332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Владимир Ильин » Том Джоу » Текст книги (страница 3)
Том Джоу
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:27

Текст книги "Том Джоу"


Автор книги: Владимир Ильин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

ГЛАВА 3

Они пришли, когда я спал. Шесть человек в черных мундирах службы безопасности корабля. Когда-то я представлял себе эту сцену. Читал, что если чего-то боишься – надо представить себе максимально плохой сценарий развития событий, тогда станет легче и страх уйдет. Страх воплотился в жизнь и куда-то тащит меня, не дав одеться. Успел вцепиться в вещи руками и пытаюсь надеть на себя хоть что-то по пути, получается плохо, но эсбэшникам нравится – ржут, гады, однако темпа движения не снижают. В лифте удается напялить штаны, форменный пиджак. Благодаря высокому воротнику не видно, что под пиджаком – голое тело. Смотрюсь в зеркальную стенку лифта – вид вполне приличный.

Лифт останавливается на минус первом; здесь я раньше не был, но планировку представляю. Мы идем в крыло медицинской секции. Внутренне готовлюсь к форсированному допросу с применением спецсредств. Перед вылетом мне сделали пломбу с ядом именно на такой случай, но я извлек капсулу в первый же день на борту, мало ли – прокушу ночью или поврежу поверхность пломбы едой. Теперь жалею: возможно, легкая смерть – предпочтительнее пыток. Сознание ярко показывает образы обуглившейся плоти и отрезанных конечностей, аж плохо стало. Меня заталкивают в просторный отсек, посреди которого стоят шесть каталок с телами под простынями и одна пустая – видимо, подготовили для меня. Живот скручивает, изображение уводит в сторону. Если бы не подхватили – упал бы.

– Какой впечатлительный юноша! Держи его, Джон. И разверни его от меня, а то все ботинки обблюет. – Один из сопровождающих подводит меня к крайней каталке с телом и скидывает с него простыню. На крашенной белым железной плоскости лежит Трой.

Волна облегчения – прости, бедняга Трой, – прокатывается по всему телу. Меня не поймали, это не из-за меня!

– Вы узнаете тело?

– Так точно, сэр. Это мой коллега по смене, Трой Навиц, стюард шестого уровня. – Тянусь перед начальством. На душе легко и спокойно. Сегодня точно нажрусь, нельзя же так издеваться над простыми диверсантами.

– Зачем вы его убили? – Глаза эсбэшника внимательно смотрят на меня. Эмпат, наверное. Упираюсь своими глазами в его и четко произношу:

– Сэр, я не убивал Троя Навица; в последний раз я встретил его до дежурства в кафе «Ирлица» на втором уровне, он предложил мне поучаствовать в нелегальном тотализаторе, но я отказался. Более я его не видел. – Главное – говорить абсолютную правду, никаких виляний и попыток замять скользкие моменты; эмпат чувствует все оттенки правды.

– Оправдан, свободен. От лица владельца корабля награждаю вас премией в сто гринов за беспорочную службу. Как старший по званию, начисляю вам штраф в сто гринов за неуставной вид. Хотя бы футболку под форму одевайте, молодой человек.

Вот сволочь, а! Штрафные баллы всегда начисляются в большем числе, чем наградные. Теперь в моем личном деле значатся «поощрения – одно, наказания – одно, сумма штрафных баллов – один». Еще девять штрафов – и я потеряю должность.

– Сэр. Спасибо, сэр! Прошу простить. Сэр, больше не повторится, сэр!

– Можешь заткнуться и возвращаться в свой крысятник, уведите его.

Не любят нас, жителей фронтира. Даже стюардов. Считают себя высшими людьми. Но ничего, скоро все роботы-уборщики получат новую прошивку – а там посмотрим…

Мне не дали доспать остаток ночи спокойно: через полчаса зашел один из моих «охранников» и вывернул все мозги, расспрашивая, куда меня тащили люди из СБ и что им от меня было нужно. Еле отбрехался, вроде как успокоил.

Вместо Троя никого не поставили, так что все следующее дежурство я буквально разрывался, пытаясь успеть решить все вопросы двух секторов. Хотел было написать жалобу, но владельцы корабля опередили – пришло письмо с повышением звания до «старший стюард» и увеличение оклада в полтора раза. И это при двукратном росте объема работ. Зато у старших стюардов, судя по приложенному описанию, не блокировался шокер на других «плюсовых» этажах, а такое преимущество уже стоило того.

В космосе быстро теряется чувство времени, день смешивается с ночью, а потом эти слова и вовсе теряют смысл. Для меня день – время дежурства, ночь – вся остальная часть дня. Иногда график дежурств меняют, и соответственно меняется время дня и ночи. Сбитый ритм существования больно дает по голове, но потом все снова входит в колею – день – ночь, день – ночь. Ощущаешь себя придатком корабля, механическим болванчиком с приклеенной улыбкой и немудреными интересами. А ведь не прошло и месяца со старта миссии. Требовалось срочно переключиться с профессиональных обязанностей на что-нибудь другое, чтобы не «перегореть».

Я вспомнил про кубрик Троя. Раз за его вещами никто не пришел во время расследования, то не придет и после закрытия дела. По внутренним правилам, бесхозное имущество после завершения полета переходило в собственность перевозчика, но куда чаще оно не добиралось до финиша, оседая в карманах жадного до чужого добра персонала. Надо прибрать к рукам оставшиеся от Троя вещи, пока до них не добрался кто-то более расторопный. Про мораль и этику можете рассказывать детям в богатеньких колледжах, мертвым вещи не нужны. Ключ-карта старшего стюарда открывает все двери на уровне. Легкий щелчок, зеленый индикатор замка – и дверь легко откатывается в сторону. В каюте прибрано, на прикроватном столике фото с видом на море, на стенах постеры с красотками; обычная берлога холостяка.

Начинаю планомерную мародерку, двигаясь по часовой стрелке; все интересное скидываю в середину комнаты. Постепенно на полу растет небольшая кучка вещей – запасной комридер, ключ-карта, десяток кредиток на предъявителя – номинал будет ясен после подключения к комму, обезличенные (серийные) приличные вещи – их можно толкнуть пассажирам. Все заворачиваю в простыню и завязываю покрепче. Личные вещи, фото, предметы гигиены скидываю в утилизатор.

Хочу уже уходить, как замечаю некую несообразность. После того как кубрик стал стерильно чистым, я заметил, что общая площадь его как будто поменьше моего. Легкое ощущение недостатка пространства. Помещения у нас одинаковые, типовые. Даже расстановка базовых предметов та же, но площади тут явно меньше.

Несколько минут поисков приносят плоды: одна из стен фальшивая – натянутая магнитная пленка одинакового со стеной цвета. Переключаю рычажок в замаскированном блоке, и пленка опадает вниз обычной тканью. За пленкой – стеллаж, а на нем то, что наверняка обеспечит Трою билет в ад. На полочках – десятки фотографий различных людей: в основном пассажиры, а некоторые – в форменных мундирах персонала. Персонажи на пластиковых карточках улыбаются кому-то, некоторые задумчивы, но ни один человек не смотрит прямо в объектив. В углу карточки от руки написаны цифры: от сотни до нескольких тысяч гринов. Казалось бы, совершенно безобидное зрелище, если бы не мое фото в центре композиции, без каких-либо цифр на карточке. Появляется мысль, что цифры должны были бы появиться вчера, после моего согласия прогуляться с Троем на FFA бои. Неприятный холодок сковывает спину: как близко иногда ходит смерть и какие разные облики она принимает…

Через два часа приходит долгожданное спокойствие: в объятиях «фейки» плохие мысли как-то уходят сами по себе, растворяясь в приятных ощущениях близости. Алкоголь на меня действует очень слабо: на полу гостиничного номера раскиданы несколько бутылок, еще больше стоят неоткрытыми на прикроватном столике, но я абсолютно трезв, это немного раздражает. До планового «утра» – восемь часов, и большую часть из них планирую провести здесь.

Время отдыха проносится кометой, но приносит свои плоды. Ободренный и посвежевший, вываливаюсь в ресторанную часть заведения. За одним из столиков смена моих «охранников» потягивает пиво из высоких бокалов вместе с незнакомым мужиком. Они тоже замечают меня, один из «охранников» двигает свободный стул, приглашая к ним присоединиться.

Мое место – напротив незнакомого человека. Пару минут молчим, незнакомец присматривается ко мне, взгляд у него при этом, как у нашего механика, когда ему привозят вместо новой запчасти нерабочее б/у. Я ему не понравился, и это взаимно.

– Тебе запретили шляться по девкам. От тебя разит спиртным. Ты попал под наблюдение службы безопасности. Скажи мне, что ты еще успел натворить? – Голос холодный, как вьюга.

Интересно, что бы он сказал, если узнал о: а) взломе с проникновением и кражей; б) нелегальном пребывании на грузовом уровне; в) подмене программного обеспечения? Он еще не видел милый такой потайной стеллаж с трофеями убийцы в комнате Троя. Впрочем, побережем сердце мужика: меньше знает, крепче спит. Да и мне полезно забыть об этом.

– У меня напарника грохнули вчера. СБ мною не интересовалась, вчера меня увели на опознание тела. Работу вот увеличили в два раза, зашиваюсь. Расслабляюсь, как умею. Или вы хотите, чтобы у меня башню снесло? – короткими фразами обрисовываю мою точку зрения.

– Неважно. Груз прибыл, пока ты кувыркался. Возьми, – он протянул сложенный вдвое листочек, – почитаешь потом. Там вся информация по твоей миссии. О твоем поведении передам отчет людям на земле. Еще один залет – сверну шею своими руками; можешь идти.

Прячу листок в нагрудный карман и отправляюсь к себе. Разговор взволновал куда меньше, чем факт прибытия очередного шаттла. Такое проспал! Черт с ним, с грузом, вместе с шаттлом должна прилететь куча народа, и еще большее число из нынешних пассажиров – улететь. Самое денежное время: распределение мест новоприбывшим, внезапно «потерявшиеся» вещи убывающих – можно заработать на всем. Потому-то меня и не поставили в эту смену, основной куш заберут ветераны.

За восемь часов, прошедших с прибытия шаттла, суета с заселением практически спала, четыре раза пришлось использовать шокер для прекращения драк и растаскивать конфликтующих по их комнатам. Многие приходят в ярость, когда узнают, что по своему билету могут претендовать на тесный кубрик с еще двумя попутчиками и одной кроватью на троих. Те, кто поумнее или опытнее, уже договорились с моими сменщиками и за скромную плату поменяли номер на более комфортный или с меньшим числом соседей. Такую проблему физической силой и угрозами не решить, шокер в моих руках – оружие площадного действия. Мне даже целиться не надо.

В одном из коридоров замечаю девушку, в окружении кучи вещей. Стандартная ситуация – симпатичная девушка, а в ее комнате наверняка три мужика, и ехать ей с такими соседями еще неделю. Всем не помочь, но за определенную плату я готов спасти этот мир от несправедливости.

– Мисс, чем я могу вам помочь? Стюард Джоу, – галантно представляюсь.

– Стюард, тут какая-то ошибка! – Разумеется, а как же иначе. – У меня контракт с «Сол-технолоджи» – я инженер-конструктор, меня переводят в другой филиал, – улыбается, наверное, вспомнила что-то хорошее. – Мне купили билет, а в моей каюте какие-то жуткие люди, их трое. – Улыбка гаснет.

– Мисс, можно ваш билет и карту?

– Да, конечно, вот… – Суетливо достает требуемое из бокового кармана сумки. Изучаю билет с грозным видом. Ну да, все верно. Просто корпорация решила сэкономить, билеты в вип-класс – в три раза дороже. Объясняю ей всю тяжесть ее ситуации и намекаю на возможность сотрудничества:

– Мисс, я понимаю, что произошла ошибка при покупке для вас билета, такая очаровательная леди не должна ехать в дурной компании, с уголовниками и шахтерами.

– Спасибо, стюард. – Она робко улыбается.

– Что вы. Можно просто Том, – улыбаюсь. – Однако вы должны понимать – я не могу вас провести в другой класс, с вашей ключ-картой физически вас не пустят на вип-уровень! – И это абсолютная правда.

– И что мне делать? – Вот, а это уже готовность к диалогу.

– Не все так плохо, мисс. За небольшую плату я готов устроить вас в кубрик с двумя соседями поприличней, а ежели ваша щедрость будет равна вашей красоте, то всего с одним соседом.

– У меня нет денег, мне уже предлагали. – Леди поникла. – Вы ведь не берете корпоративные чеки.

Беда. Вот потому-то ее не устроили ребята из предыдущей смены. Нет денег – нет услуг. А чеки корпорации, вне корпорации – идут по цене бумаги. С ними даже в сортир не сходить – краска токсичная.

– Простите, мисс, но вам придется жить в номере согласно вашему билету. Находиться в коридоре строго запрещено – давайте я помогу вам занести вещи. – В конце концов, припугну соседей, ничего они ей не сделают.

– Нет! – Она вырывает сумку из моих рук. – Я туда не пойду! Я останусь здесь, мне тут удобно, правда!

На мгновение охватывает чувство сюрреалистичности ситуации. Вот я стою и пытаюсь вытащить у девушки деньги за перевод в нормальный номер. На корабле, который с моей помощью через неделю будет взорван. И я очень, очень не уверен, что на весь перегруженный шестой уровень найдется достаточное число спасботов, чтобы эвакуировать всех. Может, стоит перестать быть типовым «сволочью-стюардом» и устроить девушке нормальные последние семь дней? К тому же каюта Троя все так же пустует, сменщика не прислали.

– Хорошо, есть один вариант. Следуй за мной. – Ухожу, не оборачиваясь. Если умная и есть чутье, то пойдет следом.

Судя по звуку, чутье есть – тащит баулы вслед за мной.

Перед каютой моего бывшего напарника вручаю ей ключ-карту.

– Владей. Из номера старайся не выходить, еду доставляют через пневмолифт внутри номера. Душевая замаскирована в правой стене. На другие уровни тебя не пустят, так что найди себе занятие на неделю. Если тебя поймают с картой, скажи – нашла в коридоре. Про меня ни слова.

Оставляю ее в комнате, сам заваливаюсь в свою берлогу по соседству.

Комнату Троя я вычистил, в том числе и стеллаж, со всем его неприглядным содержимым. Надеюсь, кошмары новую жительницу мучить не будут.

Еще семь дней осталось. Главный вопрос – меня кончат сразу по завершении моей части плана или в день крушения? А может, позволят эвакуироваться и примут уже на земле? Требовалось ускорить планы по собственному спасению.

ГЛАВА 4

Самым приятным и главным отличием нашего корабля от собратьев по серии был искин. Оригинальный, боевой искин демонтировали при демилитаризации и передаче в гражданский сектор перевозок, на его место поставили гражданский аналог. Однако гражданский искин не в состоянии управлять всеми службами военного корабля: совершенно другая направленность в «воспитании» и мощности. Благодаря этому мониторинг внутренней безопасности и большинства условно-гражданских систем, вроде активных энергощитов обороны, выполнялся персоналом. Если бы не это, то весь план провалился бы, даже толком не начавшись. Все мои маневры с видеокамерами, подложными ключ-картами и прочими «шпионскими штучками» боевой искин раскусил бы моментально. Мои действия рассчитаны на халатность и невнимательность персонала, а также его уверенность в пассивных средствах защиты и общей безопасности маршрута движения линкора.

Смог бы я под пристальным вниманием компьютерного супермозга незаконно проникнуть на первый уровень, аккуратно выпилить часть статуи, преграждающей мне вход к резервному КП, влезть в этот самый КП и спокойно рассматривать такое знакомое по тренировкам помещение? Разумеется, нет; я бы дальше лифта никуда не ушел, там бы и остался, замурованным до прихода службы безопасности. Однако же сейчас я стою внутри резервного командного пункта и не слышу ни сирен, ни топота ботинок охраны. Корабль живет спокойной жизнью и не подозревает о нелегальном проникновении в святая святых.

Свою задачу выполнил – подцепил на один из кабелей, уходящих к энергосистеме, специальное устройство, предварительно вбив в него задачу передать по кабелю сигнал в указанное время. Логичное решение обхода систем безопасности: гораздо проще не взламывать программное обеспечение с целью получить доступ к управлению, а просто передать правильно кодированную команду подконтрольному устройству напрямую. На этом можно было бы возвращаться назад, однако любопытство пересилило. Что за груз так нужен моим нанимателям?

Резервный командный пункт по своему функционалу полностью повторял основной, однако большинство его функций были блокированы, пока от основного КП проходят сигналы о работоспособности и отсутствии повреждений. Механизм блокировки введен, как средство против захвата корабля и предотвращения бунтов в ситуации поврежденного или недееспособного искина.

Меня больше интересовали пассивные возможности чтения информации – например, доступ к условно-служебным базам данных и подключение к обслуживающим сервам. Подобные права резервный КП даже в неактивном режиме мог предоставить. Для решения этой задачи вновь помогла «домашняя заготовка», исполненная в виде очередного устройства.

Вскоре удалось подключить свою нейросеть к базе данных грузового склада через самодельный шунт прямого подключения. Разъем успел запылиться, но почистить, кроме как тканью, нечем. Подключаю его в слот над позвоночным столбом.

Итак, что у нас здесь есть… Основная грузовая единица – двадцатитонный контейнер, общий объем и масса всех грузов – что-то около четырехсот килотонн или двадцати тысяч контейнеров – округлим для простоты. Груз поступил в последнем пункте стыковки, фильтр – пункт загрузки «Джерайя, фронтир».

Около тысячи контейнеров; все равно – много. Заказчик согласился устроить крушение лайнера в следующей системе – видимо, имеет там хорошие позиции в плане власти, а значит, реальные хозяева искомого контейнера точно не там. Фильтр – исключить контейнеры с пунктом назначения «Тобого, фронтир». Осталось немногим меньше.

Следующее предположение – это не контейнер курьерской службы и не почта. Остаток после сортировки – триста шестьдесят контейнеров, уже очень-очень неплохо. Груз может быть корпоративным? Вполне. Что там говорила та девушка? Переезжает в другой филиал. Груз может быть отправлен корпорацией своему же филиалу? Вот это вряд ли, система логистики корпораций не позволит перемещать ценные грузы вне собственных бортов. Одно дело, если товар куплен и отгружен получателю – в случае потери, уважаемый покупатель, пинайте страховую и перевозчика, – а вот к своим грузам они относятся трепетно. Голое предположение, конечно, но в голову пока ничего не идет. Еще один фильтр – в сухом остатке двести семьдесят контейнеров.

Еще можно смело исключить, как точку назначения, внутренние системы. Там таможня просто бешеная. Двести осталось.

Стал бы отправитель маскировать посылку? Это должны быть несколько контейнеров с задекларированным однотипным грузом, чтобы при проверке прикормленный таможенник открыл один из них (на какой укажут), а остальные вписали аналогично проверенному. Одиночные контейнеры, в смысле один получатель – один контейнер, тоже в корзину.

Та-да-ам! Остались сорок контейнеров, соответствующих фильтру «один отправитель – несколько контейнеров с однотипным грузом». Однотипный груз предполагает одинаковую массу контейнеров, об этом они должны были подумать и уравнять их между собой, иначе будут проверять каждый с другой массой.

Голова уже плавится… А если груз очень маленький? А если это носитель информации в несколько грамм весом? Или наркота? Или предметы искусства? Но что-то внутри меня подсказывает, что я на правильном пути. Все маленькое-компактное можно провезти в пассажирском отсеке вместе с вещами.

Это должно быть что-то объемное или обладающее приличной массой, но вот что именно? Продолжаем поиск; остались двадцать контейнеров от четырех разных отправителей. Подключаем сервоботов, запрашиваем данные замеров радиации, биоактивности и химический состав контейнеров. По радиации все нейтральны, биоактивность – чисто, а анализ химсостава приносит результаты.

Стали бы упаковывать важный груз в древние контейнеры? А ведь шесть из двадцати – те еще развалюхи, такие мамонты перевозок только во фронтире и повстречаешь, старше меня. Стоимость перевозки – гигантская! А они экономят гроши на контейнере.

За четыре часа «намылось» двенадцать подходящих грузов, направленных в адрес трех разных получателей.

Первый получатель – «агроном», заявленный груз – подержанные сервоботы для обработки сельхозугодий. Второй получатель – «завод обработки цветных металлов», груз – палладий в слитках. Выглядит заманчиво, но в масштабах нашей подготовки – мелковато. Третий груз – для «Аркадия корп.», биомодули-сеятели, глиф – «Опасно!». И значок биологической опасности. Если не ошибаюсь, это такие сверхактивные семена для подавления туземной биосферы. Они доминируют, уничтожают существующие биовиды и высеивают иммунные земные растения. Если вскрыть даже один контейнер на корабле – через пару часов зацветем в прямом смысле слова. Причем, если не распылить вокруг себя спецспрей, растения могут использовать человека в качестве биотоплива для роста. Это я на «Дискавери» смотрел – неприятное зрелище. Отличное прикрытие для контрабанды, никто такой груз досматривать не будет. Планета-получатель груза обозначена цифровым кодом и не входит в перечень систем из нашего маршрута. Значит, на линкоре груз доедет до ближайшей к цели системе (где-то через месяц, судя по астрокартам), а дальше – на любом другом попутном транспорте.

Копаем дальше – выборка: количество грузов с глифами любого вида опасности. Двенадцать процентов от общего перевозимого объема. Чего только нет… Оружие – от ручного до самоходных установок. Устаревшее, конечно. Вот еще образчик спокойного сна пассажиров на борту: отправитель – лаборатория биоинститута крупной корпорации, заявленный груз – штаммы двухсот активных вирусов. Само собой, все упаковано так, что переживет даже падение на планету, но стоит допустить попадание в общую вентиляционную сеть содержимого хотя бы одного из лабораторных модулей – можно смело отпевать всех на корабле.

Для проверки отправляю бота простукать подозреваемые мною контейнеры ломом. Если есть отличия в компоновке содержимого, звук от удара должен отличаться. Это на случай, если груз нельзя упаковать равнозначно контейнерам-близнецам.

Пока бездушный механизм ищет нечто ломоподобное для исполнения необычного приказа, занимаюсь линковкой баз данных к своей нейросети. Посещать КП во второй раз рискованно, а оперативная информация еще понадобится.

Командный пункт отрезан от внешнего мира толстыми стенами. Радиосигнал и иные самопальные средства коммутации не подойдут. Можно было бы использовать какое-то включенное в общую сеть устройство как приемопередатчик, например – переориентировать порт одной из видеокамер в своем кубрике или механизм подачи еды под терминал, но первое могут засечь на основном командном пункте (выход из строя одной из практически вечных видеокамер обнаружат сразу же), а лишать себя еды я и сам не собирался.

Решение проблемы вышло максимально наглым – оттого, как я надеялся, незаметным. У меня не было прав на запись в рабочую базу, используемую в данный момент, но кто мне может помешать подготовить пакет «обновлений» для базы, имея физический доступ ко второму сердцу корабля? Обновления не будут применены до перезагрузки всех систем, но именно этот процесс я вполне могу запустить, перегрузив энергосистему – тем самым аппаратиком, что подсоединил к кабелю в самом начале.

По мне так, подобным «пробным» выключением будущие события с крушением корабля будут выглядеть реалистичнее. Все-таки повторное отключение меньше похоже на диверсию. Энергосистемы нельзя починить в условиях фронтира, техники побегают, поругаются, запишут событие в корабельный журнал и успокоятся – отмахиваюсь от пессимистичных мыслей, дописываю последние строчки в «пакет обновлений» и выставляю второй таймер включения на устройство-рубильник. Когда произойдет энергетический коллапс, я буду мирно спать в своей каюте.

Наконец-то приходят данные звукового анализа своеобразной эхолокации контейнера – груз примерно одинакового объема; по крайней мере, сильных отличий программа обработки не определяет. С налету определить нужный груз не удалось, есть над чем поломать голову в дальнейшем.

Покинуть КП удалось без проблем. Тихо прожужжал ввинчивающийся обратно в металл люк, без скрипа встала на место выпиленная часть статуи – с виду как целая. Дежурного по уровню не было видно. Всегда бы так. Подхватываю вытащенную из статуи горку книг на руки и устремляюсь к лифту. Своеобразный психологический парадокс – человек, деловито спешащий куда-то с объемным грузом в руках, воспринимается куда спокойнее и незаметнее, чем без груза, так как сразу видно – чел делом занят, а в лифте книгами можно прикрыть часть лица от камер. Единственное, что запомнится встречным – необычный груз на руках: все-таки в эру терминалов и нейросетей вещественные книги – редкость. Тем не менее удалось выкупить несколько у пассажиров.

В установленное на таймере время корабль охватывает тьма. Выключаются все приборы, пропадает такой привычный еле слышный гул электросетей. На какое-то время меня охватывает паника – а вдруг энергосистема не включится обратно, и мы застрянем в космосе навсегда? Очень быстро закончится воздух, холод космоса обнимет уровни, и все умрут в безнадежной попытке попасть в неактивированные спасботы.

Проходит минута, вторая, пятая – и в те секунды, когда паника уже полностью захватывает разум, появляется свет и звуки селфтестов оборудования. Выхожу в коридор: работы для стюарда – океан! Минуты тишины конкретно ударили по многим головам, вышибив последние мозги. Участвую в предотвращении десятка драк, протоколирую смерть двух человек, конвоирую убийц до лифта и разбираю штук двадцать покушений на грабеж и насилие. Многие дела решаю на месте, за треть из них удается неплохо заработать, остальные передаю СБ. Мне не особо нравится эта работа, но приходится соответствовать легенде. Честный стюард-человеколюбец выглядел бы очень подозрительно.

Эсбэшники тоже бегают взмыленные, из-за отключения на операционном столе погиб как-то важный дядька из вип-гостей, им не до проблем шестого уровня. Уже как минимум три человека погибли из-за меня и еще больше погибнет потом, но особых терзаний на душе нет. Все вокруг похоже на декорации в фильме-катастрофе.

За всей суетой забываю проверить свои новые возможности. Для себя я не придумывал ничего сверххитрого. Просто обнаружил, что в должности «старший стюард» на корабле состоит ровно один человек – я, после чего включил в обновление пару строчек, согласно которым класс персонала «старший стюард» приравнивается к администратору системы. Если на борту появится второй старший стюард – он будет очень удивлен.

Теперь через нейросеть мне доступен практически весь функционал корабля, естественно, ограниченный сферой интересов искина. Повлиять-то я на управляемые им механизмы смогу, но только один раз: дальше он меня засечет, локализует, заблокирует в месте нахождения и скормит службе безопасности. Однако и без территории интересов искина (судя по базе, его зовут «Кормчий») тут куча интересного. Например, подключение ко всем видеокамерам и архивам записей. Давно хотел взглянуть, как живет богема на минусовых уровнях.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю