355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктор Щавинский » Суета сует - Всё суета (СИ) » Текст книги (страница 18)
Суета сует - Всё суета (СИ)
  • Текст добавлен: 26 февраля 2018, 18:00

Текст книги "Суета сует - Всё суета (СИ)"


Автор книги: Виктор Щавинский



сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 54 страниц)

Хотя справка была самая, что ни на есть настоящая. Её выдали Инне, когда она была действительно беременна и ещё не сделала аборт. А вот на момент сдачи этой справки, Инна беременной, к сожалению, уже не была.

Но, так или иначе, хорошо это или плохо, судить Вам уважаемый читатель, но Максим всё же, пусть не совсем честно, и не совсем законно, стал обладателем просторной, двухкомнатной квартиры. Она находилась на четвёртом этаже пятиэтажного дома, а сам этот дом, располагался в новом, красивом микрорайоне города, с романтичным названием " Белая Ромашка".

Когда Максиму вручили ключи, он в эту ночь, впервые, за последнее время спал не на кровати. И он был рад этому обстоятельству. Он спал на картонных коробках, постелив их прямо на пол, посреди одной из двух комнат, имеющихся в его непосредственном, теперь уже личном распоряжении. Максим был в восторге, он просто балдел от такого вдруг на него свалившегося счастья. Под голову, вместо подушки, он положил собственные руки. Это его ничуть не беспокоило и не смущало. Он был в этот момент, действительно, наверное, по-настоящему счастлив. Шутка ли, своё жильё, свой дом!

В эту ночь он спал крепко, он спал без сновидений. Мой дом, моя крепость...!

Утром, Максим встал такой же счастливый, как и лёг спать накануне. Сделав небольшую физическую разминку, он пошёл не как обычно в общественный умывальник, а в свою ванную и основательно искупался, наслаждаясь теплой струёй воды, бившей из душа. Затем в одних трусах вышел на лоджию, огляделся вокруг, полюбовался панорамой города, и с каким-то интересом и озорством хулиганистого мальчишки, взял, да и просто плюнул с высоты четвёртого этажа вниз. – «А ну его, всё к едрене-фене...» – вспомнил Максим своего жизнерадостного тестя.

Наблюдая за свободным полётом "плевка", и увидев, как он шлёпнулся на асфальт, Максим с некоторой опаской посмотрел по сторонам.

Никто из соседей его безобразий не видел.... – Всё прекрасно и жизнь тоже... – подумал Максим – Он бил его в морду, он бил не спеша. И жить хорошо и жизнь хороша... – промурлыкал Максим слова из песни одного популярного певца, отчего-то вдруг, совсем неожиданно, пришедшие в этот момент ему в голову, и... пошёл одеваться. Надо было идти на службу.

Часы показывали восемь часов утра.

= = =

На службе у Максима, тоже всё складывалось, более чем хорошо. Его уже знали в крайвоенкомате, знали как грамотного, дисциплинированного и думающего офицера способного к серьёзному анализу сложной обстановки и принятию быстрых и правильных решений.

Горвоенком так же был доволен Максимом и, по всей видимости, не без его личного участия, о Максиме в крае складывалось это довольно благоприятное для него мнение. Заместитель крайвоенкома, полковник Юдин, в узком кругу командиров и начальников, даже высказал вслух такую мысль, что, – "Этому лейтенанту, – то есть имелся в виду Максим: – По службе, будет дана «зелёная улица...», – и что, мол, таких грамотных офицеров, как Максим, надо, и даже просто необходимо продвигать по служебной лестнице.

Вскоре Максиму было присвоено звание старшего лейтенанта, и его перевели служить, помощником начальника первого отделения, на капитанскую должность. Максим теперь отвечал за мобилизационную готовность автотранспорта всего города. Должность была достаточно ответственная, но к тому же ещё, беспокойная и довольно хлопотная. Его друг и старший товарищ, Анатолий Васильевич Буранов уже не был ему непосредственным начальником.

Работать приходилось в тесном контакте с городской автоинспекцией.

