Текст книги "Время огня"

Автор книги: Вячеслав Шалыгин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 5

Военная база вблизи Барьера локации ЧАЭС

01.06.2057 г.

Упорядоченный хаос. Это не парадокс, а краткое описание того, что видит неискушенный наблюдатель, когда попадает на территорию действующей военной базы. Особенно если попадает туда в момент подготовки к боевой операции, либо за полчаса до прибытия высокого начальства.

Утром первого июня на базе в Комарине были соблюдены оба условия. О подготовке к большому рейду свидетельствовало прибытие целого вертолетного полка, обеспечившего суету на обоих аэродромах базы, а о том, что прибывает начальство, говорила легкая паника в штабе.

Озабоченные офицеры и сержанты сновали по центру базы, подгоняя сбившихся с ног бойцов, которые наводили последний лоск на без того идеальный «марафет» – так это называлось на местном жаргоне.

Не суетились, или умело скрывали нервозность, только высшие чины, встречавшие командующего Чернобыльской бригадой Барьерной армии у края вертолетной площадки.

Прибывшая на борту «Ми-32Т» делегация главного штаба была немногочисленной, всего-то генерал и два майора, зато ее сопровождал целый отряд спецназа, для транспортировки которого потребовались аж два «Ми-ТПС».

Вместе с тремя десятками штурмовых «Ка-85» это впечатляло. А с учетом того, что о прибытии такого серьезного подкрепления командованию базы сообщили лишь три часа назад – еще и настораживало.

Командующий Чернобыльской бригадой генерал Котов не пожелал распространяться о цели прибытия, сообщил лишь, что хочет собрать совещание командного состава базы.

Командир базы подполковник Канарейкин ожидал именно такого развития событий, поэтому желание Котова было исполнено без заминок. Командный состав и так уже сидел в штабе, гадая на кофейной гуще, что за нелегкая вдруг принесла из Киева командующего и столь серьезное усиление и чем это грозит. Понятно, что Котов и компания прибыли не просто так, что-то случилось, но что? Ответа или хотя бы внятного предположения ни у кого не было. Сходились на мнении, что будет дело. Ничего более толкового в головы офицерам не приходило.

Зона. Здесь могло случиться, что угодно.

Совещание генерал Котов начал без предисловий, деловито и серьезно:

– Двенадцать часов назад спутниковая разведка зафиксировала в районе станции кратковременное появление Трояна, – командующий взял короткую паузу, чтобы подчеркнуть важность информации. – Нам всем хорошо известны особые свойства этого изделия, в первую очередь его способность к быстрому расширению списка боевых характеристик. Краткую справку по новым ТТХ изделия «Троян» доведет майор Кузнецова. Анна Сергеевна, докладывайте.

Майор Кузнецова, кукольная блондинка, на которую офицеры базы таращились, как на чудо, сошедшее с рекламного плаката «Служба по контракту – твой выбор!», оказалась довольно толковым докладчиком. И терминами она оперировала легко и непринужденно, как заправский эксперт по локациям Зоны и их «содержимому».

– Самопрограммирующийся кибернетический организм модели «Троян» – это наиболее крупный из всех известных нам скоргов. То есть боевых роботов, состоящих исключительно из колоний наноботов, без включения в конструкцию крупных деталей или использования штатных механических носителей, – выдала Кузнецова без запинки. – Первое боестолкновение с Трояном состоялось в локации Москва практически сразу после Катастрофы. В результате был потерян «Ка-85» с позывным «Кайман», восемь наземных машин, в том числе два танка «Т-017» «Истра», и погибли двадцать два человека из эвакуационного отряда, который пытался пробиться к группе «Альфа-12» капитана Баграмова. Впоследствии Троян довольно активно сражался в первых рядах изделий, поэтому недостатка информации по этому скоргу наши ученые не имели. Он был внесен в самый первый вариант перечня-приложения к «Приказу о классификации совокупности самопрограммирующихся изделий (техноса) Зоны» в 2054 году. В отличие от скоргов стандартного размера, Троян имеет в своем составе не менее триллиона колоний наноботов, каждая из которых запрограммирована на выполнение индивидуальной задачи, но одновременно работает в жесткой связке со всеми другими, подчиняясь общим алгоритмам. Эта особенность делает объект «Троян» одновременно и предельно эффективной боевой единицей, и очень мощным компьютером с признаками искусственного интеллекта. По мнению ученых, объект уникален и существует в единственном экземпляре, так как наноботы колонии «Х3256В», которые выполняют функцию связующего звена между всеми колониями, составляющими данного скорга, не встречаются ни в каких других изделиях техноса, а также не существуют в свободном виде. Есть мнение, что наноботы-ассемблеры, изготовившие эту колонию, были уничтожены, намеренно или случайно, сразу после изготовления Трояна.

