Текст книги "Фейсбук с привкусом Лубянки"

Автор книги: Ян Станкевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Метаморфоза личности в Фейсбуке

Один мой хороший знакомый, поэт, ведущий радиопередачи на протяжении вот уже более пятнадцати лет, завел себе аккаунт в этой социальной сети. Я бы наверняка и не заметил его, если бы не рекомендации друзей (вот, кстати, еще одно новшество Фейсбука – вы можете рекомендовать своим друзьям своих же друзей, если они до этого времени не подружились).

Итак, мой знакомый, человек достаточно степенного возраста, завел аккаунт. Спустя некоторое время я встретил его в сети. Почитал его темы, его комментарии, ответы на комментарии. И – ужаснулся. Вместо вполне успешного, уверенного в себе профессионала радио, вместо признанного на самом высоком и на самом низком (позволю себе и так выразиться) уровне поэта, вместо интеллигента передо мной была некая серая, загнанная личность, которая подобострастно пыталась всем угодить, всех помирить, снять напряжение в диалогах. Юлила, нервно хихикала и, очевидно, была противна самой себе.

Черт, что же произошло?

Или это просто сеть открыла в нем настоящего человека?

Да нет же. Настоящий был другим. В меру смелым, мягким, не несгибаемым, уступчивым, но не предателем собственных идей.

Так что же произошло?

Знаете, одним предложением можно так ответить на этот вопрос: балерины какают не бабочками.

Поясню. Создаваемый нами образ всегда идеальнее реально существующего человека. Более того, всякому создаваемому образу мы придаем черты, которыми он не обладает, и одновременно лишаем его признаков, скажем так, приземленности, человечности.

В мою бытность студентом был один примечательный случай, который потряс меня до глубины души так, что запомнился на всю жизнь. И, признаюсь честно, из того случая я кое-чего взял для своего опыта и успешно использовал, будучи отцом сына-подростка.

А было так.

Мой однокурсник, сосед по комнате, был типично книжным мальчиком: романтиком, жаждущим чистых, идеальных отношений, боготворившим девушек и женщин. Над его наивностью мы посмеивались до той поры, пока он не влюбился. И влюбился без самой малой надежды на взаимность. Он обожествлял свою избранницу, все попытки доказать ему, что она – вздорная, своенравная, эгоистичная и разбалованная девка, не приносили успеха. Он твердил лишь о том, что мы ее не знаем. Все было бы ничего, но парень ушел вразнос: все деньги он тратил на свою избранницу – водил в кино, угощал мороженым и кофе, покупал конфеты и цветы. Похудел страшно, забросил учебу. Ужас всего происходящего был еще и в том, что его избранница прекрасно поняла выгоду своего положения и в буквальном смысле использовала нашего друга. Он влез в долги, дни и ночи напролет думал только о том, чем бы еще угодить своей любимой. Короче, парень реально слетел с катушек.

И тут в дело вмешался старшекурсник, с которым мы жили по соседству и который по доброй воле опекал нас. Однажды вечером, когда мы за картами засиделись далеко за полночь, явился с очередной прогулки наш романтик. И тут старшекурсник приступил к нему с допросом: любишь, да? Наш романтик в уже надоевшем нам возвышенном стиле стал охотно рассказывать старшекурснику о девушке. Тот выслушал его молча, снисходительно улыбаясь, а в конце неожиданно спросил: ты можешь представить свою любимую в любом месте? Конечно, был ответ. Но только не в пошлом, не надо, мол, наговаривать на нее разные гадости, что-де она с кем-то еще целуется. Да нет же, ответил старшекурсник. Зачем нам пошлости и то, что она не делает или, возможно, делает. Ведь она же человек, так? Как все люди, правильно? Она кушает, правильно? А это значит, что она и какает. Вот представь свою любимую на унитазе…

