Текст книги "Няня для наследницы клана (СИ)"

Автор книги: Венера Ринатова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

– Меня словно обожгло кольцо. – сказала я полуправду, отводя глаза.

– Артефакт правды? – в один голос спросили Владим и Кайни. Я отрицательно качнула головой. И протянула мужчине дрожащую руку с обручальным кольцом.

– Оно. – меня все ещё потряхивало от пережитых эмоций.

Владим что-то прошипел себе под нос и даже звонко шлепнул себе по лбу. Я этого настолько не ожидала, что мои брови взлетели до потолка. Малышка хихикнула и не долго думая взобралась ко мне. Мы с любопытством посмотрели на мужчину, ожидая пояснений.

– Я идиот! Я же должен был сказать тебе уже давно!

– О чём ты? – вскинула бровь я, даже примерно не представляя, о чем идёт речь.

Владим, не сводил взгляда с кольца:

– Помнишь, мы как-то столкнулись с Роймаром в коридоре?

– Помню, конечно, такое забудешь, – улыбнулась я всплывшему в моей памяти образу юного учёного с гогглами на голове.

– Так вот, он ещё просмотрел твою ауру через гогглы. Это артефакт, через который он может увидеть нити магии.

Так вот, он сказал, что твоё кольцо для него осталось загадкой. Что с ним что-то не так.

– А что именно? – насторожилась я.

– Роймар сказал, что его подарили тебе с какой-то целью…

Я фыркнула. То же мне, новость. Цель как раз таки понятная – сделать меня своей невестой.

– Подожди, Олли, – мягко осадил меня марониец, поморщившись.

– Нет, не так. Вот что он сказал: "Его не собирались надевать на левую руку".

Я возмутилась:

– Да откуда же ему это знать?!

– Рой просил передать тебе, что хочет взять кольцо на магическое обследование, и конечно же, он его вернёт. Ты позволишь?

Я закусила губу, нервно постукивая пальцами об свою же ладонь. С одной стороны, это какой-то бред. С чего бы Мириану дарить мне обручальное кольцо, если бы он не собирался делать меня своей женой? Нет, мальчишка точно ошибается, я в этом была абсолютно уверена. Но с кольцом явно что-то не так. Почему Кайни его выбросила? Она сказала, что ей очень захотелось это сделать. А интуиция у эльфов всегда была отменной. Ведь им благоволила сама природа… Почему же оно меня обожгло? И после этого я увидела кого-то, похожего на моего жениха. Да, я была уже уверена, что я увидела кого-то именно похожего на Мириана, моё воображение просто «дорисовало» знакомый до боли образ. Вот и все. Фуух, я не сошла с ума! Все можно объяснить! Так, о чем меня спросил Владим? Выжидающе смотрит на меня. Ещё малышка все никак не могла пристроиться поудобнее со мной рядышком.

Я пыталась собраться с мыслями, как уже подоспел Магстер Шаган и протянул мне стакан с травяным отваром. Я приняла напиток, поблагодарила старичка, но все же принюхалась к содержимому. Ромашка, валериана и что-то ещё. Магстер заметил, что я не спешу отпивать из стакана и окскорбленно воззвел глаза к потолку.

Я поспешила реабилитироваться в его глазах:

– Ромашка, валериана и что-то ещё, но разобрать не могу…

Магстер хмыкнул и назидательно сказал:

– Пустырник, юный магстер. Ох, точнее, целительница. – Ух, каким же ядом сочились его слова, хоть нацеживай сразу на всевозможные зелья!

Я уняла раздражение и мило ему улыбнулась:

– Спасибо.

Владим кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Так что ты скажешь, Оливия? Ты отдашь кольцо?

"Отдай кольцо…" эхом отозвались в памяти слова бабули. Тоже самое велел Источник. Значит речь шла об этом кольце?! Я испытала что-то вроде облегчения. Оказывается, я настолько срослась с артефактом Правды, что уже не хотела с ним расставаться. Когда же перстень стал "роднее" обручального кольца?

Я неуверенно кивнула, принимая решение. С долей пренебрежения ответила:

– И хоть я не верю тому, что сказал тебе Роймар, я дам кольцо на магообследование.

И уже серьёзнее:

– Надо же выяснить причину, почему оно меня обожгло. Вдруг это произойдёт снова?