– Все это нам известно, – воспользовался паузой, пока майор переводила дыхание, начальник базы. – Господин командующий обещал справку по новым ТТХ изделия.

– Перехожу к этому пункту, – спокойно и уверенно заявила майор Кузнецова. – Объект является скоргом, поэтому способен совершенствовать свою программную оболочку и приложения, используя информацию, которую он получает в процессе выполнения предыдущих программ. Если переложить этот процесс на человеческий стандарт, скорг приобретает опыт и делает выводы.

– Проще говоря – умнеет.

– Так точно. Умнеет, и не только. Еще он совершенствует свое вооружение, заново программируя составляющие его колонии наноботов, либо включая в состав своей агломерации новые колонии, как нейтральные, так и усовершенствованные другими скоргами…

– Или самим Узлом.

– Последнее нельзя доказать. Что происходит в Узле, нам доподлинно неизвестно. До сих пор Троян отдавал предпочтение имитации форм и вооружения других изделий техноса, а также, действуя по тактической схеме «засада», имитировал предметы, складки рельефа и части строений. Свежие данные говорят о том, что Троян пытается освоить новый уровень маскировки. Пытается имитировать человека.

– Не новость, – Канарейкин небрежно махнул рукой. – Еще в пятьдесят пятом я лично наблюдал, как он изображает шагающего бота.

– Прошу обратить внимание, господин подполковник, я сказала – человека, – невозмутимо глядя на подполковника, заметила Кузнецова. – Согласно данным разведки, внешние отличия незначительны. Пока что Троян не научился правильно выбирать скоростной режим, он по-прежнему двигается очень быстро. Имеются и физиономические проблемы, «лицо» объекта больше походит на схематическую маску, но имитация фигуры и пластики человека уже на удовлетворительном уровне.

– И чем это все грозит?

– Не позже чем через год Троян доведет свою способность имитировать человека до совершенства.

– Это не ответ.

– А какой вам нужен ответ, подполковник? – прервал докладчицу Котов. – Хотите услышать, что Троян проникнет под видом офицера в штаб Барьерной армии и оставит вас, наконец-то, без надоевшего начальства?

По штабному конференц-залу прокатились сдержанные смешки.

– Опасность варианта «Троян-андроид» усугубляется еще и тем, что данный скорг способен длительное время находиться вне локаций, – продолжила Кузнецова. – Его энергетическая установка принципиально отличается от таковой у прочих изделий техноса. Ему не требуются артефакты, типа «Аккумулятор», или питающие энергополя. Троян способен черпать энергию откуда угодно: из солнечного света, магнитного поля Земли, радиоволн, электросетей, даже космической радиации. В этом заслуга все той же уникальной колонии наноботов «Х3256В».

– Слава богу, что уничтожили ее производителей, – сказал начальник штаба базы. – Не то мы все давно пошли бы под нож полчищам Троянов.

– Воссоздание колонии, подобной «Х3256В», – дело времени, – снова взял нить беседы в свои руки Котов.

– Времени прошло достаточно, но этого пока не случилось, почему? – спросил Канарейкин.

– Потому что при изготовлении наноботов типа «Х3256В» использовался редкий химический элемент искусственного происхождения.

– Искусственного?

– Так мы предполагаем.