Нужно было видеть лицо романтика. Вначале он заморгал от неожиданности. Он не мог отрицать очевидного, он не мог сейчас сказать, что на его любовь возводят напраслину: любой человек, естественно, ходит в туалет. И писает, и какает. А потом в его глазах отразился мыслительный процесс: мы видели, что он пытается представить… Представил – и убежал из комнаты. Когда он вернулся, мы тактично не затрагивали тему его влюбленности. Спустя дня три наш романтик стал вполне адекватным студентом. И вечером, благополучно распив несколько бутылок пива, мы слушали его веселые откровения, полные, глядя с сегодняшнего опыта, глубочайшего смысла. «Для меня это было не то чтобы откровением. Я просто никогда не думал об этом. Она существовала для меня в каком-то таком свете, где нет напрочь всей этой физиологии. И вдруг я представил… да, я действительно представил. Но не это меня потрясло, а другая мысль, которая возникла вслед за картинкой: если вы здесь правы, если я был слеп, значит, все другое тоже может быть правдой! И я посмотрел на нее, вот как будто из того туалета. С точки зрения возможности всех тех отрицательных качеств у нее. Собрал воедино все факты, складывал их один в один, как пазлы – и получилась картинка. Настолько цельная и правдоподобная, что отрицать ее мне в тот момент практически значило отрицать присущую ей физиологию…»

Главная проблема личности, которая попадает в сеть, заключается в том, что она становится на один уровень со всеми остальными сетюлями. Какими бы качествами эта личность ни обладала, заведя свой аккаунт в Фейсбуке, она превращается в рядового пользователя. И ей практически с нуля нужно будет завоевывать свой авторитет, несмотря на тот вес, который она занимает в реальной жизни.

Личность не может рассчитывать на помощь и защиту друзей, с которыми она дружна в реале и аккаунты которых есть в Фейсбуке. Целая стая пользователей, уже скрепленных невидимыми нитями взаимодействия, готова броситься и разорвать любого, кто вздумает противиться устоявшимся традициям. Отличие этой стаи от ваших реальных друзей, которые присутствуют сейчас с вами в сети, в том, что стая применяет в своей жизни сетюлей те приемы и методы, которые вы в реальной жизни считаете грязными, недопустимыми, аморальными.

Мой знакомый поэт позже рассказывал мне, как он был буквально ошарашен, когда явная студентка в ответ на его миролюбивое замечание ответила не просто грубостью, а оскорблением. Он просто растерялся, он не знал, как поступить в сети в таком случае. Потому что в реальной жизни он никогда не встречал ничего подобного! Дальше – больше. В одном из диалогов он одержал со своей точкой зрения верх над оппонентом, своим бывшим студентом (поэт некогда преподавал в университете). И этот бывший студент в ответ вдруг вспомнил какой-то нелепый случай из личной жизни поэта, случай неприятный. Там поэт вовсе не блистал своим остроумием и мудростью… Дальше – больше. Сетюлям из компании студента пришлась по душе затея с воспоминаниями. И в самое короткое время поэт узнал о себе столько «нового», что ему было стыдно читать строчки на мониторе. Его раздели, его душу буквально вывернули наружу, засветили лампами, просветили рентгеном. Бывший мудрый, эрудированный преподаватель, интеллигентный мужчина, талантливый поэт превратился в лысеющего старикашку, боязливого неудачника, недотепу и подкаблучника в личной жизни.

Мне сейчас трудно сказать, что удерживало моего поэта дальше в сети. Возможно, изо всех сил он пытался восстановить свое доброе имя, показать сетюлям свое истинное лицо, но скорее он пытался стать своим – одним из них, чтобы быть принятым в сетевое общество. Сеть показалась ему кипящим котлом истинной жизни – и он искал в ней вдохновения, собственной самореализации… Впрочем, мы сейчас не о нем.

Говоря о метаморфозе, которая происходит с человеком, с превращением его в сетюлю, нужно вспомнить и еще об одной аксиоме из общих правил человеческих отношений. Она звучит приблизительно так: степень значимости человека определяется его доступностью.

Доказательством здесь выступает вся история монарших личностей. Помните фараонов Египта? На них простым людям нельзя было даже смотреть, как нельзя смотреть незащищенными глазами на солнце. Сегодняшний пример – английская королева. Ее появление на людях превращается в Англии в небывалое событие, равное солнечному затмению. А уж если Ее Величество снизойдет до посещения какого-либо собрания, последнее приобретает значимость исторического.