И здесь Максиму пришлось столкнуться с определёнными трудностями, о которых он раньше не имел ни малейшего представления. Правильнее будет сказать, что ему пришлось столкнуться с обычным и характерным для всей страны, профессиональным цинизмом и просто неприкрытым хамством, проявляемым в частности, со стороны, мягко говоря, "некоторых..." недобросовестных и прямо скажем, очень недалёких офицеров Госавтоинспекции.

Проводя технический осмотр предназначенного для поставки в Вооруженные Силы автотранспорта совместно со старшим лейтенантом ГАИ, которого звали Артур Казарян, Максим увидел и понял следующее: Казарян, ни в малейшей степени не был заинтересован в том, чтобы предназначенный автотранспорт, действительно находился в постоянной готовности и отвечал требованиям, предъявляемым Министром Обороны. Ему это было, как говорят, по барабану.... Решение этих проблем, он своими не считал.

Работу эту он выполнял спустя рукава или не выполнял её вовсе, считая, что этими вопросами должен заниматься, исключительно только сам военкомат.

В общем-то, кроме наживы, взяток, хоть от кого и откуда-либо, его в принципе, по большому счету, больше ничего особо и не интересовало. Книг, как говорится, он не читал и поэтому, в какой-то степени, был потенциально опасен. Это о нём и таких как он, люди говорят: – Бойся не того, кто прочитал много книг и не того, кто не читал их вообще..., а бойся того, кто прочитал всего одну книгу...! Казарян был из последних. Да...! Правда была еще водка. Мог выпить много, и что самое интересное, как правило, оставался почти всегда трезвым. Или таковым, он каким-то образом умудрялся казаться для окружающих. Пил за рулём постоянно, и чем больше была доза спиртного принятого "на грудь...", тем, как ни странно, аккуратнее управлял автомобилем.

Дома у него был очень узкий гараж, в который с большим трудом становилась его машина. И Артур, часто в изрядном подпитии, каким-то непонятным для многих, уникальнейшим образом, умудрялся вгонять автомобиль между стенами этого гаража, с точностью высококлассного ювелира. Хотя после такой сложной и тонкой операции, его из салона автомобиля частенько извлекали через окно.... Он уже не мог открыть дверь, ему мешали стены, и он просто отключался, напоминая собой мешок с отрубями.

И поэтому, в конечном счёте, что и следовало ожидать, Казарян естественно, не только не способствовал повышению боеготовности автотранспорта города, а как раз наоборот, сознательно или нет, но эту самую боеготовность по своей линии, по линии Госавтоинспекции, практически сводил на нет.

Приехав на предприятие, Максим ещё не успев разобраться с документацией, уже слышал от Артура.

– Ну, что старшой, поехали отсюда на следующее....

– Так подожди Артур, я же ещё ничего не сделал и даже просто не разобрался с документами по технике, не говоря уже о её осмотре и техническом состоянии. Куда ехать то...!?

– Куда, куда!? Это самое... верблюда! Пока лежит, а то встанет, убежит.... Ха-ха-ха – рыготал Артур, при этом беззастенчиво и широко открывая свой щербатый рот – "Обедать поехали старшой. Вот куда.... Пора нам, как говорится подзаправиться. А тут и так всё ясно, как белый день. Руководству ценные, соответствующие указания и распоряжения мною уже даны. Будут выполнять, куда им деваться. Ты только начал у себя в военкомате заниматься транспортом, а я этим занимаюсь уже давно. Опыт имеется. Так, что давай, заканчивай, и поехали на обед...".

Максиму такой подход Казаряна к делу совсем даже не нравился, он не считал его правильным, а как раз наоборот. Но и сразу возражать ему по этому вопросу, категорически не соглашаться с ним и показывать свой гонор, значит портить отношения с этим человеком. С человеком, с которым придётся работать в дальнейшем, Максиму тоже не хотелось. Пока не хотелось! Будущее покажет....

Они, по предложению Артура, поехали в кафе «Людмила». Максим в него раньше, никогда не заезжал. Другие злачные места он уже хорошо знал, а сюда он ещё не разу не заглядывал. Просто ещё не довелось.

