![](/files/books/160/oblozhka-knigi-epifanya-otkryvaet-dveri-382469.jpg)
Текст книги "Эпифаня открывает двери"
Автор книги: Виктор Чебоксаров
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Глава 2 Вниз в темноту
Тут действительно стоял фонарь. Старинный, с массивным каменным основанием. Старой шубой его покрывали хлопья облупившейся зеленой краски.
Эпи обошла фонарь кругом, постучала по его поверхности, вслушиваясь в глухой металлический звон.
– Итак, вход здесь. – Ховин вел себя манерно. Как плохой актер, что постоянно переигрывает.
– Не вижу, – говорила Эпи, нарезая круги вокруг фонаря.
Ховин подошел к столбу и положил руки на его каменное основание. Раздался глухой щелчок и одна из его сторон со скрежетом отварилась. За ним скрывалась узкий круглый тоннель, уходивший в темноту.
– Итак, помнишь план? – спросил он, отходя от прохода.
– Мы его, вроде бы, как не обсуждали. Но я так понимаю – мне надо залезть туда и найти.… Да, что мы ищем? Золото? Каменья? Таинственные предметы?
– Таинственные предметы? Было бы неплохо. Сокровища тоже. Но…
– Так, а если я там что-то такое найду? Как я это вытащу? Тут узко, я и сама тут еле-еле помещусь! А вдруг там сундук?
– Не волнуйся. Нам нужен некий документ. Чертеж или свиток или таблица…
– Таблица? – Поежилась Эпифаня. – Может, без таблиц обойдемся?
– Может. Но, если она там окажется, тебе придется ее принести. Это важнее всего. Ну, а если обнаружишь еще что.… Оставь себе.
– Надеюсь, там все будет завалено золотом! – девочка потерла ладони. – И никаких таблиц.
Ховин протянул Эпи веревку, что притащил с собой. Та привязала один конец вокруг пояса, и нырнула в темноту.
Протиснуться в эту трубу – та еще задача. Даже худая, как тростинка Эпифаня с трудом дышала, схваченная каменными объятиями тоннеля. Про то, как сложно внутри двигать руками и ногами можно и не говорить. Тоннель зарос паутиной и пылью. И все это счастье каждое мгновение пыталось пробраться в нос или в глаза. Девочка также успела пожалеть, что согласилась на это. Хотя впереди ее могла ждать действительно потрясающая награда!
Метр, еще метр. Этот тоннель не хотел кончаться! А лезть с каждым разом становилось все неудобнее и неудобнее. Камень стирал колени, царапал локти, портил и без того поношенную одежду.
Далее тоннель резко побежал вниз. Девочка изо всех сил старалась удержаться, упираясь локтями в стенки. Но бороться с притяжением было бессмысленно. Она соскользнула и как с детской горки понеслась вниз, собирая своей рыжей шевелюрой всю встречную паутину. Коленям пришел конец – их разодрало в кровь. То же можно сказать и о ладонях, которыми она пыталась тормозить.
Вскоре тоннель выплюнул ее из себя. Эпифаня рухнула на холодный каменный пол и сильно ушиблась носом.
– Ай! – только и проговорила она.
Девочка очутилась в полной темноте – даже рук собственных не видать. Одно ясно – помещение имело пол и здесь куда просторнее, чем в том тоннеле.
Придя в себя, Эпи с мгновение ковырялась в своей сумке в поисках выданного Ховином фонарика. И вот тусклый свет разогнал густой мрак.
Эпи стояла внутри большого каменного цилиндра. Ни дать ни взять – старая цистерна. Потолок прячется за лохмотьями паутины. Пол погребен под вековым слоем пыли. Вдоль бесконечной круглой стены тянулись двери, не больше десяти. Каждая дверь старинная, как окаменевшие следы динозавра. Вздувшиеся и почерневшие от времени они из последних сил висели на уставших петлях. Золота и бриллиантов же, как в пустыне воды. Таинственных предметов, на которые по представлению Эпифани просто обязан падать таинственный луч света, тоже не видать. Вместо этих чудес здесь оказалось множество ключей, болтающихся на крючках вдоль стены. Между ними красовалась изображенная мелом замочная скважина, вписанная в треугольник.
– Пропавшие ключи… – Прошептала сама себе Эпи. – Я оказалась права? Конечно! Я всегда права!
Внимательно рассмотрев ключи, девочка заметила, что все они старые и ржавые. Уж точно не украденные вчера!
А главное – зачем они здесь? Это тайное общество? Храм?
Девочка решила проверить каждую дверь. Но они оказались запертыми. Классическая загадка – ключи и двери. Итак, около десяти дверей и тысяча ключей. Эпифаня прикинула в уме, сколько у нее есть вариантов подбора ключа к каждой из дверей. Но тут и без вычислений понятно, что времени уйдет много! Она уже собралась начать с вон того ключа с загогулиной, как вдруг споткнулась обо что-то тяжелое.
Это оказалась книга. Старинная, толстая с обложкой покрытой плесенью. Присыпанная пылью, она казалась обломком кирпича.
Может, это и есть тот самый документ? Эпи снова оглядела пол. Других бумаг, свитков и газет тут не нашлось. И, о счастье! Таблицы отсутствовали тоже! Значит эта книга ей и нужна. Эпифаня подняла ее с пола. Книга оказалась увесистой охапкой пожелтевшей бумаги схваченной истрепавшейся обложкой. Так что же в ней такого ценного?
Любопытство взяло верх и Эпифаня, зажав фонарик в зубах, раскрыла книгу на случайно странице. Внутри много текста, какие-то формулы и чертежи, непонятные символы и гравюры. Вдруг что-то сверкнуло и соскользнуло на пол. Как оказалось – маленький латунный ключик, украшенный несколькими насечками. Ничего особенного, учитывая, что все стены здесь увешаны ключами. Эпи взвесила его на ладони и автоматически сунула в карман.
Но вот она случайно наткнулась на вполне себе читаемые предложения.
«Она проникла сюда. Съехала вниз по трубе, разодрав колени в кровь» Девочка посмотрела на свои колени. Действительно, живого места там не осталось. Писали будто бы про нее! Может, она ошибается? – «Вид множества дверей и тысячи ключей привел ее в замешательство». Эпи огляделась. Стены с ключами и черные двери в темноте. Ее дыхание замерло. – «Отсутствие в камере богатств, крайне разочаровало мою гостью. Но она не оставляла надежды найти хоть что-то». Эпи выдохнула. Где-то в затылочной части черепа родилось чувство, что кто-то следит за ней. «Она решила проверить мои двери на прочность. Что же, пускай!» – Холодок прошел по ее коже. Словно кто-то проникал в ее личное пространство. Ей стало не по себе, но любопытство оказалось сильнее: «Но тут она нашла мою книгу. Чудно, коротышка!».
– Я не… Я, не коротышка! – пробормотала девочка. Но никто, кроме эха, ей не ответил. Здесь было пусто.
Эпи вздохнула – и действительно? Говорить с книгой? Чего она ожидала? Что она ей ответит?
«Процесс начался задолго до этого» – гласили дальнейшие строки – «Циклы времени, векторы пространств, разметка событий».
Эпи смахнула со лба лишнюю пыль и пот – теперь речь шла не о ней. Описывалось нечто уж слишком заумное.
«Но не расслабляйся ведь у тебя за спиной…» – Эпи вскрикнула. Ведь что-то схватило ее и потянуло назад. Книга выпала у нее из рук и закрылась.
– Ну, чего там? Ты жива? – раздался утробный голос Ховина. Он изо всех сил кричал в трубу откуда-то сверху.
Это он дернул за веревку, привлекая внимание Эпифани.
– Да… – Девочка собирала осколки своего духа, что рассыпался от неожиданности.
– Документ? Ты нашла его?
– Сейчас!
Она осторожно подняла книгу и снова перелистала ее. Может она не открыла нужную страницу, но текст больше не рассказывал о том, что с ней только что произошло. Теперь это просто скучные размышления о металлах и ковке, полезные профессиональному кузнецу, а не девочке с рыжими волосами.
– Да. Нашла. – прокричала Эпи закрывая книгу. – Только трудно будет ее поднимать!
– Обмотай веревкой! Я вытяну!
– Может, ты нас обоих вытянешь? – недоверчиво поинтересовалась девочка.
– Думаешь, я не надорвусь? – Недовольно огрызнулся паренек.
