Текст книги "Ментовской беспредел"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава одиннадцатая

1

Рэкет рэкетом, а служба службой. На-гора нужно было выдавать не только дутые, но и реальные показатели. А тут Антону Дикому очень сильно повезло, он смог выйти на торговца оружием. Барыгу можно было взять сразу, но Буров принял решение следить за ним и вязать его клиентов. Все правильно, чем больше задержаний, тем больше реальных галочек в отчетности.

Но среди клиентов оружейного барыги оказались некие отморозки без роду без племени. Павел сам лично развел их главаря на дачу показаний. А затем ловко подцепил на крючок. Теперь эти ребятки работают на него. И работают неплохо: на днях легко справились с поставленным заданием – наказали несговорчивого бизнесмена. Сработали чисто, без шума и пыли. Так же чисто они должны отработать еще одного человечка. Но это будет не сейчас...

Павел хорошо знал одного гаишного капитана и даже был в курсе его левых дел. Этот капитан со товарищи состоял в сговоре с крупной бандой автоугонщиков и проводил для них через МРЭО краденые машины. Поэтому у Павла возникла сумасшедшая идея легализовать добытые преступным путем иномарки. Тем более что его приятель мог ему в этом помочь. Легка беда начало... В самом скором времени Нахальцев собирался взять под свой контроль целый автосалон, почему бы ему не толкать через эту структуру легализованные краденые машины? Копейка к копейке, доллар к доллару...

Павел Нахальцев тщательно подготовился к наезду на бурлаковский автосалон. Составил план действий, просчитал все варианты возможного развития событий. Особое место он отводил одному пареньку – инструктору фитнес-клуба «Гармония». Об этом красавчике он узнал от Виолы. Она сама говорила, что спала с ним. Значит, отношения у них достаточно близкие.

И Нахальцев готов был на этом сыграть...

Павел понимал, что Бурлак не из тех, кто легко сдается. Мало того, интуицией опытного оперативника он обнаружил слежку за собой. Нетрудно было догадаться, кто пытается держать его под контролем. Но бурлаковская разведка его не пугала. Он знал способы, как сбрасывать с хвоста наружку. Бандитские шпионы хороши против лохов, но до бывалого муровца им далеко... Нахальцев не забывал о мерах предосторожности. И своих помощников призывал к тому же...

Эдик снимал квартиру в Сокольниках. Видать, зарабатывал он неплохо, если смог купить себе «девятку», на которой каждый день ездил на работу. Но прежде чем сесть в машину, ему нужно было добраться до гаражей, а это не самый короткий путь через небольшую рощицу. И в это утро он направился к гаражу привычным маршрутом. А прямо посреди дорожки лежит целлофановый пакет. Бери – не хочу. Эдик не удержался – взял. Заглянул внутрь, а там – пистолет. Красавец-«глок», глаз не оторвать. Парень осмотрелся по сторонам, суетливо сунул пакет под спортивную куртку и учащенным шагом, почти бегом, продолжил путь. Но до гаражей так и не добрался.

Павел и Антон двигались ему навстречу. Вроде бы случайные прохожие. Никак не думал Эдик, что это не так. И страшно удивился, когда вдруг оказался на земле с заломленными за спину руками.

– Что вы делаете? – взвыл парень.

– Заткнись! – заорал на него Дикий, вытаскивая из-под куртки пакет.

– Я не знаю!

– Ствол здесь! Тот самый!..

– Какой тот самый? – запаниковал Эдик.

– Из которого человека вчера убили... Товарищ капитан, киллера взяли! – бодро отрапортовал Антон.

– Я... Я не киллер!.. Я этот пакет только что нашел...

– Это ты своему адвокату расскажешь, понял?

Эдика подтащили к оперативной машине, швырнули на заднее сиденье. Нахальцев и Дикий сели по бокам.

– Да не киллер я! – скулил парень. – Я этот пистолет случайно нашел...

– Ну и кто тебе поверит? – ухмыльнулся Павел.

– Да честное слово!.. Я за машиной шел, смотрю, пакет... Я не киллер... Я не бандит... У меня работа...

– Ну и где ты работаешь?

– Да в клубе, инструктор по фитнесу...

– А клуб как называется?

– «Гармония», а что?

– «Гармония»?! – Антон с таким энтузиазмом изобразил удивление, что аж подпрыгнул на месте. – А кто у вас директор?

– Виолетта. Баринова Виолетта Владимировна...

– Ну и ну! Бывают же в жизни совпадения!

– А вы ее знаете?

– Лично нет. О чем очень жалею. Такая красавица... Но это ладно, это к делу отношения не имеет. Ты лучше скажи, что ты делал сегодня ночью в районе двух часов?

– Как что, спал!

– С кем?

– Один.

– А живешь где?

– Да здесь недалеко.

– Плохо. Очень плохо. Сегодня ночью в районе двух часов был убит гражданин Уточкин. Выстрелом из автоматического пистолета системы «Глок». Именно такой пистолет мы обнаружили у вас, гражданин...

– Ступин. Эдуард Ступин...

– Плохо, Ступин. Алиби у вас нет, зато есть орудие преступления...

– Но я же не убивал! – Эдик был доведен до отчаяния.

Пора было выходить из пиковой фазы спектакля.

– Да нет, – покачал головой Нахальцев. – Свидетели утверждают, что это был мужчина низкого роста. А этот за метр восемьдесят...

– Вот видите! – возликовал Ступин.

– Да ладно, свидетели могут ошибаться, – отмахнулся от Павла Антон. – Да вы сами подумайте, товарищ капитан, зачем нам убийцу искать, если этого можно закрыть. У нас и без того «глухарей» хватает...

– Вообще-то резон есть, – для виду задумался Павел. – Может, правда на него все списать...

– Не надо! Не убивал я! – взвыл Эдик.

– А может, поверим ему, а? Киллер запросто мог ствол сбросить, а этот подобрал... Ты пистолет руками трогал? – спросил у него Нахальцев.

– Нет!

– Ну и что, если отпечатков нет? – настаивал на своем Дикий. – Он мог стереть свои пальчики, тряпочкой протер, и все дела...

– Логично. Только все равно это не он...

– Так что, отпускать его будем?

– Ну зачем отпускать? Нам эту, Баринову работать надо, забыл... Может, он нам поможет. Он помогает нам, а мы его отпускаем. Услуга за услугу, так сказать.

– Что... Что я должен сделать? – повелся Ступин.

– Понимаешь, в чем дело, Эдик. – Нахальцев чуть ли не по-дружески положил руку на его плечо. – Зарплата в милиции маленькая, сам должен понимать. Вот и приходится подрабатывать в частном сыскном агентстве...

– А-а, я понимаю, понимаю...

– Это хорошо, что ты понимаешь... Так вот, наше агентство специализируется на неверных мужьях и женах. Понимаешь, что это такое?

– Ну да, конечно! Жена изменяет мужу, а тому нужны доказательства...

– Совершенно верно. Так вот, нам заказали Виолетту Баринову. Ну, не в смысле убить, мы же не киллеры. Надо, чтобы она изменила одному человеку...

– А-а, кажется, я знаю, о ком вы говорите!

– О ком?

– Муж у нее был, гражданский, но это не важно. У него сейчас другая жена, а Виоле гулять не разрешает...

– Ты откуда знаешь?

– Да знаю... – улыбнулся Эдик с намеком на интимные обстоятельства.

– Ты с ней случайно не спал?

– Ну, было пару раз...

– Но это же здорово! – возликовал Антон. – Переспишь с ней еще раз, а мы вас на пленку запишем...

– Да я не знаю, смогу ли я. Она сейчас опять со своим бывшим мужем вроде бы встречается...

– Это мы и без тебя знаем, – усмехнулся Павел. – Она с Игнатом Бурлаковым встречается. Он же ее и заказал!

– Зачем?

– Ну, если по секрету... Достала она его. Хочет, чтобы он жену свою бросил. А он ей пленочку предъявит, смотри, мол, какая ты шлюха... Понимаешь?

– Отвязаться от нее хочет?

– Эдик, да ты на лету все схватываешь. Думаю, что проблем с тобой у нас не будет. И у тебя с нами... Ну так что, баш на баш, мы с тебя мокрое дело списываем, а ты нам Виолетту Баринову совращаешь...

– Я попробую, – пожал плечами парень.

– Да нет, дорогой, пробовать не надо. Нам нужен стопроцентный результат...

Ступин и опомниться не успел, как в его руке оказался пистолет. Нахальцев сунул ему ствол в лапу и тут же выдернул обратно, уже с отпечатками пальцев на рукоятке.

– Это для подстраховки, – пряча «глок», сказал он. – Сделаешь дело, «пальчики» сотрем. Нет, пеняй на себя...

– Да я сделаю, я все сделаю!

Павел хорошо знал свое дело, чтобы понять – жертва на крючке. Никуда этот лох от них не денется...

– Как ты это сделаешь?

– Ну, не знаю, что-нибудь придумаю.

– «Не знаю» – это неправильный ответ, – покачал головой Нахальцев. – Надо твердо знать... Объясняю: днем Баринову лучше не трогать. Днем она занята Бурлаковым, а ночью свободна...

Пригласишь ее в ресторан, ну или в «ночник», это на выбор, но чтобы недалеко от твоего дома. Делай что хочешь, хоть на коленях перед ней ползай, но Виолетта должна согласиться. Она может согласиться, но это не факт, что у тебя получится затащить ее в постель...

– Ну да, она баба с норовом, – уныло вздохнул Ступин.

– Вот поэтому тебе надо будет зарядить шампанское. Что-нибудь типа конского возбудителя для норовистых кобыл...

– А-а, да у меня есть такие капли! – расплылся в довольной улыбке Эдик.

– Отлично! Себе тоже можешь подмешать, от тебя не убудет...

– Да я и так...

– Короче! – оборвал его Павел. – Доводишь бабу до кондиции и тащишь ее к себе на хату. А там камеры установим, сечешь?

– Да все понятно.

Ступина обработали по полной программе, озадачили, накачали инструкциями. И отпустили. Пусть работает. Может, он уже сегодня сможет подъехать к Виолетте и отвезти ее в кабак...

Но Эдику понадобилось целых три дня, чтобы уломать Виолетту. И ведь уломал. Какими-то, только ему известными, уговорами затащил ее в ресторан в районе Сокольников.

Павел мог бы радоваться, если бы не одно обстоятельство. Виолетта отправилась в кабак под опекой своей телохранительницы. Это уже изначально ставило под сомнение ее намерение заняться с Эдиком любовью. К тому же азиатка не позволит ему подмешать в шампанское возбуждающую хрень.

Но Нахальцев сам лично контролировал ситуацию.

И он сумел отреагировать на проявление неучтенного фактора. Он снарядил в ресторан Лешу Водника и Витю Самотокина. Но прежде они смотались в секс-шоп, купили возбуждающих капель. По пути в ресторан заскочили в супермаркет, взяли бутылку хорошего шампанского, зарядили его через шприц.

В ресторане они вели себя чинно. Но в один прекрасный момент через официанта переслали заряженную бутылку на столик, за которым ужинали Виолетта и Эдик. Ступин понял все правильно. Объяснил Виоле, что ребята из провинции восхищены ее красотой и по простоте своей душевной решили сделать ей презент. Виолетта повелась и попробовала преподнесенного шампанского.

Или она сама хотела перенести встречу с Эдиком в постель, или на нее подействовал возбуждающий коктейль, но после ресторана она отправилась к нему домой.

И уже утром следующего дня Нахальцев не без удовольствия наблюдал, как она совокупляется с молодым и сильным самцом. Но, увы, удовольствие не было полным, потому что он сам хотел быть на месте Ступина...

Пора было приступать к следующему этапу операции.

2

Игнат был не в духе. И Виолетта сразу же это заметила.

– Что-то случилось? – спросила она, закрывая за ним дверь.

– А разве нет? Где ты позавчера была?

– Где была? Дома была...

Виолетта пыталась выдержать его взгляд, но не смогла. Виновато вильнула глазками в сторону.

– А я слышал, что ты в кабаке с каким-то красавчиком зависала...

– Ты об этом! Так это Эдуард, наш тренер по фитнесу... Мы с ним просто поужинали...

– Ну да, он тебя сначала поужинал, а потом и станцевал... Ты к нему домой ездила...

Базель пробил капитана Нахальцева из Московского уголовного розыска, узнал, чем он занимается. Оказывается, ментовская бригада существовала официально, в виде частной охранной фирмы «Минотавр». Офис на Петровке, секретарша, факсы-максы. Даже штат сотрудников из отставных ментов, но это больше для отвода глаз. Настоящими действующими сотрудниками этой фирмы являлись оперативники из МУРа под руководством майора Бурова. Судя по всему, за этой структурой стоял ментовской генерал. Игнат на своей шкуре прочувствовал способ, которым менты ставили под свою «крышу» бизнесменов. И действовали они с размахом. Под их опекой находилось уже несколько крупных фирм.

Игнат всерьез опасался, что муровцы не остановятся на достигнутом. Люди они наглые, могут продолжить наступление на него. Поэтому Базель продолжал работу, пытаясь проследить за действиями Нахальцева, который играл в ментовских махинациях ключевую роль. Но муровский капитан, похоже, понимал, что его пытаются держать под наблюдением, и несколько раз ускользал от наружки. Базель всерьез опасался, что в любой момент он мог превратиться из дичи в охотника и взять «топтунов» за хобот. Это вынуждало его действовать с особой осторожностью, что значительно снижало эффективность наблюдения. Короче говоря, Нахальцев плохо поддавался контролю, что Игнату очень не нравилось.

Зато Виола как на ладони. Кореянка была не только ее телохранителем, но и тайным соглядатаем. И Нахальцев уже получил от нее по ушам, когда сунулся к ней. А пока он приходил в себя, Игнат по ее наводке подтянул к дому Виолы своих ребят. Карта легла красиво – Паша загремел в свою же ментовку...

Нахальцев мог взять реванш. Поэтому кореянка оставалась при Виолетте. Но пока все было спокойно. Со стороны Нахальцева. Но замутила сама Виола... У нее что, бешенство матки прорезалось?

– Ну, ездила к нему домой. Но я это плохо помню, – сокрушенно мотнула головой Виолетта.

– Да уж, конечно, плохо она помнит... – поморщился Игнат.

– Э-э, не то чтобы плохо помню. – Она приложила пальцы к вискам, как будто пытаясь унять головную боль. – Просто помешательство какое-то нашло... Как будто что-то не то съела. Или выпила... Такое ощущение, что в шампанское что-то намешали...

– Что намешали?

– Ну, я бы не хотела тебе этого говорить. Но если ты пытаешь... У нас с Эдуардом был секс...

– Как будто могло быть что-то другое, – презрительно скривился Игнат.

– Да, могло быть что-то другое. Между прочим, я ничего не хотела. Просто скучно вдруг стало, а Эдуард меня в ресторан пригласил...

– Кто он такой, чтобы в кабак тебя приглашать?

– Ну, он так просил. Сказал, что мечтает появиться в ресторане с красивой успешной женщиной... А я повелась. Скучно потому что было. А Эдуард парень компанейский, с ним весело...

– Вот ты и повеселилась. Так смеялась, что чуть с кровати не упала... Не ожидал я от тебя такого, Виола!

– Игнат, я и сама от себя этого не ожидала. Но тут как нашло. Я же говорю тебе, мне что-то в шампанское намешали...

– Кто мог это сделать? Перец, с которым ты была?

– Эдик?! Да нет, Эдик не мог... Там какие-то люди в ресторане были. Вроде как с периферии. Может, нефтяники приехали из своего Сургута, вот и шикуют...

– Давай без предисловий.

– В общем, они бутылку к нам на столик послали. Ну, я ничего такого не думала. Потом стала думать, когда раздрако... В общем, в шампанском какой-то возбудитель был...

– Могла бы на Эдика все свалить, – пренебрежительно усмехнулся Игнат. – Так было бы правдоподобней. А то какие-то нефтяники... Как дальше жить будем, Виола, а?

– Игнат, ну прости, а! Ну говорю же, бес попутал...

– Ага, развратный джинн из бутылки... Виола, я тебя предупреждаю, еще раз, и...

Игнат чувствовал себя ужасно. И даже не потому, что Виолетта изменила ему. Его смущало, что свою угрозу он выполнить не в состоянии. Не станет же он избивать ее или, тем более, убивать за то, что она согрешила на стороне. Ведь она ему не жена... Хотя, пожалуй, наказать бы ее стоило.

– Да я больше не буду, честное слово!

Виолетта была необыкновенной женщиной. И трудно было сейчас сказать, искренне она кается или это талантливая трагикомедия в стиле «Не виноватая я! Он сам!..».

– Ну, если не будешь, тогда живи...

Игнат повернулся, чтобы уйти.

– Разве ты не останешься? – надрывно спросила она.

– Некогда, дела... Может быть, завтра...

– Да, да, я понимаю...

Игнат вышел на улицу, закурил. Уже собрался садиться в свой «Мерс», когда к подъезду подъехал «Ауди» цвета черный металлик. Из машины вышел Нахальцев собственной персоной. Уж не к Виолетте ли он намылился?

– А-а, Игнат Алексеич! – расплылся он в пакостной улыбке. – Что, уже сподобились? Теперь моя очередь, да?

Игнат с трудом сдержался, чтобы не врезать по этой наглой ментовской роже.

– Какая твоя очередь? – свирепо блеснул он взглядом. – Ты сейчас в очереди на тот свет стоишь...

– Нехорошо говоришь, Бурлак, – нахмурился Паша. – Ох, как нехорошо... Я с тобой по-людски...

– Ты со мной по-ублюдски...

– Ну, чего человек заслуживает, так к нему и относятся...

– Договоришься ты, мусорок! – сквозь зубы процедил Игнат.

Ему приходилось держаться изо всех сил, чтобы не наброситься на этого подонка.

– Снова угрожаешь? – мрачно спросил мент. – Смотри, доиграешься. Я человек серьезный... Ты даже не представляешь, насколько серьезный...

– И не таких видали.

– Ну, может быть... Разговор у меня к тебе есть, Игнат Алексеич. Раз уж встретились, поговорим, а?

Нахальцев показал взглядом на скамейку на пустынной в этот час детской площадке.

– Может, ты сам в песочке поковыряешься? – презрительно усмехнулся Игнат.

– Да нет, без тебя скучно...

– О чем говорить со мной хочешь?

– О цветочках поговорим. И о ягодках...

Нахальцев сейчас был сам как цветочек. В том смысле, что от него можно было ожидать самых горьких ягодок. Игнат нутром улавливал скрытую в нем реальную угрозу.

– Если о ягодках, то надо бы стрелочку забить?

– Какую еще стрелочку? Ты бандитам стрелочки забивай. А я тебе не бандит, я мент...

– Как будто это не одно и то же, – хмыкнул Игнат.

– Да нет, мент – это покруче будет. Ты вот меня боишься, потому и водишь вола, чтобы уйти от разговора...

– Было бы кого бояться...

Игнат медленным, но решительным шагом направился на детскую площадку. Действительно, чего ему бояться?

– Ну и что ты хотел мне сказать? – в упор посмотрел он на мента.

– Да дело одно у меня есть. Надо иномарку одну продать...

– Я здесь при чем?

– Автосалон один есть, «Премьер-авто», на МКАД...

– Тебе-то что до этого автосалона? – напрягся Игнат.

«Премьер-авто» был полностью подконтролен ему. Пятьдесят пять процентов акций, охранные услуги, все такое. И на тебе, Нахальцев сует туда свой длинный сопливый нос.

– Ну, я бы хотел машинку свою через него продать.

– Хотеть не вредно.

– Вредно не хотеть. Вот я хочу. Машину хочу именно через твой салон толкнуть... Вижу, что ты не хочешь мне помочь. А я настырный... Короче, делаем так, ты передаешь мне контроль над «Премьер-авто», ну, а я уже ворочу, как того хочу...

– А хотелка не отвалится?

В сущности, Игнату было не до шуток. Случилось то, чего он опасался. Мент не собирался останавливаться на достигнутом и уже в открытую метит на целый автосалон.

– Мусор ты, – Игнат вперил в него жесткий, угрожающий взгляд. – А я не хочу, чтобы в моем автосалоне было намусорено. Я чистоту люблю...

– Смотри, как бы на параше тебе чистоту не пришлось наводить, – мрачный как туча пригрозил Нахальцев.

– А ты на свои корки не надейся. Надо будет, мы на тебя управу найдем. Не посмотрим, что ты мент...

– Да нет, не найти тебе на меня управы. Руки коротки...

– Короче, я тебя предупреждаю, сунешься в «Премьер-авто», пеняй на себя....

– Я думал, ты будешь сговорчивей.

– А я думал, ты умный, поэтому и отдал тебе «Гармонию». А ты дураком оказался. Полный идиот...

– Ты «Гармонию» мне отдал. А Виолетту за собой оставил...

– Ты куда клонишь, мусор?

– А то ты не понял, недобиток бандитский... Виолетта мне принадлежать должна.

– Она не вещь, чтобы кому-то принадлежать... Достал ты меня, мент. Шел бы ты от греха подальше, а то ведь в этой песочнице остаться можешь...

– Это можно считать угрозой?

– Какая ж это угроза? Ты, Паша, реальный даун, тебе пасочки в песочнице лепить за счастье. Можешь оставаться, а я пошел... Да, про «Премьер-авто» забудь. Считай, что не было никакого разговора...

– Это ты считай. А у меня свой счет! – бросил ему вслед Нахальцев.

Игнат сделал вид, что не услышал его лай.

Глава двенадцатая

Кренделю снилась обалденно красивая телка – на лицо прелесть, большие ярко-синие глаза, огромные груди, как у Саманты Фокс, тонкая талия, роскошные бедра. Она сидела на нем верхом и, как та всадница в седле, скакала навстречу оргазму. Ее пышные светло-русые волосы развевались на ветру... Крендель готов был финишировать вместе с ней. Еще немного, еще...

Но в самый последний момент его толкнули в плечо. И голос как будто из преисподней:

– Илюха, братан, вставай, твоя очередь!

Он открыл глаза и увидел Огурца. Тот стоял, пьяно пошатываясь, и глупо смотрел на него.

– Баран! Такой кайф обломал! – рявкнул Крендель.

Ни бабы, ни бешеной скачки, ничего. Только серый потолок над головой, грязные стены, скрипучая койка. И эта оскаленная морда Огурца.

– Какого хрена?

– Илюха, так время уже три часа дня. А ты все дрыхнешь... Пацаны веселятся, а ты дрыхнешь. Как же мы без тебя, а?

Крендель глянул на часы. В натуре, пять минут четвертого. Целый день, считай, продрых. Хотя, в принципе, ничего такого. Вчера они пьянствовали до глубокой ночи...

Голова тяжелая, но не болит. Тело ватное, но встал он легко. Натянул брюки, рубаху. Пить охота. Холодненького бы чего-нибудь.

– Пиво есть? – спросил он.

– И пиво есть, и все остальное! – загадочно улыбнулся Огурец. – Пошли...

Они снимали целый дом в подмосковном поселке. До МКАД всего два километра, считай что Москва. А дом деревянный. Старый, покосившийся. Вплотную к хате проходит шоссе, поэтому окна запыленные, воздух во дворе забит выхлопными миазмами. Хреново. Зато соседние дома пустуют: хозяева сбежали. Участковый может нагрянуть. Но Кренделю чего бояться? Мент Паша четко пробил ситуацию – точно выяснил, что «сторожка» на них нет. Он же и временную регистрацию сделал. Так что комар носу не подточит... Дел пока нет. Паша сказал отдыхать. Вот они и отдыхают. В свое удовольствие...

Вслед за Огурцом Крендель прошел в соседнюю комнату. А там стол, покрытый грязной скатертью. За столом Кекс и Перец. Пиво, водка, свежая закуска. Видать, кто-то из пацанов в лавку за харчами сгонял.

Перец сидел, откинув голову назад. На лице страдальческое выражение, глаза закрыты.

– У тебя чо, колики? – спросил Крендель.

– А-а, ка-айф! – блаженно протянул Перец.

Он что, мазохист, раз от боли тащится... Он еще сильней зажмурил глаза, задергался, как в конвульсиях. И застонал с таким наслаждением, будто вместе со стоном из него выходила вся боль.

И тут же скатерть по фасаду стола зашевелилась. Крендель с удивлением увидел, как на него надвигается чья-то голая задница. Раскрытый, обрамленный ржавыми волосьями «глазок» смотрел прямо на него... Так это ж баба!

Бесстыжая девка только что «разминировала» Перца. И сейчас раком пятилась навстречу Кренделю. Мощные белые ляхи, толстая прыщавая срака... Крендель не удержался и ногой отвесил ей пендаля. Баба ойкнула, резко вскочила на ноги и ломанулась в дальний угол комнаты. И только оттуда осмелилась взглянуть на своего обидчика. Ну и рожа у нее! Круглая, рябая, глазки маленькие, нос картошкой. Волосы грязные, спутанные. И губы мокрые...

– Не тем ее бьешь! – хихикнул Перец.

– Она ж к тебе всей душой! – развеселился Кекс.

– Извини, брат, не разглядел, – ухмыльнулся Крендель.