Подъехав к кафе и выйдя из машины, они направились к входным дверям.

Видимо увидев их через окно, из кафе выскочили два довольно упитанных мужичка "кавказской национальности" в белых фартуках, и с каким-то особым почтением и даже подобострастием, вперевалку из-за солидных животов..., (они им сильно мешали...) смешно затрусили навстречу Максиму и Артуру.

Максим с определённой надеждой и где-то даже гордостью за себя подумал: – «Наверное, меня так встречают. С уважением.... Значит уже, знают меня, или слышали обо мне...!» – И сейчас, кто-то неведомый ему самому, где-то глубоко внутри, нежно гладил самолюбие Максима, а заодно и его тщеславие. Ему было это, почему-то приятно. Максим ещё больше развернул плечи, приосанился и постарался «сделать» серьёзное, важное и значимое лицо.

Каково же было его изумление и искреннее разочарование, когда он увидел, что эти мужички-толстячки транзитом протрусили мимо него, как мимо пустого места и направились к Казаряну.

А тот, кстати сказать, и это было видно невооруженным взглядом, не очень-то с этими ребятами из кафе церемонился. Он смотрел на них свысока, слова цедил, словно через сито, и вёл себя так, как будто хозяином кафе был он, а вовсе не эти юркие ребята.

Их провели в отдельный небольшой банкетный зал, предназначенный видимо только для своих и для избранных гостей, и усадили за стол. И на столе, как по волшебству стала появляться разная еда, закуска и выпивка. Причём не абы какая, а исключительно только деликатесного свойства и порядка.

Максим смотрел на всё это изобилие и верх кулинарного искусства и с определённым беспокойством думал о том, что хватит ли у него денег, чтобы за всё это изобилие расплатиться. Он ехал в кафе, чтобы просто пообедать. Ну, там борщ, котлеты, салат, компот, а тут ему, вернее не столько ему, сколько Казаряну, предложили услуги "скатерти самобранки", и надо полагать не совсем бесплатно.

Да и отказываться то, в общем, было не совсем удобно. Невесть, что подумают. А в настоящее время, если говорить по большому счёту, и уж совсем откровенно, то у Максима деньги куры не клевали.... По той простой причине, что у него пока, не было ни кур, ни денег.

Первое – не купил, второе – не заработал...

Но все эти не очень-то весёлые мысли и опасения, Максим держал при себе, и Артуру ничего об этом, естественно, не говорил. А сказал ему, совсем другое.

– Слушай Артур, ну прямо таки царский обед...!

Казарян ничего не ответил. Он только снисходительно посмотрел на Максима и ухмыльнулся.

Максим чувствовал себя неуютно, не в своей обычной тарелке. Это его злило. Он к этому не привык. Он молча ел и думал о том, что Артур, в общем-то не вполне, или недостаточно образованный и довольно ограниченный человек, по непонятным для Максима причинам, пользуется в быту этой жизни, теми благами и привилегиями, которые ему, Максиму, были сейчас недоступны и не подвластны. Даже и во сне не снились....

Он, наверное, впервые в своей жизни чувствовал себя не в привычной для себя роли. Он не был первым.... С ним говорили и общались сейчас, вовсе не потому, что он Максим, который всем всегда нужен и необходим, а лишь потому, что он был в компании с каким-то там Казаряном. И уйди он сейчас отсюда, его отсутствия, никто бы просто-напросто и не заметил.

По окончании обеда, Максим полез в карман за своими небольшими, но очень кровными деньгами.

– Не дёргайся старшой...! – в руках Артура, Максим увидел не больше не меньше, а простой, аккуратно свёрнутый рулончик. Это были деньги. Здесь курам, работы бы хватило....

– "Ни хрена себе, сказал я себе...!" – подумал Максим. – Откуда ж такое богатство у простого лейтенанта...?"

Немного позже Максим поймёт происхождение этого денежного рулончика и последующих тоже. Всё, как и всегда оказалось довольно просто.

Пока Максим на предприятии тщетно пытался наводить порядок в отношении предназначенного для армии транспорта, Казарян действовал по давно уже существующему и неизвестно кем и как, узаконенному плану и сценарию. Заведующий гаражом, как правило, с согласия руководителя предприятия собирал деньги с водителей. Размер, такса за разного рода услуги и операции в период проведения "мнимого" техосмотра были давно уже определены и каждая из сторон, а именно ГАИ и предприятие, хорошо их знали. Казарян в техпаспортах, просто проставлял "штампики..." о проведении технического осмотра, затем для отвода глаз и пущей важности забирал несколько государственных номеров с автомобилей, которые заведующий гаражом приносил ему сам, и только те номера, которые он считал нужным отдать, после чего, Артур клал аккуратно свернутый денежный рулончик к себе в карман, и потом соответственно говорил Максиму:

– Ну, что старшой, поехали на следующее предприятие...?

А предприятий, на которых должен был проводиться технический осмотр, в городе было более двух сотен. На паперть можно было не ходить.

– "Совсем не хило...!" – думал Максим. – «Деньги сыплются с небес, их куёт там, хитрый бес...». – С таким немалым левым доходом, немудрено забыть получить и свою родную зарплату, которая в сравнении с этими рулончиками выглядит, как насмешка... – и Артур действительно, частенько забывал получать эту самую зарплату.

Казарян, за весь обед расплатился сам. Максим понимал, что, таким образом, он попадает в определённую зависимость к нему. И Артур видимо, это делал вполне сознательно и обдуманно. С прицелом на будущее.

– Ну, что Артур, двинули на работу...? – теперь это выражение, сказал уже сам Максим.

Казарян, по хозяйски и даже с каким-то вызовом развалившись в кресле, с любовью поглаживал свои усы. Это он сделал после того, как стряхнул с них прилипший салат.

– Зачем...? Я думаю так, мой друг Максим, на сегодня мы потрудились, более чем достаточно. Можем себе позволить и немного отдохнуть. Так сказать, немного расслабиться.

– У тебя, что по этому поводу есть, какие-то конкретные предложения Артур? – как-то непривычно для себя, и почему-то не совсем уверенно, спросил Максим.

– Конечно, есть Максим. Но говорить о них я тебе сейчас не стану. Всему своё время мой друг. Пока ты, на мой взгляд, ещё не "созрел..." для таких "утончённо-интимных..." мероприятий.... И пусть для тебя это будет сюрпризом, и я на это очень надеюсь, приятным сюрпризом...! Но чуть позднее.... Сегодня мы с тобой обойдёмся без "экстрима..." и займёмся, вполне безобидной и доступной почти всем, "развлекухой".... А вот сейчас "старшой", ответь мне, только на один, очень даже немаловажный, для нас мужиков вопрос .... Тебе кто больше нравится..., блондинки или брюнетки?

– А хрен его маму знает Артур...!? Что тут можно тебе сказать, дружище...?! Если честно, то я, никогда, даже и не думал об этом. Я имею ввиду цвет волос. Мне кажется, что это, не столь существенно.... На мой, скажем так, не вполне просвещённый взгляд..., они..., очень даже друг друга стоят...! И все они, по моему разумению, и моему "глыбочайшему..." убеждению, но..., и также к большому нашему огорчению..., – одного поля ягода.... Обе начинаются с буквы "Б...". И разница только в одном: Брюнетки, это – наличие Тёмных, Мрачных мыслей..., Блондинки, это... – Отсутствие, каких-либо мыслей....

Казарян..., по поводу последнего высказывания Максима в адрес брюнеток и блондинок, как-то глупо хихикнул, а затем, почти сразу же после своего хихиканья, и без особой паузы для ответа, сделал свой вывод-заключение и вынес свой глубокомысленный вердикт... – «Самое Лучшее Наказание для Любой женщины..., это битьё Вашим животом..., по её попе....» – после чего, также добросовестно и невозмутимо продолжил допрашивать Максима...

– А вот теперь, скажи мне дорогой Макс..., лично ты..., молоденьких, красивых «дэвушек...» любишь...? Любишь «наказывать» их, ласково и нежно, но по полной, как говорится программе...?

