Текст книги "Темный (СИ)"

Автор книги: Василий Сахаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

29

Я все сделал, как задумал. Проснулся, позавтракал и поискал в сети статьи о древних информационных накопителях «DR», а затем, переодевшись в гражданку, отправился за покупками. Посетил несколько элитных магазинов и нашел, что нужно. Купил превосходный ноутбук «Арк-45», последняя разработка наших электронщиков, которая обошлась мне в две с половиной тысячи рублей. Это очень дорого, к примеру, мой стационарный компьютер, который стоял дома, стоил всего триста рублей. Но цена значения не играла. Главное, мощность микропроцессора и хорошая оперативная память.

Из магазина отправился к знакомому радиотехнику – любителю, которого звали Михаил Кунц. Человек как человек, отставной военный, инвалид, примерный семьянин, работящий и спокойный, который никому не мешал. Но на самом деле он жил двойной жизнью и порой выполнял заказы для узкого круга "друзей". Какие именно можно понять по его прозвищу Миша – подрывник. Причем "адские машины" Миши были надежными и сбоев не давали. Подложишь такую мину, скажем, под машину объекта. Потом нажмешь на кнопку с пульта управления, и нет человека. А еще Миша иногда поставлял мне информацию о криминальных кругах столицы.

Впрочем, это дело прошлое. Сейчас мне требовалось иное, и я передал Мише нужный чертеж, который обнаружил на официальном сайте археологов. Оказывается носители информации, которые попали мне в руки, уже находили. Так что здесь все получилось удачно.

Миша за работу взялся и предложил сделать не разъем, а переходник для него. Я согласился, мне без разницы. После чего, оставив Мише пятьдесят рублей задатка, я отправился в Курково. Хотелось побывать в доме деда и проверить схрон. Все как обычно. Но на выезде из города я заметил, что за мной увязалась машина. Это был мощный черный внедорожник "Ингви – LF", классный автомобиль, дорогой и проходимый, на таких часто катались криминальные авторитеты или богатые мажоры из столичной золотой молодежи.

"Кто это может быть?" – подумал я и пожалел, что при мне нет оружия. Я хоть и офицер, но столица жила по мирному, здесь военное положение никто не вводил и мой табельный пистолет, как и остальное оружие, остался в расположении батальона.

Прибавив скорость, я оторвался от преследователя, который на трассе вел себя не агрессивно, и благополучно добрался до Курково. Здесь сразу залез в схрон, достал ПМ и снарядил пару обойм. Потом прошелся по дому, вышел во двор и через дощатый забор увидел соседку.

– Здравствуйте, – я поприветствовал ее.

– Здравствуй, Юра, – женщина улыбнулась. – Надолго к нам?

– Нет. На час – другой, а потом обратно в столицу.

– А на фронт когда?

"Откуда она знает, что я снова на службе?"

– Валентина Егоровна, а почему вы решили, что мне надо возвращаться на фронт?

– Тебя сегодня в новостях показывали.

– Давно?

– Час назад.

– А канал какой?

– "Столица – плюс"

– Понятно.

Так и не ответив соседке, когда отправлюсь на фронт, я вернулся в дом и включил телевизор. Быстро нашел нужный канал, как раз шли новости, и увидел Тейта Эрлинга собственной персоной. Он давал интервью, рассказывал о подвигах своего корпуса, а потом упомянул меня. Причем расхваливал очень сильно. После чего пошел новый сюжет, на этот раз из расположения сотого танкового батальона, и снова моя фамилия, лицо на экране и старые видеокадры с военного полигона под Новым Таллином. А попутно рассказ как я героически сражался, оказался в окружении и вышел с пленницей. Опять смена сюжета и показали Анхелику Краун, которую, если верить словам журналиста, собирались обменять на маршала Тангбранда. Неравнозначный обмен лейтенант на маршала. Но семейство Краунов, как я уже упоминал, весьма влиятельно.