– А может, метеоритного?

– И такое возможно. Но даже если так, есть сведения, что этот элемент пытаются воссоздать искусственным путем.

– Кто пытается?

– Это и предстоит выяснить группе зачистки.

– Ах, вот вы к чему вели! – Канарейкин хмыкнул. – То есть появление Трояна – только повод, чтобы обосновать операцию?

– Чтобы прикрыть операцию, – уточнил командующий. – Хотя не исключено, что появление Трояна неслучайно и тоже как-то связано с целью нашей миссии. Слишком близко от нужного нам места он объявился. Майор Немчинов, карту.

Второй из сопровождавших Котова майоров включил проектор. На увеличенной проекции детальной карты отмечались практически все объекты и особенности рельефа одного из самых труднодоступных мест Старой Зоны, центра того, что раньше было городком Припять, а теперь стало хаотичным нагромождением руин и будто бы вывернутых наизнанку подземных коммуникаций.

Но сложности ландшафта не являлись главной проблемой. Центральная часть выделенного на карте участка была отгорожена от прочего пространства локации высокой металлической стеной, состоящей из сплетения автонов. Неофициально военные называли это местечко «засекой», а в рапортах и сводках оно проходило как «УИГП» – укрепрайон изделий Городище Припять. В сравнении с «УИБГ», то есть Болотным Городищем, что раскинулось на месте поселка Погонное, припятское логово скоргов и биомехов было небольшим, около двух километров в диаметре, зато имело несколько подземных уровней. Это удалось обнаружить во время Большой зачистки пятьдесят шестого года, когда по центру «УИГП» (на жаргоне – по муравейнику) жахнули тяжелой бомбой. Скорги залатали дыру и вырастили новый муравейник за считаные часы, но воздушной и спутниковой разведке удалось запечатлеть почти все уровни этого хитрого сооружения, кишевшего механической нежитью. Что за объект мог располагаться в непосредственной близости от смертельно опасного Городища, представить трудно.

– Нас интересует этот квадрат? – подполковник Канарейкин не смог скрыть удивления. – Там же механоид на механоиде сидит и скоргом погоняет! Придется весь боезапас плазменных ракет истратить, чтобы приблизиться. Да что там, еще и все термобарические боеприпасы, и напалм с термитом по старым складам собрать.

– Потребуется – соберем и пустим в дело все, вплоть до коктейлей Молотова, – отрезал Котов. – И отставить архаизмы, господин подполковник. Согласно приказу «117» от 12 декабря 2056 года о пересмотре классификации изделий техноса, термин «механоид» признан ошибочным, не соответствующим сути явления. Извольте пользоваться современными понятиями.

– Виноват, биомехи, – Канарейкин пожал плечами, как бы говоря: «Какая, в сущности, разница, как их называть, главное факт – вблизи центра Припяти этих изделий слишком много!»

– По данным разведки, Объект расположен в районе гостиницы «Полесье», – добил Котов.

– В ста метрах от засеки! – Канарейкин на секунду закатил глаза. – Невозможно!

– Что невозможно? – Котов сурово уставился на командира базы.

– Мы не подойдем к Объекту и на пушечный выстрел.

– Операции будет предшествовать обработка плазменными боеприпасами зоны вокруг Объекта и проходов для наземных сил. После того как чистильщики займут оборону вокруг Объекта, спецназ начнет штурм. По плану на главный этап операции отводится два часа. После этого воздушное прикрытие повторит зачистку проходов, транспортные борта вывезут пленных и оборудование с Объекта, а спецназ обеспечит прикрытие отхода чистильщиков. Детали доложит майор Немчинов, он будет командовать спецназом. Вопросы?

– Разрешите? – руку поднял майор Карповцев, командир отряда чистильщиков базы. – Соседи в операции будут участвовать?

– Отряды Дымерской и Полесской баз будут работать на южном и западном направлениях, вытягивая часть сил противника к Копачам и Стечанке. В резерве авиаполк Черниговского отряда. Если станет туго, штурмовики «Су-57» резерва нанесут ракетный удар непосредственно по засеке.

