Текст книги "Фельдмаршал Манштейн – лучший полководец Гитлера"

Автор книги: Владимир Дайнес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Победа под Сталинградом имела большое военно-политическое значение. Она внесла огромный вклад в достижение коренного перелома в войне и оказала определяющее влияние на дальнейший ход всей Второй мировой войны. Советские войска захватили стратегическую инициативу и удерживали ее до конца войны. По данным К.К. Рокоссовского, в плен было взято свыше 91 тыс. солдат и офицеров. За время ликвидации котла войска Донского фронта захватили 5762 орудия, свыше 3 тыс. минометов, 744 самолета, 1666 танков, 261 бронемашину, большое количество военного имущества [264]264
  См.: Рокоссовский К.К. Солдатский долг. М.: Голос, 2000. С. 229.


[Закрыть]. Генерал-фельдмаршал В. Кейтель в своих мемуарах отмечал: «Сдача Сталинграда была тяжелым ударом для нашего авторитета; истребление целой армии и сложившаяся в результате этой потери обстановка означали неудачу, созвучную с крушением нашей кампании 1942–1943 гг., несмотря на всю гениальность, с которой она была задумана. Совершенно неудивительно, что наши критики раскричались еще больше, и русские получили громаднейший стимул для ведения своей войны; мы разыграли наш последний козырь и проиграли» [265]265
  Цит. по: Кейтель В. Мемуары фельдмаршала. Победы и поражения вермахта. 1938–1945 гг. / Пер. с англ. П.Ю. Никишова. М.: ЗАО Центрполиграф, 2004. С. 227.


[Закрыть].

Фон Манштейну, несмотря на все усилия, не удалось помочь 6-й армии. Он проиграл будущим маршалам Советского Союза К.К. Рокоссовскому и А.И. Еременко. Перед командующим группой армий «Дон» теперь стояли иные задачи – удержать Ростов, Нижний Дон и Донбасс. Ему пришлось действовать сразу против войск четырех фронтов (Южный, Юго-Западный, Воронежский и Северо-Кавказский).

5 февраля 4-й гвардейский танковый корпус совместно с соединениями 3-го танкового корпуса освободил Краматорск. Подвижная группа 3-й гвардейской армии, обойдя Ворошиловград с юго-запада и запада, овладела Собовкой (5 км западнее Ворошиловграда) и перерезала железную дорогу, идущую на Сталино. Вражеский гарнизон, опасаясь окружения, стал отходить.

В этой критической для войск группы армий «Дон» обстановке генерал-фельдмаршал фон Манштейн был вызван на совещание в Ставку Гитлера. На специально присланном самолете «Кондор» фон Манштейн 6 февраля прибыл в Ставку. На совещании фюрер заявил:

– За Сталинград я один несу ответственность! Я мог бы, быть может, сказать, что Геринг неправильно информировал меня о возможностях снабжения по воздуху, и таким образом переложить хотя бы часть ответственности на него. Но он мой преемник, которого я сам назначил себе, а потому я не могу допустить, чтобы на нем лежала ответственность за Сталинград.

Тем самым Гитлер как бы снял ответственность с фон Манштейна и не стал искать «козлов отпущения».

На совещании фон Манштейн снова поставил вопрос об оставлении восточной части Донбасса. Кроме того, он коснулся вопроса о руководстве Гитлером военными действиями. «Сознавая, что такому диктатору, как Гитлер, – пишет фон Манштейн, – невозможно было отказаться от должности главнокомандующего, я попробовал подсказать ему вероятное решение, которое не затрагивало бы его престижа, но в будущем могло бы обеспечить безупречное военное руководство. Я просил его обеспечить единство руководства военными действиями назначением одного начальника Генерального штаба, которому он смог бы полностью доверять и одновременно предоставить соответствующие полномочия и права» [266]266
  Цит. по: Манштейн Э. Утерянные победы. С. 474.


[Закрыть].

Однако Гитлер категорически заявил, что не может дать такие права начальнику Генерального штаба, которые практически поставили бы его над Герингом. Последний никогда не подчинился бы начальнику Генерального штаба, даже если бы он и действовал от имени Гитлера.

По поводу оставления восточной части Донбасса между Гитлером и фон Манштейном разгорелся многочасовой спор. «Самой веской причиной, которую все время Гитлер подчеркивал, – пишет фон Манштейн, – была, по его мнению, невозможность отдать Донбасс. Он опасался влияния политических последствий, связанных с потерей этого района, важного в военно-экономическом отношении, на позицию Турции. Но прежде всего он подчеркивал значение донецкого угля для собственной военной промышленности и значение отсутствия этого фактора для военной экономики противника. Овладение донецким углем дало бы возможность русским поддерживать на настоящем уровне производство танков, орудий и боеприпасов» [267]267
  Цит. по: Манштейн Э. Утерянные победы. С. 478–479.


