Текст книги "Осенняя жара (СИ)"

Автор книги: Владимир Стрельников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Интерлюдия вторая

Интерлюдия вторая

Маршал Советского Союза Гаврилов молча смотрел на раскланивающегося перед аплодирующими студентами бывшего армейского мага, и тихо зверел. Не потому, что маг бывший, и вообще, не только из-за этого мага. Магов много, одним больше, одним меньше, никто не заметит.

Он зверел от чувства бессилия, потому как этот парень вывернул на публику то, о чем обычно не говорили. А именно – то, что иногда спецгруппы могут отправить просто на убой. Да, это очень важные задания, их просто необходимо выполнить, и никто не считает силы и средства. Но иногда некоторых отправляют чуть раньше, вне основной волны, прикрывая мелкие грешки товарищей, однокашников, просто хороших знакомых.

Этот маг живуч оказался, как таракан. Хотя, казалось бы, тогда еще полковнику Гаврилову, двадцать лет назад, что в Сомалиленде сожрут пацана, только косточки схрустнут. Но нет, выжил, правда, три месяца отсидел на французской гауптвахте. Но вышел, причем вышел намного сильнее. И так по нарастающей. Раз за разом Власов выживал, выживал там, где выжить невозможно. И становился сильнее, учился, овладевал новыми знаниями. Чему командование эскадрона только радовалось.

Невозможно в структурах армии не дать заслуженную классность, потому как это влияет в первую очередь на показания успешности подразделения. Выше общая классность – лучше командование. И ничего тут не поможет, это краеугольное требование при внеочередном звании для высшего офицерского состава – высокая воинская готовность подразделения. Тут все знакомства идут по боку. Вот и получал Власов класс за классом, пока до Мастера-мага не добрался. Ладно хоть уволился в запас. Да, палки в колеса ему бы понавставляли, но мимо не пройдешь, в любом случае бы присвоили. Хорошо, что прапор повелся на разводку, поверил слуху, что ему никто не даст мастерский значок. Дали бы.

И тут такой конфуз, на Первом канале, в обычном студенческом разговорном шоу, такие вопросы. И главное, такие ответы.

Зазвонил телефон. Обычный такой, старомодный телефон, проводной, и главное, без лимба.

– Здравия желаю, товарищ Министр Обороны. – Гаврилов сел по стойке смирно. Привычка, да и помогает сохранять дистанцию и правильно обдумывать ответы.

– И тебе здравствуй, Антон. Знаешь, мне тут доложили, что тебе пора по здоровью на заслуженный отдых. А потому оформляй больничный, езжай-ка в санаторий по своему выбору, на месяцок, а потом сдавай дела. Родине ты послужил достаточно, так что уходи на пенсию, пока Родина тобой не заинтересовалась. – в трубке раздались короткие гудки.

Маршал аккуратно положил трубку, после чего задумчиво выдвинул верхний ящик стола, и посмотрел на старый ТТ. Но нет, не стоит. Судя по всему, его просто уходят на пенсию. У любого маршала есть за собой десяток дел, за которые его можно расстрелять без суда и следствия, не бывает по-другому. Но реально тяжкие не всплыли, а наверху решили не копать. Просто уходят. Можно сказать, повезло.

А все этот долбанный маг.

Глава 7

Глава седьмая

Я уже было собрался в понедельник лететь в Бухару, и начал с Амайей собираться, как звонок от Силантьева.

– Аким, привет. Извини, что мешаю отдыхать, но бери своих демонов, и сгоняй на ТАПОиЧ, территорию «Б». Потому как там, в главном сборочном цехе, завелись гремлины. Ну, как говорят сами заводские маги. А я этим людям верю. Не первый год их знаю, прямо скажем. Ловить гремлинов это тот еще цирк, а на таком заводище это цирк в десятой степени.

Я тоже подъеду, посмотрю, может, чем помогу. Но не мешкай, езжай прямо сейчас. На улице штормяга начался, так что езжай на метро, как раз на заводской станции встретимся. Девочку свою возьми, пусть общаться учится, она у тебя умница, мгновенно язык схватила, теперь просто практика нужна. – И главмаг отключился.

