![](/files/books/160/oblozhka-knigi-margo-376507.jpg)
Текст книги "Марго"
Автор книги: Виталий Кленов
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Глава 4
Приехав утром домой, Максим принял душ и улегся в кровать. Заснуть сразу у него не получилось: он все время думал о Марго, и от мысли, что в его жизни появилась она, на сердце приятно ныло. Конечно, у Максима и до этого были девушки, были даже небольшие романы и интрижки. Но такое, чтобы днем и ночью он мечтал о ком-то, мечтал жить с кем-то под одной крышей, с ним случилось впервые. Максим вовсе не был закоренелым холостяком, но раньше он никогда не задумывался о создании собственной семьи, а вот сейчас такая мысль не вызывала у него никаких возражений. Он вспоминал слова, сказанные Алексеем в ресторане: «И ты теперь давай догоняй». И чем больше Максим об этом думал, тем сладостней становилось у него на душе.
Вчера вечером, когда он увидел ее на вокзале, Максим вдруг осознал, что вся его жизнь перевернулась: он готов был признать, что очень дорожит Марго и совсем не хочет ее терять. Нет, это вовсе не любимая игрушка, отобранная у ребенка. Это гораздо больше…
Приветствуйте, вот и она! Восхитительная распорядительница чужих судеб, всемогущая богиня, имя которой – Любовь! Именно она способна необъяснимым образом переплести судьбы двух разных людей в одну. Переплести их в одни мечты, одни желания, одни интересы. Благословенен тот, кому повезет быть обласканным этой капризной красавицей. И Максим уже понимал – он влюблен! Он попал в сладкий плен, и теперь его сердце было наполнено морем волнительных, трепетных ожиданий…
Наконец он уснул, утомленный своими мечтами, и отсыпался за ту долгую ночь, которой гулял по улицам Петербурга вместе с самой замечательной девушкой на свете, за ту бессонную ночь в поезде, проведенную в тревогах и переживаниях, отсыпался до тех пор, пока его не разбудил телефонный звонок. Ничего не понимая спросонья, Максим тут же схватил телефон. С экрана на него смотрела задумчивая Марго, сидящая на спуске к Неве. Сон как рукой сняло.
– Алло, – раздался из трубки долгожданный голос. – Привет.
– Привет! – возбужденно произнес Максим и заелозил по краю матраса, не находя себе места. Потом успокоился и сказал: – Я так рад тебя слышать.
– Я тоже. Прости, видела все пропущенные от тебя звонки. Оказывается в тот вечер, я свой телефон на «Террасе» случайно оставила. Думала, что уже не найду и придется сим-карту восстанавливать. А он провалился за подушку и лежал там до тех пор, пока вчера какой-то мужчина виброзвонок не почувствовал.
– Хорошо, что нашелся. Ты не представляешь, что вчера я только не передумал, – сознался Максим, совершенно не стесняясь своих чувств. – Я ведь, если честно, уже снова к вам собрался ехать.
– Приезжай, – просто сказала Марго.
– Обязательно приеду, – ни секунды не раздумывая, тут же ответил он.
Как же это хорошо – понимать и не стесняться друг друга! Они проговорили целый час. Максим рассказывал Марго, как бродил по городу, как звонил ей и сам ждал звонка от нее, как ужинал в ресторане, рядом с ее домом, а потом мчался в такси на вокзал. Марго смеялась и рассказывала, как сидела за столом среди родственников, понимая, что он не может ей дозвониться. И что уйти оттуда было совершенно невозможно, да и непонятно куда. Рассказывала, что очень хотела его проводить, и сразу, как только вышла от бабушки, взяла такси и поехала на вокзал, вспомнив, что Максим уезжает около десяти. Они говорили и не могли наговориться, будто расстались давным-давно и не виделись целую вечность. И когда, попрощавшись, Максим с Марго закончили разговор, оба находились в прекрасном расположении духа.
Так теперь проходили их дни – в бесконечных звонках и переписке, которая начиналась с самого утра – «добрым утром» и заканчивалась поздним вечером пожеланием «доброй ночи». А когда Марго обронила, что в конце недели родители собираются в театр, Максим придумал ей замечательный сюрприз. Он попросил Алексея организовать в пятницу доставку цветов и шампанского к Марго домой и пригласил ее на интернет-свидание.
Ровно в семь часов Максим включил компьютер и позвонил ей по «Скайпу». Марго тут же ответила и появилась на экране монитора. Ее глаза сияли от удовольствия – было видно, что ей нравилось то внимание, которое оказывал Максим. На столе рядом с Марго стоял огромный букет свежих роз и бутылка шампанского.
– Привет, – Максим помахал ей рукой.
– Привет, – Марго приложила кончики своих пальцев к губам и, поцеловав их, сдула воздушный поцелуй в его сторону.
Максим показал, что этот поцелуй попал ему прямо в сердце, и зажал его руками. Они рассмеялись, а потом, открыв шампанское каждый со своей стороны, наполнили бокалы и чокнулись через экраны мониторов.
– Со свиданием! – улыбнулся Максим и выпил свой бокал до дна.
– Со свиданием! – Марго тоже допила свой бокал и перевернула, показав, что у нее на дне тоже не осталось ни капли. – Вот так вот!
– Оказывается, я так давно тебя не видел.
– Целую тысячу лет, – весело подтвердила она. – Скоро увидимся.
– Это точно. Я уже билеты присмотрел на следующие выходные. Надеюсь, ты еще ничего на них не запланировала?
– Как, на следующие выходные? Я же в пятницу в командировку уезжаю! – Марго в ужасе прижала к лицу ладони и, увидев его растерянное лицо, рассмеялась. – Шучу, приезжай, конечно. Обещаю быть твоим личным гидом по городу.
– Фу-у. Второй раз ты меня подлавливаешь, – выдохнул Максим. Он безнадежно покупался на ее шутки.
– Итак, Максим, я первый раз в гостях у тебя дома. Давай показывай скорей свои владения. Мне ужасно интересно видеть, где ты живешь, – облокотившись на стол, Марго подперла подбородок руками и всем видом демонстрировала свою готовность к подробной обзорной экскурсии. – Начинай.
Максим взял в руки ноутбук и, передвигаясь по квартире, стал рассказывать, подражая ведущему популярной телепередачи:
– Итак, дорогие друзья, сейчас мы с вами находимся в одном из красивейших районов Москвы: так сказать, в самом сердце столицы нашей родины – в квартире одного из простых местных жителей, или, как его еще называют – «москвича». Как вы можете заметить, «москвич обыкновенный» любит в квартире порядок. На кухне, выполненной в изысканном классическом стиле, всегда чистота и порядок, посуда аккуратно стоит на полках, а на полу не видно ни единой пылинки. Далее мы с вами перемещаемся в помещение, именуемое гостиной комнатой, в которой москвич иногда смотрит телевизор и выпивает рюмку-другую с такими же, как и он, одинокими москвичами – мужского, прошу обратить на это внимание, пола. Английский стиль, доминирующий в убранстве этого помещения, свидетельствует о наличии у москвича, в общем-то, хорошего вкуса. Пройдя холл-прихожую, мы оказываемся в святая святых жилища москвича – в его скрытом от посторонних глаз пристанище, где самец-москвич одиноко коротает долгие зимние вечера в ожидании, когда в его заботливо обустроенное гнездышко прилетит такая же одинокая, как и он, самка. Самец-москвич является однолюбом и, как правило, они с самкой создают крепкую дружную семью и живут вместе до глубокой старости, выращивая таких же красивых и…
– Слишком шустрых, как их еще иногда называют, малышей-москвичей, – продолжила за него Марго.
– Верно, – согласился Максим, – И для этой цели предусмотрительный и благоразумный самец-москвич подготовил отдельный уголок.
Он отворил прикрытую дверь и направил камеру на одиноко стоящий диван в совершенно пустой комнате.
– Максим, какой же ты молодец! У тебя очень красивая и просторная квартира, – Марго показала ему большой палец, поднятый вверх, – и сделано, на мой взгляд, все идеально. Кстати, я видела, у тебя в спальне есть гардеробная комната. Покажешь ее? Или именно там проживает главный беспорядок этого дома?