[Закрыть].

Итогом почти четырехчасовой дискуссии явилось согласие Гитлера на сокращение восточного участка группы армий «Дон» до рубежа Миуса.

7 февраля днем фон Манштейн вновь прибыл в свой штаб в Сталино, где его ждало неприятное известие. Войска Южного фронта, в командование которыми 2 февраля вместо убывшего на лечение генерала А.И. Еременко вступил генерал Р.Я. Малиновский, выполняя приказ И.В. Сталина, в ночь на 7 февраля начали завершающее сражение за Батайск и Ростов. Соединения 28-й армии генерала В.Ф. Герасименко ворвались в Батайск и к утру полностью освободили его. Фон Манштейн приказал 1-й танковой армии, армейским группам «Ланц» и «Холлидт» начать 9 февраля отход с нижнего течения р. Северский Донец на подготовленные позиции на р. Миус. Одновременно из района Ростова в район Константиновка, Красноармейское перебрасывались танковые дивизии.

В ночь на 9 февраля части 28-й армии Южного фронта переправились через Дон и после ожесточенных боев овладели близлежащими улицами в южной части Ростова. С целью ускорить освобождение города командующий фронтом генерал Малиновский направил в обход его с северо-востока 2-ю гвардейскую и 51-ю армии, а с юго-запада – 44-ю армию и конно-механизированную группу. Оборонявшие город четыре вражеские дивизии, охваченные с трех сторон, чтобы избежать разгрома, начали отходить.

Командующий Юго-Западным фронтом генерал-полковник Н.Ф. Ватутин ошибочно воспринял отвод войск группы армий «Юг» как оставление Донбасса и отход ее войск за Днепр. Войскам фронта были поставлены невыполнимые задачи на развитие стремительного наступления во всей полосе с целью упредить противника в выходе к Днепру.

В своем докладе в Ставку ВГК от 9 февраля генерал Ватутин намечал отрезать пути отхода противника западнее Сталино, продолжая одновременно выдвижение на запад и юго-запад своего правого фланга. Кроме того, планировалось срочно подготовить сильную подвижную группу для нанесения более глубокого удара из района Краснопавловка, Лозовая в направлении Павлоград, Синельниково, Запорожье, Мелитополь, чтобы отрезать противника от переправ через Днепр и не допустить его отхода на запад. Одновременно на правом фланге предполагалось выйти в район Полтава, Кременчуг, Днепропетровск и захватить плацдарм на западном берегу р. Днепр на участке Кременчуг, Кривой Рог, Каховка. На левом крыле фронта намечалось после выхода подвижной группы в район Мелитополя быстро усилить ее, стремительно выйти на нижнее течение р. Днепр и захватить плацдарм в Крыму южнее Перекопа и Чонгара [268]268
  См.: Русский архив: Великая Отечественная. Ставка Верховного Главнокомандования: Документы и материалы. 1943 год. Т. 16 (5–3). С. 277–278.


[Закрыть].

Главную роль в наступлении генерал Ватутин отводил вновь создаваемой подвижной группе фронта. В ее состав включались 1-й гвардейский танковый, 25-й танковый, 1-й гвардейский кавалерийский, 4-й гвардейский стрелковый корпуса, четыре истребительно-противотанковых артиллерийских полка, одна дивизия ПВО. Командование группой возлагалось на командующего 6-й армией генерал-лейтенанта Ф.М. Харитонова. Она должна была перейти в наступление 17 февраля и к исходу дня 22 февраля выйти в район Мелитополя.

5-й танковой армии, ввиду ее слабого состава, отводилась вспомогательная роль. Ей предстояло преследовать противника в направлении Каменск, Куйбышево, а затем предполагалось вывести армию в резерв фронта.

Сталин, рассмотрев представленный план, 11 февраля предложил генералу Ватутину «принять другой план – с ограниченными, но более осуществимыми в данный момент задачами». На ближайшее время главным было не допустить отхода противника в сторону Днепропетровска и Запорожья, принять все меры к тому, чтобы зажать донецкую группу противника в Крыму, закупорить проходы через Перекоп и Сиваш и изолировать, таким образом, ее от остальных войск противника на Украине [269]269
  Там же. С. 74.


[Закрыть].

События, развернувшиеся на Юго-Западном фронте, показали нереальность планов генерала Ватутина. 11 февраля 4-й гвардейский танковый корпус возобновил наступление. Он совместно с 9-й гвардейской танковой бригадой освободил Красноармейское.