– А сразу «расческами» нельзя пройтись? – пробормотал себе под нос Канарейкин, видимо надеясь, что его ворчания никто не услышит.

– Нельзя, – слух у Котова оказался хорошим. – И дальнобойные системы залпового огня применить нельзя. Если нанести упреждающий удар по засеке, изделия стянут к Городищу Припять все силы. Тогда до Объекта нам точно не добраться, даже если мы действительно истратим все неядерные боеприпасы со всех ближайших складов. Если для вас это неочевидно, подполковник, вы не полностью соответствуете занимаемой должности.

Удар под дых был сильный. Командир базы умолк и не раскрыл рта, даже когда совещание вошло в следующую фазу – обсуждения деталей. Вместо командира теперь говорили начштаба и майор Карповцев.

Впрочем, Канарейкину не пришлось долго скучать. Сначала его несколько раз отвлекли заместители по вооружению и снабжению, затем зампотех, у которого никак не получалось вывести на марш два давно издыхающих БТР, а затем внимания командира базы начал настойчиво добиваться начальник разведки. Как раз в момент, когда подполковник слушал доклад разведчика, перешептываниями Канарейкина с подчиненными заинтересовался Котов.

– Думаю, господин подполковник, нам следует ненадолго выйти, – сказал командующий.

– Это текущие дела… – Канарейкин осекся. – Так точно, господин генерал-майор. Прошу в канцелярию.

В канцелярии – по сути приемной, смежной с кабинетом командира базы – начальства дожидались три перепачканных грязью с головы до ног воина. Капитан и сержант в форме спецназа и рядовой-чистильщик.

Котов окинул скептическим взглядом чумазую троицу, коротко кивнул капитану и предложил всем присутствующим сесть.

– Нестыковочка, господин генерал-майор, – сказал начальник разведки базы. – Боец наш, патрульный, а этих воинов я не знаю.

– Я знаю, – успокоил разведчика Котов. – Это подчиненные майора Немчинова. Были заброшены в локацию ночью, с целью разведки.

– Могли бы нас не динамить, господин командующий, – недовольно проронил Канарейкин, – предупредить.

– Не было времени, – Котов кивнул капитану. – Докладывайте, Кольцов.

– План разведоперации выполнен, господин командующий. Оптимальные маршруты подхода к Объекту подтверждены, маяки установлены.

– Особенности?

– На юго-западном маршруте подхода к Объекту, в районе «автовокзала» и западных гаражей наблюдается концентрация узловиков. До сотни штыков и двадцати единиц бронетехники. Активных действий узловики не предпринимают.

– Подкрепления ждут?

– Не могу знать. Но на засаду не похоже. Охранение штатное, маскировка среднего уровня, машины не глушат.

– Значит, так и есть, ждут чего-то или кого-то.

– Может, нас? – вновь проронил Канарейкин.

– Возможно, – Котов задумчиво кивнул. – Продолжайте, Кольцов.

– Восточнее Объекта на маршруте подхода замечена группа праведников. Мы были вынуждены вступить в боестолкновение. В результате уничтожено до пяти боевиков. С нашей стороны потерь нет.

– А всего их сколько было?

– По нашим подсчетам три десятка. Но это те, кого мы увидели. Вероятно, это был головной дозор.

– И тоже на маршруте? Интересно.

– На левом берегу Припяти, сразу за мостом, были уничтожены с воздуха еще несколько нелегалов, предположительно – егерей. Двигались к мосту со стороны Зимовища.

– Еще интереснее, – Котов хмуро взглянул на капитана. – Вертушку там потеряли?

– Так точно. Вступили в бой с семью бронезаврами. Пять вывели из строя.

– И подарили техносу нового дракона, – Канарейкин саркастически хмыкнул. – Молодцы!

– Никак нет, – Кольцов даже не взглянул на командира базы. – Потерянная «Пустельга» уничтожена тяжелой плазменной ракетой.

– Это утешает, – подполковник вновь хмыкнул.

– Все флаги в гости к нам, – не обратив внимания на легкую пикировку офицеров, пробормотал Котов. – Троян, плюс серьезный отряд Ордена, Дьякон, егеря. Не считая сотни-другой ходоков, которые тоже вполне могут оказаться переодетыми боевиками той или иной группировки. И все, предположительно, идут к Объекту. Странно.

– Так точно, – Кольцов бросил взгляд на чумазого бойца-чистильщика. – Странностей хватает.

Солдат втянул голову в плечи и уставился в пол, будто ожидая, что сейчас ему прилетит подзатыльник. От внимания Котова этот факт не ускользнул, несмотря на то, что генерал крепко задумался о более серьезных вещах.

– Что еще, докладывай.

– Встать, представиться! – скомандовал капитан бойцу.

– Рядовой класса «Универсал» Соколов, командир-стажер патрульной группы первого взвода Комаринского отряда Чернобыльской бригады Барьерной армии! – вытянувшись по стойке «смирно», громко отчеканил боец.

– Орел, – Котов поморщился, – вернее, сокол. Громкость убавь, не глухие. Что натворил?

– Патруль свой про… потерял, – ответил вместо солдата Кольцов. – В полном составе.

– Трибуналом дело пахнет, – недобро глядя на Соколова, сказал подполковник Канарейкин.

– При каких обстоятельствах? – спросил Котов. – Соколов, сам отвечай.

– При обстоятельствах невозможности противодействия противнику! – Максим давно настроился на худшее, поэтому отвечал со спокойствием обреченного.

– Грамотный, – генерал смерил взглядом бойца. – Что за обстоятельства, какой противник? Докладывай подробно, что я из тебя клещами каждую фразу тяну?

– Обстоятельства очень быстрые были, господин генерал-майор, изделие за секунду четверых моих бойцов антрекотами нарезало. Они даже вскрикнуть не успели.

– Быстрая тварь попалась, – согласился Котов. – А ты каким образом уцелел?

– У меня армган был, его процессор сам все сделал.

– И что, уничтожил изделие? – заинтересовался Котов.

– Не могу знать, – Соколов покраснел, это было видно даже сквозь слой грязи. – Оружие разрядилось, пришлось отступить.

– Удрать, – поправил Кольцов.

– Но зависло изделие – точно! – торопливо добавил Соколов. – Мерцало, как и раньше, но не двигалось.

– Мерцало? – Котов побарабанил пальцами по столу. – Так-так. Мерцало, быстро бегало и рубило бойцов в капусту, несмотря на броню. Кольцов, что скажешь?

– Троян, однозначно, господин генерал-майор.

– И я так думаю, – Котов хлопнул ладонью по столу. – Значит, и этот факт теперь имеет подтверждение. А если так… дело будет серьезное. Гораздо серьезнее, чем ожидалось. Придется подключить еще и Приборскую базу. Подполковник, прикажите вызвать майора Громова на связь.

– Половина чистильщиков Громова сейчас в Ладыжичах. Там какие-то проблемы у ходоков с мафией. Разводят.

– Вот пусть этот отряд Громов и перебрасывает к Зимовищу, создадим резерв, – Котов смерил взглядом Максима, застывшего, будто истукан. – А ты, боец, пока свободен. Приведи себя в порядок и готовься к рейду.

– Ему к трибуналу надо готовиться, – попытался вмешаться Канарейкин.

– Отставить, – Котов качнул головой. – Сейчас каждый солдат на счету. Вернется из рейда, тогда и решите, что с ним делать. Думаю, он искупит свою вину в бою. Так, Соколов?

– Так точно!

Максима обуревали смешанные чувства. С одной стороны, вроде бы все утряслось – как бы повезло, с другой – опять топать в Зону, так себе везение, с третьей – капитан Кольцов ничего не сказал про главную странность, про то, что случилось с армганом. Но капитан умолчал об этом явно не потому, что забыл о происшествии, словно о пустяшном недоразумении. Он оставил этот крючок в жабрах у пойманной рыбешки до лучших времен. До того момента, когда найдется покупатель на их общий секрет. Вот тогда Кольцов и подсечет карася по имени Максимка. Да закинет прямиком на сковородку.

«Ну и пусть! Сходим в рейд, а там будет видно. Осел сдохнет или падишах умрет. В таких сложных ситуациях обычно все решает время. А время нынче непростое. Опасное, горячее. Время огня и меча. Ну и, конечно, наномашин, этих пасынков закона Мура, будь они неладны! Сегодня Кольцов держит меня на поводке, а завтра и сам вляпается. Или из рейда не вернется. Это ведь обычное дело. Нет, сам грех на душу не возьму, но в Зоне и без меня найдутся желающие сделать из хитрого офицера бесхитростный бифштекс с кровью. Так что время покажет. А точнее – Зона».

Глава 6

Зона, локация ЧАЭС. 01.06.2057 г.

Урочища Волчьи горы и Пекло покрыты густой металлорастительностью и ограничены оврагами, на дне которых серебрились лужи жидкого металла, напоминающего ртуть. В прежние времена в низине между урочищами располагалось зажатое двумя парами каналов селение Уласы. Большим оно было или маленьким, теперь невозможно определить при всем желании. На новой карте в этом местечке не значилось ничего, даже руин.

Леший прошел по опушке жестяных зарослей на Волчьих горах, кое-как перебрался через нагромождение опаленных и слежавшихся до каменной твердости пластов вывороченной земли, обугленных пней и обломков каких-то бетонных конструкций и притормозил, чтобы окинуть взглядом низину, которая раскинулась между бывшими лесными, а теперь автоновыми массивами. Километра на четыре прямо по курсу не наблюдалось ни одного приличного укрытия, если не считать паутины узких глубоких траншей и расщелин, заполненных дождевой водой и грязью.

Можно обойти опасное открытое местечко слева, по краю Никольского болота, но там обычно кишмя кишели скорги и биомехи. Небольшие, в основном, скарабеи и стальные крысы, но от этого было не легче. Да и топь то и дело плевалась высоченными фонтанами грязи, которые могли запросто сбить с ног и смыть набежавшей волной прямиком в трясину.

Вариант обойти Уласовскую паутину справа исключался вовсе. На месте бывшего Грубчанского озера теперь зиял круглый, километра четыре в диаметре провал неизвестной глубины, над которым днем и ночью стояло зеленоватое зарево. Что там светится в глубине провала, никто толком не знал, поскольку подходить к Грубчанской яме ближе, чем на два километра, смертельно опасно. Радиационный фон в тех местах такой, что не спасали даже самые серьезные средства защиты. Теоретически можно было «заглянуть» в провал с помощью спутников, но на картинках с орбиты яма выглядела обычным озером с непонятно каким наполнителем.

В общем, как ни крути, приходилось рисковать, но если двигаться по прямой, риска получалось на процент-другой меньше.

Леший достал пластиковую флягу, оценил на просвет, сколько осталось бесценной чистой воды, и приложился к защищенному клапаном горлышку. Три глотка – это все, что Леший смог себе позволить. Топать еще далеко, а пополнить запас воды негде. Разве что попробовать собрать дождевую воду, но это крайний и очень вредный для здоровья вариант. Вместе с каплями дождя на землю оседали далеко не самые полезные испарения.

«И добывали они пропитание в поте лица своего…» – Леший утер испарину. «Будь умнее, сидел бы сейчас в офисе с кондиционером, пил кофе, шлепал бы секретаршу по круглой заднице и подписывал бумажки. Красота! А тут мало того, что в грязи по уши, так еще и сдохнуть от жажды – раз плюнуть. Зря не послушался батю, надо было школу закончить да в колледж пойти. Может, и вышло бы что-нибудь путное. Во всяком случае, не грязь месил бы сейчас в Зоне, а офисное кресло просиживал. На худой конец, мог бы в армию пойти… И снова месил бы грязь в Зоне? И какая разница?»

Леший усмехнулся. Нет, разница была. Будь Леший военным, шел бы сейчас в строю и в случае чего имел бы возможность вызвать вертушки или коробку. Да и думать, чем заработать на пропитание, военному не нужно. Воюешь или спишь, а денежки капают, страховка опять же, пенсионные отчисления и прочие культурные вещи. А что до риска, так он не выше, чем у вольных ходоков.

«В армию податься, что ли? С колледжем за плечами было бы лучше, в сержанты мог бы метить, а так, если и возьмут, то рядовым, но…»

Леший вдруг будто бы проснулся. Что за мысли?! Чушь! Бред какой-то! В солдаты захотел! И кто? Леший, вольный ходок с пятилетним стажем и длинным шлейфом грехов за плечами. Да военные, если только узнают, какие за Лешим числятся «подвиги», сразу отведут в сортир, замочат и смоют вместе с дерьмом. Вояка нашелся!

«Точно, нашелся, или, вернее, меня нашли, – Леший невольно пригнулся. – Не поминай лихо, пока оно дрыхнет. Накаркал!»

По лабиринту хитросплетений Уласовской паутины прямиком на Лешего двигались чистильщики. И не какой-нибудь патруль из одной пятерки и БТР прикрытия, а целый отряд, штыков в двести, да еще и при поддержке нескольких десятков бронемашин и тучи вертушек, правда, пока лишь на горизонте.

Шли красные развернутым строем, не слишком быстро, но Лешему от этого не было никакой выгоды. Военные могли бы и вовсе ползти по-пластунски, уйти от такой гребенки сталкеру не светило. Разве что двинуть рысью в обратном направлении, только что он там забыл? Ему надо в Слободу, на Обочину, а не в центр Зоны. Ужас, как надо!

Леший повертел головой, пытаясь найти выход из очередной западни. Рискнуть здоровьем и пройти через Никольское болото? После такого дождя там не пройдут даже танки. О приближении к яме нечего и думать.

Отойти за Волчьи горы и попробовать прорваться через Масаны? Придется пройти впритирку к Болотному Городищу скоргов, что выросло на месте поселка Погонное. Верная смерть. Вернуться в Красное и обойти по восточной тропе, через Михалевку? Там вот уже два месяца развернута вспомогательная база Ордена. Заплутавшего красного узловики с удовольствием поймают и порвут от копчика до макушки. Куда же ломиться?!

Леший начал потихоньку сдавать назад. Пока следовало просто сохранить приличную дистанцию до чистильщиков, а в какую сторону удирать, можно придумать по ходу дела. В конце концов, попытаться врубить маскировку. Как это делают реальные метаморфы, Леший представлял себе слабо, но надеялся, что у него опять все получится как бы само собой, рефлекторно.

«А если не получится? – Леший помотал головой. – Да и не лыком шиты военные, засекут маскировку, доказывай потом, что не верблюд».

«Под Уласами идет сухой канал. Вход на Четырех колах, выход на окраине Радина».

Леший насторожился. Прозвучавшая в сознании подсказка походила на совет импланта, но сталкеру почему-то казалось, что подсказывает вовсе не имплант. Проснулась собственная память? Возможно, но и этот вариант не выглядел полностью убедительным. Впрочем, разницы никакой. Про заброшенную штольню на южном склоне высотки «111,1», или как выражались сталкеры – на Четырех колах, Леший слышал, правда, никто не говорил, что эта штольня вообще куда-то ведет.

Эдик, например, упоминал об этой норе как о препаршивейшем местечке, в котором обитает Цепень, дальний родич Сцепщика – гигантского железного червя, промышляющего в тоннелях метро Московской локации. Видимо, для соблюдения «фамильной» созвучности сталкеры и прозвали местное чудовище Цепнем. Габаритами и прожорливостью местный железный червяк явно отличался от московского кузена в меньшую сторону, но стрескать человека мог за один прием.

На кой черт ему жрать органику? Ведь другие чугунки убивали людей не для пропитания, а чисто в процессе борьбы за территории и источники энергии. На этот счет народная молва ничего не говорила. Возможно, Цепень, в отличие от братьев по техносу, получал энергию не из «Аккумуляторов» и энергополей (где их найдешь под землей?), а из автономного источника-конвертера, перерабатывающего все, что горит. А возможно, он никого на самом деле не жрал, а просто пережевывал и выплевывал. В любом случае, встречаться с ним нежелательно, и по причине нежелательности встречи с Цепнем в дыру на Четырех колах никто никогда не лез.

«И я буду последним лохом, если стану первым, кто туда полезет, – Леший ухмыльнулся, посчитав, что придумалась неплохая шутка. – Но если даже народ врет про Цепня, какой может быть сухой канал, когда кругом вода? Нет, брат-имплантат, что-то ты путаешь».

До слуха Лешего вновь донесся отчетливый стрекот вертушек. Машины были плохо видны на фоне низкой облачности, но чтобы оценить масштаб разворачивающейся операции, хватало и размытой картинки.

В памяти всколыхнулось пренеприятнейшее воспоминание о ноябрьском утре пятьдесят шестого. Когда началась Большая зачистка. Тогда тоже казалось, что военные просто вышли в плановый рейд, но потом… начался сущий кошмар, и Леший в нем едва не погиб. Спасибо верному другу Эдику, который успел затолкнуть Лешего в развалины и прикрыл собой от взрыва плазменной ракеты.

В той заварушке выжили оба, но Эдик с тех пор сидит в лавке, на хате в Крылатском, поскольку не может нормально двигаться, не дают рубцы от ожогов, а Леший работает в поле и за себя, и за него. Так что картина надвигающейся воздушной армады стала для Лешего зрелищем не величественным и брутально-красивым, а пугающим.

«Ну и хрен с ним, с Цепнем! Далеко не буду заходить, просто спрячусь в норе, авось пронесет!»

Вообще-то могло и не пронести, Леший это понимал. Во-первых, что все-таки этот Цепень, миф или реальность? А во-вторых, пройдут ли мимо норы чистильщики? Насколько Леший разбирался в их правилах, все подозрительные норы, дыры, ямы и прочие укрытия им полагалось зачищать. То есть бросать туда гранаты или хотя бы заглядывать в них после короткой очереди из ИПП. На то они и чистильщики. Да и чтобы обезопасить тылы, эти меры нелишни.

Получалось, что прятаться – себе дороже, но и бежать, как бежал в пятьдесят шестом, Леший не мог. Не хватало смелости. Жуткие воспоминания об огненном шторме, который бушевал тогда со всех сторон, вызывали слабость в коленях. Повторения Леший боялся больше, чем Цепня и очереди из ИПП. Цепень, в конце-то концов, мог оказаться мифом, а очередь – не попасть в цель.

Леший забросил сумку на плечо и быстрым шагом двинулся на юго-восток к высотке Четыре кола.

До норы Цепня, или входа в сухой канал, как утверждал имплант, оставалось каких-то десять шагов, когда стрекотание вертушек стало оглушительным. Леший слегка запаниковал и бросился бежать. Логика подсказывала, что вертушки не будут стрелять по одиночной цели, да еще и в форме чистильщика, но страх был сильнее здравого смысла. Леший с ходу зашвырнул сумку в нору и запрыгнул следом сам.

В загадочном канале было действительно сухо и подозрительно чисто. Грязи не было вообще, а привычная сажа покрывала только потолок, вернее – свод. В сечении канал был идеально круглым, а диаметр имел вполне достаточный для пешего марша в полный рост, даже с запасом – метра три.

Леший похлопал по стене. Бетонная труба, да и только. Только не прямая, а изогнутая, будто вкопанный в землю фрагмент колеса. Насколько глубоко уходит труба под землю, можно было только предполагать. Если выходное отверстие располагалось на окраине Радина, а это километров десять по прямой, то… Леший наморщил лоб. Школьная математика вспоминалась с трудом, а имплант, сволочь, опять завис. Или просто издевался над малограмотным хозяином, паскуда электронная.