355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Владимир Сергеев » 2020 Перезагрузка » Текст книги (страница 1)
2020 Перезагрузка
  • Текст добавлен: 12 апреля 2021, 22:00

Текст книги "2020 Перезагрузка"


Автор книги: Владимир Сергеев


Жанр:

   

Боевики


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Владимир Сергеев
2020 Перезагрузка

Глава 1

В вентиляционном коробе грохотала какая-то наполовину оторванная железка. Дом старый, а крышу, похоже, ни разу не ремонтировали. По-крайней мере, Денис не помнил такого выдающегося события за время своего проживания в этой квартире, а живёт он здесь уже третий десяток лет. Ветер, дождь, снег, а порой и град не способствуют сохранности кровли, достаётся ей и от жильцов. То антенну поставить, то убрать и поменять на более продвинутую. А потом ещё нужно регулярно лазить и поправлять, повернувшуюся от неугомонного ветра конструкцию, чтобы она качественно принимала сигнал. Выбираются на кровлю и местные пацаны, покурить на свежем воздухе, а иногда и пивасика выпить, летом позагорать на солнышке. Наркоманы и разные нюхачи на крышу в основном не лазили, а кто рискнул, того потом с асфальта отскребали. Высота и одурманенные мозги – вещи не совместимые, таким лучше в подвал к крысам. Девок, дальше чердака редко пускают. Обычно там, в темноте, на старом продавленном диване, неизвестно кем и когда выброшенным, их путешествие и заканчивается. Лишаются невинности на пыльном диване под голубиное курлыканье.

Сейчас зима и старая крыша не пользуется спросом. Чердак плохо спасает от холодного декабрьского ветра, свободно гуляющего между стропилами и пытающегося оторвать все, что попадается ему на пути. Одинокий мужчина уставился невидящим взглядом на мокрое от тающего снега стекло. За скользящими вниз струйками воды темнота, время далеко за полночь. Фонарь во дворе, под натиском стихии, долго и противно мигал, а потом погас окончательно. Абсолютная тьма, не видно даже сносимых порывами ветра крупных снежинок. Лишь те из них, кому суждено закончить свой полёт на стекле, на секунду появляются изломанной кляксой, чтобы тут же скользнуть вниз капелькой воды. Стекло плачет. Мужчина смотрит на него красными, сухими глазами, в них давно нет места влаге. На маленькой кухне тепло. Старый чугунный радиатор, не смотря на свой преклонный возраст, исправно нагревает небольшое помещение.

Не смотря на комфортную температуру мужчине холодно, он не замечает этого, но его ощутимо потряхивает. Холод выходит откуда-то изнутри его измученного организма. Сердце сжатое ледяной стужей пропускает удары, паузы между ними становятся всё длиннее. Лёгкие со свистом втягивают воздух, который больно скребёт воспалённое горло. Рубцов догадывается, что с ним что-то не то. Вероятно, проклятый вирус добрался и до его, проспиртованного тела, но это его абсолютно не волновало. Он уже принял для себя решение. Старенький «макаров», с потёртой рукояткой, лежал на краю стола. Боевое оружие нелепо смотрелось среди грязных тарелок и пустых консервных банок, наполненных окурками. На поцарапанном пластике кухонного стола лужицы водки, густо засыпанные крошками хлеба. Впрочем, линолеум на полу тоже не отличался чистотой. Кроме крошек и другого мусора на нём стояли и валялись пустые бутылки. Грязные стеклянные банки дополняли картину.

Уборки на кухне не было очень давно. Не до неё было бывшему офицеру. После смерти любимой женщины в нём навсегда поселилась боль и тоска. Окружающее его мало интересовало, он жил одними воспоминаниями. С трудом, не без помощи единственного сына, он смог преодолеть боль утраты и медленно, постепенно, начал возвращаться к жизни. Бросил пить, привёл себя в порядок и вновь вышел на работу. Но, судьба нанесла ему ещё один удар, от которого он уже не смог оправиться. Его гордость и надежда, его Алёшка погиб возле Степанакерта, подорвавшись на фугасе. Получив это известие, старший Рубцов окончательно выпал из реальности. Он запил, так, как не могут пить живые люди, да он уже и не относил себя к живым. Ничего больше в этом мире его не держало. Зачем жить, для чего, для кого. Все, кого он любил больше жизни, ушли навсегда.