Ну да, на улице осенний штормик. Ветер, шквалистый дождь. Хороший хозяин собаку на двор не выгонят, а меня бедного… хотя, не сомневаюсь, что на авиазавод сейчас толпу народу нагонят. Гремлины, это не шутка. Хоть и говорят, что где начинается авиация, там заканчивается порядок, но на самом деле авиазаводы предприятия в высшей степени упорядоченные. А тут такая зараза. Злые, трудноуловимые шутники. Вот только шутки эти могут привести к очень плохим последствиям.

И да, старый маг прав, через весь город проще всего и быстрее добраться на поезде метрополитена, благо что станция вон, рукой подать. Потому как лететь через город на байке в поздний вечер в штормягу хреноватенько, а в воскресенье вечером через тот же город-миллионник на машине – это занятие для извращенцев, пробка на пробке.

И потому мы загрузились в «волгу», которую оставили на стоянке напротив станции «Сергели», и уже через пять минут сидели в светлом и уютном вагоне ташкентского метро.

Амайя крутит головой. Ну да, метрополитен в Индии в той же Калькутте есть, но с нашим не сравнить. Изенька легда на сидение, положила голову на колени девчонки, и спит. А Марк прогуливается по полупустому вагону, отсюда в центр обычно народу много, но не поздним вечером воскресенья. Это в обратную сторону аншлаг, вагоны битком, видно на станциях.

Надземный участок закончился, от «Собира Рахимова» уже подземка. На «Комсомолькой» я встал, кивнул Амайе, потом «Дружбы народов», и на «Пахтакоре» мы перешли на линию, ведущую к авиазаводу. Ну а там вышли на «Авиастроительной».

В вестибюле перехода, ведущего к проходной авиазавода, нас встретил растрепанный паренек с картонкой в руках, на которой было написано «Власов», «Семенов», «Собирова».

– Я Власов. – Меня сложно перепутать, но паренек молодец.

– О, это вы! Видел ваше ток-шоу, круто зажгли. Я Сидоров, Вадим, маг-стажер. Пойдемте, пойдемте. Тут магов собралось уже с полсотни.

– Я Собирова, молодой человек. – К нам подошла немолодая узбечка, опирающаяся на посох. Она ехела в первом вагоне, потому шла чуть сзади.

– Аким Власов, к вашим услугам. Мой ассистент, Амайя Ганди. – Я чуть поклонился. Амайя исполнила книксен, который у неё даже в джинсах и пончо смотрится.

– Сайора Саматовна. Маг-химеролог первой категории, приятно познакомиться. – магиня улыбнулась, и нагнувшись, погладила мою демоницу.

– Интересные у вас фамилиары, Аким. И да, вы зажгли, давненько так наше болото не встряхивали. Отменное выступление. – магиня усмехнулась, раскрывая «зонтик» на конце посоха, и растягивая его на нас всех. На улице дождь только разошелся еще сильнее.

За огромной проходной с множеством пропускных кабинок нас ждал маленький ПАЗик, на котором нашу веселую компанию и отвезли к огромному сборочному цеху.

Около практически собранного Ила стояла толпа магов, и истерически ржала.

– Дурной знак. – заметил я, вынимая свою Булаву, и активируя поисковое заклинание. Ну да, многочисленные следы нечисти, мелкой, шустрой. Вокруг разлита злая веселая аура.

На «семьдесят шестом» матерными фразами расписан весь фюзеляж и крылья, на хвостовом оперении нарисован огромный фаллос.

– Ага, дурдом. – кивнул стоящий поодаль от магов Силантьев. – Наваждение. Чуть слабей ментальная защита – и все, сносит защиту напрочь. А ты, девочка, умница, держишься. – И главмаг улыбнулся моей секретарше.

– Тут реально гремлины, похоже. – Хмуро заметила Собирова, водя посохом со светящимся оголовьем.