– Там проживает не беспорядок, а порядок этого дома. На полках лежит чистое постельное белье и полотенца, а на плечиках аккуратно развешаны свежие рубашки, – Максим переводил камеру с одной полки на другую и ехидно комментировал. – Такого результата самец-москвич добивается упорным, кропотливым трудом и врожденным чувством прекрасного.
– Ладно, самец-москвич, теперь я убедилась, что ты действительно проживаешь в своем гнездышке одиноко. Женских вещей нигде не наблюдается, – выдала заключение Марго, – фотографий тоже.
– Ну, ты и штирлиц»! С тобой только в разведку ходить, – рассмеялся Максим, ставя ноутбук обратно на стол. – Значит, тебе понравилось?
– Очень понравилось. Ты хорошо потрудился, – искренне созналась она. – И давно ты проживаешь в этих хоромах?
– Совсем недавно, еще даже пары месяцев нет. Въехал перед самой поездкой в Питер. Ты не представляешь, Марго, что пришлось пережить за это время. Строительные рынки и магазины, снова строительные рынки и снова магазины. И так повторялось каждую неделю, каждый день, – поделился Максим и вновь шутливо продолжил. – «Не каждый молодой самец-москвич доживет до середины ремонта».
– Зато теперь у тебя есть свое жилье, – похвалила его Марго и поинтересовалась. – Ты специально такую большую квартиру покупал?
– В принципе, да. Сейчас, конечно, мне столько комнат не нужно, но рано или поздно все может поменяться – не буду же я все время жить один, – многозначительно закатывая глаза, закончил свою мысль Максим.
– Самец-москвич вы, товарищ Шубин! – высказалась по этому поводу Марго.
– Думаешь? Моя мама с тобой бы не согласилась, – произнес в ответ Максим и поинтересовался: – Это ты сейчас в своей комнате? Выглядит уютно.
– Да, это мой уголок, – подтвердила Марго и медленно провела камерой из одной стороны в другую.
В центре комнаты стояла кровать с двумя тумбочками по бокам. На них, помимо светильников, расположилось множество всякой всячины: часы, фоторамки, шкатулки, какие-то игрушки – все очень нужное, и все под рукой. Слева от кровати занял место довольно приличных размеров шкаф-купе. Оно и понятно – женщина! А вот справа, прислоненным к стене, стояло высоченное, совершенно из другой эпохи, зеркало в тяжелой старинной раме, перед которым на полу валялась пара прелестных туфелек. Вещь эта настолько естественно вписывалась сюда, приковывая значительную часть внимания, что не просто дополняла и украшала интерьер комнаты, а непроизвольно переносила вас во времена совершенно других столетий.
Между двух окон стоял туалетный столик, заставленный баночками, скляночками, пузырьками, флакончиками и прочими женскими штучками. На соседней стене, напротив кровати, висел телевизор, а справа находился книжный шкаф. Гнездышко Марго выглядело обжитым и уютным, и в нем чувствовалось присутствие женской руки, чего так не хватало в квартире Максима. К тому же, полки и стены комнаты украшали семейные фотографии, портреты, натюрморты и пейзажи акварелью, которые придавали комнате обжитой и законченный вид.
– Марго, как же здорово! Вот так должна выглядеть настоящая жилая квартира: у меня дома просто аккуратно и чисто, а у тебя уютно – каждая вещь на своем месте. Сразу чувствуется, что здесь все подбиралось годами, – заключил Максим. Ему было приятно увидеть кусочек квартиры, где каждый день засыпает и просыпается Марго, словно он прикоснулся к чему-то личному, что доверяют и показывают далеко не всем, а лишь очень близким людям. Максим взял шампанское и сказал. – Предлагаю выпить за замечательную хозяйку этой комнаты. За тебя!
– А давай, – согласилась она.
Они снова налили в бокалы и чокнулись через экраны компьютеров. Марго в этот раз едва пригубила и поставила свой бокал на стол. Вверх потянулись тонкие ниточки пузырьков.
– Зато, Максим, ты внес в интерьер моей комнаты такое чудесное дополнение, которого здесь не хватало, – Марго придвинула к себе охапку роз и вдохнула их аромат. – Спасибо, ты очень внимательный. Правда, когда все это увидели мои родители, то чуть не передумали идти в театр: маме очень хотелось узнать, что же тут происходит? Представляешь, сколько будет вопросов, когда она вернется.
– И что ты ей скажешь? – Максиму стало интересно, как она будет выкручиваться.
– Расскажу все как есть, конечно, – безапелляционно заявила Марго и направила в его сторону палец. – Ты сам виноват – устроил такую интригу.
– Ты расскажешь ей про меня? – удивился Максим, хотя ему на самом деле стало приятно.
– Мне кажется, что обо всем надо всегда говорить честно, тогда в будущем будет гораздо меньше проблем. Тем более что я и так собираюсь рассказать маме о том, что у меня появился замечательный друг, – совершенно искренне произнесла Марго, и вдруг глаза ее хитро заблестели. Максим приготовился.
– Самец-москвец! – прыснула она. – Мама бы твой рассказ не одобрила.
– Вот только, пожалуйста, не обязательно маме об этом знать, – возмутился Максим. – Представляешь, как я себя потом буду чувствовать, если мы когда-нибудь встретимся.
– Раньше надо было думать, – веселилась Марго. – А маму ты точно увидишь. И еще папу! Он, знаешь, какой у меня суровый? У него и ружье охотничье есть.
– Марго! Заканчивай! Я так и представляю твоего отца с залихватски закрученными вверх усами: будто он стоит в охотничьей шляпе с пером, рубашке с засученными рукавами, в брюках на подтяжках и тщательно в меня целится, а твоя мама все подталкивает его сзади в плечо и спрашивает: «Ну? Чего ты там возишься?»
Марго снова прыснула со смеху и, с трудом отдышавшись, вытерла слезы с глаз.
– Максим, – она все никак не могла начать говорить. – Ты такой … Мне так легко с тобой, будто я знаю тебя целую вечность. Правда.
– А мне не очень, – произнес Максим, продолжая изображать испуг. – Я теперь боюсь твоих родителей. Они наверняка стреляют без предупреждения. Пуф-ф! Пуф-ф!
– Ладно, хорошо, – сдалась Маргарита, – не буду я передавать маме твой рассказ про самца-москвича. Но про остальное – буду! – безжалостно закончила она.
У них было отличное настроение, будто они сейчас вовсе и не находились в разных городах, а пробыли весь вечер вместе, в одной комнате.
– Максим, – обратилась к нему Марго.
– Что?
– Спасибо тебе, – ее глаза светились. – За цветы, за этот чудесный вечер! За то, что ты подарил мне такое хорошее настроение. Похоже, ты знаешь, как очаровывать и соблазнять женщин, – Марго замолчала.
Каким-то нутром Максим почувствовал, что она хочет услышать сейчас от него.
– Никакой я не соблазнитель, – сказал он, – просто очень рад тебя видеть! Прошло всего несколько дней, а я невероятно соскучился. По тебе, по твоим глазам! Вот сейчас увидел тебя, и мне снова стало хорошо. И, если честно, я очень счастлив, что… в моей жизни появилась ты. Ты мне очень… важна. И я рад, что ты побывала у меня в гостях, и первая после родителей увидела мою квартиру, – Максим говорил медленно, тщательно подбирая слова, пытаясь совладать со своими чувствами, хоть это и не особо у него получалось.
И, когда он замолчал, их глаза досказали все сами за себя. Марго взяла со своего стола плюшевого мишку, прижала его к себе и поцеловала. Максим улыбнулся.
– А вдруг за дверью папа с берданкой, – сказал он пугающим голосом.
– Он у меня хороший. Я пошутила, – Марго ласково смотрела на него.
Лишь влюбленным дано понимать друг друга без слов. И только им дано читать по глазам, о чем молчит другой. Каждый взгляд, каждое движение в такие моменты становятся настолько значимыми, что их невозможно переоценить. Влюбленные люди готовы часами смотреть друг на друга, не видя и не замечая ничего вокруг; в такие мгновения между ними начинает зарождаться, и с каждой минутой, с каждой секундой становиться все явственней и ощутимей, особая незримая связь. Весь мир тогда останавливается и замирает…
В прихожей у Марго щелкнула дверь.