Он не знал, какое сегодня число, какой день недели. Да и какая теперь разница. За окном темно – значит ночь, или вечер, а может раннее утро. Что это меняет для него? Ничего. Снег, значит зима. Наверное, скоро Новый год, Алёшка погиб в конце ноября. А может, в отключке, он пропустил праздник с его салютами и петардами и високосный 2020-й сменился, наконец, 2021-м годом. Ну и что? Ему это уже никак не поможет. Всё плохое, что только можно себе представить, этот уходящий год с ним уже сотворил. Когда в прошлом году они семьёй отмечали Новый год, его не отпускало чувство тревоги. Предчувствие большой беды не мог развеять даже выпитый алкоголь. Жена, видя его настроение, пыталась узнать причину, а он отшучивался, старался больше улыбаться. А сердце нехорошо щемило в груди. Сын впервые привёл знакомиться свою девушку и сказал, что летом они хотят пожениться. Симпатичная, умненькая и хорошо воспитанная девочка, но, к сожалению, а для неё может и к лучшему, пожениться они так и не успели.

Проклятый год разрушил планы миллионов, а может и миллиардов человек, что ему парочка влюблённых. Справедливости ради нужно сказать, что природные катаклизмы начались уже давно. Но, в 2020-м планета приложила все свои силы, чтобы избавиться от утомивших её людишек. Сразу первого января случилось землетрясение магнитудой 5.6 баллов у побережья Камчатки. Слава богу, никто не пострадал, цунами, к счастью, не возникло. Но, это было только начало. Девятого января началось извержение вулкана Попакатепетль в Мексике. Небо над страной заволокло дымом, землю засыпало пеплом, но жертв опять удалось избежать. Начавшиеся в Австралии, ещё в 2019-ом году, лесные пожары, сменились ливневыми дождями, которые привели к ужасающим наводнениям. То, что не сделали пожары, доделали вода. В результате Австралия потеряла свыше одного миллиарда животных и восьми миллионов гектаров выгоревшего леса. Сгорело и смыто водой около двух тысяч жилых домов, по официальным данным погибло двадцать семь человек.

В России, в Псковской области, из-за отсутствия снежного покрова намного выросло количество палов сухой травы, что привело к многочисленным пожарам. Двадцать четвёртого января шторм «Глория» обрушился на Испанию, нанеся стране серьёзные разрушения. Землетрясение в Турции, двадцать пятого января, унесло жизни двадцати двух человек. Дальше, больше. Сильные ливни и наводнение в Бразилии, в конце месяца, унесло жизни уже тридцати человек. Природа мстила людям за их варварское к себе отношение. Но, эти катаклизмы показались для планеты Земля слишком мелкими и незначительными, она придумала для людей новое испытание. Впервые проявившийся в конце 2019 года в Китае неизвестный вирус, набрал силу и вырвался за границы этой азиатской страны. Первыми забили тревогу китайские учёные, но их опасения никто не воспринял всерьёз. Учёные ведущих стран, уже привыкли, что Китай стал поставщиком новых, ещё неизвестных вирусов и бактерий.

В последние годы, в странах Юго-Восточной Азии регулярно появлялись неизвестные болезни, но все они достаточно быстро исчезали и про них благополучно забывали. Конечно, и они собирали свою жатву, унося с собой человеческие жизни, но, это происходило по большей части в Азии, практически не затрагивая остальную планету. Это, сильно, расслабило людей, в том числе медиков и учёных. ВОЗ забила тревогу, когда летальные случаи, от новой болезни в Европе, исчислялись уже сотнями, а потом и тысячами в день. Дальше подошла очередь России и Америки. Вирус, получивший название «COVID 19», не признавал границ и не желал само ликвидироваться. Более того, он очень плохо поддавался лечению. Медики перепробовали все известные препараты, но без заметного успеха.

