Текст книги "Вице-адмирал"

Автор книги: Василий Сахаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 11

– Смотри внимательно, Тор, скоро хазаг появится. Утром он всегда возвращается в свою пещеру, и в этот момент хищник ослаблен. Хазаг добычу всегда найдет и съест. Поэтому он тяжелый и неповоротливый.

Наставления вождя Ирика Длинные Волосы прозвучали, и он вопросительно кивнул – хорошо ли я его понял. А я посмотрел на этого сурового мужчину в грубой кожаной одежде и с тремя тяжелыми копьями, поудобнее перехватил рогатину и сказал:

– Не беспокойся, вождь. Хазаг не уйдет.

Ирик дернул головой, поморщился и отошел в сторону, а затем взобрался на вершину небольшого холмика рядом с пещерой дикого зверя. После чего наступила тишина, только птицы пели, да невдалеке журчал ручей, а больше ничего, и я зябко поежился. Сыро, черт побери. Да и расслабился, давно в полевых условиях не ночевал. Тем более без всяких удобств, даже без палатки и спального мешка, а костер разводить нельзя – это вспугнет зверя.

Спрашивается: почему я на дикой природе, с рогатиной, и кто таков Ирик Длинные Волосы? Вопросы, конечно, правильные, и, чтобы на них ответить, надо перенестись на несколько дней назад…

Новую Галилею, точнее, населенные «теократами» территории, мы захватили. Трофейные корабли ремонтировались и приводились в рабочее состояние. Воины грабили местных жителей и развлекались. Без убийств, хотя с «теократами» и особенно с их женщинами не церемонились. Попутно проводилась разведка, и все находились при деле. Все, кроме меня. Офицеры справлялись со своими обязанностями без ценных указаний вышестоящего начальника, а бесцельно убивать время не хотелось. И тогда мы с Барбарой, а с нами взвод абордажиров Жоры Ломова, отправились к ближайшему теплому морю на отдых. Однако до него так и не добрались. Пролетая над озером Калайях, которое находилось в девяти сотнях километров от Святого Города, мы заметили дымы, снизились и обнаружили поселение дикарей.

Разумеется, это были люди. Потомки первопоселенцев, которые прибыли на планету вместе с «теократами», но не ужились с фанатиками и были вынуждены бежать в леса и горы. В дебрях они выживали как могли и никому не мешали. Хотя и одичали. Да и как не одичать, если «теократы» постоянно совершали на них набеги, захватывали в плен и сжигали, как еретиков? Если живешь в страхе и постоянно прячешься, о достижениях цивилизации не думаешь. Вот и они не думали, осваивали копья и луки, жили за счет охоты, рыболовства и собирательства, строили хижины, а также придумывали новых богов и демонов. В общем, приспособились и жили со своей новой родиной в полной гармонии, радовались каждому новому дню, растили детей и заботились о близких людях.

В поселении нас встретили неласково. Женщины, оставляя пожитки и хватая детей, бросились бежать в лес. А мужчины, вооружившись своим примитивным оружием, вышли на бой. Жалкое зрелище – ведь понятно, что из лука десантный шаттл с усиленной броней не собьешь, а копье и нож против штурмовика в бронедоспехах и с «марлином» не играют. Однако храбрость дикарей пришлась нам по душе. В отличие от «теократов», которые по слову своего лидера Тотиллы смирились с нашей временной оккупацией, терпели и много молились, они были готовы умереть ради своих жен и детей. Это достойно. По-мужски. По-человечески. Поэтому мы никого не убивали, а сообщили аборигенам, что являемся врагами «теократов».

Нам поверили не сразу. Для этого понадобилось долго объяснять Ирику и его братьям, что происходит за пределами планеты, кто мы такие и зачем сюда прилетели. Но в конце концов все уладилось. После чего нас пригласили в поселок на берегу Калайяха, и Барбаре это очень понравилось. Романтика. А я решил, что на озере не хуже, чем на море. Поэтому мы остались.

