Текст книги "Лифт особого назначения (СИ)"

Автор книги: Владимир Кривонос

Соавторы: Дмитрий Грачев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Глава 7

Когда давление в шлюзовой камере выровнялось, и зеленая лампа над люком, ведущим внутрь кабины, просигнализировала, что его можно открывать, они с Борисом протолкнули Оксану в служебный отсек. Избавившись от скафандра, Эдуард первый делом расстегнул на Оксане шлем и откинул защитное стекло. Приблизившись к ее спокойному и побледневшему лицу, он убедился, что она жива. На душе стало спокойнее.

Борис тоже разоблачился, и они вдвоем подняли Оксану в основной модуль. Там их уже поджидал Нараьян с чемоданчиком первой помощи. Он попросил Эдуарда и Бориса помочь освободить Оксану от скафандра, после чего внимательно ее осмотрел. Эдуард с нетерпением ждал, что скажет доктор.

– Ушибов я у нее не вижу. Похоже на сотрясение с потерей сознания.

Нараьян достал из аптечки пузырек с нашатырным спиртом и поднес к носу Оксаны. Лицо ее шевельнулось, чуть сморщилось. Веки дрогнули и через пару мгновений раскрылись. Оксана обвела глазами собравшихся вокруг нее.

– Надо побыть ей в покое. Лучше всего лечь на кресло и постараться уснуть. Я дам лекарство.

Эдуард подобрался к ближайшему креслу и принялся его раскладывать.

– Борис, помоги, – он нажал на педаль, а Борис вытянул сиденье, превратив кресло в диван.

Нараьян плавно транспортировал Оксану на сооруженную лежанку. Вместе с Борисом они уложили ее и зафиксировали ремнями. Оксана непонимающе наблюдала за происходящим и ничего не говорила.

– Нараьян, – шепнул Эдуард прямо в ухо доктору, – с ней все в порядке? Почему она молчит?

– Состояние шока. Это пройдет.

Он поднес к губам Оксаны тюбик с лекарством и, сунув его кончик в рот, надавил на стенки тюбика.

– Отдыхайте, – сказал Нараьян и перевел взгляд на Эдуарда и Бориса. – А вас я прошу не беспокоить пациентку.

* * *

Эдуард увлек Бориса в служебный модуль, туда, где Странник трудился над разгадкой программы.

– Борис, ты знаешь, что за штуковину вы нашли там?

– Не могу предположить даже.

– Это мина. Запрограммированное взрывное устройство. Странник сейчас разгадывает его код, чтобы выяснить, от чего оно должно взорваться.

Эдуард заметил, как Борис побледнел после его слов. Что это? Испуг от того, что они могут взлететь на воздух, или страх перед разоблачением? Эдуард был склонен подозревать сейчас каждого.

– Разве может такое быть? – спросил Борис. – Как там могла оказаться мина?

– А от чего вышел из строя рекуператор? Вы кстати, доставили его?

– Нет. Оксана его выронила, не успев положить в ранец. А потом бросилась за ним, чтобы поймать.

– Выронила, говоришь? – это обстоятельство еще больше удивило Эдуарда. Как-то все странным образом складывалось. Причину, от чего вышел из строя блок, теперь уже не получится выяснить. Не специально ли это было сделано?

Они вплыли в аппаратную. Странник все так же висел перед монитором приборной панели. По экрану продолжали бежать многочисленные строчки.

– Как успехи? – спросил Эдуард.

– Идет анализ программы. Жду результат.

Раздался звонок с радиостанции. Эдуард взял трубку.

– Это Смирнов. Раскопал я кое-что. Ваш подкидыш – довольно опасная штука. В нем заложен такой заряд, что разнесет полсекции вашей шахты вместе с кабиной. Его надо обязательно обезвредить. Что там ваш великий хакер? Разузнал, как запрограммировано устройство?

– Работает он.

– Жду результата.

Эдуард вернул трубку на место. Осознание того, что они все находятся на волоске от гибели, ложилось тяжелым прессом на плечи. Надо найти решение и не дать этой чертовой штуковине взорваться.

– Виктор, что там у тебя?

– Почти закончил. Минутку, – Странник вчитывался в экран монитора, приковавшись к нему взглядом. Наконец, он оторвался от остановившихся строчек и повернулся к Эдуарду. – Мина активируется при запуске рекуператора. Как только из него вырвется луч, программа вызовет детонацию.

– То есть нам нельзя запускать лифт, пока мы ее не отключим? – Эдуард внимательно смотрел в лицо Странника.

– Так точно.

– Ты сможешь ее отключить?

– Попытаюсь.

Странник снова повернулся к приборной панели, и его пальцы забегали по клавиатуре.

Эдуард связался со Смирновым и сообщил ему о результате расшифровки программы.

– Как я и предполагал, – ответил полковник. – Попробуйте удаленно отключить программу.

– А если не выйдет?

– Тогда надо будет убрать эту хрень из шахты. Физически.

После разговора со Смирновым Эдуард снова посмотрел на Странника. Тот щелкал клавишами и вглядывался в монитор. Вид его был серьезен и озабочен.

Борис все это время болтался в подвешенном состоянии рядом и молча переводил взгляд с Эдуарда на Странника и обратно.

– Я так понимаю, мы в полной, извиняюсь за выражение, заднице?

– Не совсем в полной, – ответил Эдуард. – Если у Виктора не получится, у нас есть запасной вариант. Но я надеюсь, что ему удастся деактивировать программу.

Эдуард и Борис – оба уставились на Странника. Его коротко стриженый затылок, закрывал монитор. Странник покачивался в воздухе, зависнув перед приборной панелью. Его пальцы быстро бегали по клавиатуре, а он сам стрелял глазами то на приборы, то на экран.

«Он отлично разбирается в электронике и программировании, но почему-то же так долго возится? – размышлял Эдуард. – Что, если Странник и есть тот самый человек? Ведь он запросто мог передать нужные команды дрону. А теперь, возможно, тянет время, изображая напряженную работу». Конечно, подозревать Странника Эдуарду совсем не хотелось. Ведь, если это так, то по всему выходило, что их жизнь сейчас зависела от предателя.

Странник вдруг резко развернулся и посмотрел грустным взглядом на Эдуарда.

– Ничего не получается. Их программа слишком защищена от внешнего вмешательства. Если бы у нас была тут сеть с подключением к ИИ и хороший запас времени, мы бы взломали защиту.

– У нас нет сети. И времени тоже нет, – Эдуард строго посмотрел на Странника, стараясь всем своим видом внушить, что никакие «если» не принимаются.

– Эдуард Львович, я сделал все, что смог, – Странник виновато опустил глаза. Стекла его очков затуманились от испарины, выступившей крупными каплями на лбу.

Снова затрезвонил радиопередатчик. Эдуард оторвал взгляд от Странника и поднес трубку.

– Это Крашенинников, – вырвалось из динамика, чуть не оглушив. – Что там у вас, Эдуард Львович?

Эдуард не знал, говорить ли ему о мине. Больше всего он боялся, что вся эта история может поставить крест на запуске Лифта в эксплуатацию. Но сейчас опасность угрожала его команде, а также всему проекту. Поэтому он все же решился.

– У нас проблемы, Федор Николаевич.

– Взрывное устройство?

– Так вы уже знаете?

– Мне сообщили. Но комиссия об этом не в курсе. Она ждет продолжения испытаний. И если в ближайшее время Лифт не возобновит работу, я буду вынужден им все рассказать.

– Мы пытаемся обезвредить. Дайте нам минут двадцать.

– Хорошо. Не подведите, Эдуард Львович.

Он почувствовал, как капли пота отделяются от кожи на лбу и висках. Да и в аппаратной вроде стало заметно жарче. Недаром у Странника запотели очки.

– Виктор, что мы можем с ней сделать?

– Она примагничена к площадке. Отключить магниты я не могу. Вскрывать мину нельзя – может произойти мгновенная детонация. Ее нужно постараться как можно аккуратнее оторвать от поверхности и отнести подальше от рекуператора, чтобы ее датчики не смогли уловить в нем появление напряжения.

– Если мы ее доставим в кабину, это не будет опасным?

– Кабина далеко от блока, и здесь мина не должна взорваться, – ответил Странник.

– Как-то неуверенно это прозвучало.

– В ее программе нет кода на взрыв от других воздействий.

Эдуард перевел взгляд на Бориса.

– Ты готов на еще одну вылазку?

– Как скажете, – ответил Борис.

– Тогда мы отправляемся оторвать эту чертову мину.

– Я буду следить за работой ее программы. Если что-то пойдет не так, предупрежу, – сказал Странник.

Глава 8

Эдуард и Борис вновь, облачившись в скафандры, покинули кабину. Пройдя под днищем, пробрались к свободной части шахты, где пролегали тягловые тросы.

– Тут осторожнее, Эдуард Львович. Не сорвитесь. За стенки не зацепишься, только за канаты, – предупредил Борис.

Они двинулись вверх, мимо кабины. В светящихся окошках в этот раз никого не было. Странник находился в аппаратной и наблюдал за монитором, а Нараьян хлопотал возле Оксаны.

Кабину миновали быстро. Двигались молча. Эдуард перебирал в уме последние события. Его не оставляла назойливая и неприятная мысль, что кто-то смог перешагнуть черту и предать своих товарищей, свое дело, своего руководителя, свою страну. Смог ли это сделать Борис? А Странник? Или Оксана? Кого винить, а кому доверять? Полагаться только на себя? Но он каждого из них всегда считал своим единомышленником и всегда делился с каждым своими сомнениями, надеждами, идеями и горечью от неудач. Но сейчас он должен был отстраниться от всего этого и разгадать в ком-то из них врага.

Странник, конечно, имел все, для того, чтобы передать информацию дрону, и теперь мог запросто инсценировать невозможность отключения программы.

Оксана. Она первой вызвалась на замену блока, а когда его заменили, каким-то странным образом выронила его. Не было ли здесь умысла?

– Борис, – произнес в микрофон Эдуард, – как так получилось, что Оксана упустила блок?

– Не знаю. Я стоял к ней спиной. Она должна была уложить блок в ранец. И когда я начал разворачиваться, вдруг услышал ее «Ой!».

– Но там же невесомость. Его разве нельзя было сразу поймать?

– Блок успел уйти вниз, когда Оксана попыталась его схватить. Ей пришлось отстегнуть страховку, чтобы достать до него.

– Но она так и не достала?

– Блок начал набирать ускорение, притягиваясь Землей.

– Хм, такое впечатление, что ему специально придали это ускорение.

– Вы подозреваете Оксану? – в голосе Бориса послышалось волнение.

– Мне приходится подозревать каждого. Но это мое дело, не бери в голову.

Борис ничего не ответил.

Они продолжали подниматься. В полном молчании. Лишь в наушниках слышалось сопение Бориса. Как-то болезненно он отреагировал на слова об Оксане. Хотя, чего удивляться, он к ней не равнодушен. И даже если он что-то заприметил, вряд ли выдаст ее.

Толстые тросы вибрировали как струны на гигантской гитаре от прикосновения к ним. Эдуард перебирал руками, стараясь быстрее добраться до стыковочной площадки. Борис пыхтел следом.

– Эдуард Львович, – прозвучал вдруг в наушниках голос Бориса. Тихо и сбивчиво, будто он чего-то боялся. – Оксана ни в чем не виновата.

– Это почему? Откуда такая уверенность?

– Я вам сейчас скажу, только вы не перебивайте. Мне стоит больших усилий сделать это, – было слышно, как Борис сглотнул. – Вы понимаете, я никогда бы не стал… Но мне ведь почти столько же как и вам. А я всю жизнь не поднимался выше второго номера. И может, это меня и не волновало бы так сильно, но Оксана… Она ведь не замечала меня. Потому что существуете вы. Вы как солнце, рядом с которым ничто не заметно. И она видела только вас. У меня не было никаких шансов.

– Постой, о чем ты таком говоришь? – Эдуард никак не мог понять, к чему клонит Борис.

– В общем, я согласился. Мне, конечно же, было гадко. Но я ничего не мог с собой поделать. Но я лишь об одном просил их, чтобы все обошлось без жертв. Я настоял на том, что я сам укажу дрону, что нужно вывести из строя. Блок рекуператора легко заменить. Но если потянуть с его заменой, то возникшая заминка должна была вызвать претензии у приемочной комиссии, Лифт бы не ввели в эксплуатацию, и все.

– Так вот в чем дело… – вырвалось у Эдуарда.

– Но я совсем не знал, что они обманут меня, – Борис продолжал, не обращая внимания на слова шефа. – Я не знал, что они поставят мину, и мы все окажемся в опасности. Честное слово, если бы они сказали мне об этом, я бы ни за что не согласился.

Эдуард замер, держась за канат. Борис завис рядом. Никак не верилось, что он – предатель. Но Борис ведь не будет сам наговаривать на себя.

– Ты специально толкнул Оксану, чтобы замести следы?

– Это вышло случайно, поверьте.

– Она чуть не погибла из-за тебя.

– Да, я виноват. Но я обещаю вам, что сделаю все, чтобы обезвредить эту чертову мину. Понимаю, что мне веры уже нет никакой, но прошу вас, поверьте. Я готов искупить свою вину.

От слов Бориса Эдуарда бросило в жар. В висках стучало, а пальцы, казалось, сейчас отпустят канат. Голова шла кругом. Да, он хотел выяснить, кто из команды предал его, но он никак не думал, что знание этого обрушится на голову такой тяжелой глыбой. Он словно потерял опору, основание, на котором всегда стоял и был уверен, что оно на веки. А тут все будто покачнулось и рассыпалось под ногами, и сам Эдуард будто провалился в пропасть, в темную бездну, где не за что зацепиться.

Он тяжело втянул в себя воздух и, ни слова не говоря, полез дальше. Он даже не смотрел, идет ли за ним Борис. Тот, на кого он всегда рассчитывал, как на самого себя, перестал для Эдуарда существовать.

Появилась площадка. Эдуард перехватился с каната на перекладину и выбрался на ровную поверхность. Рядом с энергетическим блоком лежал знакомый уже по видеокадрам диск, отражающий ослепительные солнечные лучи.

Краем глаза Эдуард заметил, что и Борис тоже вскарабкался на площадку.

Эдуард вызвал Странника.

– Мы добрались. Как там обстановка?

– Мина никак не проявляет себя. Можете пробовать, – ответил Странник.

Эдуард нагнулся к диску, ухватил с обеих сторон за края и попробовал потянуть на себя. Мина сидела крепко.

– Может, поддеть ее? – спросил Борис. Он вынул из специального кармана для инструментов большую плоскую отвертку и тоже приблизился к мине. – Разрешите?

– Пробуй, – ответил Эдуард, продолжая держать диск за края.

Борис несколько раз ковырнул мину у основания. Но никакого эффекта это не дало.

– Тут надо что-то более тонкое или острое, – сказал Эдуард.

– Сейчас, – Борис убрал отвертку обратно и достал из кармана нож с широким лезвием.

После нескольких попыток ему удалось вставить лезвие между днищем мины и поверхностью площадки. Орудуя ножом как рычагом, Борис начал приподнимать мину.

– Вроде пошла, – произнес Эдуард.

Он со всей силы тянул диск на себя, и тот начал поддаваться. И вдруг оторвался от площадки, а вместе с ним и Эдуард, взлетев с миной в руках вверх по шахте. Страховочный трос, предварительно зацепленный за петлю на стыке между секциями, натянулся и вернул Эдуарда на место. Борис, оказавшийся рядом, схватил его за плечо и не дал Эдуарду вновь подпрыгнуть.

В наушнике щелкнуло и голос Странника, заикающийся от волнения, нарушил тишину:

– Эд-дуард Львович, вы меня с-слышите?

– Да, Виктор, говори.

– Вы ее оторвали?

– Да.

– Я не знаю, к-как, но в ней был спрятан еще один п-программный б-блок. Он запустил обратный отсчет.

– Не понял.

– Мина взорвется через т-тридцать секунд.

Глава 9

Эдуард глянул на сверкающий круг, который держал перед собой. Сейчас от него исходила смертельная опасность, которая неминуемо должна была реализоваться через полминуты.

– Отрыв мины от поверхности, к которой она была примагничена, активировал программу самоуничтожения. Я не обнаружил ее ранее. Она проявила себя только после активации. И я не знаю, как остановить эту программу. Она запустила обратный отсчет, и теперь надо срочно избавиться от мины, чтобы взрыв произошел за пределами шахты.

Последние слова Странника будто ударили Эдуарда током. Да, надо срочно избавиться от мины. Но куда ее деть?

– Осталось двадцать пять секунд, – напомнил Странник.

Эдуард глянул в отверстие в сетчатой стене рядом с площадкой. В него открывался вид на усыпанный звездами космос и голубеющую внизу Землю. Единственный выход в текущей ситуации – выкинуть мину наружу. Она будет падать под притяжением Земли. Только долго лететь ей не придется, ее разорвет через считаные секунды.

– Я выброшу ее за пределы шахты, – сказал Эдуард.

Придерживаясь одной рукой за край отверстия, он швырнул мину. Она сначала медленно поплыла от него, но очень скоро начала вдруг приближаться. Эдуард понял, что это шахта, поворачивается вместе с Землей, и ее угловая скорость больше, чем скорость полета мины.

– Двадцать секунд, – прозвучал голос Странника.

Мина успела опуститься ниже площадки, но шахта неуклонно приближалась к ней.

– Борис, – сказал Эдуард. – Надо срочно отбросить ее от шахты, иначе мы все погибнем. Придержи трос, я спущусь.

Он вылез из отверстия наружу и, цепляясь за край площадки, переместился ниже. Борис взял обеими руками его страховочный трос и выбрал так, чтобы трос натянулся, а затем стал его вытравливать по мере того, как Эдуард опускался ниже.

Стенка шахты уже догнала мину, и та словно прилипла к ней всего в нескольких метрах от Эдуарда. Он продолжал спускаться, придерживаясь одной рукой за трос, а второй за стенку шахты.

– Пятнадцать секунд, – продолжал отсчитывать Странник.

Перчатка скользила по натянутой полупрозрачной сетке. Эдуард спускался. Он не выпускал из вида диск, приклеившийся к шахте. Стенка сделана из синтетических неметаллических волокон, поэтому заново примагнититься он не мог. Эдуард уже почти доставал его. И вдруг трос натянулся, не давая продвинуться дальше.

– Десять секунд.

– Борис, что там с тросом?

– Все, он выбран весь, – послышался ответ.

Не хватало каких-то полметра, чтобы достать до мины. Что делать? Эдуард скосил глаза на карабин. Затем стрельнул взглядом по сетке, в которой имелись местами небольшие технологические отверстия. Подобравшись к ближайшему отверстию, Эдуард отцепил трос. Теперь он держался за стенку шахты, просунув четыре пальца в дырку на сетке. Чуть сдвинулся вниз, ближе к мине. Он уже совсем рядом. Потянулся к ней рукой.

– Пять секунд, – неумолимо прозвучало в наушниках.

Еще немного. Достал.

– Четыре.

Взялся за диск. Подобрал к себе.

– Три.

Замахнулся.

– Две.

И сколько хватало сил, кинул. Рука выскользнула из отверстия в сетке. Эдуард оторвался от шахты. Полетел вслед за диском. Сверкающий на ярком солнце «блин» быстро приближался.

– Одна.

Эдуард обернулся. Шахта отдалялась от него. До нее уже нельзя было ничем достать. Из отверстия на стыках секций выглядывал облаченный в скафандр Борис. Но не его сейчас видел Эдуард. Перед его глазами возникли лица жены и дочери. Александра поглаживала чуть выступающий в пуховике живот. Ее губы прошептали: «Хорошо, пап. Я назову ее Авророй».

– Ноль.

* * *

Как только Борис услышал, что мина взорвется через 30 секунд, ему стало не по себе. Неужели это все? Наказание за предательство. Но при всем понимании вины, он не хотел умирать. Пусть будет все, что угодно, но только не смерть.

Он смотрел на мину в руках шефа и видел в ней свою страшную судьбу. Даже если он сейчас сиганет в шахту к кабине, это не спасет его. Взрывом разнесет верхнюю часть шахты, а следом разрушится и вся остальная конструкция вместе с кабиной Лифта. Поэтому слова Эдуарда о том, что он выбросит мину за пределы шахты, вернули Бориса к пониманию того, что еще не все потеряно. Он облегченно вздохнул, когда увидел, как шеф швырнул «кругляш» в космос. Но радость длилась недолго. Мина вновь соединилась с шахтой. Только теперь она была снаружи, и ее достать теперь стало намного сложнее.

Страх неминуемой гибели вновь обуял Бориса. Он как сквозь сон услышал слова шефа придержать трос и машинально выбрал его и натянул. Эдуард полез вниз. Борис понемногу отпускал трос и думал только об одном: лишь бы шеф успел.

– Пятнадцать секунд, – очередной раз прозвучали слова Странника.

Борис наблюдал, как Эдуард приближается к мине. Трос скользил между пальцев. И вдруг это скольжение прекратилось. Борис глянул в сторону петли, за которую был зацеплен карабин. Трос был выбран полностью. Он натянулся. А Эдуард, болтаясь на нем, все еще не доставал до мины.

– Десять секунд.

Борис сообщил шефу, что трос выбран. А у самого похолодело в груди. Он начал прощаться с жизнью, вспоминая маму, родных, Оксану, чуть не сгинувшую сегодня в глубине шахта, а также свое признание Эдуарду.

Трос в руках ослаб. Борис глянул вниз и увидел, что его конец с карабином свободно болтается, а Эдуард, зацепившись одной рукой за стену, пытается второй дотянуться до мины. Это безумие! Неужели он на что-то надеется?

– Пять секунд.

Эдуард все же дотянулся до мины. Швырнул ее. И сам неуклюже оторвался от шахты и полетел в сторону сверкающего на солнце диска.

– Одна.

Эдуард стремительно догонял диск. Он беспомощно барахтался в пустом пространстве. Но это ему не помогало. Диск был совсем рядом.

– Ноль.

Ярко вспыхнуло. Глаза резануло светом, заставив зажмуриться. Ожидаемого звука взрыва Борис не услышал. Но как только вспышка погасла, от того места, где еще мгновение назад была мина, разлетались в разные стороны мелкие бесформенные частицы. Скафандр с Эдуардом пропал.

– Эдуард Львович! – вырвалось у Бориса. – Вы слышите меня?

Эфир ответил немым молчанием.