– Маргарита, ты дома? – раздался из коридора женский голос, вернув их на землю.
– Да, мам, – громко ответила Марго. – Вы уже пришли?
И повернулась к Максиму.
– Пока. Скоро увидимся. Ты очень хороший.
– Ты с кем разговариваешь? У тебя гости? – уже открывала в комнату дверь мама.
– Целую, – напоследок прошептала она.
– И я тебя, – успел попрощаться он, и Марго выключила монитор.
Глава 5
Сквозь сон где-то внизу у подъезда хлопнула дверца автомобиля. Звукоизоляция в квартире Максима была хорошей, но летом окна, выходившие во двор, он держал открытыми настежь, чтобы ночной воздух, доносимый сюда из Серебряного бора, наполнял спальню свежестью и помогал выспаться. В субботу утром только шум отъезжавших на дачи машин нарушал драгоценную тишину. Все же остальные – кто был вынужден остаться в городе, отдыхали и старались эту тишину сохранить. Это была их возможность выспаться сразу за всю неделю. Хлопок дверцы потревожил утренний сон Максима, но он сумел справиться с этим и вновь погрузился в царство Морфея. Лишь спустя полчаса Максим медленно и с наслаждением стал пробуждаться. Сквозь незадернутые шторы мягкие солнечные лучи забрались к нему на кровать, подкрались к плечам и стали ласково греть спину. Лежать не шевелясь было так приятно, что Максим с удовольствием растягивал время. Он знал, что сон безвозвратно ушел и больше уже не заснуть, но не торопился открывать глаза до тех пор, пока оставаться неподвижным стало невыносимо. Тогда Максим перевернулся на спину и долго потянулся, прогоняя сладость по всему телу, затем расслабился, открыл глаза и мечтательно закинул руки за голову. Так и остался лежать, просыпаясь окончательно.
В такие дни самое большое удовольствие заключалось в том, что тебя никто не беспокоил, не ворочался рядом и не мешал наслаждаться сладкими минутами «послесонья». Так было до сих пор, до недавнего времени. Но неожиданно все поменялось, и Максим перестал так считать. А случилось это после того, как в его жизни появилась Марго. И теперь Максим уже не находил ничего замечательного в том, что живет один. Почему-то это перестало доставлять ему удовольствие – наоборот, Максиму совсем не хотелось просыпаться в этой огромной кровати одному…
Он протянул руку к тумбочке, нащупал мобильный телефон и посмотрел на время. Еще раз сладко потянулся и решительно встал. С улицы в комнату полился колокольный звон. Рядом с домом на берегу Москва-реки стояла церковь, и каждые выходные дни ему был слышен ни с чем несравнимый переливчатый звон колоколов. Максиму очень нравилось, что дом находился рядом с этой старинной белокаменной церковью, построенной еще Годуновым: у Максима была возможность в любое время зайти в нее, чтобы постоять позади молящихся прихожан, поставить свечку Николаю Чудотворцу, а на Рождество или Крещение, отстояв огромную очередь, набрать бутылку святой воды…
Позавтракав, Максим надел спортивные шорты, футболку и спустился вниз на парковку, где хранился велосипед. Настроение было превосходным. Он проехал мимо охраны, махнул им рукой и выехал из гаража. Повернув вниз по улице, он проехал под Живописным мостом, и оказался в любимом Серебряном Бору.
Обычно Максим не составлял заранее маршрут, вот и сейчас он ехал по дорожке и поворачивал туда, куда ему вздумается. Он обгонял людей, прогуливающихся здесь и парочками, и целыми семьями, обгонял шумные компании молодежи, торопившиеся первыми занять себе место у мангалов, которых хоть и было здесь много, но никогда не хватало на всех. Здесь находили возможность, не мешая друг другу, отдыхать люди любых возрастов и самых разных интересов. Кто-то просто прогуливался, кто-то, надев наушники, целеустремленно бегал по протоптанным дорожкам, а кто-то просто сидел на уютной лавочке под соснами и читал книгу. Встречались и такие же, как он, велосипедисты. Максиму нравилось кататься по Серебряному Бору на велосипеде. Скорость, с которой он мог перемещаться, позволяла смотреть на все происходящее немного другими глазами, как бы стороннего наблюдателя. Он знал, что если бы гулял по парку пешком, то вряд ли бы изучил его так хорошо. Скорее всего, доходил бы до середины Бора, где лес становился глухим и недружелюбным, дорожки – безлюдными, а беседки – пустыми, где чувствуешь себя уже не слишком уютно, и, пожалуй, поворачивал бы обратно. А может вообще не доходил бы до этих мест.
Еще Максиму нравилось, что здесь располагались одни из самых чистых пляжей Москвы. Только он предпочитал купаться там, где отдыхающих было поменьше, поэтому забирался в глубь Серебряного Бора, где находилось его любимое место – небольшой заливчик с песчаным берегом. Максим обязательно старался приехать сюда, если позволяла погода. Конечно, этот пляж тоже нельзя было назвать безлюдным: в парке вообще практически не было безлюдных мест, но, как правило, в это время на берегу залива отдыхающих было совсем немного.
Макс снял футболку, бросил ее на траву рядом с велосипедом, туда же отправил кроссовки и, разбежавшись, бросился в воду. Вынырнув почти на середине, он стремглав поплыл на другой берег. Вода была по-утреннему бодрящей и освежающей, зато прозрачной и не взбаламученной. Наплававшись вволю, Максим вышел на берег и, зажмурившись, стал греться на солнышке. Как же было сейчас хорошо! Лучики солнца не были еще такими обжигающими как днем (когда хочется спрятаться поглубже в тень) и своим ласковым теплом приятно согревали после прохладной воды.
Вернувшись домой, Максим привел себя в порядок и отправился к родителям. Сегодня у них была годовщина свадьбы, и Максим вместе с сестрой договорились приехать к родителям, чтобы поздравить их с этим событием. Дороги в выходные были пустыми, и всего через полчаса он уже был у них дома.
– Привет, проходи, – открыл дверь отец и кивком показал в сторону балкона.
Из коридора было видно, как на кухне вокруг плиты кружатся мама с сестрой. Там что-то шипело, скворчало, грохотало и вкусно пахло.
– Мам, Свет, привет. Мы пойдем с отцом на балконе постоим, – Максим знал, что отец его ждал, чтобы спокойно покурить: в такие минуты мама старалась его не дергать и не напоминать, что он так много курит.
– Подожди, сейчас покурите, открой сначала банку с грибами, – крикнула с кухни Светлана.
Максим зашел к ним, сначала обнял маму, потом подошел и поцеловал Светку, с которой у него были прекрасные отношения.
– А где Александра? – спросил он у сестры, оглядываясь по сторонам.
– С ней вторая бабушка сидит. Лешкина мама решила мне сегодня выходной устроить.
– Отлично выглядишь, кстати. Похудела что ли? – окинул Максим взглядом сестру.
Это не было дежурным комплиментом. Светка действительно хорошо выглядела. Сразу после беременности она набрала лишний вес, но теперь постепенно приходила в норму. В отличие от Светки Максим походил на отца, только повыше. Светка же была похожа на маму. Такие же короткие светлые волосы, такие же серо-голубые глаза и даже такое же выражение лица, когда сердилась или смеялась.
– Ну да, похудела немного, – Света отчего-то смутилась и как-то странно посмотрела на него. – Сам вон, в какой форме. Так что стараемся от тебя не отставать.
– Я смотрю, как вы тут стараетесь. Наготовили – опять из-за стола невозможно будет подняться, – проворчал Максим, указывая на полные тарелки. – Ладно, давайте сюда свою банку.
Когда все было готово, мама позвала их к столу, который, как всегда у родителей, был накрыт так, словно они собирались несколько дней отмечать Новый год. Все расселись на привычные места, облюбованные за долгие годы, и спустя некоторое время, перекусив и выпив за здоровье родителей, стали разговаривать каждый о своем: Максим с отцом о рыбалке, мама со Светой о том, как растет ее дочка, маленькая Александра. Дождавшись, когда отец выйдет покурить, а мама отправится на кухню, Максим поделился со Светкой, что, кажется, он влюбился. Она заговорщицки заулыбалась: ей было забавно, что старший брат, наконец-то, кем-то всерьез увлекся.
– Макс, давай после родителей заедем в кафешку и поболтаем, – предложила Светлана.
– Давай, – согласился он и обнял сестру. – Я с удовольствием.
Заехав в ближайшее кафе, они взяли по чашечке кофе, и Максим рассказал сестре о том, что познакомился с девушкой. Что зовут ее Марго, что живет она в Петербурге, и теперь он все время только о ней и думает.
– Макс, я очень за тебя рада. Женишься на ней? – весело поинтересовалась Светлана.
– Отстань, – улыбнулся Максим. – Не знаю… Наверное… Подожди ты.
– Максим, это так здорово! А то все работа, да работа. Так и не заметишь, как вся жизнь мимо прошла. Хорошо, что у тебя девушка появилась. Так и представляю, как приезжаю к вам в гости: мы на кухне готовим с ней что-нибудь вкусненькое и болтаем о нашем, о девичьем. Класс! – размечталась Светка. – А она красивая?
– Очень, – подтвердил довольный Максим. – Очень красивая.
Светлана сидела и смотрела, как меняется лицо брата во время его рассказа о Марго.
– Ма-а-акс, – требовательно произнесла она.
– Что? – недоуменно посмотрел он на сестру.
– Давай уже показывай скорей ее фотку. Ты думаешь, мне не интересно увидеть, в кого влюбился мой старший брат, – насела на него Светлана, дергая за рукав. – Быстро показывай свою «петербуржскую» красавицу.
Максим замялся, но, решив, что сестре все-таки можно и показать, достал из кармана телефон и открыл фотографию Марго.
– Понятненько. Теперь я тебя совсем редко буду видеть, – подытожила Света, с интересом разглядывая фотографию. – Ты теперь, наверное, в поезде будешь жить: туда-сюда, туда-сюда. Она и в самом деле очень красивая.
– Правда? – ему было приятно.
– Правда, правда, – засмеялась Светлана. Телефон Максима зазвонил у нее в руках, и она передала его обратно брату. – Держи и не отпускай.
Максим посмотрел на экран телефона – звонил Алексей.
– Алло, Лешка, привет, – обрадовался Максим.
– Привет, Макс. Как дела? Ты где сейчас? – услышал он голос друга.
– Как где? В Москве, – удивился вопросу Максим, а потом у него промелькнула догадка. – Ты что, в Москве сейчас? Один? С Галиной?
– Вот – решил устроить другу сюрприз, а его дома нет, – стал разыгрывать из себя обиженного Алексей. – Так-то ты друзей встречаешь!
– Ты что, рядом с моим домом, что ли? – не переставал удивляться Максим. – Жди и никуда не уходи, буду через двадцать минут.
Светлана все слышала и только спросила:
– До метро подвезешь?
– Почему до метро? До подъезда.
По пути Максим, как и обещал, завез сестру к самому подъезду и помчался к Лешке. Припарковавшись у своего дома, он вышел из машины и стал оглядываться по сторонам – Алексея нигде не было видно. Тогда он достал телефон, как вдруг его сзади окликнули:
– Максим.
Он вздрогнул. Этого он не ожидал. С лавочки напротив дома поднималась Марго.
– Привет.
Не в силах сдержаться, Максим бросился к ней и обнял.
– Привет. Не могу поверить своим глазам – вот Лешка, вот негодник! Вы теперь с ним в паре работаете? Да? – он радостно тараторил и не выпускал ее из своих рук. – Я ведь подумал, что это он ко мне приехал. А вы, оказывается, с ним сговорились. Ты же вчера мне ничего не сказала, что приедешь.
– Вчера я и сама еще ничего не решила. Я только задумалась тогда об этом, – сказала Марго, продолжая стоять в его объятиях. – А сегодня утром проснулась и поняла, что хочу воспользоваться твоим приглашением.
Вокруг шли прохожие, обтекая их с разных сторон: кто-то, не обращая никакого внимания, кто-то, поглядывая не слишком одобрительно, а кто-то, наоборот, улыбаясь при виде двух счастливых молодых людей.
– Марго, какая же ты молодец, я бы ни за что до следующих выходных не дожил, – проговорил Максим.
– Вот и пришлось приехать тебя спасать, – улыбнулась Марго и, не удержавшись, сказала ему. – Максим, я сейчас задохнусь.
– Прости. Это я от радости, – Максим расцепил объятия и забрал у Марго дорожную сумку.
– Сначала при знакомстве мне чуть руку не сломал, теперь так стиснул, что вздохнуть невозможно, – весело ворчала она, взявшись за его руку.
– Пойдем, пойдем скорей, – предложил Максим, направляясь к входным воротам. Придомовая территория была отгорожена забором. – Ты где остановилась?
Охранник внимательно посмотрел на них, поздоровался с Максимом и открыл калитку.
– Пока нигде, я же только с поезда приехала. Надеюсь, ты поможешь мне найти гостиницу поблизости, – Марго остановилась и огляделась вокруг.
Внутри двора, который был почти круглой формы, разместилась детская игровая площадка; вдоль мощеных дорожек стояли деревянные скамейки и фигурные уличные фонари, а многочисленные газоны были усажены небольшим кустарником и каштанами.
– Красиво у вас здесь, уютно. Давай я угадаю, где твои окна. Вон там? – показала Марго рукой на огромные панорамные окна верхнего этажа.
Максим отрицательно покачал головой.
– Ну и хорошо, а то я высоты боюсь, – призналась Марго.
– У меня седьмой этаж. Седьмого не боишься?
– Седьмого не боюсь, – она взяла Максима под руку, и они пошли через весь двор к подъезду.
Быть снова вместе, идти вот так – рядом друг с другом, было необыкновенно приятно. Максим смотрел на нее глазами полными восторга и рассказывал, как сегодня ездил к родителям, как потом сидел с сестрой в кафе, и как неожиданно позвонил Алексей и сказал: «Давай, мол, приезжай скорей друзей встречать». И что после этих слов он был на сто процентов уверен, что к нему в гости приехали Алексей с женой. Рассказывал, как понесся домой и, выйдя из машины, стал озираться по сторонам, и как вдруг, вместо Алексея, неожиданно увидел ее. Марго слушала, смеялась вместе с ним и держалась за его руку. Им действительно было хорошо вместе.
Они зашли в лифт, и Максим нажал кнопку седьмого этажа. Стеклянный лифт открывал обзор на противоположную сторону дома, где под окнами тянулся широкий проспект. Марго повернулась и смотрела на проспект с несущимся по нему потоком машин, на красивый красный мост с подвешенным вверху стеклянным шаром, на высоченное здание напротив.
– Интересно у тебя дом расположен. С одной стороны тишина, зелень, церквушка, а с другой – люди, машины, дома.
– Мне самому это тоже сразу понравилось. Выезжаешь с подземной парковки на улицу, и жизнь тут же начинает бить ключом, а хочется тишины – спускайся во двор, или к Москва-реке.
Они поднялись на этаж и зашли в квартиру.
– Бросай свои вещи здесь пока, – он открыл дверь в пустую комнату. – А я пойду, чайник поставлю.
– Хорошо, – Марго прошла в комнату.
– Если захочешь переодеться, комната изнутри закрывается, – на всякий случай сообщил Максим и вышел. – Жду тебя на кухне.
Марго достала свои вещи из сумки, разложила их на диване и, собрав волосы в пучок, отправилась в ванную. Вернувшись из душа, она переоделась, снова распустила волосы и пошла на кухню, где хозяйничал Максим.
Гостеприимный хозяин не сидел, сложа руки – он поставил на стол чашки, налил в блюдце варенье и нарезал сыр. Услышав, что идет Марго, он обернулся и замер.
– Что? – Марго оглядела себя, пытаясь обнаружить непорядок.
– Ты очень красивая!
– Спасибо, а то я перепугалась, что что-то не так.