– Вульфа надо. – Вякнула Изенька. – Тот всех выловит.

– Вульф это?.. – заинтересовалась магичка.

– Демон-охотник, демон-следопыт, служит у нашего молодого архимага. – ткнул в мою сторону Старой Клюкой Силантьев. – Кстати, идея. Звони в Бухару, Рашидову, пусть твоего следопыта прямиком сюда тащат, могут на боевом самолете. Я разрешаю. Полоса вон, за забором, вояки её отлично знают, сами с неё летают вовсю. Дай-ка сюда телефон, – и он отобрал мой смартфон, после чего распорядился выслать Вульфа сюда на истребителе-спарке. В Бухаре стоит полк на старых Мигах-двадцать третьих, вот оттуда взять самолет и приказал наш старый и старший маг.

Глава 8

Глава восьмая

– Может, стоит их отсюда вывести? – смотреть на смеющихся реально до упаду коллег было странно, и это мягко еще сказано.

Ну да, тут дурное местечко стало, но стоит ли это того, что маги маленько с ума сходят? Не все, нас тут десятка полтора, которые стоим и хмуро смотрим на поведшихся на наваждение. Но…

– Не стоит. Такая толпа магов требует от нечисти огромного напряжения, они сейчас ничего иного не могут, кроме как наводить на них чары. Ничего, пойдут, что ментальная защита одно из первейших требований личной безопасности каждого мага. Ладно, тут гремлины, тварюшки противные, но, в принципе, практически безвредные. А если бы гули? Или поморочник? Встречал, Аким?

– Встречал. Мерзкая скотина. – я повел плечами, сбрасывая с них навеянную памятью тяжеленную плиту. Купил меня тогда поморочник, практически завел в болотину. Помогла простая уловка – капсула из выжимки острого кайенского перца, которую держал под языком. Как желатин растворился, так мне эта капсулка такого жару дала, что все мороки разлетелись. А поморочник рядышком, свалить просто не успел. Ну, я ему половину магазина из калашмата в башку и вогнал. Хорошее средство от некоторой нечисти – автомат Калашникова. Почти ото всей.

С другой стороны, тогда поморочник был самой мелкой проблемой, а вот «лесные братья», семейка которых полвека творила зло на территории двух соседних областей, то да. Это было серьезно. Тут мы с Салаватом, моим наставником, еле справились. Но справились.

– Ты на начало ноября ничего не планируй. Шестого как штык должен быть в Ташкенте, и при параде. Награждать будем, за тот недострой. Понял? – Силантьев цепко глянул на меня, чуть крутнул посохом, и вытащил на свет божий мелкое, зеленое, ушастое недоразумение, росточком с кошку и шипящее как кот. – ну да, гремлин вульгарный. Как думаешь, Аким, сколько их тут?

– Засветку дали сто сорок шесть гремлинов. – я понимаю, что меня Силантьев теперь тащить будет за ухи. И мне их жаль заранее, потому как за одно тащит Аю-Аю, за другое Силантьев, разорвут меня на двух Акимов поменьше.

– Надо же, я насчитала на полдесятка меньше. – Уважительно глянула Собирова, подошла к вихляющемуся в силовой клетке гремлину, и пометила его в кубик из боронида. Ну, или эльбора. – Замучаемся выковыривать, Прохор Прохорович. На пару недель дел, не меньше.

– Нас за такое из Москвы по головке точно не погладят. Если день-два простоя еще простят, то двухнедельный простой авиазавода из-за магической живности – нас торжественно поимеют. А я староват для таких нежностей, Сайора. Как-нибудь без этого обойдемся. Вон, попросим Акима, пусть какой-либо ритуал разработает. Или его демоны пусть ловят, вон, пару тащат.

Ну да, Изенька и Марк тащат в зубах по мелкому и зеленому. Собирова и этих закапсулировала, ну а я пошел вдоль стеночки, пролазя сквозь леса на колесиках, с которых народ работает над самолетами. Я ищу, Марк и Изенька выколупывают. Но да, так точно пару дней валандаться.