Часть людей болела очень тяжело, с серьёзными осложнениями, зачастую приводящими к летальным исходам. Другие болели легче и при использовании для лечения сильных антибиотиков выздоравливали, приобретая не стойкий и не продолжительный иммунитет. Через какой-то, чаще не очень большой, промежуток времени, они могли заболеть повторно и не факт, что во второй раз «COVID» отпустит их живыми. Сравнительно небольшая часть человечества, были не восприимчивы к новой заразе и переносили её легко, без симптомов. При этом они являлись активными переносчиками и распространителями вируса. Ведущие страны лихорадочно приступили к разработке вакцины против короновируса. Естественно, такая масштабная работа требовала немало времени. По-хорошему, для разработки подобного препарата и полному циклу его испытания требовался не один год.

Вирус ждать не стал. Он принялся днём и ночью, без выходных и праздников успешно сокращать численность населения планеты. Первыми серьёзные потери понесли медики. Пытаясь вырвать из лап болезни как можно больше людей, они цепляли огромное количество вируса и чаще всего погибали. Не избежала заражения и Ольга, жена Рубцова. Опытный врач-терапевт, она очень серьёзно относилась к своей работе. Долг медика практически с первых дней обострения ситуации в России привёл её на работу в «ковидный» госпиталь. Она сутками не выходила из красной зоны, а в редкие часы отдыха оставалась в госпитале, чтобы ненароком не распространить инфекцию на других людей. По телефону она говорила Денису, что всё хорошо и никогда не жаловалась на усталость, а даже наоборот, старалась подбодрить его.

У него, тогда как раз были проблемы. Последние пару лет, как ушёл в отставку его начальник контр-адмирал Горохов Игорь Владимирович, спокойная и продуктивная служба Рубцова закончилась. Горохов незадолго до своего ухода позвал Рубцова к себе в кабинет. Сам встал, закрыл дверь на ключ и достал из сейфа пузатую бутылку с янтарной жидкостью. Две рюмки и блюдце с нарезанным лимоном.

– Бери Денис стопку, – он пододвинул одну рюмку к Рубцову, – давай выпьем и потолкуем. Мне зять французский коньяк подарил, настоящий.

Они выпили и взяли по ломтику лимона. Коньяк и вправду был замечательным. Приятное тепло, вначале покорив пищевод, плавно распространялось по всему телу.

– В общем, тут такое дело Денис, – адмирал налил ещё по рюмке, – ухожу я на пенсию.

– Да вы что, Игорь Владимирович, – изумлённо спросил Рубцов, – у вас же здоровья ещё вагон, молодые позавидуют, или дома что случилось?

– Да нет, дома, слава богу, всё в порядке и здоровье, тьфу, тьфу, тьфу, – адмирал постучал по столу костяшкой согнутого пальца, – пока не обижает. Давай ещё по стопарику.

– Дело в другом капдва, – продолжил Горохов, положив на край блюдца шкурку лимона, – попросили меня вежливо. Да так вежливо, что хрен откажешь.

– Кто попросил? – не понял Рубцов.

– Ну, ты даёшь Денис, – Горохов усмехнулся, – кто может попросить контр адмирала свалить на пенсию, пускай и давно заслуженную. Только те, что сидят повыше, в больших просторных кабинетах, у кого звёзд на погонах поболе или крупнее они по размеру. Да дело, в общем-то, не во мне. Я всё равно собирался через годик другой на покой уходить. Вот только хотел тебе капраз выбить, да на своё место посадить. Кроме тебя на своём месте я никого не хотел видеть. Слишком много мы с тобой сил вложили в отряд, что бы какой-то мудак пришёл и всё испортил. Но, обломали меня. Вежливо и настойчиво. Намекнули прозрачно, что если я буду выёживаться, отряд вовсе могут расформировать и раскидать по другим подразделениям. Мне тогда в любом случае придётся на пенсию идти, но и отряда как такового уже не будет. Раскидают вас по всем флотам нашей необъятной… Эх, давай ещё по одной.

– Я так понимаю, Игорь Владимирович, кому-то ваше место понадобилось? – поставив рюмку, спросил Рубцов.

