Текст книги "Капитан закона"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 11

Ветер за окном такой, что подоконник дребезжит, грохочет под его порывами. Из щелей в окне дует, но это сейчас пройдет. Отрезок бумажной ленты смачивается в клейстере, аккуратно наносится на щель между рамой и створкой окна, разглаживается плавным движением пальцев. Вот и все. Теперь можно переходить к другому окну.

Зимой вечера длинные, а если муж на сутках, то еще и скучные. Ксения сейчас доклеит окно и пойдет к маме. У нее не веселее, но Егору спокойней, когда она под присмотром. Боится, что ее снова вдруг закрутит и понесет по кочкам. Как это было с Фирсом…

Ей и самой не нравилась та шальная, полная беспредела жизнь. Но все-таки своя прелесть в ней была. Минусы значительно перевешивали плюсы, но все-таки приятные воспоминания остались. Восхищенные глаза клиентов, перед которыми она выступала, преклонение мужчин. Тот же Фирс трясся над ней, как Кощей над своим златом-серебром. А носик порошком припудрить – разве ж это не кайф? Кокаин – отличное средство уйти от мирских проблем, расслабиться и получить от жизни удовольствие.

Она и тогда могла чувствовать себя счастливой, если бы смогла забыть Кирилла и полюбить Фирса. Но Кирилл с ней до сих пор. Правда, сейчас он своим незримым присутствием не портит ей жизнь, а тогда он стоял над душой и требовал остановиться. Да и она хотела того же, потому что ненавидела Фирса. Она остановилась, и он, Кирилл, вроде бы успокоился. Даже позволил жить с Егором.

Сейчас Ксения чувствовала себя комфортно и ни о чем не жалела. Но все-таки, когда ей становится невыносимо скучно, вспоминала былые времена. Когда ей было бесшабашно весело, когда кокаин блокировал тормоза и разгонял вниз по наклонной…

Да, интересное было время, но Ксения о нем не жалела. А скуку завтра же развеет Егор. Он вернется с дежурства утром, приготовит обед, она с работы заскочит к нему на полчасика. Он сильный, напористый, но в постели умеет быть нежным и ласковым. Завтра в обед они побудут вместе по-быстрому, а вечер у них растянется на время, пока горят свечи. Романтический ужин, неспешные прелюдии, неистовые кульминации, взрывной апофеоз… Но все это будет завтра. А сегодня Ксения проведет вечер в компании с мамой. Что не так уж и плохо.

Она уже собиралась уходить, когда позвонила мама. Оказывается, к ней пришла некая Маргарита Яркова. Хоть и не сразу, но все-таки Ксения поняла, о ком идет речь.

Маргарита была клубным администратором, она распоряжалась клиентами – рассаживала их, угождала им по мере своих сил и возможностей. Стриптизершами она не занималась, но Ксения все-таки ее знала. Постольку-поскольку. Поэтому столь поздний ее визит показался странным.

– Пусть к тебе идет? Или ты сама к нам? – спросила мама.

– Ну, я не знаю… Пусть ко мне идет…

В конце концов, Маргарита не из тех, кто может укусить. И хотя у Ксении нет желания возвращаться в клуб, все-таки ей интересно, что там происходит.

Маргарита не заставила себя долго ждать.

Шубка у нее отменного качества, но недорогая. Кроличья шубка, но смотрится чуть ли не как норка. И носит она ее нараспашку, чтобы полы не скрывали красоту ног. Может, и не красотка она, но с ее восхитительными ножками это и не обязательно. Даже если есть изъяны у нее на лице, то красота ног их затмевает. Потому она всегда носила короткие юбки. Даже в мороз на ней сейчас мини. Чтобы красота ног заглушала вопрос, из чего сделана шубка.

– Что, Ксения, не ждала? – мило и вместе с тем виновато улыбнулась Маргарита.

Работа с людьми – это ее хлеб. И она умела быть обаятельной и обходительной. А ее навязчивость не раздражала.

– Ну, как бы тебе сказать…

– А так и говори, что не ждала. Я же для тебя гостья из прошлого.

– Из прошлого.

Маргарита прошла вслед за ней на кухню, села на стул, забросив ногу на ногу, и Ксения не могла этого не заметить. Лесбийская любовь не для нее, но все-таки она понимала свою подружку Ренату с ее чувствами к Соньке. Мальчики волновали Ксению гораздо больше, чем девочки. Но при этом она всерьез считала, что женское тело более совершенно и эстетично, чем мужское. Поэтому и задержала взгляд на обнаженных ножках гостьи.

– Твоя мама сказала, что ты замуж вышла.

– Ну, в общем, да.

Ксения стала готовить кофе сразу после того, как позвонила мама, поэтому кухня уже наполнилась запахом гостеприимства. И настроение поднималось.

– Еще не расписались?

– Пока нет, но для нас это формальности.

– Ну да, был у меня один. Тоже говорил, что формальности. А когда я залетела, он сказал, что не чувствует себя обязанным воспитывать моего ребенка… Ксюш, только ты не прими это за пророчество. Просто вспомнилось.

– Ладно, всякое бывает.

– Его квартира?

– Ну, в общем, да.

– Неплохо. Я бы даже сказала, очень хорошо. Уютно очень. И тепло. А на улице холод собачий…

– Подожди, сейчас кофе горячий будет.

– Жду. А муж твой где? Мама твоя сказала, что он на службе.

– Если мама сказала, зачем спрашиваешь?

– Да интересно просто. Он у тебя военный?

– Нет.

– А что за служба?

– Обычная служба. Охранником он в коммерческой фирме.

– И что, много получает?

– Двести долларов.

– Не так уж и плохо. А у нас охранник шестьсот долларов получает.

– Спасибо, не надо.

– Да я и не предлагаю. Вакансий нет и не предвидится. Но есть вакансия танцовщицы, – вроде бы безразличным тоном сказала Маргарита.

– Это не ко мне, – разливая кофе по кружечкам, покачала головой Ксения. – У меня есть работа. И очень хорошая.

Скучная у нее работа и нудная. Зато к ней никто не пристает. Лариса Сергеевна терпеть не может, когда секретаршу сравнивают с проституткой, потому ее замы даже заигрывать с Ксенией опасаются.

– И сколько ты имеешь?

– Триста долларов в месяц. Я их имею. И меня, заметь, никто за это не имеет.

На зарплату она не жаловалась. К тому же у нее остались сбережения от прошлой жизни. Ведь в клубе ей платили двести долларов за вечер плюс все чаевые, хотя у других танцовщиц изымалось почти все. Да и перепадало другим не очень, в то время как одна Ксения за ночь могла заработать больше, чем все, вместе взятые. Бывало, по штуке баксов удавалось поднять, а был случай, когда клиент сразу на десять тысяч ради нее разорился. Хотел в постель ее затащить, но его самого чуть не изнасиловали. Фирсу нравилось, что Ксения раздевается на публике, но спать ни с кем не позволял. Такая вот у него была любовь…

– А разве тебя у нас кто-то имел? – вроде как удивилась Маргарита. – Ты же у нас недотрогой была. Тебя же пальцем никто не смел тронуть. Жизнь еще не закончилась, она только начинается. И хорошие деньги вряд ли помешают.

Ксения уже поняла, зачем пришла Маргарита и к чему она клонит. Но ее это не раздражало. Не хотела она возвращаться к шесту, но при этом ей нравилось, что ее уговаривают.

– Мы с мужем хорошо зарабатываем.

Квартира у них с Егором есть, машина тоже, обстановка – лучше не бывает: Ксения без всякого зазрения совести перевезла сюда всю мебель с той квартиры, которую снимал для нее Фирс. А мебель он ей подарил хорошую. И с одеждой у нее все в порядке, две шубы норковые из старых запасов. А пятьсот долларов на всем готовом – это совсем не мало. Да и не в деньгах счастье. Главное, чтобы Егор был рядом. Не сказать, что она любит его так же безумно, как Кирилла, но другого мужчину, кроме него, она возле себя не видит. Так что ее все устраивает в этой жизни, и зря Маргарита старается.

– Много денег не бывает.

– Кто бы спорил… А ты что это, танцовщицами сейчас занимаешься?

– Я всем сейчас в клубе занимаюсь, – не без гордости улыбнулась Маргарита. – Я теперь исполнительный директор. У нас новый хозяин. Вентиля ведь убили.

Никогда не забыть Ксении, что Городовой хотел арестовать Егора. Как же она тогда напугалась… Вроде бы все обошлось, но неужели теперь каждой заказное убийство в городе будут примерять на Егора? Они, в общем-то, сами в этом виноваты, наломали дров…

– Теперь у нас Мохнатый.

– Что-то слышала.

– Он отсюда, из Восьмого микрорайона. Вентиля из Советского и Юбилейного районов выбил. Там у них свои войны.

– Войны, трупы…

– Ну да, Вентиль погиб, Кряк… Фирс до этого, Касьян… Но нас это не касается, правда?

– Что верно, то верно, – легко согласилась Ксения.

– Наше дело – деньги зарабатывать.

– Для кого?

– Для Мохнатого… Для Павла Петровича. Теперь он клуб держит. Я не знаю, как это у них делается, но теперь он полноправный хозяин. И крышу сам себе делает.

– Хочешь, чтобы я у тебя танцевала? – напрямик спросила Ксения.

– Хочу.

– Извини, но я отказываюсь.

– А условия прежние. Двести долларов за ночь. И чаевые все твои.

– Так не бывает, – покачала головой Ксения.

– Но ведь было. Я узнавала.

– Тогда условия были другие. Тогда я с боссом спала.

– Ну, будешь спать с новым боссом, – выдавила из себя Маргарита.

– С Мохнатым?

– Бавыкин его фамилия. Павел Петрович. И он уже не «мохнатый». Был «мохнатым», но я ему сказала, что так некрасиво. Никто не говорил, а я сказала. И показала, как надо. И костюм ему помогла подобрать. Он у меня теперь знаешь какой! – с каким-то грустным восторгом сказала Маргарита.

– У тебя?

– Ну да… Ты думаешь, я просто так директором стала?

– И ты хочешь, чтобы я с ним спала?

– Он этого хочет, – вздохнула Маргарита.

– Даже так?

– Ну да… Помню, говорит, танцевала здесь одна красотка. Ну, я сдуру и брякнула, что была у нас такая. А он сказал, что хочет видеть тебя у шеста. Если ты откажешься, он меня уволит.

– Так что, мне ради тебя согласиться надо?

– Не ради меня… Кто я такая, чтобы ты ради меня на такое шла?

– Никто, – честно призналась Ксения. – И твой Мохнатый мне даром не нужен. Скажи ему, что я послала его к черту.

– Ты что, не понимаешь? Он Вентиля убил. Он всю его бригаду разогнал. Он такой крутой, что любого может похоронить. И меня может, и тебя… Я его боюсь.

– Ну, тогда уходи. Он тебя уволит – и уходи.

– А работа?.. Да и в постели с ним, честно тебе скажу, здорово.

– Ты что, рекламу ему делаешь? – засмеялась Ксения.

– И не собираюсь. Но если ты вдруг захочешь, то не пожалеешь…

– А ты?

– Карьера требует жертв, – развела руками Маргарита.

– Да, но в жертву своей карьере ты хочешь принести меня. Извини, меня такой вариант не устраивает.

– А какой устраивает?

– Тут, как говорится, без вариантов. Так что всего хорошего.

– Он меня убьет!

– А меня убьет муж. Так что не разжалобишь.

– Ты не подумай, что я тебя запугиваю. Просто Мохнатый не тот человек, который так просто отказывается от своего.

– Да, но я ему не своя.

– Он положил на тебя глаз. И теперь считает тебя своей собственностью.

Ксения уныло вздохнула. Фирс тоже когда-то положил на нее глаз, и вся жизнь покатилась под откос.

– Если он тебя захотел, то уже не остановится. Он пойдет на все, чтобы тебя заполучить. Во всяком случае, мне так кажется.

– Что ж, будем надеяться на то, что тебе всего лишь это кажется.

Кирилл не смог справиться с Фирсом, зато Егор остановит Мохнатого. Он настоящий мужчина и сможет защитить свою женщину. Так что Мохнатому лучше не связываться с ним.

…Лариса Сергеевна нервно барабанила пальцами по столу.

– Ко мне, Ксюша, приходили бандиты. По твою душу. Честно скажи, кому ты дорогу перебежала?

– Никому.

– Значит, я вру? Значит, никто ко мне ни приходил?

– Ну, может, и приходили… Возникла тут одна ситуация…

– С Мохнатым?

– Ну да, – обреченно кивнула Ксения.

– Значит, я правильно все поняла.

– Что вы поняли, Лариса Сергеевна?

– А то, что дочь у меня в школе учится, и я не хочу, чтобы с ней что-то случилось. А они на это намекнули… Я не знаю, девочка моя, что там у тебя за проблемы, но это серьезные люди. Хотя какие там серьезные… – с досадой на себя фыркнула Лариса Сергеевна. – Шпана подзаборная! Но тем она и опасна, что у нее тормозов нет. Это та самая толпа, против которой не попрешь. А если попрешь, то растопчут. В общем, ты меня пойми, девочка.

– Я все понимаю, – уныло кивнула Ксения.

– Я могла бы поговорить со своей крышей, но там люди умные, там тоже понимают, что с отморозками лучше не связываться. Тем более если эти отморозки полгорода под себя взяли… В общем, я тоже не хочу связываться с ними, поэтому вынуждена тебя уволить, – Лариса Сергеевна отвела взгляд в сторону.

Она, казалось, стыдилась своего малодушия, но Ксении от этого было не легче.

– Но так же нельзя.

– Знаю, что нельзя… Я должна предупредить тебя за два месяца. Но я за эти два месяца выплачу тебе оклад.

– Дело не в деньгах.

– Да я знаю, в чем дело. У тебя проблемы с бандитами, а я бросаю тебя на произвол судьбы. Но я ничем не могу тебе помочь. Время сейчас такое волчье, каждый за себя. И побеждает, как правило, тот, кто ходит в стае. А у меня стаи нет. Мой тебе совет: обратись к Городовому. Он сам по себе волкодав. Если кто-то и сможет тебе помочь, то только он.

– Хорошо.

– Жаль, что все так получилось. Я очень уважаю Городового, он настоящий городовой в нашем городе. Он очень мне в свое время помог, и мне бы не хотелось его подводить. Но у меня дочь, ей всего двенадцать лет. Ты должна понимать, что может с ней случиться…

Лариса Сергеевна вынула из ящика стола пухлый конверт, протянула Ксении:

– Здесь деньги за два месяца плюс выходное пособие и трудовая книжка. Там по собственному желанию…

От денег Ксения отказываться не стала. Они ей еще пригодятся.

У нее остались деньги от прошлой жизни. Кое-что в квартиру вложила, но тридцать пять тысяч долларов на банковском счете лежало. Она собиралась открыть на них собственный бизнес. Они с Егором уже готовились это сделать, строили планы, но появился Городовой и предложил им работу. Егор сказал, что планирует заняться бизнесом, однако Богдан посоветовал ему отложить это дело на год. Бизнес открыть – не поле перейти, там столько нюансов, что ему с его прошлым туда лучше пока не соваться. Привел пример: приходит пожарная комиссия, выставляет свои требования, выполнить которые можно только с помощью взятки. Егор дает на лапу – и против него тут же выдвигают обвинение. Не хочешь в тюрьму за дачу маленькой взятки – плати большую. А чтобы упечь его за решетку, достаточно лишь подозрения в преступном деянии. У него же условно-досрочное освобождение, потому он уязвим со всех сторон. Вот когда закончится срок, тогда и права можно качать, а пока лучше сидеть тише воды ниже травы и не высовываться.

