Текст книги "Катись, мой будущий бывший! (СИ)"

Автор книги: Ванесса Рай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 16

На следующий день

Стоя перед зеркалом в спальне, я замечаю, как сильно похудела. А ведь я не делала этого специально, просто не хотела есть.

Сзади скрипит половица, и в зеркале, за моей спиной, появляется Макс. Он стоит в дверях комнаты и молча, смотрит на меня.

Его взгляд скользит по моим плечам, талии, бедрам с таким равнодушием, будто оценивает старую мебель: стоит ли её перетягивать или уже пора выбросить.

Даже сейчас, когда я знаю про его измены, этот холодный взгляд оскорбляет меня, обижает как женщину...

Я вздыхаю, пытаясь выкинуть из головы ненужные мысли. Быков – просто человек, с которым я пока живу в одной квартире. Скоро всё закончится.

– Собираешься куда-то? – наконец спрашивает он, скользя по мне взглядом. – Да, к Машке, к Машкиным родителям. – Зачем? Пироги трескать? – в его голосе чувствуется что-то неприятное, будто он злится, что я увижусь с Машей, а он – нет.

Делаю вид, что не слышу этого подтекста. Беру платье и натягиваю его через голову. Ткань свободно болтается на талии.

– Ты же знаешь, я не ем мучное, – говорю я. – А надо бы. Всё время худеешь, – Макс делает шаг ко мне. – Грудь совсем пропала. – Он говорит это недовольно, будто я испортила его собственность. – Вот сейчас ты зачем худеешь, а? – Тебя не устраивает моя фигура? – спрашиваю с вызовом. – Я думала, все мужики худых любят… – Я не все, – отрезает муж, и в его глазах мелькает раздражение. – На кости не бросаюсь. Тебе другое платье надо, это большое.

Он подходит ко мне вплотную, дотрагивается до моих плеч. Его пальцы находят молнию на спине. Он тянет её вниз.

Платье сползает вниз, а муж смотрит на меня, почти обнаженную, и в его взгляде нет эмоций. И тут, словно понимая, что делает что-то не так, решает исправиться. Подходит ближе и обнимает сзади.

Его губы касаются моего живота, а губы – шеи. Но в этих прикосновениях нет теплоты, нет желания, нет нежности. Ничего. Только имитация чувств.

– Макс, я опаздываю, – делаю шаг в сторону и выскальзываю из его рук.

Быков отступает. На его лице – облегчение.

– Понял. Собирайся, а то на пироги опоздаешь.

Он разворачивается и быстро уходит. А я подхожу к шкафу и достаю платье свободного кроя из темно-серого трикотажа. Универсальное, подходит для любого случая, и в нем не бросается в глаза, как сильно я похудела.

*****************

Нажимаю на кнопку звонка. Дверь распахивается, и передо мной улыбающаяся "подруга".

– Ну, наконец-то! – выдыхает она. – Я здесь от скуки чуть не померла. Борькина мамаша меня своими пирогами уже достала.

Захожу в доми с удовольствием вдыхаю аромат свежей сдобы: ванили, топленого масла, яблок и корицы.

– Что, пироги невкусные? – насмешливо спрашиваю.

– Вкусные, – фыркает она. – Просто теперь мать Бори хочет, чтобы я их готовить научилась. А оно мне надо?

И вдруг из глубины коридора появляется хозяйка дома.

– Алевтина Игоревна, здравствуйте! – радостно восклицаю я. – Как у вас вкусно пахнет.

– Ой, хоть ты оценила, а то Маша у нас нос воротит, – вздыхает женщина, поправляя фартук. – Хочу научить её пироги печь по семейному рецепту, а она отказывается. А зря. В жизни всё надо уметь.

– Ну, так она стесняется просто…

– Ага, стесняется она… – Алевтина Игоревна осуждающе качает головой. – Пироги печь не хочет, с детьми не торопится.

– Почему это я не тороплюсь? – взвизгивает Овсянкина. – У меня пока не выходит… Я в этом не виновата.

–Ладно, успокойся… Ну, проходите к столу, – поворачивается ко мне. – Светочка, накормлю тебя, а то ты худенькая такая.

*********

Стол ломится от еды. Чего только нет: салаты, тарелка с горкой румяных пирожков, ваза с печеньем... В центре стола – огромный пирог с яблоками и корицей.