Амайя принялась помогать Собировой, та её быстро обучила запечатывающему заклинанию, а накопители приволокли рабочие. Тут ночная смена есть, но на рабочие места их не допускают.

Силаньева отозвал директор завода, который пришел с немалой свитой. Нервничает директор, и его вполне можно понять – завод делает десяток бортов в месяц, плюс крылья для «Русланов», тяжелых модифицированных грузовых самолетов. Их потом в Ульяновск отправляют на «Антее», положив крылья тому на спину. Забавно выглядит самолет с таким бутербродом на спине.

Прилетел Вульф, и дело пошло много быстрее. Пятнадцать гремлинов, что мы выловили до прилета моего следопыта, мы вылавливали пару часов. А Вульф сцапал их за пять минут. Плюс ему помогли мои фамилиары.

Короче, к утру мы вычистили цех, вырубившихся от потери энергии магов увезли на «скорых», ну а мы пошли завтракать. Тут на заводе отличная столовка. Точней, они все отличные, но «Шведский стол» исключителен. По три с половиной рубля с носа, и ешь до пуза. Причем все очень вкусное. Свежайшая выпечка, отварное мясо, каши, сырная нарезка, свежий хлеб, великолепная солянка и окрошка. Правда, мы в Ташкенте, здесь все окрошку готовят на кефире. Зато в неё льда сыпанули не жалея, и острого соуса сколько хочешь. Вкусно.

Домой поехали на поезде метрополитена. Уже поздно, десять часов минуло двенадцать минут назад. Сегодня точно никуда не полетим. Отсыпаться будем. Ну и Амайю поваляю, уж очень она зевает вкусно. Кайку б еще, но той покамест нельзя, увы.

Глава 9

Глава девятая

Вульф остался на ТАПОиЧе, ищет гнездо гремлинов. Не могли они взяться неоткуда. Но завод, точнее, эта территория завода, огромна, размером с небольшой город, сотни строений, общая площадь за двести гектаров. А само гнездовье крохотное. Так что увижу его нескоро. Спешка тут не нужна, тут нужна тщательность.

Ну а мы добрались до Сергилей, где пересели в машину и поехали домой, решив заехать по дороге в «Пятерочку» около дома. Куда и зашли, после чего я потерял Амайю почти на час, она ушла с Изенькой, принявшей челевекоподобную ипостась. Женщина в магазине, которая никуда не торопится, проверит его весь. И куда только усталость Амайи делась?

Вот и Амайя обошла всё, набрала шампуней, гелей, средств для мытья посуды, отбеливателей, порошков стиральных, и прочих дезодорантов.

Полотенчики, салфетки, щетки, губки, прочая нишалда.

Плюс специй, бульонных кубиков, разрыхлителей и прочего на пару магазинных тележек. Я с Марком в шесть рук еле-еле ухватили все пакеты, в которые поместилось закупленное. Но тут даже ворчать нечего, в доме пока насчет всего этого шаром покати.

В квартире мы все это торжественно сгрузили на угловой диван на кухне, и меня выгнали, мол, не мешай.

Раскладывать все это по ящичкам, шкафчикам и холодильникам отдельный вид релаксии у женщин любой национальности и цвета кожи. Главное, чтобы мужики под рукой не мешались.

Так что я почесал в затылке, и сгонял вниз, до «Вкусно и точки», где закупился здоровенным пакетом со всякими бургерами, ролами, пирожками, чизкейками и пакетиками с жареной картошкой. Охота жрать, и неохота готовить. А потому и так пойдет. Жратва в этой сети вполне себе неплохая, нажористая. Только частить не надо, а то станешь владельцем совершенной фигуры – шароподобной.

Дома уже пахло свежим кофе, Амайя готовит его в американском стиле – в здоровенный кофейник в кипяток всыпается пара пригоршень молотого и обжаренного кофе, после чего тот ставится на очень медленный огонь. И через пять минут снимется. Кому-то не по вкусу, а мне нормально. Знакомые парни родом из Техаса и Аризоны тоже такой делали. Мол, в кофе подкова не должна тонуть. Ну, насчет подковы не знаю, главное, чтобы кофе ложку не растворило.

После завтрака девчонки пошли спать, а я решил полазить в сети. Кайка недоступна, что и понятно, время рабочее. Наша служба порой такая, не отвлечешься. А потому я залез на сайт магазина нашего ташкентского МАКа, поглядел, какие типы посохов есть у них в наличии. Да, у меня есть уже почти полноценный посох, но над ним работы еще предстоит столько, что конца-края не видать. И запороть очень ценный артефакт, выдав на него излишнюю нагрузку как пара пальцев об асфальт, никаких проблем.

Не скажу, что выбор велик, но четыре типа вполне себе рабочих моделей есть. Надо заехать, поглядеть. Как и палочки, моя старая вроде как идеальна, но она универсальный инструмент. А для многих тонких чар необходимы строго специализированные инструменты, и такие стоит подбирать тщательно и аккуратно.

В армии об этом не задумывался, очень многое мне доставалось за счет государственной казны, а здесь, на гражданке, или делай сам, или покупай за свой счет. И тот и тот вариант требует вложений.

Зависнув в сети, перешел на новости, заглянул на сайты Лахора. И совершенно случайно наткнулся на объявление.

' Джентльмен готов выкупить за щедрое вознаграждение родовую трость'.

И фотография той самой тросточки, которую я у англичанина отобрал. Забавно.

Пошел, сходил до байка, принес эту тросточку. Ну, добротная старой работы трость, со вкладным клинком. Клинок артефакт, очень качественный. Wilkinson Company, известнейшая английская фирма, поставщик клинкового оружия для британской армии.

Трость реально крутая, да. Причем такое впечатление, что ко мне она ластится. Забавное ощущение.

– Puncher. – прочел я. – Пробойник, значит. Так вот ты какой, дырокол. Как там по-англицки? Hole punch?

Трость в руках дрогнула, и превратилась в классическую британскую офицерскую саблю конца девятнадцатого или начала двадцатого века. Ого. Это мне что, клинок, меняющий форму достался? Polimorph Blade, легендарные клинки великого мастера из Спаркбрука, сэра Фергюссона?

Я выдвинул клинок из ножен. Точно, вот его клеймо. Надо же. Клинок кавалерийского лейб-гвардейского полка, одного из двух? Интересно, которого, Синего или Королеского? Хотя, не важно. Важно, что это реально крутая штука.

Эти клинки создавались для боев в Индии и Африке, где всегда много бохоров, брахманов и прочих колдунов. Они изначально антимаги, пробивают любой магический щит. Теперь понятно, почему клинок смазан отравой, это Первая Мировая, для боев против немецких магов. Вот не дочитал в свое время, теперь попробуй найди ту статью. В боях против немецких кавалеристов английские лейб-гвардейцы использовали специально отравленные клинки, потому как немцы заливались зельями по самую маковку, и не чувствовали обычные колотые и резанные раны. Только хардкор, только снос головы могли их надежно уложить, а это против кольчужного ворота обычной сабелькой сложновато сделать. Вот и травили клинки джентльмены, причем однажды и навсегда. Против обычного человека малодейственно, но как только в крови смесь боевых зелий – малейшая царапина парализует, а то и убивает.

Однако, редкость. И клинок реально хорош. Надо же, как удачно я тогда прогулялся.

Глава 10

Глава десятая

Звонок дверь раздался внезапно и требовательно. Совершенно неожиданно. Потому как я, если честно, никого не жду, меня в Ташкенте знают с десяток человек, максимум. Из них двое в больнице. Кроме того, снизу консьерж, точнее, сегодня дежурит такая солидная дама. На моё появление в шортах и рубашке нахмурилась, но ничего не сказала, ибо как одеты жильцы, её, в принципе, не касается. Но посмотрела хмуро.

Конечно, на меня и во «Вкусно и точка» пялились, даже несмотря на морок, скрывающий вторую пару рук. Все-таки для октября я слишком легко одет, тут бесспорно. Но мало ли, вышел мужик из дома, купить пожрать. Как хочет, так и одевается.