К тому же у них был вариант открыть свою строительную фирму. Егор по этой части техникум окончил, занимался отоплением. А Городовой как раз предложил Ксении должность в строительной фирме, поэтому и работала она на совесть, старалась понять, как там делаются дела. Чтобы знать, с чего начать и как потом крутиться.

Но вот ее выперли на улицу. И что дальше? А дальше она сама организует строительную фирму, сама будет договариваться с пожарными, санитарными и прочими комиссиями. А Егор будет брать и выполнять заказы. Людей наймет, процесс организует, а Ксения займется делопроизводством и бухгалтерией. Деньги у них на первое время есть, а там и кредит, если что, можно будет взять под залог квартиры. В конце концов, кто не рискует, тот не пьет шампанское.

Ксения чувствовала в себе силы поднять серьезный бизнес-проект. И она добьется успеха. А через какое-то время приедет к Ларисе Сергеевне на белом коне и презрительно усмехнется ей в лицо. Может, она и понимала свою бывшую начальницу, но прощать ее за пережитое унижение не собиралась. Во всяком случае сейчас.

Когда-нибудь ее фирма перерастет компанию Ларисы Сергеевны, а может быть, и проглотит ее как беспомощного конкурента. Вот тогда Ксения и спросит бывшую начальницу за все. «Ты хорошая женщина, Лариса Сергеевна, но, извини, пора уступить дорогу более молодым и удачливым. Понять все должна и простить…»

Ксения шла к своей машине в плену честолюбивых устремлений. Поэтому лишь вскользь заметила, что к ней подъехал черный джип. Откуда-то вдруг появились крепкие парни. Дверца машины открылась, и они, оторвав ее от земли, затащили в салон. Так она оказалась в реальном плену. Дверь заблокировалась, и джип резко тронулся с места.

– Что, не задался день? – злорадно усмехнулся уголовной внешности тип в дорогой черной дубленке.

От него веяло смертельной угрозой, но Ксения не позволила себе опуститься до обморочного состояния. Фирс тоже был бандитом, и годы, проведенные с ним, не пропали для нее даром.

– Ты кто такой? – возмущенно, но без истерики спросила она.

– Твой поклонник.

– Мохнатый?

– Для тебя Павел Петрович. Можно просто Паша.

– А можно я буду называть тебя Петровичем?

Маргарита хвасталась, что сумела облагородить Мохнатого, придать ему чуть ли не презентабельный вид. Но, глядя на него, Ксения не стала бы так говорить. Такому хоть галстук-бабочку повяжи, хоть очки профессорские надень, все равно уголовное нутро вылезет наружу.

– Если будешь моей, то можно.

Грязная похоть просто сочилась из его масленых глаз. Хотя рук он пока не распускал.

– Что тебе нужно от меня, Павел Петрович?

– Я же тебе только что сказал…

– Ты даже не пытаешься очаровать женщину.

– Ну почему же? Сначала я послал к тебе Маргариту, потом поговорили с твоей хозяйкой…

– Лариса Сергеевна мне не хозяйка. Я просто на нее работала.

– Да? Но я буду твоим хозяином. Даже если ты будешь просто на меня работать.

– Хочешь, чтобы я танцевала стриптиз?

– Ты будешь танцевать.

– Ты уверен?

– Я всегда во всем уверен. – Мохнатый смотрел на нее как на свою собственность.

Взгляд мутный, тяжелый. Он давил на душу, выжимая из нее страх и растворяя его в крови. Давно Ксения не чувствовала себя так ужасно.

– Я свободный человек, и у меня есть право выбора.

– Кто тебе сказал, что ты свободный человек? – гнетуще усмехнулся он. – Я тебя похитил, теперь ты моя рабыня. Ты жила с Фирсом и знаешь, как у нас делаются дела. Я могу вывезти тебя за город. Сначала поиграюсь сам, потом позабавятся мои пацаны, а потом поплаваешь с рыбами на дне реки. Как тебе такая перспектива?

– Хреновая перспектива, – вздохнула Ксения.

– Ну, и что ты выбираешь? Шоу в лесу или на сцене моего клуба?

– Тогда уж лучше на сцене…

– Марго у тебя была, она сказала тебе условия. Двести долларов за ночь плюс то, что в трусы насуют…

– Я бы назвала это чаевыми.

– Приватный танец только для меня.

– Только танец?

– Да. Танцевать будешь до полного удовлетворения, – паскудно усмехнулся Мохнатый.

– Хорошо, я согласна.

– Может, прямо здесь и начнем?

Он просунул руку под полу ее шубы, нащупал коленку.

– Нет, сначала танец, – убрав его руку, мотнула головой Ксения.

– Тогда едем в клуб?

– Как скажешь, – с видимой покорностью согласилась она.

Но Мохнатый не смог бы стать крутым бандитом, если бы позволял обводить себя вокруг пальца. Поэтому он сразу уловил неискренность в поведении Ксении.

– Сейчас ты пойдешь переодеваться и сбежишь, – с усмешкой сказал он. – Допустим, тебе это удастся. Как думаешь, что будет дальше?

Если Мохнатый смог похитить ее один раз, то сделает это и в другой. Тогда он точно ее убьет. Ксения почувствовала себя как пленница, на шее у которой затягивается удавка.

– Но я не могу танцевать!

Она была в состоянии, близком к отчаянию.

– Почему?

– У меня есть муж. Ему это не понравится.

– Не ври, он тебе не муж.

– Гражданский муж.

– Я знаю человека, у которого несколько гражданских жен, – ухмыльнулся Мохнатый. – И никто не сможет посадить его за многоженство. А тебя никто не посадит за многомужество. Хотя нет, у тебя будет только один муж. Угадай, кто?

– Но я тебя не люблю.

– И я тебя не люблю. Пока ты мне только нравишься. Может, я и не смогу тебя полюбить, – глумливо скалился бандит. – Может, я брошу тебя. Тогда вернешься к своему хорю.

– Так он меня и примет обратно!..

– Ничего. Я скажу – примет.

– А ты что, богом себя возомнил?

– Нет, но у меня с богом есть много общего. Бог может отобрать у тебя жизнь, и я могу отобрать у тебя жизнь. И у тебя, и у твоего мужа.

– Ты не бог, ты просто чокнутый…

– Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь?

Ксения этого не хотела, поэтому молча опустила голову.

– Я очень страшный человек, – усмехнулся Мохнатый. – Настолько страшный, что сам себя боюсь… Кстати, ты мне должна.

– Что?

– Я слышал, Фирс делал тебе подарки. И делал он это за мой счет. Вернее, за счет моего клуба…

– Тогда клуб не был твоим.

– Он уже тогда был моим, просто Фирс этого еще не знал. В общем, если ты хочешь меня кинуть, то мой тебе совет: оставь это гиблое дело.

Мохнатый – пришелец из извращенного мира, и то, что для нормальных людей казалось ужасным, для него в порядке вещей. От него действительно можно было ждать чего угодно…

– Ты же не хочешь остаться без квартиры, без денег, безо всего?

Ксения в ужасе мотнула головой.

– Ты же не хочешь ходить по улице голышом, потому что тебе нечего будет надеть? Ты же не хочешь стоять на кладбище у могилы своего хоря?

– Хорошо, ты меня уговорил. Поехали в клуб, я сделаю все, что ты хочешь…

На этот раз Мохнатый поверил ей. И его уже не пугала мысль, что Ксения может от него сбежать.