Текст книги "На кону – жизнь"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 2

В приемной у Романа сразу две секретарши. Обе девчонки хороши собой, хоть сейчас на подиум выводи. Но вряд ли Роман использует их не по прямому назначению. Секс с секретаршей для него пройденный этап. Для него это уже пресно. И любовницы – тоже неактуально. Потому и нет у него женщин на стороне. Одна Виолетта осталась. Может, она тоже пресная сама по себе. Но она знает, как сделать пилюлю соленой и острой. Потому Роман и нуждается в ее услугах…

Виолетта может приходить к Роману в офис, когда ей заблагорассудится. Потому что она его законная любовница. Секретарши это знают и завидуют ей, но только пусть попробуют не так ей улыбнуться или тем более сказать слово поперек…

Девчонки даже со своих мест приподнялись, когда Виолетта зашла в приемную. Знают, хитрые задницы, что останавливаться она не будет. Но все же предлагают ей чай, кофе… Виолетта ответила им резиновой улыбкой, небрежно махнула рукой.

Роман был на месте. Развалился в кресле, выставил на обозрение свое пузо, в руке дымится сигара. Он не один. За совещательным столом мужчина в строгом костюме, при галстуке. На лице заискивающая улыбка, язык строчит без умолку. Роман его слушает, но без должного внимания. Сразу видно, что перед ним сотрудник его фирмы. Может, даже очень важная персона. Но в любом случае он зависим от Романа. Если так, то Роман может прогнать его от себя небрежным движением руки.

Так он и поступил, когда увидел Виолетту. Просто отмахнулся от мужика, как от осенней мухи. А тот поджал хвост и с видом побитой собаки вымелся из кабинета.

– Изюму принесла? – без всяких предисловий спросил он.

Аж челюсти ходуном заходили от нетерпения.

– Да есть вариант. Изюм с клубничкой.

Изюм – это идея с изюминкой. Изюм с клубничкой – это сексуальные забавы с особым изыском.

– С клубничкой, это в самый раз! – расплылся в довольной улыбке Роман.

Серьезный с виду человек. Очень серьезный бизнесмен. Олигарх с солидными связями в Кремле. Но бизнес его сейчас не волнует. Потому что снова шило в задницу воткнулось. И не дает ему покоя. Пошалить маленькому мальчику захотелось. А своих мозгов, чтобы выдумать очередную пакость, не хватает. Разве что грубый примитив с убийствами. Но хватит трупов…

– Сценарий простой. Берешь Феликса, берешь Никиту, собираетесь с ним, ну, в сауне, например. Я привожу девчонок, по одной на каждого. Догадайся, что дальше будет?

– Что, по очереди трахать? – недовольно поморщился Роман.

– Нет, вообще не трахать. Девки будут соблазнять вас, извращаться. Стриптиз-шоу покажут, наконец. А вы должны держаться. Кто не выдержит, вылетает из игры. Сначала один, затем второй. А победитель остается. И ему достаются все три девчонки…

– В принципе неплохо. Что-то в этом есть…

– Только горчички не хватает, да? Будет тебе, Рома, горчичка. Вся фишка в том, что вы все под виагрой плясать будете. Или что-нибудь помощней придумаем. Так, чтобы у вас стояло дальше, чем видите. Ну как?

– Виагра – это круто. А если еще что покруче?.. Трахаться хочется, сил нет, а тут соска голая тебя дразнит. Как тут выдержать… Да нет, это не горчица. Это тротил с ментолом… Витолка, бляха, дай-ка я тебя расцелую!.. Слушай, а может, ты тоже с телками будешь? Никита тебя хочет, а ты его влет раздраконишь…

– А что? Я не откажусь… Только ты его потом не того?

Движением рук Виолетта показала, как затягивается петля на шее.

– Да нет, не боись. Никита свой человек. А потом, он же трахать тебя не будет. Проигравший же ничего не получает… Слушай, клевую ты фишку замутила! Это если проиграл, бабу не получаешь. А ялда аж лопается от сока. Вот это засада. Мазохисты отдыхают… Когда шалить будем?

– А когда скажешь, тогда и будем. Хоть сегодня. Но лучше завтра…

– Надо с Феликсом состыковаться и с Никитой… Это, с членовредительством ты не слабо придумала. А если что покруче? Через пару недель в самый раз будет…

– А может, без покруче?

– Ты это чего?

– Да того!.. Менты на хвосте сидят!..

– А-а, ну да!.. Думаешь, серьезно?

– Ты-то как сам думаешь?

– Да, нестыковка с этим Владом получилась… Слушай, тебе что, меня мало, а?

– Зачем спрашиваешь, если сам знаешь, что мало? – съязвила Виолетта. – Спасибо тебе, что под болванов своих подложил. Неплохой группен-секс получился. Еще бы разок… Жаль, кончились твои болваны…

– Хорош прикалываться… – поморщился Рома. – Я с тобой серьезно… Короче, следователь у меня сегодня был…

– С этого бы и начинал… Ты его далеко послал?

– Да нет, не посылал, не тот случай. Липкая каша заварилась, одним веслом не расхлебаешь… В общем, следак меня про Влада спрашивал. То да се, трали-вали. Само собой, я в отказ пошел… Ну, про Влада, конечно, рассказал. Слезу пустил. Все-таки родственник он мне. Седьмая вода на киселе, но все же…

– Только про Влада спрашивал?

– Да нет, про Норильцева тоже спросил. Но я-то его вообще не знаю. Ну, типа, того…

В кабинете у Ромы можно было говорить о чем угодно. Прослушать разговор невозможно. Если, конечно, на рынке шпионской техники не появилось какое-нибудь чудесное новшество, способное сломать любую защиту. Или в ментовке какой-нибудь левша не появился, способный подковать «клопа»…

– Больше ничего не спрашивал?

– А что, есть еще что-то?

– Сам знаешь, что есть… Норильцева кто приговорил?

Виолетта была за границей, когда Роме захотелось пощекотать нервы. Как обычно, ничего умного придумать он не смог. И Никита с Феликсом не больно-то хитры на выдумку. А им тоже остренькое подавай… В общем, собрались мужики, решили в карты сыграть. На человеческую жизнь.

Каждый выбрал для себя жертву, поставил ее на кон. И началось. Играли в преферанс. Больше всех вистов набрал Рома. В дураках остался Феликс. Один победитель, другой проигравший, один другому заказывает убийство.

Развлеклись они на славу. Рома показал Феликсу на человека, которого требовалось убить. Феликс собрал нервы в кулак и пошел на дело. И сумел-таки заминировать машину Губанова. Правда, взрыва не произошло, кто-то раньше времени обнаружил фугас.

Феликса искали, но бесполезно. От ментов он ушел. А вот от Ромы – нет. Рома предложил ему откупной. Бассейн с пираньями, только Феликс испытания не прошел. И должок продолжал висеть за ним. А тут как раз Игорь Норильцев к ней зачастил. Виолетта пару раз дала ему, чисто для приличия и собственного удовольствия. Роме это не понравилось. И как итог, Феликс снова вышел на дело. Было бы все замечательно, если бы не часы… Пришлось Виолетте подключаться. У Феликса на подхвате свои спецы были. Но для надежности она никому не доверила это дело.

– А кто исполнил Игоря?.. Феликс, между прочим, часы тогда потерял…

– Ну и что? Влад же их выкрал?

– Выкрал. Но менты-то его вычислили. А тут его труп… И Норильцев, и Влад на нас с тобой сходятся, понимаешь, в чем дело?

– Погоди, какие доказательства у ментов, что часы выкрал именно Влад? Мало ли что той сучке Варенковой привиделось? А сам Влад ничего не скажет…

– Закручено тут все слишком. Менты думают, что Игоря Влад убил…

– Хорошо, что на Феликса не грешат… И вообще, что хотят, то пусть и думают. Доказательств у них никаких нет. А на «нет» и суда нет… А потом, у них уже есть убийца. Какой-то Вершинин. Он сейчас под следствием и от своих показаний не отказывается…

– А кто Влада убил?

– Ну не я же… Еще раз повторяю, нет у ментов доказательств насчет меня. Нет! И пацанов своих я тоже не убирал, поняла?.. Были бы у ментов доказательства, меня бы уже в Бутырку спровадили. И никакие бы связи не помогли. Если делом занимается РУБОП, скидки на важность не канают…

– А почему РУБОП Владом занимается?

– Да потому, что два дела в одно объединили…

– Вот видишь, имеются у них сомнения насчет этого Вершинина…

– Ну и что? Пусть на Влада грешат, я не против… Скажешь, что у тебя роман с ним был. Скажешь, что Влад тебя к Норильцеву мог ревновать. А где ревность, там и пуля в голову…

– Так и скажу, – соглашаясь, кивнула головой Виолетта. – Я сейчас как раз к следователю еду. Кто у тебя был, Патокин?

– Кажется, он. А что?

– Да ничего. Просто теперь моя очередь с ним общаться…

– По повестке, говоришь, вызывает. Мог бы и сам к тебе съездить. Не перегрелся бы…

– Да нет, он-то как раз и боится со мной перегреться… Чует, что я неровно к нему дышу, – жеманно улыбнулась Виолетта. – Боится со мной наедине остаться…

– Это ты к чему?

– Да нет, не твоего гнева боится. Хотя кто его знает… Мне этот Юра самой нравится. Вот думаю, не соблазнить ли?

– И ты мне об этом говоришь?

– А что прикажешь делать? Я уже два раза ученая. И без твоей санкции больше ни под кого не лягу…

– Ты что, перепихнуться с ним хочешь?

– Ну, не то чтобы хочу… Игра у меня новая появилась.

– Какая? – встрепенулся Рома.

Одно только слово «игра» действовала на него как заклинание.

– Ты не беспокойся. Это будет моя личная игра. Я буду агентом ЦРУ, а Патокин советским шпионом. Я должна раскрутить его на информацию…

– А какая у него может быть информация?

– Рома, очнись! – Виолетта с ухмылкой помахала раскрытой ладонью перед его глазами. – Выходим из игры… Я – твой агент, а Патокин – следователь. И я должна узнать, какие козыри он держит против тебя…

– Слушай, Виолетта, а это идея! – расплылся в улыбке Рома.

– Между прочим, мог бы и сам дойти.

– Да как-то не подумал.

– А ты не думай. Зачем тебе напрягать извилины, если у тебя есть я… Ты же меня никогда не бросишь?

– Меня мама не в стиральной машине родила…

– Правильно, не надо меня бросать, милый. Пропадешь ты без меня.

– Уже пропадаю, – заерзал в кресле Рома.

На губах блуждала похотливая улыбка.

– Что, дорогой, давно не трахал агента ЦРУ?

– Слушай, всю жизнь мечтал!

– Нет, Рома, агент уходит на задание. У него уже нет времени… Или вы не даете санкцию, мистер президент?

– Да я-то даю… А ты даешь?

– Даю. Патокину дам. Но не сейчас…

Виолетта вынула из сумочки упаковку виагры, бросила Роману на стол.

– Можешь с девочками пока потренироваться, – небрежно улыбнулась она и показала ему спину.

Виолетта знала, когда с ним нужно быть ласковой, а когда можно быть дерзкой, ветреной. Она знала, как подогревать интерес к себе. Этот денежный мешок ее просто обожал…

* * *

В кабинет к следователю она заявилась во всеоружии женского обаяния. На ней не было короткого платья с умопомрачительным вырезом. Можно было надеть штанишки, бесстыже очерчивающие генитальные контуры. А если они полупрозрачные, да еще трусиков под ними нет… Но Виолетта и без этих дешевых вывертов смотрелась очень сексуально. Патокин смутился, спрятал глаза – сделал вид, что ищет какую-то бумагу.

На вид ему лет сорок. Подтянутый, моложавый. Правда, кое-какая доработка требуется. Но ей это ни к чему. Замуж она за него не собирается…

– Виолетта Михайловна, мне бы хотелось поговорить с вами о Владе Семижилове, – продолжая прятать от ее глаза, сказал Юра.

– Всегда пожалуйста, – снисходительно усмехнулась она.

Патокин имеет о ней определенное представление. И вряд ли он найдет ее поведение естественным, если она вдруг начнет краснеть и стесняться. Нужно вести себя с ним как уверенная, знающая себе цену женщина. А цену себе она знает хорошо…

– Вы знали, что Влад Семижилов дальний родственник гражданина Шурыгина?..

– Да, он говорил мне… Влад был ему троюродным племянником. Но Роман любил его чуть ли не как родного сына…

– Ну да, сын и отец, – насмешливо посмотрел на нее Патокин.

Кажется, он начал приходить в себя.

– Сын и отец в одной постели со мной, вы это хотели сказать? – изобразила возмущение Виолетта.

– Ну что вы, я совсем не это имел в виду!

Она хотела смутить следователя. И ей это удалось… Еще бы инициативой завладеть. Может, получится?..

– И что же вы имели в виду? – строго спросила Виолетта.

– Поверьте, я не хотел вас обидеть…

О! Да она заставляет его оправдываться. Уже что-то!..

– Да я и не обижаюсь. Работа у вас такая – сопоставлять, сравнивать… Хотелось бы знать, к чему этот разговор про дальнее родство?

– Дело в том, что мы разыскали мать Влада. Она очень хорошо отзывается о Романе Шурыгине…

– А вы думали! Где бы Влад мог зарабатывать такие деньги? Роман платил Владу не меньше двух тысяч долларов. Иногда за три тысячи зашкаливало…

– Это когда, например? – поймал ее на слове Патокин. – В каком месяце он получил три тысячи?

Вот жучара!.. Только и Виолетта не промах… Да, Влад в самом деле получил лишнюю штуку баксов за часы, которые потерял Феликс. Но Патокин об этом не узнает.

– Ну я не знаю, когда. Он не говорил…

– Значит, о его финансовом положении вы знаете с его слов?

– Совершенно верно.

– Итак, он работал у своего троюродного дяди. Где именно?

– Ну, он говорил, что в службе безопасности… Знаете, мне кажется, он следил за мной…

– Зачем?

– Мне кажется, это Роман заставлял его следить за мной. Ну, чтобы знать, кто ко мне ходит…

– А кто к вам ходил?

Патокин легко съехал с одной темы на другую.

– Игорь Норильцев ко мне ходил… А потом и сам Влад ко мне зачастил. В любви признавался, говорил, что жить без меня не может… Юрий Семенович, вы что, сомневаетесь в этом? – страстно спросила она.

– В чем?

– Как в чем? В том, что в меня можно влюбиться?

– А, это… Нет, в этом я как раз не сомневаюсь…

– Вы даже не представляете, какие вещи говорил мне Влад. Знаете, мне было так страшно…

– Что он вам говорил?

– Про Норильцева говорил. Требовал, чтобы я больше с ним не встречалась. Угрожал… Вы представляете, он мне угрожал!.. Обещал, что расскажет Роману об Игоре…

– И что тогда? – оживился Патокин.

– Было бы что… Норильцева бы Роман и пальцем не тронул. А мне бы досталось. Знаете, мне кажется, он мог бы меня избить. А потом бы взял и бросил…

– Это плохо?

– Что плохо? То, что он может меня бросить?.. Конечно, плохо. Роман… Роман… Скажем так, он щедрой души человек. А я люблю жить на широкую ногу…

– Да уж, красиво жить не запретишь… – закусил губу Патокин.

О! Да он уже ревнует ее… Клево!

– О чем мы с вами говорили? Ах да!.. Так вот, я на Влада сильно обиделась. Он, конечно, понял, что спорол чушь. Пытался загладить свою вину… Не важно, как он это делал… Кстати, Роману он об Игоре ничего не сказал. Ничего… Только все равно достал он меня с этим Игорем. Вы не поверите, но он обещал его убить!.. Я его, конечно, отговаривала. Хотя это было лишнее. Это было сказано в пылу ревности. И, конечно же, Влад не собирался воплощать в жизнь свою угрозу…

– Такую угрозу обычно воплощают в смерть, – мрачно усмехнулся Юрий.

– Да что вы такое говорите! Не мог Влад убить Игоря. Не мог…

– Тогда кто же его убил?

– Я знаю, вы склонны во всем винить Влада. Вы думаете, что это Влад убил Норильцева…

– А разве этого не может быть? Он же ревновал вас к Норильцеву…

– Ну, ревновал… Но Игорь не мог убить. Не такой он. Не такой он, и все…

– А может, все-таки он?.. Вы подумайте хорошо, может, все-таки он!

– Бедная я женщина. То вы обвиняете меня в том, что я покрываю убийцу Влада, теперь, оказывается, я покрываю убийцу Игоря… Если у меня нет мужа, если меня содержит любовник, значит, я падшая женщина? Вы так, наверное, думаете? – театрально воскликнула Виолетта.

– Ну что вы, я так не думаю… Просто есть факты…

– А к черту ваши факты!.. Не знаю я, кто убил Влада. Не знаю, кто убил Игоря…

– Но хотя бы догадываетесь?..

– Свою версию я уже изложила.

– Какую версию?

– А вы вспомните, я говорила вам про владельца зеленой «девятки»…

– Вы думаете, он мог убить Влада?

– И я так думаю. И Роман тоже… А вы же знаете, у Романа своя служба безопасности…

– К чему вы об этом?

– А к тому, что Роман уже навел справки об этой злосчастной «девятке». И узнал, кому она принадлежит. А принадлежит она Мартиросяну Роберту Акоповичу…

– И что дальше?

– А то, что машина не числилась в угоне…

– Не числилась. Потому что владелец не успел никому сообщить…

– Владелец – совсем молодой парень. Недавно двадцать лет исполнилось… Очень подозрительная личность, скажу я вам. И дружки у него очень подозрительные. Ну натуральные бандиты…

– Вы что, с ними встречались?

– Нет, я просто за ними наблюдала. И должна сказать, что они произвели на меня крайне неприятное впечатление… Короче говоря, эти типы запросто могли убить Влада…

– Вы за ними наблюдали? Как?

– Очень просто. Из окон своей квартиры. Их двор у меня как на ладони… Юрий Семенович, вы женаты? – без всякого перехода спросила она.

– Нет, а что? – опешил он.

– Один живете? Или с мамой?

– Один… А вам, собственно, какое дело?

– Просто хотела узнать, не заняты ли вы вечером?

– У вас ко мне какое-то предложение?

– Да. У меня к вам предложение… Я бы хотела, чтобы сегодняшний вечер вы провели у меня дома.

– Вы в своем уме?

– Юрий, зачем вы мне грубите? – Виолетта обиженно надула губки. – Я этого не заслужила… И предложение у меня к вам сугубо деловое. Я предлагаю посидеть со мною у окна. Мы будем пить кофе и наблюдать за дворовой компанией, которой заправляет Роберт Мартиросян… Вы посмотрите на этого парня и сразу поймете, кто убил Влада…

Патокин взял сигарету, закурил. Табачный дым иногда действует как паровая сила – поступает в голову и заставляет шевелить мозгами.

– А какой у вас кофе? – принужденно улыбнулся он.

– Отличный кофе. С ликером «Гальяно». Уверяю, вам очень понравится…

– Хорошо, завтра вечером я буду у вас…

– Сегодня!.. Время дорого, господин следователь! – кокетливо улыбнулась она.

– Хорошо, сегодня… Итак, на чем мы остановились?.. Да, вы говорили, что Влад угрожал Игорю…

– Юрий, ну сколько можно об одном и том же? Если вас так волнует этот вопрос, давайте обсудим его у меня дома… Только прошу вас, протокол оставьте здесь… Ну что, я пошла?

Патокин в изумлении смотрел, как она поднимается со своего места, идет к двери. Ведь он ее не отпускал…

Виолетта вышла из кабинета, шум закрывающейся двери был воспринят ею как победный пушечный залп. Она одурачила следователя, охмурила. Теперь он у нее в руках…

Глава 3

Патокин пришел к ней в половине восьмого. Сразу видно, что мужчина готовился к встрече с женщиной. Новая рубашка, начищенная обувь, модельная стрижка, аромат недешевого одеколона – терпкий мужской запах. Некоторые женщины от него без ума. А вот Виолетте такие ароматы не нравятся. Но и брезгливости не вызывают. А она вообще не брезгливая. Иначе бы она просто не подпустила к себе этого мента. Ну, разве что из деловых соображений…

Она обрадовалась ему так, как будто он был английским принцем. Мужики обожают, когда бабы боготворят их. И теряют всякую бдительность.

Виолетта подвела следователя к окну, показала место, где якобы собирается компания Роберта. Даже бинокль ему дала. Но он ничего не увидел…

– Там никого нет. Только дети какие-то…

– Ах да! Сегодня Роберт машину из ремонта забрал. Наверное, с дружками катается. Но, может, мы его еще увидим сегодня?

– Ну, не знаю…

– Да вы расслабьтесь, Юрий! Чувствуйте себя как дома… Знаете что, а давайте обойдемся без кофе. Но не без «Гальяно»…

– Насколько я знаю, это алкогольный напиток…

– Ну и что? Вы что, трезвенник? Или вы считаете, что находитесь при исполнении?.. Не надо так думать. При исполнении буду я. А вы отдыхайте. У вас сегодня был трудный день. И завтра снова на службу… Отдыхайте, Юрий, пока есть возможность…

Виолетта с улыбкой взяла его под руку и подвела к своему бару, усадила на высокий стул, сама встала за стойку. И скажи теперь, что она не при исполнении…

– Уверяю вас, это далеко не самый плохой коктейль… – щебетала она, доставая из бара бутылку ликера и бутылку дорогой водки.

Бар у нее что надо. Дорогое дерево, стильный интерьер, все аксессуары. И холодильник в наличии. Оттуда она достала сливки и лед. В шейкере смешала сливки с апельсиновым соком, хорошо взбила, затем процедила эту смесь в стакан хайбол, добавила туда лед. И уже на все это опустила слой ликера.

– У вас отлично получается, – с видом знатока заметил Юрий. – Вы случайно раньше не барменшей работали?

– Раньше – это когда?

– Ну, до того, как с Романом жить стали…

– Это вопрос для протокола? Или просто так?

– Просто так.

– Тогда скажу… Да, я в баре работала. Но не барменшей… Я исполняла стриптиз. Между прочим, я классно танцевала. Только прошу вас, не надо требовать от меня доказательств. А то еще танцевать заставите…

– Ну что вы! – смутился Юра.

– А вы что, не хотите, чтобы я станцевала перед вами? – еще больше смутила его Виолетта.

Ей нравилось играться с этим ментом. Потому что по идее все должно было быть наоборот. Он должен был ставить на нее капканы, загонять в ловушки. Да только слабо ему устоять перед женским обаянием. Ему бы мужланов всяких пытать, но не красивых женщин. Нет у него перед ними иммунитета. И перед ней в частности… Запал на нее мент, точно запал. Глаза горят, а голова как тот улей – роем роятся в ней развратные мысли… Что ж, у него сегодня есть шанс поиметь госпожу удачу в ее лице…

Виолетта сделала по коктейлю. Затем они перешли на один «Гольяно» без всяких примесей. Уже не было необходимости стоять за стойкой. И она перекочевала на свободный стул рядом с Юрой.

На ней был короткий халат из китайского шелка. Груди из него не вываливались, полы пока не расходились. Зато ноги обнажены достаточно высоко. А когда она села на стул, заложила ногу за ногу, мент стал похож на кота Тома в момент, когда ему прижали хвост. Глаза по пять копеек. А его шершавая «мышка Джерри» наверняка готова выскочить из штанов…

Они пили ликер, разговаривали на отвлеченные темы. Полы халатика разошлись в стороны, ноги обнажались все выше. Виолетта делала вид, что пьянеет. В глазах блудливый огонек, щечки порозовели, язык истомленно скользил по губам…

– Знаете, Юрий, а я ведь в самом деле хорошо танцую, – прощебетала она. – Нет, вы не верите мне. Я вижу, не верите… Ах да, вы же следователь. Вам нужны улики. Что ж, будут вам улики!

Она сделала музыку погромче, змейкой соскользнула со стула, вышла на середину комнаты. Мент ее не удерживал. Он же не дурак.

Виолетта в самом деле была классной танцовщицей. И Патокин мог в этом убедиться…

В Москву она приехала давно, восемь лет назад. Закончила школу в родном Барнауле, собрала вещички – и в путь. Прощание с родным папашкой было недолгим. Сунула ему фигу под нос, и все дела. Пусть радуется, что в ментовку на него не заявила. Пятнадцать лет ей было, когда этот козел напоил ее водкой, а затем трахнул под музыку Вивальди. Музыкант хренов, чтобы ему пальцы крышкой рояля придавило. А еще лучше крышкой гроба…

В Москву она ехала за счастьем. Красивая провинциальная девчонка с полным карманом… радужных надежд. А вот с деньгами проблема.

Виолетта хотела поступить в театральный институт. Думала, что ее внешние данные станут ее проходным баллом. Но оказалось, что среди поступающих полно таких красоток, как она. Ее «зарезали» на первом же экзамене… И тут же нашелся утешитель. Высокий лысый мужик с хорошими манерами. Он представился режиссером, заглянувшим в институт в поисках самородных дарований. И оказалось, что Виолетта вполне подходит на одну из ролей его будущего фильма. Роль, правда, эпизодическая. Но она может стать стартовой площадкой для ее актерской карьеры. Так ей говорили, а она, дура, уши развесила. А потом и ноги раздвинула. Потому как режиссер сумел убедить ее, что роль у нее уже в кармане. А она легла под него из благодарности. Скоро выяснилось, что никакой это не режиссер и к искусству имеет весьма отдаленное отношение. Он был искусником по части одурачивания молодых красоток…

В институт Виолетта не поступила. Но в родные края возвращаться не собиралась. Пришлось как-то устраивать свою жизнь. Ей повезло. Она смогла устроиться официанткой в один приличный ресторан. Платили хорошо, плюс чаевые. Правда, приходилось спать с хозяином ресторана. Но она быстро привыкла к тому, что в Москве многие вопросы решаются через постель.

Однажды Филипп, как звали директора ресторана, сказал, что собирается открыть новый ресторан. И не абы где, а в Турции. Якобы там сейчас Мекка для русских туристов, и он будет последним идиотом, если упустит возможность обогатиться. Через пару месяцев после этого он сообщил, что ресторан готов к открытию. И предложил Виолетте работать в нем администратором. Она согласилась. С ней за границу отправилось еще несколько симпатичных официанток.

Разумеется, никакого ресторана не было и в помине. Зато был турок Ахмад, который забрал у них паспорта и скопом загнал в притон, где Виолетте пришлось обслуживать потных, вонючих мужиков, но отнюдь не в качестве официантки. Первое время она пыталась сопротивляться, за это ее били, насиловали в извращенной форме. Грозились посадить на иглу. В конце концов она смирилась. И даже делала вид, что новая работа ей очень нравится. Ахмад решил, что так оно и есть на самом деле. И потерял бдительность. Виолетта воспользовалась моментом и сбежала из притона. В русском консульстве ей сразу дали от ворот поворот. Суть отговорки была такой – если тебя продали в рабство туркам, то ты уже не являешься российской подданной. Граждане России – люди с незапятнанной репутацией… Виолетта проглотила обиду и сунулась в полицейский участок. А там ее ждал Ахмад. Он обвинил ее в том, что она украла у него тысячу американских долларов. Ей грозила тюрьма. Ей страшно повезло, что за нее заступился один турецкий офицер. Он отвез ее к себе домой, накормил, одел. Трахнул, разумеется. Она прожила у него целый месяц в качестве добровольной наложницы. А затем он купил ей билет на самолет и отправил в Москву.

Она была и оставалась провинциалкой. Но радужные надежды давно померкли. На жизнь она смотрела трезвыми глазами… Ей повезло. Если это, конечно, можно было назвать везением. Она устроилась в массажный салон. По сути, это был самый настоящий бордель. Но здесь обслуживали VIP-персон и к проституткам относились неплохо. Никаких надзирателей, приличное общежитие, медосмотр, комфортные номера, приятные в общении клиенты. Виолетта даже стала получать удовольствие от работы. Только вот с оплатой не все честно. Ей платили тысячу долларов в месяц. Иногда выпадала премия – не больше пятисот баксов. Поначалу ей это нравилось. А потом стала угнетать мысль, что ее держат за последнюю дуру. Сколько бы она ни работала, оплата одна и та же… В конце концов она разругалась с хозяйкой и вместе с подружкой вышла на вольную охоту.

Как водится, она сразу попала под бандитскую «крышу». Но с ней поступали относительно честно. Пятьдесят процентов себе, остальное сутенерам. А зарабатывала она неплохо. Потому как спрос на нее был отменный. И работала она как ударница-многостаночница. Ее станки не знали отдыха…

Она получала кайф от секса. Но до смерти надоело ложиться под мужиков за деньги. Гордость, что ли, проснулась. А тут она случайно нарвалась на Филиппа. Она-то не забыла, что именно из-за него оказалась в турецком рабстве. Зато он забыл ее совершенно. Видно, таких красоток он имел в избытке. А скольким он, гад, сломал жизнь.

Может быть, Филипп узнал бы ее. Но она была в парике, опять же макияжная облицовка. В общем, она неузнанной отправилась к нему на квартиру. Клофелин в ее сумочке был постоянно. В качестве усмирительного для слишком буйных клиентов. Но в тот день она пустила его в ход в качестве усмирения подлецов. В бокал Филиппу она подсыпала лошадиную дозу клофелина, усыпила его и обчистила его квартиру. В тайнике на кухне она нашла тридцать тысяч долларов. Эти деньги она присвоила без зазрения совести. А разве это не компенсация за мучения в застенках турецких притонов?

За одну только ночь она заработала уйму денег. Эта мысль толкнула ее на преступный путь. Она стала профессиональной клофелинщицей. Ей страшно везло. И за полгода она умудрилась заработать около ста тысяч долларов. Но в конце концов она нарвалась на крутых братков. Они ее вычислили, забрали у нее все сбережения, пустили ее на круг. А затем заставили работать на себя. Это была каторга. И Виолетта обрадовалась, когда братков посадили в тюрьму за убийство. Она осталась одна. И решила больше не рисковать. А тут она встретила одну старую знакомую. Тоже из проституток. Та составила ей протекцию в крутое стриптиз-шоу. И Виолетта завертелась вокруг шеста. Танцевать она умела, фигура у нее супер. В общем, мужики кипятком писали. От клиентов не было отбоя. Приватный танец, затем постель до самого утра. Иногда за ночь она клала себе в карман пятьсот долларов.

А однажды она заработала целую тысячу. Это был очень щедрый клиент. И звали его Роман Шурыгин. Он сделал ее своей любовницей. Снял для нее квартиру, делал ей дорогие подарки, ездил с ней на курорты. Уже тогда она поняла, что банального секса ему недостаточно. Иногда она устраивала целые представления, чтобы превратить ночь в праздник. Роману это нравилось. Он требовал все новых выдумок. Она оправдывала его ожидания. И в конце концов стала организатором его досуга. Он очень ценил ее затеи. И это сказывалось на ее благосостоянии. Своя квартира, машина, куча денег на счетах. И нет надобности махать передком под потными похотливыми мужиками. Ну разве что иногда…

Она жила и трахалась в свое удовольствие. Ей даже нравилось устраивать тайные забавы для развращенного Романа и его дружков. Ей нравилось так жить. И когда над головой сгустились тучи, у нее не возникло желания изменить свою жизнь. Она принялась разгонять эти тучи руками. И ногами. И всеми частями своего роскошного тела…

Стриптиз в ее исполнении – это нечто. Следователь Патокин уже, похоже, кончил в штаны. Или вот-вот кончит…

Виолетта уже избавилась от халата. И лифчик уже покоится на барной стойке. Одни только стринги остались и босоножки на высоком каблуке. Волосы распущены, глаза как шаровые молнии – слепят и обжигают. Воздух до предела насыщен сексуальной энергией, если бы не музыка, наверняка можно было бы услышать треск. Вот-вот грянет разряд. Если, конечно, к приемной антенне Патокина подведено высоковольтное напряжение. А это, вне всякого сомнения, так. Мужик-то он нормальный, не избалован разнузданными изысками. Ему-то никакая виагра не нужна…

Трусики взвились в воздух, плавно спикировали на пол. Виолетта уже рядом с ментом, вьется вокруг него, ласкает взглядом и легкими прикосновениями. Все, мужик доведен до кипения. Еще чуть-чуть, и он набросится на нее, как оголодавший зверь. Если, конечно, чувство служебного долга не остановит… Да какое, к черту, чувство долга! Сейчас у него только один долг. Долг пожарника. Он обязан потушить пожар, бушующий в ее чреве. И она заставит его вытащить огнетушитель…

Виолетта провела пальцами по его пылающей щеке, отошла на пару шагов назад, опустилась на колени, повернулась к нему задом и отползла к дивану. Развратная поза, раздвинутые ягодицы… А попка у нее – лучше не бывает. Она знает ей цену. Патокин просто не сможет устоять…