Текст книги "Оберег для царевича (СИ)"
Автор книги: Яна Епринцева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 9
– Борислав, ты дома? – раздался голос Ярополка. – И красавица твоя с тобой?
Парень подошёл ближе к окну, но высовываться наружу не стал.
– Чего тебе? Я занят, приходи позже! – крикнул он в ответ.
С улицы послышались насмешливые крики и хохот. Стук в дверь усилился.
– Пусть думают, что мы в доме, – тихонько сказал он Олесе. – Пока суть да дело, мы уже будем далеко.
– И чем же ты там занимаешься? – послышалось снаружи.
– Не твоё дело! – ответил Борислав.
– Признайся, как тебе удалось привлечь такую девчонку? Наврал ей, что из знатного рода? – снова крикнул Ярополк. – Не верь ему, красотка, это обычный самозванец! Спускайся лучше ко мне, вот я настоящий.
Рот Борислава скривился в привычной однобокой ухмылке. Девушка поняла, что напуская на себя равнодушный и независимый вид, он скрывает от посторонних глаз ту боль, которую причиняют ему угрозы и насмешки.
– Вовсе нет, я его просто так полюбила! – внезапно весело закричала Олеся. – И не тебе с ним равняться!
Страх, давивший на неё всё это время, рассеялся как дым. Она поняла – ничего Ярополк с ней не сделает. Особенно, когда рядом лес. Это в городе он хозяин, а туда Олеся больше ни ногой! Внезапно она осознала, что имел в виду Борислав, там, в подвале, когда удивлялся, что она не смогла скрыться от слуг Ярополка. Теперь она начала осознавать, как могла бы это сделать.
Возле дома опять послышался смех.
– Сколько ты ей заплатил за любовь? Не поверю, что на тебя можно польститься просто так, лицом не вышел! – снова крикнул царевич.
Он чувствовал себя хозяином положения, окружившись целой армией. И теперь не спешил добраться до своего соперника, видимо считая, что тому от него никуда не деться.
Борислав ничего не ответил. Он подтолкнул Олесю к потайной лестнице, а сам взял со стола свечу и зажёг её.
– Возьми свечку, там темно, – сказал он.
Девушка подчинилась. Она начала спускаться по шатким деревянным ступеням, держась одной рукой за стену, чтобы не упасть. В другой она несла свечу. Лестница была довольно продолжительной, она вела со второго этажа прямо в подвал.
Следом за Олесей шли Вера и Мила. Борислав спускался последним. Он опустил крышку люка, и лестница погрузилась в темноту, которую лишь немного разгонял огонёк свечки.
В подвале, куда они попали, стоял затхлый воздух, пахло сыростью и пылью. Это было маленькое помещение с низким потолком. В одной стене находилась дверь, а рядом на гвозде висел массивный ключ.
Борислав сразу же направился в эту сторону. Он схватил ключ, вставил его в замок и повернул. Дверь распахнулась. За ней начинался новый коридор. Там тоже царила темнота.
– Идём! Рано или поздно слуги Ярополка сломают входную дверь. Вход в подвал, думаю, тоже обнаружат, – сказал парень, ныряя в проход.
Он подождал, пока его спутницы войдут в коридор, и запер замок. Ключ он повесил на гвоздь с этой стороны двери.
Женщины послушно ускорили шаг. Они молча брели по подземелью, которое нависало над их головами тяжёлыми сводами.
Олеся едва дышала, она хотела поскорее выбраться на свежий воздух. Тесное помещение давило на неё. Ей было всё равно, что ждёт их снаружи, она мечтала лишь об одном – увидеть небо. Шли они довольно долго. За это время беглецы смогли отойти от дома на приличное расстояние.
Подземный коридор привёл их ещё к одной двери. Когда Борислав распахнул её, в затхлое помещение ворвался свежий воздух, наполненный запахом сена.
Олеся поспешила туда. Как только её глаза привыкли к солнечному свету, слишком яркому после мрака подземного хода, она увидела, что оказалась в конюшне.
В стойле жевала сено уже знакомая ей меланхоличная лошадь, которая радостно заржала, узнав своего хозяина. Девушка отметила, что животное выглядит очень чистым и ухоженным, а грива лошади заплетена в косы, перевязанные цветными лентами.
«Домовой холит и лелеет лошадок, а гривы заплетает в косы», – подумала она.
Олеся не стала задерживаться в помещении и выскочила на улицу. Оказалось, что конюшня находится посреди леса. Вокруг высились деревья, росли густые кусты, окружавшие маленькую постройку и скрывавшие её от посторонних глаз.
Ах, как хорошо здесь было! Олеся даже засмеялась от радости и закружилась на месте. Сладко пахло листьями и влажной землёй. Ноги девушки утопали в мягкой траве и опавшей разноцветной листве. Всё вокруг сверкало и переливалось под солнечными лучами. Лес был окрашен в такое безумие тёплых оттенков, что рябило в глазах.
Девушка почувствовала, как счастье заполняет её сердце и рвётся наружу. Она тихонько смеялась, кружилась, вдыхая полной грудью прохладный воздух. Подняв голову к небу, она смотрела, как сквозь листву деревьев на землю льётся свет. Она почувствовала, как жизненная энергия возвращается к ней, наполняя до краёв и разливаясь по телу горячей волной.
– Что ты как разрезвилась! Иди сюда и успокойся! – прикрикнула мать.
Олеся не обратила на неё никакого внимания. В детстве она часто впадала в такое же состояние безудержного веселья. Это случалось, когда она оказывалась в лесу, в поле или на лугу, и особенно часто на берегах ручейков и речушек. В такие моменты она была абсолютно счастлива и не желала возвращаться в деревню.
Часто её приходилось силой заставлять вернуться в дом или заняться каким-либо полезным делом. Сейчас она чувствовала то же самое. Ей было абсолютно всё равно, что говорит мать. Она не желала вновь принимать покорное выражение лица и безропотно выполнять приказания. Слова Веры, её недовольный вид утратили силу и больше не волновали Олесю.
Девушка уселась прямо в траву, с наслаждением ощущая прохладу её пожелтевших стеблей. Ей хотелось разглядеть всех букашек, всех маленьких жителей этих зарослей, поздороваться с каждой травинкой. Послушать, как лесные цветы шепчутся друг с другом, качаясь на тонких стеблях.
Краем глаза Олеся видела, как Борислав вывел лошадь и запряг её в повозку.
«Всё, сейчас придётся уходить с этой полянки. Ну, ничего, ведь мы поедем по лесу, под сводом деревьев. Я смогу смотреть на небо и чувствовать тепло солнечных лучей!» – подумала она, улыбаясь.
Одно только омрачало радость девушки – ей было непонятно, зачем отец надел ей на руку заговорённый шнурок. Да ещё и просил никогда не снимать. Неужели он желал ей зла? В это Олеся не могла поверить.
А вот Ярополк перестал её тревожить. Неожиданно для себя девушка осознала, что все прошлые заботы больше её не волнуют. Она поняла, что никогда не вернётся в город. И уж точно не будет работать в угоду Вере.
– Поехали, лесная красавица! – позвал её Борислав.
Олеся с радостным смехом подбежала к повозке и уселась рядом с молодым человеком. Ей хотелось быть поближе к нему, хотя прежней слабости она уже не ощущала. Мила и Вера тоже сели. Они выглядели удивлёнными и притихшими. Повозка тронулась и покатила по лесной дороге.
Сначала ехали в полной тишине. Олеся немного успокоилась и начала размышлять о произошедшем. Её беспокоила история с заговорённым шнурком. Также ей очень хотелось узнать, кто же такой Борислав. Девушка задумчиво разглядывала его, пытаясь определить особые черты, присущие разным существам не из мира людей. Она была уверена, что он на половину человек, но к какому виду принадлежит его вторая половина, понять не могла.
Мать и сестра сидели сзади и недовольно перешептывались. Что они говорили, девушку не волновало. Она с радостным удивлением разглядывала изменившийся лес, ожидая, что вот-вот над дорогой пролетит сказочная птица в ярком оперении, из ближайшего оврага высунет худое хитрое личико лесная кикимора, а леший захлопает и засмеётся.
Лошадка неспешно трусила вперёд, явно зная, куда направляется. Колёса, тихонько поскрипывая, плавно катили по дороге, усыпанной разноцветными листьями.
– Куда мы едем? – наконец нарушила тишину Вера.
– Ко мне в усадьбу, – ответил Борислав.
– И что мы там будем делать? Ты возьмёшь Олесю на работу? – продолжала допытываться женщина.
– Нет, я уже говорил, мне работники не нужны. Я возьму её в жёны.
Женщине этот ответ явно не понравился. Она нахмурилась и недовольно прищурила глаза.
– Не возьмёшь! Я своего материнского разрешения не даю! – воскликнула Вера. – Да и в усадьбу твою мы не хотим. Отвези нас в деревню!
Борислав повернул голову и посмотрел на неё, подняв одну бровь.
– Ты и твоя дочь мне не нужны. Можете отсюда отправляться в свою деревню, пока мы не отъехали слишком далеко.
От возмущения Вера потеряла дар речи. Она открывала и закрывала рот, не находя слов, чтобы ответить. Идти пешком в деревню она не хотела, но больше всего женщина переживала, что Олеся может отправиться с Бориславом, оставив их с Милой одних.
Парень повернулся к Олесе, которая крутила головой, стремясь рассмотреть каждую деталь в окружающем их лесу. Она не могла поверить своим глазам. Те милые, странные, а порой и жутковатые существа, населяющие мир её детства, вернулись. Они прятались среди листвы деревьев, выглядывали из травы, озорно подмигивая девушке. Ей стало понятно, что они никуда и не исчезали, просто их скрыло от неё колдовство заговорённого шнурка.
– Ты будешь моей женой? – спросил у неё Борислав.
Олеся пожала плечами. Она не знала, что ответить. Если раньше ей мешало колдовство, заставляющее видеть его в пугающем свете, то сейчас он уже не казался ей страшным и отвратительным. Наоборот, неведомая сила влекла её к нему. Но решиться вот так сразу ей было сложно. Всю жизнь за неё принимали решения, сначала отец, потом Вера. Хорошо поразмыслив, она пришла к выводу, что свадьба с Бориславом будет неплохим выходом из данной ситуации.
– Кажется, у меня нет выбора, – наконец сказала она.
Парень не стал с ней спорить и удовлетворённо кивнул.
«Я же давно хотела замуж и свой дом, вот мечта и сбывается. Всё лучше, чем работать кухаркой у чужих людей», – подумала девушка.
Вспомнив об утреннем разговоре с Бориславом, после того как развязалась заговорённая верёвка, Олеся обратилась к той, которую называла матерью:
– Матушка, помнишь цветной шнурок, который был у меня на руке?
– Помню, конечно. Почему ты спрашиваешь? – сказала та, с недовольством глядя на девушку.
– Он потерялся.
– Как? – Вера так и подскочила на месте. – Как потерялся? Не может быть! Найди его и надень немедленно обратно!
Олеся внимательно наблюдала за женщиной. Та явно знала что-то об этом шнурке и не желала, чтобы девушка снимала его с руки. Но почему? Ни за тем ли, чтобы подчинить её волю и заставить работать на себя?
Глава 10
Впервые за всё время она задумалась над тем, почему Вера не выдала её замуж за Пересвета. Да, сначала мать сослалась на то, что пропало приданое. Но парень готов был взять её и без денег, и родители его были на это согласны. Женщина же всё равно отказала.
– Зачем же, матушка? Для чего мне носить шнурок? Он уже истрепался, нитки истёрлись, не буду я его надевать.
– Что за разговоры? Это он тебя надоумил? – крикнула Вера, кивая на Борислава. – Надевай верёвочку и не спорь с матерью!
Девушка бросила взгляд на молодого человека. Она заметила, что тот внимательно прислушивался к их разговору.
– А вот не буду я надевать эту верёвку, она в доме осталась. Как теперь меня заставишь слушаться? – сказала она.
Вера побледнела. Она заёрзала на месте, не зная, что сказать. Видно было, что женщина испугалась.
– Что за верёвка? – спросила Мила. – Такая же, как у батюшки была? Ту, что он искал перед смертью?
– Да, заколдованная верёвка, которой связали мою волю, – подтвердила Олеся.
– Не выдумывай! – крикнула Вера. – Это простое украшение. Зачем мне тебя неволить?
Олеся пожала плечами:
– Это я у тебя хотела узнать. Зачем вы надели её на меня? Зачем батюшка носил такую? Он тоже был не из мира людей?
Вера захлопнула рот. Лицо её застыло, как маска. Женщина отвернулась, уставившись в одну точку. Олеся поняла, что не сможет добиться от неё ни слова. Да ей уже было всё равно. Она не хотела больше выполнять её приказы. Более того, она была уверена, что не сможет подчиняться матери, даже если захочет. Та жизнь, на которую она её обрекала, была противна Олесе, и возвращаться к ней она не собиралась.
– О чём вы говорите? Ничего не понимаю? Кто не из мира людей? Ты и батюшка? – удивлённо проговорила Мила.
Ей никто не ответил. Все были погружены в свои мысли.
«Почему она так поступала со мной? Зачем отказала выбранному батюшкой жениху? Зачем против воли отправила в город? Почему сейчас противится моему замужеству, а хочет вновь пристроить меня работать кухаркой и оставить в старых девках? Разве так выглядит материнская забота?» – думала Олеся.
Впервые она посмотрела на отношения с Верой со стороны и была удивлена и подавлена тем, что увидела. Мать никогда не обнимала и не целовала её как Милу. А только заставляла выполнять всю работу по дому. Неужели парень прав, и она ей не дочь?
Мысли девушки скакали и путались, ведь столько всего произошло за последние сутки, что осмыслить всё сразу было непросто. Олеся размышляла обо всём, что случилось, пытаясь понять, кто же она есть на самом деле.
«Всё так запуталось! Кто из нас человек, кто нет? Как я могла не догадываться о своём происхождении, но при этом сразу догадаться, что Борислав наполовину дух? И как он может быть сыном потустороннего существа, если его отец царь?» – размышляла она.
– Ты, правда, царевич? – спросила она у молодого человека.
– Как царевич? – раздался одновременный возглас Веры и Милы.
Борислав засмеялся и подмигнул Олесе.
– А как же, самый что ни на есть! Царь батюшка признал вторым наследником после Ярополка.
Женщины, сидящие за спиной у Олеси и Борислава, возбуждённо зашептались между собой. Какого поворота они никак не ожидали.
Мила, которая обычно не осуждала действия матери, так разволновалась, что воскликнула:
– Вот видишь матушка! Не отдала Олеську за Пересвета, и что? Была бы крестьянкой, а теперь выйдет за царевича!
Мать отмахнулась от неё. Подавшись вперёд, она обратилась к молодому человеку:
– Что же ты собрался жениться на крестьянской дочке? – недоверчиво спросила она.
– А мне крестьянка в самый раз. Мать-то моя была кухаркой, – ответил парень. – А вы как будто не слышали мою историю? Весь город косточки моет, так и этак перетирают.
Мила и Вера снова зашептались. Историю незаконного сына царя они тоже слышали. Но не знали никаких подробностей. Главное для них было то, что царевич должен был обладать внушительным богатством.
Вера с каждой минутой волновалась всё больше. Она приложила столько усилий, чтобы не дать Олесе выйти замуж. С большим трудом она отвадила Пересвета. И боясь, как бы девушка не сбежала к нему без её позволения, отправила в город, устроив кухаркой.
Место для неё женщина подыскивала очень тщательно, ведь молодой хозяин мог польститься на смазливое лицо и ладную фигуру. Потому вместе с сестрой, живущей в городе, они отыскали древнего старикашку, у которого к тому же не было сыновей. Жалование он платил маленькое, но деньги в данном случае Веру интересовали меньше всего. И вот теперь все её старания пропали даром. Мало того что Олеся собралась замуж, так ещё и за богатого и знатного человека.
– Так ты тот самый незаконнорожденный царский сын? – спросила женщина. – Тогда тем более не пара тебе Олеся. Отвези нас домой в деревню, а дальше мы сами разберёмся.
Борислав пожал плечами и сказал:
– Сегодня же вечером в вашем доме будет Ярополк со своими слугами. Хотите домой – идите. Но Олесю я вам не отдам.
Обернувшись к Вере, он пристально посмотрел на неё. Женщина испуганно съёжилась под его взглядом и побоялась продолжать спор. Она осталась сидеть на своём месте, не делая больше попыток вернуться домой. Но в голове у неё крутилась только одна мысль, как бы развести девчонку с настойчивым женихом.
Повозка быстро катила вперёд по лесной дороге, оставляя позади и город, и близлежащие деревушки, в одной из которых раньше жила Олеся.
Ехать пришлось долго. Несколько раз парень делал остановки, чтобы лошадь отдохнула, а потом они продолжали путь. Последний раз останавливались вечером.
Солнце закатилось за деревья, оставив розовый след среди облаков. На ещё светлом небе вспыхнула первая вечерняя звезда.
Немного похолодало. В воздухе запахло сыростью и палой листвой.
Борислав устроил стоянку вдали от дороги. Он распряг лошадь и отвёл её напиться к небольшому роднику. Костёр разводить не стали. Поужинали хлебом и квасом. Всё делали в полной тишине.
Мила и Вера испуганно жались друг к другу. Они никогда не оставались на ночь в лесу, их пугала темнота, окутавшая деревья, крики птиц, шорохи и скрипы.
Олеся в лесу тоже не ночевала, но не боялась этого. Наоборот, она мечтала отправиться в самую чащу, туда, где не встретишь ни одного человека. Ей хотелось услышать шёпот ночного леса, слиться с ним, став частью этого загадочного мира.
Девушка отошла от стоянки. Её влёк к себе звон близкого ручейка. Она двинулась вперёд на звук воды и побрела вдоль берега. Олеся слышала, как мать зовёт её обратно, но не обратила на это внимания. Что-то особое, неведомое тянуло её подальше от людей.
За деревьями девушка увидела полянку. Вся она сверкала зелёными огоньками, которые кружились и мерцали, как маленькие звёздочки. Посреди поляны стояла женщина. В тусклом свете её лицо казалось белоснежным, что особенно было заметно в контрасте с чёрными волосами.
Таинственная незнакомка была одета в белое платье, украшенное цветами. Сначала Олеся подумала, что это искусная вышивка, но подойдя поближе, поняла, что цветы живые.
– Иди сюда моя красавица, – позвала женщина и протянула вперёд руки.
Девушка, как зачарованная, подалась к ней. Она узнала мягкие черты лица и звенящий ручейком голос. Это была одна из добрых лесных жительниц, которые заплетали ей косы в детстве.
Женщина обняла Олесю и, прижав к себе, ласково проговорила:
– Ты сняла заговорённый шнурок. Я так рада, что могу снова видеть тебя.
– Кто ты? – спросила девушка, всматриваясь в белое лицо.
– Берегиня. Неужели ты нас не помнишь? С самого детства мы с сестрицами качали тебя на руках, пели тебе колыбельные и берегли от бед и несчастий.
Олеся встрепенулась. Смутные воспоминания обрели чёткие очертания. Тихая песенка, звенящая, как лесной ручей, до сих пор слышалась ей во снах, оставляя на утро лишь горькое чувство утраты чего-то ценного.
– Помню… – задумчиво протянула девушка.
– Мы просили твоего отца отдать ребёнка нам. Ведь ты дочка нашей сестрицы, наша чудесная девочка с живой душой! Но он не отдал.
– Значит, это правда? Я дочка берегини? Расскажи мне всё, пожалуйста! Мне очень нужно знать!
Красавица усадила Олесю на мягкую траву. Сама же, лёгкая, как пёрышко, опустилась рядом. В руках у неё появился резной гребешок с редкими зубьями. Женщина расплела косу девушки и принялась расчёсывать её длинные тёмные волосы.
– Наша сестрица полюбила парня из деревни, – начала свой рассказ берегиня. – Её можно понять, он был очень хорош собой. Все мы любили наблюдать за ним, прячась в листве деревьев. Это был добрый парень. Никогда он не ломал веток, не охотился, и очень любил лес. Волосы его были цвета спелых колосьев пшеницы, а глаза синие, как васильки.
– Это был мой батюшка? – тихо спросила Олеся.
– Да. Сестрица подошла к нему, когда он уснул на лесной полянке. Она так захотела прикоснуться к его золотым волосам! Но как только она протянула руку, парень проснулся и поймал её. Человек тоже влюбился в нашу сестру. Целый год длилось их счастье. Много часов днём и ночью проводили они вместе в тишине прохладного леса. А потом случилось беда – сестрица погибла.
– Но почему? – воскликнула Олеся.
– Родила тебя и умерла. Все свои жизненные силы отдала она ребёнку от человека. Твой отец был безутешен. Никто в лесу не мог смотреть на его страдания, даже злые духи не смели приблизиться, чувствуя глубину его несчастья. Мы думали, что он умрёт от горя. Если бы не маленькая дочка, так бы и случилось. Он забрал ребёнка и унёс в деревню. Начал сам растить тебя, а потом женился на человеческой женщине.
Олеся задумалась. Если Вера ей не мать, тогда понятно, почему она не любит её, почему не желает счастья.
– А чтобы не чувствовать любовь к берегине, твой отец пошёл к колдуну. Тот надел ему на руку заговорённый шнурок, – продолжала между тем лесная красавица. – Он заставил его навсегда забыть о своей любви, но при этом вызывал отвращение к природному волшебству, делая любые проявления мира духов непривлекательными и уродливыми. Когда ты подросла он и тебе надел такой же. Боялся, что ты уйдёшь в лес. Хотел сделать тебя человеком, выдать замуж и забыть о твоём происхождении.
– Ты не знаешь, почему умер мой отец? – спросила Олеся.
– Он потерял заговорённый шнурок. Горе, которое он отгораживал от себя колдовством, долгие годы копилось в его сердце, а после освобождения от чар вырвалось наружу.
Ещё долго сидела Олеся на полянке и говорила с лесной берегиней. Та расчёсывала длинные косы девушки и вплетала в них душистые цветы. В тот миг Олесю нисколько не удивляло, что в волосах у неё появились весенние и летние цветы, хотя они уже давно отцвели, ведь на дворе стояла осень.
Звёздочки одна за другой загорались в темнеющем небе, и скоро всё оно было усыпано блестящими точками. Лес вокруг преобразился. Он украсился разноцветными огоньками. Они медленно кружили над полянкой, падали в траву и вновь поднимались вверх, вспыхивая цветными искрами.
– Домовой идёт за тобой! – воскликнула вдруг берегиня.