И все-таки, хоть и ломал я голову, кому я потребовался, но увидеть в экране домофона Кайку не ожидал.

– А ты… – но меня перебили, крепко поцеловав, и спросив, на бегу сбрасывая кроссовки.

– Амайя где? – и Кайка еще раз меня крепко поцеловала.

– Там, спит. – Я несколько ошалело кивнул в сторону спальни на втором этаже.

– Ага! – И Кайка бегом рванула наверх.

– Чего это она? – Я почесал затылок, пытаясь вслушаться в негромкое бормотание двух девчонок. Но Кайка, она взяла и помехи поставила. Нет, взломать могу, но надо ли? Хм…

Через пять минут (пять, Карл!), со второго этажа спустились Карлыгаш и сонная и зевающая Амайя, которую за руку тащила казашка.

Сверху, сквозь перила, с интересом смотрят Марк и Изенька.

– Так, Аким, нам просто жутко срочно и жутко важно поболтать о своём, девичьем, у меня в квартире. Через пару часов вернемся. – И Кайка стала надевывать на все еще зевающую, но не сопротивляющуюся Амайю курточку.

– Так, стоять! Изенька, Марк, идете с девчонками. Беречь, не подслушивать. И зайдете по дороге в «Вкусно и точка», купите к чаю всякого! – Я сунул Амайе одну из своих карточек. У неё и свои есть, но кормить своих девчонок должен я.

Поглядел на захлопнувшуюся дверь, я почесал затылок, и пошел на балкон, поглядеть на девчонок. Точно, в подъезд Амайи зашли. Чего это они?

И пошел селфить сеть дальше. Пару часов сидел, правда, с открытым окном, как внизу крики и визг. Девичий, но точно не Кайки или Амайи. И злые вопли, по-русски и по-узбекски.

Вышел на балкон, внизу толпа молодых мажоров обступили, точней, почти обступили, Амайю и Кайку, в Марк и Изенька стоят в боевой форме, мои магини с палочками. Кстати, оппоненты тоже маги, и вот-вот драка начнется.

Вздохнув, я встал на подоконник и шагнул вниз.

Десятый этаж это не пять километров, пролетел махом, тормознув в конце и встав между девушками и демонами, и толпой молодежи. Один, кстати, за глаз держится, и палочкой машет. Точней, сейчас уже не машет, рот открыл и замер.

Остальные тоже молчат, и смотрят на меня квадратными глазами. Чего это они, мужика в шортах не видели? Ну, четыре руки, ну, здоровый. Правда, вокруг меня боевые щиты светятся, на которых русским по матерному написано. Ну да, так и написано. Коротко и ясно.

– «Идете нахуй!» – медленно прочел подбитоглазый, и начал было снова поднимать палочку. Но я не стал ждать, что там сделает обкуренный молодчик. Запашком марихуаны куртка пропитана, глаза шалые, зрачков нет. Вот послали боги идиотов.

Шаг вперед, ломаю палочку, легкий шлепок по фейсу обкурышу, телекинезом вырываю палочки у еще троих.

К нам споспешил было милицейский патруль, но остановился, глядя на загоревшуюся перед ними надпись.

– «Стоять! Дела магов! Маг-инспектор КПК Власов!» – и голограмма моего удостоверения.

Сержант прочел, уважительно козырнул, и с напарником пошли дальше. Да, милиция может и вмешаться, но гражданских тут нет, из дюжины пацанов и девчонок все мажата. Амайя и Карлыгаш тоже маги, про меня и говорить нечего. Так что тут строго дела магов. Демоны не в счет, они мои фамилиары.

– Стоять, щенки! – Я умею в команды, причем так, что все присели. – Маг первой категории Власов! Мне что, дядь Прошу позвать?

– Не надо Силантьева. – Подняла руки молодая красивая девица, блондинка, но явно крашеная узбечка. Но красивая. – Простите нас, мы больше не будем! Пожалуйста.

– Кто такие? – А ведь я её видел, тогда, в «Панорамке». И пару парней тоже.

– Может, не надо? – робко (что значит, правильно поставить раком) поинтересовался еще один парень, пухлый блондинчик.

– Надо. Этот черт обкурен. Наркота и магия несовместимы. Я вынужден принять меры. И не пиздеть мне!!! – от моего рявка молодежь присела, кто-то описался, так как свеженьким сачьем пахнуло. А я взял обкурыша за ухо, и приподнял. – Ты, чудо, ты понимаешь, что тебе магию блокируют?

– Отпустите моего сына! – меня попыталась взять на голос какая-то дамочка, но поймала взгляд моих трёх глаз, и отшатнулась.

– Молчать. И слушать. Сейчас ты возьмешь своего сына, и поедешь с ним к Силантьеву. Все расскажете, Прохор Прохорович решит. Пока по-хорошему. Не сделаете так – я сделаю через Москву, по-плохому. Ясно? – ненавижу тех, кто считает, что ему все можно. Магия и наркотики несовместимы, категорически. Даже самые легкие.

Да, алкоголь тоже считается наркотой, притом тяжелой, но на нервные центры он воздействует совершенно по-другому. А канабиодиды, опиаты, кокаин и прочая рубят чувство реальности у магов напрочь, порой такое творят, что даже мне это вспоминать страшно.

Это внушают всем, с первого курса магуча, со спецшколы. Но все-таки есть люди, которым кажется, что они самые умные.

– Поняли? – рыкнул я еще раз. К дамочке бежит мужик, причем не один. Охрана, «девятка». Ну да, домик-то такой, непростой.

– Мужика притормозили, один охранник остался с ним, второй подошел к нам. Осторожно вытащил удостоверение. Точно, Девятое управление.

– Вы слышали? – мне безразлично, кого они охраняют, дело касается пацана и наркотиков, остальное неважно.

– Да. – кивнул безопасник.

– Тогда прямо сейчас берите пацана, мать, и езжайте к Силантьеву. Его епархия, его решение. Захочет, спустит на тормозах. Не поедете – завтра в центральном аппарате КПК будет на столе. Понятно? – гэбэшник кивнул, отошел к охраняемому, тихо поговорил с коллегой.

Тот подцепил охраняемого за рукав, и потащил к подъезду, а мамаша и второй охранник побежали к серебристому «Форду-Каравану», роскошному лимузину о шести колесах. О, там еще водятел сидит. Какая-то крутая шишка, папаша этого идиота.

За ухо отвел обкурыша к машине, усадил на заднее сидение к матери. Которая, кстати, принялась лупить его по мордасам. Ну, их проблемы. Силантьев её как-либо, но разрешит, но в любом случае с рук она этому семейству не сойдет. Такие косяки даже в высших кругах московских, если всплывают, наказываются жестко.

– Так, молодежь. Я вас пугать не буду. Но завтра идете в Первый отдел ВУЗа, каждый своего, и все рассказываете. Сами. Можете попробовать смолчать. Или схитрить. Ваша жизнь, вам жить. А теперь мы никого не держим. – я повернулся к моим девчонкам. – Пойдемте, барышни. Ребята, вы молодцы.

Это я уже своим демонам. Они тормознули мажорчиков, не дали драке завязаться. Дюжина на двух девушек, пусть и взрослых магинь, но всего двух. Вот мне кажется, что мало бы никому не показалось. Да еще дому прилетело б рикошетом.

– Аким! Ну ты, ух! – Кайка и Амайя переглянулись, и одновременно бросились мне на шею, и оглушительно чмокнули с двух сторон. Наверняка в помаде перемазали, но приятно.

После чего подхватили под руки, и повели в наш подъезд, где консьержка, на моё удивление, оторвалась от экрана уличной камеры и три раза четко хлопнула в ладоши, после чего нахмурилась.

– Молодой человек, у вас великолепная фигура, но тут не пляж и не спортзал. Идите домой и оденьтесь, безобразник!