– Ну, я никогда в твоей смекалке не сомневался Денис, правильно мыслишь, – ответил Горохов, взяв ломтик лимона, – в самое яблочко. У одного штабного адмирала подрос сынок. Сразу посадить его в штаб слишком нагло. Точнее посадить то можно, он и сейчас там ошивается. Но, для достойного места нужна хотя бы одна, но крупная, звезда на погон. Заработать её в штабе можно, но слишком долго, да и завистники могут настучать на самый верх, что развели семейственность и так далее. Потом проблем не оберёшься. А так посадят его на моё место, через годик капраз кинут, за «отличную» службу, а ещё через пару лет и контр адмирала дадут. Ну, а дальше путь открыт в столицу нашей необъятной и горячо любимой Родины. Все завистники заткнутся. Боевой офицер, командир одного из лучших подразделений, что тут можно сказать? Вот такой форс мажор капдва.

– Да ты не вешай голову раньше времени Денис, – Горохов вновь наполнил рюмки, – ты ещё молод, здоров. Переживёшь этого гостарбайтера, мать его, надолго он не задержится. Максимум года три, ну четыре, а потом свалит в столицу. Там папаша ему за это время тёплое гнёздышко совьёт, тянуть ему не с руки, возраст уже критический, как бы самому пинка под сраку не прописали. Главное Денис, отряд сохранить, людей, которых мы с тобой вместе подбирали, растили и пестовали. Я тебе буду помогать, чем смогу, остались ещё порядочные командиры на флоте, с которыми я знаком. Ты если что не стесняйся, обращайся, если совсем туго станет.

Вот так закончилась нормальная жизнь Рубцова на флоте. Пришедший на смену Горохову, капдва Дубинин абсолютно не понимал специфику подразделения. Был откровенно туп и необычайно высокомерен. Чувствовал себя как минимум Наполеоном, а своих подчинённых пигмеями, или рабами, обязанными заглядывать ему в рот в ожидании очередной команды. Он сразу невзлюбил Рубцова, чувствуя, что подчинённые ценят и уважают его, а его самого откровенно игнорируют. Вначале пакостил из подтишка, пытался унизить при бойцах, старался подставить перед вышестоящим начальством. Не особо грамотный в военном деле, он мастерски плёл интриги. В общем, Рубцов быстро понял, что сохранить подразделение в боеспособном виде при таком командире у него вряд ли получится.

Он хотел встретиться и посоветоваться с Гороховым, может старик со своими связями и опытом чем-то поможет, но, увы, опоздал. Контр адмирал скоропостижно скончался, оторвался тромб и закупорил сосуд. Рубцов ещё боролся за своих парней до конца 2019 года и боролся бы дальше, но мастер интриг Дубинин в очередной раз подставил его перед вышестоящим начальством. Он выставил Рубцова виновным в неудачной операции, в которой получили ранения двое бойцов группы. Причём по его рапорту выходило, что сам Дубинин предлагал другой план, а Рубцов настоял на своём, что абсолютно не соответствовало действительности. Однако, правильно подготовленное начальство спустило всех собак именно на Дениса. А куда денешься, если позвонили из самой Москвы и предложили примерно наказать капитана второго ранга Рубцова, вплоть до снятия с погон лишней звезды.

Денис едва сдержался, чтобы не искалечить этого «папиного» сынка, любыми способами делающего себе карьеру. Точнее, сам бы он всё-таки не сдержался. Парни на нём буквально повисли, когда он, узнав о проделках Дубинина, побледнев, рванул в штаб. Если бы не они, он бы точно схлопотал срок, причём серьёзный, возможно даже за убийство. Немного остыв и всё обдумав, он написал рапорт об отставке. Его никто не уговаривал, командир части, в принципе нормальный мужик, отлично понимал ситуацию, но ничего не мог поделать. Лучше пожертвовать одним офицером, чем задрюкать часть постоянными проверками из столицы. При таком раскладе, гораздо больше людей пострадает.