На этом военные новости закончились. Пошел сюжет о спортивных молодежных играх, которые будут проводиться в столице и, отключив телевизор, я крепко задумался. Сам того не желая, Тейт Эрлинг подставил меня. Мне известность не нужна – понятно. А еще я не хотел, чтобы широкой общественности стало известно, кто именно пленил Анхелику Краун. Ведь при таких раскладах от республиканцев можно ожидать любой пакости. С них станется, наймут киллеров, моих вчерашних коллег, и прихлопнут. В Республике Норд в порядке вещей отомстить обидчику и внедорожник, который шел за мной из столицы, мог везти убийц. Так что, выходит, зря я перестраховывался и не называл Анхелике свое имя и фамилию. Начальству нужны герои и на роль одного такого примерного воина Тейт Эрлинг назначил меня. Он дал интервью, одно из многих, и забыл про него, а мне теперь надо ходить и оглядываться. Значит, правильно я сделал, прихватив ПМ. Только этого мало. Видимо, придется забирать все, что есть в тайнике.

Тяжело вздохнув, я снова спустился в подвал, забрал "стечкин" и одну гранату. Пригодится. А затем снарядил обоймы на "стечкин", закрыл дом и вышел на крыльцо дома. Соседки уже не было. В поселке меня ничто не держало, и я решил возвращаться в столицу.

По обычаю, заехал на могилу деда и немного посидел рядом. А затем вырулил на трассу, помчался в Неерборг и совсем не удивился тому, что за мной вновь увязался "Ингви – LF".

30

На этот раз оторваться от преследователей не получилось. Они не отставали, а удалившись от Курково, попытались подрезать меня. Чего‑то подобного я ожидал и без долгих размышлений, покинув трассу, свернул в поля. На грунтовке грязь и нет людей. Я оказался как раз между двумя поселками, до одного километров шесть – семь и до другого восемь. Значит, свидетелей нет, а у меня есть оружие. Выводы напрашивались сами собой. Тем более что преследователи вели себя нагло и дерзко, словно самые обычные быки. Это бандитская пехота, кулаки у бойцов здоровые, а с мозгами проблема. Отличный расходный материал, что на реальной войне, что на криминальных фронтах. Командиры и паханы таких не берегут. И от этой мысли мне стало весело. Слава богам, что за мной не послали тихого неприметного дядю, который сначала вежливо улыбается и здоровается, а потом ножиком вспарывает брюхо. От такого уйти сложно, а быки ребята простые.

Пошел кураж. Опасное состояние, при котором плевать на последствия. Но менять свою натуру поздно, и годы не те, и характер не тот. Будь, что будет. И, положившись на интуицию, я улыбнулся и прибавил скорость. Не все так плохо, как кажется, и шансы вырваться имелись.

Черный внедорожник рванул следом. Движок у него мощный, а за рулем, судя по всему, в меру опытный и рисковый водитель. Что же, посмотрим, кто кого. В полях можно будет оторваться, а если не получится, то придется разбираться с погоней, и делать это лучше в дебрях. Скоро стемнеет, и небо затягивают тучи. Видимо, будет дождь, так что свидетелей быть не должно.

Вскоре преследователи стали нагонять, не жалели ни себя, ни машину, которую на поворотах заносило, а на кочках подкидывало, и я выжал из своего "Скаута" все, что возможно. Шел на пределе, чтобы оторваться и самому не разбиться. Сделал это вовремя, потому что рядом с моей машиной что‑то просвистело. Пуля? Наверняка. Вот же гады! Ладно, вы первые начали.

Пришлось еще немного ускориться и у меня получилось оторваться примерно на триста метров, а через несколько километров мы оказались на дамбе между двумя прудами. Слева и справа камыш, кустарник и одинокие деревья. Вокруг вроде бы безлюдно. И, переехав дамбу, я свернул в поле и остановился. После чего, не теряя времени, выскочил из машины и открыл заднюю дверь. ПМ в карман, а к "стечкину" пристегнул приклад.

"Готов? – спросили я себя и сразу ответил: – Да".

Я выдвинулся поближе к дороге. Присел на колено, приготовился к бою и прислушался к своим чувствам.

Как ни странно, но на душе было спокойно. Сомнений нет и быть не могло. Ребятки, которые спешили за мной, не с добром едут. И плевать, что у кого‑то есть мамы, папы, подруги и друзья. У меня тоже есть… Хотя, стоп! Нет у меня никого. По сути, один, словно перст. Ну и что? Я тоже человек и хотел жить. Очень хотел. И потому никого жалеть не собирался.

Звук автомобильного движка приближался. Ждать осталось немного. Всего несколько секунд. Приклад уперся в плечо, ствол на дорогу.

Есть! Пошла жара!

Машина преследователей проскочила дамбу, показалась из‑за камышей, и я открыл огонь.

Выстрелы последовали один за другим. Я бил в лобовое стекло и не мазал. Нельзя промахнуться, когда цель в нескольких метрах.

Бум – м! Бум – м! Бум – м! – отдача привычно била в плечо, а девятимиллиметровые пули выносили автомобильные стекла и вонзались в тела водителя и его пассажиров. Они сделали свое дело и, взвизгнув тормозами, внедорожник резко свернул на обочину и ударился в ствол крупного тополя.

"Отличная работа", – похвалил я сам себя, автоматически скинул пустой магазин и вставил запасной. Передернул затвор и, взяв машину на прицел, приблизился.

Два братка, молодые крепкие парни, "двухсотые". Один лежал на заднем сиденье, и его развороченная черепная коробка обнажила мозги. Контроль не нужен. А второй труп находился на пассажирском сиденье впереди, и у него была пробита шея. Кровь хлестала на приборную панель и с этим тоже все ясно. Движения нет, рана смертельная и он не шевелился.

Зато водителю повезло. Пуля слегка задела ему грудь с правой стороны и при столкновении с деревом он рассек лоб. В общем‑то, не смертельно и браток пытался выбраться из расстрелянной машины. Что характерно, в правой руке у него был пистолет, и он мог им воспользоваться. Однако парень находился в шоке и мало что соображал. Он даже меня не видел, хотя я стоял рядом. И когда парень в очередной раз толкнул заклинившую дверь, я схватил его за ворот черной кожаной куртки и резко потянул на себя.

Рывком, вытащив быка на обочину, отобрал у парня пистолет, кстати, нормальный боевой "штейер", который выпускался в Лиге свободных. А затем склонился над ним и похлопал по щекам:

– Эй, боец! Хватит стонать. Говорить можешь?

– А – а-а… – простонал он, глядя на меня ошалевшими глазами человека, который только что увидел смерть.

Снова хлопки по щекам и повтор вопроса:

– Говорить можешь?

Секундное замешательство и ответ:

– Ма – ма – магу…

– Меня узнаешь?

– Да – а-а…

– Тебе мою фотографию показывали?

– П – показывали…

– Кто?

Вместо ответа он сам спросил:

– А ты меня не убьешь?

– Только если расскажешь все, что я хочу узнать. Скажешь правду, вколю антишоковый препарат, перевяжу и доставлю в больницу. Начнешь в молчанку играть, на кусочки порежу. Понял?

– Ага.

– Говорить будешь?

– Буду. Только быстрее, я же кровью истеку.

– Не волнуйся, у тебя царапины. Ничего страшного, выживешь.

"Парень уже приходит в себя, – промелькнула мысль. – Надо дожимать его и побыстрее. Да и мало ли кто может появиться в этой глуши. Всякое случается, а свидетели не нужны. Так что торопись, Юра".

– Короче, как тебя зовут? Погоняло какое?

– Кулак.

– А имя и фамилия?

– Серега Кулаков.

– Кто вас за мной послал?

– Ягель, бригадир наш.

– Под кем он ходит?

– Не знаю…

– Не ври! – пистолетом я ударил парня по коленной чашечке.

– Больно! – закричал он. – Не бей! Мамой клянусь, что не знаю! Только слышал от Ягеля, будто он под Крапом!

– Это уже кое‑что. Какой приказ получили?