Весь вечер я пытаюсь не переесть. Ем немного, зачастую лишь имитируя процесс.

Овсянкина, посматривая на часы, нетерпеливо теребит салфетку.

– Ну, всё, мы пойдем, – наконец произносит она. – Было очень вкусно, Алевтина Игоревна. Спасибо.

Алевтина Игоревна замирает с вилкой в руке.

– А куда это вы? Маша, ты без Бори что ли куда-то собралась?

– Боря меня отпустил, если что, – цедит сквозь зубы любовница Быкова, Маша, не глядя на свекровь. – Мы просто в кафе посидим, поболтаем. Чего такого-то?

– Дело ваше. Но как-то странно… У нас полный дом еды, вина, а вы куда-то пойдете…

– Да пусть идут, мам, – вмешивается Борис, вытягиваясь в кресле, как сытый кот. – Им посекретничать охота. – Он поворачивается к материи добавляет с улыбкой:– Людям доверять надо.

Я отставляю тарелку в сторону. В голове невольно проносится мысль: людям доверять надо, но не всем.

Глава 17

Через час мы уже в баре и пьем коктейли. Я – легкие, а любовница моего мужа – ядреные, крепкие. Она еще в гостях у свекрови налегала на алкоголь, так что до нужной кондиции осталось совсем немного. Скоро она начнет откровенничать.

– Как я устала, – вздыхает она, бросая кокетливые взгляды в сторону мужчин за соседним столиком.

– Устала? От чего? – тянусь за бокалом, стараясь выглядеть расслабленной и участливой. – Боря тебя любит, всё вроде хорошо. Или нет?

– Боря любит, – хмыкает она. – Ну, да… А что толку? Он меня задавил своей любовью, контролирует каждый шаг. Но это еще фигня – достал он меня своими детьми. Мечтает о наследниках. Ну что за бред?

– Так скажи ему прямо, что не хочешь, что не готова. Думаешь, не поймет?

– Не поймет! Он вообще не понимает, как можно жить без детей. Ему плевать на мои желания, – возмущается «подруга», залпом выпивая содержимое бокала.

– Слушай, я всё понимаю, – осторожно начинаю я, подбираясь к главной теме. – Но так же может вечно продолжаться. Рано или поздно он узнает…

– Что узнает? – Маша резко выпрямляется, в её глазах появляется животный страх.

– Что ты противозачаточные пьешь, – произношу я. А после небольшой паузы добавляю: – И то, что год назад было…

– Да, знаю я, что он узнать может! Как же бесит это! – резко выдыхает она. – Ну, не рождена я для этого! Памперсы, крики, эта… Я видела, как это было с Ленкой с работы. Такая веселая, стройная была. А теперь как зомби. Носила сорок второй, а сейчас сорок восьмой, не меньше. Я так не хочу. Я люблю свою жизнь… Свою свободу.

Мою «подругу» прорвало на откровенность. Запись идет. Осталось только дожать её на более животрепещущий монолог.

– Слушай, а ты мужа любишь? Просто, если не любишь, то…

– Да, черт его знает… Люблю, не люблю! Иногда он меня так бесит, что даже хочется, чтобы он всё узнал, – зло усмехается она.

Она замолкает, осекается, потом пьет большими глотками, чтобы смочить внезапную сухость во рту. – Не понимаю, как можно быть таким слепым! Я постоянно пью противозачаточные, а он думает, что у нас сложности с зачатием. Да, для меня забеременеть проще простого!

– А не жалеешь, что год назад сделала? – наконец решаюсь я. – Сейчас бы у тебя малыш был. У меня дочка такая хорошенькая в год была. Сначала, конечно, сложно, но потом. В общем, это стоит того.

– Не жалею! – с вызовом смотрит на меня. – Вообще не жалею! Света, хватит давить на больное. Я понимаю, ты любишь детей, у тебя дочка, но я не такая. Если еще залечу, то снова в клинику пойду. И плевать мне на этого козла и его мамашу.

Кладу телефон на стол экраном вниз. Диктофон давно включен…

– Маш, перестань, я тебя не осуждаю. Это твоя жизнь. – Изо всех сил стараюсь казаться хорошей, понимающей подругой. Но, глядя на эту эгоистичную стерву, меня трясёт от злости. Убила своего ребенка, врёт мужу, который её искренне любит, обманывает, наставляет ему рога. У неё есть всё, что нужно для счастья, а её тянет в грязь. Как и эту гадину Леру. Также как и Макса.

– А год назад, – её голос становится совсем тихим, – я сказала, что у меня воспаление… ну, по женской части, и он поверил. Я легла в больницу, он переживал… Дурак наивный, – откровенничает она.

Она пристально смотрит на меня и берёт за руку. Хочется отдернуть руку, но я не двигаюсь. Терплю…

– Если он узнает, – шепчет она, – он возненавидит меня. Разведётся. Для него это самое страшное предательство. Он ни за что меня не простит, – бормочет она, как безумная.

– Он не узнает. Но тебе всё равно надо что-то решать.

Она кивает, утирая слезу тыльной стороной ладони. Любовница Быкова выглядит потерянной и жалкой.

– Спасибо, Свет, – всхлипывает она. – Что бы я без тебя делала? Так тяжело всё в себе держать. Тяжело, когда никто тебя не понимает…

Она улыбается сквозь слёзы, допивая остатки коктейля. А я зову официанта и прошу счёт. Я добилась, чего хотела. Больше терпеть общество этой лживой твари нет смысла.

– Уже уходишь? – спрашивает она с разочарованием. – Давай ещё посидим немного.

– Не могу. Завтра дел много, надо выспаться, – говорю чистейшую правду.

Завтра Бориса ждёт важный разговор…

– Ты же никому не расскажешь, да? Ну… про клинику и таблетки?

– Кому я расскажу? – пожимаю плечами, изображая лёгкую обиду. – Мы же подруги.

– Подруги, – она тянется через стол и хватает меня за руку. – Ты единственная, кто меня понимает. Все остальные – лицемеры.

Глава 18

Открываю дверь, и, словно вор-домушник, захожу в собственную квартиру. Уже поздно, и Быков, наверняка, спит. Если разбужу его, то он начнет приставать с вопросами. Не хочу видеть его наглую физиономию с блудливой ухмылкой.

Тишину квартиры нарушает лишь тиканье часов.

Сняв верхнюю одежду, выхожу из прихожей и отчетливо слышу голос мужа. Голос доносится из спальни. Макс не спит. Он уверен, что меня нет дома, и с кем-то разговаривает по телефону. Голос интимный, даже слишком...

Делая несколько шагов вперед, на автомате тянусь к телефону и нажимаю запись. Подойдя ближе, я прижимаюсь к двери спальни и внимательно вслушиваюсь в отрывки фраз:

«Да, да… Я тоже от тебя без ума…» «… Он тебя точно не слышит? Да? Ну, отлично…» «…Конечно, смогу… С женой без проблем…» «Ты хоть ничего не ляпнула? Она хоть и наивная, но… Если что, накажу тебя… Да, как ты любишь…»

Голос Быкова мягкий, ласковый. Со мной он давно не говорит так. Давлю в себе желание уничтожить Макса прямо сейчас, немедленно, не ожидая правильного момента.

Ненависть разливается во мне, пропитывая душу и окрашивая её в черный цвет. Ну, давай, назови её имя, иначе эта запись будет почти бесполезна.

И тут, как по заказу:

«Маша, милая, ты не представляешь, как я жду… завтра, да? Твой точно тебя отпустит»? «Что? Ты у меня умница. Гениально… Пурневу он терпеть не может, даже звонить, проверять не будет…»

Эти слова врезаются в меня, как острые иглы...

Внезапно у меня кружится голова. Слегка пошатнувшись, я делаю шаг в сторону. Пол скрипит. Быков резко замолкает, а через пару секунд я слышу торопливые шаги.

– Света? Ты дома? – увидев меня у спальни, Быков изумленно замирает. – Дома, как видишь, – произношу с легким раздражением. – А что? Ты меня не ждал? – захожу в спальню, стараясь казаться невозмутимой. Но, черт возьми, как же это сложно… – Почему? Просто не слышал, как ты вошла, – рассеянно выдавливает он из себя. – Я думал, ты еще едешь… – А с чего ты взял, что я еду? – спрашиваю с легкой иронией.

Интересно, как гад начнет изворачиваться…

На мгновение Быков замирает, потом быстро скользит пальцем по экрану телефона, скидывая звонок любовницы. – Не знаю, просто так подумал, – бормочет он. Пытаясь скрыть волнение, он подходит к кровати и поправляет подушку. – Ясно… Тебе звонил кто-то? – Да, по работе, – смотрит мимо меня. – Так поздно? Что-то случилось?

– Да. Нет… Ерунда, – мнется он. – Потом расскажу… Поздно уже, давай спать. Ты, наверное, устала. Мать Машки со своими разговорами кого угодно достанет, – с тревогой заглядывает мне в глаза. Тут и к гадалке ходить не надо – Быков мучительно соображает, слышала ли я его разговор с «красоткой», а если слышала, то почему не устроила сцену.

– Слушай, – неспешно надеваю пеньюар и беру из шкафа полотенце. – Я билеты на Ротманского достала. Заплатила двойную цену. Ты же его обожаешь.

Услышав про любимого певца, Быков мгновенно преображается.

– На Ротманского? – переспрашивает он, словно не веря своим ушам. – Жена, ты у меня лучшая! – В радостном порыве пытается меня обнять. – Спасибо! Когда пойдем?

– Завтра вечером.

Услышав, что концерт будет завтра, бедолага мрачнеет на глазах: брови сдвигаются, губы сжимаются…

Делаю вид, что не замечаю, какая буря разразилась в его жалкой душе. Разумеется, никаких билетов я не достала. Просто хочу поиздеваться над Быковым, увидеть его реакцию…

– Да? А во сколько?

– В семь.

– В семь? Вот черт, – мученически выдыхает он. – У меня же завтра… Дела срочные.

Поворачиваюсь к нему, изображая удивление: – Дела? – переспрашиваю, подходя ближе. – Какие дела? Ты же Ротманского обожаешь... Я специально двойную цену заплатила, Макс. Ладно, если не хочешь, продам. Время есть…

Быков подходит ко мне, пытаясь взять за руку, но я грациозно отстраняюсь, якобы поправляя пеньюар.

– Дело не в том, что не хочу… Просто завтра вечером встречаюсь с Угловым. Помнишь, я тебе про него рассказывал? Тот ещё козёл. Перенести не получится.

Я едва сдерживаю усмешку: – Жаль. А уже столик в итальянском ресторанчике забронировала. Думала, поужинаем потом. Ну, дела есть дела, – пожимаю плечами.

Быков бледнеет. Он садится на край кровати и взволнованно проводит рукой по волосам. Он бормочет что-то себе под нос, потом спрашивает с надеждой: – Слушай, а если я приду позже? Ты пойдешь одна, посидишь в зале, а я после встречи с Угловым приеду.

Я фыркаю: – Позже? Макс, ты серьёзно? Ты же знаешь, как я ненавижу сидеть одна в толпе. И потом, билеты на лучшие места – в первом ряду.

Он встаёт, начинает ходить кругами, бормоча: – Чёрт, Свет, ну подумай сама. Углов этот… Встречу нельзя отменить.

Делаю вид, что задумываюсь, и сажусь на кровать напротив него. – Нет, так не пойдёт. Билеты я продам. На Ротманского в другой раз сходишь.

Если ещё желание будет после того, что я тебе устрою.

Глава 19

Утром

Не знаю, что именно придает мне сил: предвкушение мести, радость от того, что скоро я освобожусь от блудливого мужа, или ожидание разоблачения.

Скидываю руку Быкова со своего бедра и бодро встаю с кровати.

Мы продолжаем спать с ним в одной постели, но он, к счастью, даже не пытается приставать ко мне. Бережет силы для сегодняшней встречи с любовницей.

Сегодня напряженный день. Надо взбодриться с помощью контрастного душа и выпить чашку кофе.

Напевая под нос любимую мелодию, направляюсь в душ.

Впереди самое сложное – узнать, где и в какое время мой муж встречается с любовницей.

Тихонько захожу в спальню и прислушиваюсь. Быков спит. Его дыхание глубокое и ровное.

Подхожу к тумбочке и ищу глазами его смартфон. Его там нет. На тумбочке, рядом с будильником, лежит только смятая салфетка…

Часто Макс кладет гаджет там, а сейчас убрал в другое место.

Нет смартфона и в кармане пиджака, который висит на стуле.

Телефон, наверняка, у него под подушкой. Если это так, взять не получится. Придется искать другой способ.

Я выхожу из комнаты так же бесшумно, как и входила, хотя внутри всё клокочет от бессильной ярости.

Вдобавок к неприятностям вижу, что в доме закончился кофе. Придется ехать в магазин и заодно купить минимум продуктов.

***********

У машины сюрприз – пробитое колесо.

Вздохнув, иду к багажнику за запаской. В таких вопросах я не беспомощна и могу без проблем сама поменять колесо.

– Светуля, привет, – слышу рядом знакомый мужской голос. Оборачиваюсь и вижу Андрея.

Брат Макса не похож сам на себя: лицо бледное, под глазами круги, как после бессонной ночи.

Тяну носом воздух и чувствую запах перегара.

Еще рано, а брат Быкова уже выпил. Хотя сейчас праздники, не похоже, что он радуется им. Скорее, у него что-то произошло.

– Андрей? Здравствуй. Ты чего здесь?

Деверь улыбается, но улыбка получается какая-то неестественная, натянутая. Интуитивно понимаю, что дело не во мне и у него реально что-то стряслось.

– Да так, ерунда. Просто решил прогуляться. В гости к вам зайти. Или не рада? – Андрей говорит медленно, выговаривая каждое слово с неестественной тщательностью. Он будто боится оступиться и сказать лишнее.

– Рада, конечно. Просто мне немного некогда.

– Колесо пробила… Помочь?

Я молча киваю, заметив, что Андрей слегка пошатывается. Я его неплохо знаю – деверь никогда не пьет с утра, даже в праздники. Он из тех людей, которые всегда держат себя в руках, даже когда все вокруг теряют голову…

Наблюдаю, как Андрей ловко меняет колесо. Руки сильные, с выступающими венами. На безымянном пальце правой руки след от кольца.

Муж Леры всегда носит обручальное кольцо, а сейчас его нет. В голове мелькают мысли: он узнал про страшный секрет жены, про клуб «Ариадна», про её любовников или застал её с Демиром.

Закончив с колесом, Андрей еще раз улыбается: – Всё готово. – Спасибо, – говорю тихо. – На ключ. Макс еще спит, может, дверь не открыть. Вчера поздно лег… А я в магазин поехала.

Деверь смотрит на меня, и в его взгляде мелькает отчаяние: – Слушай, а можно я с тобой поеду? Мне у тебя кое-что спросить надо. – Ладно, поехали, – говорю я, не в силах отказать человеку, которому явно нужна помощь.

******

Несколько минут мы едем молча. Андрей смотрит в окно, собираясь с мыслями. Я чувствую это кожей. – Света, мне у тебя кое-что спросить надо, – наконец решается он. – У моей жены есть любовник? – А почему ты у меня это спрашиваешь? Мы с ней даже не подруги, – с одной стороны, сейчас самое время открыть рогоносцу-мужу правду о его жене, а с другой…

Черт… У меня были другие планы и более удобный момент. Я планировала иначе, но раз его величество случай решил иначе, то пусть будет так. – Не знаю. Просто ты с ней общаешься, вдруг она тебе что-то сказала, – бормочет он, нервно стуча пальцами по дверце моего авто. – Хотя я понимаю… Даже если знаешь, всё равно ты ничего не скажешь. Женская солидарность и всё такое.

От волнения меня даже в жар бросает. Голова кружится, и, чтобы не попасть в аварию, останавливаюсь на обочине. – Слушай, а с чего ты взял, что у Леры кто-то есть? – прощупываю почву, хотя только слепой не заметит, что эта дамочка гуляет направо и налево. – Ты что-то услышал, прочитал? Он со вздохом откидывается на спинку кресла и смотрит в окно: – Да, я давно замечаю, что она странная. Пропадает куда-то, ходит загадочная, кому-то пишет, – признается он. – Но я не душнила, не лезу к ней. Но тут реально...

Глава 20

Я никогда не видела брата мужа таким расстроенным. Обычно он веселый, приветливый, а сегодня погружен в печальные размышления.

Надо раскрыть ему правду о Лере. Время пришло.

– Слушай, давай в кафе посидим, кофе попьем, – предлагаю я, заметив яркую вывеску.

– А как же магазин?

– Успею, – ищу место для парковки, соображаю, как лучше преподнести Андрею шокирующую новость. До того, как он выпьет кофе, или после? Может, пирожные заказать, чтобы горькую пилюлю подсластить?

Да, что за бред… Просто скажу ему об этом прямо и всё. Он морально уже готов.

Официантка подходит к нам, как только мы занимаем свободный столик:– Здравствуйте. Что будете заказывать?

– Мне, пожалуйста, кофе по-турецки, – произношу на автомате.

– А мне что-нибудь покрепче. Нервы ни к черту, – говорит Андрей. Он не может найти себе места: берет в руки меню и тут же кладет его обратно на стол, мнет салфетки, периодически оглядывается на дверь, будто ждет кого-то.

Официантка уходит, и мы остаемся один на один.

– Не тяни, говори, что хотела сказать. Я же не идиот, понимаю, что ты не просто так меня в кафе потащила.

– Ну, ладно… В общем, у твоей жены… – делаю вздох, чувствуя, как дрожат губы.

– Есть любовник, – перебивает меня Андрей, от нетерпения ерзая на стуле. – Это я уже понял. Ты была в курсе, да? Как его зовут? Он молодой?

– Тебе про всех рассказать?

– А их что, много что ли?! – не выдерживает он, вскакивая со стула. – Вот тварь! Я думал, мне кажется, а она реально шляется. Какого черта она тогда ко мне все время лезла, если с другими мужиками спала?! Мразь озабоченная.

– Андрей, сядь. Успокойся. Тебя сейчас из кафе выгонят, – оглядываюсь по сторонам и замечаю осуждающие взгляды.

В этот момент к столику подходит официантка с подносом в руках. Мой деверь хватает стакан с виски и одним махом осушает его.

– Принесите еще порцию… Хотя нет, давайте сразу бутылку.

Кивнув, официантка сразу же уходит.

– Света, хорош молчать. Рассказывай, – требует Андрей. Он в отчаянии хватается за голову, будто от этих новостей она начала раскалываться.

– На, послушай, – протягиваю ему смартфон с записями.

Андрей жмет на кнопку, а через пару секунд слушает откровения своей жены.

«Ух, какой мужик!»– радостно выдыхает она. «Я в жизни такого не испытывала. Мы с ним три раза подряд, представляешь?»

«Правда, никогда не испытывала? Даже с Андреем?» – спрашиваю я.

– Не понял, – Быков сурово смотрит на меня. – Ты записала наш разговор. Зачем? Ты планировала мне всё рассказать?

–Да… Слушай дальше, я потом все объясню.

Андрей жадно делает несколько глотков виски, потом снова включает запись и сосредоточенно смотрит перед собой.

"Ладно. В первый раз всегда страшно. Следующее мероприятие у них через три недели. Думаю, найдешь себе занятие".

– Какое мероприятие? Куда вы с ней ходили? – подозрительно косится он на меня. – Ты тоже, что ли, мужу изменяешь? – Я не изменяю, – устало выдыхаю я. – Да и некому уже изменять. – В смысле, некому? Вы с Максом разводиться, что ли, собрались? – ошарашенно смотрит на меня. – Он мне ничего не говорил. Брат, называется. Скрывает...

Жестом подзываю официантку и прошу еще кофе. Выпила бы чего покрепче, но я за рулем.

Чувствую, что мы здесь надолго…

– Андрей, послушай, про Макса позже узнаешь… Давай по порядку, – нервно накручиваю на палец прядь волос. – В общем, когда мы все вместе в сауне были, Лера рассказала про клуб «Ариадна». Он закрытый, и туда приходят, чтобы заниматься сексом с кем хочется. Я так поняла, что запретов там нет, – делаю глоток кофе и закидываю ногу на ногу. – Я пошла с ней, чтобы сделать запись, которую ты только что прослушал.

– Хочешь сказать, что моя жена таскается по клубам для извращенцев? – смотрит на меня, как на полоумную. – Так и есть. Но вряд ли она там извращениями занимается. Просто занимается сексом с разными мужчинами. – Просто?! Что значит «просто»? Света, ты себя-то слышишь?! – взрывается деверь, не обращая внимания на недовольные взгляды других посетителей кафе.