Текст книги "Не говори шефу (СИ)"

Автор книги: Влада Чернева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

9. Броня из шелка и каблуки из стали.

Солнце лениво просачивалось сквозь мутные московские облака, окрашивая город в холодные серо-золотистые тона. Я сидела с чашкой давно остывшего кофе в руках и листала интернет в поисках ресторанов, подходящих для юбилейного вечера. На экране мелькали названия, цены, фотографии залов с натянутыми скатертями и сверкающими люстрами. Один выглядел слишком помпезным, другой – слишком тесным, третий – совсем не подходил по бюджету.

– Ну кто вообще решает такие вопросы в последний момент? – пробормотала я себе под нос, глядя на список возможных площадок.

Из-за моей спины абсолютно бесшумно возник Михаил.

– Как продвигается охота за рестораном?

Вдрогнув от неожиданности, я повернулась : – Ты чего такой внезапный? Я чуть кофе на себя не пролила!

– Да ладно тебе. Я вообще-то кашлянул издалека. И даже два раза. Ты просто была слишком погружена в свои мысли, вот и не услышала. Так как?

– Честно? – я пожала плечами. – Как у кота с валерьянкой: много суеты, а результата никакого.

Михаил изобразил на своем лице смесь сочувствия и снисхождения.

– Если хочешь совет, выбирай что-то с хорошим Wi-Fi и приличной акустикой. У нас ведь не просто юбилей, а ещё и трансляция для удалённых сотрудников.

– У нас есть удалённые сотрудники? – удивлённо спросила я.

– Конечно. Кто-то в регионах, кто-то за границей. Не все же могут выдержать московские пробки.

– Или московские офисы, – пробормотала я, возвращаясь к монитору.

Михаил тихо засмеялся, но спорить не стал.

Параллельно с выбором площадки я вела ожесточённую переписку в корпоративном чате. Каждый сотрудник, казалось, считал своим долгом предложить что-то совершенно немыслимое. Одни хотели живую музыку, другие – мастер-классы по танго, третьи – целую выставку достижений компании.

– Господи, мы что, космический шаттл запускаем? – простонала я, когда кто-то предложил устроить световое шоу с дронами.

Сообщения сыпались одно за другим. В какой-то момент мне пришла в голову идея: а что, если мы сделаем юбилей тематическим? Пусть сотрудники сами выберут концепцию, а я возьму на себя только координацию.

Я тут же написала в общий чат: "Давайте выберем тему юбилея! Ваши предложения? Голосуем до конца дня."

Не успела отправить, как чат взорвался от активности. Среди идей мелькали «Ретро-вечеринка», «Магия и мистика», «Голливуд», даже «Космос 80-х». Я хваталась за голову от одних только названий.

– Ты в порядке? – подошла Екатерина, вооружённая идеально сбалансированной чашкой латте.

– В полном порядке, – с натянутой улыбкой ответила я. – Просто немного перегрузилась от потока идей.

Екатерина склонила голову набок, оценивающе меня оглядывая.

– Ты же понимаешь, что Владислав ждёт чего-то более… утончённого?

– Например? – я подняла бровь.

– Например, что-то, где будет сочетаться наша корпоративная идентичность и элемент роскоши. Мы не студенческий клуб, Ольга, и это не просто вечеринка. Это витрина нашей компании.

– Учту, – кивнула я, мысленно добавив: «И сделаю по-своему.»

* * *

Когда день уже клонился к закату, я наконец выбрала ресторан. Просторный зал с панорамными окнами, выходящими на вечернюю Москву. Достаточно крутой, но с разумным соотношением цена/качество. Я быстро скинула заявку и с облегчением откинулась на спинку кресла.

– Первый пункт плана выполнен, – пробормотала я себе под нос.

Но тут же вспомнила: впереди ещё заказ еды, украшения, сценарий, приглашения… и самое главное – концепция мероприятия.

Как будто услышав мои мысли, раздался звонок. Это была Аня, моя лучшая подруга ещё со времён университета.

– Привет, Оль, я тут подумала, ты ведь на юбилей собираешься? – её голос звучал взволнованно.

– Собираюсь, – вздохнула я. – Хотя, не как гость, а как продюсер.

– Тогда тебе точно нужно что-то сногсшибательное, – продолжила Аня. – Слушай, а давай встретимся? Я знаю пару классных магазинов.

– Аня, у меня даже времени нет на кофе нормально попить, не говоря уже о шопинге, – устало ответила я.

– Никаких «нет». Я тебе перезвоню, как только всё организую, – быстро заявила она и повесила трубку, оставив меня с неоднозначным чувством благодарности и недоумения: «Зачем я ей вообще ответила?»

После бурного рабочего дня, заполненного чатом, звонками и десятками писем, я наконец добралась до дома. Только успела поставить чайник, как телефон снова зазвонил. На этот раз это была Ксюша.

– Ну что, супергероиня? Как идут приготовления? – её голос звучал так весело, что я невольно улыбнулась.

– Как каток по асфальту, – отшутилась я, устраиваясь на диване. – Все хотят своё, но никто не знает, чего именно.

– Типично, – фыркнула Ксюша. – А ты-то? Что наденешь? Надеюсь, что-нибудь шикарное?

– Ксюша, честно? Я даже не думала об этом. У меня тут ресторан, меню, концепция, а ещё Владислав с его загадочным «Голосом компании».

– Ольга! Ты обязана выглядеть бомбически! – перебила она. – Тебе нужно платье, в котором ты будешь и звездой вечера, и… ну, понимаешь, чем-то, что заставит кое-кого обратить на тебя внимание.

– Кое-кого? Ты про кого сейчас? – спросила я, прищурив глаза, но в душе понимала, кого она имеет в виду.

– Ой, не прикидывайся. Твой Владислав, конечно. – Ксюша засмеялась. – Я уверена, он уже строит планы, как пригласить тебя на танец.

– Ксюша, это рабочий юбилей, а не выпускной бал. – Я закатила глаза, хотя сердце почему-то дрогнуло.

– Ну, рабочий-рабочий… А платье всё равно выбери. И не вздумай надеть что-то скучное, типа брючного костюма.

– Хорошо, обещаю, – сдалась я, решив, что проще согласиться, чем спорить.

На следующий день Ксюша и Аня устроили настоящий штурм магазинов. Я же, утопая в рабочих задачах, присоединилась к ним только виртуально. Подруги отправляли мне фото платьев, сопровождая каждое из них обильными комментариями.

Первым был облегающий чёрный наряд с вырезом на спине. Аня сразу написала: «Классика! Стильно, элегантно, и без дешёвого выпендрёжа! .»

Вторым стало пудровое платье с тонкими лямками и расшитым бисером лифом. Ксюша прокомментировала: «Ты будешь как ангел, только не с облачка, а из модного журнала.»

Третье фото вызвало у меня смешанные чувства: ярко-красное платье с глубоким декольте и высоким разрезом. Ксюша не удержалась: «Для максимального эффекта. Владислав не устоит!»

– Девочки, у меня вообще-то офисный юбилей, а не вечеринка в клубе, – написала я, добавив смайлик с лицом, скрытым рукой.

– Так, Оля, слушай сюда, – позвонила Аня. – Ты должна выделяться. Это не значит, что нужно выглядеть вызывающе, но точно не скучно. Этот вечер – твой шанс не только для карьеры.

– Аня, если ты снова начнёшь про Владислава…

– Я и не начинала! Просто шикарное платье ещё никому не мешало.

Я вздохнула, но согласилась подумать. Подруги были правы: юбилей – это возможность заявить о себе.

* * *

Параллельно с обсуждением модных деталей я продолжала работать над сценарием мероприятия. Комитет разделили на несколько групп, и мне досталась задача продумать вступительную речь и организовать конкурсы, которые подчеркнут дух компании.

– Ты знаешь, какой самый популярный конкурс на корпоративах? – спросил Алексей из PR-отдела, когда мы обсуждали идеи.

– Караоке? – предположила я, уже начиная привыкать к его фирменным шуткам.

– Нет. Поиск виноватого. – Он засмеялся, довольный собой.

– Нам нужно что-то, что сплотит людей, а не рассорит их, – ответила я, обдумывая, как превратить сухую корпоративную атмосферу в нечто более тёплое и душевное.

С каждой минутой юбилей приближался, как снежный ком, набирая на своём пути всё новые задачи. Я предвидела, как Владислав будет оценивать мои усилия, и в глубине души этого даже хотела – доказать ему и всем остальным, что я способна справиться. Однако одно было ясно: для вдохновения мне понадобится нечто большее, чем обсуждения в чате и опросы.

* * *

Вечером я сидела за своим ноутбуком, окружённая распечатками и заметками. Взгляд упал на телефон: Ксюша и Аня всё ещё засыпали меня фотографиями. Я вздохнула, но всё-таки набрала номер Ксюши.

– Ну? – ответила она мгновенно, даже не дав мне поздороваться. – Какое выбрала?

– Ты издеваешься? У меня выбора больше, чем у Золушки перед балом. Мне ещё стеклянную туфельку найти надо, – отшутилась я.

– Не переживай. Главное, что ты теперь знаешь, где искать. Я записала тебя на примерку. В восемь вечера. Прекращай свои отговорки, Ольга, ты должна выглядеть, как королева.

Я хмыкнула, но спорить не стала. Подруги искренне хотели помочь, и было что-то возбуждающее в том, чтобы представить себя на юбилее в ослепительном платье, под взглядами коллег, а, возможно, и самого Владислава.

* * *

На следующий день, после работы, я оказалась в модном шоуруме в центре Москвы. В воздухе витал аромат ванили и мускуса. Ксюша уже ждала меня у входа, сияя так, будто сама была частью декорации.

– Идём, идём, я уже выбрала несколько вариантов! – за руку потянула она меня внутрь.

Два часа мы провели, примеряя платья: нежное голубое с прозрачными рукавами, насыщенно-изумрудное с открытыми плечами. Ксюша и консультант охали, комментируя каждую деталь.

– Это подчёркивает твою талию, а это... ох, как хорошо сидит в области декольте! – тараторила Ксюша.

Но ни одно из платьев не казалось мне «тем самым». Я уже готова была сдаться, когда консультант принесла последний вариант: простое на первый взгляд платье цвета шампанского с кружевным верхом и струящейся юбкой.

Когда я вышла из примерочной, Ксюша замерла.

– Вот оно, – её голос прозвучал торжественно. – Оля, ты в этом платье словно с обложки. И даже круче!

Я повернулась к зеркалу. Платье действительно выглядело безупречно, подчёркивая утончённость и уверенность. На миг я почувствовала себя другой: более сильной.

– Беру, – произнесла я, чуть улыбнувшись.

Ксюша хлопнула в ладоши, будто мы выиграли олимпийское золото.

* * *

После примерки я ощутила необычную лёгкость. Едва успев сесть в такси, я получила сообщение от Владислава: "Завтра в 10:00. Презентация по «Голосу компании». Подготовь что-нибудь интересное."

Интересное. Как он любил это слово. Было уже поздно, но я открыла ноутбук и взялась за работу. Концепция крутилась в голове: «Голос компании» должен стать чем-то большим, чем просто рекламный инструмент.

Я работала всю ночь, создавая презентацию.Честность. Вдохновение. Креативность.Эти слова стали основой моего проекта. Я хотела, чтобы это стало чем-то, что объединяет не только сотрудников, но и клиентов.

Утро началось с гонки. Я чудом добралась до офиса за пять минут до презентации. Сердце бешено колотилось, когда я вошла в конференц-зал. Все уже были на месте: Екатерина, Михаил и, конечно, Владислав. Его уверенность всегда выбивала из колеи, но в этот раз я была готова.

– Доброе утро, Ольга, – произнёс он, кивая на свободное место. – Присаживайтесь. У нас мало времени.

Собравшись с мыслями, я включила проектор.

– «Голос компании» – это способ донести до мира, кто мы есть на самом деле, – начала я, показывая первый слайд.

С каждым словом я чувствовала, как напряжение в комнате меняется. Владислав внимательно слушал, не перебивая. Михаил кивал. А Екатерина смотрела на меня с лёгким прищуром, словно пытаясь найти слабое место.

Когда я закончила, Владислав чуть приподнял бровь.

– Это амбициозно. Но мне нравится Ваш подход, – произнёс он.

Облегчение окатило меня волной. Я сделала это. Или, по крайней мере, мне так казалось.

* * *

После презентации Владислав задержал меня в кабинете. Его взгляд был пристальным, но не давящим.

– Ольга, я хотел бы уточнить один момент, – начал он, отодвигая стул и приближаясь ко мне. – Вы не боитесь, что эта концепция окажется слишком сложной для сотрудников? Не все будут готовы принять такие изменения.

Я вздохнула, чувствуя, как внутри поднимается лёгкое напряжение. Этот вопрос витал в воздухе с самого начала работы над проектом.

– Люди боятся изменений только тогда, когда не понимают их смысла, – ответила я, стараясь говорить уверенно. – Если мы сможем донести до каждого, что это не просто слова, а способ сделать их работу легче и продуктивнее, они примут это.

Он кивнул, но его взгляд всё ещё оставался изучающим, словно он пытался разглядеть что-то за пределами моих слов.

– Вы удивляете меня, Ольга, – сказал он наконец, – в хорошем смысле. Думаю, у вас есть всё, чтобы довести это до конца.

– Спасибо, – я попыталась сохранить нейтральное выражение лица, но внутри ощутила прилив облегчения.

* * *

Когда я вернулась в свой кабинет, меня уже ждал Михаил. В руках он держал две чашки кофе.

– Отлично справилась, – сказал он, протягивая одну из них. – Владислав редко хвалит кого-то так искренне.

– Искренне? Ты уверен? – я усмехнулась и чуть не обожглась горячим напитком.

– Уверен. Ты бы была поосторожнее с горячим кофе. И с ним кстати тоже. Его похвала часто бывает… опасной.

– В каком смысле? – я нахмурилась.

– В таком, что она может быстро превратиться в требование невозможного, – пояснил Михаил. – Но я верю, что ты справишься.

Его слова звучали одновременно ободряюще и настораживающе. С Михаилом всегда так: он вроде поддерживает, но заставляет задуматься о вещах, о которых задумываться совсем не хочется.

Вечером я получила сообщение от Владислава: "Ваше платье на юбилей уже выбрали? Хочу быть уверен, что оно будет соответствовать уровню вечера."

Я уставилась на экран, не зная, смеяться или сердиться. Владислав был так же непредсказуем, как московская погода. Это одновременно раздражало и притягивало.

Мой ответ был кратким: "Думаю, что я Вас не разочарую."

Отправив сообщение, я улыбнулась. Это был вызов, который я собиралась принять.

* * *

Юбилейный вечер наступил стремительно. С самого утра я чувствовала лёгкую нервозность, но старалась держаться спокойно. Платье цвета шампанского было безупречно выглажено, волосы уложены так, будто над ними трудилась команда лучших стилистов. Я посмотрела в зеркало и впервые за долгое время ощутила не просто красоту, а уверенность.

Когда я вошла в ресторан, все взгляды обратились на меня. Коллеги улыбались, кто-то даже тихо перешёптывался. Владислав, стоявший у окна с бокалом шампанского, заметил меня сразу. Его глаза слегка прищурились, уголки губ дрогнули в едва заметной улыбке.

– Ольга, – его голос прозвучал так, будто он только что узнал важную тайну. – Вы великолепны!

– Спасибо, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Но мои руки предательски дрожали, и я быстро взяла бокал шампанского, чтобы скрыть это.

Вечер шёл своим чередом. Тосты, музыка, непринуждённые разговоры. Напряжение, которое я ощущала с самого начала, постепенно спало. Владислав время от времени бросал на меня взгляды, но держался на расстоянии.

Когда начались танцы, атмосфера в зале стала ещё более расслабленной. Один из коллег из PR-отдела пригласил меня на вальс. Я согласилась, надеясь немного отвлечься. Но всё равно чувствовала, как взгляд Владислава следит за мной.

Едва закончился один танец, как рядом раздался его голос: – Вы давно танцевали?

Я обернулась и увидела его, стоящего рядом. Его рука была в кармане, но другая протягивалась ко мне.

– Мне кажется, вам не хватает настоящего партнёра, – его улыбка была одновременно дружелюбной и вызывающей.

– Вы считаете себя подходящим? – приподняла я бровь.

– Убедитесь сами.

Я вложила свою руку в его, и он уверенно повёл меня в центр зала. Музыка сменилась на более медленную, почти интимную. Его рука скользнула мне на талию, другая обхватила мою ладонь. Я почувствовала, как сердце начало биться быстрее.

– Вы удивили меня своей презентацией, – сказал он, глядя прямо в глаза.

– Надеюсь, приятно, – ответила я, стараясь не опускать взгляд.

– Более чем. Но сегодня вы удивляете ещё больше.

Он говорил шёпотом, его голос был как лёгкий электрический разряд, проходящий по коже. Я пыталась отвлечься, но его взгляд буквально приковывал. Его рука едва касалась моей, словно проверяя, насколько я готова уступить. Но в этом лёгком движении была вся суть: сила не в контроле, а в том, чтобы дать другому выбрать степень свободы.

– Это всего лишь платье, – сказала я, надеясь вернуть разговор в нейтральное русло.

– Платье? – он наклонился ближе. – Нет, дело не в платье. Вы сегодня словно светитесь. Почему?

– Может, потому что я довольна своей работой? – ответила я с лёгкой, чуть дерзкой улыбкой, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией.

Владислав усмехнулся и слегка покачал головой.

– Или, может быть, вам нравится быть в центре внимания? – продолжил он, пристально глядя в мои глаза.

– Вы ведь сами это устроили, не так ли? – парировала я, чувствуя, как между нами растёт напряжение.

– Возможно, – признался он, и я заметила, как его пальцы чуть крепче сжали мою талию. – Иногда я делаю это намеренно.

Музыка затихла, но его рука осталась на моей талии. Мы стояли слишком близко, чтобы это выглядело случайным или просто дружеским жестом.

– Вы всегда любите играть с огнём? – спросила я, решив не уступать в этом словесном поединке.

– Только если уверен, что огонь того стоит, – его голос звучал низко, почти интимно.

Я почувствовала, как дыхание стало чуть более прерывистым. Это было опасно. Но в то же время во мне боролись два желания: отступить или остаться здесь, в этом моменте, ещё чуть дольше.

– Тогда берегитесь, Владислав Андреевич, – ответила я, чувствуя, как мои слова звучат чуть тише, чем хотелось бы. – Иногда огонь может обжечь.

Он улыбнулся, отпустил мою талию, но взгляд всё ещё удерживал меня. Это был тот самый взгляд, который говорит больше, чем тысячи слов.

– Ольга, я не боюсь ожогов. Особенно если пламенем будете Вы.

* * *

После танца я вышла в зимний сад чтобы собраться с мыслями, но уединиться не удалось. Михаил уже был тут – в вечернем костюме ( выглядел он в нём чрезвычайно элегантно, но не привычно) сидел за столиком, погружённый в свой телефон, и я вдруг почувствовала, что разговор с ним сейчас может быть кстати.

– Любишь наблюдать за праздником со стороны? – поинтересовалась я, присаживаясь напротив.

Михаил слегка поднял голову, мельком взглянул на меня, а затем снова вернулся к экрану.

– Скорее, избегаю лишнего внимания, – коротко отозвался он.

– Звучит мудро, – отозвалась я. – Ты работал над этим приложением? – я указала на экран его смартфона, где демонстрировался промо-ролик компании.

– Да, частично, – отозвался он. – Техническая часть.

– А с маркетингом что? В чём фишка? – в его голосе я уловила нотку напряжения.

Михаил поднял на меня взгляд, словно оценивая, могу ли я выслушать то, что он собирался сказать.

– Ты правда хочешь знать? – его голос стал тише.

– Конечно, – я наклонилась чуть ближе, чувствуя, как внутри начинает закручиваться пружина напряжения.

– Они акцентируют внимание на приватности, – начал он, приглушив голос. – Мол, приложение защищает твои данные на 100%.

– Это же отлично звучит, – ответила я, всё ещё не понимая, к чему он ведёт.

– Звучит, но не соответствует действительности, – он усмехнулся. – Они собирают всё: местоположение, контакты, даже звуки вокруг.

– Звуки? – переспросила я, чувствуя, как внутри всё холодеет.

– Да, микрофон включён, даже когда ты об этом не знаешь. И все эти данные продаются.

– Кому? – мой голос стал чуть резче.

Михаил наклонился ближе, оглядываясь вокруг.

– Рекламным компаниям, корпорациям, аналитическим центрам. Это не ново. Все так делают. Но наши зашли дальше.

– Куда уж дальше? Ты серьёзно?

– Вполне. Они анализируют не только действия пользователя, но и его эмоции, поведение, слабости.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается. Это было слишком шокирующе и в то же время… логично.

– Это же не просто сбор данных. Это уже манипуляция. Это законно?

Михаил пожал плечами.

– Закон – штука гибкая, если у тебя есть хорошие юристы. Извини, мне надо отойти кое с кем переговорить.

Я осталась сидеть за столом одна, обдумывая то, что только что услышала. Вечер, казалось, потерял свою праздничность, словно яркий свет ресторана теперь только подчёркивал искусственность происходящего.

«Честность». «Вдохновение». «Креативность». Насчёт первого возникли сомнения…

10. Корпоративная дилемма.

Уверенность в том, что пора что-то менять, пришла ко мне не сразу. Возможно, этот переломный момент настиг меня вечером, когда я наблюдала за Екатериной, лениво помешивающей коктейль. Я сделала глубокий вдох и решилась на прямой вопрос:

– Екатерина, а ты и вправду точно знаешь, как работают проекты кампании? – мой голос прозвучал более уверенно, чем я ожидала.

Она подняла на меня глаза, слегка прищурилась и ответила с ледяной невозмутимостью:

– Конечно, знаю. Это наша работа.

– А тебя в них не смущает количество скрытых манипуляций пользователями? – я кажется начала волноваться. Не надо так. Надо поневозмутимее. Екатерина слегка нахмурилась. Её ответ казался мне очевидным, но всё равно я надеялась услышать что-то другое. Зря надеялась.

– Ольга, давай я тебе кое-что объясню, – сказала она с ноткой снисходительности. – Маркетинг – это всегда манипуляция. Люди покупают то, что ты им продаёшь. Это игра. У неё такие правила. И мы в ней лучшие.

– Но разве это не обман? – не сдалась я.

Она допила свой коктейль и резко поставила бокал на стол.

– Это бизнес, – ответила она, не оставляя шансов на дальнейшую дискуссию. – Если ты не готова играть по этим правилам, ты выбрала не ту профессию. Мне, честно говоря, даже смешно, что приходится объяснять такие простые вещи такой взрослой девочке.

Уже за полночь, устроившись на мягком диване в дальнем углу ресторана, я пыталась переварить услышанное. Эта вечеринка, с её громкими разговорами и вспышками смеха, только подчёркивала контраст между лёгкостью в головах моих коллег и тяжестью моих мыслей. Неужели я действительно не готова принять правила игры? Или дело в том, что сама игра казалась мне неправильной? Или я чего-то не понимаю до конца?

Владислав. Проходил мимо. Или специально шёл ко мне? Он сел рядом, и шум вокруг как разрезал его голос разрезал, мягкий и глубокий – так, как масло разрезает нагретый нож.

– Всё в порядке? – спросил он, явно замечая моё состояние.

Я посмотрела на него, раздумывая решится или нет… И решилась.

– Владислав Андреевич, вы знали, что они так делают?

– Они? Кто они? И что делают? – переспросил он, приподняв бровь. В его глазах была лёгкая насмешка.

– Эти методы, манипуляции… Всё это, – я едва сдерживала волну эмоций. – Я про скрытые от пользователей механизмы в наших проектах.

Он внимательно посмотрел на меня. Очень внимательно. Усталость, промелькнувшая в его взгляде, заставила меня на миг увидеть его в ином свете.

– Ольга, любой успех требует определённой гибкости. Главное – знать, где грань. А с чего вдруг такие мутные мысли у такой хорошенькой девушки? Ведь хорошенькие девушки должны быть глупенькими, разве не так? Шучу… Простите, я немного выпил и шутки мои наверное несколько плосковаты… Просто Вы очаровательны, и … Давайте мы позже поговорим об этом. Если захотите. Договорились? Сейчас мне нужно идти.

Мда. Смущенным я его ещё не видела. Только вот отчего – от моего вопроса или от меня, или от «немного выпил»? Да и не выглядел он выпившим, даже немного. Не больше меня. Его слова звучали как попытка успокоить меня, но вместо этого породили ещё больше вопросов. Где же эта грань? И кто решает, когда её пересекать?

* * *

Когда Вячеслав скрылся среди гостей, я подошла к панорамному окну. Ночная Москва за стеклом казалась мне зеркалом моего состояния: яркие огни скрывали тени, которые не могли исчезнуть. Моё одиночество нарушил голос Максима из IT.

– Выглядите задумчиво, – сказал он, протягивая бокал шампанского.

– Только не говори, что хочешь меня напоить, – попыталась я пошутить, но улыбка не далась. Я как-то вдруг перешла с ним на «ты», видимо перепутав с Михаилом. Всё же алкоголь давал себя знать.

– Нет, мне просто показалось, что Вам нужно отвлечься, – его тон был неожиданно тёплым.

Мы сели за маленький столик, подальше от громкой музыки. Я решила воспользоваться моментом.

– Максим, давай уже на «ты». Ты ведь знаешь больше, чем рассказываешь, – начала я.

Он медленно кивнул, словно взвешивая мои слова.

– Ну хорошо. Если Вы так хотите… То есть ты. Смотря о чём ты хочешь узнать.

– Эти манипуляции с пользователями без их ведома … Это ведь правда? – мой голос дрогнул.

Максим поставил бокал и сцепил пальцы, смотря куда-то мимо меня.

– Да, Ольга. Это правда. Но это не только мы. Все большие компании делают то же самое. Если это не мы, это сделает кто-то другой.

– Но это неправильно, – упрямо возразила я.

Он посмотрел на меня, в его глазах мелькнуло что-то вроде сожаления.

– Это эффективно, – сказал он. – А иногда эти манипуляции действительно помогают людям принять правильное решение.

Его слова вызвали у меня протест.

– Звучит как оправдание.

– Возможно. Но задумайся: сколько раз реклама подталкивала тебя к чему-то хорошему? Например, к тому, чтобы посетить театр или купить добрый подарок близкому. А иначе может ты бы и не сделала так никогда. Просто пробежала бы как обычно.

– Но ведь я могла бы сама решить, что делать!

– В этом мире переизбыток информации. Люди замкнуты и не увидят ничего, даже если ты это поставишь прямо у них перед носом. Хотя ведь это тоже манипулирование, правда? Нельзя ставить информацию так близко к носу. Каждый должен решить сам, куда свой нос повернуть, а куда нет. Точно?

Максим улыбнулся светло, просто и чисто, как мальчик с рекламы детского яблочного сока. Я замолчала. Он был прав. Но что-то во мне противилось этой его правоте.

* * *

К концу вечера Екатерина взяла микрофон и произнесла тост, полный привычных корпоративных клише и словила свою порцию обязательных аплодисментов. За ней поднялся Владислав , его голос, бархатный и уверенный, окутал зал.

– Успех – это не только цифры и статистика. Это люди. Наши идеи. Наша энергия, – сказал он, и его взгляд на мгновение задержался на мне.

Опять эта банальщина. Даже его бархатный голос не мог исправить положение. Да что со мной не так? В этот момент я поняла, что больше не могу находиться среди этого мною же организованного пустого блеска. Да тут же есть балкон! О да. Балкон стал моим спасением.

На свежем воздухе, вдали от шума, я почувствовала нечто отдаленно напоминавшее свободу. Но ненадолго.

– Решили подышать? – голос Владислава снова вывел меня из размышлений.

Он встал рядом со мной, и мы вместе смотрели на город.

– Владислав Андреевич, вы действительно считаете, что любые методы хороши, если они приводят к успеху? – спросила я.

– Это зависит от того, что ты называешь успехом, – сказал он.

– А если успех достигается ценой доверия? – я не могла остановиться.

– Иногда, чтобы изменить мир, нужно играть по его правилам. Но, я вижу, Вы замёрзли? – голос Владислава Андреевича прозвучал неожиданно мягко.

– Нет, всё в порядке, – я поспешно обхватила себя руками, но он уже снял пиджак и накинул его мне на плечи.

– Спасибо, но не стоило… – выдохнула я, чувствуя тепло ткани и уловив лёгкий аромат его парфюма. Тонкие, почти неуловимые древесные ноты с каплей чего-то пряного.

Он обнял меня.

– Владислав Андреевич, – я слабо попыталась отстраниться, но мой голос звучал неуверенно. – Что Вы делаете… Это... это неправильно.

– Неправильно? – он слегка улыбнулся, опуская взгляд к моим глазам. – А что вообще правильно, Ольга?

Прежде чем я успела возразить, он склонился ближе и поцеловал меня. Поцелуй застал меня врасплох. Я растерялась, но не оттолкнула его. Этот поцелуй – в нём было всё – тепло, уверенность и странное ощущение, что я именно там, где должна быть.

Закрыв глаза, я почувствовала, как время остановилось. Всё, что я знала о нём – его сила, уверенность, умение контролировать ситуации, даже те, где, казалось, он должен проиграть. Его способность находить путь к людям, понимать их и очаровывать их одним движением, одним взглядом.

И в тот момент, когда его губы вновь коснулись моих, я вдруг вспомнила образ отца. Мне было шесть лет, когда он погиб, но воспоминания о нём всё ещё были живы во мне, пусть и спрятаны где-то в глубинах сознания.

Я вспомнила, как он поднимал меня на руки, как я смеялась, чувствуя себя самой защищённой девочкой на свете. Он был высоким, сильным, с тёплыми руками и спокойным взглядом. С ним было так безопасно, будто никакие беды не могли прорваться через этот щит.

С Владиславом я вдруг почувствовала то же самое. Его рука на моём плече напоминала мне, что в мире может быть сила, не пугающая, а защищающая. Этот миг пробудил в моём сердце то, что я боялась признать: с каждым его взглядом, с каждым словом, с каждым касанием я влюблялась всё сильнее. Границы перестали существовать. Что правильное, что неправильное – уже не имело значения.

Но реальность вернулась хором вопящих голосов коллег:

– Владислав Андреевич! Владислав Андреевич!

– Вот же, – тихо выдохнул он, затем остранился с чуть виноватой улыбкой. – Зовут.

– Кто ? – я даже растерялась. Будто было не ясно, кто мог его звать.

– Да коллеги, гости... – он вздохнул. – Вручают награды. Ты ведь сама сценарий писала, – он вдруг усмехнулся. – Разве не ты придумала, чтобы ведущий официальной части торжественно вызывал всех по имени-отчеству а меня звали хором?

– Владислав Андреевич! Владислав Андреевич! – раздавалось всё настойчивее, будто дети звали Деда Мороза.

– Вот чёрт... – я закрыла лицо руками. – Это правда я придумала.

– Роль как на детском утреннике – быть тем, кто исполняет желания, – сказал он, усмехнувшись.

– Вы… ты чувствуешь себя Дедом Морозом? – я попыталась разрядить ситуацию.

– Ну а ты тогда кто? Снегурочка?

– Дурочка-Снегурочка, – вырвалось у меня, и я тут же покраснела.

– Ты не дурочка. Такими вопросами дурочки не задаются. Пойду, а то они сейчас сюда прибегут всей толпой.

И он ушёл. Я думала о том, где проходит эта неуловимая грань – между решимостью и принуждением. О том, почему иногда так хочется, чтобы решения принимали за тебя.

* * *

Я вернулась в зал, чувствуя себя немного растерянной. Его пиджак, который он так уверенно вернул, оставил мне не только прохладу, но и странное ощущение пустоты. Шум вечеринки обрушился, как приливная волна. Люди смеялись, говорили громче, чем нужно, ведущий что-то кричал в микрофон, а Екатерина, как всегда, держалась в центре внимания, будто была хозяйкой этого праздника.

Она шептала что-то на ухо ведущему, и он тут же засуетился, будто получил важнейший инструктаж. Я попыталась сосредоточиться на чём-то другом, но взгляд сам собой искал Владислава. Он снова сидел за столом, его движения были неторопливы, а взгляд сосредоточенным. Однако я чувствовала, что его внимание не принадлежит этой вечеринке.