С этими словами я решительно сняла серебряное колечко и протянула его Владиму.

Глава 13

Лунный дворец, Эльфия. Клан Чёрной розы.

– Мираэлла! – женщина дёрнулась от окрика. Постояв пару секунд, все же развернулась.

– Отец, – в голосе послышалось почтение.

– Нужно поговорить. Пройдём в кабинет, – уже мягче произнёс Наурэль Ролан, статный седовласый эльф. Несмотря на возраст, он не растерял грацию, все его движения были мягкими и плавными.

Он с беспокойством посмотрел на дочь. Та осунулась за последние дни, под глазами легли тени. В образе эльфийки даже сквозила какая-то небрежность, хотя она себе этого никогда не позволяла ранее. Они молча прошли по светлому коридору. Лунный дворец опустел к вечеру. Суета начнётся завтра с утра, а пока дворец будто отдыхал от многочисленных посетителей. Лунный дворец по другому ещё называли эльфийской канцелярией. На сегодняшний день Клан Чёрной розы был самым могущественным, из пяти кланов. Наурэль сморщился – пятый клан он никогда не брал в расчёт. Там жили только полукровки. Наурэль негодовал на непутевых эльфов. Как можно быть такими беспечными разбавлять свою кровь с другими расами?! Ведь эльфы из всех многочисленных рас – самые благородные! Наурэль по праву крови считал свой Клан главенствующим. Он давно, ещё в молодости, дал себе общение, что будет возрождать эльфийскую расу, что достигнет такой власти, при которой его подданым придётся спрашивать согласие на брак у него, Наурэля, Лорда Ролана. Ведь их род считался одним из древнейших, и очень был уважаем. Тогда бы он не раздумывая запрещал браки между эльфами и этими жалким людьми. Но сейчас эта миссия пока отошла на второй план. Лорд Ролан добился уважения в Большом совете, и имел решающий голос. Тем более, что у него был козырь, его бриллиант – внучка Кайниэль, чистокровная эльфийка, с уникальными способностями к изначальной эльфийской магии. Правда Мираэлле пришлось пожертвовать собой ради великой цели – выйти замуж за Лорда Каронда. Род Карондов был не менее уважаем среди эльфов, и они тоже чтили чистокровность. Это и стало решающим в судьбе двух людей. Мираэлла вышла замуж за Мигеля. Кайниэль – их третья дочь. Последняя попытка произвести на свет уникальное дитя, и у них это получилось!

Много лет древний родовой артефакт молчал, не принимая ничью магию. Считалось, что необходим уровень изначальной эльфийской магии, когда чистокровность у эльфов ценилась превыше всего. С каким благоговейным трепетом Наурэль проверил первенца Мираэллы, Ронэля, но увы, артефакт молчал. Никак он не отреагировал и на Камиллу, вторую дочь. А вот когда к артефакту поднесли Кайниэль, древний механизм пришёл в действие, и тот засиял всеми оттенками зелёного цвета. У него получилось добиться своего! Его внучка была на сегодняшний момент самой могущественной во всей Эльфии!

– Отец, – тихий и печальный голос дочери заставил Науэреля вздрогнуть и испытать чувство вины. Иногда ему было очень стыдно, за то, что по сути забрал у дочери право выбора. Она вышла замуж по указке, рожала детей, опять же по его указанию. Он вспомнил, тот день, когда радостный рассказал все Мираэлле о том, что у них получилось возродить древний артефакт. Дочь была в бешенстве, назвала его безумным, кричала, что он ей всю жизнь сломал со своими принципами. Что Кайниэль для него– результат эксперимента, и что он не любит никого, кроме себя самого. Мираэлла тогда была наказана. Её заперли в башне Порядка на целый месяц. Целый месяц она не видела своих детей и мужа. Зато вышла оттуда присмиревшая. И теперь без должного почтения с ним не разговаривала. То то же!

– Отец. Кайниэль не даёт знать о себе уже несколько дней, я беспокоюсь!

Наурэль стиснул зубы, проклиная похитителей внучки.

Откуда-то просочилась информация о том, что Кайни очень ценна для Клана, и её похитили прямо из Лунного дворца! У него из-под носа! Похитители требовали обменять Кайниэль на артефакт Жизни, так назывался древний артефакт, пробудившийся от магии девочки. Только вот они не учли того, что без Кайни он не будет работать. Только она способна напитать его своей силой. Либо они это учли, и не собираются отдавать внучку. Как только артефакт будет у них, они развяжут войну, в которой Эльфия проиграет. Потому что Телепорт поддержит Чародию. Только это сдерживало от немедленного наступления на Чародию. Тут нужно было действовать хитрее, сделать вид, что они напуганы и согласны. Переговоры прошли так, как планировал Лорд Наурэль. Чародия должна быть уверена в своем превосходстве. Но вот около пяти дней назад Мираэлла получила послание от Кайниэль. Она просила передать духам природы, что с ней все в порядке. И что она не у похитителей. Также духи природы поведали несчастной матери, что девочке помогает эльфийка, полукровка. Определить место не удалось, но мать воспряла надеждой. Мысль, что рядом с девочкой находится эльфийка, хоть и полукровка, внушала надежду на то, что скоро девочка будет дома. Лунный дворец весь переполошился от новых известий. Мигель предлагал покинуть дворец и отправиться на поиски дочери. Да только эльфы не должны были показывать переполоха, не должны были показывать похитителям, что они знают о том, что девочка в условной безопасности. Наурэль не знал какие цели преследует некая полукровка. Может она хочет добиться расположения самого могущественного клана? Он давно послал лучших эльфов клана на разведку, да только вестей от них пока не было. С каждой минутой беспокойство нарастало, над его крошкой сгущались тучи. А вдруг они не успеют перехватить девочку у эльфийки?! Что тогда? Подумать страшно… Но больше всего Лорда угнетало, что во всем виноват он, Наурэль. Со своей неуемной жаждой к власти, он поспешил. Не стал дожидаться взросления внучки и представил её Большому совету с известием о том, что эта крошка способна возродить былую мощь Эльфии. Старый осёл! Только он виноват в том, что девочка была похищена! Амбиции настолько застлали глаза Наурэлю, что он не подумал о безопасности внучки. Надо было молчать о её способностях до её совершеннолетия! Лорд подошёл к дочери и грустно произнёс:

– Дочка. Прости меня за все…

Мираэлла вскинула голову на мужчину и вымученно ему улыбнулась.

– Что ты, отец. Мы её родители, и не смогли её уберечь… Ты знаешь, папа, я хочу тебе кое-что рассказать. Лучшего момента и не найдёшь. Мне кажется, именно сейчас ты способен меня понять.

Старый Лорд напрягся. Мираэлла, его нежный цветок, что-то от него сумела скрыть?! Несмотря на то, что дочери уже было сорок лет, он все равно воспринимал её как неопытную и наивную.

Уголки её губ дрогнули. И она виновато подняла глаза на отца:

– Помнишь, у тебя украли артефакт Правды?

Наурэль изумился. С чего это дочери пришло в голову это вспоминать? Артефакт Правды был утерян Кланом много лет назад, а точнее, двадцать лет назад.

– Ну?

– Его украла я, папа.

–Что ты такое говоришь, дочка? – Наурэль был настолько поражён, что поверить в это не было никаких сил. – Зачем?!

– Я…подарила его своей дочери.

– Камилле? Подожди, так все это время артефакт Правды был в Лунном дворце?! – помимо воли Наурэль начал раздражаться, что ещё вытворяет эта девчонка?! Она же знает, как артефакт важен для него! Как она могла утаивать?!

В глазах Мираэллы стояли слезы, она схватила отца за руки и заставила его посмотреть на себя. Слезы текли по красивому лицу дочери. И с каждой слезинкой Лорд оттаивал, пока просто не обнял дочь.

– Прости. Наверное, у тебя есть важная причина утаивать перстень от меня? – Наурэль неуклюже погладил по голове женщину. Та, ещё раз всхлипнув на груди отца, вновь подняла на него свои огромные печальные глаза:

– Он не у Камиллы. И не у Кайниэль. У меня три дочери, папа.

Что?! Наурэль оттолкнул дочь и в ярости уставился на неё.

– Что ты говоришь, глупая девчонка?!

Но несмотря на ярость отца, голос Мираэллы был твёрд:

– Папа, послушай меня. Свою первую дочь, старшую сестру твоих внуков, я родила, когда мне было восемнадцать лет.

Догадка пронзила сердце старика.

– Ты что, специально меня тогда рассердила, чтобы я тебя отослал от себя?

Мираэлла, грустно улыбнувшись, ответила:

– Он был обычным магом из Телепорта.

– Моя внучка – полукровка?! Да мне такое даже в страшном сне не снилось! Как ты могла?!

– Как я могла что, отец? – с вызовом посмотрела на него женщина, – Как я могла влюбиться? Как я могла мечтать о нормальной семье без предрассудков? Как я могла не позволить тебе убить моё дитя? Как я могла её спрятать?! ДА! Я ЭТО СДЕЛАЛА! Чтобы уберечь её, мою девочку!

Наурэль, поражённый, молчал. Он впервые понял, что совсем не знал свою дочь. Он смотрел и не верил, что его хрупкая девочка смогла такое провернуть у него под носом.

Тем временем, Мираэлла заговорила, устало опустившись в одно из кресел:

– Когда я узнала, что беременна, рассказала ему. Но он ничего не хотел слышать о ребенке. Я выгнала его. И тогда твёрдо решила, что мой малыш будет жить, что я сохраню малютке жизнь. Живота не было видно, ты даже не догадывался. А потом я специально вынудила тебя сослать себя за непослушание в Клан полукровок. Ты меня сослал на полгода, думая, что наказываешь. Ты хотел мне показать, как никчёмны полукровки. Но тогда их клан стал для меня настоящей семьёй! Они, а не ты, отец! Я боялась твоего гнева, я знала, что ты не дашь родиться этому ребёнку. А там… Мне помогли. Они обещали хранить мой секрет, они прекрасно знали, чья я дочь. А потом, когда появилась на свет крепкая и здоровая девочка, я задумалась о её дальнейшей судьбе.

– Так она живёт в клане полукровок? – устало спросил Лорд. Правда бывает иногда слишком жгучей. Особенно для старого сердца.

Мираэлла покачала головой.

– Олиэлла родилась без характерных признаков эльфийской расы. У неё были обычные человеческие ушки. Она слишком похожа на человека. Настолько сильно, что даже в клане полукровок она бы сильно выделялась. И тогда я пошла на риск. Я собрала все свои сбережения, и подложила девочку одинокой женщине, травнице.

– Ты одна ездила в Телепорт?! – казалось, что Мираэлла его не сможет больше удивить, но отправиться одной в соседнее Королевство?! Наурэль по-новому взглянул на свою дочь. И даже зауважал её за принятое решение. Если бы тогда он узнал обо всем, то заставил бы её выпить прерывающее беременность зелье. Она действительно спасла свое дитя.

Мираэлла усмехнулась каким-то своим мыслям.

– Я была там не раз. Я освоила науку создания порталов. Я создала портал между Эльфией и Телепортом. О нем никто не знает.

Лорд Наурэль молчал, как громом поражённый. Эта девчонка его сегодня до инфаркта доведёт…

– Каждый год на её день рождения я подглядывала за ней. Подарки дарить не решалась. Кроме одного. Я подарила ей медвежонка, которого сшила для неё сама. А внутрь положила артефакт Правды. Конечно, я настроила на него маячок. И если бы не получила сигнала в ближайшее время, то просто забрала бы артефакт. Но маячок сработал. Буквально позавчера. Она узнала о себе правду. Что в ней течёт эльфийская кровь. И почему я её оставила. Надеюсь, она меня когда-нибудь простит.

– Когда ты видела её в последний раз?

– тихий вопрос от отца заставил женщину вздронуть. Она задумалась.

– Я её не видела больше десяти лет. Потом ты выдал меня замуж, и у меня появились дети, которым я была нужна. Появилась семья. Но я никогда о дочери не забывала. Когда я видела её в последний раз, я была поражена, насколько она стала похожа на свою бабушку.

Наурэль поморщился. Как может полукровка походить на благородную эльфийку?

Мираэлла с горечью посмотрела на него:

– Зря я тебе открылась. Я думала, ты поймёшь, каково мне потерять вторую дочь…

– Не говори так! Мы найдём Кайниэль, она скоро будет дома, я клянусь! – Лорда охватило зелёное сияние магической клятвы.

– Отец! Зачем?!

– Я так виноват перед тобой, дочка. Я сделаю все, чтобы вернуть домой Кайни. Даже если это будет стоить мне жизни. Прости меня. Ты все сделала правильно. Ты спасала свое дитя. Ради тебя я бы поступил точно также, только лишь бы спасти тебя. Ты – самое дорогое что у меня есть. Ты и внуки, которых ты мне подарила. Но Олиэлла… Я не готов её принять, прости, это выше моих сил… – Лорд Наурэль поднялся и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. Мираэлла с горечью смотрела вслед отцу. Она чувствовала, как стало легко на душе. Больше двадцати лет она скрывала правду ото всех. И сейчас с её плеч свалился такой огромный груз. Надо только открыться ещё и Мигелю. Он будет очень зол. Никто не захочет принять в семью Олиэллу. Никто, кроме неё самой. Она так виновата перед ней. Мираэлла не видела, как растёт дочь. Её первым словом не было "мама". Она не увидела её первую улыбку, робкие шаги. Не успокаивала дочь, когда так нужна была ей рядом. Одни Боги знают, какой трепет испытала Мираэлла, когда узнала, что артефакт активирован. Её сердце, полное до краёв печали и тоски, казалось бы лопнет от горя. Но сейчас почему-то возникла смутная надежда на то, что все закончится благополучно. Что её дочери найдутся. В её памяти навсегда осталость восторженное личико девочки, когда ей дали в руки медвежонка. Она подглядывала за Олиэллой, трепеща от волнения. Та гладила своими маленькими пальчиками глазки-пуговки и целовала медвежонка в щёчки. А несчастная мать представляла, что дочка целует её саму. Сердце не выдержало этих воспоминаний, и Мираэлла расплакалась, уронив голову на руки. Она выливала в этих рыданиях свое жгучее сожаление, чувство вины, тоску, глубокую материнскую тоску по своим детям. Она отчаянно соскучилась по своему одуванчику, по своей малышке Кайниэль. Молила Богов, чтобы сохранили ей жизнь. Пусть они заберут лучше меня, думала несчастная мать, только пусть мои дети будут живы…

Оливия.

Владим ушёл, на прощание сжав мою ладонь в ободряющем жесте. А в моей душе поселилось смятение. Владим мне очень нравился, так, что от одного его пылкого взгляда становилось жарко внутри. Неужели может быть такой огонь между людьми? А что, если это все несерьёзно, и пройдёт это наваждение очень быстро, как сгорает в огне дотла спичка, оставив после себя горстку пепла. А вдруг меня этот огонь также сожжет? С такими философскими вопросами в голове я завтракала кашей, слушая в пол уха девочку. Та выглядела совершенно здоровой, весело щебетала о том, что ей снилось. Но вдруг, как только Магстер Шаган вышел из комнаты, малышка цепко схватилась за мою ладонь, понизив голос до шёпота:

– Ливи…

Я недоуменно перевела взгляд с тарелки на маленькую ручонку. Девочка доверительно прошептала:

– Мне нужно на волю!

Я невольно улыбнулась. Для эльфа сидеть в четырёх стенах просто невыносимо, действительно, тюрьма.

– Там опасно. Начали прибывать гости, возможно кто-то сможет проникнуть из злоумышленников. На тебя охотятся, не забыла? – со вздохом сожаления спросила я. И мне очень хотелось прогуляться в компании девочки.

– Но мне нужно на улицу! Иначе я не смогу передать маме, чтобы они явились сюда обязательно!

Я изумленно посмотрела на Кайни. Что она такое говорит?

– Подожди, ты что не сможешь сделать?!

– Помнишь, мы гуляли в парке. Так вот я попросила духов природы мне помочь, и передать маме, что я жива и здорова. Чтобы не волновалась. Она знаешь какая чувствительная. Наверное, места себе не находит…

Я задумалась. Все было бы действительно проще, если бы девочка смогла передать весточку своим родным. Они приедут на приём, и заодно заберут свою наследницу. Выходить вдвоём однозначно нельзя. То ли моя паранойя била все рекорды, то ли интуиция вопила, что мы в опасности! Значит, попрошу Владима сопроводить нас. Ему я доверяю без оглядки. Он не предаст.

– Я так соскучилась по мамочке…

Девочка загрустила, да так, что её грусть передалась и мне. Я попыталась её развеселить, рассказывая забавные случаи из детства.

– Мы с Лейлой раньше жили рядом. Но не дружили. А помог нам подружиться один кот.

– Кот? – глаза девочки загорелись любопытством.

Я сдержала смешок, вспоминая наглого жирного кота Ромба.

– Кота звали Ромбиком. Однажды мы с бабушкой на крыльце увидели дохлую мышь, Ромбик поймал и положил её к нам. Ну ты знаешь, некоторые коты очень любят хвастаться добычей. Так вот бабушка моя была очень растрогана, и дала мне угощение для кота. Я была горда, что буду кормить настоящего охотника, грозу всех мышей. Правда мышь бабуля выбросила в ближайший куст. Ромбик, довольный, умчался. Через некоторое время я услышала у соседей крик. Оказывается, Ромбик был довольно хитрым котом, он подкинул эту же мышку на крыльцо Лейлиного дома, а та с просонья наступила на мышь. Они конечно же тоже его покормили за удачную охоту. Тогда я, пораженная наглостью кота, подошла сама и рассказала милой девочке-соседке всю правду. Мы потом ещё долго смеялись и каждая из нас любила иногда украдкой покормить кота. Правда потом, хозяин кота, магстер Шаус, был сердит на нас, за то, что Ромбик перестал ловить мышей, и постепенно из "Ромбика" превратился в милого "Шарика".

Кайниэль заливисто смеялась над моими детскими историями, да я и сама с удовольствием погрузилась в воспоминания о детстве. Я спохватилась.

– Я же тебе мишку принесла! Думаю с ним тебе не будет скучно!

Девочка обрадовалась игрушке как какой-то великой драгоценности, и тут же принялась того кормить и тихонько с ним шептаться. А я наблюдала за этим с улыбкой на губах. Мне определенно нравилось быть няней этой удивительной малышки.

Так мы и провели целый день, играя и разговаривая обо всем на свете, а вечером малышка схватилась в меня мёртвой хваткой, умоляя остаться с ней на ночь. И сердце моё дрогнуло. Я согласилась. Да и мне было спокойней знать, что Кайни под боком, чем переживать о её безопасности, лёжа в своих покоях.

Я с удовольствием искупала малышку, а она как была счастлива, что купаю её я… Потом сама быстренько приняла ванну, а когда вышла из ванной комнаты, увидела, что нам приготовили мягкие пижамки. Мы переоделись и юркнули в постель. Свет мы пока не тушили, лишь приглушили мягкий свет магсферы, и теперь находились в полумраке. Мы разговаривали тихо, чтобы не потревожить покой Магстера, он уже ушёл в свои покои, прилегающие к лазарету.

Кайниэль прижалась ко мне, обняла своими маленькими ручками. Я видела, как она переживает, но старается этого не показывать. Я погладила малышку по голове.

– Милая, все будет хорошо. Ты будешь дома, помнишь, я тебе обещала? Что тебя тревожит?

Кайни вздохнула и зашептала:

– Я хочу пообщаться с духами природы…

– Ах, Кайни, если бы я умела перемещать себя… Но мне эта магия не дана, увы.

Кайниэль даже приподнялась на локтях:

– Тебе это кто сказал?

– Я сама говорю… Я довольно слабая ведунья…

Малышка обхватила своими ладошками моё лицо и заставила смотреть ей прямо в глаза:

– Ты сильная, ты не должна сомневаться в себе!

– Кайни, но я говорю правду, и давно смирилась с этим. Вот Таралин, например, сильная ведунья…

Малышка улыбнулась:

– А ты знаешь, в чем её сила?

Я задумалась.

– Она приняла себя?

– Именно, – маленький пальчик взмыл вверх, поучая меня. Кайни продолжила, выглядела она при этом забавно, но то, что она мне сказала, заставило затаить дыхание:

– Сила в том, что она сумела принять себя полностью, без остатка. А ещё она поверила в себя и свои силы. Так что бери пример, Ливи. Ты должна поверить в себя! Я в тебя верю… Ты считаешь себя неполноценной, потому что являешься полукровкой. Однако и среди полукровок есть сильные люди. Просто они научились принимать свою двойственную породу, умеют пользоваться дарами Богов, которыми Боги награждают каждого. А ты – одаренная, и я это вижу. Тебе нужно лишь поверить в себя и свои силы, Оливия. А ещё, принять себя. Принять в себе эльфийскую природу, она в тебе также сильна, как и человеческая. Я скажу тебе больше – полукровки редко слышат духов природы, а ты услышала. Они тебя приняли. Так и ты прими в себе эльфийку! Научись пользоваться своими дарами, Оливия.

Я лежала, затаив дыхание и во все глаза смотрела на малышку. У меня не вязались её мудрые слова с её милой детской внешностью. Её слова тронули до слез. А ведь она права. Моя милая, мудрая девочка. Настоящая наследница клана. Сердце защемило от нежности к малышке и я, не удержавшись, обняла её и поцеловала в макушку.

– Спасибо, родная. Что веришь в меня. Я подумаю, над тем, что ты мне сказала. Спасибо… В кого ты такая мудрая, Кайни? – я шутливо пихнула девочку в бок, отчего та сдавленно захихикала.

– В маму, конечно. Она у меня самая лучшая! – убеждённо сказала девочка, устраиваясь поудобнее.

– Расскажи мне о своей семье, – тихо попросила я, гладя по светлым волосам малышку.

– Маму мою зовут Мираэлла, а папу – Мигель. У меня есть старшие брат и сестра. Их зовут Ронэль и Камилла.

– Сколько им лет? – заинтересовалась я, испытывая непонятный трепет.

– Ронэлю пятнадцать исполнилось недавно. А Камилле – десять. Ронэль умный и серьезный, как наш дедушка. А Камилла немного…как бы это сказать… Она ветренная. Да, точно, ветренная. Учиться не любит, хотя дедушка для нас выбрал самых лучших учителей из всей Эльфии. Ронэль все время на неё ругается, что она недостаточно усердна.

– А на тебя ругается?

– Нет, меня он хвалит. Говорит, что я очень способная. Но, мне ещё далеко до него, – в голосе послышалось такое восхищение братом, что я улыбнулась.

– Вообще, Камилла хорошая, и очень-очень добрая. Это она в маму такая. Мама всегда всех пожалеет. У меня сердце сжимается от того, что мама переживает за меня. Я так хочу ей сказать, что все хорошо, что я с тобой! Что мне ничего не грозит… В следующий раз я хотела передать через духов природы, что у тебя артефакт Правды…

Я резко перебила:

– Не стоит! Кайни, артефакт только начал открываться мне. Я видела свою маму, – голос дрогнул от нахлынувших эмоций. – Твои родные заберут у меня перстень, и я не узнаю ответов на свои вопросы. Кайни, пожалуйста, молчи, ради меня.

Кайниэль вздохнула:

– Просто я надеялась, что так быстрее выяснится, кем мы друг другу приходим ся. Я чувствую, что-то родное в тебе. И вообще, – она понизила голос, смущённо потупив взгляд, – ты мне напоминаешь мою маму…

Я удивлённо взглянула на малышку и мягко улыбнулась:

– Просто ты очень по ней соскучилась, поэтому тебе кажется такое. Это нормально.

Девочка заглянула в мои глаза и сказала убеждённо:

– Нет, я уверена, что в вас есть что-то схожее. У неё такие же светлые волосы и голубые глаза. Ты правда на неё похожа!

У меня екнуло сердце от пронзившей догадки. Но я даже боялась этому поверить.

– Кайни, а кому принадлежал артефакт Правды?

– Дедушке, конечно. Он – глава клана, а с недавних пор, ещё и глава рода Ролан.

У меня закружилась голова. Неужели..? Но я даже подумать боялась об этом.

– Кайни, а есть у твоей мамы что-то, что позволило бы её узнать даже мне?

Девочка понятливо кивнула:

– У неё есть родинка ввиде сердечка, на правом плече. У меня такая же. Вот, смотри.

Девочка обнажила правое плечо и показала родовое пятнышко, маленькое коричневое сердечко.

А я боялась даже дышать. Всё встало на свои места. Я все поняла!

