Текст книги "Волшебник (СИ)"
Автор книги: Виталий Росянков
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
27 глава
Перевалов зашёл в кабинет Розина.
– Просили зайти?
Перевалов недоверчиво поглядел на менеджера команды.
– Ты, что так смотришь подозрительно, Валер. Расслабься, сядь.
Розин указал на стул. Сам он вальяжно развалился в своём огромном кресле.
Валерий сел.
Розин быстро достал из ящика письменного стола конверт и положил его перед тренером.
– Что это? – спросил Перевалов.
– Премия – сотка, сто тысяч рублей.
– Премия?
– Валер, мы же не звери. Команда побеждает, идёт на первом месте. Ты заслужил вознаграждение. Понимаю, деньги, сумма, не ахти какая великая, но ты должен понимать, что, чем можем, тем и помогаем.
Перевалов помял конверт в руках и спросил:
– А девчонки?
– Что девчонки?
– Они тоже заслужили премию. Они столько сделали.
– Девчонки, девчонки, сделали. Конечно, они молодцы. Я поговорю с Седовым, чтобы и им выписали премии, но их много, сам понимаешь, а ты один. Их отблагодарить сложнее.
– И всё же похлопочите о них. Прошу.
– Обязательно. А я попрошу тебя не распространяться о премии. Народ у нас в массе бедный, на зависть и злопыхательство скорый.
– Хорошо.
– И ещё. Валер, я хотел тебя пригласить в это воскресенье на шашлычок ко мне на дачу.
– К тебе? На дачу? Но я же для тебя мусор позорный, а ты бандит.
– Забудь. Хватит. Я нёс околесицу. Признаю. Ты становишься нашим человеком в нашем городе. Тебе надо вписаться в нашу компашку. С нами ты будешь неуязвим здесь.
– Что это значит?
– То, что мы хотим стать тебе полезными, помочь тебе освоиться в нашей местности.
В субботу «Экскаватор» дома сыграл вничью с тамбовским «Титаном» со счётом три три. А в воскресенье Перевалов на такси приехал на дачу к Розину. Дача представляла собой большой дом в два этажа из красного кирпича, построенный в девяностые годы в стиле и духе того времени. Во дворике сидели трое солидных на вид мужчин. Розин подошёл к каждому из них и представил гостю.
– Это Коля Рыбка – авторитетный бизнесмен.
Крупный мужчина в серо-белой полосатой футболке и белой кепке на голове с большим красным лицом подал Валерию руку.
– Это Игорь Красный. Красный – не погремуха и не масть, а фамилия. Авторитетный, уважаемый человек в нашем городе.
Перевалову пожал руку квадратный брюнет в чёрной футболке.
– Олег Валуев – бывший спортсмен, твой коллега. Теперь… Теперь просто хороший человек.
Валуев был накачанным блондином с белёсо-голубыми глазами. В прошлом он занимался самбо и тяжёлой атлетикой.
– Для тебя Валера мы подготовили подарок, – сказал Розин и хлопнул в ладоши.
Из-за угла дома вышли двое молодых людей в спортивных костюмах. Перед собой они вели мужчину самого обывательского вида с поникшей головой. Процессия остановилась перед Переваловым.
– Простите меня, Валерий Егорович, я больше никогда так себя не буду вести. Пожалуйста, помилуйте меня, – молил обыватель.
Валерий узнал в нём Ивана Агафонова, болельщика накатавшего на него заявление в полицию, после того как он его избил.
– Ты, чертило, не знал, что доносить на человека в мусарню – это не по-людски? – спросил с болельщика Игорь Красный. – Тебя этому в детстве во дворе не учили старшие?
Агафонов жалобно всхлипнул.
– Ты в курсе, что из-за тебя хороший человек на деньги попал? – обратился к нему Розин. – Валер, хочешь, поставь его на бабки.
– Право не надо. Отпустите его, – попросил Перевалов.
– Пускай валит отсюда. Валера, вынес ему вердикт. Он не хочет его больше видеть, – сказал Розин.
– Спасибо, спасибо вам, Валерий Егорович.
Агафонов хотел было упасть на колени перед Переваловым, но молодые люди схватили его под руки и увели прочь.
Розин сам жарил шашлык и параллельно присоединялся к застолью.
Мужчины пили виски. Закуска была доставлена прямиком из ресторана. Разговаривали сначала о команде. Друзья Розина побывали на последнем матче.
– Мне понравилась эта, которая играла в нападении, – признался Красный.
– Здоровая такая? Светлая? Лариса, – сказал Розин.
– Нет.
– Ярослава Москвина?
– Точно. Я бы ей засадил.
– А я бы этой крепкой вставил. Баба-конь. Люблю таких, – признался Рыбка.
– Мне больше светленькая понравилась из защиты. Ткачук. Люблю таких миловидных, слабеньких. Такие обычно полностью в тебе растворяются, – поделился своими грешными мыслями Валуев.
Валерий встал из-за стола и заявил:
– Ребята, я, конечно, понимаю, что вы очень крутые, но попросил бы не оскорблять моих девчонок. Хотя бы в моём присутствии.
Установилась тревожная, звенящая тишина, которую прервал через пару минут Рыбка:
– Лихо тебя заносит на виражах, Валера. Чувствуешь себя бессмертным?
Валерий сел. Он молчал, а Рыбка продолжил:
– Но я люблю смелых и отчаянных. Уважаю. За тебя. Давай дружить.
Мужчины чокнулись, выпили.
– С этого момента девчонок не оскорбляем, не трогаем, оберегаем. Моё слово – закон, – решил Красный.
Выпили ещё, после чего Розин предложил:
– Может быть, вызвать девчонок? Что-то скучно без баб. Как ты, Валера, на это смотришь?
– Никак. Не хочу.
– Брезгуешь?
Валерий быстро подумал и ответил:
– Не в тонусе я сегодня.
– Ладно, в другой раз замутим с девками посиделки. Валер, а, что, если нам с тобой какой-нибудь совместный бизнес замутить?
– Например?
Розин сделал вид, что думает, после чего предложил:
– Игровые автоматы. Олег ими занимается. Найди помещение, куда их можно установить и будешь иметь процент с точки.
– Так это же вроде бы запрещено.
– Нам, нашим людям в городе можно всё.
28 глава
Был вторник и Перевалов отдыхал в своём доме. Утром ему звонили журналисты, просили дать интервью. Валерию не хотелось общаться с прессой – хватило интервью Волковой. Столько она из него нервов и сил вытянула. Однако гонорар был за мучения нормальный. Эти же ничего про плату за интервью не говорили, а он не хотел просить. Так что пускай покурят пока. Денег на прислугу у Валерия не было. Он стал получать деньги за сдачу квартиры в Москве, но этого хватало впритык на самое важное вкупе с нищенской зарплаткой тренера в "Экскаваторе". Конечно, не иссяк ещё гонорар от Волковой и премия от Розина грела душу, но Валерий не хотел быстро тратить эти деньги. Мало ли что случится? Он хотел оставить неприкосновенный запас. А работы по дому накопилось не мало. Дом это не квартира, обязательно что-то да случиться с ним: то крыша протечёт, то плитка где-то отвалится, то ещё какая-нибудь гадость случится. Двор порос травой уже до безобразия, так что растительность доходила в некоторых местах до груди хозяина дома. Валерий нашёл в хозблоке газонокосилку, кое-как настроил её и пошёл косить траву. Боролся с зарослями он около сорока минут, отключил косилку и вытер пот с лица. Ему показалось, что кто-то кричал. К соседям кто-то приехал? Голос был женский. Крикнули ещё раз. Валерий оставил газонокосилку, обошёл дом и подошёл к металлической калитке. Снова крикнули:
– Эй!
Валерий заглянул в глазок калитки. За ней находилась Лидия в голубой блузке и синей юбке. Глаза её закрывали солнцезащитные очки. Валерий открыл калитку.
– Лидия? Что случилось?
Лидия поправила причёску и осмотрела Перевалова. Тот был одет в замызганную футболку и старые шорты.
– Я косил траву, – сказал он.
– Ты? Косил? У тебя нет садовника?
– Нет.
– Не стоит экономить на прислуге. Может быть, ты меня пропустишь?
– Конечно.
Лидия прошла во двор.
– Ты мне не рад?
– Рад, но ты так неожиданно нагрянула. Откуда ты знаешь, где я живу?
– Ты же звал меня сюда. Одна знакомая помогла узнать твой адрес.
– Лида, право же, так неожиданно. А, если бы я был на тренировке. Сегодня у меня выдался редкий выходной.
– Перед поездкой к тебе я позвонила в твой клуб, и мне сказали, что у тебя выходной.
Они вошли в дом.
– У тебя тут уютно и хорошо, но надо прибраться, – заключила Лидия. – Домработница, когда у тебя последний раз убиралась?
– Три дня назад, – соврал Валерий. – Она на больничном. Кофе, чай, виски.
– Чай. Красный есть или жёлтый?
– Только чёрный.
– Тогда просто воды.
Лидия села в гостиной на диван. Валерий принёс стакан с водой и протянул Лидии. Она выпила воды.
– Это случайно не из-под крана? – спросила она.
– Из-под крана.
– Ты с ума сошёл? Ты не покупаешь воду в магазине или в специальных автоматах?
– Не покупаю. Жена чего-то такое покупала, а мне по фигу. Я могу и водопроводной попить.
– Валерий, тебе нужна женщина.
Перевалов сел напротив Лидии в кресло.
– Я знаю, – согласился он.
– Ты не думай, что я себя предлагаю тебе в спутницы жизни. Я люблю, когда инициатива исходит от мужчины.
Валерий молчал.
– Что-то не так? Я вам не нравлюсь? – забеспокоилась Лидия.
– Очень нравишься.
– И? Вы не хотите ничего мне сказать?
Валерий вздохнул.
– Может быть, у вас кто-то появился, пока я вам морочила голову?
Валерий молчал.
Лидия встала.
– Извините, что побеспокоила вас.
– Стой, стой, Лидия. Не уходи просто так. Давай выпьем хотя бы сок. У меня конфеты есть.
– Конфеты.
Лидия о чём-то подумала, а потом предложила:
– Может быть, вы мне покажите вашу спальню.
– Отличная идея.
Валерий проводил гостью на второй этаж. Лидия прошла в спальню, хозяйским глазом всё осмотрела и села на край кровати. Она чуть поправила блузку, так что Валерий смог разглядеть большую часть её молодой ещё очень упругой груди.
– У вас здесь хорошо. Аура такая специфическая, возбуждающая, – оценила обстановку Лидия.
– Можете отдохнуть тут с дороги, – предложил Валерий.
– Прямо тут? Одна?
Валерий не знал, что сказать. Он начал фразу:
– Как…
Но не успел её закончить – зазвонил айфон Лидии в её сумочке. Она достала его и начала говорить по нему:
– Свет. Опять. Ты не знаешь, что сказать этому Ермолаю Александровичу? Почему я? Ладно, еду. Знаю я, знаю, не напоминай.
Лидия убрала телефон в сумочку и объяснилась:
– Вызывают срочно. Надо быть в Москве. У меня контракт с одной фирмой. Хорошо платят. Могут вызвать в любой момент.
Валерий вызвал ей и оплатил такси до столицы.
– Не прощаюсь, – сказала Лидия и помахала ручкой, садясь в машину.
Перевалов вернулся в дом. Он сел на диван в гостиной и включил телевизор. Зазвонил домофон. Не глядя в него, Валерий пошёл открывать калитку.
– Что за…
Он хотел сказать забыли, но когда открыл калитку увидел не Лидию, а Ангелину.
– Геля?
– Ты не рад меня видеть?
– Рад. Почему без предупреждения? Я не люблю это.
– Ты меня не пустишь?
– Пущу и отлуплю.
– Только по голой попке и не больно.
– Проказница.
Они вошли в дом.
– Тут пахнет женщиной, – сказала Ангелина, стоя посреди гостиной.
– Я ничего не чувствую.
– А я чувствую. У тебя кто-то был. Почему у тебя глаза бегают?
– Глаза? Бегают?
Валерий хлопнул себя ладонью по лбу.
– Забыл. Приходила же с почты женщина. Мне повестку принесли, нужно явится опять на допрос к следователю.
– По поводу гибели жены?
– Да. И почему ты мне устраиваешь допрос? Я твой тренер и ты должна меня слушаться во всём. Тут и на поле командую я.
Ангелина погрустнела и села на диван. Валерий вздохнул и сел рядом. Приобнял её слегка.
– Ты бросишь меня, – сказала Ангелина.
– Если будешь тут наводить атмосферу негатива и пессимизма, то брошу тотчас. Раз пришла – приготовишь обед и ужин.
– Это приказ?
– Именно. Можно начать исполнять.
– А поцеловать?
Валерий поцеловал в губы Ангелину.
29 глава
Было утро. В кабинете Доверчивого висела металлическая белая доска, на которую он прикреплял магнитиками фотографии подозреваемых и давал им характеристику. Скамейкин сидел на стуле у своего стола и слушал начальника. Первой Галактион повесил фотографию улыбающегося Перевалова.
– Подозреваемый номер один. Перевалов. Зажравшийся, самовлюблённый, лживый, самоуверенный. Ему давно уже надоела жена, которая ему изменяла и трепала изрядно нервы. Причина номер раз, чтобы её убить. При разводе с ней ему бы пришлось делить имущество. Это причина номер два. Но, что мы имеем против него? Ничего? Алиби у него твёрдого нет, но и зацепок на то, что это он убил жену, тоже не имеется у нас. Идём дальше.
Доверчивый прикрепил фото Фурсова рядом с фоткой Перевалова.
– Фурсов. У него был контакт с убитой, чего он не отрицает. Теоретически он мог убить Перевалову. Но зачем?
– Она могла его шантажировать, угрожать сообщить его жене об его измене, – предположил Скамейкин.
– Могла, но стала бы она рыпаться на такого человека? Ведь Фурсов чиновник. И потом у него есть алиби – этот сотрудник его Роберт. Кто следующий?
Доверчивый повесил фото Петра Лесникова.
– Петя – танцор. Пустой человек. Он, конечно, мог убить.
– Но зачем? – удивился повороту мысли начальника Скамейкин.
– Из тупости. Они поссорились. Он её и придушил. Не контролировал себя. Танцор, знаешь ли, творческий человек. Творческие личности не дружат с интеллектом, как правило, особенно такие, как танцоры, артисты, музыканты, художники. Дальше.
Доверчивый прикрепил фото Влада Мурашко.
– Мурашко – друг Перевалова. Он точно мог убить. Сидел в тюрьме. Коварный, агрессивный, жестокий. Ради друга готов на всё. Вопрос только в том, убил по заказу или по собственной инициативе?
– В биллинге телефонных звонков Перевалова мы не нашли его переговоров с Мурашко, – напомнил Скамейкин.
– Это естественно. Перевалов заказал ему жену с глазу на глаз или связывался с ним каким-то иным способом.
Доверчивый прикрепил следующее фото – Полосатова.
– Борис Полосатов – бизнесмен. Отвратная личность. Может быть также убийцей. Но на него у нас нет ничего.
За фоткой Полосатова была прикреплена фотография Ельцова.
– Ельцов – сын богатых родителей. Никчёмный прожигатель жизни, способен на что угодно, ради удовлетворения сиюминутных примитивных потребностей. Животное.
– Ему-то зачем убивать Яну? – спросил Скамейкин.
– Она могла оскорбить его.
– Это всё?
– Нет.
Доверчивый прикрепил к доске фото Зарудина.
– Этого тоже нельзя исключать из списков подозреваемых. И ещё.
Доверчивый прикрепил на доску пустой белый квадратик бумаги.
– Убийцей может быть человек, о котором мы пока ничего не знаем.
– Столько подозреваемых. Мы совсем запутались, – сказал Скамейкин.
Доверчивый сел за свой стол, отпил из чашки остывший чай и сказал:
– Мы должны очертить круг основных подозреваемых и работать по ним. Это Перевалов, Мурашко, Ельцов…
– И Фурсов, – добавил Скамейкин.
– Уже три месяца прошло, а у нас результатов ноль. Надо разработать стратегию поиска убийцы.
– Мурашко и Ельцова уже объявили в федеральный розыск.
– Этого мало. Надо действовать нестандартно.
Доверчивый встал из-за стола и пошёл по кабинету, засунув руки в карманы брюк.
– Давай поставим себя на место убийцы, – начал он размышлять вслух.
– Кого, например?
– Естественно Перевалова. Поставил?
– Пытаюсь. Не могу понять, зачем ему убивать жену.
– Она сломала ему всю жизнь.
– Он её ненавидит и хочет одновременно. Они собираются заняться любовью. Он идёт к ней в спальню. Они ласкаются, целуются. И она произносит имя случайно другого мужчины. Игорь, к примеру. Перевалов звереет и душит её.
– А ты логично мыслишь, – похвалил своего помощника Доверчивый. – Давай дальше.
– Потом Перевалов опомнился, понял, что совершил нечто страшное. Он заметает следы и ретируется из своего дома.
– И всё? Это очень просто. Нужны детали.
– Он мог попытаться покончить с собой, но не смог.
– Каким образом?
– Повеситься или наглотаться таблеток. Ему не хватило духу – это сделать. Доверчивый сел на стул у окна и поглядел вниз на улицу, рассуждая:
– Заметь, он убил и делает вид, что ни при чём. Для этого нужно иметь стержень, выдержку или…
– Быть запредельным циником. Человеком лишённым всякой жалости и сочувствия к другим людям.
– Идея. Надо покопаться, как следует, в биографии нашего дорогого футболиста, наверняка у него найдётся немало скелетов в шкафу, которые нас приведут к отгадке этого преступления.
– Это всё на уровне гипотез. Но, как другие подозреваемые. Их тоже надо разрабатывать.
– Вот и разрабатывай, но акцент делай на Перевалове.
30 глава
Перевалов утром ехал на своей машине в Фёдоровский посад на работу. Зазвонил его мобильник. Звонил Чудин. Валерий включил громкую связь.
– Слушаю.
– Валерий, это Лев.
– Рад вас слышать.
– Взаимно. Вы не могли бы поговорить с руководством клуба относительно цены, которую они хотят получить с продажи команды. Представляете, они теперь уже хотят не один миллион долларов, а два. Это ни в какие рамки не помещается.
– Команда идёт на первом месте. Что вы хотите? Хотели купить чемпионский клуб за три копейки?
– Ну не за три.
– За пять.
– Я предлагаю семь сотен штук баксов. Это очень не хило для Фёдоровского посада. Уговорите Седова принять моё предложение.
– И что мне будет за это?
– Премия – сто тысяч долларов.
– Это только слова.
– Я готов оформить договор.
– Это всё очень интересно, но я хотел бы знать, что ожидает клуб, когда вы его приобретёте.
– Клуб будет процветать. Я всё поставлю на коммерческие рельсы. Будет продаваться всё: символика, права на трансляцию, реклама на стадионе и форма.
– Вы полагаете, это может приносить доход?
– Доход может приносить всё. Нужны только хорошие мозги. Я торгую уже не один десяток лет.
– А кто будет тренером?
– Конечно, ты. Если тебе это будет интересно.
После тренировки Перевалов зашёл к Розину в его кабинет. Тот смотрел видео на телефоне и пил кофе.
– Жень, дело есть на миллион долларов.
– Если на миллион, это мне нравится. Миллион будем пополам делить?
– Если серьёзно, мне Чудин звонил, просил Седова уговорить продать ему клуб за семьсот штук долларов.
– Мне-то с этого какой бонус?
Перевалов пожал плечами.
– Но команде же будет от этого лучше.
– Ты уверен в этом?
– Зачем же клуб нужен Чудину, если не для его развития?
– Да, кто знает этого жулика, что ему надо от команды? Может быть, для афёры какой-нибудь. Ты так ему веришь?
– Он хочет, чтобы команда процветала.
– Думаешь, это реально?
– Но мы же идём на первом месте.
– Это сейчас, а что будет дальше неизвестно.
– Ты как-то совсем пессимистично смотришь на перспективы развития команды.
– Ладно, Валер, я поговорю с Седовым. Обещаю.
После посещения Розина Валерий зашёл в раздевалку к девчонкам, чтобы дать им напутствие перед длинными выходными. В чемпионате начинался перерыв между кругами. "Экскаватор" закончил круг победой в гостях над московской "Родиной" со счётом один ноль и ничьёй с "Мордовией" дома два два.
В раздевалке на скамейке сидел Рапонов. У него на коленях пристроилась Даша Дурова в одном нижнем белье. Ярослава Москвина и Инна Золотова танцевали полуголые. Где-то был телефон, из которого играла музыка. Другие девчонки гоготали и веселились. Остальные принимали душ. Перевалов позеленел в миг и крикнул:
– Рапонов, ты, что себе позволяешь?! Кто тебе позволил устраивать в команде разврат?! Немедленно зайди ко мне в кабинет!
В своём кабинете Перевалов сел за свой стол, нервно бессмысленно перебрал на нём бумаги.
Вошёл Рапонов.
– Валерий Егорович…
– Рапонов.
– У меня вообще-то имя есть…
– Не выёживайся, Рапонов. Ты здесь никто и звать тебя никак. Ты здесь находишься лишь по моей милости. Надо будет – вылетишь отсюда, как пробка из-под шампанского, и никто о тебе не вспомнит. Ты на фига развращаешь моих девчонок?
– Ваших?
– Не придирайся к словам!
– Я никого не развращал.
– А это, что было?!
– Что именно?
– У тебя голая футболистка сидела на коленях.
– Она же не вся была голая.
– Я тебя попрошу впредь держать себя в руках и не допускать развратных действий в отношении футболисток.
– Я могу уйти из команды. Тут мёдом что ли намазано? Зарплата ни о чём, начальство говно.
– Правильно думаешь, конструктивно.
– Я гляжу вас совсем не заботит здоровье девушек. Кто им будет оказывать медицинскую помощь, случись что?
– Ничего, сами окажем себе помощь, справимся без сопливых.
Перевалов на машине поехал домой. В дороге ему позвонил Костя Чистов.
– Дружище, у меня для тебя отличные новости. Я еду к тебе. Надо перетереть с глазу на глаз важную тему.
– Я буду дома через сорок минут.
– А я подъеду через час.
– Отлично.
Костя приехал точно, как и говорил. Он заехал во двор дома Валерия.
– Поужинаем? У меня есть пицца, – предложил хозяин.
– Съем кусочек по такому случаю.
Они разместились в столовой и принялись обсуждать дела за едой.
– Валера, это контракт века. Тебя заметили. Первая лига "Торпедо". Зарплата триста тысяч рубликов в месяц, плюс премии за победы и бонус в виде двух миллионов рублей за выход в Премьер-Лигу, – обрадовал своего клиента Чистов.
– Значит, справедливость есть на этом свете.
– Ты это заслужил. Так вкалывать в этой дыре…
– А, что будет с девчонками?
– У них будет другой тренер.
– Я привык к ним.
Костя засмеялся.
– Привык. У тебя, что с ними интимная связь установилась?
– Причём тут интим. Мы идём на первом месте. Мы можем стать чемпионами. Я много выигрывал, но никогда не был чемпионом.
– Валера, ты уже блажишь. Это бабский футбол. А там мужики и реальные уже бабки, карьера, успех, признание, слава. Это твой шанс. Может быть, последний. Если обделаешься с этим "Экскаватором", о тебе потом никто и не вспомнит.
– У меня есть время на подумать?
– Две недели, но имей в виду, что я уже сказал людям, что ты согласен на девяносто девять процентов.