И обратный пример – бывший президент России Медведев. Можно говорить о разных причинах его низкой популярности в стране. Но факт заведения им своего блога вызвал тысячи анекдотов по всей стране и за ее пределами. Фразу «Медведев завел блог в твиттере» народные юмористы тут же превратили в неумирающий шедевр: «Медведев завел блох в свитере». Для многих сотен тысяч сетюлей Медведев стал одним из сотен тысяч. Он стал блогером, сетевиком, сетюлей. Его фразы копировались, на них отвечали: едко, зло, иронично. Неважно, что сам Медведев находился как бы в отстранении от этих обсуждений. Важно было само это существование его блога. Любой и каждый сетюля мог комментировать слова президента России (пусть даже совершенно в другом месте), как ему заблагорассудится, в меру своего ума и фантазии. То есть Медведев только одним фактом заведения своего аккаунта поставил самого себя на один уровень со всеми сетюлями.

Одно из качеств сети Фейсбук – она нивелирует реальность бытия истинного. Она всеми своими возможностями пытается лишить и лишает каждого из сетюлей важности и значимости достижений жизни вне ее пределов. Каждый, вступающий в это сетевое сообщество, должен понимать, что рано или поздно, через месяц или через год, но он приобретет новые качества для успешной «жизни» здесь, в Фейсбуке. Зачастую вполне нормальные, человеческие качества, которые нужны были каждому для нормального, в пределах этики, общения, трансформируются, становятся уродливыми, неприемлемыми для реальной жизни.

В Фейсбуке нормой становятся ответы в стиле Шуры Балаганова: «А ты кто такой?!» Здесь нормой является маленький и быстрый укол из-за спины воспоминанием о сюжете из личной жизни десятилетней давности. Для всех сетюлей действует одно неукоснительное правило, суть которого не единожды слышали вы в американских боевиках, где бравые полицейские зачитывают (так ведь положено по закону) арестованному его права. И одно из этих прав гласит: «Все сказанное вами может быть использовано против вас». Мир сетюлей с восторгом применяет это правило. Вы с кем-то поделились о своем первом неудачном сексуальном опыте? Будьте готовы к тому, что рано или поздно, в самый не подходящий для вас момент, вам укажут на вашу несостоятельность как сексуального партнера.

Подленькое предательство вчерашнего якобы друга, с которым делились в чате своими соображениями по поводу общего знакомого, – в порядке вещей. В мире сетюлей не существует понятия уважения к возрасту, здесь правит бал однажды произнесенный лозунг «В Сети возраста нет!». И женщина может услышать весьма фривольные замечания в свой адрес от юнца, который годится ей в младшие сыновья.

«Бан», или блокировка пользователей всегда малоэффективна. Если вы пришли в Сеть – вы принимаете ее правила. А эти правила требуют от вас как можно большего круга общения, активности.

Попытка самореализации

В принципе эта часть является полноправным продолжением предыдущей – мы станем также говорить о тех метаморфозах, которые происходят с личностью в сети. Но все же отличие есть. Если выше мы говорили о том, как меняется человек под неумолимой силой Фейсбука, диктующего ему свои новые правила поведения, то сейчас мы посмотрим на то, как человек сам готов меняться, используя те условия, которые ему дает сеть.

Вспомним еще раз нашего поэта. Я не стал подробно останавливаться на том, почему он не ушел, каковы были причины его нахождения в сети. И вот сейчас мы поговорим с вами о тех будто бы преимуществах, которые дает сеть.

Речь идет о самореализации, вернее – о попытках стать кем-то иным, получить в глазах других значимость, измениться. Именно это качество сети притягивает в нее многие тысячи новых и новых пользователей. Кроме всего прочего сеть дает возможность уникальную по сравнению с живым общением – разнесенный во времени диалог.

Да, все тайное в сети рано или поздно становится явным. Но тем не менее у каждого нового пользователя, решившего пребывать в сети инкогнито, есть несколько месяцев, а то и больше времени для того, чтобы быть здесь, в сети, другим.

Человек становится сетюлей по своему собственному желанию.

Вот он идет по улице – скромный, даже зашуганный, презираемый своими товарищами, прыщавый школьник-очкарик. Он был дважды влюблен в разных девочек из своего класса, оба раза его ухаживания с насмешкой отвергались, оба раза он был буквально раздавлен своими бедами. Этот мир стал для него злобным монстром, он в этом мире – маленький гадкий червяк, которого не растаптывают только из чувства брезгливости. Очкарик приходит домой, разогревает в микроволновке макароны с котлетой, ест без аппетита. Но чем дальше от него часы последних уроков, чем дальше воспоминания о дороге из школы – тем светлее его лицо. Быстро смахнув под горячей струей воды тарелку, он спешит включить компьютер. Он входит в сеть. На его аккаунте вместо личной фотографии – беспощадные глаза волка. Его имя – Арктур, а не Ленечка.

Арктур ведет долгие разговоры в сети с девушками старшего возраста, препирается со взрослыми мужчинами. Он готов обсуждать модель устройства вселенной, рецепт приготовления шашлыка, эффектность и эффективность новых поз в сексе. Арктур легко и непринужденно беседует с очередной красавицей в чате, выслушивает ее рассказы об одиночестве и готов составить ей компанию, как только у него получится вырваться к ней в город. Вы – девушка и вы всерьез заинтересовались таким милым и галантным, остроумным собеседником? Вам уже скучно без него? Ваши отношения все откровеннее, в них трепещет нежность и теплота? Вы готовы поделиться с молодым человеком своими сокровенными мыслями? И вы уже отправили ему несколько своих фотографий в стиле топлес? Арктур и вправду душка, он оценил не только фигуру, но и само фото (что-то сказал про заваленный горизонт какой-то…). Ему хочется увидеть вашу фотку в стиле ню. Почему бы и не показать? Можно сфотографировать себя телефоном. Будет очень интересно даже…

Арктур получает такие милые и домашние фотографии вашего обнаженного тела. И вам никогда не поверить в то, что, пальцем одной руки выстукивая на клавиатуре вам ответ о «мягкой и женственной форме», он в это время ошалело мастурбирует другой рукой, пожирая глазами увеличенное во весь экран фото вашего лобка.

Сеть дала возможность застенчивому, загнанному Ленечке превратиться в мачо Арктура.

Точно так же превращается в развратную девицу тихая и неприметная школьница. Так презираемый всеми в коллективе врун и лодырь, хам и грубиян становится в сети интеллигентным собеседником.

Люди превращаются в сетюлей.

Откуда у сети такая возможность? Почему сетюля может долгое время жить своей жизнью без боязни быть раскрытым?

Первое и самое главное – тот самый разнесенный во времени диалог в чате, возможность отвечать в любое удобное время, ставить комментарии и отвечать на них тогда, когда заблагорассудится. Вам нужно подумать над ответом? Прекрасно, кто вас может заставить отвечать тут же? Вы могли отойти от компьютера – кофе заварить или просто в туалет, покурить, отвечать на звонок и так далее. И значит, у вас есть куча времени. Например, для того, чтобы заглянуть в Википедию и удивить милую собеседницу названием того самого храма в Индии, где находятся барельефы с изображением сцен плотской любви. Или быстренько прочесть биографию Гумилева (Есенина, Толстого, Шекспира), или найти точное значение количества танков, участвующих в Курском сражении с обеих сторон. У вас есть время и есть Интернет – значит, у вас есть возможность в следующем ответе выглядеть эрудированным, умным и знающим человеком, показать, что вы «в теме».

То же время дает вам возможность трижды продумать свой ответ, написать и перечитать, поправить, исправить, дополнить. Найти нужный тон и аргументы, сверить его с вашей легендой, чтобы невзначай не выдать себя.

Второе и не менее важное – вы остаетесь невидимым для собеседника.

Вспомните своих родителей, а еще лучше – бабушек и дедушек. Вот они-то любили при случае попросить вас смотреть в глаза. Рассказываешь им что-то, а они в ответ: «На меня смотри».

Глаза всегда выдадут ложь. Очень мало людей умеет врать, как говорят, и не краснеть. Ложь очень легко определить именно по глазам, по выражению лица. Вспомните самих себя: вам куда тяжелее сказать что-то человеку в глаза, нежели позвонить ему и высказаться. Нахождение человека рядом с вами, визуальный контакт с ним заставляют вас быть максимально собранным. Ложь в таком случае – это ваш личный душевный дискомфорт, вы стараетесь избегать его. И лжете в телефонную трубку.

Но и телефонная трубка требует определенного душевного и духовного труда. Интонация голоса, потребность говорить в определенной тональности не даются легко.

Всего проще – написать.

Вот что интересно уже из собственных наблюдений. Когда-то (Бог ты мой, как же это было давно!) я еще писал письма обыкновенной ручкой на обыкновенном листе бумаги. И это было совсем не просто. Приходилось думать над каждым предложением, подбирать слова. А сейчас – куда проще. Ведь до момента нажатия кнопки «отправить» у вас всегда есть куча времени, час и даже сутки. Вы можете черкать хоть сто раз написанный текст – это так просто нынче. Это ведь не в письме, написанном от руки. Там зачеркнутая и старательно замаранная фраза будет воспринята собеседником как нечто особенно интересное. Помню, как я сам старался разобрать подобные места в письмах, которые получал.

И третье, что делает возможным оставаться в сети не собой, но кем-то. Это факт глубокой интимности действа. Только вы знаете о том, кто вы есть на самом деле. Никто не следит за вами, не стоит за спиной. Это дает возможность полного раскрепощения во всем. Вы можете фантазировать, лгать, придумывать. Вас никто не упрекнет, а если случится, что задуманный вами герой не очень получается – его можно легко и непринужденно «убить».

Любая сеть, и Фейсбук в том числе, дают возможность не жить, но играть избранную роль. Мало того, с течением времени эти роли можно менять, меняя аккаунты, заводя новые, придумывая себе новые роли.

Вот она – главная привлекательность сети: возможность будто бы жить иной жизнью, почувствовать себя в иной сущности, пусть придуманной, пусть не настоящей, но как же сладко и как легко стать другим! Сеть становится местом для реализации практически невозможного – начинания с нуля. И пусть эта возможность абсолютно иллюзорна, пусть это – собственная фантазия, пусть в ней можно находиться, лишь сидя за компьютером, она манит своей перспективой чувствовать себя сильным, уважаемым, красивым, умным, интересным.

Превращение человека в сетюлю не просто затягивает. Со временем именно эта иллюзорная жизнь начинает доминировать в сознании. Вся настоящая жизнь, обыденная, становится лишь неким перерывом между сеансами связи в сети, чем-то вторичным, мешающим.

Весь ужас этого положения не в том, что человек выпадает из реальной жизни. Это еще не совсем страшно. Куда страшнее то, что сетюля не имеет выхода, кроме как собственной смерти. Осознание тупикового пути приходит далеко не сразу. Игра в сети со временем становится не просто безобидным занятием, но сутью. И роль кажется удачной, успешной и дающей в этой, реальной жизни какую-то отдушину, выход страждущей душе.

Проблема еще и в том, что сетюли воспринимают игру в сети именно как виртуальную жизнь, они отделяют самих себя, настоящих, от тех, которых придумали. Но это – самое большая ошибка сознания.

На самом деле никакой виртуальной жизни нет. В сети происходит не жизнь – это в реале происходит обман. Не существует никаких виртуальных отношений – все отношения настоящие, потому что они оставляют эмоциональный след в нашем естестве. Нет никакой разницы в том, где вас оскорбили, обидели, унизили. Вы почувствовали боль и унижение. И совершенно неважно, что оскорбили и унизили не вас конкретно, а придуманного вами персонажа. Потому что персонаж – это вы сами, просто скрытый от других.

Сеть – это никакой не виртуальный мир. Это самый обыкновенный мир с развитой системой коммуникации, имеющей свои особенности. Поняв однажды это, сетюля перестает быть сетюлей. Он становится обыкновенным человеком, и Фейсбук превращается для него в место получения информации, место работы и подобное.

Но таковых единицы, если брать от общего числа. И не потому, что прозрение наступает редко. А потому, что прозревать не хочется. Сетюлям нравится думать, что они живут в ином мире, что есть этот якобы виртуальный мир. Сетюлям здесь хорошо и уютно. Сетюли именно в этом мире реализовывают себя, становятся такими, какими бы они хотели быть в настоящей жизни.

И маленькая подлость этой большой сети заключается в том, что, став однажды другим в этом придуманном мире, став легко и без особых усилий, в реальной жизни стать таковым не просто тяжело, а уже и не хочется.