А ведь «глазок» был раскрыт так широко, что через него, пожалуй, можно было разглядеть душу этой лахудры.

– Где вы эту марамойку раскопали? – недовольно спросил Крендель.

– Так это, тусовалась тут неподалеку, – обеспокоился Кекс. – А что?

– Ну и на фига вы притащили сюда этот триппер ходячий?

– Да там не только триппер, – ухмыльнулся Огурец. – Но мы с резиной, все тип-топ...

– Бараны! Мало вам Элизы!

Кто дал им наводку на засвеченного торговца оружием? Проститутка Элиза. Из-за кого они нарвались на ментов? Из-за нее... Элиза на ментов не работала. Но ведь она подвела братву. Еще как подвела!

– Ты вообще откуда такая взялась? – Крендель зло глянул на шлюху.

– Я Люба...

– Да мне навалить, как тебя зовут. Я спрашиваю, откуда ты такая красивая взялась?

– Ну, дядя у меня здесь живет...

– Видали мы ее дядю, – осклабился Кекс. – Алкаш конченый... Да она и сама конченая. Знаешь, сколько с нас запросила? Пузырь водяры!

– Да она больше и не стоит! – презрительно скривился Крендель.

Он вспомнил сон, из которого его так подло вытащил Огурец. Какая там была баба! М-м, пальчики оближешь... А эта? Тьфу!

Но после красотки из сновидения остался стояк. И как ни страшна была забившаяся в угол лярва, через нее можно было снять застойное напряжение. Тем более что есть полотенце, которым можно завесить ее морду...

– Пошла подмылась! – тоном, не терпящим возражений, велел Крендель. – И чтоб с мочалкой! Огурец, посмотри за ней!

– Да без проблем. Могу и спинку потереть... А накатить можно?

– Давай.

Огурец подошел к столу, раскидал водку по стопарикам. Вообще-то Крендель хотел бы начать с пива. Но его соблазнили запотевшие бока бутылки. Видать, холодная водочка.

Крендель выпил, обнял Огурца за шею, притянул к себе, занюхал водку его волосами. Назвался огурцом, будь вместо закуски.

– А мне? – жалостливо спросила Любка.

Ее жадный взгляд был прикован к бутылке.

– Я сказал, пошла!

Душ был во дворе. Кабинка, сколоченная из досок, вместо крыши железный бак – чем жарче светит солнце, тем теплее вода.

Пока шалава мочалилась в душе, Крендель приговорил в личном зачете граммов двести водки. В голове расцвел оазис, кровь приятно струилась по жилам. И только душа оставалась холодной...

Любку он зацепил боковым зрением. Не поворачивая к ней головы, пальцем ткнул себя в пах. Она все поняла. Покорно опустилась на колени, на четвереньках подползла к нему, расстегнула его брюки, развернула «чупа-чупс» и... Крендель забалдел. Но в отличие от того же Перца, он даже в лице не изменился. Он делал вид, что ничего такого не происходит...

Но это происходило. И одного «разминирования» оказалось мало. Крендель грубо схватил девку за волосы, вытащил на середину комнату. Кекс услужливо протянул ему облатку презерватива. Любка его развернула, затолкала себе в рот и губами, как тот красный флаг на купол рейхстага, водрузила резинку на законное место. Теперь Крендель смело мог входить в нее, чтобы своей кочергой добраться до ее души, которую он не смог разглядеть через «глазок»...

Любка была разработана по всем направлениям. Но Крендель обладал достаточно мощным достоинством для того, чтобы ощутить тугость ее плоти. Медленно, с каким-то зверским наслаждением он поднимался на пик животного кайфа. Но зазвонил телефон. И одним только своим пиликаньем сбил планку возбуждения.

– Илюха? – услышал он Пашин голос.

Теперь его достоинство болталось в Любке, как та кишка в унитазе.

– Да, я. Какие-то проблемы?

– Ну какие у нас могут быть проблемы? Так, небольшое дельце... Да, то самое, о котором мы говорили...

Крендель понял, о каком деле шел разговор. Паша заранее готовил его к мокрому делу, а он заранее дал согласие.

– Ну, если надо, я готов.

– Ну и отлично!

Паша не уловил сомнений в его голосе, чем был очень доволен – это чувствовалось на расстоянии.

– Давай подъезжай к месту, где мы были в прошлый раз. Поговорим конкретно. Сколько тебе надо времени?

Крендель сначала посмотрел на Любку, затем на часы.

– В семь вечера буду.

– Нормально. До встречи!

Всякий раз после разговора с Пашей на душе оставался неприятный осадок. Он, как та ржа, распылялся на все органы его тела. Так было и сейчас. Поэтому Любка его не вдохновляла.

Крендель сходил в душ, оделся в чистое. И вместе с Кексом и Перцем отправился на стрелку. Огурец остался дома присматривать за Любкой. Мало ли что, вдруг сбежит...

Мент Паша ждал его в условленном месте. В бежевом летнем костюмчике, выбритый, надушенный, волосы напомажены. Чисто денди лондонский. Он улыбался, но взгляд оставался бездушно-холодным.

Для разговора они выбрали летнее кафе. Но пластиковый столик вынесли на полянку, подальше от посторонних ушей.

– Слушай, к тебе перепел сегодня не приходил? – Паша буровил Кренделя въедливым ментовским взглядом.

– Да это, чисто вчера перепил, – повинился он.

– А сегодня чисто похмел, да?

– Да нормально все. Я ж не пьяный...

– Ты бы не злоупотреблял этим делом. Пьянка до добра не доводит... Ладно, давай о деле...

Паша вытащил из кармана фотографию какого-то парня, положил снимок на столик и щелчком пальца пульнул его Кренделю.

– Запомни это лицо... Понимаешь, о чем я говорю?

– Да понимаю...

Не так уж и трудно было догадаться, что парень с фото был обречен, и уработать его должен был Крендель сотоварищи.

– Координаты и данные на обратной стороне снимка, – пояснил Паша. – Там же и схема маршрута, по которой он идет утром в гараж. И место указано, откуда лучше всего... Ну ты меня понял...

– Когда?

– Завтра, край – послезавтра... Охраны у него нет, мы его разработали, так что тебе остается только привести приговор в исполнение... Ты не спрашиваешь, в чем он провинился, почему?

– Меньше знаешь, крепче спишь.

– И то верно...

– Тачку бы надо левую...

– Соображаешь.

– Тачку мы организуем. А вот насчет инструмента... Надо, чтобы все тихо было. В смысле, чтобы глушители были...

– Будет тебе тихий инструмент...

– Тогда все нормально сделаем... Да, цена вопроса?

– Жертва пешечная, так что на много не рассчитывай. Пять штук баксов...

– Маловато будет.

– Хорошо ты, Илюха, живешь, – усмехнулся Паша. – Баксы на десятки штук считаешь. А между прочим, ситуация в стране такая, что людей за штуку рублей убивают...

– Кто?

– Ну есть индивидуумы...

– Может, к ним и обратишься?

Крендель смело смотрел на крутого мента, и это приводило его самого в полный восторг.

– Ладно, сколько ты хочешь?

Мент готов был принять его условия. Крендель чувствовал, как шумит в душе шквал аплодисментов, – это он сам восхищался собственной крутостью.

– Э-э... Шесть тысяч...

Надо было поднять планку до десяти. Но Крендель не решился... В принципе шесть тысяч не такие уж и плохие деньги. Даже для него...

– Да, и еще, – замялся Паша. – Тут такое дело. В общем, ствол, из которого вы завалите жертву, должен остаться у вас. Вернешь его мне.

– Зачем?

– Так нужно.

– Ну это же опасно. Киллеры оставляют оружие на месте преступления, – блеснул своими книжными познаниями Крендель.

– Далеко не всегда, – покачал головой мент.

– Но а если нас повяжут с этим стволом?

– Ладно, уболтал, получишь еще две штуки сверху. Мне очень нужен паленый ствол... Ну что, по рукам?

– По рукам! – самодовольно осклабился Крендель.

Паша сел в машину вместе с ним. Отслюнявил четыре тысячи долларов в качестве предоплаты. И передал пакет, в котором обнаружились два ствола «ТТ» с глушителями. Уж не те ли самые стволы, которые Кренделю предлагал лысый барыга?..

Дома Крендель собрал вокруг себя пацанов, пустил по кругу фотографию жертвы.

– Будем мочить, – сказал он.

– А мокруха нам нужна? – озадаченно почесал затылок Огурец.

– Нам все нужно, за что бабки платят, – насмешливо посмотрел на него Крендель. – А ты чо, мохаешь?