Текст книги "Заказ, или Мой номер 345"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Сколько?

– Чем больше, тем лучше. Ботву обойдешь. Деньги с них снимешь. Заодно дашь знать, что ты наш человек…

– А у кого деньги есть?

– Да у всех. Через докторов, ну, через адвокатов получают. Через вертухов… Сам, короче, все скоро поймешь… Ну давай двигай, а мы посмотрим. И Гордей посмотрит. Его установку делаешь…

Из блатного угла Ролан выходил совсем другим человеком. Уверенность в своих силах была подкреплена поддержкой со стороны могущественных людей. Он стал частью воровской системы. И хотя он всего лишь на испытательном сроке, камерная ботва обязана признавать в нем воровского человека.

Первым на очереди был Егорша.

– А-а, Ролан…

– Не Ролан я, Тихон, – сурово поправил он.

– Ну, Тихон… Как там дела у тебя? Что Кишер говорит?

– Кишер говорит, что ты на «общак» должен. Цыган на этап уходит…

– Кто такой Цыган?

– А это не твоего ума дело… Деньги давай.

– Так нет у меня, – надулся Егорша.

– А если найду? – придавил его взглядом Ролан.

– Э-эх, везде одно и то же…

Егорша работал на рынке. Еще со времен, когда открывались первые кооперативы. Натерпелся от братков-рэкетиров… Скажи Ролану полгода назад, что ему придется собирать дань с людей, не поверил бы… Но то было раньше. А сейчас он другой человек. Он должен выживать в тюрьме. И он выживает. Зубами в новую жизнь вгрызается. И никаких угрызений совести…

Людей убивал. И на «общак» собирать будет. А понадобится, и башку несговорчивому лоху скрутит… Он уже давно не тот Ролан, которого когда-то самого держали за лоха…

Глава двенадцатая

1

Молоденькая и чертовски соблазнительная секретарша грудью встала на защиту своего босса. Не вопрос, грудь у нее шикарная. И она запросто могла бы остановить ею Волока. Но не более чем на часик-другой. Закрыться с ней в приемной и… Могла бы остановить, но не остановила, потому что у Волока дело. И он уделяет ему время. А на потеху выделит часок. Но после того, как решит вопрос.

– Игорь Андреевич не принимает!

Девушка смело перегородила ему путь… Или дура, или попутала…

– Меня примет! – обаятельно улыбнулся Волок. – И ты меня примешь, правда, крошка?

– Я не понимаю…

– Ну почему ты такая глупая?.. Красивая и глупая… Ладно, пошли!

Волок обхватил ее за талию и силой затащил в кабинет, в который она не хотела его впустить. За директорским столом восседал господин-товарищ-барин коммерсант. Сеня Мытный. Еще тот пройдоха. Волока он знал. В компании с Вадей Амбалом видел. Вадя держал бригаду в Центральном районе. Крутой пацан. И территория у него не хилая. Центральный рынок, банки, магазины, офисы успешных дельцов типа Мытного. Волок с Амбалом вопрос один решали, в кабаке, под водочку, когда к нему Сеню притащили. Вадя только глянул на этого придурка, и тот сразу же расклеился. Сказал, что деньги будут в срок… Сколько денег, в какой срок – это Волока не волновало. Не он же Сеню доил…

Но вот и его пути-дорожки пересеклись с Мытным. Чувак деньги у своего коллеги взял взаймы, аж пятьдесят штук баксов. Огромная сумма. А возвращать не хочет. Думает, что Амбал его отмажет. Базара нет, Вадя пацан резкий, жесткий. Но до Волока ему далеко как до луны… Волок знал себе цену. И деньгам тоже цену знал. С пятидесяти кусков долга ему причиталась половина. Ради таких бабок он лично принял участие в наезде. Да и нравилось ему коммерсов потрошить. С любовью он к этому делу подходил. Может, потому и достиг таких высот…

Впрочем, деньги сейчас не самое главное.

Мытный только глянул на Волока и заколотился. В жар мужика бросило.

– А-а… Что угодно?.. Чай, кофе?..

Ужас босса передался и секретарше. Волок почувствовал, как она обмякла в его объятиях. Хоть сейчас на столе бабу раскладывай…

– Лучше денег, – ухмыльнулся Волок.

Передал секретаршу Бройлеру. А тот выпихнул ее обратно в приемную.

– А-а, разве вы моя «крыша»?

Мытный начал двигать свой бизнес еще до горбачевской перестройки. Фарцевал по мелочи. Чем дальше, тем больше. Сейчас у него своя торгово-посредническая фирма. Офис, склады в разных концах города. Бабки неслабые крутятся.

– Я – твоя смерть, чувырла!.. Ты шестьдесят штук Никольскому торчишь. Или нет?

– А-а, Сергею… Пятьдесят… Пятьдесят тысяч…

– Вчера было пятьдесят, а сегодня уже шестьдесят. Проценты набежали…

– К-какие проценты? Мы с ним о процентах не договаривались.

– С ним нет, а со мной да. Десять процентов за каждый просроченный день…

– Сколько?

– Десять. Начиная с сегодняшнего дня…

– Это что, счетчик?

– Приятно иметь дело с умными людьми, – усмехнулся Волок. – Через неделю сто штук отдашь.

– Но это грабеж!

– А разве мы не бандиты? Мы страшные и грозные бандиты… Короче, бабки на бочку, и расходимся…

– Но… Но сначала я должен Вадиму позвонить…

– Звони, – пожал плечами Волок.

Подошел к бару, вытащил оттуда бутылку коньяка, отвинтил пробку, сделал несколько глотков прямо из горла. Похмелиться нужно после вчерашнего…

Мытный так волновался, что чуть не скрутил наборник своего телефона. Наконец-то дозвонился до Амбала.

– Вадим… Вадим Александрович… Тут ваш приятель… Я его с вами видел. Но не знаю, как зовут…

– Волок!

– Вот он говорит, что его Волок зовут… Чего хочет?.. Шестьдесят тысяч… Ну, я у одного человека пятьдесят тысяч занял… Собирался отдавать… Понял. Жду…

Мытный положил трубку и торжествующе посмотрел на Волока.

– Вадим сказал, что сейчас будет…

– Поссорить меня с ним хочешь? – тихо, но так, что Сеня содрогнулся, спросил Волок.

– Нет… Он сказал, что если вдруг…

– Мне плевать, что он сказал… Ты поссорил меня с Амбалом. Теперь у нас война будет… И денег мне твоих не видать… Бройлер!

Бройлер понял его с полуслова. Подошел к Сене, выдернул его из-за стола, подсечкой сбил с ног и приставил к голове пистолет.

– Ты мне больше не нужен, извини… – сказал Волок и окатил Мытного ледяным взглядом.

– А-а, не надо! – взвыл тот. – Я дам денег… Дам!

– Когда?

– Прямо сейчас… Но только пятьдесят тысяч. Больше нет… Я как раз Сергею собирался отдавать…

Врал коммерсант. Не собирался он ничего отдавать. Но как бы то ни было, в его потайном сейфе обнаружилось ровно пятьдесят тысяч…

– Ну вот, а не хотел отдавать, – ощерился Волок. – А десять штук ты торчишь… Через неделю отдашь. Без счетчика…

Иногда он мог быть великодушным.

Деньги он забрал. Но уходить не торопился. Нужно было дождаться Амбала. А то еще подумает, что Волок его испугался. Как уж бы…

Секретарша с потерянным видом сидела на своем месте в приемной. Под охраной Дюпеля.

– Оттопыриться не хочешь? – забрасывая взгляд за верхний вырез блузки, спросил Волок. – В кабак прокатимся, да? Или в баньку, а?.. А может, здесь тебе вдуть?

– Может, не надо? – жалобно пискнула она.

– А чем я хуже твоего шефа? С ним хочешь, а со мной нет?..

– Я… Я не знаю…

– Если не знаешь, значит, хочешь. Ну что, в баньку едем? Только ты и я…

– Ну, если только вы…

– Тогда едем… Но не сейчас…

Волоку бы радоваться, что красотка согласилась размять с ним свою грудь. Но что-то не радостно. Слишком легко она согласилась. Хоть бы поломалась для приличия… Он, конечно, воспользуется моментом. Заедет за ней как-нибудь по случаю. Но будет относиться к ней как к дешевке…

Другое дело Аврора. За эту девчонку Волок бодался. Нравилась она ему очень. И еще больше хотелось ею обладать. Аврора же упрямилась. Но именно это и заводило Волока. Он очень хотел завоевать эту девчонку. Нравился сам процесс. И не беда, что ничего пока не получается. Чем больше сопротивляется женщина, тем слаще миг победы. Он обязательно добьется своего. Потому что на его стороне сама Удача…

Амбал не заставил себя долго ждать. Подкатился к офису на вишневой «девятке»… Волок лишь усмехнулся, глядя, как он выходит из машины.

Еще год назад о Волоке никто не знал. И с его бригадой никто не считался. Даже машин у его пацанов не было. Об оружии и говорить нечего. Но Волок задался целью и упорно шел к ней… Сначала у него появилась «девятка», затем порядком подержанная иномарка. В конце концов он обзавелся новеньким «БМВ». Что ни говори, а крутая тачка – это показатель твоих успехов. Чем круче тачка у шефа, тем круче стоящая под ним бригада…

Амбал же до сих пор ездит на «девятке». Потому что мышей не ловит. Был бы умным, как Волок, давно бы уже весь Центральный район под себя подмял. А он делит его с Мазаем и Акопом. Зато Волок подмял под себя весь Красноармейский район. И даже часть Пролетарского урвал вместе с металлургическим заводом. И заводское начальство под себя поджимает. Они там прокат через левое плечо за границу толкают, а делиться не хотят. Пока не хотят… Все с Волоком должны делиться. Все, в том числе и крупные деляги с Центрального района. Амбал же побоку.

Волок стоял у входа в офис. Ноябрь, холодно. А ему по барабану. Шапки нет, кожанка нараспашку. На губах чуточку виноватая улыбка. Но это всего лишь видимость. Виноватым перед Амбалом он себя нисколько не чувствовал.

– Волок, я не понял, ты че беспредельничаешь?

Вадю нисколько не смущал грозный вид трех «быков»-отбойщиков, охранявших Волока. Сам прет, как бык. Хоть бы поздоровался для начала.

– Вадя, твой подопечный моему подопечному денег должен, – спокойно сказал Волок. – Пятьдесят кусков…

– Такие вопросы со мной решать надо, а ты на барыгу наехал. Непорядок!

– Зачем наехал? Сказал Сене, что он не прав. Он мне деньги отдал. Все в порядке…

– Как отдал? – опешил Амбал. – Я же сказал ему, чтобы меня дождался…

– Ну, может, он мне больше доверяет, не знаю. – Волок продолжал прикидываться простаком.

– Я – его «крыша»! Я решаю, отдавать ему деньги или нет! – бушевал Амбал.

– Да че ты кипятишься? Нормально же все. Взяли деньги и разъехались…

– Где нормально? Ты кинул меня, чувак!

– Вадя, в натуре, где ты чуваков видишь? – обиженно протянул Волок.

– Короче, бабки сюда! – протянул к нему загребущую руку Амбал.

– Ты шутишь? – удивленно повел бровью Волок. – Люди вокруг. Может, мент где притаился… Я понимаю, что кинул тебя. И деньги готов отдать. Но не здесь же…

– А где?

– Так это… в кабак поехали. Ко мне. Я тебе деньги отдам… Половину…

– Все!.. И в кабак я с тобой не поеду!.. На Лебединые пруды поехали…

Волок знал взрывной характер Амбала. Знал, что из-за денег тот родному брату готов глотку перегрызть… На том и сыграл. Как оказалось, не прогадал. Амбал сам предложил ему проехаться в тихое безлюдное место.

– Прямо сейчас? – Волок изобразил испуг.

Пусть Амбал почувствует запах крови.

– А чего тянуть?.. Заодно побазарим, как нам жить дальше…

В силу своего характера и ограниченности ума Амбал выбрал крайнюю меру воздействия. Почувствовал слабину Волока и хочет дожать его. Силой дожать… Что ж, тем хуже для него.

– Сколько у тебя пацанов, трое? – спросил Вадя. – Со мной двое…

– Хочешь, чтобы я одного оставил? – еще больший испуг изобразил Волок.

– Да ладно… – снисходительно усмехнулся Амбал. – Если что, мы втроем порвем тебя с твоей кодлой!

– Вадя, зачем ты так? Ты же меня знаешь. Зачем нам рвать друг друга? По-мирному вопрос решим…

– Хотелось бы по-мирному, да у меня претензий очень много… Поехали!

Волок обескураженно пожал плечами. И направился к своей машине.

Лебединые пруды находились на границе между Центральным и Ленинским районами. Почти в центре города. В лесопарковой зоне. Амбал остановил свою «девятку» в укрытом от посторонних взглядов месте, где и летом живую душу не встретишь, а уж в холодный ноябрьский день и подавно. Волоку все это было на руку.

Терки с Амбалом тереть он не собирался. Для себя он все уже решил. А чужие претензии слушать неинтересно. Да и заканчивать все побыстрей надо…

Он вышел из машины. Вместе с ним выбрались два его отбойщика. Они знают, что делать. Оружие уже наготове…

Амбал шел к Волоку походкой хозяина жизни. Не понимает, что излишняя самоуверенность может выйти для него боком. Что ж, придется ему объяснить. Только успеет ли он понять, вот в чем вопрос?

– Деньги получишь, – сказал Волок. – Но только половину….

Он полез под куртку якобы за деньгами. Но выдернул ствол с глушителем. И без предупреждения выстрелил Амбалу в живот. Пресс у него нехило накачан, но даже самыми крепкими мышцами пулю не удержать… Бройлер и Дюпель чуть замешкались, но все же опередили спохватившихся «быков» Амбала. Стволы у них тоже с глушителями. Поэтому слух напрягли только предсмертные стоны жертв.

Волок махнул рукой Самсону. Пацан вышел из машины, забрал у Дюпеля ствол и произвел контрольные выстрелы. Ни одна черточка на его лице не дрогнула при этом… Стоящих пацанов подобрал к себе в охрану Волок…

А ведь когда-то он испытывал дефицит в грамотных исполнителях. За Роланом как за красной девкой бегал, уговаривал…

Сволочь этот Ролан. Такие деньги получал, а Авророй поделиться не захотел. А ведь такую групповушку можно было замутить… Волок нашел двух пацанов, которые готовы были замочить кого угодно. На смену Ролану. А этот козел этих пацанов изничтожил. На их тачке уйти хотел, да на ментов нарвался. Сейчас в тюрьме под следствием… Жаль, руки до него пока не доходят. Слишком много дел в последнее время. Впрочем, переживать не стоит. Ролан не дурак, чтобы под мокрое дело подставляться. Мокруху ему не шьют, заказчика убийств сдавать не требуют.

Да и не боится Волок разоблачений. Он давно понял, что с ментами можно договориться. Денег у него много, откупиться не проблема. Не побоялся же застрелить Амбала. И признаний Ролана не боится… Но в любом случае от пацана нужно избавляться…

2

На улице метель метет, но в салоне «БМВ» так тепло и комфортно. Выходить не хочется. Но вот-вот должна появиться Аврора. Волок знал примерное время, когда она возвращается из школы… А вот и она. Только идет в другом направлении. Не домой, а из дома. Большая хозяйственная сумка в руке. Несет – надрывается.

Волок вышел из машины, перегородил ей путь. Забрал у нее сумку.

– Ты что, в секцию тяжелой атлетики записалась? – улыбнулся он.

– А, Миша, здравствуй! – совсем невесело поприветствовала его Аврора.

Боится она его… А Ролана своего не боялась. А на нем девять трупов. Сказать бы ей, чтобы знала.

– Что в сумке? Опять передача милому, да?

– Милому, – кивнула она.

Красивая девчонка. Куртка на ней – теплая, но невзрачная. На ногах бахилы какие-то. Пуховый платок, как у девки колхозной… Но все равно красивая. Аж нутро сводит, до чего хочется затащить ее в койку…

Не так давно Волок был близок к мысли похитить девчонку, завезти ее к себе на фазенду и… Даже Дему и Семчика на это дело подбил… Но передумал. Еще до того, как Ролан их сделал…

Аврора девчонка лакомая. Ее нельзя съесть в один присест. Ею нужно наслаждаться всю жизнь. Да и сам процесс ухаживания за ней имел свою сладость… Нет, не нужно поганить девчонку. Нужно добиваться ее, завоевывать. Так интереснее…

– Ну что ж, поехали, довезу тебя до тюрьмы! – Он нарочно сделал упор на последнее слово.

Чтобы она еще раз осознала, в каком месте находится Ролан. Не очень хорошее место. Вернее, очень нехорошее… Слишком хороша Аврора, чтобы ждать из тюрьмы уголовника…

По большому счету, Волок и сам был уголовником. Однажды даже целую неделю провел в КПЗ… Но ведь сейчас он не сидит в тюрьме. И сидеть не собирается. Авроре не придется его ждать. Она может выйти за него замуж, рожать ему детей. И жить в достатке… Но вот беда, любит она Ролана. Дура…

– Нет, я сама, – покачала она головой.

– Холодно, замерзнешь. И тяжело… Да не бойся ты, ничего я с тобой не сделаю…

Волок действовал осторожно. Не торопился форсировать события, чтобы не отпугнуть девчонку. Потому и наведывался к ней не часто. С тех пор как посадили Ролана, он всего три раза подкатывался к ней. Но ни разу Аврора не села к нему в машину…

– А я и не боюсь, – пожала она плечами.

Это прозвучало признанием. Нет, не в любви. Признание успеха той линии поведения, которую избрал Волок. Вода камень точит… Рано или поздно Аврора созреет. И как яблочко упадет к нему в руку.

– А надо бояться, – покровительственно улыбнулся он. – Но не меня… Ну так что, садишься в машину? Или ты хочешь, чтобы я замерз?

Он вышел к ней в одном костюме. Сегодня он типа бизнесмен. Строгий костюм, водолазка с длинным воротом вместо галстука. Даже золотая цепь за кадром осталась…

– Одеваться теплее нужно… Ладно, пошли…

Волок распахнул перед ней дверцу. Помог сесть в машину. Сумку с посылкой небрежно бросил в багажник… Жаль, цианистого калия у него нет, а то бы сбрызнул шмат сала или что там… Сам сел на заднее сиденье рядом с Авророй. Легонько коснулся плеча Самсона.

– К тюрьме давай.

Тот кивнул и плавно тронул машину с места.

– Ну вот, а ты пешком хотела, – располагающе улыбнулся Волок.

– Не пешком, а на троллейбусе…

– Такая красивая девушка и на троллейбусе? Не вариант!

– Не такая уж я и красивая, – зарделась Аврора.

– Для меня самая лучшая.

– Не знаю, как для тебя, но для Ролана точно…

– Дался тебе этот Ролан! – поморщился Волок.

– Он мой жених…

– Какой жених? Он женат на твоей сестре…

– Венера собирается разводиться с ним.

– Ну, пока соберется… Ты пойми, Ролан тебе не пара. Я узнавал, ему лет семь-восемь грозит.

– Нет, он говорил, что два-три года…

– А его адвокат что говорит?

– Я не знаю. Я с ним не встречалась…

– А есть адвокат?

– Ну да, наверное, есть…

– Ты бы спросила у Ролана наверняка. Ведь ты же встречалась с ним. Там комната для свиданий есть…

– Нет, не встречалась…

– Почему?

– Он думает, что я уехала. К бабушке. В Ростов…

– Погоди, а как же передачи?..

– Я не от себя их шлю. От Венеры. Она пока что жена Ролану…

– Венера да, жена… А ты нет… Ты что, должна была уехать?

– Да… Ролан сказал… – начала было Аврора, но запнулась и замолкла.

– Что Ролан сказал?

– Ничего…

– Боится за тебя Ролан?

– Да… Из-за тебя, – выдавила она.

– Из-за меня?..

– Да, он сказал, что ты можешь меня похитить…

А ведь был такой вариант. И Семчик с Демой были в курсе… Видать, разговорил их Ролан перед тем, как кончить…

– Бредит твой Ролан. Да я за каждый твой волосок любому горло перегрызу. И застрелюсь, если вдруг захочется тебя обидеть…

– А тебе не хочется?

– Как видишь, пока жив. Не стреляюсь…

– Мне тоже так показалось, что ничего плохого ты мне не сделаешь…

– Это хорошо, что тебе так кажется, – расплылся в улыбке Волок. – А теперь ты точно должна знать, что я пальцем тебя не трону… Помнишь, я говорил, что буду ждать, когда ты закончишь школу?

– Помню.

– Так вот, я буду ждать. Когда ты закончишь школу, я сделаю тебе предложение. Ты станешь моей женой. Мы поедем отдыхать на Канары. Будем качаться в гамаках под пальмами, пить ямайский ром… На роскошных мулаток я даже не посмотрю. Зачем, если со мной будешь ты… А потом мы уединимся в бунгало. И я сделаю тебя женщиной…

– Все сказал?

– Нет…

– Даже если не все, все равно останови машину. Мне нужно выйти, – не очень уверенно сказала Аврора.

Волок нутром почувствовал, что его слова запали ей если не в душу, то в подкорку точно. Ей хотелось качаться в гамаках под пальмами… На улице холодина, метель метет, а на Канарах так здорово…

– Никуда ты не пойдешь, – покачал он головой. – Мы вместе доедем до тюрьмы. Вместе отправим передачу Ролану… Да, там же очередь. Длинная очередь…

– Я знаю… Но я быстро… Там есть люди, которые свою очередь продают. Я их уже знаю…

– У тебя есть деньги?

– Да, Ролан оставил… Это все для него…

Что ни говори, а с деньгами у Ролана был полный порядок. Неплохо подзаработал. Благодаря Волоку… Но как благодетеля своего отблагодарил. Двух пацанов грохнул. И с концами. Никто не знает, где покоятся Семчик и Дема… А надо за пацанов спросить…

– Адвоката ему не нанимала?

– У него же есть адвокат.

– Ну, то бесплатный. От него толку не будет. Платный нужен…

– Вообще-то я думала об этом… Да, надо будет нанять хорошего адвоката…

Волок понял, что свалял дурака. Не должен он был подавать Авроре идею, которая в конечном итоге могла вытащить Ролана из-за решетки. Хотя это вряд ли…

– Да, повезло Ролану, – невесело вздохнул он. – Такая девчонка за него хлопочет… А если меня вдруг посадят, ты за меня хлопотать будешь?

– А что, больше некому? – не без ехидства улыбнулась Аврора.

– Есть кому… Но мне за счастье с твоих рук кормиться… И Ролану за счастье. Но он этого счастья недостоин… Я не хочу, чтобы ты носила ему передачи.

– Но это мне решать, а не тебе…

– Да как сказать… Ролан в тюрьме. А у меня большие связи. И в неволе тоже… Могу сделать, чтобы ему было хорошо. Могу сделать, чтобы ему было плохо…

– Не надо плохо, – затрепетала Аврора.

– Тогда будет хорошо. Если ты перестанешь думать о нем… А передачи я ему организую. Пацаны будут грев ему передавать, от братвы… А ты к бабушке уедешь. Для него. А для меня здесь, в городе, останешься…

– Это ультиматум?

– Нет, это муки ревности… Крепко ты мне нравишься. И я не хочу, чтобы ты за Ролана хлопотала…

– Но я его люблю.

– Полюби меня… Чем я хуже твоего Ролана?

– Хуже…

– Это тебе так кажется. Когда узнаешь меня поближе, поймешь, что лучше меня никого нет… Знаешь что, мы сейчас отправим передачу… Последнюю передачу от тебя… А потом мы поедем с тобой в ресторан…

– Как, уже?.. Ты же говорил, что будешь ждать, когда я школу закончу…

– Когда ты школу закончишь, мы поженимся. А сейчас разреши мне поухаживать за тобой на правах жениха…

– Эка ты разогнался!

– А я всегда так быстро езжу. Потому везде успеваю. Потому и живу как король… А твой Ролан – неудачник. И я не хочу, чтобы ты была девушкой неудачника… Короче, сначала мы едем в меховой салон. Хочу шубку тебе купить… У тебя есть вечернее платье?

– Нет… А нужно?

– Нужно… Для меня ты королева, не вопрос. Но я хочу, чтобы ты для всех была королева… В Париж как-нибудь слетаем, там и вечернее платье купим. И все остальное. А сегодня меховой салон и ресторан…

Ни одна девчонка не могла устоять перед такой перспективой… Но Аврора устояла.

– Не хочу в салон… И в ресторан не хочу… Домой меня отвезешь…

Но опять же, в ее голосе не хватало уверенности.

Зато Волок был уверен, что неприступный пока что бастион рано или поздно рухнет.

И Ролан тоже рухнет. Волок сломает его сначала морально, а затем и физически…

Глава тринадцатая

1

Ноябрь. Холод. Снег. Темное небо в решеточку. Но и такое небо в радость. Это человеку не продраться через решетку тюремного дворика. А снежинки легко просачиваются сквозь нее. Ролан хватал их ртом и радовался, как будто получил привет с небес…

– Прогулка закончена! – рявкнул конвоир. – Выходим по одному!

Обратный путь в камеру занял немало времени. Шутка ли, сразу полсотни человек на место вернуть. Конвоиры ревут, матюгаются, дубинаторы свои в ход пускают. Но достается только тем, кто попроще. Ролана не трогают. Он человек смотрящего, за ним воровская семья…

Но вот всех подтянули в камеру. А возле нее толпа – человек семь-восемь конвоиров. Что-то здесь не то…

И точно, в камере дым коромыслом. Матрацы вместе с бельем сброшены на пол, содержимое ящиков там же, фотографии-«сеансы» содраны со стен.

– Менты поганые! – зло процедил сквозь зубы Земеля.

– Ниче, еще сочтемся, – свирепо сверкнул взглядом Пыж.

Но что бы они ни говорили, а порядок в камере нужно было наводить.

– Мышара! – крикнул Ролан.

И тотчас возле него появился маленький худенький паренек с выступающими вперед верхними зубами. Личный шнырь. Он даже спрашивать ничего не стал. Быстро поднял с полу матрац, аккуратно уложил на шконку. Начал было застилать белье, но Ролан его остановил. Опоганено белье. Придется на голом матраце спать. Ничего, послезавтра баня…

– Ваще беспредел, в натуре, – ворчал Пекарь.

Но рожа у него довольная. Менты заначку его не откопали. А там шмали на целых два или даже три косяка.

Кишер дал команду навести в хате порядок. Впрочем, ботва шуршала. Ролан сидел на шконке и наблюдал. Западло поднимать с пола и возвращать обратно в «телевизоры» харчи. Но жрать-то охота. И кое-кто тайком подбирал полежавшую на полу колбасу, печенье… Ролан все видел, все замечал. Чушкарям и петухам все равно, они сами по себе опоганены. С них и спроса нет. А мужикам надо потом будет предъявить… О ворах и говорить нечего. Они к опомоенным харчам ни в жизнь не прикоснутся.

Знали менты, на чем сыграть. И сыграли. Козлы…

Мало-помалу в камере установился порядок. Началось броуновское движение. Сначала коридорный через кормушку сообщал, кому следует подготовиться на выход, а затем открывалась дверь и подследственного выдергивали – кого-то на допрос, кого-то на встречу с адвокатом, а кого-то уводили на свидание с родными.

Ролана не трогали. Следователь снял с него все показания, и его дело готовилось к передаче в суд. Адвокат не донимал. У него и без Ролана бесплатных клиентов тьма-тьмущая. Свидания Ролану пока не грозили. На днях с матушкой повидался. Аврора у бабушки в Ростове. Венера на свидания не набивалась. Хотя, как это ни странно, раз в неделю, как минимум, передавала ему жирную дачку. Копченые колбасы, сало с чесночком, печенье, конфеты, варенье в целлофановых пакетах. Сигареты тоже передавала, хотя Ролан не курил… Скорее всего это Аврора ее озадачила. И денег на расходы оставила… Что ж, спасибо Авроре. Ну и Венера тоже заслуживала благодарности. Хотя она и сучка…

– Тихонов, приготовиться к выходу!

Ролан удивленно приподнял брови. С какого это ляда ему на выход? Но поднялся со шконки, помахал рукой братве и небрежным шагом двинулся к двери, откуда его и забрали.

Конвоир доставил его в блок, где подследственными занимались менты и адвокаты. Для начала сунули в «стакан», где он провел минут десять. Затем отвели в помещение для допросов. Там его ждал моложавый мужчина лет тридцати пяти. Модельная стрижка, очки в золоченой оправе, строгий костюм, запах дорогого одеколона. На спинке стула аккуратно висела изящная импортная дубленка.

– Я ваш новый адвокат, – натянуто улыбнулся мужик и подал ему руку. – Заварной Игорь Якимович…

– Ролан.

– Да, я знаю… Но все равно приятно… Присаживайтесь. У нас будет с вами долгий обстоятельный разговор…

– Да я, в общем-то, никуда не спешу, – усмехнулся Ролан.

В помещении было тепло, свежо. По тюремным меркам так полный комфорт.

– А куда Комарчук делся? – спросил он.

– Никуда. Он продолжает заниматься своими обязанностями. Но, мягко говоря, его не очень-то волнует ваша судьба…

– А вас волнует?

– Да, конечно… Я платный адвокат. Меня наняла ваша супруга…

– Это интересно, – выразил удивление Ролан.

Возможно, Аврора оставила Венере все деньги. Ведь хороший адвокат – дело дорогое. Впрочем, не факт, что Заварной хороший адвокат. Но все же…

– Ну что ж тут такого, обычная практика. Жена переживает за мужа…

– Раньше переживать нужно было, – усмехнулся Ролан.