Жена поддержала решение Рубцова, хотя прекрасно понимала, что для него значит служба. Военный в третьем поколении, он не представлял себя на гражданке. Все его помыслы с самого детства были связаны с военной службой. Он дневал и ночевал в подразделении, порой в ущерб семейной жизни, но она никогда не пилила его. Выходя замуж за курсанта военного училища, она прекрасно понимала, что за жизнь её ждёт и ни разу его не упрекнула. Мудрая женщина она отлично видела, как тяжело ему пришлось после отставки Горохова, переживала за него. Узнав, что муж подал рапорт, она обрадовалась в душе, но вида не подала. Понимала, что не стоит этого делать, слишком много служба значила для её Дениса.

Рубцов просидел дома без дела всего неделю. Ещё год назад, случайно, на улице, он встретил своего однокашника по училищу, Стёпку Иванченко. Оказалось, что тот уже полгода как ушёл со службы и сейчас работает со своим старшим братом. Старший Иванченко, ещё учась в престижном ВУЗе, занялся бизнесом и весьма успешно. Голова у него работала как надо. Сейчас у него был банк и несколько крупных торговых центров. Одному, постоянно развивающимся бизнесом, управлять стало сложно, и он начал агитировать помочь младшего брата. У Стёпки служба шла не шатко не валко, офицером он был толковым и грамотным, но в душе оставался распиздяем. Таким его Рубцов ещё по училищу запомнил. Курсант Иванченко провёл на гауптвахте, наверное, не меньше времени, чем на занятиях в аудиториях.

Рубцов тоже любил погулять в молодости, кровь требовала адреналина, а детородный орган тёплой лунки, но до Стёпки ему было далеко. При распределении учли «заслуги» курсанта Иванченко, и лейтенант Иванченко поехал служить в такую Тмутаракань, о которой раньше даже не слышал. Возможно, Стёпка, наконец, повзрослел, или в этой глуши не было применения его беспокойной натуре, кроме самой службы, но дела его пошли в гору. Он быстро поднялся до командира этой небольшой части, но, увы, дальше, в этой глуши расти было не куда. Стёпка загрустил, но дисциплину поддерживал, и приобретённый авторитет не терял. Его небольшая часть вполне прилично выдерживала немногочисленные проверки и успешно несла службу. Кипучая натура Иванченко не могла долго мириться с существующим положением. Чтобы не наломать дров, он принял предложение брата и ушёл на гражданку.

Сейчас Стёпка занимался службой безопасности в растущей империи старшего брата. Но, Илья, так звали старшего Иванченко, планировал подключать его непосредственно к бизнесу, а на СБ найти нового человека. Когда бывшие однокашники допили первую бутылку, а Рубцов коротко рассказал о своей службе с Дубининым, Стёпка предложил ему возглавить службу безопасности их семейного бизнеса.

– Что тебе мучиться под этим мудаком – сказал он, разливая коньяк из только что принесённой официантом бутылки, – ты или замочишь его, или ещё что учудишь. Дальше будет только хуже, знаю я подобных гандонов. Он по головам будет лезть к заветному креслу и погонам с большими звёздами, а тебя мимоходом сжуёт. Просто так из вредности, а может из тайной зависти к твоим способностям и авторитету у бойцов. Он знает, что ты ему не конкурент, но его сучья натура не даст ему покоя пока он тебя не растопчет. Так что, мой тебе совет, вали от него как можно быстрее, а то ваше противостояние очень печально для тебя закончится. Получишь срок как два пальца об асфальт. Пиши рапорт и уходи на гражданку. Предлагаю тебе возглавить нашу секьюрити. Полномочия самые широкие. Сам будешь личный состав подбирать и строить, а зарплата на первое время будет, скажем, раза в три больше чем у тебя сейчас.

– Спасибо за предложение Стёпа, а твой брат как к новому сотруднику отнесётся?

– Нормально, – убеждённо сказал Иванченко младший, – даже обрадуется. Во-первых, он тебя немного знает, ну а с моими рекомендациями будет только рад поручить тебе нашу безопасность. Во-вторых, ему уже давно нужен помощник, а кому он может доверять больше чем собственному брату? Поэтому даже не сомневайся, с этим проблем не будет. Мы планируем ещё расширяться, планов у Ильюхи вагон. Соответственно и СБ будет расти, так что и тебе скучно не будет, а в твоих способностях я уверен.

– Ещё раз спасибо, но ты же знаешь, как я отношусь к службе и к флоту в частности. Я же прокисну на гражданке, мне же с детства форма и оружие снились. Зарплата у меня в принципе не плохая. Новый министр обороны правильный мужик, поднял престиж военных. Вот только Дубинин, сука, свалился на мою голову, – лицо Рубцова потемнело.

– А я про что? Знаю я тебя Денис как облупленного, знаю, что батя твой всю жизнь армии отдал, и дед фашиста бил пока не погиб. Не сомневаюсь, что и ты, всю жизнь посвятил бы флоту и для страны сделал не мало, но не повезло тебе. Встал на твоём пути этот хлыщ штабной и не обойти тебе его никак. А может рапорт написать да перевестись куда-нибудь? – спросил Стёпка.

– Ты думаешь, я не рассматривал этот вопрос? – криво усмехнулся Рубцов.

– Понимаешь, я в этот отряд столько сил вложил, я же здесь с самого училища. Думаешь легко парней бросить? – по лицу Дениса вновь пробежала тень.

– Да и кроме этого, проблем не меряно. Я когда только заикнулся о переводе, мне командир сразу сказал, что держать не будет, рапорт подпишет. Но, добавил, что старший Дубинин, естественно, по наводке младшего скорей всего подберёт мне такое место службы, что до затрёпанного Мухосранска будет километров двести и всё лесом. Твари, как волка обложили, ну вот что я им сделал? – вопрос был риторическим и Рубцов не ждал на него ответа.

– А куда я с женой, да и сам уже не мальчик, всё с начала начинать. Ладно, сын в училище поступил, на казарме живёт, а Ольга? У неё работа, больные, авторитет, подчинённые. Она и так со мной тягот хватила по молодости, пусть поживёт спокойно, тоже уже не девочка, здоровье бывает, подводит. Нет, Стёпа не подходит мне такой вариант, – Денис глянул на часы, – давай, кстати, закругляться, засиделись мы с тобой. Спасибо ещё раз, за предложение, но я ещё повоюю. Не годится боевому офицеру под штабную крысу прогибаться. Меня бойцы не поймут.

– Ладно, Денис, давай на посошок и по домам, – Степан наполнил рюмки, – только будь осторожней с ними брат. Ты же прямой как штык, а этих засранцев в открытом бою не победишь, сломают. В общем, я пока подержу место начальника СБ, у меня там зам. толковый, пусть пока поработает.

– А что ты его насовсем за себя не оставишь, если он толковый? – Денис с интересом взглянул на друга.

– Не его уровень. Как зам. он не плох, ну и всё. Это его потолок, а мне нужен проверенный человек инициативный, способный развивать службу под новые задачи. Так что я тебя пока подожду. Мы в этом году планируем присоединить к себе пару небольших компаний, но дело это не быстрое. В лучшем случае к концу года только всё срастётся. Телефон у тебя мой есть, если надумаешь, звони в любое время, не стесняйся. Ну и вообще звони, не теряйся, может какая помощь потребуется, в том числе финансовая. Седьмая рота своих не бросает, – вспомнил Стёпка их курсантскую присказку, – прорвёмся брат.

Рубцов ко всему подходил основательно, не стала исключением и его новая работа. Пару недель он присматривался к подчинённым, изучал специфику работы, осматривал и изучал все объекты империи братьев Иванченко. После взялся за ротацию, физическую и стрелковую подготовку людей. Некоторые не выдержав возросших требований, поспешили уволиться. Он никого не удерживал. Поговорив с братьями, он добился увеличения зарплаты для охранников, и хорошего премиального фонда, которым распоряжался лично. В команде остались только надёжные и работоспособные люди. С каждым соискателем на освободившиеся места он беседовал лично, сам проверял их подготовку и боевые навыки. Конечно, он понимал, что у него не получится из обычного секьюрити сделать отряд боевых пловцов-диверсантов, да и не нужно им этого. Но, он должен быть уверен в каждом своём сотруднике, по-другому он не умел.