Эпи фыркнула и оглядела ту дыру, через которую она попала сюда. В целом, выбраться она сама сможет. Но чтобы Ховин Наглов не напрягался? Никогда!
Она быстро обвязала книгу веревкой, залезла вместе с ней в трубу и, схватив ее покрепче, громко крикнула:
– Давай, только смотри – эта штука невероятно тяжелая!
Веревка дернулась и Эпифаня с книгой медленно двинулись наверх.
Девочка уже предвкушала разочарование Ховина, который внезапно поймет, что вместе со старой книгой ценой своего пота и сил он тащил еще и Эпи. Но тут она почувствовала резкую боль. Что-то схватило девочку за лодыжку и дернуло ее назад. Она попыталась удержаться, но без толку. То, что тянуло ее к себе, обладало нечеловеческой силой. Ее пальцы тут же ослабли и разжались. Она рухнула вниз и кубарем прокатилась по полу.
Тихо. Ни шороху. Только неприятный свист в ушах. Нашарив фонарик, Эпифаня попыталась высветить то, что напало на нее. Но ничего кроме темноты не увидела. Двери, ключи, пыль и маленький круг света от фонарика. Быть схваченной чем– то в совершенно пустой комнате – это жутко. Но еще страшнее, когда в кругу света вдруг встает чья-то ужасная тень. И при этом между источником света и самой тенью – нет никого.
Тень выросла, заняв собой почти всю комнату. Теперь луч фонарика не мог выхватить из темноты ничего. Он обратился зловещими бликами, разбросанными по стенам. Эпи много раз наблюдала, как даже самый тусклый свет развеивает темноту, но, чтобы темнота гасила свет!
Это точно чудовище! Какое? Эпи не знала! Но она знала, что любое чудовище побеждается храбростью и мечом!
С этими мыслями Эпифаня выхватила из ножен свой радужный клинок.
– Я – Эпифаня, победительница чудовищ и Воитель добра! И я тебя не боюсь! – Как можно громче прокричала она, выставляя осколок клинка вперед.
Для большего эффекта она направила луч фонарика на клинок, и тот замерцал радужными переливами.
Но невидимая сила легко разжала пальчики Эпи и выбила клинок из ее рук. Мгновение и тьма поглотила радужные отблески.
«Ну, иногда от чудовищ надо убегать», – решила героиня и бросилась к одной из дверей.
За мгновение ока она схватила со стены первый, попавшийся ей ключ, вставила его в замочную скважину и… Ничего не вышло. Он даже не вращался! Тьма тем временем разбухала, обращаясь в черный непроницаемый туман, что заполнял собой все пространство. Стало холодно. Жутко холодно. Девочка изо всех сил дергала дверь за ручку. Та не выдержала, сорвалась с петель и грузно рухнула на пол.
За дверью – ничего! Она крепилась прямо к стене. Упавшая дверь скользнула по полу. Огромная живая тень слизнула ее, почти как лягушка комара.
Немедля девочка бросалась то к одной двери, то к другой. Те, как спелые желуди отваливались, стоило их дернуть чуть сильнее. И за каждой из них красовалась голая стена. Тень же, казалось, насмехалась над малышкой, наслаждаясь ее беспомощностью. Она медлила с последним ударом, как кошка, которая загнала мышонка в западню.
Но одна дверь оказалась надежнее других. Она выглядела новее и прочнее остальных. Она не стала срываться с петель, как ее собратья. Именно эту дверь стоило открыть ключом, но здесь оказалась очень узкая замочная скважина, в которой уже поблескивал обломок ключа. Его надо чем-то вытащить! Шпилькой? Ножом? Некогда! Тень подбирается все ближе. Она уже почти шепчет ей что-то на ухо.
В отчаянии Эпифаня выхватила первое, на что нашла в своем кармане и ударила им по замку.
Это оказался тот самый ключик из книги. Слишком мал, чтобы заполнить собой замочную скважину, но он легко туда проходил.
Эпи судорожно трясла дверь за ручку, периодически надавливая на ключ. И дверь поддалась! Ключ повернулся, скрипнули старые петли, и дверь открылась внутрь. Героиня провалилась вслед за ней.
Неведомое чудовище взвыло. Кажется, оно рвануло вперед, поняв, что добыча нашла путь к отступлению.