– Логично, – кивнул адвокат. – Я смотрел ваше дело, следствие, считай, закончено. И как я понял, не в вашу пользу…

Увы, но именно так обстояли дела.

– Не было следственного эксперимента, – с мрачным видом сказал Ролан.

– А разве он должен быть? – удивленно приподнял брови Заварной.

– Ну да, должен. Я же чистосердечно признал свою вину…

– Это и плохо…

– Вы не поняли. Я признал себя виновным, а следователь должен был убедиться в том, что это так. Он должен был провести следственный эксперимент…

– Должен. Но не обязан. Дело в том, что следственный эксперимент – это очень спорный момент в юридической практике. Следственный эксперимент – это следственное действие, состоящее в проведении специальных опытов с целью проверки собранных по делу доказательств…

– Но ведь нет же никаких доказательств моей вины.

– А ваше признание?

– Ну так нужно подтвердить, действительно я виновен или нет…

– Потерпевший вас опознал?

– Как он мог опознать меня, если он не видел в лицо настоящих преступников…

– Вот если бы он вас опознал, но следователь бы засомневался в результатах опознания, тогда можно было провести следственный эксперимент на опознание. Но потерпевший изначально не мог вас опознавать. Какой тогда смысл проводить следственный эксперимент?

– Но его же били…

– Чем?

– Я в своих показаниях написал, что обрезком трубы… Но ведь на самом деле его могли ударить монтировкой, например…

– Следственным экспериментом не установить, чем могли ударить потерпевшего…

– Но ведь я написал в признании, что ударил его примерно в восемнадцать ноль-ноль в районе перекрестка двух улиц – Тургеневской и Железнодорожной…

– А как было на самом деле?

– Так и было…

– Но вы же не написали, что это произошло на улице Косыгина, например…

– Нет… Что Юрзин говорил, то я и писал…

– Кто такой Юрзин?

– Ну, опер, который меня на признание крутил… Я под его диктовку писал…

– Под его диктовку. В точном соответствии с фактами, установленными в результате следственных действий. И неудивительно, что следователя убедили ваши признания…

– Но ведь должен был быть следственный эксперимент, – не сдавался Ролан.

– А это как следователь решит… Я сам когда-то следователем был. И знаете ли, у нас была отчетность, план, так сказать. Следователь кровно заинтересован, чтобы признать вашу вину. И если он будет проводить эксперимент, то вовсе не для того, чтобы доказать вашу невиновность. И вообще, следственный эксперимент – это как дышло: куда повернул, туда и вышло. А вы должны понимать, в какую сторону хотел повернуть это дышло ваш следователь…

– Курсом на зону?

– Именно… Вам не стоило писать чистосердечное признание. Тем более под диктовку оперуполномоченного, у которого тоже свой план раскрытия преступлений. Интересно было бы знать, кто вас надоумил сотворить эту глупость…

– Кто надоумил? Да был один товарищ… Мы с ним в КПЗ сидели. Он человек бывалый, много знает…

– В следственном изоляторе с ним сидели, – задумался Заварной. – А он вас не расспрашивал, за что вы за решетку угодили.

– Ну, спрашивал… Я сказал, что нет на мне никакой вины. А он посоветовал мне чистосердечное написать. Тогда следственный эксперимент, говорит, будет. Надо, говорит, следователей запутать…

– Боюсь, что это он вас запутал. Как бы не по совету сотрудников уголовного розыска…

– Да нет, Фрезер человек бывалый, воровской, с чего ему на ментов работать…

– Сломать можно любого человека. Даже вора в законе…

– Так что, Фрезер – сексот?

– А вот этого я не знаю, – развел руками адвокат. – Да и не мое это дело. Мое дело вытащить вас отсюда. Наворотили вы дел, Ролан Кириллович. Будем выпутываться…

Ролан и сам понимал, что наворотил дел. Ждал следственного эксперимента, но так и не дождался… А ведь и сам мог догадаться, что Фрезер подло подставил его. Сука позорная… Найти бы эту падлу!..

– Не надо нервничать, Ролан, – попытался успокоить его Заварной. – Не все еще потеряно… Для начала вы должны отказаться от своих показаний…

– А это возможно?

– Да, конечно. Дело ведь еще не передано в суд…

– Так я откажусь!

– Но придется оговорить сотрудника уголовного розыска, которому вы так беспечно во всем признались. Вы должны написать заявление, что признания из вас выбивались силой…