Подчинённые, вначале настороженно относившиеся к новому начальнику, вскоре зауважали его. Рубцов на личном примере показывал отличную физическую форму, не чурался выйти на татами с любым из своих подчинённых. В тире лишь единицы могли тягаться с бывшим капдва. А в метании колющих и режущих предметов с ним даже не пытались соревноваться. В общем, жизнь понемногу налаживалась. Не смотря на начавшуюся в мире пандемию, дела у братьев шли не плохо. Правда, прибыль от торговли заметно снизилась, но выручал банк. Кредиты, ипотеки были по-прежнему востребованы. Ещё Иванченко прикупили швейную мастерскую, расширили её, закупили новое оборудование и запустили производство защитных масок и костюмов для медиков.

Весной Денис всё чаще задерживался на работе допоздна или вообще ночевал в своём просторном, с роскошным диваном, кабинете. Ольга неделями не покидала свою больницу, чтобы не разносить проклятый вирус. По двенадцать, четырнадцать часов работала в «красной зоне», стараясь отобрать у смерти как можно больше людей. После такой работы сил у неё хватало только добраться до своего кабинета, в котором поставили узкую кровать и позвонить мужу. Иногда она засыпала прямо во время разговора. Денис очень переживал за неё, но зная свою женщину, даже не пытался как-то на неё давить. У неё, впрочем, и у него тоже, было обострённое чувство долга. Она скорей разведётся с ним, чем бросит больных и свою работу.

Находится в квартире одному, было тоскливо, поэтому он не торопился уходить с работы. Сын Алексей в прошлом году окончил училище и уехал в свою часть за пару тысяч километров от родителей. Звонил, правда, регулярно. Бодро докладывал, что всё нормально, командир толковый, бойцы дисциплинированные. Интересовался как дела у матери, просил её поберечься и отключался. Денис понимал, что проблем и забот у молодого лейтенанта хватает, а ещё невесте нужно позвонить, чтобы не забывала. Его подруга оканчивала институт, уже вышла на диплом, в начале лета должна защититься, а вскоре после этого влюблённые планировали пожениться. Начавшаяся пандемия, конечно, внесла коррективы. Самоизоляция, запрет массовых мероприятий, однако молодёжь твёрдо решила расписаться, пусть даже и без свадьбы.

В последний раз Ольга позвонила поздно ночью, была очень уставшей. Она тихо сказала, что неважно себя чувствует, сильно болит голова. Под конец разговора раскашлялась и поспешила распрощаться, сказав, что завтра позвонит пораньше. На завтра, не дождавшись звонка от супруги, Денис стал звонить ей сам, она не ответила. Такое бывало и раньше. В «красную зону» врачи с собой телефоны не брали, но в этот раз сердце его сжалось от нехорошего предчувствия. Дождавшись утра, он позвонил в ординаторскую. Коллега жены рассказала, что Ольга заболела и сейчас находится в реанимации на аппарате ИВЛ, поэтому говорить пока не может. Поражение лёгких сорок, сорок пять процентов. Это достаточно много, но она должна справиться, а они ей в этом помогут, пусть он сильно не переживает.

Может Ольга и справилась бы с короновирусом, но её сердце не выдержало. Через три дня ему позвонил главврач госпиталя и сказал, что Ольга Сергеевна умерла. Он говорил какие-то хорошие, добрые слова, но Денис его уже не слышал, хоть и держал трубку возле уха. В ушах что-то звенело, а перед глазами стояло милое улыбающееся и немного усталое лицо его Оли, его единственной любимой женщины. Не дослушав врача, он положил трубку. Ему не нужны были слова утешения, они не способны ему помочь, слишком сильна боль утраты. Он не знает, сколько просидел в своём кабинете, пока к нему не зашёл Стёпка. Увидев бледное и растерянное лицо друга, и узнав, что случилось, лично отвёз его домой, а сам занялся организацией похорон.

Рубцову дали отпуск, Степан даже предлагал устроить путёвку в хороший санаторий, некоторые из них ещё работали, несмотря на пандемию. Денис отказался. Пару недель он сидел дома и пил, отключив телефон. В пьяном угаре к нему приходила Ольга и грустно смотрела на него, а иногда укоризненно качала головой. Ну и пусть, пусть сердится. Зачем она оставила его? Как ему жить дальше одному? А потом она перестала приходить. Вместо неё в воспалённом мозгу мелькали какие-то неясные тени, раздавался тихий неразборчивый шёпот. Очнулся он от того что кто-то лил на него воду. С трудом разлепив заплывшие веки и сфокусировав изображение, он увидел стоящих над ним Стёпку и сына Алёшку. Стёпка поливал его холодной водой из маленькой лейки, из которой Ольга раньше поливала цветы.

Потом пришёл вызванный Степаном пожилой доктор и поставил ему капельницу, а сын сварил куриный бульон и чуть ли не силой заставил его выпить. Алёшка оставался в родительском доме ещё два дня, поддерживая и возвращая отца в реальность. Денис уже на следующий день после капельницы привёл себя в порядок, помылся, побрился, а проводив сына, вышел на работу. Теперь дома он бывал ещё реже все свои силы, отдав работе. Каждую неделю заезжал на кладбище, привозя свежий букетик цветов. Белые хризантемы, любимые Ольгины цветы. Стоял, глядя на фотографию и молча разговаривал с женой, рассказывал как дела на работе, как служит Алёшка, что творится в мире. После таких посещений ему становилось легче, как будто он и вправду поговорил с любимой. Алкоголь он больше не употреблял, совсем, даже пиво.

Время лучший лекарь. Понемногу боль утраты сглаживалась, текущие дела требовали всё больше времени. Денис догадывался, что Стёпка специально грузит его работой, даже не относящейся к ведению службы безопасности, но не возражал. Он был рад вообще жить на работе, чтобы не возвращаться в пустую квартиру. Степан как-то предложил ему поменять свою квартиру на новую. В одном из лучших спальных районов. Обещал, если потребуется, помочь с деньгами. Денис вначале отказался, но со временем, всё обдумав, понял что так, наверное, будет для него лучше. В их старенькой квартирке всё напоминало о преждевременно ушедшей хозяйке. Он решил подобрать себе небольшую однокомнатную квартирку в новом доме, где никто друг друга не знает. Сердобольные и любопытные старушки не будут лезть с расспросами, и провожать его сочувствующими взглядами.

Денис посмотрел пару вариантов и один из них ему понравился. Уютная квартира-студия с хорошим ремонтом, заезжай и живи. Хозяин попросил подождать месяц, чтобы уладить свои дела, он переезжал в другой город. Рубцов не возражал, ему тоже требовалось время, чтобы найти покупателя на свою квартиру. Он выложил в интернет объявление о продаже, когда високосный год вновь напомнил о себе. Мужской голос в трубке, представился капитаном Савельевым. Он сообщил, что лейтенант Рубцов Алексей Денисович погиб выполняя миротворческую миссию в Нагорном Карабахе. Капитан ещё рассказывал какие-то подробности, но Рубцов старший вновь ничего не слышал. Он окончательно выпал из этой ненавистной реальности, забравшей у него самых близких и любимых людей.

Похороны он помнил смутно как в тумане. Алёшку похоронили рядом с Ольгой. Денис помнил рыдающую на свежем холмике земли невесту сына, угрюмое лицо Степана, стоящего рядом. Лица остальных расплывались, не откладываясь в памяти, да и провожающих было совсем немного. Молодые солдатики выстрелили в небо из стареньких «калашей», вспугнув с окружающих берёзок стаю чёрных ворон. Какой-то подполковник сказал короткую речь, из которой он запомнил только отдельные слова: «герой», «долг», «служба», «Родина». Лица офицера он тоже не запомнил, а вот его грузная фигура в короткой шинели, почему-то отложилась в памяти. Денис кое-как отсидел на поминках, выпив три рюмки водки и не ощутив во рту никакого вкуса. Когда провожавшие сына люди разошлись, он попросил Степана отвезти его домой. Тот вызвал такси и довёз Рубцова прямо до подъезда.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю