355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктор Суворов » Советская военная разведка. Как работала самая могущественная и самая закрытая разведывательная организация XX века » Текст книги (страница 8)
Советская военная разведка. Как работала самая могущественная и самая закрытая разведывательная организация XX века
  • Текст добавлен: 28 марта 2017, 18:30

Текст книги "Советская военная разведка. Как работала самая могущественная и самая закрытая разведывательная организация XX века"


Автор книги: Виктор Суворов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

4

Подразделения ГРУ, обрабатывавшие разведывательные материалы и информацию, назывались информационной службой или, чаще всего, просто «Информацией». Они подчинялись первому заму начальника ГРУ – начальнику Информации. К ним относились:

• Командный пункт.

• Пять управлений, которые называли обрабатывающими (иногда – информационными) – Седьмое, Восьмое, Девятое, Десятое и Одиннадцатое.

• Институт информации.

• Информационная служба Разведки Флота.

• Отделы обработки разведывательной информации (четвертые отделы) разведывательных управлений штабов военных округов и групп войск.

Командный пункт, входивший в состав органов обработки информации, не следует путать с другими командными пунктами, которые могли существовать в ГРУ для управления работой других подразделений этой организации или организацией в целом. Здесь круглосуточно велась сортировка и переработка срочной и важной информации, поступившей из резидентур под прикрытием, от нелегалов, агентурных групп и отдельно действовавших агентов, от космической и электронной разведки, из разведывательных управлений военных округов, флотов, групп войск и от военных разведок стран-сателлитов Советского Союза. Самая важная информация докладывалась руководству ГРУ и высшему руководству страны.

Седьмое управление изучало все аспекты деятельности блока НАТО.

Восьмое управление изучало отдельные страны мира независимо от их принадлежности к НАТО, их механизмы управления государством, вооруженными силами и экономикой, их политическое и военное руководство.

Девятое управление занималось изучением военной техники и технологий, поддерживая тесные связи с советским военно-промышленным комплексом.

Десятое управление изучало военную экономику в целом. В круг его интересов входила международная торговля оружием и стратегическими природными ресурсами. Интересно, что идея контроля над экономикой западных стран посредством контроля над рынком нефти впервые возникла именно в этом управлении и в 1954 году была доложена руководству Советского Союза; в узких кругах этот документ был известен как «паровозный доклад». Идея заключалась в том, что для победы над супостатом не надо пытаться остановить локомотив капиталистической экономики – достаточно лишить его топлива. Таким топливом была нефть.

Советский Союз сразу же стал предпринимать попытки воплотить эту идею в жизнь. Уже в 1955 году между Египтом и Чехословакией был подписан договор о поставке вооружения и военной техники, включая реактивные истребители, бомбардировщики, танки, боевые корабли и подводные лодки. Разумеется, договор был заключен с подачи Советского Союза, который не хотел фигурировать в этой сделке в качестве одной из сторон, а все вооружение было советским. Одновременно резко ухудшились отношения Египта с Великобританией, США и Израилем. Великобритания перестала продавать Египту оружие, а в июле 1956 года вместе с США отказалась от своих обещаний профинансировать строительство Асуанской плотины. В ответ правительство Египта неожиданно заявило о национализации Суэцкого канала и запретило израильским судам прохождение по нему.

В то время Суэцкий канал играл ключевую роль в стратегических поставках нефти в страны Запада. Через этот канал в Западную Европу перевозили нефть, добытую в странах Ближнего Востока, причем для перевозки использовались малотоннажные танкеры – супертанкеров в те времена еще не было. Национализировав канал, Египет мог регулировать поставки ближневосточной нефти в страны Запада и в любой момент прекратить их, ибо гонять небольшие танкеры альтернативным маршрутом вокруг Африки было тогда полным безумием.