Эпифаня оказалась быстрее и захлопнув за собой дверь, всем весом налегла на нее. И замерла, ожидая, что вот-вот с той стороны последует толчок и существо попытается ворваться внутрь. Обошлось. За дверью воцарилась тишина. Странный звон в ушах тоже прекратился. Эпифаня убедилась, что дверь захлопнулась. После этого, ощутив себя в относительной безопасности, огляделась.
Там, где она оказалась, все заливал мутный желтый свет. Стены, оббитые деревянными панелями, мраморный пол и потертый ковер – это помещение не походило на подземелье или канализацию. Вместо затхлого зловония заброшенных тоннелей тут ноздри щекотал сухой запах старинной пыли, как в библиотеке. Но это точно не библиотека. Скорее всего – это гостиная: посреди огромного зала стоит старый диван-гигант, по бокам от него пара кресел, разломанный столик и пузатый телевизор перед ним. Все залито светом двух покосившихся торшеров. Присвоить звание «Уютное» этому месту мешали многочисленные бутылки и банки, беспорядочно разбросанные по полу.
«Через круглую комнату с ключами не пробраться – там Тенемонстр», – подумала Эпи, – «А здесь точно кто-то живет. А значит, он как-то отсюда выходит. Надо искать выход здесь!»
Еще она прикинула, как она будет разыскивать Ховина, который как пить дать захочет скрыться с книгой, не заплатив ей за услугу. Думая об этом, она осторожно ступала по ковру. Вот она нагнулась за выпавшим у нее из рук фонариком. Но подлое устройство закатилось под небольшую разваленную тумбочку. Она потянулась за ним. Но громоподобный кашель нарушил тишину. Девочка замерла.
– Говорил я тебе тогда, – раздался хриплый низкий голос – Одевайся теплее! На Юзане морозы в минус сто градусов! Нет же…
– Это не Юзан. – После короткой паузы следовал второй голос. Звонкий, но болезненный. – Это Рваная Чахотка! С Кальдебарана!
– То дело было сто лет назад. Она уже должна сама пройти!
– А она не прошла! Сильно въелась в горло!
– Тогда не дыши на меня! – фыркнул хриплый.
– Я? На тебя? – звонкий замолчал, а потом разразился хохотом. – Хорошая шутка!
Эпи осторожно выглянула из-за угла, чтобы разглядеть местных обитателей. Первое, что она поняла: подземная гостиная куда больше, чем казалось на первый взгляд. Во все стороны убегали темные коридоры, куда-то наверх ползла деревянная лестница. Это настоящий дворец! И как он вообще помещался под городской площадью? Второе: обитатель был один. Точнее, Эпи видела одного. Второй мог прятаться в темноте.
Мужчина среднего роста с огромной копной серых, будто бы пыльных волос, в безразмерном коричневом свитере и штанах, выглядящие так, словно их только что сняли со слона. Он стоял перед огромным круглым окном ровно спиной к Эпифане.
Девочка замерла. С одной стороны ей страшно хотелось познакомиться с тем, кто живет в секретном подземелье. С другой стороны – это был его дом, а она зашла сюда без спросу и без стука! Простительно то, что она убегала от монстра. Но что если этот человек заодно с Тенью? Тем более они соседи. Но не вечно же сидеть тут, обнимая угол?
Только она собралась что-то предпринять, как в огромном черном окне мелькнула косматая рожа со сверкающими глазами. Это, скорее всего и есть второй обитатель дома! Он глядел через плечо первого, и его ужасный взгляд падал прямо на Эпи.
– Мы не одни! – громогласно проревел он и его собеседник обернулся. Девочка лишь на секунду увидела его лицо. Оно ничем не отличалось от лица в круглом окне: худое, будто бы высушенное, с впалыми глазами и в обрамлении из густых серых волос, сливающихся с длинной бородой.
Эпифаня вскочила от неожиданности. И даже сделала пару шажков назад. Спасаться бегством при любой нештатной ситуации было не в ее стиле. Но сегодня у нее получалось поступать именно так. В первом случае зверь-из-тени вынудил ее бежать. Сейчас же девочка просто неудачно наступила на пустую бутылку. Та поехала вперед, а Эпи полетела спиной назад. Но на пол она упала не сразу. Сперва девочка ударилась головой обо что-то твердое. Как оказалось – о дверь. Дверь распахнулась, выпуская девочку наружу. А уж потом она больно приземлилась на копчик.
С ужасом Эпифаня поняла, что теперь находится там, где пару мгновений назад встретилась с чудовищем. Странно то, что дверь распахнулась в другую сторону. Как и то, что она вообще распахнулась! Ведь Эпи проверяла ее на предмет запертости!
Теперь эта самая дверь закрылась перед самым носом девочки. Слепые отблески желтого света погасли.
![](_1.jpg)
Глава 3 Карты, Ведьма, один стол
Первым делом Эпифаня вскочила и огляделась: ее окружала темнота. Но не живая, а самая обычная. В воздухе витала пыль. Казалось, весь воздух здесь состоит из пыли! Под ногами целая куча бумаг, все буквально завалено тюками старых газет и папками документов. А еще тут очень тесно, как в деревянном ящике.
Шкаф! Эпи случайно провалилась в большой стенной шкаф! Ну, хоть не в подземную камеру с теневым монстром, что, скорее всего уже проголодался.
За плотно закрытыми дверцами послышалось шарканье ног, косматый и помятый подземный житель вот-вот откроет дверь и…
Дверь распахнулась, обдав Эпи ярким светом. Девочка даже не успела удивиться, что дверь-то открывается в другую сторону. А тем временем в светлом проеме нарисовался круглый как полнолуние силуэт.
– Ч…Что? – взвизгнул от неожиданности до боли знакомый голос Алефа. – Ты?!
В тот же миг круглые, как молочные сосиски пальцы помощника мэра больно схватили Эпифаню за плечо и выдернули ее из шкафа. Та зажмурилась, яркий свет чуть не вскипятил привыкшие к полумраку подземелий глаза. А воздух – свежий и более-менее теплый! Он буквально ласкал нос отсутствием запахов!
– А Вы тоже живете в подземельях, господин помощник мэра?
Алеф, что сейчас напоминал перегретый паровой котел – весь красный, с выступившими каплями пота, вмиг изменился. Наивная интонация Эпи и ее не имеющий для него смысла вопрос исказил его лицо в недоумении.
– Ч…Что? – подняв бровь, протянул он. – Что ты несешь!?
Девочка успела окинуть освещенное помещение взглядом и поняла, что находится в приемной мэрии города Ихс, месте, где она была несколько часов назад! Ее логика искателя приключений быстро привела девочку к выводу – секретный проход.
– Ну. В подземельях! – объяснила Эпи. – Я так понимаю у вас тут тайный ход в шкафу?
– Нет тут никакого хода! – возмутился Алеф. – Так, как тебя там?
– Эпи.
– Верно! Эпи. Стой здесь, я вызову полицию!
– Хорошо! Но я к ним сама могу сходить.… Передать им, что в мэрию ведет несанкционированный подземный ход? Я обязательно скажу! Там еще у вас завелся барабашка! Так что будьте аккуратны, господин помощник!
Эпи протороторила это так быстро, что суетный Алеф не успел ничего сказать. Мгновение, и она уже выскочила на улицу.
Первое, что пришло ей в голову – время в подземельях течет как-то странно – туда она зашла под покровом ночи, а сейчас – солнце сияло в зените. Второе – то, что все эти тайные проходы уж слишком странные: она спускалась вниз, на добрые метров десять, а потом открыла дверь пару раз и она наверху!
Бежать в полицию и сообщать о тайных ходах девочка, конечно, не собиралась. Тайные проходы ей и самой понадобятся рано или поздно. Сейчас у Эпи была другая забота – найти наглого Ховина, что теперь вроде бы как должен ей. Можно, конечно, начать поиски его в мэрии, но Алеф находился не в лучшем состоянии духа. Так что Эпи решила лишний раз его не колебать.
А где искать проныру-фокусника? Эпифаня не придумала ничего лучше, как отправится в Лук и Луг, там, где она видела Ховина в последний раз.
Несмотря на усталость, разбитые коленки, пустой желудок и все эти переживания, Эпифаня чувствовала себя как нельзя лучше. Еще бы! Ведь за последние сутки на ее долю выпало столько приключений и тайн! Потеря радужного клинка так же не расстраивала, пришло случайно и случайно же и ушло.
Подпрыгивая через каждый шаг, она уже представляла, как будет рассказывать о своих невероятных похождений Яррику, и не важно поверит он или усомнится.
Но ее ждало разочарование. Двери «Лука и Луга» были заколочены. Окна тоже. В довесок к доскам и гвоздям здесь красовались огромные ржавые амбарные замки.
Пару раз Эпи становилась свидетельницей закрытия этого убогого заведения. И каждый раз виной тому становились особо огромные заморские тараканы. Но в тех случаях Яррик не заколачивал окон!
Девочка потянула за навесной замок. Тяжелый и неповоротливый, его покрывал тонкий слой дорожной пыли. Такой же слой на досках и засовах. Значит, замок весит здесь давно! Но это невозможно, она посещала его совсем-совсем недавно!
Это опустило ее с небес на землю. Только сейчас Эпифаня заметила, что весь город несколько изменился. Ихс стал менее людным, более грязным, словно намекая ей на что-то, на плечо ей опустился пожелтевший клиновый лист.
– И когда.… Когда это успела наступить осень? – Обратилась она сама к себе.
Какой-то случайный прохожий, прикрывающий лицо шарфом, остано вился при виде Эпи и поспешил уйти прочь.
– Подождите! – позвала его Эпи. – Какой сегодня день? Месяц? Год?
Но прохожий только ускорил шаг и скрылся.
Происходило что-то такое, чего Эпи не понимала. А когда чего-то не понимаешь – надо спросить у кого-нибудь. Под этим «кем-нибудь» Эпи всегда понимала кого-либо мудрого и мистического. Под это описание подходила Арка.
К ней девочка и поспешила, но, преодолев несколько кварталов, она наткнулась на ту же картину – салон Арки закрыт, на двери весит замок, круглые окна закрыты выцветшими ставнями.
Если бы Эпифаня была бы главной героиней приключенческого фильма, то ветер сию минуту же принес к ее ногам обрывок старой газеты, из которого малышка бы узнала, что действительно происходит в Ихсе. Поймав внутри себя такую мысль, она стала оборачиваться по сторонам, стараясь найти ту точку, откуда за ней наблюдает зритель. Но вокруг была только реальность. Она просто опять замечталась.
Двухэтажный Ихс, хоть он изрядно и опустел, все же продолжал жить: откуда-то издалека слышалось монотонное жужжание работающего компрессора, назойливый, как стая комаров, свист дрели. Словно призрак дал о себе знать протяжный гудок какого-то корабля в порту.
Словно… Призрак! Корабль. Мысли девочки поспешили одна за другой, как вереница деловитых муравьев. Только это были ну очень быстрые муравьи (а скорее всего тараканы)! И так, призрак в порту. Корабль-призрак. Рассказ Яррика…
– Ах, ну да! – девочка хлопнула себя по лбу. – Одноглазая колдунья!
Как она могла о ней забыть? Теперь Эпифаня была готова обойти весь город вдоль и поперек, лишь бы разыскать таинственную страшную старуху. Она понимала, что обещала старому цыгану к ней не заглядывать. Но что уж поделать?
Эпи ожидала, что поиски затянуться. Однако уже через полчаса она стояла на пороге небольшого полуподвала украшенного вывеской в виде глаза. Точнее – это обычный плафон уличного фонаря. Большая белая сфера, на которой кто-то нарисовал радужку и зрачок. Это превратило обычный фонарь в светящееся глазное яблоко.
Девочка осторожно постучала в дверь, но вся аккуратность коту под хвост! Дверь заскрипела и чуть не свалилась с верхней петли. Маленькой девочке пришлось приложить все свои Эпифаневые силы, чтобы удержать дверь от падения. Стиснув зубы, она вернула все на место, попутно оказавшись внутри темной каморки.
Подвал казался очень старым с его аркообразным потолком. Луч белого света пронизывал густой полумрак, разделяя помещение на две части. В той части, в которой оказалась Эпи все пространство занимали стопки книг и газет, стены украшали карты мира и местности с булавками, что отмечали определенные точки. Вторую половину подвала занимал огромный старый стол, словно бы вырезанные из единого массивного куска дерева. Как он мог попасть внутрь, сквозь столь узкую дверь останется величайшей загадкой. И, пока девочка оглядывалась по сторонам, именно над этим столом вспыхнула зеленая лампа, породившая длинные тени.
– А! – раздался шелковистый голос невидимой женщины. – Эпифаня, что завет себя искательницей приключений! Я страшно рада воочию тебя узреть!
– Вы… – Эпи прищурилась, пытаясь разглядеть обладательницу голоса. – Вы знаете кто я?
Невидимая женщина подалась вперед, и свет тусклой лампы осветил ее лицо. Эпи отпрянула назад, но ее ожидания не соответствовали реальности, страшной старухой гадалка точно не являлась. По крайней мере, старухой. Черные, как сажа волосы, скуластое гладкое лицо, ироничная улыбка и невероятно пронзительный взгляд. И, да, тольк один глаз. Второй глаз закрыт темной повязкой. Косой шрам, выглядывающий из-под повязки, толсто намекал на причину потери глаза.
– Знаю ли я. – Гадалка сверкнула своим янтарным глазом. – Конечно, знаю!
– Предвидение?
– Нет. Зачем предвидение, когда есть это!
И женщина протянула. Эпи помятую листовку, что сообщала:
«Разыскивается опасный преступник и террорист. Имя: Эпифаня. Фамилия – неизвестна. Может называть себя одолителем чудовищ, повелительницей бурь, искателем приключений и прочая несуразица. Выглядит младше, чем является. Одета так себе. Может быть вооружена и опасна, а может замучить вас глупыми вопросами».
Текст набран очень официальным шрифтом с соблюдением самой официальной разметки. Под текстом же красовался черно-белый портрет самой Эпифани не самый лучший, но мордашка Эпи отлично различалась.
Глаза девочки округлились, а внутри что-то разбилось и с грохотом рухнуло в пятки.
– Я…Я – террорист? – Эпифаня буквально поперхнулась своими словами.
– Если верить всему, что написано, то еще и опасный. – Отрешенно заметила гадалка, занявшаяся тем временем потертой колодой карт. – Станешь ли ты мучить меня глупыми вопросами?
– Нет! То есть да! То есть не глупыми! Я хотела спросить – что здесь происходит?
– Ты зашла ко мне на огонек, и мы беседуем. – Ухмыльнулась гадалка.
– Нет. Что происходит в городе?
– Странно, что ты спрашиваешь это у меня, вместо того чтобы читать газеты. Складывается впечатление, словно тебя вообще в городе не было. Ну что ж, отвечу так: город живет, у него возникают новые трудности. Все как всегда. В любую иную эпоху. С любым другим городом.
– Нет! Вы меня не поняли! – Эпи покраснела и теперь ее рыжие волосы, и лицо сливались оттенками, превращая ее в подобие редиски. Но одноглазая женщина легко ее успокоила, положив свой длинный палец девочке на губы.
– А ты попытайся задавать верные вопросы. – спокойно заметила она. – Может быть, что и выйдет?
Эпи утробно прорычала. Но смекнув, что к чему успокоилась и, приложив пальцы к виску, начала рассказ:
– Хорошо. Я попала здесь в подземелье. Странное. Там оживали тени! Но какие бы ужасные испытания они мне не готовили…
– Можешь и без пафоса. – Заметила одноглазая.
– Хорошо. Там была живая тень. А после я попала в странное место, провалилась там, в шкаф, и вот я уже в городе! А тут все изменилось. И вот это….
Эпифаня покосилась на свой портрет в полицейской листовке.
– Словно между дверью в шкафу и дверью там, в подземельях не было никакого расстояния? – Заинтересовалась гадалка. – Верно?
– Угу. – кивнула Эпи. – И будто бы кто весь мир «переписал».
– Переписал, не переписал, но мы получили то, что получили. Ладно, девонька. Учитывая тобою сказанное, я могу лишь предположить, что все только началось. – Одноглазая гадалка уставилась на девочку немигающим взглядом единственного глаза. Она все еще продолжала теребить в пальцах колоду карт. Свободной рукой она выдвинула из-за своего массивного стола небольшую красную табуретку и предложила Эпи присесть.
Эпи согласилась и, присаживаясь, задала тот вопрос, который мучил ее уже как вторую секунду:
– Что началось?
– Череда событий. Знаешь ли, мир всегда делиться на «до» и «после». Даже до нашего рождения что-то было, а некоторые говорят, что и до сотворения кое-что существовало. Считай, что началось это самое «после» а то, что было «до», ты не бери в расчет. Было и всплыло.
– А как же получилось это … – Окончательно запутавшись в логических цепочках происходящего, девочка снова взглядом указала на листовку «Разыскивается».
– Это у тебя надо спросить. Ты же совершила…
– Я не совершала! – Возмутилась Эпи.
– Тогда тебе нечего бояться. Невиновным суд не страшен. Кстати, когда тебя схватят, а это произойдет довольно скоро, ты сможешь задать им все мучающие тебя вопросы.
– Схватят? Вы предвидите это?
– Простой расчет. Неужели ты думаешь, что ты настолько незаметна на улицах маленького городка, где все тебя ненавидят?
– Ненавидят? – почти по слогам произнесла девочка. Ее легкие словно сдавил огромный черный питон, от чего она не могла даже сглотнуть. Пытаясь отделаться от неприятной новости, она спросила первое, что выпало из ума на кончик языка. – А вы точно пророк?
– Пророк? Я? – Это явно развеселило одноглазую, ее глубокий янтарный глаз заблестел, словно уголёк в костре. – Нет, девочка. Не совсем.
– Тогда кто вы?
– Думала, ты никогда не спросишь. Меня зовут Нимфия. Настоящего имени тебе знать не следует. Как, впрочем, и никому другому. Я наблюдатель. Просто слежу за новостями, смотрю на людей, слышу их истории. Все это дает мне в руки столько разноцветных ниточек! А уж из них я сплетаю узор. Ты не представляешь, как легко предугадывать события, когда ты знаешь, что происходило и что уже произошло, но в основном я просто жду.
–Чего?
–Все мы чего-то ждем. Моряки ждут ветра, игроки – удачи. Некоторые тратят на это все время своих жизней. А я. Мне просто любопытно. И так, времени у нас остается очень мало, и, пока ты сидишь здесь и ждешь своей участи, давай я тебе погадаю?
– Так все-таки – магия? – Грустно улыбнулась Эпифаня.
Нимфия лишь наградила девочку лукавым одноглазым взглядом и выложила перед ней первый ряд карт, украшенных угловатыми рисунками.
– Пирамида. Означает, что кто-то строит свои планы. Здесь. Прямо сейчас, за твоей спиной, вокруг тебя – что-то затевается.
– Всегда это подозревала! – Эпи хлопнула себя по колену.
– Замочная скважина – это тайна. Что– то, что тебе будет дано подглядеть. Еще ты встретишь Безумца, Старца и Любопытного. Интересно.
– Старца… Я, кажется, знаю. – Эпи стала загибать пальцы. – Безумец. Сейчас каждый второй сошел с ума, это не проблема с таким столкнуться. А вот любопытный. Кто бы это мог быть?
Но гадалка не уделила внимание болтовне Эпи, словно та ничего и не сказала, и продолжила трактовать расклад:
– Маска. Вор. Дверь. Ключ. И снова дверь! Странно.
– Что? Что это значит?
– А что может это еще значить? Кто-то хочет открыть дверь. Кто-то скрытый. Человек. Или целое общество. И они ищут то, что поможет им открыть дверь, но ключ за дверью. Вот что странно.
– Дверь? Ключ? А я-то тут причем?
– А ты случайно не хочешь открыть какую– либо дверь?
– Нет. Кажется. – Эпи вдруг вспомнила странные двери там, в подземной цистерне. – Так что за дверью?
– Ответ, судя по всему. То, что ты так любишь.
– Ответ?
– Да! Очень важный ответ. На очень важный вопрос, очевидно.
Нимфия выложила еще один ряд карт и, указав на черную фигуру с косой, загадочно добавила:
– Ответ и погибель.
– Но кому надо открывать дверь, за которой погибель?
– Например, тому, кто ищет приключения. И тем, кому очень важен этот самый Ответ.
– Уууу. Таинственно. – протянула Эпи. – А что означит «Дракон»?
– Алчность. – Гадалка лукаво сверкнула янтарным глазом. – Вот еще кое-что! Будет много масок и обмана, но когда все раскроется, ты одна останешься самой собой… И это приведет к….