– Приехать на адрес, проследить за тобой, дождаться удобного момента и взять тебя.

– Все?

– Еще Ягель сказал, что ты вояка и заказчику нужен живой.

– Вы откуда?

– Из Неерборга.

– Спортсмены?

– Боксеры.

– А ствол откуда?

– У меня был, отцовский. Он с войны привез.

– Батя офицер?

– Был.

– Живой?

– В прошлом году помер, бухал много.

– Еще оружие есть?

– Обрез у Карла и ПМ у Левы.

– Ягелю своему сообщали, что меня нашли?

– Да. Отзвонились.

– Как он узнал, где меня искать?

Я думал, что Кулак про это ничего не знает. Поэтому спросил на всякий случай. Однако он смог дать полезную информацию.

– У шефа человек в полиции есть. Он адрес быстро пробил.

– Так – так, понятно. А где Ягеля найти можно?

– Станция метро "Царево". Рядом бар есть, "Северное сияние". Он там постоянно. Этот бар ему принадлежит.

– Как его узнать? Приметы особые есть?

– Бритый. Наколок много после тюремной отсидки. А еще сильно прихрамывает на правую ногу, она у него покалечена.

– Охрана с ним есть?

– Два человека.

– А как его по паспорту звать?

– Без понятия.

– Бар, в котором он сидит, круглосуточный?

– Да. Но сейчас Ягель велел его закрыть на пару дней.

– А большая бригада у вашего босса?

– Два десятка бойцов будет.

– Он еще кому‑то, кроме вас, поручал за мной охотиться?

– Мне про это ничего неизвестно.

На секунду я задумался и посмотрел на свою машину, а парень это заметил и попробовал достать меня ногой. Видимо, он хотел сбить меня на землю, навалиться сверху и вырубить. Но, несмотря на рассеянный вид, я был начеку, сделал шаг назад и выстрелил в него.

Свинец разнес голову парня на кучу кровавых осколков, которые запачкали траву.

Мне ничего не хотелось делать, но я заставил себя работать. Обыскал машину братков, нашел немного денег, старый потертый ПМ и обрез двухстволки. Забросил добычу к себе, стволы спрятал в багажнике, и закинул труп Кулака в расстрелянную машину. Потом облил ее бензином, поджег и собрал стреляные гильзы. После чего еще раз обошел поле боя. Осмотрелся, и только затем сел в свой автомобиль.

К этому моменту дождь пошел всерьез. Если мне повезет, он надолго и сгоревший "Ингви – LF" найдут не сразу. Возможно, через три – четыре дня.

"Хорошо бы, если так", – подумал я и вырулил на дорогу.

31

Вопросов было много, а с ответами туго и я разложил ситуацию на составляющие фрагменты.

Итак, что же мы имеем?

Криминальный авторитет Ягель получил заказ взять меня живьем и пустил по моему следу своих бойцов. Кто заказчик, не ясно. Во сколько оценили мой захват, неизвестно. Насколько крут Ягель, сведений нет, скорее всего, крепкий середнячок. Почему заказчик заказал не убийство, а похищение, догадок нет.

Таковы расклады. И что же мне делать дальше? Во – первых, можно снова попросить о помощи Робинзона. Но это только в самом крайнем случае, ибо я ему уже должен. А помимо того какое‑то шестое чувство подсказало, что не стоит его впутывать в это дело. По крайней мере, сейчас. Во – вторых, нужно достать Ягеля и тут два пути развития событий. Либо долго собирать информацию на криминального авторитета, а потом подловить его в тихом месте и убрать. Либо действовать быстро, дерзко и нагло. Пойти напролом и в лоб спросить Ягеля, кто на меня заточил зуб. Конечно, придется пострелять и он не захочет отвечать, но есть методы, благодаря которым все явное рано или поздно становится явным.

Мне по душе второй вариант, рисковый, но быстрый. Тем более что адрес штаб – квартиры Ягеля известен. А что потом? Трудно сказать, скорее всего, придется на время залечь на дно. Видимо, где‑то загородом. Хотя можно поступить проще, вернуться на материк Окс и прибыть в батальон. Там меня достать сложнее всего.

"Надо работать самостоятельно и дело не затягивать", – решил я и позвонил Мишу – подрывнику:

– Слушаю, – в трубке голос Миши.

– Это Темный. Ты в мастерской?

– Да.

– Что с моим заказом?

– Все хорошо. Хоть сейчас можешь забрать.

– Договорились. Скоро подъеду.

Отключив телефон, я еще раз все обдумал. Назад сдавать не надо. Заеду к Мише. Потом домой и выход на цель. Нейтрализую, допрашиваю и убираю Ягеля. После чего покидаю столицу и перебираюсь в провинцию, куда‑нибудь на природу. Там можно спокойно поработать с информационными накопителями, а дальше будет видно.

На душе стало легче. Я перестал метаться и, прогнав ненужные мысли, направился к подрывнику. Как и говорил, Миша был на месте. Мы с ним рассчитались, и я получил заветный переходник. После чего расспросил его о Ягеля, но Миша ничего нового не поведал. Да, есть такой криминальный босс, но мелкий. И в масштабах четырехмиллионного города он букашка. Ходит под Крапом, но часто посматривает на сторону и мечтает отколоться. Только решимости не хватает. И если Ягеля уберут, горевать о нем никто не станет и мстителей по следам киллера посылать некому.

В общем, все нормально и препятствий для работы нет.

От Миши поехал домой и здесь меня встретил консьерж Ханс, который сообщил нечто интересное:

– Юрий Николаевич рядом с домом люди подозрительные крутились и про вас спрашивали.

– Давно?

– Днем.

"Значит, за мной выслали не одну бригаду, а две", – подумал я и задал Хансу новый вопрос:

– Как они выглядели?

Ханс пожал плечами и усмехнулся:

– Как мелкие уголовники. Мордастые и здоровые, куртки кожаные, кулаки набитые, наколки босяцкие.

– Понятно. Благодарю за предупреждение.

Сунув Хансу купюру, которую он уже ждал, я направился к лифту, но консьерж меня окликнул:

– Юрий Николаевич, может быть, мне в полицию сообщить?

– Не стоит. Это мелочь.

– Как скажете, Юрий Николаевич.

Отставной коп косил под простака, но он им никогда не был. Просто привычка включить дурака и посмотреть на поведение собеседника, неважно кто он, начальник, подчиненный или случайный человек. У некоторых копов такое поведение в крови. Я это понимал, и был уверен, что Ханс в любом случае сообщит своим бывшим сослуживцам о босяках, которые интересовались моей персоной. Но пока это не самое важное. Пусть сообщает. Главное до Ягеля добраться.

Оказавшись в квартире, первое, что я сделал, вытащил из шкафа увесистый рюкзак и упакованную сумку. В них все, что нужно для жизни в провинции и на природе. Рюкзак и сумку беру в любом случае, а заодно двухместную палатку. Что еще? Информационные накопители и купленный сегодня ноутбук.

Сборы были недолгими, и я нагрузился поклажей. Рюкзак и сумка. Не очень тяжело, но весомо, под пятьдесят килограмм.

Через пару минут спустился вниз и Ханс провожал меня долгим взглядом.

"Сдаст, – подумал я про консьержа. – Обязательно сдаст, шкура. Не из‑за денег, а по своей натуре. Сначала копам про босяков сообщит, а потом ввернет, что я уехал. Пока это не серьезно. Но это только пока".

32

Есть древняя мудрость, которая пришла в наш мир вместе первопоселенцами – авторитет человека и его положение в обществе никак не могут повлиять на траекторию пули, которая летит ему в голову. И применительно ко мне эта значит, что слава, авторитет и прозвища криминальных паханов и воров, на которых я охотился по заказу Робинзона и других работодателей, не вызывали у меня страха. Я не боялся бандитов и не уважал их. Не было такого. Поэтому всегда рассматривал их как добычу. Они опасные звери, а я охотник. Спасения от меня не было. Раз за разом я находил их слабые места и уничтожал цели. И чем больше я занимался этим делом, тем четче осознавал, что криминальные авторитеты круты только среди себе подобных и в фильмах. А в жизни это самые обычные люди, со своими слабостями, страхами, пороками и уязвимыми точками.

Следовательно, все просто. Нет бессмертных людей. Нет охранных систем, которые нельзя взломать или вывести из строя. Нет неподкупных слуг, которых нельзя купить или запугать. Нет заборов, через которые нельзя перелезть. Нет телохранителей, которые гарантируют стопроцентную безопасность. В итоге можно добраться до любого. И Ягель, который из охотника превратился в дичь, исключением не являлся. Поэтому я был уверен, что отработаю его быстро и без особых проблем.

Бар "Северное сияние" возле метро "Царево" нашел легко. К тому времени стемнело, и столицу поливал холодный осенний дождь. Заведение было закрыто, но меня это не смутило. Накинув потертую камуфляжную куртку и кепку, я обошел вокруг трехэтажного дома, на первом этаже которого находился бар, и запомнил необходимые мелочи. В баре три входа: складской с тыльной стороны дома, парадный для посетителей и пожарный. Все двери из металла и выглядят солидно. Над главным входом висит фонарь и рядом видеокамера, которая не работала. За два часа, что я бродил под дождем, внутрь никто не входил, но в баре пару раз включался и выключался свет, значит, кто‑то там находился. Предположительно это Ягель и его охранники.

В общем, ничего необычного и странного. Тянуть время не стал и ровно в 23.00 постучался в дверь.

– Кто там!? – изнутри раздался громкий бас уверенного в себе человека.

– Открывай! – заплетающимся языком, изображая пьяного, закричал я. – Выпить хочу!

– Пшел вон, пьянь! Бар закрыт!

– Плевать! Открывай, меня Ягель знает! Тема есть, поговорить с ним хочу!

Краткая пауза и снова бас:

– Смотри, если соврал, голову оторву.

– Давай – давай, отворяй ворота.

Раздался скрип отодвигаемого запора, и я осмотрелся. Рядом никого. Погода такая, что люди сидели по квартирам. Это хорошо, легче работать, и я достал "стечкин" с заранее прикрученным глушителем.

Дверь отворилась и на пороге, преграждая путь, возник громила под два метра ростом, с плечами штангиста и общей массой тела свыше ста тридцати килограмм.

– Ты что ли Ягеля знаешь? А ну‑ка сними кепку…

Он протянул ко мне лапу, наверное, хотел схватить за грудки, и я выстрелил. Звук приглушенный. Пшик! И все! Во лбу громилы появилась дырка. Один готов. Пока все гладко, но времени терять нельзя, и я толкнул громилу внутрь. Уже мертвое тело прислонилось к стене и стало медленно сползать вниз. Я его слегка придержал, и оно опустилось без грохота.

Дверь закрыл на запор и двинулся дальше. Оказался в холле с раздевалкой, но здесь никого. Прошел в общий зал, где играл музыкальный автомат, и застал двух бандитов. Судя по всему, больше людей в баре не было, потому что стаканов на столе столько же, сколько выпивающих, и рядом одна бутылка. Отличительные приметы Ягеля я запомнил: татуировки, бритая голова и хромота. Один из двоих подходил под это описание, а вот другой нет, и я не медлил.

Тихий выстрел и один выпивоха свалился со стула. Второй выскочил из‑за стола и бросился к барной стойке. Он хромал. Значит, я не ошибся. Передо мной, в самом деле, Ягель.

Еще один выстрел. Не в голову и не в туловище, а в ногу. Мог промазать, все‑таки свет неяркий и цель бежала, но попал. Ягель перекувыркнулся через себя и растянулся на полу. Его правая нога, как раз поврежденная, была в крови. Белая штанина быстро набухала, и я, поставив перед ним стул, присел.

Криминальный авторитет не плакал, не стонал и не бился в истерике. Надо отдать ему должное, по мере сил, он старался сохранять спокойствие и пробовал лежа стянуть с брюк ремень. Ученый, выходит. Сразу подумал о том, чтобы остановить кровопотерю. Это правильно. И если он так поступал, наверное, надеялся на спасение.

Он посмотрел на меня, а я нацелил ствол на пока еще целую ногу. Намек прозрачный. Ягель его понял и не выдержал:

– Ты кто!? Что тебе нужно!?

– А ты присмотрись внимательней.

Ягель достал ремень и, затягивая его на бедре, прошипел:

– Ты Темников.

– Верно. А почему я тебя навестил, догадываешься?

– Да – а-а… – он затянул самодельный жгут, бросил взгляд на барную стойку, где у него, видимо, хранилось оружие, и снова посмотрел на меня: – Тебе нужен заказчик?

– Верно.

Авторитет смахнул со лба выступившую испарину и покачал головой:

– Пока не дашь гарантий, что оставишь мне жизнь, буду молчать. Делай, что хочешь, я вытерплю.

– Что же, Ягель, это твое решение. Я поднялся, подошел к барной стойке, за которой обнаружил помповое ружье, и огляделся. После чего взял несколько ножей, вилки, соль, уксус и бутылку спирта. Затем вернулся к Ягелю и вопросительно кивнул ему:

– Начнем?

Он стиснул зубы и я начал процесс дознания. Как и что делал, описывать не стану, не самое лучшее мое деяние, несмотря на тот факт, что Ягель не пай – мальчик. Скажу только, что через двадцать минут я услышал все, что хотел узнать, и немного больше.

Вот уже десять лет Ягель выполнял мелкие поручения одной иностранной торговой компании под названием "Ферго инкорпорейтед", которая находилась на острове Ишир в Северном океане. Формально остров независим, а на деле входил в зону влияния Республики Норд. Поэтому Ишир и одноименное королевство служили базой для разведки нашего противника. А компания "Ферго инкорпорейтед" являлась структурой РУРН (Разведывательное Управление Республики Норда). При этом компания занималась импортом – экспортом между нордами и вальхами, а попутно вербовала на нашей территории исполнителей и агентов влияния. Денег республиканцы никогда не жалели и Ягель попался на удочку. Время от времени выполнял задания различной сложности, а вчера получил заказ на меня. Приказ простой и короткий – захватить капитана Юрия Темникова, который находится в столице, и приготовить его к отправке на Ишир. Как меня собирались переправлять на остров, Ягель не знал, это не его уровень. Его дело захват и он выделил на это четыре группы. Две должны работать днем, и еще две ночью.

В общем, все ясно. Правда, появились новые вопросы. Однако Ягель на них ответить не мог. Поэтому я прострелил ему череп, обошел бар, ничего подозрительного, вроде замаскированных видеокамер или случайных свидетелей, не обнаружил, и вошел в кабинет авторитета. Здесь имелся сейф, кодом которого со мной поделился Ягель. Он говорил, что там много денег, но не назвал сумму. И когда я открыл хранилище покойного бандита, то был удивлен.

Деньги в сейфе, действительно, имелись. Но я думал, что сорок – пятьдесят тысяч, не больше. А на деле у Ягеля оказалось четыреста тысяч. Такой куш я никогда не брал. Видимо, в сейфе деньги не только Ягеля, но и общак всей банды. Впрочем, значения это уже не имело. Я нашел сумку, скинул в нее тугие пачки банкнот, а затем направился к выходу.

На время опасность была нейтрализована. Но только на время. Если мной заинтересовалось РУРН, плохи мои дела. Помимо Ягеля у республиканской разведки есть другие исполнители, получше и посильнее. Я это понимал. Однако данный факт не пугал. После танковых сражений под Новым Таллином и Дорнхоллом меня трудно чем либо испугать. Хотя подставляться под удар я не собирался. Поэтому ближайшие дни, до окончания отпуска, собирался провести за городом, где‑нибудь в санатории или уютном пансионате. И здоровье подлечу, и с накопителями информации разберусь.