В конце октября 1956 года Великобритания, Франция и Израиль нанесли удар по Египту, разгромили его армию и взяли под контроль Суэцкий канал и почти весь Синайский полуостров. Советский Союз, позицию которого поддерживали многие страны мира, угрожал агрессорам самыми решительными мерами, вплоть до нанесения ракетных ударов по их территории, что неизбежно привело бы к ядерной войне между СССР и США. Это вынудило Великобританию и Францию вывести свои войска из Египта в декабре 1956 года.

Одиннадцатое управление изучало стратегические ядерные силы государств, обладавших ядерным оружием или занимавшихся его разработкой, и отслеживало все их действия.

Двенадцатое управление занималось космической разведкой и стояло особняком; в его функции входило и добывание, и обработка информации.

Огромный Институт информации ГРУ работал независимо от обрабатывающих управлений. Он находился в прямом подчинении начальника Информации и располагался за пределами штаб-квартиры ГРУ. В отличие от обрабатывающих управлений, которые занимались анализом секретных материалов, полученных агентурной, электронной и космической разведкой, Институт информации изучал открытые источники: прессу, открытую печать, радио и телевидение. Свободная пресса и средства массовой информации западных стран были настоящей сокровищницей знаний для советской военной разведки. Тем не менее, в силу такой специфики работы Института, служба там считалась непрестижной, и офицеры ГРУ воспринимали перевод туда как наказание, ссылку или изгнание.

Деятельность каждого обрабатывающего управления во многом дублировала деятельность других обрабатывающих управлений. Такой подход позволял избегать односторонних выводов и субъективной оценки любых материалов. Управления (а также входившие в их состав направления и информационные группы) рассматривали каждую проблему со своей точки зрения, высказывая свое мнение по каждому вопросу или по отдельным его аспектам. Комплексная оценка вырабатывалась начальником информации с помощью лучших экспертов и офицеров командного пункта. Многочисленные материалы, поступившие из добывающих органов ГРУ, анализировались несколькими или даже всеми обрабатывающими управлениями одновременно. Предположим, например, что добывающий офицер, работавший в одной из резидентур под прикрытием, на очередной личной встрече с агентом получил от него короткое устное сообщение о начале разработки в США нового реактивного истребителя еще до того, как об этом было официально объявлено. Немедленно после встречи с агентом этот офицер посылал в Москву на командный пункт ГРУ шифровку с этой информацией, сформулированной в одном кратком предложении. Командный пункт еще не получал никаких сообщений об этом от других источников и не располагал никакими материалами, подтверждавшими это сообщение. Такое сообщение могли внести в разведывательную сводку в раздел «Непроверенные и неподтвержденные сообщения».

На следующее утро это сообщение в разведывательной сводке прочитают все члены Политбюро и все высшее военное командование Советского Союза. В то же самое время его получат и начнут изучать все обрабатывающие управления. Офицеры Седьмого управления, пытаясь поставить себя на место руководства НАТО, постараются проанализировать, какую ценность мог бы представлять этот истребитель для НАТО в настоящее время и в будущем, какова вероятность того, что он будет принят на вооружение, какие страны НАТО могли бы закупить эти самолеты и как это повлияет на баланс сил в Европе и мире. Несколько офицеров Седьмого управления немедленно обратятся к архивам в поисках информации о том, что говорили руководители НАТО о развитии военной авиации в последние годы. Одновременно Восьмое управление, изучавшее отдельные страны, включая США, начнет выяснять, кто именно стоял за решением о начале разработки нового истребителя, какие силы внутри страны могут выступать против такого решения, какие авиастроительные корпорации могут принять участие в борьбе за контракт на разработку и создание этого самолета и каковы шансы каждой из них. Девятое управление на основе анализа последних достижений США в области двигателестроения, самолетостроения, авиационной электроники и других смежных областях, спрогнозирует основные тактико-технические характеристики самолета. Десятое управление, изучив военные контракты последних лет, бюджеты на закупки военной техники и финансовую отчетность авиастроительных корпораций, сможет с высокой вероятностью предсказать, какие именно организации будут привлечены к этому проекту и в какой степени. Одиннадцатое управление изучит возможность использования нового самолета в качестве носителя ядерного оружия и может дать заключение об этом, даже не имея подробной информации о новом самолете, только на основании анализа существующего парка носителей ядерного оружия, планов их замены, текущего количества ядерных боеприпасов и планов их применения. Институт информации проанализирует все недавние публикации в открытой печати и сообщения в средствах массовой информации, которые могут иметь отношение к этому сообщению, и отправит на командный пункт свою справку по этому вопросу. Все резидентуры, нелегалы, агентурные группы, отдельно действующие агенты и разведывательные управления военных округов, флотов и групп армий получат приказы усилить активность по добыванию информации по этому вопросу. Такие же распоряжения будут отданы разведкам стран Варшавского договора. К вечеру все отчеты по этому вопросу из обрабатывающих органов ГРУ поступят на командный пункт, где будут сведены воедино и опубликованы в новой разведывательной сводке среди сотен других сообщений.

ГРУ уделяло огромное внимание обучению офицеров обрабатывающих управлений. Кроме офицеров разведки, здесь работали лучшие специалисты в различных областях науки и техники. ГРУ имело право привлечь к своей работе любого советского специалиста по космическим исследованиям или ядерной физике, микробиологии или вычислительной технике, стратегическому планированию или международным отношениям. Такое право было предоставлено ГРУ Центральным Комитетом, который считал, что Советский Союз должен в первую очередь знать о самых передовых достижениях науки и техники в США, Японии, Великобритании, Франции и ФРГ, и только затем работать над собственными.

Обрабатывающие управления ГРУ имели в своем распоряжении самую современную электронно-вычислительную технику американского производства. Руководство советской военной разведки считало, что обрабатывающие органы ГРУ по техническому оснащению значительно превосходили аналогичные подразделения ЦРУ. Тем не менее, некоторые западные специалисты считали, что службы обработки информации ГРУ работали недостаточно эффективно. Этот вывод был основан на двух фактах. Во-первых, в 1941 году Разведывательное управление Генерального штаба Красной Армии имело всю информацию о готовящемся вторжении Германии, но не смогло правильно ее оценить и предсказать нападение; во-вторых, большое количество разведывательных материалов докладывалось высшему руководству в сыром, необработанном виде. Эти факты нельзя отрицать, но следует заметить, что с тех пор в советской военной разведке произошли значительные изменения. Кроме того, если обработка информации в ГРУ велась недостаточно эффективно, причина этого крылась в самой системе управления советским государством. Начальник Разведывательного управления Красной Армии Филипп Иванович Голиков располагал подробными планами готовящегося немецкого вторжения, но Сталин по разным причинам не хотел верить в эту возможность[9]9
  Подробнее об этом читайте в новом издании книги Виктора Суворова «Ледокол. Кто начал Вторую мировую войну?» (М.: Добрая книга, 2014. Глава 48. Почему Сталин не расстрелял генерал-лейтенанта Голикова? С. 530.) – Прим. ред.


[Закрыть]
.

Вполне вероятно, что некоторые руководители советской военной разведки потакали желаниям Сталина и подавали ему информацию, отвечавшую точке зрения вождя, и придерживали информацию, которая ей противоречила. Это вполне объяснимо, если принять во внимание тот факт, что за 17 лет, в период с 1935 по 1952 год в СССР руководители военной разведки сменялись 13 раз, а во время так называемой Великой чистки Сталин дважды уничтожал практически весь руководящий состав Разведывательного управления Красной Армии от начальника ГРУ и до самых низов.

Уже после смерти Сталина, в 1956–1957 годах, очередной новый начальник Главного разведывательного управления генерал-полковник Сергей Матвеевич Штеменко нашел выход из подобных ситуаций. Он распорядился включать в каждую разведывательную сводку важные сырые сообщения, не проверенные ГРУ и не подтвержденные другими источниками. Тем самым ГРУ давало вождям страны понять: эта агентурная информация еще не изучалась обрабатывающими органами и была лишь мнением определенного агента или добывающего офицера. Заключение самого ГРУ по этому поводу публиковалось спустя двадцать четыре часа в следующем выпуске сводки. (Это гениальное решение немедленно стал использовать КГБ, который таким же образом начал публиковать в своих сводках сырую информацию и давать свое заключение на нее только на следующий день.)

В тоталитарном государстве человек, стоявший на любом уровне государственного аппарата, полностью зависел от того, кто стоял над ним на следующем уровне пирамиды власти, и не было органа, который защищал бы подчиненных (а с ними и все государство) от прихотей начальников. Это была одна из характерных черт советской модели управления; именно поэтому руководство советской разведки было вынуждено прибегнуть к такой хитрости. Эта уловка многие десятилетия служила громоотводом: начальник ГРУ скрывал свое мнение и всегда вставал на ту позицию, которую в данный момент занимали вожди партии и государства, и в то же время имел возможность представить вождям наиболее объективную информацию по всем актуальным вопросам, перекладывая ответственность за нее на своих подчиненных. Зарубежные добывающие органы ГРУ, удаленные от Москвы на тысячи километров, не могли знать, какой точки зрения придерживалось руководство страны в каждый конкретный момент, и поэтому им оставалось лишь давать объективный материал, который можно будет сразу доложить высшему командованию. Только таким способом руководство советской военной разведки могло оказать некоторое влияние на упрямых вождей страны, не желавших прислушиваться к любому мнению, которое противоречило их собственному.

Но тоталитарная система правления неумолимо разрушала все институты общества, включая военную разведку. Никто не имел права возразить или противоречить верховной власти. Так было при Ленине и Сталине, Хрущеве и Брежневе. Если Верховный главнокомандующий имел ошибочную точку зрения, никакая разведка не переубедит его – она просто не посмеет это-сделать. Ей не поможет ни первоклассная американская электроника, ни самые лучшие специалисты. Это не вина разведки, это беда системы. Когда Верховный главнокомандующий заблуждался и упорствовал в своих заблуждениях, и разведка не имела никакой возможности повлиять на него, она становилась бесполезным инструментом.

Однако так бывало не всегда. Если точки зрения вождя и его разведки совпадали, эффективность работы последней резко возрастала. В таких случаях тоталитарная система становилась не тормозом, а ускорителем. Диктатор не заботился о соблюдении нравственных норм и сохранении моральных устоев. Он никоим образом не отвечал перед обществом за свои действия. Он не боялся ни возражений соратников, ни их сопротивления, потому что легко подавлял и то, и другое. Он мог обеспечить разведку любыми финансовыми ресурсами, даже если все население страны голодало. Именно в такое время, когда взгляды вождя и разведки совпадали, ГРУ проводило свои самые блестящие операции, а ее обрабатывающие органы в этих случаях всегда оказывались на высоте.

Приведу один пример. Во время Второй мировой войны офицеры Десятого управления ГРУ (военная экономика и торговля стратегическими природными ресурсами), изучая американский рынок драгоценных металлов, были очень удивлены тем, что казначейство США выделило на научные исследования около 40 тонн серебра. Никогда прежде ни в Соединенных Штатах, ни в одной другой стране мира на научные исследования не уходило такое огромное количество этого драгметалла. Шла война, и аналитики ГРУ обоснованно предположили, что эти исследования должны выполняться в интересах обороны. Обрабатывающие управления ГРУ проанализировали все известные им направления перспективных военных разработок и исследований, но ни одно из них не требовало такого количества серебра. Тогда ГРУ предположило, что серебро потребовалось для научных исследований в какой-то новой области, связанной с разработкой оружия совершенно нового типа. На изучение этого странного явления были брошены силы всех обрабатывающих управлений. Дальнейший анализ показал, что в США прекратилась публикация любых научных работ, имеющих отношение к ядерной физике, и в то же самое время все физики-ядерщики, бежавшие в эту страну из оккупированной Европы, без следа исчезли из поля зрения широкой публики и средств массовой информации. Через неделю ГРУ представило Сталину подробный доклад о разработке в США ядерного оружия[10]10
  После открытия в 1934 году искусственной радиоактивности Энрико Ферми провел серию экспериментов по облучению («бомбардировке») различных нерадиоактивных элементов нейтронами. Он выяснил, что самую высокую радиоактивность в результате такой бомбардировки приобретало серебро, а период полураспада образующегося при этом изотопа не превышал 2 минут. Именно поэтому серебро стало ключевым рабочим материалом в дальнейших исследованиях ядерных реакций. – Прим. ред.


[Закрыть]
. Это доклад целиком и полностью основывался на одном необычном и непроверенном факте, но его содержание не оставляло никаких сомнений в правильности сделанных выводов. Сталин был восхищен работой аналитиков военной разведки; остальное хорошо известно.

5

Все подразделения ГРУ, не связанные непосредственно с добыванием или обработкой информации, относились к вспомогательным. Многие из них тоже имели статус управлений, но, в отличие от добывающих и обрабатывающих управлений, не имели порядкового номера, а носили название по роду своей деятельности. Перечислю самые важные из них.

Политический отдел. Задачей этого отдела был надзор за идеологической подготовкой офицеров ГРУ и их моральным обликом: регулярно ли читают заветы товарища Ленина, верят ли в неизбежную победу коммунизма в мировом масштабе, не злоупотребляют ли алкогольными напитками и прочими вредными субстанциями, не ходят ли по бабам, не ходят ли их жены на сторону. Начальник отдела имел ранг заместителя начальника ГРУ. В отличие от других политических отделов в частях Советской Армии он состоял не из партийных работников, а из профессиональных офицеров ГРУ. Кроме того, все политические отделы и управления Советской Армии подчинялись начальнику Главного политического управления Советской Армии, а политический отдел ГРУ был подчинен непосредственно отделу административных органов Центрального Комитета КПСС. Политический отдел ГРУ имел огромное влияние в пределах Советского Союза, особенно на принятие кадровых решений, но не имел права вмешиваться в разведывательную работу в резидентурах ГРУ – партийных собраний в резидентурах не было, а за идеологическую подготовку офицеров резидентур отвечали сами резиденты.

Управление кадров. Непосредственно подчинялось начальнику ГРУ, глава управления имел ранг заместителя начальника ГРУ по кадрам.

Оперативно-техническое управление занималось разработкой и производством различного разведывательного оборудования, аппаратуры и вспомогательных материалов (оборудование для тайнописи и микрофотографии, контейнеры-тайники, специальная аппаратура для радиосвязи, устройства для скрытого наблюдения, специальное вооружение, яды и тому подобное) и имело в своем подчинение несколько научно-исследовательских институтов и специальных лабораторий.

Финансовое управление.

Первый отдел ГРУ (паспортный) изучал порядок получения и оформления паспортов во всех странах мира и обладал огромной коллекцией паспортов, удостоверений личности, водительских прав, военных документов, пропусков, удостоверений, железнодорожных, воздушных и морских билетов. Здесь хранились данные о многих тысячах пограничных, таможенных и полицейских постов. Отдел знал, какие именно документы нужно было предъявить в любом контрольном пункте мира, какие вопросы там могли задать, какие печати и штампы должны стоять в паспорте или другом документе. Здесь хранились чистые бланки паспортов, удостоверений личности, водительских прав, дипломов и других документов со всего мира; в течение нескольких часов сотрудники отдела могли изготовить поддельный паспорт или любой другой документ для любой страны в соответствии с последними изменениями в местном законодательстве. Каждый год офицеры ГРУ скупали во всех странах мира чернила, бумагу, бланки, конверты, скрепки и прочие канцелярские товары и принадлежности и отправляли в этот отдел. Если нужно было подделать, например, завещание 1955 года, сотрудники отдела брали бумагу или гербовый бланк 1955 года и вписывали в него текст перьевой ручкой 1955 года, заправленной чернилами 1955 года. Важно было точно воспроизвести мельчайшие детали документа – например, материал скрепок. Известно, что во время войны с Германией советские контрразведчики моментально вычисляли немецких шпионов и диверсантов по скрепкам на поддельных военных или партийных билетах: скрепки советских документов быстро ржавели, а на немецких подделках они были сделаны из качественной стали и выглядели как новенькие. ГРУ не могло позволить себе таких ошибок.

Архивный отдел. В его подвалах хранились личные дела офицеров и агентов ГРУ, в том числе нелегалов, отчеты об операциях, а также досье на иностранных граждан, попадавших в поле зрения ГРУ (государственные деятели и служащие государственных организаций, военачальники, конструкторы военной техники, представители преступного мира и так далее). Некоторые из этих досье читались как увлекательные романы.

Неотъемлемой частью ГРУ была Военно-дипломатическая академия Советской Армии (на жаргоне военных разведчиков – «Консерватория»). Начальник академии занимал должность заместителя начальника ГРУ.

На Первом и Втором факультетах академии готовили специалистов для центрального аппарата ГРУ. Считалось, что Первый факультет готовил офицеров стратегической агентурной разведки для работы под гражданским прикрытием, а Второй – для работы под военно-дипломатическим прикрытием (о прикрытиях речь пойдет в следующих главах). Однако и те, и другие были офицерами ГРУ и выполняли одинаковые задачи, используя одни и те же методы, поэтому и программы обучения слушателей обоих факультетов были практически идентичными. После завершения обучения слушателей каждого факультета могли направить на работу под любым прикрытием, которое окажется наиболее подходящим в тот момент. Разделение на Первый и Второй факультеты в значительной степени было искусственным и имело целью запутать западные разведывательные службы, создать видимость того, что советские военные атташе отличаются от других офицеров ГРУ и не замешаны в шпионаже, разделить слушателей из соображений безопасности (перебежчик не будет знать всех своих товарищей по академии, а только небольшую часть из них)[11]11
  Интересно, что сразу после поступления в академию мне и другим слушателям строго запретили вести не только фотосъемку на ее территории и на территории учебных точек (это требование было само собой разумеющимся и прямо вытекало из мер по охране государственной тайны на режимных объектах), но и любую фотосъемку слушателей академии, кроме самого себя, даже вне ее стен, дома или на отдыхе. – Прим, автора.


[Закрыть]
, упростить контроль над отдельными слушателями. И, наконец, поскольку академия называлась Военно-дипломатической, следовало приличия ради иметь в ее составе хотя бы один факультет, профиль подготовки на котором, пусть даже только декларативно, соответствовал бы названию академии и не ассоциировался со шпионажем.

Третий факультет академии готовил офицеров оперативной агентурной разведки. Большинство слушателей первых двух факультетов чувствовали свое превосходство над теми, кто учился на третьем: офицеры, окончившие Первый и Второй факультет, выезжали за рубеж за пределы Восточного блока, а те, кто учился на Третьем факультете, оставались вербовать агентов на территории СССР или, в лучшем случае, в одной из стран Варшавского договора. Но судьба бывала непредсказуемой и жестокой: нескольких худших слушателей первых двух факультетов (обычно это были наиболее самоуверенные и высокомерные офицеры) после окончания академии направляли в оперативную агентурную разведку, а на их места в стратегическую разведку брали лучших слушателей Третьего факультета.

Четвертый факультет, как и Первый, не располагался в зданиях самой академии. На этом факультете обучали иностранцев, готовя их к работе в военных разведках дружественных стран.

Для каждого из слушателей академии разрабатывалась специальная легенда прикрытия. Многие из них на протяжении первого года могли учиться в какой-нибудь обычной военной академии – например, в Военной академии бронетанковых войск или Военной артиллерийской академии, – и уже затем три-четыре года проходили подготовку в Военно-дипломатической академии. После завершения обучения эти слушатели получали диплом не Военно-дипломатической, а, соответственно, бронетанковой или артиллерийской академии.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю