Текст книги "Запретный берег (СИ)"
Автор книги: Виола Волконская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)
Запретный берег
Пролог
Моё утро началось со стыда. Ещё не открыв глаз, я вспомнила, как перебрала шампанского. В памяти всплыли тошнота, головокружение и лица людей, которые надо мной нянчились. Последним опекуном оказался Миша, брат Маши. Он держал мои волосы, пока меня рвало, умывал холодной водой... Романтика, блин. Совсем не так я планировала наше знакомство.
Но этот позор меркнет перед главным вопросом: где я нахожусь? И почему чувствую странную лёгкость внизу? Осознав, что лежу без трусов, я резко распахнула глаза. Обстановка была незнакомой. К моему удивлению, голова не болела, а тошнота отступила. На мне была белая мужская футболка, явно чужая и слишком большая.
Я не склонна к ругательствам и вообще напилась впервые в жизни. Всё-таки свадьба брата – событие особенное. Но чёрт возьми, где я? И главное – где мои вещи и чья это футболка?
– Солнышко, глазки открыла? – раздался низкий мужской голос. – Как самочувствие?
Я повернула голову. Миша стоял в дверном проёме и загадочно улыбался.
– Кошмар... – прохрипела я, глядя на него. – Мне ещё никогда в жизни не было так стыдно. Я не помню, как закончился вечер. Помню только, что мне было плохо, холодную воду и дрожь во всём теле...
– Это я тебя в душе холодной водой обливал, – он усмехнулся, и эта улыбка показалась мне слегка наглой. – Чтобы привести в чувства. Не переживай, опыт есть. С Машкой не раз возился. Вчера я взял ответственность за твоё бренное тело на себя.
– Миш... – начала я, робко встретившись с ним взглядом. – А почему я без трусов?
Он лукаво прищурился:
– Потому что твоя одежда намокла в душе. Я снял только мокрое платье. Сама бы ты точно не справилась. Принёс свою футболку, вытер полотенцем. А дальше ты уже сама управилась.
Повисла тишина. Я собиралась с силами, чтобы задать главный вопрос. Он видел меня практически голой, видел в самом неприглядном свете. Господи, какой ужас. И я совсем не помню, было ли между нами что-то ещё...
– Не переживай, крошка, – подмигнул он, словно читая мои мысли. – Я не смотрел.
– У нас ничего не было? – всё же уточнила я, стараясь говорить уверенно.
– Конечно, нет, – возмутился он и легко щёлкнул меня по кончику носа. – Ты для меня ещё слишком маленькая. Да и ты из семьи. К тому же, я не трахаю бревна.
Я просто офигела от такой речи. Это он меня бревном обозвал, да ещё и чуть ли не ребенком? Что за на фиг?
– В смысле «маленькая»?
– Ты младше моей сестры, крошка. Я и на подруг Маши никогда не смотрел как на девушек. Вы все для меня «крошки», как и моя младшая сестра.
– Мне в этом году исполнится девятнадцать! Какая же я маленькая?
– Ну, малыш, это ты со своим парнем будешь решать, где ты маленькая, а где большая.
– У меня нет парня.
– Вот и хорошо.
– Почему хорошо?
– Тебе учиться надо, а не о парнях думать.
– Ты всегда был таким занудой?
– Пытаюсь вразумить твою милую головку. Со своей сестрой я прошёл все круги ада. То, что она устраивала, лучше даже не знать.
– Но я не твоя сестра. Мы вообще только вчера познакомились. И даже если Марийка творила что-то неприличное, она мне всё равно нравится. Где мои вещи?
Я резко встала и сделала шаг вперёд. Ой зря. Мир поплыл перед глазами, меня качнуло. Моё непослушное тело тут же перехватили сильные мужские руки. Инстинктивно я ухватилась за его плечи. Наши взгляды встретились. Время словно замерло. Я утонула в глубине его небесно-голубых глаз. На мгновение мне показалось, что Миша почувствовал тот же электрический разряд, что и я.
– Не спеши, крошка, – тихо произнёс он и легко поднял меня на руки. – Тебе нужно ещё полежать. Я принесу чай с аспирином и что-нибудь поесть. Потом примешь душ, и будешь как новенькая.
– Я могу и сама дойти.
– Возможно. Но я не хочу рисковать.
– Спасибо... И прости за всё...
– Пустяки.
– Мне очень стыдно. Я первый раз так напилась.
– Давай в следующий раз я напьюсь, а ты со мной будешь нянчиться.
– Без проблем. Теперь я твоя должница.
– Ты мне ничего не должна. Отдыхай.
Он аккуратно опустил меня обратно на подушки и вышел, оставив наедине с мурашками по коже и хаосом в мыслях. Я знаю, каково это – иметь старшего брата, и знаю эту динамику. Но к Мише я не испытываю никаких сестринских чувств. Видимо, он думает иначе. Ладно, ещё посмотрим... Господи, я наверняка выгляжу как чучело после вчерашнего. Блин, ну что за невезение... Хотя, эффект будет сильнее, когда я предстану перед ним бодрая и при полном параде.
Когда приду в себя, ты у меня ещё посмотришь, какая я «маленькая». Миша, ты всего лишь мужчина, и у тебя нет шансов против меня.
Глава 1
Глава 1
Глава 1
Миша принёс чай как и обещал. Я ещё немного полежала и ушла в ванную. Нужно приводить себя в чувства. Нам ещё ехать сегодня.
Пока я пыталась привести себя в порядок, раздался стук в дверь ванной.
– Крошка, ты там жива? – голос Миши звучал подозрительно весело.
– Жива, но зла! – огрызнулась я, заворачиваясь в полотенце. – Мне нужны мои вещи.
Дверь приоткрылась, и на пороге возник Миша с виновато-лукавой улыбкой. В руках он держал комок ткани, который отдаленно напоминал мое вечернее платье. Только вот размер этого комка был… как раз для малышки, а не взрослой девушки.
– Эм… сюрприз? – протянул он.
Я уставилась на него, моргая:
– Что это?
– Твое платье, Александрина. Я решил проявить заботу и постирать его в машинке, пока ты спала. Ну, знаешь, чтобы запах перегара выветрился. Но, кажется, я перепутал режимы. Или температуру. Короче, оно… сильно село походу.
«Сильно» – было сказано слишком мягко. Платье превратилось в топ для куклы Барби.
– Миша! – взвизгнула я. – Это шелк! Его нельзя стирать в горячей воде!
– А я думал, это синтетика, какая-то прочная… – он пожал плечами, хотя в глазах плясали бесенята. – Извини. Но у меня есть план Б.
Он кивнул куда-то за спину, и оттуда появилась Маша, сияющая как медный таз. Она была уже одета в легкий летний сарафан, идеально подходящий для жаркого сочинского утра. Моя новая невестка, а по совместительству – сестра моего мучителя.
– Доброе утро, Лекси! – радостно воскликнула она, обнимая меня. – Не переживай из-за платья. У меня с собой есть запасной вариант. Мы с тобой почти одного размера, так что смело бери мои вещи. Ты немного выше, поэтому особо короткое можешь даже не рассматривать. Сегодня второй день свадьбы, мы едем на природу, там будет жарко, так что мой льняной комплект тебе отлично подойдет.
Через двадцать минут я стояла перед зеркалом в Машином бежевом льняном костюме. Выглядело это стильно, удобно и… чертовски женственно. Лен мягко облегал фигуру, подчеркивая то, что Миша упорно отказывался замечать.
– Ну что, готова к приключениям? – спросила Маша, поправляя мне лямку.
– Готова, – кивнула я, глядя в отражение. В голове уже созревал план.
Мы вышли на улицу, где нас ждали остальные. Демис, мой брат и теперь законный муж Маши, уже грузил корзины с провизией во внедорожник. Миша стоял рядом, скрестив руки на груди, и оценивающе смотрел на меня. Его взгляд скользнул по моим ногам, открытым благодаря шортам Маши, и на секунду задержался. Но тут же он нахмурился и отвернулся, буркнув что-то про «детский сад».
– Так, план на сегодня такой, – объявил Демис, хлопнув в ладоши. – Едем в горы, к водопадам. Пикник, купание, шашлыки. Красота!
– Отлично, – сказала я, подходя ближе. – А маршрут кто составлял?
– Да набросали примерно, – ответил Демис. – Главное – добраться до точки.
Тут я решила действовать. Я подошла к Маше, которая уже усаживалась в машину, и тихо, но настойчиво произнесла:
– Маш, мне нужно поговорить. Наедине.
Мы отошли чуть в сторону, за угол дома.
– Слушай, – начала я, стараясь выглядеть максимально серьезно, хотя внутри всё кипело от предвкушения. – Твой брат… он считает меня ребенком. «Крошкой». «Маленькой». После вчерашнего он дал мне понять, что я для него прозрачна. Как мебель. Я не понимаю как с такой грудью и возрастом могу быть ребенком для него. Хочу его проучить.
Маша рассмеялась:
– Ой, да он просто старый ворчун. Он всех так воспринимает, кто младше тридцати.
– Нет, Маш. Это принцип. И меня это бесит. Я хочу ему доказать, что я взрослая девушка. Что со мной можно обращаться не как с хрустальной вазой, а как с… ну, ты поняла. С равной.
– И что ты предлагаешь?
– Я хочу пройти весь этот туристический маршрут. Весь. От начала до конца. Но не просто так. Я хочу, чтобы Миша был моим личным гидом и телохранителем. Чтобы он видел, как я легко преодолеваю трудности, как я смеюсь, как я живу. Чтобы он не мог отвести глаз. От моей задницы в твоих шортах.
Маша хитро прищурилась:
– Звучит как вызов. И мне нравится. Но есть нюанс. Демис хочет расслабиться, а Миша любит все контролировать. Если я скажу Мише, что он должен следить за тобой, потому что ты сестра Демиса и «ответственность», он согласится. Он помешан на безопасности. Привык быть старшим.
– Именно! – подхватила я. – Скажи ему, что я могу потеряться, упасть, заблудиться. Что без него я пропаду. В общем сделай так, чтобы он был рядом со мной.
– Договорились, – Маша чмокнула меня в щеку. – Считай, что он твой личный конвой. Готовься, детка, будет жарко.
Когда мы вернулись к машине, Маша громко, так, чтобы слышал Миша, произнесла:
– Миш, слушай сюда. Демис сегодня хочет отдохнуть от роли организатора. А наша гостья… ну, ты сам видел, какая она неопытная в этих делах. Домашняя девочка. Горы, тропы, дикие животные… В общем, я назначаю тебя её персональным сопровождающим. Твоя задача – не спускать с неё глаз. Ни на секунду. Понял?
Миша поднял бровь, посмотрел на меня, затем на нее.
– Ты серьезно? Она вроде не ребенок.
– Серьезно, – отрезала Маша. – Или хочешь объясняться с Демисом, если с ней что-то случится? Она его родная сестра, считай, семья. А у Вики и Василисы по своему мужику. Мы все-таки девочки и нам важно опираться на мужское плечо. Так что братик давай, пригляди за девочкой.
Миша тяжело вздохнул, изображая вселенскую скорбь, но кивнул:
– Ладно. Буду присматривать. Но предупреждаю, – он повернулся ко мне, и в его взгляде мелькнуло что-то неуловимое, – если начнешь капризничать или отставать, я оставлю тебя медведям на растерзание. Шучу. Иди садись в машину, крошка.
Я усмехнулась, залезая в машину. «Медведям», значит? Посмотрим, кто кого съест первым, дорогой Мишка.
Дорога до горного ущелья заняла около часа. Мы ехали по серпантину, любуясь видами Сочи: зелень субтропиков, бирюзовое море вдали, величественные пики Кавказа. Атмосфера в машине была легкой и веселой. Демис включил музыку, Маша пела, подпевая радио. На втором внедорожнике позади нас ехали Василиса и Виктория со своими мужьями.
Миша вел машину сосредоточенно, одной рукой держа руль, другой периодически поправляя очки. Я сидела сзади него, и наблюдала украдкой за ним в зеркало. Он был красив, черт возьми. Резкие скулы, волевой подбородок, сосредоточенный взгляд. Смуглая кожа и эти небесного цвета глаза составляли яркий контраст. А манера держать дистанцию… Она меня только заводила.
Когда мы прибыли на место, природа действительно поразила. Воздух был наполнен запахом хвои и влажного камня. Рядом шумел водопад, сбрасывая тонны воды в изумрудную купель.
– Ну что, герой-спасатель, – обратилась я к Мише, когда он помогал мне выбраться из машины. – Куда идем?
– Пойдём по тропе к верхнему каскаду, – ответил он сухо, принимая у меня рюкзак. – И держись ближе. Камни скользкие.
Мы начали подъем. Тропа была живописной, но местами крутой. Я шла легко, наслаждаясь движением. Миша шел рядом, постоянно оглядываясь, готовый подхватить меня при каждом моем неверном шаге.
– Осторожно, корень, – предупреждал он в десятый раз.
– Миш, я вижу, – смеялась я. – Я не слепая.
– Лучше перебдеть, – бурчал он, но я заметила, как его рука инстинктивно тянулась к моей талии, чтобы поддержать, когда я оступилась на ровном месте (специально, конечно).
Его прикосновение было горячим, даже через ткань льняной рубашки. Электрический разряд прошел по спине. Я замерла, посмотрев на него. Он тоже замер. Его голубые глаза немного потемнели, зрачки расширились. На мгновение маска безразличия треснула. Я увидела в них интерес. Желание?
Но тут же он отдернул руку, кашлянул и сказал:
– Идем дальше. Не отставай.
«Не отставай», – повторила я про себя улыбаясь. Будет тебе Миша. Будет.
Василиса с Александром шли позади всех остальных. Она все фотографировала природу и заставляла Сашу фоткать её с каждым красивым кустом или куском скалы. Вика скулила, что надо было нам тупо у речки посидеть, а не переться хрен знает куда. На что Ярослав напомнил ей, когда родится ребёнок, она ещё насидится дома. Маша и мой брат шли загадочно переглядываясь.
Вдруг Ярий запел старую песню «Смуглянка», я в детстве видела военный фильм с этой песней. Все мужчины подхватили песню вместе с ним. Я была удивлена, что мой брат тоже знал слова.
Так мы и продолжили путь, напевая песни. Кругом красивая природа, а рядом приятная компания. В груди сердце так и пело. Прекрасное чувство, когда несколько людей на одной волне.
Тропа вела вверх, петляя между вековыми буками и папоротниками, которые были выше меня ростом. Воздух здесь был густым, пряным, с нотами эвкалипта и влажной земли. Демис и Маша шли впереди, держась за руки и о чем-то тихо воркуя, оставляя нас с Мишей в нашем личном пузыре напряжения. Остальные пары тоже ворковали между собой. Незнаю как Миша, но я в такие моменты чувствовала себя белой вороной.
Не знаю, что со мной было не так. Но с парнями дальше флирта у меня не заходило. Внешность моя вполне красивая, я всегда нахожу общий язык. Но как только намечается нечто другое, у меня словно тумблер срабатывает. Возможно я просто не встретила того самого. И чего я за этого Мишу уцепилась? Но я все равно докажу ему, что не прав на счёт меня. Дело принципа. Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как обогнала Мишу.
– Ты идешь слишком быстро для «крошки», – заметил он, поравнявшись со мной. Он дышал ровно, словно мы не поднимались в гору, а гуляли по парковой аллее.
– А ты идешь так, будто несешь на спине мешок с цементом, – парировала я, стараясь не сбиваться с ритма. – Расслабься, Миш. Горы любят тех, кто умеет наслаждаться моментом. А не ползти, скуля в хвосте.
Он фыркнул, но шаг немного замедлил.
– Горы любят тех, кто до них добирается живым. Вон там, видишь? – он кивнул на выступ скалы слева. – Там тропа размывается после дождей. Если наступишь неправильно – полетишь вниз. Так что смотри под ноги, а не на пейзажи.
Я послушно опустила взгляд, но краем глаза продолжала следить за ним. Его профиль на фоне зелени выглядел как иллюстрация к приключенческому роману. Солнечные блики играли в его темных волосах, а рукава рубашки были закатаны до локтей, обнажая предплечья с проступающими венами. Замысловатые татуировки завораживали. Очень хотелось разглядеть их получше.
Мы прошли еще с километр, прежде чем вышли к небольшому плато с видом на ущелье. Вид открывался потрясающий: внизу, среди камней, бурлила горная река, а дальше виднелось море, сверкающее на горизонте голубой полоской.
– Привал, – объявил Миша, снимая рюкзак. – Разделимся, остальные уже ушли вперед к водопаду, они хотят сделать фото. Мы их догоним позже. Девочки пока отдохните.
Я опустилась на большой плоский камень, разминала уставшие ноги. Вика вознесла руки к нему поблагодарив за привал. Ярий посмеялся и напомнил ей, как прошлый раз их похождения по горам ей понравились. Вика покраснела, а Ярослав обнял её и нежно поцеловал. Я невольно отвернулась.
Миша достал из рюкзака бутылку воды и протянул мне.
– Пей. Обезвоживание в горах наступает быстрее, чем думаешь.
Я сделала глоток прохладной воды и посмотрела на него снизу вверх.
– Спасибо, нянька.
– Не за что, крошка, – усмехнулся он, присаживаясь рядом, но соблюдая дистанцию в добрых полметра. – Знаешь, Александрина, ты удивительно упрямая.
– Это комплимент?
– Это факт. Большинство девушек твоего возраста на уже бы ныли, что им жарко, что камни жесткие, что комары кусают. А ты идешь и молчишь. Или шутишь. Вике простительно поскуливать, она в положении.
– Может, я просто хочу доказать тебе, что я не «маленькая»? – спросила я прямо, глядя ему в глаза.
Миша замер. Его взгляд стал серьезным, почти тяжелым. Он медленно перевел взгляд с моих глаз на губы, затем снова вверх. На секунду мне показалось, что он подастся ко мне. Что нарушит это дурацкое расстояние. Сердце забилось где-то в горле. Ярий с Викой как раз двинулись вперед. Как сказала Вика, пока моторчик пашет, надо топать.
– Ты доказываешь не то, что думаешь, Алекс – тихо произнес Миша, используя сокращенное имя, от которого по коже пробежали мурашки. – Ты доказываешь, что можешь терпеть дискомфорт. Но быть взрослой – это не значит ходить по горам в неудобной обуви. Это значит понимать последствия своих действий.
– И какие же последствия ты видишь? – вызывающе спросила я.
– Я вижу девушку, которая пытается играть в опасные игры, не зная правил, – он резко встал, отряхивая брюки. – И я вижу себя идиотом, который согласился на эту авантюру. Вставай. Нам пора. Река шумит громче, значит, водопад близко. Там скользко вдвойне.
Он протянул мне руку. Не для того, чтобы помочь подняться, а скорее как жест примирения или перемирия. Я взяла её. Его ладонь была шершавой, теплой и надежной. Когда я встала, он не сразу отпустил мою руку. Наши пальцы переплелись на долю секунды дольше необходимого.
– Пошли, – сказал он хрипло и развернулся, идя вперед.
Я смотрела ему в спину и улыбалась. Он пытался строить из себя неприступную скалу, но трещины уже пошли. Я чувствовала это. Каждое его напряжение, каждый косой взгляд, каждое резкое движение – всё это было реакцией на меня.
Мы спустились к реке. Вода была ледяной, прозрачной, как слеза. Демис и Маша уже сидели на берегу, свесив ноги в воду. Василиса с Сашей ушли дальше. Вика сидела в обнимку с Ярием.
– О, вы наконец-то доползли! – воскликнула Маша. – Миша, ты покраснел что ли? Тебе жарко?
– Физическая нагрузка, – буркнул он, избегая моего взгляда.
Миша начал расстилать плед, делая это с преувеличенной сосредоточенностью. Я села рядом с водой, осторожно опустив ноги в поток. Холод обжег ступни, заставив вздрогнуть, но это было приятно.
– Крошка, аккуратнее! – тут же отозвался Миша, хотя сидел в другом конце поляны. – Течение сильное, камни мокрые. Не хочу потом ловить твою тушку.
– Миш, расслабься, – засмеялся Демис, бросая в брата камешком. – Дай девушке выдохнуть.
– Я отвечаю за её безопасность, – огрызнулся Миша, но в его голосе не было настоящей злости. Только усталость от собственной бдительности. – Твоя жена назначила.
Маша подмигнула мне и незаметно показала большой палец. План работал. Миша был на крючке. Он не мог расслабиться, потому что следил за мной.
Вскоре мы разложили еду. Маша достала термос с чаем. Атмосфера стала уютной, домашней, несмотря на дикую природу вокруг. Мы смеялись, вспоминая вчерашний переполох на свадьбе. Все тактично не упоминали моё состояние после праздника. За что спасибо им.
– Помнишь, как твоя мама танцевала с официантом? – хохотал Демис.
– А помнишь, как Лекси пыталась научить всех танцевать тверк? – подхватила Маша, лукаво глядя на меня.
Я покраснела.
– Это было не обдуманно! И я была под градусом!
Миша, который до этого молча пил чай, вдруг тихо рассмеялся. Звук был низким, бархатистым.
– Да, это было впечатляюще, – сказал он, и в его глазах снова мелькнула та самая искра. – Особенно момент, когда ты чудом не упала в торт.
– Миша! – возмутилась я, швырнув в него кусочек огурца.
Он ловко поймал его на лету и отправил в рот.
– Вкусно, – оценил он, облизывая пальцы. И этот простой жест показался мне неприлично сексуальным.
Я отвела взгляд, чувствуя, как щеки горят. Ладно, игра в «невинную крошку» закончилась. Теперь начинается игра в «опасную соблазнительницу». И судя по тому, как Миша следил за каждым моим движением, ставки повышались.
– Кстати, – сказала я, обращаясь ко всем, но глядя только на Мишу. – На обратном пути есть смотровая площадка на закате. Говорят, оттуда лучший вид на город. Мы успеем?
Миша проверил часы.
– Если пойдем сейчас, успеем. Нужно остальным сказать. Но тропа туда сложнее. Каменистая, узкая.
– Я справлюсь, – уверенно сказала я.
– Я знаю, что ты справишься, – ответил он, и в его голосе прозвучало что-то новое. Не покровительство. А интерес. – Поэтому я буду идти рядом. Чтобы подстраховать.
«Подстраховать», – повторила я про себя. Конечно, Миша. Конечно. Убеждай себя в этом.
Смотровая площадка оправдала все ожидания. Закат над Сочи был похож на пожар: небо полыхало оттенками багрового, оранжевого и фиолетового, отражаясь в темнеющей воде моря. Ветер здесь был сильнее, он трепал волосы и охлаждал разгоряченные после подъема лица.
Я стояла у ограждения, глядя на огни города, которые начинали зажигаться один за другим, словно кто-то включал гигантскую гирлянду.
– Красиво, – тихо произнесла я.
Миша стоял рядом, засунув руки в карманы.
– Да. Мацеста с высоты выглядит как россыпь драгоценных камней.
Мы сделали несколько фотографий. Будет что вспомнить потом. Обратный путь прошел быстрее, чем подъем. Усталость давала о себе знать: ноги гудели, а в мышцах ныла приятная тяжесть. Когда мы спустились к машинам, Демис и Маша уже ждали нас, обнявшись и улыбаясь. Остальные попрощались с нами и уехали вперед.
– Ну что, выжили? – спросил брат, открывая багажник.
– Как видишь, – усмехнулась я, бросая многозначительный взгляд на Мишу. – Твой зять оказался строгим инструктором.
Пока ехали, Маша предложила своему брату приютить меня на некоторое время. Аргументировала тем, что их бабушка не в состоянии показать мне город. А они с Демисом собрались в Венецию, пока Маша ещё могла путешествовать.
Я немного опешила от предложения невестки. Миша любезно согласился показать мне город и приютить в своём доме.
Мы заехали в отель, чтобы забрать мои вещи. И оставить молодожёнов. Которые бессовестно нас бросили, скрывшись в своём номере.
Пока я упаковывала сумку, Миша стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. Он выглядел немного не в своей тарелке среди моих разбросанных косметичек и платьев, но не уходил.
– Тебе удобно будет у меня? – вдруг спросил он, когда я защелкнула замок чемодана.
– Мы же в ту квартиру едем?
– Нет, – покачал головой Миша. – Это квартира бабушки. Я там бываю наездами. Мы едем ко мне домой. В районе Мацесты. Там тише, просторнее, и есть нормальная кухня. Если ты, конечно, не боишься ехать в логово зверя.
– Большой и страшный Мишка, – рассмеялась я. – Поехали уже.
Дорога на Мацесту была живописной даже в сумерках. Солнце уже село, и темнота укутала город мягкой дымкой. В машине играла тихая музыка. Атмосфера стала более интимной, расслабленной.
– Знаешь, почему эта местность называется Мацеста? – неожиданно начал Миша, нарушая молчание. Его голос звучал мягче, чем обычно.
– Нет.
– На адыгейском «мацэ» означает «огонь», а «ста» – «вода». Огненная вода. Легенда гласит, что давным-давно здесь жил злой дух, который отравлял источники. Но одна девушка, дочь вождя, пожертвовала собой, чтобы очистить воду. Она бросилась в источник, и её кровь смешалась с водой, сделав целебной, но горячей. С тех пор сероводородные источники Мацесты лечат людей, но пахнут… ну, специфически.
– Грустная история, – заметила я. – И храбрая девушка.
– Или безумная, – парировал Миша. – Зависит от точки зрения. Но факт остается фактом: эта земля обладает силой. Она вытягивает боль. Дарит покой.
Я посмотрела на него в профиль. В полумраке салона его лицо казалось еще более резким, загадочным.
– А что болит у тебя, Миша? – спросила я тихо.
Он резко перевел взгляд на дорогу, сцепив пальцы на руле так, что побелели костяшки.
– У всех что-то болит. Просто кто-то это скрывает, а кто-то ноет. Я предпочитаю первый вариант.
Больше он ничего не сказал до самого дома.
Дом Миши оказался полной противоположностью тому, что я ожидала. Никакого стекла и бетона. Передо мной стоял уютный, красивый дом из сруба, утопающий в зелени леса. Бревенчатые стены, резные наличники на окнах, крыльцо с перилами, украшенными деревянными узорами. Всё это дышало теплом и какой-то особой, домашней атмосферой. Внутри пахло деревом, кофе и чем-то неуловимо мужским.
– Проходи в мою берлогу, – сказал он, забирая у меня сумку. – Твоя комната на втором этаже, вторая дверь. Ванная общая, полотенца чистые есть в шкафу.
Комната оказалась светлой и минималистичной. Большая кровать, панорамное окно, выходящее в сад, и полное отсутствие лишних деталей. Шкаф был встроенным.
– Спасибо, – сказала я, оглядываясь. – Очень уютно.
– Старался, – буркнул он и вышел, оставив меня одну.
Я первая приняла душ и надела короткое платье, свободного кроя, распустила волосы. Когда я спустилась вниз, Миша с влажными волосами уже был на кухне. Он стоял у плиты, помешивая что-то в сковороде.
– Проголодалась? – спросил он, не оборачиваясь.
– Очень, – призналась я, подходя ближе. – Чем пахнет?
– Паста с морепродуктами. Быстро, просто и сытно. Если не возражаешь против моего кулинарного эксперимента.
– Я ем всё, что не отравлено, – пошутила я, опираясь локтями о столешницу. – Нужна помощь?
– Можешь нарезать салат. Огурцы и помидоры в холодильнике.
Мы готовили молча, но это молчание не было напряженным. Оно было наполнено звуками ножа, шкворчанием масла и тихим дыханием друг друга. Иногда наши руки соприкасались, когда мы тянулись за одной и той же специей или посудой. Каждый раз электрический разряд пробегал между нами, но мы оба делали вид, что ничего не заметили.
Когда ужин был готов, мы сели за небольшой круглый стол на террасе. Ночь была теплой, сверчки стрекотали в саду.
– Вкусно, – честно сказала я, пробуя пасту.
– Готовить умеет каждый мужчина, который живет один, – пожал плечами он, наливая нам вина.
– Но не все готовят интересные блюда. Я бы ещё съела, но боюсь лопну.
Мы выпили по бокалу сухого белого вина. Алкоголь сегодня был легким, символическим.
– Итак, – начала я. – Раз уж я теперь твоя «подопечная» на несколько дней, куда ещё можно сходить в Сочи? Кроме гор и водопадов.
Миша задумался, крутя ножку бокала.
– Зависит от того, что ты любишь. Если культуру – то дендрарий или художественный музей. Если экстрим – парк аттракционов. Если романтику… – он запнулся, посмотрев на меня, то набережная ночью. Или ботанический сад в вечернее время. Там красиво подсвечивают растения.
– Мне нравится идея с ботаническим садом, – сказала я. – И с набережной тоже.
– Тогда составим маршрут, – кивнул он. – Но учти: никаких больше пьяных танцев с тортами. И никаких попыток доказать свою взрослость через риск. Я знаю, что тебе не пять лет. Но ты ещё слишком молода, поэтому полна амбиций.
– Обещаю только одно, – улыбнулась я, глядя ему прямо в глаза. – Будет интересно.
Миша усмехнулся, но в его взгляде я снова увидела тот самый огонёк.
– Посмотрим Александрина, посмотрим.
– Мне нравится здесь, – решила признаться я. – Чистый воздух. Тишина. Не ожидала, что твое логово будет таким уютным. Дома из дерева всегда мне нравились. Есть в них нечто волшебное.
– А ты ожидала квадратную коробку из бетона и стекла? – усмехнулся Миша.
– Почти, – призналась я, вставая из-за стола и вдыхая полной грудью. Воздух здесь был другим – чистым, напоённым запахом хвои, влажной земли и каких-то трав. – Я думала, ты живёшь в каком-нибудь хай-тек пентхаусе.
– Это для тех, кто не умеет ценить настоящее, – он подошел ближе, забирая у меня из рук тарелки. – Оставь, потом уберём. Пошли на экскурсию. Заодно жирок завяжется.
Он повёл меня по участку. Территория была большой, ухоженной, но с явными следами мужской работы. Были кустарники и розы. Мужской минимализм.
– Вот тут мангальная зона, её ещё нужно усовершенствовать, – показал он на площадку, выложенную камнем. – Уже почти закончил. Осталось только крышу надстроить и стол поставить. А вон там, – он кивнул на конструкцию из бруса в дальнем углу двора, – будет беседка. Пока в процессе. Времени не хватает, но тише едешь дальше будешь. Верно?
– Сам все делаешь? – удивилась я. – Ты что, и плотник тоже?
– Приходится, – пожал плечами Миша. – Руки из правильного места растут. К тому же, мне нравится работать с деревом. Это успокаивает.
Мы обошли дом и вышли на задний двор. И тут я увидела маленький старый домик, явно построенный давно. Бревна потемнели от времени, но ещё держались крепко. Крыша была покрыта мхом, а окна тянулся плющ.
– А это что? – спросила я, подходя ближе.
– Это дедушкин дом, – тихо произнес Миша, и в его голосе прозвучала нотка грусти. – Он здесь жил с бабушкой. Я пока не решаюсь его трогать. Внутри всё сохранилось: старая мебель, книги, посуда. Всё дышит временем, старой эпохой.
Он подошел к двери, осторожно толкнул её. Она открылась со скрипом, и мы зашли внутрь.
Воздух внутри был тяжёлым, пахло старой бумагой, пылью и чем-то ещё. Свет от фонарей, пробивал я как солнечный луч через грязные окна, освещая интерьер, застывший во времени.
В углу стояла массивная кровать с кованым изголовьем, покрытая выцветшим одеялом. Рядом тумбочка с резными ножками, на которой лежали старые часы с кукушкой. Вдоль стены книжный шкаф, забитый пожелтевшими томами. На столе керосиновая лампа, чернильница, стопка писем, перевязанных лентой.
– Господи, – прошептала я, оглядываясь. – Это как музей.
– Или как машина времени, – усмехнулся Миша, проводя рукой по столешнице. – Дедушка был коллекционером. Всё собирал, ничего не выбрасывал. Вот и получилось такое… хранилище истории.
– Почему ты не приведёшь этот дом в порядок? Это же такое сокровище.
– Приведу, п пообещал Миша. – Но не сейчас. Сначала нужно закончить беседку, потом мангальную зону. А этот дом… он требует особого подхода. Я не хочу потерять его душу, пытаясь сделать современным.
Мы вышли наружу, и Миша аккуратно закрыл дверь.
– Ладно, хватит экскурсий, – сказал он. – Уже поздно, день был насыщенным.
Убрав со стола, мы вернулись в сруб, и я поняла, почему Миша выбрал именно такой дом. Внутри было невероятно уютно. Стены из светлого дерева, камин в гостиной, мягкая мебель с пледами.
Я поднялась на второй этаж. Переоделась в шёлковую пижаму, белого цвета. В ней не жарко и если хозяин дома меня в ней увидит, не будет стыдно. Я расчёсывала свои длинные волосы, когда в дверь постучали.
– Входи, – громко сказала я.
– Если что-то нужно, я в соседней комнате, – позаботился Миша.
– А я думала, ты пришёл рассказать маленькой девочке сказочку на ночь и поцеловать в лобик.
Миша поменялся в лице и двинулся ближе ко мне. У меня перехватило дыхание. Он остановился совсем близко. Его рука скользнула по моему плечу, поднимая лямку на место. Мужские пальцы еле прикоснулись ко мне. Я замерла.
