Текст книги "Собирая осколки (СИ)"
Автор книги: Вика Лонер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 8
Ника вышла из школы остановившись на верхних ступеньках и всей грудью вздохнула свежий морозный воздух. Школьники спешили домой сбивая друг друга. Некоторых встречали родители, а другие сбивались в стайки и шли домой толпой. Хотя нет, вот эти пятеро подростков из ее класса шли на тренировку.
Тренировка, тренировка… Сходить сегодня на йогу или завтра? Эх… так лень, а надо!
Еще немного постояв руки в карманах, Ника наблюдала за происходящим.
– Эй, а цветы чего не взяла? – Андрей легонько толкнул ее в спину и тут же прижал уперся в грудь цветами. Ника не спешила брать букет, обреченно вздохнув.
– Мне сейчас домой еще почти час добираться, пусть тут остаются. До дома пока дотащу, они разваляться.
– Ну остальные можешь и не брать, а мои должна взять, – гнул свое коллега из соседней школы. Веронике лень было спорить и уверив себя, что выкинет этот букет, как только коллега скроется с глаз, с видом большого одолжения, приняла букет. Мужчина довольно ухмыльнулся и быстро наклонившись коснулся ее губ.
– Офигел?! – зло зашипела Вероника, замахнувшись его же цветами, но мужчина быстро увернулся и расхохотавшись умчался прочь.
– Козел, – тихо процедила Ника ему в спину и поискала взглядом мусорку.
– Вот тут вам и место, – тихо бубнила она себе под нос собираясь выкинуть цветы в мусорный бочонок прямо за воротами школы.
– За что ты их так?
Ника с трудом сдержалась, чтобы не выказать свои чувства, и медленно, словно нехотя скосила глаза на Алекса, который подпирал свою черную «тойоту» спиной. Надо же, стоит тут такой с расстёгнутым пальто. А чего свитер на «молнии» не расстегнул за одно? Девушки бы мимо точно не прошли!
– Как командировка? – скучающим тоном поинтересовалась она, оставив цветы в покое, хотя сильно хотелось кинуть этот букет в него.
– Нормально, устал немного, – Серебряков криво усмехнулся, взъерошив пятерней волосы и вновь убрал руку обратно в карман. Ника быстро поняла, что он пытаться определить по ее интонациям и эмоциям, скучала ли она по нему. Обойдётся! Бросил ее понимаешь больше, чем на неделю. Да она уже не знала куда деться по вечерам! Ну почему она к нему так привыкла? До полуночи вслушивалась в каждый скрип, ожидая, что вот-вот ключ повернётся в двери, и он войдет. Пусть не поздоровается и сразу скроется в комнате. Но хотя бы она будет спокойно спать, зная, если что, он придет, разбудит и успокоит. Все больше хотелось его ненавидеть за то, что ее чувства к нему меняется. Ну ведь совсем недавно, все было спокойно. Его не было, и ей было спокойно. Так почему сейчас все саднило внутри и говорить на самом деле было очень трудно и больно.
Ника очень надеялась, что фонарь освещает плохо и ее эмоций не читаться на лице.
Он протянул к ней руку, и Вероника чуть не бросилась к нему в объятия.
– Давай, положу на заднее сидение, не мучай их.
– На, только на заднее сидение сяду я, – упрямо решила Ника, буквально бросив в него букетом.
– Отлично! Ника, ты домой, да? Можешь меня подвести, ну пожалуйста! Муж звонил, машина сломалась. А куда я в таких сапожках! – словно из воздуха материализовалась Катя.
На внимательный и изучающий взгляд Алекса, Катя ответила лучезарной улыбкой протянув ему ручку для знакомства.
– Екатерина, мы с Никой хорошие коллеги.
– Что-то не помню, чтобы она о вас говорила, – задумчиво произнес мужчина поверх головы Кати, наблюдая за Никой. Она даже не подозревала, как отчетливо на ее лице читалась ненависть и желание придушить кого-то. Алекс подозревал, что его. И настроение как-то сразу упало. Правильно мама говорила, по меньше планируй, а то точно не сбудется.
Он открыл перед Екатериной дверь так как Вероника уже скользнула на заднее сидение подальше от него и старательно делала вид, что читает что-то в телефоне.
Еще никогда Ника не чувствовала в себе столько желания кого-то убить. И вообще, почему она стала такой жестокой и злобной?! Все Алекс виноват, из-за него она стала такой мстительной.
Незаметно мысленно прожигая взглядом пассажирское сиденье, на котором сидела неумолкающая Катя, она строила планы мести. При этом стараясь не замечать, как безбожно эти двое флиртовали. То ручкой дотронется до его запястья, то случайно на бедро положит. А улыбается то как… в прочем, Серебряков тоже не скромничал. Ей он так ни разу не улыбался.
– Ой, спасибо тебе большое, даже не знаю, как благодарить. Это так мило… – напрочь забыв о том, что Ника в той же машине Катя наклонилась чуть вперед к Алексу.
Ника вышла из машины. Даже дверью хлопать не стала. И пальто обратно не застегнула. Только спрятала руки в карманы натянув ткань так, что рисковала их оторвать. Отличный у нее день рождение сегодня. Не мог этот гад на день задержаться, а? Ну хотя бы к себе поехал, или еще куда ни будь.
Снег не спеша ложился большими хлопьями на тротуар. Только вчера, земля была черной и голой. А сегодня, в середине декабря, опять решил выпасть снег. Капризная зима, все не может определиться, остаться или еще не приходить.
– Может застегнёшься, холодно?
И как он так быстро ее нагнал? Не ужели испугались, что Катин муж их застанет?
– И? – Ника не сбавляла шага, хотя идти было скользко. Сапоги она явно не те одела.
– Простудишься, не хочу потом…
– Возиться со мной? – подсказала Ника, изогнув губы в усмешке продолжая смотреть прямо перед собой. – Не переживай, не придётся. Свалишь к себе и…
– Да не целовал я ее, и она меня! – Алекс схватил ее поверх локтя останавливая. Вырывать руку она не стала, зная, что, если что, все равно не отпустит.
– Да мне пофиг Алекс! Целуйся, если хочешь, с кем хочешь.
– Так уж и все равно? – он прищурил глаза и ей было не понять его взгляда.
– Да.
– Так чего сбежала?
– Потому, что бесит это твое постоянное желание меня унизить и на место поставить. Я хоть раз тебя унизила перед коллегами или друзьями? Перед семьей?! – Ника не кричала, голос был приглушен.
Алекс отпустил руку убрав свою в карман пальто. Взгляд был внимательный и испытывающий.
– Вот на кой черт ты сегодня приехал? Ехал бы к себе, или к своим… да все равно куда и к кому!
– Помниться, ты сама просила, чтобы я приехал, встретил после работы.
Ника тихо рассмеялась, с каким-то чувством безысходности.
– Точно! Сама напросилась. Класс, спасибо! – она качнула головой и зашагала вперед с трудом сдерживая эти чертовы слезы. Да что с ней твориться? Совсем распустилась, сейчас осталось еще разрыдаться и сопли распустить, вот порадуется то!
В следующий миг ее руку буквально выдернули из кармана и зажали в цепких пальцах.
– Ну все, хватит! – процедил Серебряков куда-то ее волоча. И ведь не сильно поупрямишься, ноги скользили и вместо того, чтобы попытаться вырваться, она боролась с тем, чтобы не растянуться на дороге.
Когда он наконец-то перестал ее куда-то тянуть, Ника сообразила, что они в ресторане. Она пару раз проходила мимо него. Хоть кухню и хвалили, но не для ее зарплаты эти блюда. Пока она осматривалась, Алекс о чем-то беседовал с администратором.
Через пару минут у них забрали верхнею одежду и провели в зал. Все это время Алекс стоял очень близко, стараясь не выпускать руку. Видимо опасался, что она сейчас опять деру даст.
Раздав меню и лучезарно улыбнувшись, администратор удалился, предоставив им возможность выбрать себе ужин.
Алекс демонстративно распахнул меню изучающе пробежав по нему взглядом. Ника же осторожно изучала обстановку. Помещение было небольшим, в теплых тонах. Картины на стене, все до единой, изображали луну. То над морем, то над лесом итд. Вся обстановка создавала впечатление, что они находиться где-то в волшебном лесу или у моря. Приятная музыка из динамиков успокаивала.
– Может чай или кофе, а то руки еще холодные… – Алекс положил свою ладонь поверх ее ледяных пальцев и тут же сузил глаза, когда она резко выдернула свою ладонь. Он медленно убрал свою.
– Что-то выбрали? – к ним подошел симпатичный официант с блокнотом и ручкой наготове. Ника заказала первое, что попалось на глаза в меню. Вроде какой-то салат и кофе к нему. Руки и правда мерзли. Алекс продиктовал свой заказ.
– Десерт мы выберем позже.
Официант кивнул и удалился выполнять заказ. А Ника внимательно изучала узор на скатерти. Белый такой, почти в тон самой скатерти. Если честно, разглядеть его было практически невозможно при этом освещений. Но смотреть на Алекса не хотелось. Она не знала, о чем с ним говорить.
– Извините, не возражаете если я приглашу вашу даму на танец? – к ней наклонился приятной внешности мужчина и потянулся целовать ее ладонь едва взглянув на Алекса.
Вот в этот момент ей почему-то было не трудно на него смотреть. Наверно потому, что, ласково улыбаясь и барабаня пальцами левой руки по столу поближе к вилке он смотрел не на нее, а на возможного партнера по танцам. Ника даже воспаряла духом, наконец-то что-то позитивное и возможно день рождение не испорчен. Но увидев эту его «ласковую улыбочку» она тут же поняла, что вечер ее мучений еще явно нескоро закончиться.
– Нет.
– Ну почему не дать такой прекрасной даме потанцевать.
– Она не умеет! – не переставал улыбаться Алекс, а Ника от всего сердца надеялась его уничтожить одним только взглядом.
Мужчина видимо что-то понял и извиняющее улыбнувшись Нике, распрощался.
– Смотри-ка, а его прикосновения тебя не раздражают, – как бы между прочим заметил Серебряков.
Ника откинулась на спинку стула и надеялась, что ее усмешка такая же надменная, как и его.
– Как и тебя Катины, – «ласково» напомнила она.
Алексей улыбнулся.
– Так всё-таки ревнуешь?
– Нет. Просто прояви уж хоть какое-то уважение и впредь, касайся, целуйся и…
– … и что, и тащи в постель не на твоих глазах?
Черт, у нее что, все на лице написано?
Ника кивнула, стараясь не выдать разочарования тем, что он ее мысли так быстро разгадал.
– Ай-ай-ай, – пожурил он явно довольный своей догадливостью, – любимому-то мужу такое советовать. Эх… мама моя тебя не слышала, вот бы рассказала, как надо себя вести.
Он провоцировал, прямо нарывался на то, чтобы она вспомнила про его отношение к отцу и сделала весьма неприятное сравнение. Интересно, зачем? Чтобы еще больше ее унизить, насолить и в конец испортить настроение? Да какая разница, он и так в этом отлично преуспел.
Да ну его к черту, Ника отвела взгляд прикрыв глаза и осторожно их потерла, стараясь не задеть макияж. Она слишком устала, чтобы это все выслушивать. Может завтра, когда выспится.
Музыка стала чуть громче и несколько пар встало из-за стола направились на специальную небольшую площадку, где, прижавшись друг к другу танцевали. Ника сама не заметила, как наблюдая за ними украдкой едва заметно улыбается. Танцевать она любила. Редко удавалось, но любила.
Когда обзор закрыла мужская фигура и Серебряков протянул ей руку, Ника с трудом удержалась, чтобы не съязвить по этому поводу, но вовремя перехватила его предупреждающий взгляд из-под длинных темных ресниц.
Девушка с трудом удержалась, чтобы радостно не вздохнуть, оказавшись в его объятиях. И хоть в начале танца расстояние между ними было, как и требовало приличие, ближе к концу песни, Ника уже почти в плотную прижималась к Алексу положив голову на плечо и обвив руками его шею. Вот как так, а? Пять минут назад, хотелось об него разбить всю посуду в ресторане, а сейчас она тихо наслаждалась этой близостью. Его одеколоном, которым пропахла ее квартира и который нравился ей только на нем. А еще он был таким теплым и… родным?
– Ты потом будешь винить меня, что я тебя соблазнить пытался? – с хрипотцой в голосе поинтересовался он, поглаживая теплой ладонью по спине. Ника радовалась, что не отказалась надеть это платье. Оно отлично подходило к походу в ресторан, да и просто приятно было ощущение, которое вызывало прикосновение Алекса через материю.
– Мхм, – согласилась она, повернув голову и легонько коснувшись губами его шеи. Тихо выдохнув, он наклонил голову в сторону, чтобы разглядеть ее глаза, но Ника уже опять отвернула голову продолжая прижиматься к его плечу. Она еще не готова встретиться с ним глазами после такого интимного прикосновения.
Но песня закончилась и на замену пришла слишком быстрая, медляк уже не потанцуешь. Алекс проводил ее к их столику и извинившись удалился. А когда вернулся, им уже подали заказ и можно было опять избегать его взгляда уставившись в собственную тарелку.
Они все же разговаривали. О каких-то мелочах. Кажется, Алекс что-то рассказал о своей командировке, а Ника кивала не вникая.
Когда пустые тарелки унесли, Ника придвинула к себе чашку с кофе и не особо различая его вкус отпила задумчиво разглядывая улицу за окнами. После этого танца и непонятно с чего возникшей близости, она успокоилась. Уже не было желание придушить коллегу и Алекса за одно. Ну может пнуть, хорошенько так?
– Поздравляем, – раздалось тихое поздравление официанта, который принес с собой тарелку с мороженным тортом. И Ника не сдержалась. Вдруг так широко и искренне улыбнулась, что аж чуть не прослезилась. Торт, для нее! Да еще какой?! Она обожала мороженные торты, это было ее слабостью. Видимо Серебряков видел коробки в мусорке. Блиин! Приятно то как.
Она подняла сияющий взгляд на мужчину и тот сдержанно усмехнулся.
– Угадал?
Ника кивнула не в силах вымолвить и слова.
Им подали ложечки и отрезали по куску на блюдечки. Ника с таким наслаждением уплетала каждый кусочек, что Алекс не удержался, тихо рассмеявшись.
После трех кусков, Ника все еще с великим сожалением смотрела на остатки понимая, что больше не влезет, но так жаль оставлять. Вот это ее тоскливое выражение здорово смешило Серебрякова, и Ника послала ему уничтожающий взгляд, он лишь лукаво улыбнулся.
К машине они возвращались молча, Ника держала его подругу, задумавшись о чем-то о своем. Шли не спеша, словно наслаждаясь вечером. Ника задрала голову, в городе звезды были почти не видны. Наверно там, где жили родители Алекса, они просматривались лучше. Но когда они там были, была метель, и звезды было не увидеть.
– Кстати, поздравляю, – подал голос Алекс и Ника оторвалась от созерцания неба.
– Кстати, спасибо, – кивнула она. – Откуда узнал про день рождение? По цветам догадался?
Что-то мелькнуло в его взгляде, но при таком плохом освещений, было не понятно, что именно.
– На свидетельстве написано.
Ах да, она и забыла, там и правда написана дата ее рождение. И его кстати тоже. А какая у него там дата? Вроде у них не большая разница в днях рождениях. В ноябре? Или в январе?
– Не ломай голову, мой день рождение ты успешно пропустила, – вновь словно прочитав ее мысли усмехнулся он и открыл дверцу машины. Переднею, рядом с ним. Ника не стала спорить и села в машину.
– Извини, – тихо пробормотала она, когда огни города замелькали за окнами.
Он криво улыбнулся, смотря на дорогу.
– За что? За то, что день рождение пропустила или за то, что ревновала к Кате?
– К «Кате», – с какой-то издевкой в голосе процедила Ника, уставившись в боковое окно. – Сдались вы мне оба. За день рождение.
Хотя, если честно, что-то ей уже ничего не жаль было. Надо бы еще в добавок нахамить, чтобы не улыбался так ехидно, поглядывая в ее сторону. А то она в отражении не видит. Гад такой!
Глава 9
– А куда мы едем? – Ника вдруг поняла, что уж очень долго они до дома добираются и начала озираться вокруг в поисках ориентира.
– Домой, – он чуть криво улыбнулся, не отрываясь от лобового стекла.
– К тебе?
Алексей повернул к ней голову.
– К нам.
– Это твой дом, – зачем-то для уточнила она стараясь не встречаться с ним глазами.
– Наш. После замужества, у тебя тоже есть право в нем находиться и жить.
– Но…
– Но да, если разведемся, он под раздел имущества не попадает, как и твоя квартира. Так как были приобретены до бракосочетания. Но по желанию, мы оба можем переписать наше имущество друг на друга, завещать или оформить генеральную доверенность, а также сделать совладельцем…
Возможно он хотел сказать что-то еще, но внезапный хохот прервал его перечень, и Алексей недовольно сузил глаза мельком поглядывая на Нику, пока следил за дорогой.
А та все не могла отсмеяться. Минут пять ее еще потом в молчаливом смехе трясло.
Серебряков молчал.
К моменту, когда они наконец подъехали к его дому, Ника все еще не могла прекратить глупо улыбаться.
– Мы с ночевкой? – осторожно поинтересовалась она, когда они выходили из машины.
– С ночевкой.
– У меня с собой ничего нету…
– Мое возьмешь.
Нике показалось, что он был задет ее внезапной реакцией, но сама она ничего не могла поделать. Он впервые с ней использовал профессиональный язык и тон, которым он все это декламировал, ее насмешил. Может потому, что была так напряжена и задета произошедшим до этого, возможно что-то еще. Но сейчас стало даже как-то свободней дышать.
Сняв в прихожей верхнею одежду, Серебряков жестом поманил ее подняться сразу на второй этаж в спальню.
– Дам тебе одежду, сможешь сразу переодеться, – пояснил он на ходу стягивая свитер и расстегивая рубашку. К тому времени, когда они подошли к спальне, он уже снял рубашку небрежно бросив ее поверх покрывала на кровать и туда же свитер.
Ника невольно залюбовалась игрой мышц под кожей на спине. Даже едва слышно выдохнула и тут же себя обругала. Не первый раз же его по пояс голым видит. Видимо гормоны совсем разыгрались, надо попринимать магний что ли. Может нервишки по меньше шалить будут.
Она следовала довольно близко к нему и в момент, когда он резко остановился, она почти врезалась в него, успев выставить вперед ладони. И вместо того, чтобы убрать сразу ладони, провела ладонями по его спине вниз, разводя в стороны в ранее пояса и только тогда отступила назад. Она сама не знала, зачем так сделала, но захотелось.
Ника видела, как он напрягся, не оборачиваясь и поняла, что зря так поступила. Вот сейчас опять вернется к настроению, которое у него появилось вечером у родителей, когда он злой и раздраженный всячески от нее ограждался.
В момент, когда он выдал ей футболку и спортивные штаны, Ника смотрела куда-то мимо него чувствуя, как сильно ее добивают эти его перепады настроения и все больше это задевает ее чувства.
Кивком поблагодарив она была направилась в ванную переодеваться, но Серебряков сам быстро вышел, оставив ее.
Ника со всей силой сжала челюсти сдерживая подступившие слезы.
Чтобы окончательно успокоиться, пришлось принять душ.
Свою замысловатую прическу она распустила и позволила волосам отдохнуть.
– Ну наконец-то, давай садись, фильм посмотрим, – весело позвал Алексей, заметив ее на лестнице и похлопал рядом с собой по дивану.
Ника сузила глаза. Да у него что, брат-близнец?! Да что такое с его настроениями? То ей кажется, что уже начинает распознавать их, то опять в ступоре от его очередной выходки.
Алексей фыркнул и не смотря в ее сторону положил рядом с собой подушку так, как она до этого сама делала, когда они смотрели фильм у нее в квартире.
Ясно, он по своему ее взгляд расценил, ну да ладно, она не против.
Только к нему под бок садиться не стала. Устроилась с краю дивана, подтянув ноги и обняв подушку прижала к себе.
Как только она закончила это действие, Алексей подал ей большую пластмассовую миску с попкорном и включил широкоэкранный телевизор.
Фильм оказался довольно интересным. И веселым и драматичный, всего понемногу.
Ника успела поменять позу раза три или четыре, но удобную принять не получилось. Ей все хотелось вытянуться на диване в полный рост, расслабить ноги. Но из-за рядом сидячего Серебрякова, это не удавалось. При этом, краем глаза он наблюдал за ее попытками и лишь едва заметно кривил губы в улыбке заложив руки за голову и вытянув ноги перед собой, скрестив в лодыжках.
Время пролетело быстро, и подняв глаза на часы, Ника поняла, что пора и правда ложиться уже.
– Ложись наверху. В гостевой спальне голые стены, и спать не начем.
– Давай я на диван лягу, ты после долгой поездки, нужно нормально отдохнуть.
Серебряков вытянул руки перед собой сцепив пальцы в замок и лукаво улыбнувшись взглянул на нее.
– У меня диван не раскладывается, и спать на нем вдвоем, будет тесновато. Все равно не отдохну… нормально.
Чтобы быстрее скрыть смущение от того, как он понял ее "намек" она быстро встала и на ходу бросив "Спокойной ночи!" чуть не бегом ринулась на второй этаж.
Кажется, она даже расслышала его тихий смех.
Оставшись в футболке поверх нижнего белья, она долго сидела в изголовье кровати подтянув коленки и облокотившись о них локтями.
Спать не хотелось. Точнее, хотелось. Но вот не уснуть было. Казалось бы, вот он, в другой комнате, все как дома. Так чего ей не иметься?
Ника уже раз десять переплела волосы, не зная, чем еще себя занять. Даже пару раз порывалась спуститься вниз и глянуть, спит ли он. Даже доходила до первой ступеньки, но тут же бежала обратно. Еще не так расценит ее поведение. Да ну на фиг!
Глаза привыкли к темноте, и Ника задумчиво разглядывала странные тени на стене пытаясь представить, на что они похожи. В конце концов она перевела взгляд к дверному проему, в котором стоял Серебряков опираясь руками по обе стороны дверного проема. Почему-то это ее не удивило. Молчание длилось минуты три, может больше. Она не могла сказать с уверенностью, но его взгляд казался напряженным. Футболку он уже снял, видимо готовился ложиться. Может пришел проверить, спит ли? А зачем? Или забыл пожелать приятного сна?
– Ложись, – наконец хрипло и едва слышно выдохнул он не делая попытки зайти.
Ника легла, укрылась одеялом и отвернулась к окну. Уйдет, можно будет опять тени разглядывать начать. Потому, что после вот этого его появления, ей вообще не уснуть будет, уже даже пытаться нету смысла.
Слух обострился до невозможного. Почему иначе ей казалось, что она слышит его дыхание, и то, как он осторожно прикрыл дверь. И тихие, едва различимые шаги по мягкому ковру. Минуты две или вечность тишины и только непреодолимое желание обернуться и проверить, кажется ей это все или нет.
Когда кровать прогнулась под тяжестью и сильная мужская рука придвинула ее ближе к себе спиной, Ника поняла, что не кажется. И хотя она чувствовала его напряжение и какую-то настороженность, сама она как-то сразу расслабилась и немного повозившись положила ладонь по верх его руки и быстро уснула.
– Я на пробежку, – он лукаво улыбнулся, когда Ника едва проснувшись прищурившись пыталась сфокусировать взгляд на Алексе, который уже проснулся и застегивал на себе спортивную куртку.
Когда она уснула в его объятиях, ей еще в голову не приходили мысли, что одолевали сейчас. Как теперь в глаза смотреть, что говорить и не будет ли он жалеть о своем поступке. Ведь сам утверждал, что спать вместе с кем-то ему не нравиться. А вчера этот "намек" на совместный сон на диване. А потом еще и его поступок ночью… все это сбивало с толку. С одной стороны, Ника радовалась, что его настроение не ухудшилось и его не бесит ее присутствие. С другой, она все равно не могла понять не себя не его. Что-то внутри подсказывало, что пора заканчивать с этим постоянным и бессмысленным анализом и просто пуститься по течению. Будем решать проблемы по мере поступления, решила Ника, когда входная дверь хлопнула и муж ушел на свою привычную пробежку.
Вот и возникла отличная возможность пробродить по его дому и оглядеться.
На втором этаже кроме хозяйской спальни были еще две комнаты, обе были пустыми пока. Точнее в одной была мебель, но еще не расставленная, как будто дожидаясь своей очереди в центре комнаты в упаковках. Большая ванная комната и туалет.
На первом, кроме большой комнаты, кухни и прихожей была еще комнатка по меньше, вроде кабинета. Там был его переносной компьютер, стол с креслом и шкафы с различной литературой и прочими папками. А еще очень приятны мягкий ворсистый ковер.
Дом был довольно светлым, окна большие, цветовая гамма приятная. Стены светлые, мебель темная. Чувствовался характер хозяина. Конкретность и строгость, но был намек и на какие-то поблажки, мягкость.
Ника включила магнитофон и подтанцовывая в такт какой-то ритмичной песне двинулась в кухню изучать содержимое холодильника.
– Там пусто, надо будет в магазин сходить чуть позже, – сообщил хозяин дома, внезапно возникший рядом с ней. Ника зло взглянула на него.
– Ты меня заикой сделаешь!
– Музыку по тише ставь, – посоветовал он ухмыляясь и достал из принесенного пакета яйца, молоко, ветчину и хлеб. Значит еще и в магазин забежать успел.
– Не холодно? – ласково поинтересовался он, покосившись на ее прикид. Она так и не оделась, оставаясь в его футболки, которая едва прикрывала бедра. Ника подняла на него глаза и тут же опустила. Опять этот его «ласковый» тон и ехидная ухмылочка.
К тому времени, когда она спустилась, он уже пожарил яичницу с ветчиной и сварил кофе.
– Ты разве чай не будешь? – спросила она просто, чтобы что-то вообще спросить.
– Нет, плохо спал, и нужно кофе, чтобы окончательно проснуться. Кто-то не возился во сне, с одеяло на себя перетягивал, – с печалью в голосе пояснил Серебряков отпивая из кружки облокачиваясь при этом спиной о столешницу. Подняв на него негодующий взгляд, Ника была готова ему это кофе за шиворот вылить. Все же поднял тему! А она уже надеялась, что это обсуждать не будут.
Словно прочитав ее мысли, он убрал чашку и весело рассмеявшись.
– Ник ради бога, мы взрослые люди, чего ты так реагируешь?
– Ничего, можно подумать, у тебя дома одно одеяло, взял бы другое.
– Да я пытался встать с кровати, но ты так вцепилась, что я побоялся…
– Во что это вцепилась интересно? И чего это ты там так испугался?
Ника оказалась слишком близко, и в следующий миг смех в его лазах сменился на что-то очень опасное и темное. А еще через секунду она оказалась зажатая между столешницей и Алексеем, который очень напряженно смотрел на нее. Он не трогал ее руками, облокотившись ими о шкафчик за ее головой. Так что и голова у нее оказалось зафиксированной и не сильно то вырвешься.
Ника не знала куда девать свои руки и на всякий случай вцепилась о столешницу за спиной. Так он хоть если что не скажет, что она его спровоцировала.
Но уже спустя мгновения, руки осторожно легли ему на пояс и поползли за спину. Ника все теснее прижималась в поцелуе стараясь удержать этом ощущение как можно дольше. Ей очень не хватало его, до боли в сердце, она тосковала…
Поняв, что она не сбежит, Серебряков переместил руки ей на затылок и спину, поглаживая, прижимая. Возбуждение нарастало.
Ника вздрогнула всем телом, когда раздался звонок телефона и попыталась было отстраниться, но Алексей продолжал ее удерживать, целуя и лаская. Ника не противилась. Но звонящий оказался очень требователен и в конце концов Серебряков чертыхнувшись, отпустил ее ушел отвечать на телефонный звонок.
Это дало Нике возможность перевести дух и выдохнуть. Пальцы мелко дрожали, когда она накладывала себе завтрак в тарелку. Губы все еще были чувствительными от его поцелуев, в ладони помнили прикосновение к голой коже под футболкой. Внутри все сладко ныло и требовало продолжения. Она сама себя не узнавала.
Ника почти не чувствовала вкуса того, что ела. Жевала, запивала и думы думала. Тяжкие такие, не понятные. И все прислушивалась к ощущениям. У нее такого точно раньше не было. Хотя значение слова "секс" она давно уже познала не только в теории. И целовалась далеко не в первый раз. Но вот чувства, что прямо сгорает от нетерпения, и очень хочется прикасаться не только, когда он обнимает ее в страстных объятиях – такого, нет, не было.
– Поела? Погуляем?
– А ты, есть не будешь? – Ника не смело подняла на него глаза. Он же выглядел буднично. Как будто не было того инцидента перед звонком.
– Буду, пока ты собираешься, как раз быстро поем.
– Домой ко мне заедем? Не могу в пальто и платье гулять по такому морозу, – тихо попросила девушка.
Он согласно кивнул, и Ника удалилась переодеваться.
Гуляли они долго. С погодой очень повезло. Солнышко ярко светило, но снег не поддавался и продолжал сверкать в лучах небесного светилы.
– Вот там спорт комплекс в следующем году отстроят. Пока все только на бумагах, – Серебряков принял на себя роль гида, жестикулируя и рассказывая о постройках вокруг. Данный район стал так хорошо развиваться совсем недавно. Уже отстроили новую школу, заканчивали стройку детского сада. Дома в основном были индивидуальные.
– Автобусы часто ходят, остановки частые. Два больших магазина, рукой подать.
Ника не сдержала улыбки.
– Ты мне рекламу делаешь? Предлагаешь сюда жилье приобрести?
Алексей задумчиво сдвинул брови.
– Оно же у тебя тут есть. Кажется, мы вчера об этом говорили…
Девушка не сдержалась от широкой улыбки вспоминая вчерашний "разговор".
Серебряков нахмурился.
– Вот что тебя опять смешит?
– Не обижайся, просто ты так официально все это выложил, что как-то не по себе стало. Я еще не слышала твоего официального тона… терминологий что ли?
Алексей смотрел куда-то в сторону.
– Понятно.
Минут пять шли молча, каждый думал о чем-то своем спрятав руки глубоко в карманах.
– Как рука, все еще болит?
Ника вынула руку из кармана, зачем-то рассматривая в перчатку затянутую ладонь.
– Да нет, не очень, если резких движений не делать.
– Когда повязку снимут?
– Через неделю.
– Ясно, рано еще значит.
– Что рано?
Алексей приобнял ее поторопив с прохождением по переходу. Продолжив говорить, руку он не убрал, а Ника не отстранялась.
– У нас через неделю рождественский праздник в компании. В гостинице, будет арендован бассейн и бани, а также ресторанный зал. Жаль, тебе еще мочить нельзя повязку, – в его голосе и правда звучало сожаление. Этот момент с повязкой, ее тоже здорово раздражал. Хождение под душ затягивалось каждый раз, так как нужно было руку пакетом обмотать, держать осторожно и намываться свободно рукой.
– Да все равно бы не пошла.
Мужская рука на спине заметно напряглась, но Алесей молчал.
– У нас тоже на субботу намечено рождественское мероприятия. Все учителя и работники
нашей школы. В этом году даже не разрешают взять кого-то с собой. Так что, вам больше повезло, – Ника усмехнулась, при этом абсолютно не радуясь предстоящему мероприятию. Она уже заранее выказала сомнение по поводу своего участия. Вот больно ей охота весь вечер в очередном душном ресторане просидеть, и выслушивать пьяный лепет коллег.
– Так не иди, поедем со мной, – Алексей обернулся к ней остановившись, и она оказалась в кольце его рук. Блин, слишком близко.
– Да мне вообще не хочется идти, не люблю такие мероприятия. Да и твои коллеги явно не обрадуются моему приходу. Лучше без меня…
– Чем лучше? И какое тебе дело до моих коллег? Они могут привести кого хотят, а мне к их мнению прислушиваться?
