Текст книги "Солдат удачи (СИ)"

Автор книги: Валерий Ковалев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 6
Пираты Индийского океана

Во все концы до горизонта расстилалась бескрайняя синяя гладь. С неба нещадно палило солнце, высоко над головой, раскинув крылья, одиноко парил фрегат.

Огибая Африканский континент, по просторам Атлантики шел большой десантный корабль «Новочеркасск» под российским флагом. Водоизмещением в четыре тысячи восемьдесят тонн, он имел длину сто двенадцать метров, ширину пятнадцать и осадку четыре метра. Скорость полного хода составляла восемнадцать узлов, дальность плавания шесть тысяч миль. На вооружении состояли две артиллерийские установки залпового огня «Град» и зенитно-ракетный комплекс. Численность экипажа восемьдесят девять человек.

Позади десантного корабля расходился кильватерный след, монотонно гудели дизели, над настройкой дрожало синеватое облачко перегоревшего соляра. Две недели назад БДК вышел из Севастополя и теперь следовал к вьетнамским берегам в Камрань, где находилась российская военно-морская база.

Развернутая еще при СССР, в годы правления Ельцина, как и многие другие, она была оставлена. Теперь же с приходом нового президента и министра обороны воссоздана снова. Благодаря природным условиям гавань Камрани являлась одной из лучших глубоководных гаваней в мире и имела стратегическое значение, поскольку могла принимать корабли любого водоизмещения и класса.

На борту «Новочеркасска» везли командированных – для смены части личного состава нашей базы. Туда направлялась для прохождения службы усиленная рота морской пехоты и две пары боевых пловцов: Найденов с Трембицким и Шамин с Костомаровым, имевших все необходимое снаряжение. Командировка предполагалась продолжительностью шесть месяцев и обещала быть интересной.

Перед ней личному составу прочли лекцию о стране, куда направляли наших военных, – Демократической Республике Вьетнам. Это было государство в Юго-Восточной Азии, бывшая колония Франции. В 1945 году там произошла революция, и оно раскололось на две части. Северной частью страны правили коммунисты, а южной – ставленники США.

Развязав военный конфликт, южане напали на коммунистов, началась война.

СССР оказал военную помощь Северному Вьетнаму, в результате в 1976 году американцы, потерпев сокрушительное поражение, позорно бежали из страны. А еще, как выяснилось, они всячески зверствовали в стране, уничтожая вьетконговцев с воздуха напалмом, сжигая деревни с мирным населением и отравляя поля ядовитыми химикатами.

– Это ж надо, – удивлялись многие после лекции. – А на гражданке нам вдалбливали, что они непобедимые и демократичные. Оказывается, все брехня.

На корабле морпехи вместе с боевыми пловцами располагались в твиндеке,[9]9
  Твиндек – межпалубное пространство грузового судна.


[Закрыть]оборудованном в три яруса подвесными койками и раскладными столами. Система питания – бачковая. То есть, как это было принято в старину, со времен петровского флота, личный состав делился на небольшие группы, которые питались вместе, чаще всего в том же помещении, где и спали. Пищу на коллектив получал дежурный, а дежурили все по очереди. Дежурный получал порции на всех на камбузе, приносил едокам в большой кастрюле, баке – на морской манер, – отсюда и название системы питания – баковая или бачковая.

Как и команда «Новочеркасска», все были одеты в тропическую форму: синие хлопчатобумажные пилотки с козырьками, куртки с короткими рукавами и шорты, на ногах – дырчатые тапки. На палубу днем не выпускали, только по ночам, подышать свежим воздухом.

– Даже не верится, что мы в тропиках, – сказал как-то ночью Васька Шамин, покуривая у обреза на корме вместе с сослуживцами.

– Это да, – глубоко затянулся сигаретой Леша Костомаров, глядя в ночное небо с похожей на апельсин луной. – Жаль, днем наверх не пускают.

– Обеспечивают скрытность перехода, – со знанием дела хмыкнул Костомаров.

Из полумрака появился рослый морпех, присел рядом.

– Ну что, старшина? Айда помечем ножички? – шутливо толкнул Найденова в бок.

