сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)
БАСНИ МАСЛОВИЧА
В ХАРЬКОВЕ,
в университетской типографии,
1814 года.
Печатать позволяется
с тем, чтобы по напечатании до выпуска в публику представлены были в Цензурный комитет: один экземпляр для Цензурного комитета, два для департамента Министерства просвещения, два для Императорской публичной библиотеки и один для Императорской академии наук. Мая 1 дня, 1814 года.
Профессор Иван Срезневский.*
БАСНИ МАСЛОВИЧА
Хотя дитя моё горбато и хромое;
Но я его люблю: моё, а не чужое.
К Г.
Почтенный Г….., ты желал, чтобы мои басни были изданы в свете, ты, далёкий от лести, часто говорил мне: зачем я их не напечатаю? – Совет твой совершается, ты их прочтёшь, и ежели переменится вид лица твоего, не они будут виноваты и не я. Большая разница, когда кто слушает или читает сам.
Автор, произнося сочинение своё, может скрыть встречающиеся в оном ошибки или каким-либо приятным телодвижением, или многозначащим или смешным выражением лица. И прельщённый слушатель делает приговор в пользу декламатора.
______________________
Предисловие
– Как, ещё другое предисловие?
«Точно так-с, милостивый государь».
– Да я и первого не читал.
«Прошу вас, милостивый государь, прочтите это, потому что оно писано единственно для вас».
– Но я предугадываю, что беглое перо ваше в оном начертало.
«Много чести!»
– Верно какое-нибудь приятно начинённое извинение, например: «Не смейте отнюдь сравнивать басни мои с баснями нашего Лафонтена, Хемницера, Крылова, Сумарокова, Княжнина, с двумя или тремя баснями великого Ломоносова, с 35 Неведомского, с несколькими Богдановича и многими другими*, рассыпанными по старым и новым ежегодникам, ежемесячникам, еженедельникам, ежеденникам, ежеминутникам…» и прочее, и прочее.
Нет, господин автор без бороды, это не спасёт вас! Будьте готовы выдержать самую злейшую критику, я не премину, чтобы не познакомить вас с нашею публикою. Да вы же так молоды... О, право, это преобильная материя: измарать целый лист кругом.
Нет, нет! Читайте предисловие ваше сами, нам – скорей басни. Какова-то первая? Уж, верно, лучшая из всех, где цветкам, остротам, двусмыслиям, бессмыслиям нет числа. Посмотрим:
Заглавие недурное. «Чтение басни». А! Понимаю. Это род пролога. Как интересна в ней простота безымянной пастушки! Конечно, не нашей, а немецкой, наши читать ещё не научились. – Она рассуждала по пастушьи, т. е. как все пастухи и пастушки, они все, верно, рассуждают на один манер.
«Лжот» надлежало бы написать «лжет»; но не будет рифмы к «кот». Ну, далее...
Нет, этого не может быть,
Как могут звери говорить?
Нет, я Эзопу не поверю,
Ей, говорить неможно зверю!
Idem per idem...* Посмотрим, что за нравоучение?
«Тем, всем». Какая школярская рифма. «Которы» – это позволительная licentia* пиитическая, за которую никому не прощают, а кольми паче вашей братьи. «Нравученье», опять для стопы исковерканное слово. Фи! Господин баснописец!
Баснь вторая.
«Перо, Чернильница и Чернило».
Она, верно, вашего изобретения? Недурна, годится, сносна, может занять две, три минуты, несмотря, что и в ней бездна непростительных ошибок. Я вам скажу некоторые: в самом заглавии ошибка: вместо «чернилы» вы поставили «чернило», а всё рифма, рифма!
Неу̀жели б ты на бумаге
Писать бы без меня могло?
Претяжёлые два стиха, я не могу легко перевесть дыхания. «Дало, могло». Вы в рассуждении рифм очень нерадивы, такого рода сочиненьица требуют наилучших. «Шалим». Это двузнаменательно, другой вам этого не простил бы, а мне ужасть как нравятся экивоки!.. «Влаги, на бумаге». Это что за золотая рифма?
Баснь третья.
«Два мешка».
– Конечно и это ваша?
«Нет – она из Федра».*
– Да, так, помню-с помню-с.
«Прицепил», вы согласитесь, господин автор, что лучше было бы: «привязал»; но, рифма, ты камень преткновения для сочинителей!
Баснь четвёртая.
«Кончина Мухи и Комара».
– Это опять ваша?
«Нет, сюжет взят из Геллерта».*
– Я давно держал в руках Геллерта, ещё в детстве. Скажу вам откровенно, я не люблю этого Геллерта, он очень немец; Лафонтен их всех затмевает.
«Но признайтесь, что и немецкие баснописцы имеют свои достоинства».
– Не хочу спорить, у всякого свой вкус.
Но обратимся к вашей мухе и комару.
«Раз, погас». Всё те же самые ошибки.
«Как комар». Неприятное стечение слов.
«Близ меня», т. е. недалеко от меня.
«Забрало её вино». Это à la мужик.
«Вкруг», надобно бы сказать «вокруг».
«Беспечно песни пел». Как шокирует уши! Нет, ваши басни никуда не годятся. Возьмём ещё терпения христианского, перелистнём, не найдём ли чего дельного. А!..
«Рыбы и поющий пастух»!
Посмотрим, как обезображен вами бедный Лафонтен!.. Фи! Какое различие! Он небо, – вы земля. – И как далеко... Что? Что? Вы осмеливаетесь переменить конец Лафотеновой басни!
Напрасно вы, господин автор, не спали многие ночи! Завтрашний день вы прочтёте не в одном журнале пространный анализ на книжонку вашу, жаль мне вас! Вы не найдёте книгопродавца, который бы дал вам сколько-нибудь за труды, но переменить нечем. Я не могу пропустить такого хорошего случая, чтоб не показать мой вкус и мои таланты.
«La critique est facile, mais l'art est difficile».*
– Это старая песня – прощайте.
«Милостивый государь, ещё на одно слово. Позвольте мне напечатать теперешний ваш разговор и поместить вместо второго предисловия».
– Как вам угодно, простите.
«Слуга покорный…»
Господин наборщик, потрудитесь вместо второго моего предисловия набрать вот это, я сейчас принесу его из цензуры.
______________________
БАСНИ
Чтение басни
Баснь I
Эзопа басенки пастушка прочитала
И по пастушьи рассуждала:
«Эзоп, мне кажется, что лжот.
Как могут говорить Орёл, Собака, Кот,
Осёл, Волк, Лошадь, Бык, Лягушки,
Так, как пастух или пастушки.
Нет, этого не может быть.
Как могут звери говорить?
Нет, я Эзопу не поверю.
Ей, говорить неможно зверю.
___
Баснь эта людям тем,
Которы басни лишь читают;
А в нравученье не вникают.
Короче – это детям всем.
____________________
Перо, Чернильница и Чернило
Баснь II
Перо, Чернильница, Чернило
Заспорили между собой,
Перо сначала говорило,
И разговор его такой:
«Не стану я терять напрасно
Свои игривые слова,
А в двух, иль в трёх скажу вам ясно,
Моя услуга какова:
Восторг чудесный господина
Изображаю быстро я,
Лечу мгновенно до Нанкина,
Или на льдистые моря.
Иль вдруг оттуда до Парнаса,
Тут взявши мыслей пузырёк,
Мы шпорим с барином Пегаса
В американский островок.
Или сидим под кипарисом,
Бежим в Аркадские поля,
Там плачем с пастухом Тирсисом
Вблизи сребристого ручья.
Иль рвём душистые цветочки,
Смеёмся, прыгаем, шалим,
С пастушками плетём веночки.
Или с подьячими сидим:
Тут важну ролю я играю,
Насчёт просителей смеюсь,
Крючок обширный загинаю
И оным зацепить тружусь.
Или по Августа совету
Законы предписую я,
И участь назначаю свету.
Кто превосходнее меня?..» –
«Довольно, слишком заболталось,
Нельзя ль умолкнуть на часок, –
Чернилами Перо прервалось, –
И выслушать меня, дружок?
Когда б своей лоснящей влаги
Перу Чернило не дало,
Неужьли бы ты на бумаге
Писать бы без меня могло?
Так перестань же ты гордиться,
Свой нос высоко задирать.
Чернилу стоит рассердиться,
В лоснящей влаге отказать,
То вдруг иссохнешь, побледнеешь,
Расколешься, разинешь рот,
Умрёшь – и боле не затеешь
Рассказывать свой быстрый ход...» –
«И ты не очень возносися, –
Чернильница сказала тут, –
В моём желудке не сердися,
Не то – сей час тебя прольют,
Ты на столе сем разольёшься,
Неволею плясать начнёшь,
Во внутренность его вопьёшься,
Пера скорее пропадёшь.
А лучше свесть навеки дружбу,
Не спорить и довольну быть,
Сносить охотно барску службу,
Один другому ям не рыть».
_____________________
Два мешка
Баснь III
Юпитер два мешка всем смертным прицепил.
Один назад – с пороками своими,
Другой напереди – с чужими.
И из сего Федр заключил:
«Вот отчего своих пороков мы не знаем,
А у других малейши замечаем».
_________________
Кончина Мухи и Комара
Баснь IV
Сколь мне плакать ни несродно,
Но и я проплакал раз.
С Мухой как Комар безгодно
В цвете юности погас.
●●●
Ввечеру часу в девятом
К журналисту я писал,
Разумеется, быть сватом
По стихам ему желал.
●●●
Муха близ меня кружилась
И шалила с Комаром,
Спать с поранка не ложилась,
Верно, выспалася днём.
●●●
Но пускай бы как хотела,
Так изволила шалить,
А то нет, вино узрела
И пустилась с жаром пить.
●●●
Раз, два, три она хлебнула,
Забрало её вино;
Зашаталась, соскользнула,
И пошла, как ключ, на дно.
●●●
Вкруг свечи Комар крутился,
И беспечно песни пел,
Бедный светом ослепился,
Пырь на свечку – и сгорел.
●●●
Дети, дети, бросьте шалость,
Коль хотите долго жить,
Вот какая может малость
Человека погубить!
________________
Роза и дикая Ромашка
Баснь V
Ромашка дикая однажды поутру
Смотрела пристально, как Роза расцветала.
Знать, было это ей не очень по нутру,
Что к Розе восклицала:
«Прельщаешь запахом и цветом ты людей,
Завиден жребий твой, о Роза краснощёка!» –
«Стыдись завидовать, Ромашка белобока! –
Сказала Роза так завистнице своей. –
Хотя и чтут меня царицей,
Хотя зовут румянолицей,
Но я жалчее вас.
Кто знает, может быть, в сей час,
Иль в самую сию минуту,
Жанета резвая бежит,
Иль девку шлёт свою Анюту.
Не буду более я жить,
Сорвут меня – увяну
И зависть возбуждать не стану».
___________________
Славный эконом
Баснь VI
Cлужа лет двадцать в ратном поле,
Юрист отставку получил,
И никогда ещё дотоле
Науки сельской не учил;
Но как в селе располагался
Остаток дней своих прожить,
То всеми силами старался
Хорошим экономом быть.
Друзья Аристовы сказали,
Что от него не в пущей дали
Старик в своей деревне жил,
Хорошим экономом слыл.
Тогда Арист сие проведал,
Однажды, чуть лишь отобедал,
Карету подали – урыл.
Куда желает
Арист мой ввечер приезжает,
Причину своея̀ поездки открывает.
«За этим только лишь? – хозяин отвечает, –
Позвольте же, суда̀рь, свечу мне потушить;
Нам ничего не помешает
О сей материи в потёмках говорить».
– Довольно, знаю всё! Лакей, скорей карету!
Благодарю, свечу я не забуду эту.
Сказав сие, домой он поскакал.
И пусть его несётся!
А я и сам, хоть мало жил, а испытал
И записал:
Большое малым сбережётся.
_______________
Кукушка и Скворец
Баснь VII
Кукушка некогда спросила у Скворца:
«Что говорят про соловья певца?»
– Кому же неизвестны
Его гремящи песни.
«О жаворонке что?» – Кукушка вопросила.
– На этих днях его цензура одобрѝла.
«А о чиже как ѝдет толк?»
– Жалеют, что умолк.
«Неу̀жели? – Кукушка отвечала. –
Я бы весьма обязана вам стала,
Когда б – нельзя ли мне открыть,
Что слышно обо мне, позвольте вас спросить.
Признаться вам, и я певала,
И на Парнас не раз летала».
– Об вас? Сударыня, но я боюсь сказать...
«Не бойтеся, ну что же-с, что же-с?»
– О ваших песенках все что-то непригожесь
Изволят толковать.
«Добро ж, когда такие люди стали,
Мои все песни освистали,
И не хотят меня хвалить,
Так всех поставлю ни в полушку
И буду о себе сама я говорить».
___
Есть много авторов,
Похожих на Кукушку.
_________________
Стрелок и Змея
Баснь VIII
Стрелок,
Увидев, что сидит на липе голубок,
Винтовку заряжает
И голубка своим считает.
Но кончилось бедой
Другой.
Змея в стрелка пустила жало,
И мигом бедного не стало.
Из басни сей урок такой бы вывел я:
Не тронь другого ты, но береги себя.
______________
Избрание министра
Баснь IX
Царица Смерть собрать велела
Однажды свой придворный штат:
Её Величество хотела
Министра первого избрать,
Чтоб вместе с нею царством правил,
Её рукою правой был,
Её империю прославил,
Короче: чтоб людей поболее морил.
Отрывистым, не скорым шагом
Из адского выходят дна
Попарно строгим вахтпарадом:*
Горячки, судорги, война,
Подагра, жаба, водяная,
Французская, сухотка, лом,
Удушье, лекарь, язва злая...
Все, все с торжественным челом
К Её Величеству предстали
И все другим наперекор
Свои заслуги представляли.
Но только лекарь лишь, да мор
(Знать, разны делали уловки)
Царицей Смертию самой
Представлены к баллотировке.
Уж лекарю дан крест большой,
Надеты ленты две широки!
Но тщетно! всё пошло не в лад;
Вдруг появляются пороки –
И им восплещет целый ад.
___________________
Пахом
Баснь X
Пусть пишут оды иль сатиры,
Иль мадригалы для Глафиры,
Илѝ жизнь сельскую поют,
Илѝ сок винный с Вакхом пьют,
Или пускай с Анакреоном,*
Настроив лиру лёгким тоном,
Про нежную любовь звенят,
Иль челобитной муз томят.
●●●
Я ж всё сие предоставляю
На этот раз другим певцам;
Сии минуты посвящаю
Пахома славного делам.
Дела Пахома знамениты,
Неу̀жели должны забыты
Под спудом вечно пролежать?
Нет, нет! Пора их рассказать!
●●●
Внемлите же: Пахом родился;
Он много спал, и ел, и пил;
Он был женат – жены лишился;
И, наконец, и сам отжил.
___________________
Мизон
Баснь XI
Мизон по мудрости своей
Был Греции известен всей;
В лесу он жил уединенно,
Хоть не богато, но блаженно,
Доволен малым был,
Свободой наслаждался,
Дни без заботы проводил
И блеском злата не прельщался.
Однажды девушка пришла к нему сказать:
«Тебе, муж мудрый, я дивлюся:
Как можешь здесь один жизнь в смехе провождать?» –
«Я этому и сам смеюся».
_________________
Баснь и Истина
Баснь XII
«Сестрица-душенька, куда как ты счастлѝва!
Везде ты принята̀, любима ты везде;
А про меня твердят, что будто я криклива,
Что будто от меня покою нет нигде,
Что я привязчива, упряма,
Что навожу на всех лишь сон,
Что деревенщина – не дама,
Не соблюдаю le bon ton.*
Груба, несносна, неопрятна,
И безобразна и нестатна, –
Короче: всем я людям нож».
Так к Басне Истина вопила.
А Баснь в ответ
Сестрице эдак говорила:
«Прими мой, милая, совет
И не кляни свою судьбину:
Надень по-моему личину
И нарядися в ложь;
То будешь в неге, будешь в холе
И в лучшей против прежней доле».
________________
Рыбы и поющий пастух
Баснь XIII
Тирсис так сладко песни пел
Альцесте, девушке любезной,
Что заиграй Тирсис в свирель,
То будь хоть дикий, хот железный –
С своей холо̀дностью прощай,
Горюй, томися и вздыхай.
Но надобно ж беде случиться –
Пойти пастушке рыб ловить;
Напрасно бедная трудѝтся:
Уже с ней градом пот катѝт;
Однак ни рыбки не поймает.
Тирсис всё видит, чуть дышѝт
И потихоньку рассуждает:
«Запеть-ка рыбкам песню мне;
То бросятся они, наверно,
Альцеста, милая, к тебе».
И, с нежностью безмерной,
Такую песенку запел:
«О, как бы я на вашем месте
Теперь быть, рыбочки, хотел!
Я прѝплыл мигом бы к Альцесте.
Чего бояться, рыбки, вам?
Пастушки лишь для нас жестоки,
Лишь причиняют горесть нам;
А вас, о рыбки ребробоки,
Ждут только радости одни;
Вы будете златые дни
Вести с любезною моею;
Вы будете резвиться с нею
И жить уж не в воде с песком,
А в рамках под стеклом.*
А ежели какой случится
Из вас попасть к ней на обед; –
Скажите ж, кто не согласится
От рук Альцесты умереть?»
Так пел пастух, хоть пел приятно;
Для рыб, однако, непонятно.
С досады перестал он петь,
Закинул сеть,
И столько рыб поймал, что им и счёту нету.
___
Не гневайсь, Лафонтен, что я на басню эту
Толк делаю иной
Такой:
Тирсис, где сеть нужна, там песен ты не пой!*
________________
Полевой Цветок
Баснь XIV
Однажды Полевой Цветок
Нечаянно попал в венок,
Из роз пастушкою сплетённый,
И запах получил от роз приобретённый.
___
Большая польза в том,
Когда с учёными мужами кто знаком.
___________________
Солнце и Пыль
Баснь XV
«Тебя я, Солнце, помрачила», –
От ветра Пыль поднявшись, говорила.
«Не прекословлю в том, – был Солнца ей ответ, –
Но ветр пройдёт, – и Пыль на землю упадет».
__________________
Самоубийца
Баснь XVI
Дамон питал любовь к Пленире;
В ней всё блаженство находил.
Но, как всегда, напротив в мире,
То и Дамон ей не был мил!
Напрасно тратил он лишь вздохи,
Напрасно по ночам не спал,
Струил свои напрасно щёки;
На вкус Планиры не попал.
Бедняжка так переменился,
Иссох с печали, похудел,
Не только что не полюбился,
Ёще вдобавок омерзел.
Но что ж в сем жалком положеньи
Дамон решился учинить:
О ужас, страх, о удивленье!
Решился сам себя убить.
Итак, он шпагу вынимает,
Дрожит – не можешь устоять,
Конец узря – в ножны̀ влагает
Её медлительно опять.
_____________________
Петух и алмаз
Баснь XVII
В сору Петух голодный рылся.
Потел, бедняжка, целый час.
И труд его вознаградился, –
В сору находит он алмаз.
Алмаз, вы знаете, не шутка;
Он очень важен у людей...
«Ячменное зерно гораздо бы сытней
Было̀ для моего желудка.
Я за него алмаз с охотой променял», –
Так умный Петушок сказал.
___
Я одного и сам с ним мненья,
И всяк бы так заговорил,
Когда б, избегнув потопленья,
В безлюдный остров брошен был.
Хотя алмаз величиною
Он там нашёл бы в целый брус,
Однако б с радостной душою
Его за хлеба отдал кус.
_____________________
Рождение смеха
Баснь XVIII
Читатели! Кто хочет знать,
Как появился смех на свете?
Прошу покорно прочитать –
Вот басенка о сем предмете:
Прошло не помню сколько лет
По сотвореньи человека,
Положим, что прошло полвека,
От этого убытку нет;
Одной девицы зубы
Разгневались на губы,
Иль так сказать на скромность губ.
Один послали к Зевсу зуб.
Из зубья своего сената
В одежде депутата.
Явился зуб пред Зевса трон.
На губы жалуется он,
На притесненье их доносит
И так Юпитера он просит:
«Вели, о Зевс, губам отверстье отворять,
Почаще вверх и вниз вели им шевелиться.
На нашу белизну чтоб все могли взирать
И ею чтоб могли плениться».
Внял просьбе их Зевес,
И приказанье дал с небес:
Чтоб кинули всю скромность губы.
С тех пор девицы скалят зубы,
И смертных род смеётся весь.
_______________
Собака
Баснь XIX
Собака вздумала когда-то мух ловить.
Потеет, прыгает, вертѝтся;
Но мухой ни одной она не поживится.
Да как же быть,
Хотя и злится?
Нетрудно и ещё глаголов положить
На «…ить»
Иль «…ает»
И басню продолжѝть.
Всё мухи ни одной Собака не поймает.
Так лучше перестать
Глаголы в рифму полагать;
А коротко сказать:
Собака! Если б ты лишь по̀д ноги смотрела,
То больше б прибыли имела.
___
Сей басни и другой дать можно оборот:
Что тот,
Глаголы в рифмы кто кладёт –
Рифмоплёт.
___________________
Поганыши и сморчки
Баснь XX
Поганышам-грибам случилось со сморчками,
А не в навозе жить.
Они и ну дурить:
Сморчкам давай смеяться,
Пред ними надуваться
И так им говорить:
«Где вам,
Сморчкам
Равняться с нами,
Со именитыми грибами!
Вот прѝдет кто-нибудь,
Сорвёт вас и изжарит,
Ваш век умалит.
На нас же так никто не смеет и взглянуть».
На длинну эту речь сморчки так отвечают:
«Поганыши ничуть сим нас не унижают;
Но это делает нам честь,
Что люди нас изволят есть;
Нас часто кушают пастушки:
А вас, поганышей, лягушки!»
___________________
Муха и Паук
Баснь XXI
Муха, сидя на пирожном,
Людям начала пенять:
Долго ли её в ничтожном
Станут виде представлять?
«Я с царями разделяю
Все утехи пополам,
С ними по садам гуляю,
Разъезжаю по дворцам,
С ними ем с одной посуды,
Из одних покалов пью,*
Осушаю разны блюды
И в чертогах их пою.
Сколь ваш ум, натуралисты,
От созрелости далёк:
Дуб на все страны лесисты
Через вас теперь царёк;
Лев над дикими зверями,
Над пернатыми орел; –
Муха – так забыта вами!..
Кто её не знает дел?
Вы припомните жилище,
Где великая живёт;
И представьте то гнездище,
Что себе орёл-царь вьёт;
Или ту глубоку нору,
Где и свету входу нет,
Где лишь смрад, где кучи сору,
Там царь-лев покой берет.
Да и вы признайтесь сами,
О, учёный жалкий люд,
Можете ль сравняться с нами?! –
Бѐдны! Как смешон ваш суд!
Сами вы живёте в хатах,
И жуёте хлеб с водой;
Часто по̀ миру в заплатах
С книгой ходите, с сумой...»
Муха бы ещё бранилась,
Разругала бы весь свет;
Но от злости помрачилась,
К Пауку попала в сеть.
«А! Здорова ли, сестрица? –
Мухе так Паук сказал. –
Благодарствую, царица,
Я давно вас поджидал.
Вы, однако, не к невежде в дом заехали, madam!
Я вас скушаю – но прежде
Мудрый вам совет подам:
Если б были вы довольны
Скромной участью своей,
Да не очень своевольны, –
Пищей не были б моей».
____________________
Дурил и Лор
Баснь XXII
Дурил, узря при смерти Лора,
Ему так начал говорить:
«Дружок! Нельзя ли возвратить
Взяты̀е у меня тобой два луидора?» –
«Оставь меня спокойно умереть», –
От Лора слабый был ответ.
«Не слушаю сего я вздора,
Пустое, брат, пустое, – лжёшь!
Отдай мои два луидора,
Или – ты прежде не умрёшь».
___
Как тяжело! Когда долгами заведёшься,
От них и смертию никак не отобьёшься.
_____________________
Молодой Осёл
Баснь ХХIII
Младой Осёл Фон-Долгоух
Узнал о знаменитом своём роде.
Когда ходил пастись на луг,
Он только думал о породе.
Сколь был его почётен дед,
Ему так няни толковали:
Его священны Папы знали,
Садились на его хребет!
Фон-Долгоух сим возгордился,
И этих слов не проронил;
Уж с лошаками не резвился,
Когда пастись на луг ходил.
С тех пор он перестал учиться,
И быть знакомым лошакам.
«Ученье черни лишь годится,
Оно не нужно знатным нам».
Так думал он. И бил баклуши.
А между тем, всё рос, да рос.
Чем больше становились уши,
Тем выше задирал он нос.
Меж тем, как вёл он жизнь такую,
Ученье кончилось коням.
И повели их в Коренную*
Продать чтоб с Долгоухом там.
Коней один барон богатый
Велел приказчику купить.
Какой бы ни было то платой,
В златую сбрую нарядить.
Осла ж за цену небольшую
Сердитый мельник сторговал,
Надел верёвочную сбрую
И за упрямство отхлыстал.
Фон-Долгоух мой пуще злился
И уши вверх приподымал,
Весьма барону он дивился,
Что он ослам цены не знал!
Кивал со злости головою,
Глаза с досады закрывал,
Брыкал, бросал на всех землёю,
«И-а, и-а, и-а» кричал, –
Что значило на их язы̀ке:
«В каких рождён я временах!
Бывало, зѐмные владыки
Езжали гордо на ослах!
Теперь ослам предпочитают,
Кого же? – подлых лошадей,
В златую сбрую наряжают; –
Вот справедливость у людей!».
__________________