Я во все глаза смотрела на девочку. Мой вид был настолько ошарашенным, что Кайни сама оттопырила мне ворот пижамы и обнажила моё плечо.

Глава 14

В тишине комнаты послышался изумленный вздох девочки. Потом минутное молчание, а затем приглушенный писк радости.

– Ты моя сестра?! – от переизбытка чувств малышка едва держалась, чтобы не запищать вслух.

– У тебя такое же сердечко, как такое может быть?! – продолжала она удивляться.

А как такое может быть, что я не заметила родинку при купании? Тогда бы ещё раньше догадалась обо всем сама!

– Мы с тобой сёстры только по матери, – грустно улыбнулась я, все ещё не оправившись от шока. Нет, я понимала, конечно, что раз артефакт принял меня, значит, моя мать – из клана Чёрной розы. Но чтобы вот так, узнать, что я внучка самого Главы?!

Кайни улыбнулась самой светлой улыбкой, на какую была способна, прижалась ко мне и счастливо вздохнула:

– Лейла сделала для меня подарок. Она подарила мне сестру!

– У тебя уже есть сестра и брат, – с улыбкой подтрунила я над девочкой.

– Ну и что, тебя я люблю уже не меньше чем их, Ливи!

– Хочешь, расскажу тебе секрет?

– Хочу! – глаза девочки заблестели от любопытства.

– Мама назвала меня Олиэллой…

– Красивое имя. Вот почему тебя дядя Владим называет "Олли", – лукаво улыбнувшись, она передразнила его:

– Моя прекрасная Олли… – и захихикала, хрюкая в ладошку.

Я, не сдержавшись, тоже сдавленно засмеялась, вот проказница!

Я потушила свет магсферы, и улегалась поудобнее.

– Спи, сестрёнка. Я тебя тоже уже люблю! – чмокнула малышку в макушку. Та обняла меня своими маленькими ручками, немного ещё повозилась, а потом затихла.

– И сделаю все, чтобы ты поскорее оказалась дома, милая, – прошептала я, чувствуя тепло ребёнка. Это были такие необычные ощущения…Нежность разлилась в душе, напополам с каким-то щенячьим трепетом. Лейла и мне сделала подарок, подарила сестрёнку. Правда, оказывается, у меня есть ещё братишка и ещё одна сестра. Интересно, как они воспримут меня, когда узнают правду? Отца Кайни зовут Мигель. Вряд ли он будет в восторге от меня, полукровки. Да и мама… Столько лет прошло, она меня не искала, у неё появились другие дети. Им она отдавала всю ласку и тепло. В миг сердце затопила жгучая обида на мать. Она меня предала. Забыла обо мне, как о страшном сне. Будто меня и не было никогда…Слезы потекли по моим щекам. А в душе стало так горько… Было видно, что Кайни привыкла купаться в материнской любви. А меня этого лишили… По-тихоньку истерика утихла, и я начала засыпать. Только на краю сна я заметила красное сияние. Артефакт Правды…

Я уже знала, что сейчас окажусь в прошлом своей матери, но все равно жутко волновалась. Что я узнаю сейчас? О чем поведает мне артефакт Правды?

Мама сидела в кресле и вязала. Я подошла ближе. Округлый животик не оставлял никаких сомнений, что она на крайнем месяце беременности. В руках у неё лежал почти связанный шерстяной пледик. Её красивое лицо было сосредоточенным, а ловкие пальцы быстро творили петельку за петелькой. Иногда она с любовью гладила живот, отвлекаясь от вязания. В такие минуты меня остро накрывало щемящей нежностью… Она любила меня…

Я огляделась. И если прошлая обстановка в воспоминании была однозначно роскошной, то сейчас мы находились в обычном сельском доме. Посреди комнаты стоял добротный дубовый стол с такими же массивными скамьями по бокам. Мама сидела у большого окна, прикрытого простенькими льняными занавесками. На печи стояли горшки с едой. Мама то и дело поглядывала на порог дома, как будто кого-то ждала. Наконец, дверь дома открылась, и в дом гурьбой ввалились люди в рабочих одеждах.

– Мирка! Обед сготовила?

Вопреки моим ожиданиям, мама на такое обращение лишь улыбнулась, и кряхтя, поднялась из кресла.