Фон Манштейн, стремясь любой ценой сохранить занимаемые позиции, в спешном порядке стал подтягивать к этому району новые силы, в том числе моторизованную дивизию «Wiking» и 7-ю танковую дивизию. На рассвете 12 февраля они при поддержке авиации перешли в наступление и после ожесточенных боев 20 февраля снова заняли Красноармейское. В полосе 3-й гвардейской армии оперативная группа (23-й танковый корпус, 203-я стрелковая дивизия, часть сил 266-й стрелковой дивизии) под командованием генерала Е.Г. Пушкина заняла 14 февраля Краснодон. Одновременно 18-й стрелковый корпус генерал-майора М.И. Запорожченко занял Ворошиловград (Луганск).

Фон Манштейн, стремясь выполнить указание Гитлера об удержании Донбасса, в ночь на 12 февраля перевел штаб группы армий «Дон» в Запорожье, чтобы находиться в эпицентре событий. В тот же день соединения 5-й ударной армии Южного фронта при поддержке авиации овладели г. Шахты. На следующий день ее 315-я стрелковая дивизия совместно с частью сил 32-й кавалерийской дивизии и 5-й истребительной бригадой заняла Новошахтинск. 14 февраля войска Южного фронта полностью очистили от противника Ростов.

С потерей Ростова фон Манштейн стал отводить свои войска на заблаговременно подготовленный оборонительный рубеж по р. Миус. Попытка войск Южного фронта прорвать этот рубеж с ходу успеха не имела, и 18 февраля они перешли к обороне.

В результате Ростовской операции войска Южного фронта продвинулись на глубину 300–450 км. Группе армий «Дон» [270]270
  13 февраля 1943 г. группа армий «Дон» была переименована в группу армий «Юг».


[Закрыть]было нанесено серьезное поражение. Однако в связи с недостатком сил, особенно подвижных войск, не удалось своевременно перерезать пути отхода противника с Северного Кавказа через Ростов и полностью разгромить его 1-ю танковую армию. Потери войск Южного фронта в операции составили: безвозвратные – 9809 человек, санитарные – 18 422 человека [271]271
  См.: Россия и СССР в войнах XX века: Статистическое исследование. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. С. 313.


[Закрыть].

На Юго-Западном фронте войска 6-й армии, усиленные 115-й танковой бригадой, 127-м и 212-м танковыми полками, 17 февраля вышли на рубеж Красноград, Новомосковск, а 1-я гвардейская армия освободила Павлоград. К исходу дня 18 февраля войска Юго-Западного фронта правым крылом продвинулись на 200–250 км и вышли на рубеж Змиев, Красноград, Синельниково, Красноармейское, Славянск, а левым крылом – на 120 км и достигли рубежа Родаково, Дьяково, где встретили усилившееся сопротивление противника.

Фон Манштейн, пытаясь восстановить положение, принял меры по подготовке контрудара по советским войскам. Обстановка, сложившаяся в полосе группы армий «Юг», вызвала тревогу и у Гитлера. Вечером 17 февраля он прибыл в Запорожье, где находился штаб группы армий. Фон Манштейн доложил ему обстановку. Армейская группа генерала Холлидта достигла в этот день рубежа Миуса, хотя противник и сильно теснил ее. 1-я танковая армия остановила противника у Гришино, но не смогла его еще разбить. Не удалось добиться успеха и в бою в районе Краматорска. Армейская группа генерала Ланца оставила Харьков и отступила на юго-запад к р. Мож. В сложившейся обстановке фон Манштейн решил высвободить танковый корпус СС у Харькова и оставить в этом районе только остальные соединения армейской группы генерала Ланца. Силами танкового корпуса СС намечалось перейти в наступление из района Краснограда на юго-восток в общем направлении на Павлоград, чтобы установить взаимодействие с подходящей сюда 4-й танковой армией. После этого совместными усилиями разгромить советские войска, наступающие в широкой бреши между 1-й танковой армией и армейской группой генерала Ланца. Это позволяло, по мнению фон Манштейна, устранить угрозу отсечения армейской группы генерала Холлидта и 1-й танковой армии, а затем нанести удар в районе Харькова.

Гитлер, выслушав командующего группой армий «Юг», отклонил его план, так как считал необходимым в первую очередь снова возвратить Харьков. При этом он возлагал большие надежды на танковый корпус СС. После продолжительной дискуссии фон Манштейн категорически заявил, что этот корпус должен быть в любом случае сначала сосредоточен не позднее 19 февраля на шоссе Харьков – Красноград. Только после этого можно будет принять окончательное решение о том, наступать на север или на юг. Гитлер под напором аргументов командующего группой армий «Юг» согласился с его предложением.

На следующий день, 18 февраля, Гитлер и фон Манштейн снова обсудили сложившуюся обстановку. Командующий группой армий «Юг» доложил, что крупные силы советских войск ведут наступление на рубеже Миуса, прорвав на ряде участков слабоукрепленные позиции армейской группы Холлидта. Часть сил группы армий «Юг» была скована боями в районе Дебальцево, где был окружен кавалерийский корпус противника. Кроме того, в районе Гришино войска 1-й танковой армии вели боевые действий против советского механизированного корпуса. Фон Манштейн считал необходимым в сложившейся обстановке срочно отвести моторизованные соединения с этого фланга на западный фланг, хотя осуществить такой маневр в данный момент было невозможно. Командующий армейской группой «Ланц» сообщил, что выгруженные в Киеве моторизованные части танковой дивизии СС «Totenkopf» застряли в грязи между Клевом и Полтавой. В результате удар на север с целью овладения Харьковом, на котором настаивал Гитлер, стал также невозможным. По мнению фон Манштейна, речь могла идти только о нанесении удара на юго-восток с целью уничтожения противника, наступающего в бреши между армейской группой «Ланц» и 1-й танковой армией. Этот удар следовало провести возможно быстрее, до наступления распутицы. Гитлер согласился с мнением командующего группой армий «Юг» направить из танкового корпуса СС мотопехотную дивизию «Reich» на Павлоград. Дивизии «Leibstandarde-SS Adolf Hitler» предстояло прикрывать операции 4-й армии против врага, наседавшего из Харькова в южном направлении [272]272
  См.: Манштейн Э. Утерянные победы. С. 493.


[Закрыть].

Фон Манштейн, добившись частичного согласия фюрера, доложил ему свое мнение об общей обстановке. Он считал, что распутица и грязь дадут группе армий «Юг» передышку не более чем на несколько недель. Для обороны фронта протяженностью 700 км группа армий располагала 32 дивизиями, в том числе части армейской группы «Ланц». По мнению фон Манштейна, советское командование после распутицы вновь изберет главным направлением своих операций южное крыло Восточного фронта с целью окружения его у Черного моря. Советские войска смогут прорвать на любом участке оборону группы армий «Юг». Кроме того, ее войска понесли большие потери, и их боеспособность значительно снизилась. Однако Гитлер не согласился с доводами фон Манштейна. Он сказал, что не может снять с других театров военных действий силы для укрепления Восточного фронта. В то же время фюрер высказался за проведение ограниченных ударов с использованием нового оружия.

19 февраля состоялась новая беседа, на которую был приглашен также командующий группой армий «А» генерал-фельдмаршал фон Клейст. Он заявил, что сможет отдать больше сил для укрепления группы армий «Юг». Вечером Гитлер покинул Запорожье. Фон Манштейн, после завершения переговоров с фюрером, подписал приказ о переходе 4-й танковой армии в контрнаступление на противника, наносившего удар через рубеж Перещепино, Павлоград, Гришино с целью отсечения войск группы армий «Юг» от Днепра.

Утром 19 февраля войска 4-й танковой армии нанесли контрудар по правому крылу Юго-Западного фронта, войска которого были вынуждены перейти к обороне. Для развития наступления 6-й армии командующий фронтом генерал Ватутин ввел в сражение 1-й гвардейский танковый и 25-й танковые корпуса, прибывшие в район Павлограда из резерва Ставки ВГК. 1-й гвардейский танковый корпус главными силами овладел 20 февраля Хорошевым (10 км северо-западнее Синельниково) и развернул наступление на Днепропетровск. Его 16-я гвардейская танковая бригада совместно с 267-й стрелковой дивизией 6-й армии заняла Новомосковск. Однако в ночь на 20 февраля 2-й танковый корпус СС из района Краснограда нанес удар в южном направлении, прошел по тылам 6-й армии и овладел Павлоградом. Утром 22 февраля из района Чаплино на Павлоград в наступление перешел 48-й танковый корпус противника. К этому времени части 25-го танкового корпуса вышли в район, находившийся в 10–12 км северо-восточнее Запорожья. На этом наступательные возможности 1-го гвардейского и 25-го танковых корпусов были исчерпаны. Они, испытывая недостаток в горючем и боеприпасах, вынуждены были отойти за р. Северский Донец.

Части 2-го и 2-го гвардейского танковых корпусов, продвигаясь в юго-западном направлении, утром 21 февраля вышли в район Штеровки. Здесь они встретили упорное сопротивление противника, в том числе 17-й танковой дивизии, переброшенной из района Ростова. 23-й танковый корпус нанес удар в юго-западном направлении, овладел Ровеньками и 24 февраля подошел к Красному Лучу. В связи с тем, что в корпусах осталось мало исправных танков, они с подходом стрелковых дивизий были выведены в резерв фронта. Подвижная группа Юго-Западного фронта также оказалась в тяжелом положении. К исходу дня 21 февраля в ее составе осталось всего 40 исправных танков. Фон Манштейн, перебросив 6-ю танковую и несколько пехотных дивизий, утром 22 февраля после мощной авиационной подготовки предпринял контрнаступление. В результате к началу марта подвижная группа Юго-Западного фронта вынуждена была отойти на левый берег Северского Донца.

Отход войск Юго-Западного фронта значительно ухудшил положение Воронежского фронта, проводившего своим левым крылом (40-я, 69-я, 3-я танковая армии) Харьковскую наступательную операцию. Утром 15 февраля они начали штурм Харькова, который удерживал 2-й танковый корпус СС, имевший 200 танков. Преодолевая яростное сопротивление эсэсовцев, соединения 3-й танковой и 69-й армий прорвали внутренний обвод и проникли в город, а 5-й гвардейский танковый корпус совместно с 340-й стрелковой дивизией ворвался на его западную окраину. Видя бесперспективность сопротивления и опасаясь окружения, 2-й танковый корпус СС начал отходить в юго-западном направлении. К 12 часам 16 февраля Харьков был полностью очищен от врага.

После освобождения Харькова 3-я танковая армия (110 танков) и 69-я армия получили задачу наступать на Полтаву, а остальные силы Воронежского фронта – на запад. Войска 3-й танковой армии, преодолевая сопротивление арьергардов противника, медленно продвигались на запад, осуществляя одновременно перегруппировку для планировавшегося наступления на Полтаву. 12-й танковый корпус, несмотря на ожесточенное сопротивление противника, совместно с 25-й гвардейской стрелковой дивизией и частью сил 305-й стрелковой дивизии 69-й армии 25 февраля овладел Валками. 27 февраля танковые корпуса 3-й танковой армии вышли к Варваровке, где не смогли преодолеть сопротивление врага. Тогда было принято решение овладеть Красноградом ударом с востока. 15-й танковый корпус (19 танков) занял Кегичевку, сюда же 28 февраля вышел и 12-й танковый корпус (20 танков). Здесь танковые соединения вынуждены были ожидать транспорт с горючим.

Однако к этому времени обстановка резко изменилась. Фон Манштейн, перегруппировав свои войска, сосредоточил в районе юго-западнее Харькова сильную группировку в составе 4-й танковой армии и оперативной группы генерала В. Кемпфа [273]273
  В связи с тем, что генерал Кемпф сменил генерала Ланца на посту командующего армейской группой, она стала именоваться армейской группой «Кемпф».


[Закрыть]. Она превосходила войска левого крыла Воронежского фронта в личном составе в 2 раза, в артиллерии – в 2,6, в танках – в 11,4, а в самолетах – более чем в 3 раза.

28 февраля фон Манштейн отдал приказ о наступлении против войск Воронежского фронта, оборонявших Харьков. 4 марта соединения 4-й танковой армии нанесли удар по советской 3-й танковой армии. Несмотря на недостаток сил, она оказала упорное сопротивление. Но соединения 4-й танковой армии сумели к 5 марта нанести поражение 3-й танковой армии. По данным фон Манштейна, ее потери составили убитыми около 12 тыс. человек, 61 танк, 225 орудий и 600 машин [274]274
  См.: Манштейн Э. Утерянные победы. С. 500.


[Закрыть].

6 марта фон Манштейн перенес направление главного удара в стык 69-й и 3-й танковой армий. На следующий день, осуществив перегруппировку, он нанес главный удар в направлении Валки, Новая Водолага, Мерефа и вспомогательный – в направлении Знаменка, Старая Водолага, Одрынка. В ходе ожесточенных боев войска 4-й танковой армии овладели 16 марта Харьковом, а 18-го – Белгородом. 25 марта войска Воронежского фронта, отойдя на 100–150 км, остановили 4-ю танковую армию на рубеже Краснополье, Белгород и далее по р. Северский Донец до Чугуева, образовав здесь южный фас Курского выступа.

Фон Манштейн, добившись успеха на харьковском направлении, намеревался совместно с группой армий «Центр» очистить от советских войск дугу в районе Курска. Но ему пришлось отказаться от этого намерения, так как командующий группой армий «Центр» заявил, что его войска не смогут участвовать в этой операции…