Он был одним из «замков», то есть заместителем командира роты, контрактник по фамилии Синицын, звали Николай. Познакомились вскоре после отхода. На вторые сутки плавания старший сержант предложил смежникам поединок.

– А то про вас столько пыли напускают, – оглянувшись, подмигнул своим. – Ну так вот, хотелось бы убедиться.

– Можно, – встал с рундука Найденов, который был в их в группе старшим.

Сопровождаемые болельщиками, они прошли в грузовой отсек твиндека. Там находились три раскрепленных БМП, два «Урала» и прочее военное имущество, доставляемое в Камрань.

У кормовых ворот оставалась свободная площадка, на ней доброхоты развернули брезент.

– Ну как, диверсант? Пойдет? – обернулся к Найденову старший сержант.

– Вполне.

Разойдясь в разные стороны, по пояс разделись, передав куртки сослуживцам, и в боевых стойках закружились по палубе.

Сначала напал морпех. Подскочив, саданул ногой в голову противнику. Найденов, выставив защитный блок, уклонился и сделал подсечку – сержант грохнулся спиной на брезент. Вскочив, опять пошел в атаку. Проведя захват, швырнул Найденова через бедро и прыгнул сверху, чтобы взять на болевой прием. Не вышло. Он откатился в сторону и через секунду был в боевой стойке. Замелькали руки с ногами, схватка продолжалась.

– А-атставить!

Болельщики раздались, по проходу шел командир морпехов – похожий на шкаф, приземистый, с кривыми ногами и широкими вислыми плечами.

– Что здесь происходит? – остановился рядом.

– Отрабатываем боевое содружество, товарищ капитан! – тяжело дыша, вытянулся замкомвзвода.

– Ну и кто кого?

– Пока неясно, – покосился на Найденова.

– В таком случае продолжайте. – Он развернулся и враскачку пошел в обратную сторону.

Когда, переступив комингс[10]10
  Комингс – вертикальные стальные листы или деревянные брусья, ограждающие грузовые, световые и сходные люки от попадания воды внутрь помещений. Все двери на судне также имеют комингс высотой от 50 до 300 мм.


[Закрыть], командир морских пехотинцев скрылся в переборке, старший сержант предложил Найденову ничью.

– Согласен, – коротко кивнул тот.

– Держи краба, – протянул старший сержант руку. Сцепились ладонями.

Так началась их дружба. Синицын был родом с Кубани, служил третий год и участвовал в боевых действиях в Чечне, за что имел медаль «За боевые заслуги».

Расслабляться своим подчиненным ротный не давал. Днем в твиндеке, а ночами на палубе проводил с ними занятия по рукопашному бою и физической подготовке. Боевые пловцы тоже разминались рядом, не желая терять форму. В свободное же время валялись на койках – на переходе разрешалось, в отличие от другого места и времени службы, – забивали за раскладными столами «морского козла», слушали плееры – у кого были – или занимались травлей, то есть рассказывали разные истории.

Найденов же с увлечением читал книгу английского писателя Сесила Форестера «Мичман Хорнблоуэр», купленную во время одной из экскурсий в Севастополе.

Как-то после завтрака, подсев на рундук и поговорив о том о сем, Синицын предложил ему научить метать ножи. Ножевому бою в ПДСС обучали, а метанию нет.

Максим, естественно, согласился и не пожалел. С расстояния в десять метров старший сержант точно всаживал в цель не только армейский штык-нож, но и остро заточенную саперную лопатку. Через тройку дней у Найденова стало получаться, а спустя неделю он вполне успешно освоил это дело.

– Помечем, – с готовностью встал Найденов, и оба спустились по трапу в грузовой отсек. Там с полчаса швыряли в деревянный щит с намалеванной на нем фигурой супостата штык-ножи и саперные лопатки.

– Харэ, – сказал Синицын, когда Максим последний раз врубил лопатку точно в цель. – Учить мне тебя больше нечему.

– Спасибо, Колян. Буду должен, – белозубо улыбнулся тот. – Кстати, нож мне больше по душе.

– Не скажи, – подойдя к щиту, выдернул лопатку старший сержант. – Теперь на войне все носят броники. Ножом его хрен прошибешь. А вот саперная лопатка в лоб самое то. Раскалывает, как арбуз. Сам проверял.

– В Чечне?

– Да.

– Страшно там было?

– Страшно, Макс. Только дураки не боятся.

В отличие от боевых пловцов морпехи были тертые ребята. Как и Синицын, некоторые принимали участие в антитеррористической операции в горах, многие ходили с дружеским визитом в Египет и служили не по первому году.

Они быстро установили контакты с командой корабля и у местных ребят выяснили, что те по-тихому делают брагу. Попробовали – забирает, узнали рецепт. Как всегда, по-морскому оригинальный: пять литров фруктового сока, пачка рафинада, чуть дрожжей и… огнетушитель.

По поводу емкости удивились, но умельцы разъяснили. Огнетушитель – главное. Выдерживает изрядное давление, в тепле «созревает» за неделю и, что самое важное, не привлекает внимания начальства. Висит себе на штатном месте да набирает градусы. Только надо предварительно разоружить и вымыть.

Сказано – сделано, тем более ингредиенты имелись. Консервированный яблочный сок в жестяных банках выдавался по утрам к завтраку, сахар-рафинад к вечернему чаю. На дрожжах коки на камбузе пекли хлеб.

Зарядив первый, через неделю ночью продегустировали, – получилось самое то. Повторили и организовали второй, повесив созревать на штатном месте в грузовом отсеке. Но, как говорят, не судьба. Спустя еще сутки во время строевого смотра экипажа корабля на верхней палубе у одного из висящих там средств пожаротушения сорвало крышку. Пенная струя хлестнула в небо, а оттуда вниз, благоухая дразнящим запахом.

Смотр тут же прекратили и на корабле провели шмон. Нашли еще три подобных «самогонных аппарата» в грузовом отсеке.

– Недоноски! – орал, бегая перед шеренгами построенных там морпехов, их командир. И дальше шли «междометия» на великом и могучем.

После инцидента особист провел для команды и морпехов беседы, исключая офицеров. Был он в чине капитана 3 ранга и следовал с десантом в Камрань на замену своего коллеги. Днем практически не появлялся, зато ночью мог встретиться в самых разных местах.

Для начала лектор рассказал о вражеских происках НАТО, приведя ряд примеров, а далее заявил:

– Вам Родина доверила защиту своих священных рубежей. А вы? Портите военное имущество и жрете брагу, чем подрываете боеготовность. Нехорошо.

И зачитал соответствующую статью из Уголовного кодекса.

– Еще раз повторится, найду и отдам под трибунал. Ясно? – обвел всех прозрачным взглядом.

– Я-асно, – вразнобой протянула аудитория.

– Что, и впрямь может найти? – спросил Синицына Максим, когда особист поднялся наверх.

– С него станется, – хмыкнул Николай. – У нас в командировке в Чечне был такой, капитан. Ходил с нами на задания, рубаха-парень. А потом вычислил одного прапорщика – тот толкнул хачам ящик гранат.

– Ну и чем кончилось?

– Загремел под фанфары. Судил в части военный трибунал. Получил три года.

Между тем поход продолжался, вместо яблочного сока стали выдавать томатный.

Зашли в Луанду, столицу Анголы, где когда-то располагались пункт материально-технического обеспечения и узел космической связи советского ВМФ, дозаправились. А затем, обогнув южную оконечность Африки, вошли в Индийский океан и двинулись к Сейшельским островам. Океан был пустынен, дули северо-восточные муссоны, благоприятствующие плаванию.

Одним ранним утром тишину отсеков разорвали колокола громкого боя – на корабле сыграли тревогу. Дизели заработали громче, он увеличил ход.

Чуть позже в твиндеке появился командир роты со взводными, построив личный состав, объявил:

– БДК получил боевое задание! Всем получить оружие!

Расхаживая перед строем, объяснил причину тревоги: оказывается, на корабль пришла радиограмма от командования о захвате в этом районе пиратами грузового судна. Задача ясная: захваченное пиратами судно следует обнаружить и освободить.

О пиратстве в Индийском океане матросы кое-что знали. Про это иногда мелькало в телевизионных программах и сообщалось на политинформациях. Ко времени описываемых событий международный ущерб от пиратства исчислялся в пятнадцать миллиардов евро в год, не считая людских жертв от действий «джентльменов удачи».

Согласно резолюции Совета Безопасности ООН в территориальные воды Африки морским государствам разрешалось направлять свои военные корабли для борьбы с этим явлением. Перед десантным кораблем стояла другая задача, но приказ есть приказ. Его надлежало выполнять.

Как следовало из дополнительно полученной по спутниковой связи информации, захваченное судно относилось к крупнотоннажному танкеру типа «Афрамакс». Принадлежало оно турецкой компании и следовало с полным грузом на родину в порт Трабзон. Помимо прочего в шифровке указывались его координаты, а также новый курс: к побережью Сомали.

В течение остатка ночи и весь световой день «Новочеркасск» следовал полным ходом в заданный квадрат, а на закате его радар установил и классифицировал цель. Это был тот самый танкер, стоявший без хода среди россыпи малых островов.

Когда на океан опустилась ночь, а в небе пушисто замигали звезды, корабль малым ходом с погашенными огнями подошел ближе и застопорил ход у ближайшего островка в тени скал. С надстройки в воду тихо хлюпнули два трапа, за ним спустили надувные лодки.

В первую, самую малую, погрузились боевые пловцы в черных гидрокостюмах с автоматами АДС[11]11
  АДС – автомат двухсредный специальный, оружие боевых пловцов.


[Закрыть], линеметом[12]12
  Линемет – ручное метательное устройство, предназначенное для заброски линя с плавсредства (или гидросамолета) на берег или с одного плавсредства на другое на расстоянии до 300–350 метров. С помощью заброшенного линя может быть заведен швартовочный конец или буксировочный трос.


[Закрыть]и шумовыми гранатами. Остальные лодки занял взвод морских пехотинцев с ротным. Диверсантам было приказано провести разведку танкера и при возможности захватить ходовую рубку. Остальным – штурмовать судно.

Разобрав весла-коротыши, оттолкнулись и исчезли во мраке. Выплыв из-за скалы, в рассеянном свете звезд лодки заскользили меж островков к самому дальнему. Туда, где стоял танкер. Спустя час подошли ближе, легкий бриз доносил с судна звуки музыки. Бесшумно загребая, приблизились к высокому борту, разошлись по сторонам. Десант к носу, боевые пловцы в тень кормы.

– Давай, – прошептал Найденов Шамину, когда они мягко коснулись обшивки.

Тот вскинул линемет, раздался тихий щелчок, прислушались – только музыка. Старшина с автоматом за спиной на руках полез вверх, за ним с короткими промежутками остальные. По одному перевалившись через фальшборт, затаились. Освещения на палубе не было, впереди маячила тень, ужами поползли к ней. Когда стоящий чуть развернулся, Максим заметил, как на груди блеснул вороненной сталью ствол.

– Хэк, – приподнявшись, взмахнул Максим рукой. Штык-нож, свистнув, вонзился в горло, человек осел на палубу. Вскочили, держа на изготовку автоматы, согнувшись, бесшумно пробежали к ходовой рубке. Навстречу звякнула клинкетом[13]13
  Клинкет – запорный механизм двери на корабле.


[Закрыть]дверь. В пятне света через комингс ступила нога, появилась голова в берете.

Трембицкий саданул по ней прикладом, наружу вывалилось тело. Скользнули внутрь, Шамин остался у входа. Пробежав коротким коридором, мягко поднялись по ступеням широкого трапа, остановились перед еще одной дверью, раздвижной. Из-за нее и звучала музыка. «Реки Вавилона» группы «Бони-М».

Найденов чуть отодвинул створку, в просторной рубке шло веселье. Несколько темнокожих, кто в чем, завывая и ритмично покачиваясь, исполняли танец. Еще один, амбал с ручным пулеметом на коленях, развалился в кресле у пульта управления, дымя сигарой. Двое, сидя на линолеуме и запрокинув голову, хлестали что-то из бутылок.

– Всем лежать! – вломились в помещение диверсанты.

Костомаров дал короткую очередь вверх, с подволока посыпалось стекло плафонов. Танцующие повалились на пол, амбал, посерев лицом, клацнул затвором пулемета, и Трембицкий короткой очередью снес ему полбашки. На носу судна тоже затрещали выстрелы, по металлу палубы загремели тяжелые ботинки.

Спустя десять минут для пиратов, захвативших танкер, все было кончено. На площадке перед рубкой в свете палубных огней под охраной понуро стояли два десятка пиратов. Из машинного отделения выводили запертую там команду.

Она оказалась сборной – капитан и два помощника турки, остальные интернационал. А вот механика не было. При захвате судна он вывел из строя машину, и пираты выбросили его за борт на корм акулам. Этим и объяснялась вынужденная стоянка турецкого танкера в данном квадрате.

На восходе солнца к стоявшим рядом десантному кораблю и танкеру подошел натовский эсминец. Захваченных пиратов, в том числе трех мертвых, передали на него. Вслед за этим, дав прощальный гудок, «Афрамакс» под эскортом двинулся к югу. «Новочеркасск» лег на прежний курс.

После завтрака всех боевых пловцов вызвали в каюту командира корабля. Там уже находились его заместитель и командир десанта.

– За отличное выполнение боевого задания объявляю вам благодарность. – Командир, моложавый капитан 2 ранга, подошел к вытянувшимся по струнке боевым пловцам.

– Служим России! – выпучив глаза, рявкнули в четыре глотки.

– После прибытия на базу в Камрань будете представлены к правительственным наградам. Свободны.

– Да, – сказал Васька Шамин, когда ребята вернулись обратно к себе в твиндек. – Не хило получить награду. Дадут отпуск, в Самаре все девки мои.

Ночью курили на верхней палубе у обреза. Найденов, неожиданно для себя, тоже попросил сигарету. Он не удивился, когда Трембицкий, отведя его в сторону, сказал:

– Ты знаешь, Макс, как-то на душе муторно. Все время вижу лицо парня, которого завалил.

– Если бы не ты его, он нас, – глядя в темноту, ответил старшина.

Но и у самого на душе тоже скребли кошки. Мерещился снятый броском ножа часовой.

На следующий день Найденова вызвал особист, что особо не удивило. Все плавание он дергал к себе то одного, то другого из срочной службы и контрактников – знакомился с личным составом.

Прибыв в офицерский отсек, Максим остановился у нужной двери, – уточнил, прежде чем идти, у уже побывавших, – постучал.

– Да, – глухо донеслось изнутри.

Отворив дверь, Максим переступил комингс.

– Старшина первой статьи Найденов по вашему приказанию прибыл! – доложился, закрыв дверь.

– Проходи, присаживайся, – кивнул сидевший за столом перед иллюминатором особист.

Максим осмотрелся. Особист занимал одноместную каюту, с койкой за поролоновой занавеской, полкой с книгами над ней, платяным шкафчиком и умывальником. На переборке сбоку портрет Дзержинского. Сняв пилотку, Макс сделал два шага вперед, присел на вертящееся кресло напротив.

– Значит так, Найденов, – покачался на своем кресле кап три. – Ты мне нравишься. Учился в Морском корпусе, спортсмен, отличился при проведении операции. Как смотришь на то, чтобы стать моим помощником?

– В смысле? – не понял старшина.

– Будешь наблюдать за сослуживцами и информировать, чем дышат.

– Типа стучать?

– Стучат дятлы по дереву. Я же сказал – информировать, – произнес контрразведчик по слогам. – Ну так как?

– Делать этого не буду.

– Почему?

– Не буду, и все, – сжал Найденов губы.

– Знаю, мечтаешь восстановиться в училище. – Щелкнув зажигалкой, контрразведчик закурил. – Станешь сотрудничать, помогу, – выдул вверх струйку дыма. – Ну так как? – Он прищурился, внимательно наблюдая за реакцией Максима.

– Постараюсь как-нибудь сам. – Старшина угрюмо взглянул на офицера.

– Ну, смотри. На нет и суда нет. Свободен. О разговоре никому ни слова.

Когда Максим вернулся в твиндек, пришивавший пуговицу к куртке Шамин спросил:

– Ну как знакомство?

– Нормально. – Максим улегся на койку, закинув за голову руки.

После проведенной операции многие захотели побольше узнать о пиратстве. Командование пошло навстречу, организовав еще лекцию. С ней перед личным составом выступил заместитель командира корабля – тоже капитан 2 ранга, похожий на актера Сухорукова.

Как выяснилось, пиратство на море существовало всегда, начиная со времен парусного флота до современных дней, далеко уйдя от исторической архаичности. В последнее десятилетие оно достигло небывалого размаха, особенно на просторах Атлантики и в Индийском океане. Число нападений и захватов торговых кораблей на маршрутах следования непрерывно возрастало, меры борьбы с пиратством ведущих морских держав ощутимых результатов не давали.

Более того, явление становилось интернациональным, преступные группировки объединялись в синдикаты, имевшие быстроходные суда, автоматическое оружие, спутниковые средства связи и даже летательные аппараты. На международной конференции по проблеме пиратства, состоявшейся в Дубае, размер ущерба, наносимого морским разбоем, был оценен от семи до двенадцати миллиардов долларов США в год.

– Да, – обменивались мнениями слушатели после окончания выступления. – Крутые ребята.

Глава 7
В стране фей и драконов

Спустя еще неделю плавания десантный корабль входил на российскую базу в Камрани. За узким проливом открылась обширная голубая гавань, вдоль береговой черты здания и сооружения, выше, в туманной дымке покрытые зеленью горы.

Внизу у причалов стояли корабли под Андреевскими флагами и вспомогательные суда. У отдельного пирса чернели две дизельные подводные лодки и циклопического вида атомный подводный ракетоносец.

– Ничего себе махина, – сказал кто-то из швартовной команды. – Не иначе, пришел с Тихоокеанского флота или из Заполярья.

– Говорят, на них дают вино, шоколад и красную икру, – добавил второй.

– А-атставить травлю! – бросил лейтенант в оранжевом спасательном жилете. – Приготовить бросательный!

Отшвартовались у одного из причалов, где стояла группа военных, человек шесть, рядом два зеленых внедорожника «Патриот». Как только спустили трап, последовала команда «Смирно!». По нему быстро сбежал командир, направившись к начальству. Бросив к виску ладонь, доложил о прибытии.

– Вольно, – качнул золоченой фуражкой в белом чехле стоявший чуть впереди приземистый контр-адмирал.

– Во-ольно! – отрепетовали на корабле, пожали друг другу руки. Затем начальство вместе с командиром убыло, на БДК началась разгрузка. Через открывшуюся носовую аппарель на берег выехала техника, морпехи погрузились на «Уралы», и колонна не спеша поехала по бетонке в сторону побережья. Навьюченные скарбом боевые пловцы остались стоять на месте.

– А про нас что, забыли? – прогудел Шамин, взглянув на старшину.

Словно в ответ на его вопрос со стороны видневшегося вдали КПП возник гул мотора, и через несколько минут рядом остановился новенький ГАЗ-66. Хлопнула дверца, к группе подошел невысокий старший лейтенант, по виду азиат. Он окинул группу боевых пловцов критическим взглядом.

– Из Севастопольской учебной роты?

– Точно так, – доложил Найденов.

– В машину. – Он не добавил больше ни слова и пошагал обратно.

Ребята сноровисто погрузились в кузов, и грузовик, развернувшись, загудел к КПП. У шлагбаума притормозил, офицер предъявил охране пропуск, выехали за территорию. По сторонам замелькали дома со строениями, многие растения были незнакомы, для всех в диковину были тропические деревья, кустарники, цветы…

Минут через десять оказались на окраине, примыкающей к горам, грузовик, скрипнув тормозами, остановился у второго пропускного пункта – стационарного, там снова проверили документы.

Въехали на территорию обширного жилого городка, окруженного колючей проволокой, с широким плацем посередине, жилыми казармами по сторонам и еще какими-то строениями. У одной казармы, двухэтажной, уже выгружались морпехи. Грузовик проехал чуть дальше, в самый конец городка, остановился у щитового дома с оцинкованной крышей. Рядом, в тени деревьев, стоял УАЗ.

– К машине! – вышел из кабины азиат. – Построиться.

И, взбежав на невысокое крыльцо, исчез за дверью. Шамин с Костомаровым выпрыгнули из кузова первыми, остальные, передав снаряжение, тоже покинули кузов. Выстроились у борта в короткую шеренгу.

Через несколько минут по ступеням спустился худощавый офицер в сопровождении того, что встречал их. Подойдя, старший офицер остановился и приложил руку к козырьку пилотки:

– Здравствуйте, товарищи матросы!

– Здравия желаем, товарищ капитан 3 ранга!

– Я ваш командир. Зовут Лазебный Александр Петрович, – скользнул взглядом по лицам, обернулся к своему подчиненному азиатской внешности: – Дамир Алиевич, займись ребятами. Я в штаб.

Лазебный направился к автомобилю, уселся за руль, урча мощным мотором, машина отъехала.

– Берите вещи и за мной, – сказал старший лейтенант, первым пошагав к двери.

За дверью у тумбочки стоял рыжий дневальный со штык-ножом на поясном ремне. При появлении начальства дневальный изобразил строевую стойку. Коротким коридором с еще двумя дверьми прибывшие вошли в просторное помещение.

У боковой стены тянулись три десятка заправленных коек, на дальних кроватях под простынями похрапывали несколько человек. На противоположной стене через проход блестели три чисто вымытых окна с приспущенной светомаскировкой. В торцевой стене – открытая дверь в смежное помещение. Вот и вся обстановка. Спартанская.

– Дежурный! – крикнул старший лейтенант.

Спустя пару секунд из смежного помещения показался главный корабельный старшина с нарукавной повязкой:

– Есть!

– Вещи и снаряжение в баталерку, каждому определи койку. Затем всех в информкомнату.

– Пошли, туристы, – махнул рукой старшина.

Размещение не заняло много времени, и вскоре все прибывшие сидели на стульях за столами в светлом помещении с телевизором, военными плакатами на стенах и экзотическим растением в кадке.

– Ждать, – сказал дежурный, выходя из помещения.

Наконец спустя несколько минут появился старший лейтенант, и все поднялись, приветствуя его. Дамир Алиевич остановился напротив, у отдельного стола, коротко скомандовал:

– Сесть. Итак, – прищурил раскосые глаза. – Куда прибыли, знаете. Ввожу в курс дела. Здесь базируется вторая оперативная эскадра российского ВМФ. Командующий – контр-адмирал Налетов. В состав эскадры входят надводные корабли и подводные лодки, суда обеспечения, авиационная эскадрилья, батальон морской пехоты, космический узел связи и мы – отряд ПДСС.

Как и эскадра, он в стадии формирования, поскольку база расконсервирована недавно. Командира вы уже знаете, я заместитель по боевой подготовке старший лейтенант Шалимов. Имеется второй – по воспитательной работе, три мичмана – командиры отделений, остальные боевые пловцы. Все контрактники.

Главная задача отряда – противодиверсионное обеспечение базы на море и специальные операции. Вопросы?

– Разрешите? – поднял руку Костомаров.

– Валяй.

– Сколько нам здесь служить?

– До демобилизации, а потом можно заключить контракт.

Прибывшие переглянулись.

– Что-то не так?

– Да нет, – сел на свое место Костомаров.

– Еще?

– Увольнения в город есть? – поднял руку Шамин.

– Есть. Но для вас не сразу.

– У меня тоже вопрос, товарищ старший лейтенант, – встал Найденов. – Можно ли звонить на родину по сотовым?

– Этого нельзя. Запрещено. Можете писать родным письма, не раскрывая, кем и где служите. Всем ясно?

– Ясно, – ответили вразнобой без особой радости.

– На этом все. Теперь сдайте мне телефоны и можете идти в кубрик обживаться.

Прошли в одну из комнат, где офицер запер трубки в сейф, затем поступили в распоряжение дежурного. Тот выдал в баталерке постельное белье, застелили койки. Разложили по тумбочкам нехитрый скарб.

– Теперь можно и перекурить, – заметил главный корабельный старшина. – Кстати, фамилия моя Васнецов, зовут Сергей. А вот это, – указал он на наблюдавшего за всем дневального, – Юрка Лембоев по кличке Чубайс.

– Да пошел ты, – флегматично сказал дневальный.

В нем действительно было отдаленное сходство с известным политиком, не пользующимся популярностью в народе.

Курилка находилась за казармой, уселись вокруг обреза на скамейках, угостили Васнецова московской «Явой».

– Ничего, крепкие. – Щелкнув зажигалкой, старшина пустил носом струю дыма.

– А жара тут будь здоров, хотя уже осень, – утер потное лицо Шамин.

– Это что, – хмыкнул Васнецов, – летом бывает далеко за тридцать. Плюс влажность.

– И наверное, змей полно, – затянулся сигаретой Костомаров.

– Этого добра хватает, особенно весной. Самая опасная из здешних змеюк – банановая. Маленькая, размером с карандаш. Укусит, и через пять минут кирдык, если не ввести противоядие. Кстати, вьетнамцы змей едят, и мы пробовали. Вкусные, если правильно приготовить. Рекомендую.

Новички поскучнели. Есть змей им не хотелось.

– Ладно, – швырнул в обрез окурок дежурный и взглянул на наручные часы. – Щас свожу на клев[14]14
  Клев – прием пищи на флоте (жарг.).


[Закрыть], а после вами займется командир отделения.

Столовая на морской лад называлась здесь камбуз и находилась в центре городка, в трехэтажном здании модульной постройки. Туда с разных концов уже следовали строи, втягиваясь в широко распахнутые двери. Новички тоже вошли, поднялись вслед за корабельным старшиной на второй этаж. В уши ударило звяканье металлической посуды и тихий гул. За многочисленными столами питались сотни две матросов и старшин.

– Эти наши, – подошел к двум накрытым столам Васнецов. – Усаживайтесь.

Васнецов, взяв в руки чумичку[15]15
  Чумичка – поварешка.


[Закрыть], стал брать из стопки миски и наполнять их горячим супом. Последнюю миску он наполнил себе. Взяв по куску белого хлеба, заработали ложками. Суп был из свежей рыбы, с перцем и лавровым листом. Быстро опорожнили миски. На второе в миски положили по хорошей порции рассыпчатого риса с котлетой. Когда получили из чайника по кружке бананового компота, в зал вошла очередная группа моряков, сразу направившаяся к их столам.

– О! Васнецов молодых привел! – воскликнул кто-то.

Расселись по скамьям. В этой группе было десятка полтора моряков, все в выцветшей «тропикане»[16]16
  «Тропикана» – тропическая форма у военнослужащих.


[Закрыть], загорелые и с короткими стрижками. Двое стали наполнять миски, остальные молча брали и принимались неспешно есть.

– Встать, – бросил новичкам дежурный, когда допили компот. – На выход.

Минут через двадцать, как вернулись в казарму, подошли остальные. Состоялось знакомство. Часть из подводных диверсантов попали сюда с ТОФа, другие с Балтики, черноморцев не было.

С этого дня началась новая служба.

Прибывших определили в третье отделение, им командовал мичман Шацкий. Лет сорока, хмурый и неулыбчивый. Для начала расспросил, чему учили, сколько имеют погружений и выбросок с парашютом. Прослушав, недовольно хмыкнул:

– В мое время было вдвое больше.

Затем он придирчиво осмотрел снаряжение, с которым прибыло пополнение: акваланги с гидрокостюмами, средства связи и наблюдения, оружие. Признав состояние удовлетворительным, в заключение рассказал о порядке несения службы.

Он заключался в подводном патрулировании, наблюдении и осмотре дна бухты в районе стоянки кораблей. У регулярного патрулирования были две основные цели. Необходимо было исключить проникновение в бухту вражеских подводных диверсантов, ну и уничтожить, если уж тем удалось проникнуть в зону стоянки кораблей нашего флота. Внешний рейд охранялся сторожевым кораблем, установленными на глубине средствами гидролокации, а также системой ПВО, находящейся в горах за базой.

Следующим утром после физзарядки и завтрака тот же грузовик, прикрепленный к отряду, доставил Шацкого с молодым пополнением на стоявшую у выхода из бухты в числе других вспомогательных судов плавучую мастерскую. Между ней и пришвартованным рядом дебаркадером под маскировочной сетью угадывалась уже знакомая по учебной роте «Пиранья».