньяк, кофе, шоколад… под цвет подбирала?

– Это вкусно. Очень. Хочешь попробовать? – подняла я в его направлении чашку с эспрессо.

А может все же я немного и охмелела.

– Не сейчас, – расслабленно развалившись на сиденье, покачивал он напиток в бокале.

– Значит нахваливать себя, рассказывая положительные стороны, не хочешь. Тогда говори минусы, – задорно улыбнулся он мне. – Как минимум два ты мне должна.

– Не помню, чтоб на такое подписывалась! Но ладно, расскажу. У меня тоже есть фобия…

– И какая?

– Я боюсь… – немного помолчала, отчего-то вновь смущаясь, – водить.

– Кого? Машину? – и на мой кивок задумчиво протянул, – А над моим страхом полетов ты еще смеялась…

– Когда это? Не было такого!

Время под коньяк и непринужденную беседу летело незаметно. Мы подшучивали друг над другом, но при этом пили мало. Даже пол бутылки не осилили.

Второй свой изъян я не согласилась называть, отговариваясь, что в остальном я идеальна. Мне было даже весело, а на ум кроме моего замужества больше ничего и не приходило.

Кольцо, кстати, после спа так и осталось в кошельке…

Степень своего опьянения я почувствовала на выходе из ресторана, когда вновь столкнулась с блондинкой в мини-платье. Той же самой.

Она тоже шла на выход и картинно начала падать, хотя я ее едва плечом задела.

Еще и руки-крюки с метровыми когтями театрально так к Евгению протянула, но… не везет ей что-то сегодня.

От столкновения меня тоже немного повело, и попутчик в этот момент ловил меня, чтобы удержать в вертикальном положении.

Девушка осела на пол, не дождавшись помощи.

– Ты нормально? – и убедившись, что стою самостоятельно, бросился поднимать эту… на шпильках. – Девушка, вы не ушиблись?

– Ой, нога болит…

Даже мне, немного покачивающейся, было понятно, что все у нее с ногами в порядке. Тоже мне, умирающий лебедь.

– Вы не проводите меня? – захлопала она своими опахалами, заглядывая Евгению в лицо.

– Вы же наша соседка, да? Евгений, помоги даме, я сама в состоянии дойти.

Я говорила спокойно, но отчего-то злилась. И эту парочку, с обвисшей на его плече девушкой, вперед пропустила. И как он ее за талию держит тоже отметила.

И зачем?