Мне с женой выделили самую лучшую хижину, а десантники ночевали в шаттле или в палатках. С этого начался наш отдых, небольшой отпуск, и все было замечательно. Жена слушала местные легенды, общалась с людьми и собирала материал для этнографической статьи, которую собиралась опубликовать в империи. Ну а я был вместе со своими воинами и мужчинами племени, которое насчитывало четыре сотни человек. По меркам дикарей Новой Галилеи, племя большое, и каждый человек в нем хотел есть. Так что работы хватало. Рыбалка и загонная охота отнимали все наше время, так как огнестрельное оружие и технику не использовали. Неинтересно, да и местные были против. Поэтому у меня и абордажиров только коммуникаторы и пистолеты, а на постоянной связи с Саксом и Серебряковым находились пилоты шаттла.

Так прошло шесть дней, а вчера Ирик сказал, что собирается на серьезного зверя, хазага, самого злобного и сильного хищника на планете. Фото у нас имелось, и оказалось, что хазаг чем-то похож на медведя, только имеет клыки и более длинные лапы. Сильный зверь, ночной ужас окрестных лесов, который потреблял в пищу исключительно мясо, и я попросил вождя взять меня на эту охоту. Однако он, к моему удивлению, не согласился. Сказал, что это опасно, и я, несмотря на всю свою силу и ловкость, не готов и не должен рисковать. Слово за слово, заспорили, и я настоял на своем. Причем поклялся, что убью зверя рогатиной, как местные мужчины, и через пару часов группа из десяти человек, половина местные воины, половина мои, погрузилась в лодки и отправилась за добычей.

И вот теперь сидит принц Тор, его высокопревосходительство вице-адмирал империи, в кустах и ждет появления опасного хищника. А в вышине, прикрытый облаками, завис дежурный шаттл с «Забияки». На всякий случай, чтобы со мной ничего не случилось. Такое условие выдвинула Барбара, и я не спорил…

Прерывая мои размышления, в кустах неподалеку раздался птичий стрекот. Это условный сигнал, что зверь приближается, и я, поудобнее перехватив свое оружие, напрягся.

– Арх-х-хх!!! – неподалеку раздался грозный рык, а затем на тропе появился хазаг, надо отметить, мощное животное. Хищник передвигался на четырех лапах, примерный вес около пятисот килограммов, длинная серая шерсть свисала и волочилась по земле, а голова медленно покачивалась в такт шагам из стороны в сторону.

Непонятно откуда, во мне возник страх. Реально не по себе, когда надо убить зверя в шесть-семь раз тяжелее человека. И не просто прицелиться и нажать на спусковой крючок, а пронзить деревянной палкой с наконечником из днища стальной кастрюли, украденной у «теократов». Впрочем, я сумел подавить страх и приготовился к рывку вперед. Ведь я не один. Нас десять человек, и прежде чем спускаться вниз, нужно дождаться сигнала вождя и удара метателей. По крайней мере, так задумано.

– Його-о! – Ирик издал боевой клич, и в хазага полетели копья.

Аборигены метнули пять дротиков одновременно. Однако в хищника попали только два. Зверь почуял опасность и, несмотря на сытость, отпрыгнул в сторону. Вот часть охотников и промазала.

Хазаг зарычал от боли и бешенства. Его морда приподнялась, он оскалился, показал острые клыки, будто у саблезубого тигра, и принюхался. Зрение у него плохое, а вот нюх отменный. Да только мы находились с подветренной стороны, поэтому хазаг никого не почуял и бросился нам навстречу.

Вновь полетели копья, и еще два поразили зверя. А он, продолжая рычать, не обращал внимания на потерю крови и пробитую шкуру, бежал вверх по холму и хотел порвать ненавистных двуногих на куски.

Рывком хищник взлетел на высотку и оказался всего в нескольких метрах от меня. Теперь-то он учуял людей и повернул голову в мою сторону.

Невольно захотелось бросить рогатину, расстегнуть клапан кобуры и пулями повышенной пробиваемости разорвать тело хазага. Но опять я сдержался. Сказал, что одолею зверя простым оружием, – значит, так и сделаю.

С тыла в зверя прилетел еще один дротик, Ирик кинул последний, и охотники, отвлекая хазага, стали кричать. Они спешили мне на помощь, но поздно. Все пошло не по плану. Хищник не стал трусливо прятаться или метаться по тропе, а пошел в атаку, и теперь остановить его было сложно.

Опять издав рык, хазаг прыгнул на меня. Он выбрал свою цель и отвлекаться не собирался, а я сделал то, чему меня учили дикари. Упал на левое колено, выставил вверх рогатину с поперечной палкой в верхней части и установил другой конец рогатины в удобную ямку. Упор есть. Дальше дело техники – главное, не бояться.

Как это ни странно, у меня все получилось. Хазаг напоролся на острие и под тяжестью своего тела, разрывая мышцы и рассекая мясо, сам насадил себя на оружие. А меня отбросило в сторону. Я не удержал древка и на краткий миг потерял сознание. Может быть, на секунду или две. А когда пришел в себя, обнаружил, что скатываюсь по склону вниз. Очень удачно, потому что хазаг, даже умирая, пытался достать меня острейшими когтями. И если бы дотянулся, наверняка пришлось бы отправляться в корабельный медблок как минимум и какое-то время провести в регенераторе.

Впрочем, обошлось. Я скатился на тропу, немного отлежался, восстановил дыхание, встал и посмотрел наверх.

Хищник уже был мертв. Он пытался дергаться и еще издавал какие-то звуки, но шансов на спасение у него не было, ибо Ирик обрушил на крепкий череп зверя стальной топор, самое лучшее оружие в племени.

– Командир, ты в порядке?!

Ко мне подскочил Саша Демьянов, хороший боец, который пришел к «аргонавтам» после налета на базу «Бабуин-Санган» вместе с Ломовым и штрафниками. Кстати, он единственный, кто среди дикарок нашел себе подругу. Не потому что они страшные или наши воины грубые, нет. Девчонки у аборигенов красивые, тип европейский, а абордажиры держали себя в руках. Просто местные красавицы воспитаны в строгости и более целомудренны. А мои головорезы – птицы перелетные, сегодня здесь, а завтра уже в другой галактике. Девушки это понимали и близко их не подпускали. Но Саша исключение, потому что всерьез собирался остаться среди дикарей. Понравилось ему здесь. Об этом мне сообщил Ломов, а сам Демьянов на прямой разговор пока не выходил.

– Да, Саша, я в порядке. Помоги наверх подняться.

С помощью абордажира, слегка прихрамывая и потирая ушибленный бок, я взобрался на холм. Здесь рассмотрел зверя, приказал его сфотографировать и попозировал перед объективами камер с рогатиной. После чего выслушал одобрительные слова вождя и его воинов о моей храбрости и вместе с Демьяновым отправился умываться.

Вода в ближайшем ручье была чистой и прозрачной. Она стекала с гор, несла прохладу, и я освежился, привел себя в порядок и присел на гладкий булыжник. Подставил лицо под лучи восходящего светила, по своим характеристикам схожего с Солнцем, прикрыл глаза и спросил Демьянова:

– Саша, я слышал, что ты хочешь остаться. Это правда?

– Да, командир, – ответил он. – Мне здесь самое место, я ведь из «природников».

Кто такие «природники», я знал. Это движение возникло еще до выхода людей в космос. Группы людей селились в глухих лесах планеты и жили как их предки, в общине, вдали от достижений цивилизации и прогресса. А потом они даже пытались колонизировать отдельные планеты. Но кто же им даст? Без винтовок, пушек, танков, самолетов и ракет они становились добычей более сильных и жадных соседей, которые все это имели. Поэтому «природников» никогда не было много, и большого влияния общины нигде не имели. Хотя в империи и в СКМ поселения этих чудаков были и состояли на особом учете. Почему особый учет? По той простой причине, что молодежь у них хорошая, крепкая и здоровая, а значит, может служить в армии, преимущественно в элитных частях. Вот и Саша из таких: призвали, подписал контракт – и вперед, служить империи в гвардейской бригаде. И он служил верой и правдой, пока не ударил своего командира и не загремел в штрафбат.

– И чем ты тут займешься? – задал я ему новый вопрос.

– Жить буду. Охотиться, жену любить и детей растить. Мне ведь многого не надо.

– А если пираты придут или «теократы» нападут?

– Буду воевать. Оружие-то оставишь, командир?

– Это хорошо, что ты от оружия не отказываешься. Правильно. Твои стволы и броню оставлю. И тебя отпущу. Не проблема. Но с условием.

– Каким?

– Обучишь местных обращаться с огнестрелом. Перед отлетом я пришлю в поселок подарки.

– Командир, а зачем тебе это?

– Пусть нас хотя бы здесь добром вспоминают. Да и не хочется аборигенов без прикрытия оставлять. Хорошие люди, встретили нас нормально, поэтому надо их отблагодарить. Опять же судьба людьми играет. Глядишь, еще вернемся сюда, а у нас тут союзники.

– Понятно.

Мы замолчали. Каждый думал о своем, и мне было хорошо. Однако вскоре с холма раздался окрик Ломова:

– Тор! Зверя разделали! Пора возвращаться в деревню!

Открыв глаза, я проморгался, закинул в рот таблетку стимулятора и встал. Действительно, пора.

Обратно возвращались тем же самым путем, каким добирались к пещере хазага. На лодках по речке в озеро, а затем вдоль берега до поселка аборигенов. Груза немного, ибо мясо хищника в пищу не годилось, так что из трофеев только шкура, клыки, зубы и когти. Ирик обещал сделать для меня настоящее боевое ожерелье, самую большую награду для любого лесовика, а я представил себе, как надену его на прием во дворец императора, и едва не засмеялся. Интересно, как бы клыки и когти смотрелись на белом парадном мундире адмирала, рядом с орденами и медалями, которых у меня уже полтора десятка? Наверняка в обществе это произвело бы фурор. А может быть, и нет. Ведь чудаков при дворе хватало, и у Серого Льва бывают послы мелких правителей с фронтира, которые чего только не носят, и когти, и черепа.

Короче, я сдержал готовый вырваться смех и от подарка решил не отказываться. Пусть будет как память об этом нежданном отдыхе.

Наконец мы добрались до поселка. Мысленно я отметил, что надо дать вождю совет перебраться подальше в глушь, и выгрузился. После чего сразу направился к шаттлу, где меня встретил скучающий связист. Он хотел доложить по всей форме, но я его остановил взмахом руки и спросил:

– Все спокойно?

– Так точно, господин вице-адмирал. Ничего экстренного. Рутина.

– Вызовы были?

– Как обычно. Доклады из штабов Сакса и Серебрякова, да Васильев спрашивал, все ли в порядке.

– Ладно. Подключай мой коммуникатор к ретранслятору.

– Будет сделано.

Спустя минуту пискнул коммуникатор, я опять в зоне действия связи, и до меня может дозвониться любой командир нашей флотилии. Отлично.

От шаттла отправился в деревушку. Близился вечер, и поселение заполнили люди – кто с охоты вернулся, кто с рыбалки, кто с заготовки ягод и дров. Прошел мимо бревенчатых домиков, врытых в землю и покрытых зеленым мхом приземистых строений, помахал рукой караульным, которые расположились рядом с кострами, и оказался возле своего временного жилища. Изначально его строили для Грома, старшего сына вождя. Вскоре он должен жениться на девушке из соседнего племени. Но свадьба только через пару недель, и мы к тому времени уже будем далеко.

Обычно возле нашего жилища кучковались ребятишки, которых Барбара одаривала конфетами. Однако в этот раз их не было. Вместо мальчишек и девчонок у порога замерли два угрюмых воина из дружины Ирика, словно на стражу встали, и я задал им резонный вопрос:

– В чем дело?

– Деррик Ворон объявился, – ответил один.

– Кто это такой?

Воин, взрослый мужик, который не боялся идти на смерть, с опаской покосился на дверь и прошептал:

– Колдун.

– У вас в поселке есть колдун? – удивился я.

– Нет. Деррик сам по себе, живет далеко на севере. Только иногда по деревням ходит. Редко очень. А сегодня к нам пришел, и его твоя женщина для разговора пригласила.

– Они наедине?

– С ними Майя, жена Ирика.

– Давно они разговаривают?

– Давно. Как солнце клониться стало, так и говорят.

– А вы, значит, охрана?

– Да. Мало ли что. Колдун все-таки.

Кивнув, я вошел внутрь и оказался в горнице, основном помещении всего дома. Это и спальня, и столовая, и прихожая, и место для общения. Огляделся и увидел, что все в сборе. В углу притихла жена Ирика, пожилая русоволосая женщина, а за грубым столом, под светом лампы, Барбара и Деррик Ворон. Моя прекрасная половина нацелила на гостя коммуникатор и вела видеосъемку. А Деррик, сутулый пожилой брюнет с несколькими приметными шрамами на лице, закутался в расшитый черными перьями, похожими на вороньи, плащ и что-то ей рассказывал.

– Добрый вечер, – на английском, который был языком общения всех жителей Новой Галилеи, поприветствовал я присутствующих и присел рядом с Барбарой.

– Здравствуй, милый. – Моя любимая улыбнулась и чмокнула меня в щеку, а затем кивнула на колдуна. – Познакомься. Это Деррик по прозвищу Ворон. Он самый главный местный экстрасенс.

Барбара правильно определила гостя. Колдунов, магов и чародеев нет. Разве только в фэнтези и бабушкиных сказках. А вот паранормалы, экстрасенсы и прочие нестандартные люди с необычными сверхъестественными способностями существуют. Это сто процентов, ибо Старая империя активно использовала таких людей на благо государства и пыталась их изучать. В древних архивах, которые я собирал во время своих рейдов, эта тема упоминалась не раз. И хотя в Новороссии исследования в данной области не велись, интерес наших спецслужб к необычным представителям рода человеческого имелся. И я знал, что начальник ГРУ генерал-лейтенант Добровольский регулярно посещал знаменитого столичного экстрасенса Торвальда Вольфрама, по паспорту Николая Абдулатипова. А Алексей Петрович фигура нешуточная, и если он относится к экстрасенсорике всерьез, то и мне не зазорно.

– Ну и что тебе поведал уважаемый Деррик? – покосившись на Ворона, который взглядом уткнулся в стол, спросил я супругу.

– Он рассказал много интересного о первопоселенцах и как они разделились на «теократов» и дикарей. Очень познавательно и дает более четкую картину того периода.

– А про будущее ты у него узнать не пыталась?

Мои слова прозвучали словно шутка, но Барбара ответить не успела. Деррик ее опередил, и я услышал скрипучий голос «колдуна»:

– Про это у нас разговора не было.

Он поднял голову, и наши взгляды встретились. Про себя я знал, что сила воли у меня хорошая, но в глазах экстрасенса плескалась тьма. Я не увидел зрачков. Просто чернота. Бездна. Сфокусироваться не на чем, и мне показалось, что я начинаю тонуть. Полная потеря ориентации. И рука сама по себе, интуитивно метнулась к кобуре.

«Сейчас я тебя пулей угощу», – подумал я, и Деррик услышал мои мысли или понял, что шутить с Тором Строговым, потомком Серого Льва, не надо.

Вновь он опустил голову. Наваждение схлынуло, и я сказал:

– А ты силен, Ворон.

– Что есть, то есть, – согласился он.

– А что еще умеешь?

– Многое. – Колдун неопределенно покачал головой.

– И про будущее можешь сказать?

– Могу. Но ты не спрашивай. Не надо.

– Почему?

– Тебе мой ответ не понравится.

– И все-таки. Ты знаешь, что меня ожидает?

Краткая пауза, тяжелый вздох и ответ:

– Да.

– Так скажи.

– Ладно, раз ты сам просишь. Но потом меня не проклинай. Я не властен над грядущим. Просто иногда вижу разные варианты и выдаю людям тот, который четче всего. Порой от этого страдаю. Как в прошлом году. Сказал вождям племени Красной Косули, что рядом враги и надо срочно убегать. Да только они меня не послушали. Через пару дней племя накрыли «теократы», а виноват Деррик. Говорят, горе накликал. А я ведь хотел как лучше…

– Ближе к нашей теме, дядя, – оборвал я его. – Говори, что видишь.

Он положил на стол руки и попросил:

– Дай ладонь.

– Какую?

– Без разницы.

Я протянул правую, и он обхватил ее своими ладонями, грубыми и мозолистыми. После чего вновь поднял голову. Его глаза были закрыты, и он сказал:

– Ты счастливчик. Удача всегда была рядом с тобой, и многое из того, что ты имеешь, пришло к тебе случайно. Но так будет не всегда. Иногда жизнь проверяет нас на прочность, и тогда приходит беда. Она уже рядом, и скоро ты испытаешь боль потери. Я не знаю, что это будет. Однако черную полосу вижу четко…

– А обойти ее можно или как-то перепрыгнуть? – По моим губам скользнула скептическая усмешка.

– Нет. Нельзя. А вот остановиться и переждать бурю в тихом укромном месте можно. Вижу, что есть у тебя такое. Планета далекая, про которую мало кто знает. Вот там тебе будет хорошо. Там ничего плохого, чего нельзя поправить, не произойдет. Поэтому прими совет – возьми жену и спрячься. Оставь, что имеешь, на друзей и соратников, а сам посвяти себя семье.

– И сколько мне прятаться?

Он пожал плечами:

– Год. Или два. Или три. А потом опять возвращайся к делам, и все вернется на круги своя.

Деррик отпустил мою руку, встряхнул головой и замер без движения. Я молчал, а Барбара, которую напугали слова предсказателя-самоучки, прильнула ко мне.

– Не бойся, любимая. – Я поцеловал ее в лоб и погладил по волосам. – Это всего лишь слова. Если в них поверить, они сбудутся, но мы люди здравые и материалисты. Значит, на подобную чушь внимания обращать не станем. Так, Деррик?

Повернувшись к Ворону, я ожидал его ответа, и он сказал то, что хотела услышать моя супруга:

– Все так, вождь… Ты прав…

Экстрасенс встал, и голос подала Майя:

– Уже уходишь, Деррик?

– Да. Мне пора. – Он кивнул и подошел к двери. Возле нее на несколько секунд замер и бросил через плечо: – Когда захочешь меня увидеть, вождь, прилетай. Нам будет о чем поговорить. А сейчас не время и не место. Ты еще слишком молод и самонадеян. Прощай.

– Постой! – Я вскинул руку и увидел, что Деррика уже нет, хотя дверь не открывалась. Всего на миг я закрыл веки, моргнул, а затем обнаружил, что экстрасенс исчез.

– Спаси и сохрани благой Ойгестен, – с облегчением прошептала Майя. – Опять колдун глаза отвел. Но хоть ушел без вреда, и то хорошо.

Покинув женщин, я вышел. Воины, охранявшие дверь, Деррика не видели, а мои абордажиры, которых я отправил на поиски, никого не нашли. И тогда я присел на берегу озера, посмотрел на воду и задумался. Размышлял, конечно, о словах экстрасенса, и в итоге сам себя успокоил: «Чушь. Его слова бред. И никакой он не экстрасенс. Самый обычный шарлатан. Нажрался грибов, наркоман, и его понесло. От этого и взгляд бездонный, и чернота в них, и уверенность в голосе. Черные полосы, белые. Ерунда это все. И даже если поверить в предсказание дикаря, все равно я не могу бросить службу и спрятаться в колонии. Не могу, и все тут. Ведь на мне эскадра, и необходимо работать по новым проектам. Не только ради себя, но и ради империи, частью которой я стал. Так что пойду успокою Барбару, выпью немного винца для настроения, и мы отправимся в центр поселка, к общему костру. Там сейчас весело. Молодежь песни поет, а мои вояки вспоминают боевые истории. А потом будут танцы, и я приглашу жену в круг. Думаю, она обрадуется».

Поднявшись, я хотел сразу вернуться в поселок. Но не получилось. Пискнул коммуникатор, и я посмотрел на экран. Номер Сакса. Он просто так вызывать не станет, и я ответил:

– Строгов на связи. Что-то случилось, Бальдур Иванович?

– Тор, в систему выскочили чужие корабли, – ответил старый адмирал. – Кто такие, пока не ясно. Наверное, китайцы. Больше некому.

– Сколько их и какого класса корабли?

– Четыре эсминца и средний крейсер. Пока сил немного, но это может быть первая волна, разведка. Я объявил боевую готовность номер один. Флотилия готова. Ждем тебя.

– Понял, Бальдур Иванович. Скоро буду.