Максим на этот вопрос, ничего не ответил, а только лишь слегка кивнул Казаряну, в знак того, что красивых девушек он любит..., и так же молча добавил про себя: – «И причём очень..., и даже очень.., люблю..., и как правило, чаще всего на свою же собственную голову...».


= = =


ГЛАВА – 32.

«ПОКУПКА АВТОМОБИЛЯ. ВАЛЕНТИНА...».


Занимаясь текущими делами у себя на службе, Максим начал замечать, что одна девушка – технический работник, от какого-то городского предприятия, с повышенным интересом и вниманием, стараясь, это делать незаметно, довольно частенько рассматривает и наблюдает за ним. Максим в свою очередь, как уже опытный охотник по женской линии, тоже начал присматриваться к Валентине. Так звали девушку.

Она, по мнению Максима, какой-то уж особой женской статью, привлекающей мужчин как медоносный цветок и красотой из общей массы девушек не выделялась и не отличалась. Но она была юна и свежа, как молодое яблочко ранним утром, покрытое свежей, утренней росой. Иногда такое яблочко очень даже хочется скушать.... Похрустеть свежей упругостью, и ощутить сладость не только во рту, но и во всём теле тоже.

Ей было около девятнадцати лет, не более того. Максим потихоньку начал всё больше внимания уделять Валентине. Чаще чем с другими разговаривал с ней, шутил и иногда, как бы по-дружески легко и невинно обнимал, держа её при этом за талию или за плечи. Валентина не возражала против таких безобидных объятий, и даже как раз наоборот, сама старалась незаметно поплотнее прижаться к Максиму то грудью, то округлым бедром, а иногда и тем местом, которое находится, как раз между этими самыми бедрами.

Максим понимал, что если он решит и захочет близости с Валентиной, она никуда от него не денется. Но надо сказать, что она, не очень-то сильно волновала и заводила Максима, и не особенно сильно будоражила его воображение. Видимо именно по этой причине, Максим не форсировал события на предмет их более плотного знакомства.

Но всё и всегда, однажды начавшись, когда-то обязательно заканчивается. Так случилось и на этот раз.

В этот день Максим заступал на сутки дежурным по военкомату. Время дежурства с шести вечера и до восьми утра следующего дня. Валентина об этом дежурстве знала. Выбрав момент, когда вокруг никого из работников рядом не было, она подошла к Максиму, и немного стыдливо опустив свои черные глазки, горящие, как два уголька из-под длинных ресниц, спросила его.

– А можно я к Вам приду вечером, на Ваше дежурство...? Ну-у, так просто....

Максим, быстро сообразил, что к чему.... Но ему и самому, было всё это очень даже интересно, и поэтому, он тут же, особо не раздумывая, очень естественно и очень правдиво, прикинулся простым "гофрированным шлангом...".

– А, зачем...? – стараясь, как можно наивнее при этом выглядеть, вопросом на вопрос ответил он.

– Да так, просто... – повторила он – Пообщаться вне служебной обстановки, поболтаем немного о том, о сём. Время у меня есть, и я ничем дома не занята.

– Поболтать...!? Ну что ж, в этом ничего плохого нет. Я, как говориться "за", и в принципе возражений не имею. Хотя тебя на работе, как я понял это сейчас, нужно посильнее загружать, коль после рабочего дня, у тебя нет желания отдохнуть дома. Работаешь, значит не в полную силу, без огонька....

– Мы кстати, о моей загрузке в рабочее время, также можем поговорить вечером. Да и о другом тоже. Об огоньке, например.... Так я могу прийти к Вам...? Можно...?

– Ну, хорошо Валя, договорились...! Давай, подходи часам к восьми вечера, если время тебе девать некуда. Я думаю, ты мне не помешаешь своим присутствием, нести мою нелёгкую службу и выполнять свои служебные обязанности...!

– Я думаю, что нет, я Вам не помешаю. А возможно даже в чём-то и помогу. Окажусь полезной....

– Ну, тогда и ладушки, если тебе действительно нечего делать дома, то будем считать, что договорились.

Максим ушел после обеда домой, отдыхать перед дежурством. Это была так сказать официальная версия для начальства. А на самом деле, Максим абсолютно не нуждаясь ни в каком отдыхе перед заступлением в наряд, направился по своим личным делам. Он шёл на встречу с одним художником и по совместительству с заядлым коллекционером старинного оружия. Звали этого художника – коллекционера, Эдик. Эдик Тучкин.

Они давно были знакомы, нередко общались друг с другом, и даже в чём-то это общение, можно было, пусть и с большой натяжкой, но всё же назвать некой дружбой.

Эдик частенько помогал Максиму в оформлении плакатов, стендов по военной тематике для отделения. Где-то уже недели две Максим уговаривал Эдика продать ему его машину, БМВ, серебристого цвета. У Эдика был брат. И вот об этом брате и должен был состояться разговор между Эдиком и Максимом. О чём пойдёт речь, Максим не догадывался, и на этот счёт ничего даже и не предполагал.

Они встретились в ресторане, с экзотическим и немного глуповатым названием, «Голубая лошадь». Об этом Максима попросил сам Эдик. Заказали два комплексных обеда, минеральную водичку, кофе.

– Максим..., – начал разговор Эдик – у меня к тебе будет одно деловое предложение. Я думаю, оно взаимовыгодное для нас с тобой обоих.

– И что это за предложение...? – с определённым трудом пережевывая жестковатый шницель, спросил Максим.

– Да, в общем-то, на мой взгляд, довольно простое. Особенно для тебя с твоими организаторскими способностями. И оно заключается в следующем.... Ты же намереваешься купить у меня машину? Надеюсь, не передумал ещё? А я её, в данный момент, и сам тебе не прочь продать. Созрел, как говорится. И я её тебе продам. И даже значительно дешевле той цены, которую ты ранее готов был заплатить мне за машину.

Максим внимательно слушал Эдика и не перебивал его. Только чаще задвигал челюстями. Эдик продолжил....

– Но у меня есть одно условие, или даже скорее просьба, которую если ты выполнишь, то я продам тебе машину за следующую цену, гораздо меньшую, которая была прежде. Эдик назвал эту сумму.

Разница в цене была довольно ощутимая, и от этого у Максима даже немного участилось сердцебиение, и он чуть было не поперхнулся. Но он всё же продолжал, "умно" молчать и дожевывать свой злосчастный шницель.

– А просьба у меня к тебе такая.... Надо помочь моему брату, устроиться работать на автозаправочную станцию, простым бензозаправщиком. И всего делов-то...! Ты сможешь помочь мне в этом деле Максим? Что скажешь на это?

Максим лихорадочно соображал.

– Да пока ничего не скажу Эдик. Надо подумать, что и как, и кого, конкретно необходимо подключить к этому делу. Я, как ты сам понимаешь, не директор нефтебазы!

Максим сразу же, без особого труда, понял интерес братьев к бензозаправке, и какую выгоду они могут из этого извлечь для себя. Заправщики воровали государственный бензин безбожно. И об этом в принципе, впрочем, как и о многом другом воровстве, повсюду и везде, знали если не все, то подавляющее большинство руководства города, да и просто обычных людей. – «Но, как и каким образом, это дело может непосредственно касаться меня лично...? – рассуждал про себя Максим. – Я же не представитель правоохранительных органов, которые обязаны выявлять и пресекать подобные нарушения и злоупотребления! Я помогу ему устроиться на работу и всё...! А если он тоже станет воровать, что и будет, скорее всего, сделано, для того он туда и хочет попасть, то при чем тут я...!? Воровать то с ним я не собираюсь, а значит и отвечать за это, тоже не должен, да и в принципе, не обязан». – Максим, сейчас, а именно, в том случае, если он поможет брату Эдика устроиться на заправку, искал для себя, своей совести, более или менее веские и приемлемые оправдания. – «Но зато у меня будет свой и довольно приличный автомобиль, купленный по бросовой цене. По-моему игра стоит свеч и немалых...!».

И этот щекотливый вопрос, Максимом был решён в свою пользу, и в своих собственных, хотя как ты тут ни крутил, всё же меркантильных, и в какой-то мере корыстных целях и интересах.

Он сейчас вполне сознательно не хотел думать о существенной разнице в цене на машину. Хотя именно это обстоятельство для него было главным и решающим. Но он делал вид, в том числе и для самого себя, что именно это обстоятельство, вроде, как и не есть тот самый главный, и всё определяющий довод, который, в общем-то, подталкивает и заставляет Максима, заняться этим всё же сомнительным по своей моральной и этической сути трудоустройством.

Но Максим мечтал о машине. Мечтал и очень сильно хотел её иметь. И непременно серебристого цвета. Да так сильно, что это его желание, над всеми его сомнениями и колебаниями и всякой там порядочностью и совестью, взяло верх. Оно плотно уселось своим седалищем на всё и вся, свесило ножки, и ни на что не обращало внимания, и не хотело слезать с шеи Максима. Да и сам Максим, если быть честным до конца, против этого сидения непорядочности на его, довольно крепкой шее, особенно не возражал.... И даже, скорее всего наоборот. Максим, где-то, тихо радуясь про себя, что ему так ощутимо повезло, подчёркнуто равнодушно вслух произнёс: – "Хорошо Эдик, будем считать, что договорились... – сказал он. – Попробуем это устроить. Попробуем это дело решить. Может когда-нибудь и мою машину твой брат заправит бесплатно...? – закончил Максим, и почему-то слегка криво, ухмыльнулся.

– Нет проблем братан...! – сказал Эдик – и тоже растянулся в улыбке. Его лицо сейчас напоминало большой, круглый, маслянистый блин.

Они распрощались, и Максим на трамвае поехал в военкомат заступать на дежурство. Стрелки на часах показывали половина шестого вечера.

Надо было торопиться. Не хватало ещё опоздать на дежурство. За Максимом такое раньше никогда не водилось.

У Максима после разговора и сделки с Тучкиным, настроение было, почему-то не очень радостное, а вернее, просто, очень даже, гадливо-паршивое....


= = =


ГЛАВА – 33.

"НЕУДАЧНОЕ дежурство Максима, которое едва не сделало его «джентльменом».


На своё дежурство Максим не опоздал. Прибыл вовремя, минута в минуту, почти, как истинный ариец с нордическим характером, и с изрядно уже поднадоевшей многим, немецкой пунктуальностью.... Вся страна в который уже раз, по телевидению, смотрела многосерийный художественный фильм, «Семнадцать мгновений весны».

Максим заступил на дежурство.

Работники военкомата один за другим покидали свои рабочие места, закрывали и опечатывали свои кабинеты и сдавали их под охрану Максиму. Женщины, особенно молодые, старались, как можно быстрее убежать с работы, мужчины наоборот, никуда особенно не торопились, как будто дома им делать было нечего. Наконец ушли и они. Максим остался в здании один.

Он сделал обход, проверил все оттиски печатей на опечатанных помещениях, затем занялся просмотром и изучением документов для дежурного по военкомату. Но это его занятие, было вскоре прервано. Кто-то позвонил в дверь. Максим посмотрел на часы. Было начало девятого вечера. «Кого это еще там несёт нелёгкая?» – подумал он. Максим нажал кнопку для внешней связи и спросил – «Кто там, я слушаю Вас!».

– Это я, Валя, техработник ваш.... Что, не узнали меня...!?– раздался знакомый и нежный голосок из динамика, установленного в дежурной комнате.

– «Тьфу ты, с этой машиной и Эдиком совсем забыл обо всём. Она же обещала прийти...!» – только сейчас Максим вспомнил о Валентине.

Он подошел к входной двери и открыл её. На пороге стояла она, Валентина....

– Ну, ты и даёшь сударыня...! Я вообще-то думал, что ты так просто.... Поговорила и забыла. А ты возьми да и появись здесь! У тебя это, серьезно, или как...? Ну что, в самом деле, то, случилось Валя...?

– А мне можно войти...? – немного смущаясь, произнесла она.

– Ну конечно, конечно заходи красавица. Извини меня, растерялся немного. От неожиданности....

Валентина зашла, Максим закрыл двери. Они прошли в дежурную комнату, Максим сел на кушетку. Валя стояла, немного смущённо переминаясь с ноги на ногу, и теребила в руках кончик своей косынки повязанной у неё на шее.

– Ну, что всё-таки случилось...? – опять спросил Максим.

– Я пришла, что бы сказать Вам – Валя замялась, стараясь подобрать слова – Что я..., что Вы... мне... Что Вы мне очень нравитесь Максим, как не нравился никто и никогда. И я, я люблю Вас..., и хочу быть с Вами... – уже почти скороговоркой выпалила Валентина. Глаза её заблестели, и в них появились слезинки.

Максим таким неожиданным для него признанием был, мягко говоря, очень сильно озадачен. Даже смутился немного.....

– Валя...! Дорогая! Ну, что ты такое говоришь...!? Я тебя знаю чуть больше месяца. Всего то ничего! И ты меня тоже. Я думаю этого не достаточно, чтобы делать такие серьёзные заявления. Да и потом Валюша, я человек то уже женатый. Как мы можем быть вместе, и как всё это, ты себе представляешь...? Я лично этого сделать, ну никак не могу.

– Я не претендую на место вашей жены, нет. И понимаю, что здесь я безнадёжно опоздала. Я хочу сказать другое, хотя и сама до конца не понимаю, что со мной происходит. Мне скоро исполнится двадцать лет, и со мной такого никогда не было...! Меня действительно неудержимо тянет к Вам. Сразу, с того момента, когда я увидела Вас. Ну, или почти сразу. Тянет просто, как иголку к магниту....

– Где-то я уже слышал подобное сравнение... – вспоминал про себя Максим. А вслух сказал следующее.

– Может как раз потому, что тебе именно двадцать, а скажем не пятьдесят или шестьдесят, тебя и тянет..., а я просто случайно оказался под рукой, и дело вовсе не во мне...!?

– Нет, нет...! И, пожалуйста, не перебивайте меня, я чувствую, что и сама собьюсь. Ведь я даже не просто хочу быть с Вами, я очень, и это правда, извините меня, хотела бы иметь от Вас ребёнка, который был бы похожий на Вас...!

– Ну и ну...! Ну и дела! С корабля..., прямо на бал...! Вот так сразу, "хочу ребёнка и всё тут", вроде я просто-напросто штатный бык-производитель...! – соображал Максим, ещё больше очумевший от очередной просьбы Валентины.

В связи с последними словами Валентины в голове Максима пронеслась одна история, или вернее один случай, который произошел с ним несколько месяцев назад, здесь же в военкомате, когда он был ещё лейтенантом. Максим этот случай, почему-то запомнил. Как впрочем, и многое другое из своей жизни.

Когда Максим служил ещё во втором отделении, он занимался так же и оформлением личных дел на кандидатов в суворовские военные училища страны. Встречался с ребятами, с их родителями, беседовал с ними. В этот год желающих стать суворовцами, набралось человек двенадцать, пятнадцать.

Как-то их собрали в военкомате вместе с родителями, и лично военком проводил с ними собеседование. Ребята такой категории, как правило, на порядок выше своих сверстников. По уровню своего развития, по интеллекту и также по другим характеризующим параметрам, которые говорят в их пользу. Они примерно ведут себя в школе и на улице, воспитаны, хорошо учатся. И, как правило, очень гордятся тем, что именно они, поступают в суворовские училища. Ребята по мальчишески стараются быть серьёзными, хотят выглядеть взрослыми, весомыми. На вопросы военкома стремились отвечать серьёзно и, как им, наверное, казалось в тот момент, основательно. И, как это принято, на вопрос, кем бы они хотели стать в этой жизни, ребята отвечали, что хотели бы стать космонавтами, генералами и другими большими руководителями и начальниками. Их ответы, все присутствующие практически всегда выслушивали с довольно показным, серьёзным видом, хотя у большинства в глазах или уголках губ таилась определённая, иногда плохо скрываемая усмешка.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю