Текст книги "Командоры для землянки: забыть или простить? (СИ)"
Автор книги: Виктория Рейнер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)
Шенгар и Лидана периодически выезжали на приемы и другие мероприятия, вернее, мужа туда вытягивала литонка, сам он не демонстрировал особого желания там присутствовать. В основном эти приемы проходили в вечернее время, но Лидана так любила всеобщее внимание, а также красоваться перед папарацци, что возвращались они зачастую уже далеко за полночь.
Сегодня они улетели в другое полушарие, и я, выждав два часа, как раз до того момента, когда начнется мероприятие, подала сигнал к началу операции Ашу с Ренсом.
А после, взяв настойку куралиса и ватную палочку, начала макать кончик в жидкость и наносить розовые пятнышки на кожу дочки. Я не боялась навредить, потому что точно знала, что этот препарат безвреден для маленьких детей, зато даст нужный эффект.
Через пять минут половина маленького тельца оказалась покрыта розовой «сыпью».
Положив Ашшанкиру в кроватку, я бросилась на первый этаж к охране. Старалась бежать как можно быстрее, чтобы сбилось дыхание.
– Тир Нексин! – крикнула, залетая на пост охраны. – С дочкой хозяев беда, кажется, она заболела!
Начальник охраны встревоженно вскинулся и тут же поднялся с места, следуя за мной в детскую.
– Вот… Смотрите! – откинула легкое одеяльце, демонстрируя сыпь. – Могу ошибаться, но это похоже на литонскую лихорадку!
Хорошенько изучив список самых серьезных детских инфекций, я остановилась на этом заболевании, потому что оно было опасно именно из-за скорости, с какой развивалось в детском организме, а также могло привести к летальному исходу.
– Я сейчас сообщу хозяевам… – начал мужчина, но я перебила его.
– Пока они прилетят сюда, может случиться непоправимое! А если это действительно лихорадка? Малышка может умереть в течение ближайших часов, а ее родители будут лететь из другого полушария слишком долго!
– Тогда я вызову врача…
– Вы что, действительно не понимаете?! Ашшанкиру нужно срочно везти в инфекционное отделение, там есть все необходимые препараты и системы жизнеобеспечения, которых нет в этом доме! Здесь ей врач не сможет полноценно помочь!
– …! – выругался наагат, а потом вызвал кого-то по рации. – Срочно подготовить аэролет к экстренному вылету!
Я стояла и не верила, что у меня получилось убедить его.
– Собирайте ребенка, через пять минут вылетаем.
Быстро надев дочке теплый костюмчик, я положила ее в специальную капсулу безопасности в виде люльки и активировала экстренный режим.
– Вы уверены, что это необходимо? – нахмурился вернувшийся за мной начальник охраны.
– Лучше перестраховаться, – коротко ответила я. – Родителям сообщили?
– Да, они вылетают обратно.
Значит, обратный отсчет пошел. Теперь все зависит от того, насколько хорошо все подготовили Аш, Ренс и Фернаш.
– Вы знаете, куда лететь? – спросил охранник, когда мы сели в аэролет.
– Лучше всего в клинику «Созвездие», у них самая современная аппаратура и для взрослых, и для детей, и работают они круглосуточно, – ответила я, нервно сжимая ручки защитной капсулы.
– Но семья приписана к другой клинике, – возразил мужчина.
– Да, но та клиника небольшая и рассчитана на стандартные процедуры, у них может не быть необходимого оборудования, и мы только потеряем время, – возразила я, молясь всем известным богам, чтобы этот бугай меня послушался. – Вы готовы так рисковать?
– Хорошо, тогда летим в «Созвездие», – немного подумав, ответил наагат, и аэролет поднялся в воздух.
Тихонько выдохнув и вытерев вспотевшие ладони о штаны, я нажала кнопку на комме и послала Ашу сигнал, означающий, что все получилось, и мы летим в нужное место.
Через десять аэролет приземлился на парковочной площадке перед зданием медицинского центра, и мы поспешили внутрь.
– Что у вас? – спросила зеленоволосая дама на ресепшене, быстрым взглядом окинув нашу компанию.
– Ребенок, возраст около месяца, подозрение на литонскую лихорадку, – быстро отчиталась я.
– Секунду, – женщина набрала кого-то на коммутаторе и повторила мои слова:
– Срочно! Ребенок, возраст около месяца, с подозрением на литонскую лихорадку, – а затем снова обратилась к нам. – Ждите, сейчас за малышом придут медики.
Через минуту к нам подбежали двое мужчин в медицинской форме с масками на лице.
– Мамочка, вы с нами, остальные ждут здесь, – услышала я голос Ренса.
Вторым, судя по комплекции, был Аш.
Начальник охраны только собирался возразить, но его прервала администратор.
– Мужчина, не мешайте, если это литонская лихорадка, счет идет на минуты! И, поскольку вы контактировали с ребенком, вам и вашим сопровождающим придется пройти в инфекционный блок для обследования.
Дальнейшее я уже не расслышала, потому что бежала вслед за Ренсом и Ашем, которые подхватили капсулу с малышкой и устремились вперед по коридору.
Забежав в лифт, первый нажал кнопку, и мы двинулись наверх.
– Почему вверх? – едва слышно поинтересовалась я. – Нам же нужно к аэролетам!
– Тише! – шикнул на меня Ренс.
В полном молчании мы доехали до верхнего этажа и вышли на пустой площадке.
– Сюда, живо! – скомандовал Аш, затаскивая меня в следующее помещение.
Отсюда дверь вела уже на крышу.
Через пару минут следом за нами вышел и Ренс.
– Лифты и межэтажные двери я заблокировал, у нас есть минут семь-восемь, быстро надевайте костюмы! – скомандовал он.
– Извини, мелкая, но с аэролетами ничего бы не вышло, там через охрану не пробиться, и по земле нас быстро догонят, – видя мой вопросительный взгляд, ответил Аш. – Придется другим путем.
Я с изумлением наблюдала, как оба надевают черные костюмы для полета, что-то вроде вингсьютов, но усовершенствованные. Когда-то я смотрела видео о таких, на них можно удалиться от точки сброса на несколько десятков километров. В отличие от обычных вингсьютов, в которых дальность полета зависит от высоты прыжка, эти позволяли улететь очень далеко даже с высокого здания. Надеюсь, пятидесятого этажа, на котором мы сейчас находимся, хватит для такого полета.
Аш и Ренс, закончив со своим облачением, быстро надели костюм и на меня.
– Две минуты! – отрывисто сообщил Ренс.
– Мелкая ты прыгаешь в связке со мной, Ренс берет капсулу с ребенком, – Аш подошел ко мне вплотную сзади и скрепил два наших костюма. – Готова?
Подтолкнув меня вперед, он встал на парапет.
– Господи, Аш, я не готова! Я не могу! – заорала я во весь голос, глядя на простирающуюся под ногами бездну.
– Можешь, Лиза, можешь! После того, что ты пережила и из чего выбралась, ты и не такое можешь! Или хочешь отдать свою дочь Лидане?
Не успела я возмутиться, как в следующую секунду тиронец оттолкнулся, и мы полетели сначала вниз, а потом горизонтально над улицами города.
– Ой, мамочки-и-и! – завопила я во всю мощь своих легких.
– Тише, не кричи! – рыкнул на меня Аш, и я заткнулась.
Повернув голову вправо, увидела темную тень, скользящую в воздухе неподалеку.
Ренс и моя малышка рядом, слава богу!
Так мы и летели, пока не добрались до окраины и не приземлились в небольшом парке.
Глава 28
– Так, у нас не больше пяти минут, – Аш разъединил наши костюмы и потащил меня по дорожке к выходу.
– А Ренс и дочка? – в панике озираясь, закричала я.
– Он точнее меня приземляется, и дополнительного груза у него на связке не было, так что этот наагшер должен уже быть возле аэрокара.
И правда, как только мы выбежали из-под деревьев, увидели летательную машину, возле которой нас уже ждал Ренс. Детская капсула стояла на заднем сиденье, туда же запрыгнула и я. Мужчины сели впереди, и аэрокар взмыл в небо.
– Нас наверняка быстро вычислят, поэтому будьте готовы ко второй части плана, – отрывисто скомандовал мой охранник.
Взлетев повыше, он повел аэрокар в сторону побережья. А еще через пять минут, глянув на панель кругового обзора, присвистнул:
– Ого, кажется, они всех подняли и направили за нами!
Оглянувшись, я увидела вдали шлейф из огней, тянущийся со стороны города.
– А мы…
– Все будет отлично, мелкая, мы все просчитали, – повернувшись и окинув внимательным взглядом меня и стоящую рядом капсулу, подмигнул мне Аш.
Правда, веселья у него в глазах не было, скорее тревога и нервное напряжение.
– Я снижаюсь, будьте готовы, – бросил нам наагшер, и я подхватила капсулу с дочкой на руки, пристегивая ее к себе ремнями, затем надела на нос специальную дыхательную насадку.
Через минуту, когда полет замедлился, подо мной и Ашем открылись люки, в которые мы и ухнули одновременно. Друг – молча, я – с громким визгом. В следующее мгновение меня поглотили воды залива, сначала утягивая в глубину, а потом выталкивая на поверхность.
– Лиза! – раздался недалеко голос тиронца.
– Мы здесь! – крикнула я, начиная грести в сторону Аша.
В несколько гребков друг оказался рядом, взял меня на буксир, и мы поплыли к берегу.
Но еще до того, как успели под защиту скал, с той стороны, куда улетел аэрокар, раздался взрыв, и небо озарилось мощной вспышкой.
– Ренс! – вскрикнула я.
– С ним все будет нормально, он уже выпрыгнул, сто процентов, не переживай. А вот нам надо скрыться под водой, – он указал в сторону вереницы подлетающих аэрокаров.
Я тут же нырнула поглубже. Дышать через насадку было непривычно, но и на поверхности сейчас нельзя показываться, чтобы нас не заметили.
Аш плавал гораздо лучше меня, и помог мне добраться до берега под водой, пока мы не оказались в небольшой пещере.
– Фух, все получилось! – выдохнул он, выбираясь на камни и помогая мне.
– Но они же найдут пустой аэрокар и поймут, что в нем никого не было, – что-то сомневаюсь я, что все будет так просто.
– Там взрывом все разметало, к тому же в том месте очень сильное течение, так что никто не удивится, если не найдут останки. Скала сильно выступает вперед, в темноте ее трудно вовремя заметить, поэтому на этом участке есть ограничение полетов. Этим можно объяснить то, что беглецы вовремя не увидели ее и врезались. За нами ведь снарядили нешуточную погоню. Пусть думают, что мы погибли в попытке уйти от преследования.
Так-то оно так, только мне вдруг стало очень жаль Шенгара. Пока не произошел побег, я гнала прочь подобные мысли, а теперь… Даже не представляю, как бы я отреагировала, если бы мне сказали, что моя малышка погибла. А ведь это сегодня скажут наагату.
Не вовремя проснулась моя совесть, ох, не вовремя.
– Ты чего притихла? – с подозрением спросил друг.
– Да так, мысли разные лезут в голову, – отмахнулась я.
– Поделишься? – передавая мне заранее спрятанный в гроте мешок с сухой одеждой, спросил тиронец.
Немного поколебавшись, я выложила ему то, что меня волновало.
– Даже не думай чувствовать себя виноватой! – припечатал Аш. – Ты дочь свою спасала. Шенгар дал жене полную власть над малышкой, и в конце концов это закончилось бы трагедией. А может, и специально так подстроили бы, чтобы спрятать все концы истории с похищением ребенка. Если бы Ашшанкира погибла, никто не смог бы доказать, что Лидана не была ее матерью. Ты не думала об этом?
Честно говоря, у меня проскакивала такая мысль. Ведь чего добивался советник? Чтобы его дочурка стала женой наследника влиятельнейшей семьи наагатов. Ну что же, она якобы забеременела от него и стала его женой. Что дальше? Рядом теперь все время находится бомба замедленного действия – наша дочь. Малейшее сомнение, один-единственный анализ – и правда выплывет наружу. А значит, каким будет его следующий шаг? Ясно как божий день – подождать немного и устранить угрозу. Как говорили на Земле: нет человека – нет проблемы. Даже если это новорожденный ребенок.
Если рассматривать ситуацию с этой стороны, то Аш прав, никаких угрызений совести тут быть не может. Ашшанкиру нужно было спасать, пока не стало слишком поздно. И в этом случае душевное состояние ее отца не имеет значения. Сейчас он получит известие о ее мнимой смерти, но она останется жива, а может, со временем, когда вырастет, я смогу ему все рассказать. Если бы я не сделала все это, еще месяц-другой он бы прожил счастливым отцом, а потом бы оплакивал уже реальную гибель дочери.
– Все, успокоилась? – прочитав что-то на моем лице, спросил друг. – Больше не терзаешь себя ненужными угрызениями совести и обострением человеколюбия?
– Все в норме, – отмахнулась я. – Что дальше?
– А дальше сидим здесь и ждем Ренса с новым транспортом, он скоро должен явиться.
И правда, минут через десять послышались шаги, и со стороны берега в пещеру вошел мой телохранитель.
– Все прошло хорошо? – спросил он, оглядывая нас, а затем поторопил: – Давайте быстрее, пока они будут искать, нам нужно добраться до грузового космопорта.
Подхватив капсулу, Аш легонько подтолкнул меня вперед и пошел следом. Под сенью деревьев недалеко от берега нас ждал черный как ночь аэрокар, гораздо более компактный, чем тот, останки которого сейчас уносило морским течением. Разместившись в нем, мы снова оказались в небе, взяв курс на космодром.
Глава 29
– Аш, ты проверил капсулу? Маячки есть? – спросил Ренс, лихо лавируя между высокими соснами.
– Я временно заблокировал все сигналы глушилкой, – отозвался друг. – Но в космопорте ее нельзя будет использовать.
– Тогда сейчас отлетим подальше и поменяется местами. Ты сядешь в кресло пилота, я займусь капсулой.
Так и сделали. Аш пересел вперед, а Ренс расположился сзади, начиная колдовать над аппаратом.
– А Ирочке это не повредит? – забеспокоилась я.
– В программы я не буду лезть, маячки всегда устанавливаются внешние, – ответил мой телохранитель. – Режим сна не задену, не беспокойтесь. С малышкой все будет в порядке. А вот если мы сейчас дезактивируем капсулу и достанем ребенка, второй раз в ближайшее время девочку нельзя будет в нее уложить с этим режимом, и тогда в космопорте у нас будут проблемы. К тому же Фернаш Ульяну тоже должен был положить в капсулу и лететь на космодром, у нас по времени все более-менее синхронизировано, не стоит нарушать план.
Решив больше не лезть к мужчинам с вопросами и не отвлекать их, я замолчала. Подумать было о чем. Пока мы реализовали лишь половину плана, теперь надо проскользнуть в грузовой космопорт и пробраться на звездолет, с капитаном которого договорились мои помощники. И вот тут понадобится не меньше нервов и выдержки, потому что дальше я буду действовать одна. Ашу и остальным нельзя светиться, чтобы службы правопорядка и охрана Эш-Тау не вышли на мой след. А мне нужна хорошая фора, чтобы исчезнуть в космосе.
Минут через пятнадцать с заднего сиденья послышался довольный голос Ренса.
– Все, маячки отключены, теперь можно спокойно выносить капсулу, ее не отследят.
Я порадовалась, что в свое время Ниур выделил мне таких талантливых телохранителей. Их помощь, как и Аша, невозможно переоценить. Сама бы я точно не справилась со всем навалившимся на меня.
Вспомнив о Ниуре, я загрустила, а сердце снова сжалось от тревоги. Как он там? Почему от него до сих пор нет вестей? А еще очень надеюсь, что до него пока не дошла весть о моей смерти. Хотя как теперь с ним связаться, чтобы предупредить, даже не представляю.
За всеми этими мыслями я и не заметила, как мы долетели до грузового космопорта.
– Вот сумка и рюкзак с самыми необходимыми вещами на первое время, – показал мне Аш. – Жаль, перекинуть тебе побольше кредитов не могу, пришлось потратиться на организацию вашего побега. Но позже у меня будут еще деньги и…
– Не волнуйся, ты и так сделал для меня столько, сколько не делал никто, – остановила я его, а потом поцеловала в щеку. – И насчет кредитов не беспокойся, мой червь в банковской системе пока работает, так что без средств не останусь.
Оглянувшись на Ренса, заметила, что тот достал еще один рюкзак, побольше моего.
– А там что? – удивленно спросила я, даже не представляя, как мне со всем этим добром передвигаться, а еще ведь плюс две детских капсулы!
– Здесь мои вещи, – спокойно ответил охранник. – Надо реально смотреть на ситуацию. Вам одной будет сложно с двумя новорожденными, да еще и скрываться постоянно. Я лечу с вами, хоть это и более рискованно. Но на корабле я немного поработаю над своей внешностью и изменю ее.
Не сдержавшись, я хлюпнула носом и обняла этого наагшера. С моих плеч будто упал огромный груз. Только сейчас я поняла, как страшно мне было остаться одной с девочками, случись что, я не смогла бы дать достойный отпор. Хоть мы и продумали план побега, зарезервировали билеты на надежные рейсы, постарались предусмотреть различные моменты и ситуации, все равно невозможно предугадать, что может произойти, пока я доберусь до планеты, где у Фернаша был хороший друг, готовый надежно спрятать нас.
– Так будет безопаснее, – продолжил Ренс. – А еще вызовет меньше вопросов, откуда у представительницы другой расы маленькая наагшерочка и наагатка. Пусть думают, что я отец хотя бы одной из них, так мы меньше привлечем нежелательное внимание.
Я была согласна со всеми доводами и радовалась, что не останусь один на один с неизвестным будущим.
– А вот и мы, – послышался сзади голос второго телохранителя.
Фернаш поблизился к нам, неся еще одну детскую капсулу.
– Вижу, ты все-таки решил лететь, – констатировал он, глядя на напарника.
– Да, так будет надежнее, – коротко кивнул Ренс.
– Вот и отлично, и нам так будет спокойнее.
– Ну что, мелкая, готова? – спросил Аш, – приобнимая меня за плечи. – Все будет хорошо, ты справишься. На связь пока не выходи, меня наверняка будут проверять, как и всех, кто был с тобой хоть как-то связан, даже если ты считаешься мертвой. Шенгар-то не в курсе, а вот советник с дочуркой и их безопасники могут что-нибудь заподозрить и начать проверять тех, кто знал о твоей ситуации.
Крепко обняв, тиронец чмокнул меня в макушку и подтолкнул к Ренсу.
– Ну все, идите, времени и так мало. До встречи, Лиза!
Кивнув на прощание, я натянула на голову капюшон, закинула на спину рюкзак, подхватила капсулу с дочкой и решительно зашагала вслед за наагшером. Очень хотелось оглянуться, но я остановила себя, иначе не сдержалась бы и пустила слезу.
Именно в этот момент я очень четко поняла, что прощаюсь со старой жизнью. Теперь начинается новый этап, кардинально отличающийся от прошлого, опасный и непредсказуемый, и мне не остается ничего другого, как сжать зубы и пройти через все, что пошлет мне судьба.
– Лиза, молчите, когда будем проходить контроль, после травмы вы якобы не можете говорить, с безопасниками космопорта я пообщаюсь и сам объясню, почему мы летим грузовым рейсом, – напомнил Ренс, шагая рядом.
– Хорошо, – отозвалась я.
Мне и так было настолько страшно, что я не смогла бы ответить ничего членораздельного, если бы меня начали расспрашивать охранники космопорта.
На контрольно-пропускном пункте произошла заминка. Дежурный долго рассматривал наши документы, задавал многочисленные вопросы Ренсу, не спеша нас пропускать.
– Уважаемый, у нас срочный вылет, иначе мы не успеем на пересадку на Регнасе, – поторопил его мой подельник. – И у детских капсул ресурс не безграничный. Если мои девочки пострадают, я с вас спрошу по полной, как и посольство системы Шесари на Литоне.
Поколебавшись, охранник все же пропустил нас, и мы, сев в небольшой аэрокар для передвижения по космодрому, полетели к звездолету.
Разговор Ренса с капитаном прошел мимо меня, я слишком переволновалась. Но в конце концов, когда мы оказались в небольшой каюте с санблоком, смогла выдохнуть и без сил опустилась в кресло.
– Вы в порядке? – спросил внимательный наагшер.
– Почти, – отмахнулась я. – И давай уже на ты, а то будет странно, если кто-нибудь услышит, как мы общаемся. У нас же вроде как общие дети.
– Хорошо, вы… ты права, так будет намного лучше. А теперь переоденься, и надо бы отключить капсулы.
– Нет, только когда взлетим, чтобы уж наверняка, – возразила я.
Еще минут двадцать мы напряженно сидели в каюте. Ренс что-то искал в своем комме, а я просто закрыла глаза и старалась ни о чем не думать.
Легкий толчок, ощутимая перегрузка и вибрация возвестили о том, что наш транспорт покинул планету.
Вот теперь можно выдохнуть.
Глава 30
Шенгар Эш-Тау, Литон, несколькими часами ранее
Снова проклятый прием, на который я должен явиться с Лиданой. С тех пор, как женился на своей паре, дочери советника, моя жизнь превратилась в непрекращающийся балаган. Постоянные встречи, светские рауты, визиты, посещение мероприятий богатых и знаменитых – та самая богемная жизнь, которую я всегда ненавидел больше всего.
Когда оставался один, обдумывал происходящее и собирался серьезно поговорить с женой, но как только я начинал разговор с ней, желание прекратить все это мгновенно улетучивалось, и я безвольно следовал требованиям своей благоверной. Возможно, так действует та самая связь, которую мечтает ощутить каждый наагат, но мне она что-то совсем не приносит счастья. Не так я представлял себе семейную жизнь, совсем не так.
Вот и сегодня придется лететь в другое полушарие на очередной раут.
Расстроенный, я отложил все дела и прошел в детскую. Моя дочка, мое маленькое чудо. Единственная отдушина в последнее время.
Я смотрел на кроху в своих руках и снова не мог понять собственных чувств. Жена давно уже должна была стать центром моей вселенной, еще во время беременности, но… Я не просто был равнодушен к ней, я вообще не хотел ее, не хотел прикасаться и не мог даже представить, что возжелаю мать своего ребенка как женщину. А это противоречило самой природе наагатов, нашедших свою пару. Я не помнил, как мы переспали в тот единственный раз, когда она и забеременела, но с тех пор ни разу не прикоснулся к ней, что ее неимоверно бесило. Лидана срывалась на мне и на обслуживающем персонале каждый день, а Ашшанкиру не хотела даже брать на руки, так мне докладывали женщины, отвечающие за детскую, хотя при мне она строила из себя любящую мать. Но я-то все знал в своем доме, хоть и не мог ничего изменить. Как моя жизнь могла превратиться в подобный кошмар?
Подсознательно чувствовал, что что-то не так, но не было ни желания, ни сил разобраться в этом. Последние полгода я жил как в тумане, будто что-то глушило мои собственные чувства и желания.
Зато когда в нашем доме появилась новая няня… Не знаю, чем это можно объяснить, но меня стало неимоверно тянуть к ней, словно между нами протянулась невидимая нить. Мне нравилось наблюдать, как она играет с Ашшанкирой, ухаживает за малышкой, пару раз я даже подсмотрел, как она ее кормит, ощущая, что во мне пробуждаются необъяснимые желания… И как же было совестно при этом, я будто изменял своей жене и чувствовал себя виноватым из-за этого.
Тяжело вздохнув, положил свою кроху в кроватку, бросил короткий взгляд на няню и ушел в свою комнату. Наверное, сегодня после развлечений Лидана, разгоряченная алкоголем и эмоциями, снова будет пытаться влезть в мою постель. И опять будет ругаться и поливать меня бранными словами, потому что я ей откажу, как и раньше.
– Люби-и-имый, ты готов? – пропела жена, заходя в мою спальню и соблазнительно покачивая бедрами.
Не желая ей отвечать, молча надел пиджак, застегнул на запястье часы, почувствовав, что в этот момент руку опять что-то кольнуло. Надо отдать в мастерскую, чтобы исправили дефект, все-таки это подарок от супруги.
– О, сегодня там будут Баргейзы и О`Шайны, значит будем веселиться до утра! – предвкушающе улыбнулась Лидана ярко накрашенными губами.
Я повернулся и хотел резко возразить ей, но руку снова кольнуло. Перед глазами все поплыло.
– Мы же задержимся, да, дорогой? – она провела пальчиком по моей щеке, внимательно, с прищуром глядя мне в глаза.
И почему-то не осталось ни сил, ни желания перечить ей.
– Да, конечно, – ответил я, и все предыдущие мысли выветрились из головы.
Первую половину раута я так и провел, таскаясь хвостиком за супругой, здороваясь с ее знакомыми или просто важными для нее людьми. Затем она оставила меня и куда-то отошла, я же направился в закрытую часть дома. Голова опять раскалывалась, мысли были хаотичными, хотелось сесть где-нибудь в темной гостиной и посидеть в тишине, не слыша ни навязчивой музыки, ни громких голосов, ни искусственного смеха.
Остановив выбор на одной из комнат, сел в кресло и откинулся на спинку, закрыв глаза. В голове постепенно прояснялось. В черную дыру все! Опять позволил вытащить себя в это царство лицемерия! Как еще папаша Лиданы не появился, чтобы снова попросить посодействовать в каком-нибудь вопросе в переговорах с системой Наагари. Вот этот умеет прилипать как пиявка, и почему-то отказать ему у меня тоже не получается, хотя временами очень хочется, но потом эти мысли растворяются, как в тумане.
Не знаю, сколько я так сидел, в кои-то веки чувствуя спокойствие и расслабленность, когда вдруг дверь открылась, и прозвучал знакомый голос.
– Да уж, что-то не похож ты на счастливого мужа и отца.
– Отец! – встрепенулся я, подскакивая с кресла. – Как ты здесь оказался?
– Да так, получил кое-какие сведения и приехал тебя проведать.
– А мама? Тоже здесь? Она ведь так хотела увидеть внучку.
– Мама пока осталась дома, позже прилетит. Ну, рассказывай, как жизнь молодая? Как супруга?
Я помрачнел, но решил, что вываливать на отца свои проблемы с женой недостойно мужчины.
– Все в норме.
– Ага, я вижу… – понимающе глядя на меня, хмыкнул отец. – Рассказывай. Все, что у тебя на душе, и подробно.
Я удивленно посмотрел на него. С чего этот наагат решил влезть мою личную жизнь? Вообще-то, у нашей расы так не принято. Если сын стал взрослым, он сам отвечает за свою семью и то, что в ней происходит, сам и должен разбираться. Но как же хотелось поговорить, спросить совета, рассказать о сомнениях и переживаниях…
– Говори, сынок, я же вижу, что что-то не так, – мягко проговорил отец, одним движением придвинул ближе второе кресло и сел напротив.
Сначала я хотел отмахнуться, заставить его уйти, но потом понял, что сам уже не вывожу, нужен хотя бы совет от старшего в роду, а может, и реальная помощь. И, слово за слово, выложил ему все.
Некоторое время мы сидели при свете настольной лампы. Я снова и снова прокручивал в голове свои слова, а отец, нахмурившись, что-то обдумывал, то и дело резко сжимая бокал.
– Почему ты молчал об этом, Шен? Почему не рассказала нам? Не доверяешь?
– А о чем тут говорить? Что я оказался не таким, как все, бракованным? Что я не чувствую к своей паре то, что должен чувствовать нашедший ее? Или об отношениях с женой, которых у меня попросту нет? Что я ни разу не прикасался к ней с момента, как узнал, что Лидана носит моего ребенка?
– Ты ошибаешься и зря наговариваешь на себя. Такого отношения к паре не бывает у того кто ее нашел. Никогда.
– Ну вот перед тобой единственное исключение, – невесело пожал я поникшими плечами, не ожидая того, что он скажет дальше.
– Все, что ты рассказал мне, свидетельствует лишь об одном – эта женщина не рожала тебе ребенка, потому ты и не чувствуешь к ней ничего.
– Брось, отец. Просто я буду первым наагатом, у которого случился такой генетический сбой, – горько произнес я. – Два раза проверял ребенка – один раз во время беременности, второй раз – когда дочка родилась. Это мой ребенок, ДНК-тест доказал это.
– Да, тест показал, что ты отец этого ребенка, а вот в том, что она его мать, я сильно сомневаюсь. Для Лиданы ты ведь его не делал?
– Нет, конечно, она же родила этого ребенка, даже мысли такой не было. И вообще, не смей говорить так о моей жене! – взбеленился я, чувствуя, как перед глазами неожиданно встает пелена ярости.
Никогда в жизни я не чувствовал к отцу такого – всепоглощающей злости и ненависти, прямо как к Лизе, когда узнал, что она изменяла мне и пыталась поймать в свои сети. И это чувство было очень неожиданным и странным, оно поднималось изнутри, и я ничего не мог с этим поделать, в голове была одна мысль: «растерзать этого разумного за то, что он плохо говорит о Лидане!»
– Видимо, они все-таки были правы, – пробормотал отец чуть слышно, но я разобрал его слова.
А в следующую секунду он оказался рядом со мной и резко прижал что-то к моей шее. Сильный разряд прошил меня с головы до пят, заставляя выгнуться от чудовищной боли и упасть на пол, и перед глазами все померкло. Краем сознания я уловил, как отец, крепко держа меня, тихонько приговаривал:
– Вот так, сынок, вот так, все будет хорошо, эта гадость в тебе больше не активна.
Глава 31
Странно, почему так болит голова и все тело? Как будто напился с друзьями хорошенько, а потом подрался от всей души.
По мне будто катком проехали… Какого..?
Разлепив веки, уставился в темный потолок. Кажется, я был в какой-то гостиной, пришел, чтобы уединиться и побыть подальше от расфуфыренной толпы. А потом что?
А потом, кажется, появился отец…
Воспоминания возвращались очень медленно, и только через несколько минут я все вспомнил.
– Ну что, пришел в себя?
Отец сидел рядом, держа в руках тот же прибор, которым он меня приложил.
– За что ты меня так?
– Позже. Надеюсь у тебя в голове прояснилось и повторного разряда не потребуется.
– Что происходит?! – я потихоньку начал терять терпение.
– Это ты мне скажи. Ты стал марионеткой в руках советника и его дочери, судя по всему. Вот это у тебя откуда?
Он продемонстрировал мои часы, которые держал в руке.
– Подарок жены, – поморщился я.
– Ясно. А теперь смотри, – он кончиком небольшого стилета нажал что-то, и с тыльной стороны, которая прикасается к руке, выскочила тонюсенькая игла.
– Что это? – не понял я. – Так это оно мне руку царапало? Я собирался отдать часы в ремонт, чтобы исправили дефект, но так и не дошли руки.
– Давно они у тебя? – серьезно посмотрел на меня отец.
– Я… Лидана подарила их мне в тот день, когда сказала, что носит моего ребенка.
– А до этого были срывы, какие-то приступы сильной злости, ярости, ненависти?
– Были… Я узнал, что любимая девушка пыталась меня обмануть. Не могу объяснить, но, когда услышал обо всем, я ее люто возненавидел. Даже не думал, что способен испытывать такие эмоции по отношению к женщине. Еле сдержался, чтобы не причинить ей вреда.
– Даже так… – отвернувшись, задумчиво произнес отец.
– Что происходит? К чему все эти вопросы?
– Жаль, что тебе тоже пришлось столкнуться с этим до того, как мы докопались до истины. Мы только недавно узнали, что кое-кто нашел способ влиять на наагатов, делать из них марионеток. В последние годы было подписано много довольно странных договоров, выгодных больше правительству Союза, чем наагатам. Мы стали разбираться в происходящем, и нашли кое-что общее. Те, кто подписывал такие бумаги, либо сами недавно нашли свою пару, либо это случилось с кем-то из их ближайших родственников. И у тех наагатов, кто встретил свою женщину, с этого момента разительно поменялось поведение.
– Ну это и неудивительно, все-таки такое событие сильно влияет на мужчину, – нахмурился я.
