Текст книги "Не зная отдыха и сна (СИ)"

Автор книги: Владимир Сухинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Не видел, – ответил я. – Ты чего за грань не уходишь?

– А зачем? Если ты достанешь мое тело, я оживу.

– В самом деле? Оживешь?

– Это не простой колодец. Отсюда творец черпал силы для создания мира.

– И постараешься, утопить меня? – усмехнулся невесело я.

– Зачем мне тебя топить? Да и слаб я, чтобы нападать, а вот с братьями я бы посчитался.

Три головы исчезли из дыры колодца.

– А почему нет? – подумал я и нырнув, дотянулся до тела. Поднял его над водой. Дух стремительно влетел в тело и оно открыло глаза.

– Уф! – вздохнул утопленник и улыбнулся. Я отпустил его и он с воплем стал колошматить по воде руками. – Держи!!! Тону!!!

Пришлось ухватить его за шиворот и приподнять над водой. – Ты что плавать не умеешь? – спросил я.

– Не… Уп… Тфу! Умею. То есть… Тьфу, не умею.

Его вырвало и изо рта полилась вода. Отплевавшись, он вытер рот рукой. – Как мне опротивела эта вода. Кто бы знал. И тонуть дважды это уже перебор.

– Тебя что два раза поймали на одну и туже уловку? – Спросил я.

– Нет, подловили только первый раз. Второй раз я хотел опередить такого же человека как и ты, но после того как его скинул с обрыва то мгновенно очутился здесь и стал тонуть…. Вот... – Авангур задумался. – Где теперь Алеш? – произнес он. Выжил или ушел в забвение, пока его не найдут?

Я усмехнулся. – Знаю я этого Алеша. Жив он и здоров, стал Хранителем.

– Вот как. А я снова утоп. Странно все это. Ну да ладно. Что делать будем?

– Вылезать. Сейчас я привяжу тебя к себе веревкой и полезем на верх.

– Как? В колодце да и наверху магия не действует, все только своими силами нужно делать. Авангур со злостью постучал по гладким каменным стенам. – И не разломать! – проворчал он.

– Ну вот и будем значит этой самой силой. – Я привязал Авангура к себе. При этом я отпускал его и он пару раз тонул. Судорожно хватался за мои штаны, выныривал и орал, что убьет меня, дай только ему выбраться. Чтобы он не орал я надел ему на голову ведро. «Утопленник сразу замолчал, ухватился руками за мою рубаху и крепко ее держал.

Мне понадобилось проявить некоторое упорство, чтобы преобразовать руки в когти. Действительно магическому преобразованию мешали какие-то невидимые силы. Руки то становились черными, то снова превращались в обычные руки человека. Я заподозрил в этом проделки Лиана и просто сказал ему, что утону вместе с ним. Но тот перекрестился и ответил, – зуб даю, не я это. Мешает что-то.

На третий раз я справился и втыкая руки крюки в камень, полез наверх. Магия не работала, но Лиан-то во мне был.

Два раза мы срывались на половине пути и мне приходилось успокаивать Авангура. Тот орал из под ведра, брыкался и пытался сесть на меня верхом. Успокаивал я его так. Бил кулаком по ведру и отправлял моего нового знакомца в беспамятство.

Все же мы вылезли из колодца. Отдуваясь, я уселся на землю. А Авангур заплясал.

– О Создатель, как же хорошо жить! – проговорил он. А я вспомнив крылатую фразу из кино, глубокомысленно ответил.

– А жить хорошо, еще лучше.

Авангур замолчал и хлопая глазами уставился на меня. – А ведь точно подмечено, брат, – сказал он. – Какая мудрость скрыта в твоих словах! Мы все стремимся к лучшей доле.

Он постоял, уткнувшись взглядом в землю. – Знаешь что? – произнес он после молчания. – У меня есть идея, – пошли вместе.

– Не возражаю, – ответил я и подняв ведро, стал его опускать в колодец. Зачерпнул воды и вытащил. Авангур при виде воды передернулся и отвернулся.

– Зачем она тебе? – Спросил он. И тут мне стало смешно. И правда! Зачем мне вода из источника откуда создатель черпал силу? Я нашел нечто столь выдающееся, что не знал как это оценить. А он говорит зачем тебе эта вода?

– Это символ власти, – ответил я. Пить я не хотел, напился, пока плавал. Подхватил ведро и приказал. – Пошли! – Именно приказал. Тот кто обладает водой, тот имеет власть. Это я понял мгновенно. И Авангур притих. Сгорбился и поплелся следом.

Через час пути нам встретились трое негодяев. Они стояли и смотрели на черный зев пещеры.

– Вот они дурни! – усмехнулся Авангур. – Думали проскочить Матушку Шелкопряда. – Он покачал головой и закатил глаза.

Троица как ни в чем не бывало посмотрела на нас, на мое ведро и подошла к нам.

– Дайте попить? – Пробасил брюнет Велес.

– Щас, – спокойно ответил я. Поставил ведро и с размаха залепил в челюсть блондину, потом в живот ногой брюнету. Мелкого схватил за ухо и потянул вверх. – Ой, ой, ой! – заверещал он, ухватившись за мою руку.

Я обернулся к изумленно замершему Авангуру. – Ты со мной? – И тот опомнился. Кивнул и с размаха врезал красавчику в его красивую морду, разбив нос в кровь. Этого ему показалось мало и он ударил его ногой между ног. Я отпустил покровителя искусств. А Авангур дал волю своим чувствам. Он с наслаждением пинал братьев, бегая от одного к другому. Наконец устав, он потянулся к ведру.

– Стоять! – приказал я.

– Чего стоять? – не понял он. – Я пить хочу.

Я усмехнулся. Глядя на это братство лодырей и подлецов, я осознал простую мысль, – их можно использовать. Я вытащу их в мир Сивиллы и сделаю головной болью для Рока, а может и для Беоты.

– Не возражаю, – ответил я. – Но за услугу,

– Какую? – Авангур насторожился.

– Ты, когда мы выйдем отсюда, станешь моим союзником. У тебя какой дар?

– Я покровитель пророков.

– Вот и хорошо. У меня есть свои пророки и ты будешь давать им силу, и осуществлять их пророчества, а пророков моих врагов проклянешь.

– А кто твои враги? – осторожно спросил Авангур.

– Ты его знаешь, это Рок.

– Ха! – Воскликнул Авангур. – С радостью. Только ты возьми меня под свою защиту.

– Хорошо, пусть будет так, – ответил я. – Договор?

– Договор, – ответил Авангур и с вопросом в глазах посмотрел на меня, потом на ведро.

– Пей, – разрешил я.

Затем я за шиворот поднял троих избитых и ошалевших от такого обращения соискателей, и построил их в одну шеренгу. Оглядывая их, я засмеялся. – красавцы!

Губы у них были разбиты, на лицах разлились лиловые синяки. Из щелок, что остались на месте глаз, на меня смотрели со страхом и ненавистью три загнанных в угол крысеныша.

– Значит так, господа бездари, тунеядцы и рабы своих страстей. С этой минуты вы переходите в мое полное подчинение и выполняете все мои приказы. Вам все понятно?

– Да кто ты такой!! – На меня бросился брюнет. Самый крепкий из всей троицы и повидимому самый тупой. Авангур ловко подставил ему подножку и он падая напоролся на мой кулак. Раздался хруст и упавший Велес, замычав, выплюнул несколько зубов. Я поднял его за шиворот и встряхнул.

– Не будешь слушаться, я оторву тебе руки и ноги, и брошу здесь умирать.

– Здесь нет смерти, – прошепелявил брюнет, – я не умру.

– За то будешь лежать здесь вечно и никто не придет тебе на помощь. Хорошая перспектива для таких дурней как ты.

Черноволосый Велес сник. – Что ты хочешь? – вновь прошепелявил он.

– Я хочу вывести вас отсюда, чтобы вы могли войти в свое призвание. Но при одном условии.

– Каком? – спросил тут же Торн. Он удивленно, словно увидел чудо, уставился на меня. Да и остальные тоже. Глядя на их ошарашенные морды, я четко осознал простую истину. Для них это мое заявление не просто не понятно, а сродни тому чего в жизни никогда не было и быть не могло. Но оно вдруг свершилось. Мне оставалось только внутренне самому изумится их миропредставлению, но я только ответил.

– Вы никогда не будете враждовать против меня. Ни при каких обстоятельствах. Устраивает?

– Вполне. – За всех ответил Торн.

Я отпустил драчуна и показал на ведро, – пейте.

Трое бедолаг с жадностью набросились на воду. Вскоре они были вполне обычными парнями без следов побоев.

– Авангур над вами старший… Увидев как они сморщились словно высушенный лист табака, усмехнулся и добавил, – пока мы выходим из этого места. Потом будете сами по себе. Кто ослушается, скормлю Матушке Шелкопряду. – По их виду я понял, что хлопцы прониклись. Хотя кто эта матушка я представления не имел.

Дорога по которой мы шли была не совсем пустынна. На ней сидели мумии в позах Буды, застывшие и высушенные. Своими пожелтевшими глазами они не мигая, смотрели в вечность и бог его знает, что им виделось там в их будущем. А может они уснули и видели сны? Но я точно знал, что они были живы.

Дальше я прошел к каждой мумии и смачивал губы «живой водой». Каждого спрашивал, хочет он войти в свое призвание и стать покровителем в мире живых и получив утвердительный ответ, вел переговоры дальше. Через час у меня была команда из девяти соискателей. И каждый воспрянув к жизни, пытался стать первым, и тут же получал от всех взбучку. Причем я уже в воспитании «детей божьих» не участвовал. Это с удовольствием делали Авангур с компанией. Особенно досталось парню по имени Рохля.

Стоило мне разорвать в области лица куколки паутину и смочить ему губы, как он уставился на меня и заорал. – Ты, смерд, быстро развяжи меня… Я посмотрел на Авангура и спросил, – Как его зовут?

– Рохля, покровитель гномов. – Усмехаясь ответил тот.

– Научите этого дурня вежливости. Покажите ему кто тут главный.

Толпа родных братьев сгрудилась над бедным грубияном и забила его почти до смерти. Пришлось кусок мяса, в которое превратился Рохля отпаивать «живой водой».

– Еще хочешь? – спросил я его и тот кивнул – хочу. – Не успел он произнести это слово, как моя бригада костоломов вновь принялась лупить орущего соискателя. Я пожал плечами. Что тут поделаешь? Я то спрашивал про воду.

«Воскресив» незадачливого братца соискателей, я вновь спросил еще хочешь. И тот с ужасом в глазах и на лице стал отрицательно качать головой.

– Виктор! – это проявилась Шиза. – Ты представляешь, что произойдет в мире, когда ты выпустишь эту банду на свободу?

– Понятия не имею, – спокойно ответил я. – А должен?

– Ты что, не понимаешь? Те кто остался здесь не готовы к служению. Они… Они… Ужасны. Они.. Они... У меня нет слов...

– Ну согласен, не красавцы и что с того? Готовы, не готовы. Какая мне разница. Я тоже не готов и меня не спрашивали хочу я или нет. Назначили и все.

– Но ты посмотри, – возмущенно закричала Шиза. – Они же... Ну просто сволочи… Что станет с миром?

– А что с ним станет? Был один бог, станет десять. Они у Рока и может быть у Беоты будут красть паству. Те станут слабеть и им будет не до меня. По моему хорошая идея. Потом зачем парням гнить без дела, смотри какие они деятельные. – Соискатели в это время пинали друг друга, стараясь стать сразу за Авангуром. Победила троица – Торн, Велес и красавчик Бартоломео. Ноющего о несправедливости Рохлю пинками отправили в конец. Короче выстроились не по уму или росту, а по силе. Смотрели они на меня с подобострастием, не оспаривая несомненного лидерства. Здесь не было их паствы. Здесь не было их возможностей дарованной благодатью верующих. Здесь был только ужас для них в моем лице. А во мне проснулся командирский зуд. Не каждый день выпадает счастье, командовать будущими богами.

Шли они болтая, не в ногу, словно ополчение Минина и Пожарского. А когда бойцы ходят в ногу, тогда у них начинают проявляться зачатки взаимодействия. А что бы этой бандой управлять, мне нужно было проявить те принципы управления, что впитались вплоть и кровь любого командира советской школы. Это неосведомленный человек, может подумать, что командиров учили лишь командовать. – Раз, два. Раз, два. Упал, отжался.

Нет. Нас учили методики управления и целеполаганию. Главное определить цель и добиться результата. А для этого нужно уметь правильно поставить цели. А цели должны быть логичные и понятные для подчиненных. Достижимые по времени и привлекаемым средствам. И быть конкретными.

Моя цель была вытащить этих «сынов божьих» в Мир. И сделать их если не союзниками, то не противниками. А для этого они меня должны запомнить как самый страшный ужас в их жизни. Мотивация у них была – покинуть это место, где они застряли на тысячелетия. Мне не нужна была их благодарность, эти создания не знали что это такое. Но они должны были запомнить, что связываться со мной – подобно смерти.

– Стой! – Скомандовал я. – Непорядок. Выстроились в колону по два! Кто не успеет, получит в морду. С этими «сынами божьими» я не церемонился. Чем тверже кулак попадающий в глаз, тем больше почтения и благоволения каждый из низ начинал испытывать.

– Считаю до пяти. Раз, два… после счета пять трое неудачников валялись на земле, а остальные даже не дышали.

– Непорядок. Повторим. – Разойдись. Теперь уже на земле валялись все кроме Авангура. Этого командира, я бить не стал, все таки мой союзник.

– Авангур, поднимай отделение! Хватит им валяться и отдыхать.

– Разбитые морды, заплывшие глаза сделали соискателей похожими на банду потерпевшую поражение от соперничающей банды рэкетиров.

Авангур учился быстрее всех. Он стал как хороший сержант в армии прусского короля Фридриха Великого. Понял что я хочу и подобрав тяжелый сук, стал им вбивать науку в моих новобранцев. На пятый раз отделение построилось быстро. А еще полежав раза четыре на земле, научилось ходить в ногу. Все кроме Рохли. Но это уже не лечилось. Он понуро тащил мое ведро, став на время путешествия денщиком. Вода там почти закончилась и я послал его за новой порцией. Строго сказал, что если к вечеру, он его не принесет, или принесет неполное, то я найду его и сниму шкуру с живого. Мне все сразу поверили.

Пред строем я произнес великую фразу Суворова. Снабдив ее своим комментарием. – Вы все сейчас ни к чему негодные скоты. Вы просто животные. Даже хуже. Вы дерьмо под ногами смертных. Вы ничего не умеете и ничего не знаете. Но я из вас сделаю если не отличных, то очень хороших хранителей. Поэтому запомните. Главный принцип жизни. «Перед тем как повелевать, научись подчинятся». Запомнили? Маленькая орда будущих богов в разнобой закивала головами.

– Нужно отвечать «Так точно, Господин Худжгарх»! Повторите. Раздалось жалкое разноголосое блеяние баранов и дубина Авангура замелькала среди моих новобранцев.

– Вот я же говорил, что вы животные. Сурово произнес я. – Так блеют только бараны. Авангур потренируй бойцов. Я уселся на травке и стал смотреть на учебу. Вскоре я понял одну непреложную истину. «Нецензурная брань и дубина действуют гораздо лучше, чем просто нецензурная брань». У моих бойцов стало получаться все луче и лучше.

Время у меня было. Рохля умотал за водой, а бездельничающие бойцы это стопроцентное ЧП в подразделении. Солдат должен всегда быть занят и должен испытывать страх пред командиром. Поэтому соискатели стали учиться ходить строем.

– Так Бортоломей идет не в ногу. – комментировал я. Будем тренировать дальше. А сейчас минута на отдых. За эту минуту подразделение научило Бортоломея ходить в ногу. Хотя он после этого еле держался на ногах.

Тактический прием обучения через коллектив всегда работал безотказно. Нарушитель боялся дважды – сначала командира, потом мести своих товарищей.

– О космос! – простонала Шиза. Почему я попала к землянину? Там же мир перевернут с ног на голову. И это только один представитель Земли, а если их будет десять? Я даже боюсь об этом думать. Все это Шиза вывалила на меня и скрылась.

– Земляне ей не нравятся, – проворчал я. Много ты понимаешь в армейской жизни! – Мы еще песни не учили.

Я не был жестоким и не был сумасбродом. Я был профессионалом среднего армейского звена. Становым хребтом военной машины государства. Без ложной скромности могу заявить, что на таких как я – рабочих лошадках держалась армия. Мы могли из никчемного, самого глупого и бесполезного в гражданской жизни человека сделать героя, готового пойти и без тени сомнения умереть за Родину. И прививался героизм не на политинформациях, а на тактическом полигоне и повседневной жизни. Простым методом – рассказ, показ, тренировка. И попробуй тут схитрить. За промах и лень одного пострадает все отделение, за отделение взвод, за взвод рота, за роту батальон. И боец идет на подвиг и учиться правильно воевать, не потому что добросовестен и честен, а потому что боится – меня своего командира и своих товарищей. И этот страх является сильнейшей мотивацией быть успешным. Не я это придумал. И не командиры моих командиров. Это придумали далеко до нас. И самые успешные армии в мире использовали этот принцип. Десяток несет ответственность за проступок одного. Римские легионы, Тумены Чингисхана и тысячи Тамерлана.

А кто были эти соискатели? На мой взгляд самыми никчемными созданиями наделенными частичкой божественности. Если человек рождался от матери, он рос и впитывал отношения и принципы той среды в которой рос. Там он учился понимать что хорошо, что плохо. Учился жить и выживать. А что могли впитать и чему могли научиться эти парни в этой изоляции, оторванные от обычной живой среды, не знающие ограничений? У них даже не было страха перед смертью? Поэтому мой опыт говорил мне, что если я хочу добиться от них признания своего главенства сейчас и в дальнейшем нейтралитета по меньшей мере, надо действовать предельно просто, решительно и даже жестоко.

Перед уставшим строем я выступил с краткой речью. – Сейчас, дерьмо, будем учить походную песню. Запомните еще истину. Для вас я командор. Тот кто вами командует. И еще. Нам песня строить и жить помогает.

Я оглядел строй и увидел, что один соискатель закрыл глаза. – Как тебя зовут новобранец? – Гаркнул я ему в ухо. Тот дернулся и чуть не упал. Вылупился на меня и получил удар дубиной по спине от Авангура. – Молодец! – подумал я про покровителя пророков, быстро все схватывает. Не даром его утопили.

– Быстро отвечай, баранья лепешка! – приказал Авангур. Соискатель заикаясь пролепетал, – Мебус.

– Мебус, повтори истины, которые ты научился за это время?

– Э-э... Прежде чем повелевать… Э-э научись… Э-э... командовать!

– Не правильно! Для тебя не правильно. Повторим правильно всем отделением. Двадцать раз… я оглядел замерший строй… – Вместо отдыха.

«Перед тем как повелевать, научись подчинятся». Повторяем.

После двадцатого повтора я дал им отдых. Они его потратили на взбучку Мебуса.

К тому времени как появился мой денщик соискатели научились петь.

Вот как это выглядело. Они маршировали, а красавчик что очень красиво пел, исполнял вступление. Перечисляя имена своих братьев.

– Авангур, Авангур, пойдем копать картошку.

Отделение слажено подхватывало.

– Дили, дили, трали-вали! Это мы не проходили, это нам не задавали.

И снова Бортоломей красиво словно Муслим Магамаев выступал соло.

–Торн, Торн, пойдем варит картошку.

Ну, а отделение пело, что это им не задавали. И так перечислялись все соискатели. Картошку то копали, то варили. Кстати «сыны божьи» ничего другого запомнить не могли. Я поражался их интеллекту. И все таки решил проверить, может я чего не понимаю?

– Торн. – Спросил я белобрысого. – Ты знаешь, что такое Огненные интурии?

Блондин тут же выпятил грудь и бодро отрапортовал. – Это призванные существа – энергетические паразиты.

– Велес!

– Я!

– Как их можно призвать?

– Для этого нужно тысячу единиц благодати, – отозвался сразу тот. – И приманка в виде жгута ауры. Надо пробить путь в их мир, своим желанием и интурии присосутся к жгуту.

– Мебус!

– Я

– Как от интурий избавиться?

– Надо эту тварь пересадить в чужую ауру.

– Молодцы, произнес я. – Кое что знаете. – Всем пять минут отдыха.

– Странно, – подумал я. Эти олухи знают, то чего не знаю я. И где они могли набраться этих знаний? Что-то я не вижу тут книги мудрости и дерева познания. Может я чего не понимаю или не вижу? Может мудрость лежит тут в пыли или утонула в колодце? Или там в глубине пещеры, в сундуках?

На эти вопросы у меня не было ответов, не было и у Шизы. Но я понял как получать нужную информацию. Главное чтобы эти соискатели не поняли что я профан в «божьем промысле».

– Бортоломей!

– Я!

– Вот ты будешь покровителем поэтов, художников, а не боишься, что Рок свергнет тебя с твоей горы и лишит благодати?

– Никак нет, командор, у меня нет горы и начну я служение на нижнем уровне бытия среди смертных, внушая моим поклонникам что надо молиться мне и буду им помогать за их рвение, а когда моя гора вырастет. Я буду защищен Создателем. Моим отцом.

– Странно! – подумал я, – почему же я не защищен? Может потому что я не рожден от Творца? Тогда почему мне дали служение хранителя? ... – И тут меня озарило. – Ведь я волей-неволей оживил предания старцев о Духе мщения. Я дал жизнь старой легенде и часть орков стала поклоняться Худжгарху. А потом сработал скрытый механизм творца. Раз оживил предание – получи гору. Гора -производная от обилия благодати. Она дает право на духовную власть, а духовная власть это высшая форма власти. Но я не прошел путь хранителя и для Беоты и Рока был самозванцем. А самозванцев всегда ниспровергают. Видимо судья увидел во мне потенциал и сделал хранителем. Только почему-то не сказал, что бы я прошел свой путь. Почему? Может потому, что я исключение, так сказать ошибка, сбой системы? И мне дали шанс на самореализацию, коли я взлетел так высоко. Если удержусь. Меня утвердят в моем звании. Потерплю поражение. Туда мне и дорога.

Я задумался и машинально углубился в свое сознание. Я видел как был доволен Дракон.

– Детка, Скажи этому дуралею, (это он про меня), чтобы побольше выпил живой воды Создателя – Творца. – Лиан плевал на червяка и сосредоточенно нанизывал извивающийся тельце на крючок. Видимо решил половить рыбы в пруду, в котором опять начала появляться вода.

– Я наполнил половину пруда и такая благодать от туда прет, я прямо не могу. – просюсюкал он.

Я же удивился, что он смог найти червяка для рыбалки. Раньше у него это не получалось. Лиан толстыми пальцами мучил червя пытаясь насадить на крючок. Я лениво смотрел как он все таки сумел справиться, насадил червя на крючок и забросил леску в воду.

– Откуда там рыбе взяться? – подумал я и замер. Из воды показалась огромная голова. Потом тело. Я не поверил своим глазам. Это червяк Лиана разбух в размерах и став над водой как пережравший питон, покачиваясь, он водил свой башкой из стороны в сторону. Наверное искал своего мучителя. – мелькнула у меня мысль

Лиан выронил удочку и разинул пасть. Видимо он никак не ожидал вытащить такую рыбку. Но надо отдать ему должное. Инстинкт самосохранения у него работал идеально, но впрочем не очень быстро. Дракон вскочил и бросился удирать. Но тут червь заметил движение и молниеносно среагировал. Метнулся вперед и придавил Дракона к песку.

Началась схватка не на жизнь, а насмерть. Червь сжимал дракона кольцами, тот орал и кусал его своими зубами, разрывал плоть. Захлебывался коричневой жижей, текущей из червя и пытался лапами разжать объятия мутирующего существа. Мгновение и я выдернутый странной силой со своего места, оказался возле них и черными руками разорвал червя по палам. Увидел бегущую к нам Шизу в шортиках и маечке по пупок. Увидел в ее руках сковородку и усмехнулся. – Тоже мне помощница! – Но чтобы не дразнить ее насмешками, отвернулся и стал помогать Лиану подняться. Сдвоенный удар в живот от Лиана лапой и по затылку сковородкой, я пропустил. Как всегда я слишком хорошо думал о своих иждивенцах, потому и не ожидал от них вместо благодарности такой подлянки.

Мгновенно вернулся в себя и увидел, как надо мной склонились трое братцев с камнями в руках. Я еще успел заметить краем глаза, что Авангура добивали остальные, охаживая моего сержанта его же дубиной.

– Ага бунт на корабле! – отстраненно подумал я. Меня больше занимало другое. – Это ж сколько я пролежал, вырвавшись из реальности? Но в это время камень опустился мне на голову и я взорвался яростью. Последней моей мыслью было. – Предатели! Ну ничего. Сейчас придет возмездие!

Я стал черный как ночь. В глазах моих вспыхнул огонь ярости и свет погас в моем сознании. А когда я стал способен видеть и осознавать, то сам ужаснулся тому, что сотворил. На дороге лежали разбросанные тела соискателей с травмами различной тяжести со сломанными руками и ногами а на земле между орущими и плачущими детьми божьими, ползал Авангур. Ему эти сволочи вырвали глаза и он искал их, ощупывая пыль дороги. Дети божьи орали как стадо мамонтов попавших в ловушку.

Я закрыл глаза, – это сон, – подумал я и когда открыл их, понял что это явь. Поискал на дороге глаза Авангура и подхватив их вместе с песком засунул в глазницы моего сержанта.

– Что теперь делать? – произнес я вслух.

– Их надо в колодец. – просипел Авангур, – или тут оставить навечно. Я бы так и сделал. Ну или дождаться Рохлю с ведром воды.

Крики вскоре умолкли и появился Рохля. Он увидев то, что лежало на дороге и чуть не выронил ведро.

Когда излеченные дурни стояли в строю, я спросил. – Вы же дали слово не нападать на меня. Не враждовать. Как это понимать?

За всех ответил Авангур. – Здесь можно. Они не вошли еще в свое призвание. А там в открытом мире будет совсем по другому.

– По другому это как? – спросил я прищурившись.

– Я не знаю точно. Но судья их строго накажет или даже не позволит напасть, или навредить.

– Кто вам такое сказал бестолочи?

– Мы знаем законы, – буркнул Торн. – Здесь мы неподсудны. Это песочница.

– Что здесь?

– Здесь место, где мы должны созреть к служению. – Вновь за всех ответил Авангур.

– Так значит! – Я скрестил руки на груди. Ну стало быть процесс созревания ускорим. – я плотоядно улыбнулся и лица... Да что там лица! Просто морды соискателей побледнели как меловая бумага.

Сколько я учил незадачливых соискателей, трудно представить, а пересказывать не интересно. Кратко это труд, пот, раны и еще раз труд. Рохля, счастливый, что учеба его не касается, раза четыре бегал за живой водой. Кроме этого «стучал» на всех. – А Торн ругается, командор и обещает вырвать Вам яйца… Мебус подговаривает остальных убежать… А Велес...

Все заговорщики были наказаны мной и коллективом. Я пользовался не мной придуманной системой – разделяй и властвуй. За-то отделение «сынов божьих» прошло курс молодого бойца в полном объеме. Они выучили устав сочиненный мной тут же. Вернее его первую главу. Там вообще было два параграфа. Первый говорил, что я великий и ужасный, и всегда прав. А второй говорила о последствиях не выполнения моих распоряжений и отсылала к пункту первому.

Кроме тактических занятий у нас была еще политинформация. Будущие покровители смертных слушали мой рассказ как устроен мир и кто в нем правит. Узнав что Рок захватил всю власть на планете они зло оскалились. Про Беоту скабрезно ухмыльнулись. Про Кураму несказанно удивились. Про Худжгарха, которому они не будут вредить, чуть не кланялись.

Красавчика Бартоломео разморило, он задремал, склонил голову посапывая и я тихо, но так чтобы все услышали приказал. —Кто спит встать!

Вскочил один покровитель художников, музыкантов и скульпторов. Но остальные за его сон, вновь маршировали и пели, пару раз пройдя по телу Бортоломея.

С песней «Дили, дили. трали, вали», мы подошли к пещере. Ее черный зев пугал моих спутников, они жались в кучку и прятались за моей спиной. А я почему-то не испытывал страха.

– Ждите здесь! – приказал я и направился к пещере. От туда быстро выбежал огромный паук размером с грузовик. Она остановилась в метре от меня и приготовилась к прыжку. Подался назад и присел на задние лапы.

– Так вот какая ты, матушка Шелкопряд? – произнес я. – Если прыгнешь, – я тебе лапы оторву и засуну их в твой зад. Я стал черным и паучиха в нерешительности замерла. Она стала ощупывать мой разум и я увидел ее ауру. До этого здесь я ауры ни у кого не видел.

Как только наши ауры соприкоснулись и она попыталась влезть мне в мозги, я ее отправил в пустыню на пустой слой сознания. А красный шарик, что болтался в моей ауре подтолкнул рукой. Он свободно пролетел мембрану и угнездился у паучихи.

Та сразу почувствовала беспокойство. Разорвала контакт и вдруг взбесилась. Она прыгала, сверкала словно новогодняя елка и в какой-то момент превратилась в огненный шар. Вспыхнула и рассыпалась пеплом.

– Я даже не знал, что так можно… пробормотал за моей спиной Авангур. – Хотя где я здесь возьму интурию.

Я удивился! Сильно удивился, тому что он видел все что проходило, но не подал вида. По пораженным взглядам остальных, я понял что они тоже в курсе.

– Пошли дальше. – Махнул я рукой.

У паутины перекрывающей проход долго не стояли. Я порвал ее в одном месте у стены и сделал проход.

Но вот у обрыва с разрушенным мостом мы остановились. А куда идти? Назад? Там мы уже были. Вперед? Так там обрыв.

– Нам нужно принести жертву. – произнес за моей спиной Торн. – Одного из соискателей нужно скормить бездне. Я обернулся. Все молча посмотрели на меня, потом на Рохлю с ведром. И тот спрятался за мою спину.

– Давай тебя, Торн, принесем в жертву. – предложил я. Я предложил это ради шутки, так как считал, что выход есть, но его нужно было найти.

Логика моя была проста и понятна человеку, у которого мозги «не набекрень». Создатель не монстр, получающий удовольствие от мук своих созданий. И если он дал этим ребятам пройти путь познания самих себя. А я именно так понял смысл прохождения этого пути. То обязательно должен был быть смысл и этому провалу. Еще я понял, что дойти сюда они могли лишь объединившись. Но каждый из них, я это тоже понял, чувствовал внутри себя природу бога и хотел быть тем единственным, кто им станет. Создатель или Творец понимал трудности, с которыми столкнуться его создания. Жажда безграничной власти манит к себе как магнит. Ни один из них не устоял пред таким соблазном… ну может быть кроме того старичка, который не пути боялся, а страшился, что не справиться с искушением и потому сидел привратником у входа.

Поэтому Тот Кто Все Это Создал раздал каждому соискателю по кусочку духовной власти, чтобы они не смогли разрушить, то что он создал. Пока я думал, два брата Велес и Бортоломей подхватили под руки и ноги Торна, и потащили к пропасти. Я еле успел крикнуть. – Стоять! Не шевелись! И все замерли. Кто с поднятой рукой, кто с поднятой ногой.

– Вы что, олухи царя небесного, совсем сдурели? Родного брата в пропасть скинуть захотели?

– Так, командор. Вы сами сказали, давай, Торн, мы тебя сбросим. – стал оправдываться Велес. Торн не жив ни мертв сидел у них на руках.

– Отпустите его! – приказал я и они не долго думая, бросили брата на крутом склоне. Тот с воплем покатился вниз и я вновь еле успел схватить его за ногу. Так и вытащил из пропасти висящего вниз головой и ...обмоченного.

– Спасиб-б-бо. Кккк -омандор, – заикаясь поблагодарил Торн.

– Стойте и ждите. – отпустив Торна, приказал я и подозрительно поглядел на смиренно стоявших Велеса и Бортоломея. – Специально они брата так бросили или нет? – Но не найдя на их лицах ухмылок, решил не заострять на инциденте внимания.