Текст книги "Криминальная история России. 1989—1993. Люберецкие. Парни из Солнцева"

Автор книги: Валерий Карышев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 41 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]

Глава 10
Брат жены

Южное побережье Франции, май, 1998 год

Через два дня они втроем сидели на большой белоснежной террасе с видом на море. Рядом в деревянных кадках стояли пальмы. Южное солнце грело вовсю.

– Дима, – обратился Валентин к брату Жанны, – а ты совсем на француза стал похож!

– Чем же я похож на француза? – удивленно спросил Дима.

– Говорят, местность, среда обитания накладывают на человека отпечаток. Мне кажется, что ты уже стал настоящим французом. Как ты считаешь, Жанна? – обратился он к жене.

– Нет, Дима как был русский, так русским и останется, – улыбнулась Жанна. – Скорее он стал похож не на француза, а на итальянца.

– Что-то вы, ребята, на меня нападаете! То я на француза похож, то на итальянца. Я же русский! Валентин, ты лучше останься тут подольше, отдохни! Совсем измотался на своей работе! Да и сестру мою не бережешь! Она тоже давно не отдыхала!

– Пусть она остается с тобой. Я ей доверяю. Пусть хоть месяц, хоть два отдыхает! – улыбнулся Валентин.

– Да ладно, тебе лишь бы от меня избавиться! – раздраженно сказала Жанна и, бросив на стол салфетку, выбежала с террасы.

– Какая-то она нервная стала, – сказал Дима, с удивлением посмотрев на Валентина.

– Жизнь в России не очень простая, вот она и стала нервная. – Валентин придвинул к себе стакан с апельсиновым соком. – Знаешь, я с трепетом вспоминаю тот день, когда пришел к вам домой, меня выпустили из ментовки, и Жанна отдала мне чемоданы Сергея Воробьева. После этого у нас с тобой дела завертелись.

– Да, были времена! – улыбнулся Дима. – Сначала мы с тобой, как идиоты, деньги меняли. Ты пытался эти деньги заныкать и уехать то ли на Кипр, то ли в Испанию.

– Да, – улыбнулся Валентин, – хотел. А потом понял, что, пока уголовники сидеть будут, я эти деньги в двойном или в тройном размере могу получить. Только с помощью тебя! Да еще с помощью Сережи Воробьева. Кстати, ты никаких известий от него не имеешь?

– А почему ты о нем спрашиваешь?

– Нет, просто так. Я ему даже обязан. Два эти чемодана сыграли определенную роль. Без них я не знаю, кем бы был сейчас! Может, в земле лежал бы, – сказал Валентин. – А благодаря Воробьеву я имею то, что имею. Да и ты, кстати, тоже имеешь! Так бы сидел от силы начальником отдела в своем банке, а сейчас у тебя свой банк!

– Какой он мой! Я ж только на бумаге числюсь президентом!

– Но ты же доход имеешь, долю имеешь с этого банка, и, по-моему, денежки немалые!

– Да, немалые. Но я со своим умом и финансовым чутьем сижу как на пенсии на этой вилле, которая мне уже осточертела!

– А ты что, хочешь в Москву вернуться, что ли?

– А почему бы нет? Там дела можно делать. А тут один и тот же маршрут – пляж, ресторан, вечером дурацкая набережная! Ну, иногда какие-то тусовки, на которых я редко бываю. Этот бассейн, – Дима показал на огромный бассейн, расположенный рядом с террасой, – который тоже надоел! Все одно и то же!

Валентин улыбнулся.

– Скажи честно, как родственнику, ты никакой информации о Воробьеве не имеешь?

– Да что ты ко мне привязался? На что он тебе сдался?

– Да так просто. Какой-то сентиментализм. Встретился бы я с ним с удовольствием, посмотрел, кем он стал.

– Захочет ли он с тобой встретиться? – с иронией сказал Дима. – Думаю, вряд ли.

Валентину стало ясно, что Дима знает что-то о Воробьеве. Уж слишком близкие отношения были между ними. Но напирать на него и требовать информацию Валентин не стал, чтобы не спугнуть. Он тоже встал, положив салфетку.

– Что-то устал я, пойду отдохну, заодно и с Жанной поговорю.

Вернувшись в спальню, Валентин застал Жанну лежащей на кровати с открытыми глазами.

– Что-то ты нервная стала, – сказал он, нежно прижав ее к себе.

– Пусти, Валентин, не надо! – сказала Жанна. – Ты очень изменился в последнее время.

– Ладно тебе, – улыбнулся Валентин. – Я такой же, как и был. Как-то плохо у нас с тобой получилось с нашим юбилеем.

– Да уж куда хуже! Ты умудрился в тот день даже с бандюками встретиться!

– Жанна, но не я же решаю, с кем мне встречаться, когда такие люди звонят! Я хочу сделать тебе хороший подарок. Здесь есть шикарные бутики и ювелирные магазины. Мне сейчас Димон про них рассказал.

– Ну и что?

– Взяла бы ты своего брата, скатала бы, купила бы… – и Валентин вытащил из бумажника свою кредитную карточку «Виза Интернэшнл». – Возьми по моей карточке!

– Зачем мне твоя карточка! У меня своя есть, – сказала Жанна раздраженно.

– Нет, я хочу, чтобы ты с моей списала. Тем более она и на тебя оформлена. Купи себе что-нибудь из брюликов, ты же их любишь!

– Хорошо, я пойду с Димой поговорю.

Вскоре Жанна ушла.

Через несколько минут она вместе с братом поехала в город по ювелирным магазинам. Теперь Валентину представилась возможность проникнуть в кабинет своего родственника, поискать записи в отношении Воробьева.

Он поднялся на второй этаж, где располагался кабинет. Дверь была не заперта. Валентин стал вначале изучать письменный стол. В столе ничего не было, кроме многочисленных визитных карточек владельцев магазинов, кафе и ресторанов, которые всегда давали свои карточки при появлении новых русских, зазывая их в постоянные клиенты.

Затем Валентин взял фотоальбом, лежащий на краю стола, и стал его рассматривать. Везде на фотографиях Дима был изображен то с девчонками – он был не женат, – то с какими-то бизнесменами. Стоп! Вот тут он изображен явно с русским, и лицо очень знакомое. Валентин взял лупу, лежащую на столе, и стал всматриваться. Вроде Воробьев, а вроде нет. Тогда Валентин осторожно вытащил фотографию из альбома и прочел надпись на обратной стороне: «Дорогому близкому другу Диме от Сергея Ивановича Удальцова».

Фамилия другая.

Но фамилию можно изменить. «Дорогому близкому другу, дорогому близкому другу…» – повторил Валентин. Так пишут близкому другу, но не человеку, с которым ты познакомился полгода назад, пусть у тебя с ним и теплые отношения. Значит, действительно это может быть Сергей Воробьев.

Валентин взял фотографию, потом подошел к ксероксу, стоящему на тумбочке, и снял несколько копий. Потом вернул фото на место.

Валентин открыл ящик письменного стола и стал внимательно просматривать визитные карточки, валяющиеся в куче. Наконец он нашел и карточку Удальцова. «Удальцов Сергей Иванович, депутат Государственной Думы». Там были и телефоны.

Вот оно что! Нужно проверить этого Удальцова! Что же за удалец: может, это и есть Воробей? Подойдя к ксероксу, он снял копию и с визитки.

Довольный своей находкой, он свернул бумаги и положил их в карман брюк. Затем достал свой мобильный телефон и набрал номер банка.

– Приемная председателя правления банка слушает! – раздалось в трубке.

– Ирина Алексеевна, это я, – сказал Валентин.

– Здравствуйте, Валентин Алексеевич! Как вам отдыхается?

– Здесь дела очень важные, а супруга на меня обижается, что я работаю и работаю. Ирина Алексеевна, выручай меня! Пришли факс, что мне срочно в Москву нужно!

– А какой текст, Валентин Алексеевич?

– Ну, что срочно вызывают на работу, у нас ЧП. И подпись нашего клерка из банка.

– Хорошо. А по какому номеру вам факс выслать?

– По какому номеру? – растерялся Валентин. Он подошел к факсу, стоящему в кабинете. – Записывайте номер, – и он продиктовал цифры. – И не забудьте набрать код страны! Это Франция.

– Хорошо. Через полчаса я вышлю вам факс. Нормально будет?

– Вполне! – сказал Валентин, довольный своей сообразительностью, и вышел из кабинета.

Валентин улегся около бассейна. Вскоре вернулась Жанна с братом. Она стала показывать Валентину покупки, которые сделала в магазинах.

– Представляешь, Дима действительно настоящий француз! – сказала Жанна.

– Почему же?

– Он так с ними разговаривает, они его за своего принимают, такие скидки дают! Вот эта вещь, – Жанна вытащила бриллиантовое колье, – досталась нам почти бесплатно!

– Ничего себе бесплатно! Сколько оно стоит?

– Зачем тебе волноваться о ценах?

– Наверняка несколько тысяч долларов!

– А ты думал, такая вещь будет стоить дешево? – улыбнулась Жанна.

– Ты же сказала, что бесплатно!

– Это я так, образно.

Валентин заметил, что со второго этажа торопливо спускается Дима. В руках у него был листок факсовой бумаги.

– Валя, тут тебе факс пришел, – сказал он и протянул листок.

Валентин взял факс в руки. Жанна тут же выхватила его.

– Что там случилось, как ты думаешь?

– Не знаю, – ответил Валентин.

– Как-то это подозрительно, – сказала Жанна. – Ты словно чувствовал, что тебе нужно будет уезжать, поэтому и взял билет с открытой датой!

– Тебе этого не понять, – сказал Валентин. – Я чувствовал, что что-то может случиться.

– Так что случилось?

– Потом, боюсь сглазить. Может, все уладится. Короче, я сегодня же вечером улетаю.

В этот же вечер Валентин вылетел обратно в Москву. Около одиннадцати часов вечера он был в Шереметьево-2. Быстро поймав такси, он поехал к той квартире, где жила Маша.

Без четверти двенадцать он уже достал ключ, чтобы открыть дверь, но задумался. А вдруг Маша не одна? А вдруг с ней какой-нибудь любовник, и он окажется в дурацком положении? Что он сможет сделать, закатить сцену?

Валентин осторожно открыл дверь и прислушался. В квартире было тихо. Он вошел. Маши не было. Странно, где же она может быть? – подумал Валентин. Уже двенадцать ночи! Может, она вообще не придет ночевать? Он подошел к телефону и набрал номер мобильника Маши.

На другом конце он услышал ее голос. Было слышно, что громко играет музыка. Значит, Маша находится где-то в ресторане или на дискотеке. Это уже лучше, чем с любовником в постели.

– Машуня, ты где?

– Кто это?

«Бог ты мой, она меня не узнает! Интересно, кто еще обращается к ней так же?» – подумал Валентин.

– Да это же я!

– Ой, Валя! Ты откуда звонишь?

– Из твоей квартиры.

– Ты же в Ницце!

– Я приехал ради тебя. А ты где находишься?

– Я в «Титанике», это ночной клуб. Тут так здорово! Приезжай к нам!

– Нет, я не могу. Я специально летел сегодня, чтобы быть с тобой.

– Хорошо, я минут через сорок буду! – сказала Маша и отключилась.

Через час Маша влетела в квартиру. Она подбежала к Валентину и обняла его. Валентин на ходу стал пытаться снять с нее одежду, но это заняло бы слишком много времени. Он быстрым движением сорвал с нее облегающие ее тело брючки и тут же овладел ею прямо в передней…

– Валя, что же ты делаешь! Дай мне раздеться! Валя! – пыталась протестовать Маша, но было поздно.

После бурной сцены Маша пошла в душ. Валентин лежал в постели и обдумывал план дальнейших действий. В понедельник он начнет пробивать этого неизвестного Сергея Ивановича Удальцова. Валентин уже продумал план.

В понедельник утром он сидел в кабинете своего знакомого депутата, с которым дружил более полугода и являлся его помощником. Тогда это было очень модно – быть помощником депутата. Сам депутат предложил Валентину быть его общественным помощником, выдав соответствующую корочку.

Валентин начал разговор издалека.

– Послушай, я был у своего родственника, смотрю фотографии. Депутат у вас есть такой, Удальцов, кажется, его Сергей Иванович зовут.

– Удальцов. По-моему, есть такой депутат. А что, он тебе нужен?

– Да, нужен. Я хочу одно дело провернуть, и чтобы он помог.

– Но, знаешь, – сказал знакомый депутат, – я его толком не знаю. Знаю только, что он заместитель председателя комиссии то ли по борьбе с коррупцией, то ли по безопасности, что-то в этом роде.

– Вот как раз по этому вопросу он мне и нужен! Как бы мне его найти?

– Да проще простого! – Депутат взял справочник депутатов Госдумы и нашел нужную фамилию. – Поднимайся на седьмой этаж, вот номер его комнаты. Запомнишь или тебе записать?

– Запомню!

Вскоре Валентин уже стоял в приемной, на двери которой было написано «Сергей Иванович Удальцов». Осторожно открыв дверь, он обратился к секретарше:

– Мне бы Сергея Ивановича, можно?

– А как мне вас представить?

– Девушка, лучше никак не представлять, – сказал с улыбкой Валентин. – Я друг его детства и хочу сделать ему сюрприз.

– Но у нас так не принято, – начала было секретарша.

– Ничего, – сказал Валентин. – Я потом вас отблагодарю. Да он и сам будет очень доволен! – Он открыл дверь в кабинет. – Разрешите?

Валентин вошел. За столом сидел лысоватый мужчина небольшого роста, крепкий. Он читал газету.

– Здравствуйте, Сергей Иванович! – сказал Валентин. – Вы меня не узнаете?

Сергей Иванович поднял голову и внимательно посмотрел на Валентина. В свою очередь, Валентин внимательно вгляделся в его лицо. Да, это был Воробьев. Время изменило его, а может, и какую-то операцию он сделал. Но это был он. Теперь оставалось только услышать его голос.

– Что-то я вас не припомню, – сказал Удальцов.

– Ну как же, Сергей Иванович, вы должны меня хорошо знать! – И Валентин быстро достал из бокового кармана ксерокопию фотографии, на которой был изображен Удальцов с Димой. – И Дима мне про вас говорил много. Правда, у тебя раньше другая фамилия была – Воробьев. Но кто старое помянет, тому и глаз вон! – Валентин протянул Удальцову листок.

Сергей Иванович взял листок.

– Да, Диму я знаю прекрасно, – сказал он, – а вас…

– А меня ты должен лучше знать! Я Валя Сушок, из Люберец, помнишь?

– Погодите, погодите…

– Тот самый, с которым тебя арестовали и прессовали вместе! Ладно, Серега, я к тебе не по этому вопросу пришел. У меня к тебе другое дело, и претензий у меня к тебе никаких нет.

Сергей Иванович молчал, оценивая ситуацию, – признаваться ему или не признаваться.

– Тебе нужны еще какие-то доказательства? – спросил Валентин.

– Нет, не нужны, – наконец ответил Удальцов. – У меня мало времени. Если хочешь серьезно поговорить, давай встретимся вечером в ресторане. Тут я особо говорить не могу, – и он посмотрел наверх, намекая, что тут может стоять прослушка.

– Хорошо, можно и вечером. Только не хотелось бы, чтобы ты куда-то исчезал.

– Куда же я исчезну? Я человек государственного масштаба, – улыбнулся Удальцов. – Знаешь ресторан «Националь» напротив Госдумы? Вот давай там сегодня, часов в шесть. Ты ведь один будешь?

– Да, я буду один, – сказал Валентин, протягивая Удальцову свою визитку. – Тут мой мобильный телефон и прямой номер. Если будут какие-то изменения, позвони!

– О, ты теперь банкиром стал!

– А то ты не знал! Тебе Дима об этом не говорил?

– Говорил, – улыбнулся Сергей.

– Значит, до вечера.

Глава 11
Выгодная сделка

Май, 1998 год

Все время до встречи с Воробьевым-Удальцовым Валентин думал, как построить разговор. Теперь у него созрел определенный план. Но неожиданно его размышления прервал звонок прямого телефона. Валентин взял трубку.

– Это Кузя, – услышал Валентин.

– Привет, Кузя!

– Как слетал к Димону? Погода хорошая?

– Погода классная!

– А то, что я тебя просил? Птичника нашел? – Кузя специально не произнес вслух фамилию Воробьева.

– Пока нет, но работа идет.

– А что, так и не получилось родственника пробить? Или ты что-то замутил, решил проявить собственную инициативу?

Валентину стало не по себе. Как четко у Кузи работает интуиция, как четко он чувствует!

– Я не могу сейчас говорить, я не один в кабинете. Перезвони мне, пожалуйста, завтра!

– Хорошо, лады! Подготовься завтра более конкретно! – сказал Кузя. – А то, смотрю, что-то ты финтить начинаешь, а я этого не люблю!

– Понял, – Валентин раздраженно бросил трубку.

Да, в последнее время Кузя стал относиться к нему более враждебно. «Надоел мне Кузя! – подумал Валентин. – Сколько можно на него работать!» И тут у Валентина появилась гениальная идея. Суть ее заключалась в следующем – запугать Воробьева Кузей и с его помощью разделаться с Кузей.

Схема достаточно простая и надежная. Если даже что-то не сработает, то все стрелки будут переведены на Воробьева, так как он будет основным заказчиком этого убийства. А если сработает, то ему будет проще дышать. А с Анатолием Ивановичем он договорится – либо откупится, либо уберет и его. В конце концов, второго убрать будет легче.

В тот же вечер, встретившись с Воробьевым в ресторане, Валентин стал убеждать Сергея, что над ним нависла серьезная угроза, что Кузя прекрасно знает его и собирается в ближайшее время убить.

– Да как же он может меня грохнуть, я же депутат Госдумы!

– А ты что думаешь, депутатов не убивают? Вспомни Сергея Скорочкина, которого завалили три года назад под Зарайском! – ответил ему Валентин.

– Да, его бандиты ловко завалили!

– Вот так и тебя завалят.

– Что же ему от меня надо? Времени уже сколько прошло! Деньги ведь ему возвращены!

– Пойми, у него такой уголовный сентиментализм. Он считает, что должен с тобой рассчитаться. Молодая братва его не понимает.

– Черт возьми, завтра эту молодую братву могут принять, посадить, убить, в конце концов, – стал быстро говорить Воробьев. – На кой я ему сдался?

– Ладно, ты не расстраивайся, я же с миром к тебе. Помочь тебе хочу. Он мне тоже здорово надоел! Он из меня кровь сосет!

– То есть деньги из банка? – уточнил Воробьев.

– Да, и деньги тоже. Сколько это может продолжаться?

– Долго это продолжаться не будет, – коротко сказал Воробьев. – Скоро вы, банкиры, нищими будете.

– Как нищими? – насторожился Валентин.

– А очень просто. Есть кое-какая информация, скорее, предположение…

– Погоди, что-то ты темнишь! Давай-ка рассказывай все!

– В честь чего это я должен тебе все рассказывать? – спросил Сергей. – Я тебе ничего не должен!

– Я же тебя предупредил про Кузю!

– Вот именно, только предупредил. Так помоги мне разобраться с ним до конца, я же помогу тебе одно дело сделать. Ты будешь очень богатым человеком, а все вокруг будут нищими.

Валентин размышлял – то ли Воробьев блефует, то ли действительно знает то, чего не знает он.

– Хорошо, а как ты видишь, чем я могу тебе помочь?

– Очень просто. Ты мне просто поможешь провести одну акцию, – и он показал пальцами, как человек идет, а потом падает.

– Это Кузя?

– Да, это он. Ну так что, поможешь?

– Собственно, что я должен сделать?

– Ты же с ним встречаешься часто. На одну из таких встреч должен приехать человек, который его и… Ну, сам понимаешь.

– Да, понимаю, – кивнул головой Валентин. – Что это будет за человек?

– Мало ли сейчас наемников! Любого можно за деньги нанять.

– Хорошо, – сказал Валентин, – тогда какова будет твоя роль?

– А ты что, хотел, чтобы я с ножичком встал и пошел?

– Нет, этого я не хотел. Давай мы так с тобой договоримся. Я тебе называю место и время, где мы с ним встречаемся…

– С этим человеком, – уточнил Воробьев.

– Да, с этим человеком, – повторил Валентин. – А ты дальше сам делай что хочешь. Хочешь – нанимаешь кого, хочешь – сам идешь, это твои проблемы. Но если что – извини, Воробей, все стрелки на тебя пойдут.

– Да мне не привыкать, – сказал Воробьев, – как тогда на меня все стрелки перевели!

– Кстати, интересно, как же ты выжил? – спросил с улыбкой Валентин.

– Долгая это история, – сказал Воробьев. – Но коротко могу сказать одно – милицейские московские начальники хотели над вашей бандой сделать что-то типа показательного процесса, поэтому и готовились тщательным образом. Приняли всю банду, всех ребят, меня же тщательно охраняли, помогли фамилию сменить по принципу защиты свидетелей.

– А дальше что?

– А дальше ничего хорошего у них не получилось. Дело, как ты знаешь, рассыпалось, по бандитизму никто не пошел, все получили по небольшому сроку, я же вроде бы брошенным оказался. Вот тогда меня и сумели сделать сначала помощником депутата, а потом и депутатом я стал, теперь неприкосновенность имею.

– А что тебе эта неприкосновенность дает?

– Там свои игры идут.

– Скажи, а то, что ты в антикоррупционном комитете, это случайное совпадение или ты какие-то услуги им оказываешь?

– Это уже наши с ними дела, – улыбнулся Воробьев. – Давай ты не будешь вникать в мои дела, а я не буду лезть в твои.

– Хорошо, договорились! А как же ты мне поможешь насчет богатства? – с иронией спросил Валентин. – Банк поможешь ограбить?

– Зачем же грабить, у тебя свой банк есть.

Прошло еще немного времени. Валентин неоднократно встречался с Кузей, но каждый раз на его вопросы, где Воробьев и смог ли он найти его, он всячески тянул время, говорил, что вот-вот должен напасть на его след, сообщая, что он находится где-то в другом городе.

Когда Кузя требовал назвать конкретный город, место, где Воробьев находится, Валентин говорил, что Кузя может его спугнуть, так как там работает его человек из частного детективного агентства, который ведет поиски Воробьева.

Кроме этого, Валентин несколько раз встречался и с Воробьевым. Тот действительно оказался весьма компетентным человеком. Он был вхож в правительство, вернее, дружил с каким-то молодым реформатором, который входил в правительство, и часто вместе с ним проводил время.

Пару раз звонил из Франции Дима и с негодованием попрекал Валентина, почему он его подставляет, зачем он сказал то, чего не было, якобы он признался, что назвал Воробья.

– Понимаешь, мой любимый родственник, – отвечал ему Валентин, – у меня не было другого выхода, ты же понимаешь ситуацию! Не мне он нужен, а одному человеку.

– Что за игру ты ведешь, парень? Я не могу тебя понять! – говорил Дима.

– Ничего, со временем поймешь!

В этот же вечер Валентин снова встретился с Воробьевым. Тот был уже более конкретным.

– Валентин, давай построим наши отношения следующим образом, – сказал он. – Скажи, какую сумму ты можешь в ближайшее время сосредоточить в сейфах своего банка?

– А зачем тебе это? Эту сумму ты обязательно должен знать?

– Да, должен. Потому что, в зависимости от этой суммы, я подскажу тебе решение, какая сумма у тебя лично останется.

Валентин думал.

– Так сразу я сказать не могу…

Воробьеву это надоело, и он сказал:

– Ты можешь собрать сто пятьдесят миллионов долларов?

– Предположим, смогу.

– Говори точно, сможешь или не сможешь?

– Смогу.

– Значит, условия такие, – сказал Воробьев. – Пятьдесят миллионов забираю я. У тебя остается сто. Сам понимаешь, я не один, со мной несколько людей, достаточно высокопоставленных, которые тоже денег хотят.

– А дальше что?

– А сто тебе.

– Я ничего не понимаю, – сказал Валентин. – Как это так? У меня сто пятьдесят миллионов долларов. Ты пятьдесят забираешь, сто остается у меня. А что я скажу тем людям, чьи деньги, то есть кредиторам? Моим спонсорам? Ведь это же их деньги! Конечно, часть мои. Но что я им скажу?

– Вот именно, что ты им ничего не скажешь, потому что будет всеобщая конфискация.

– Ничего не понимаю! Какая конфискация?

– А что тут не понимать? Ты согласен на то, что у тебя будут сто миллионов, полностью отмытые, и тебе никаких претензий никто предъявлять не будет? Тебе хватит сто миллионов?

– Вполне.

– Вот и все. Значит, по цифрам мы с тобой все согласовали, – сказал Воробьев. – Теперь делаем следующим образом. Набирай как можно больше денег у кого угодно – у бандитов, у предпринимателей, у кредиторов, у спонсоров. Ты должен набрать сумму сто пятьдесят миллионов. Деньги должны быть выданы под ГКО.

– А что дальше?

– Где-то в августе ГКО не будет.

– Как не будет?

– А так. ГКО будут полностью ликвидированы.

– Погоди, а деньги-то как?

– А вот деньги ты на это и спишешь, что ГКО не будет. Все будет сделано четко. Это и есть моя доля и мое участие. А теперь поговорим о Кузе.

– Это проще простого. Собираемся мы в разных ресторанах, чаще всего в трех.

– Так, какие?

– Два в городе, – Валентин назвал рестораны.

– Это не подходит. А третий где?

– Третий в Люберцах, стекляшка. Помнишь?

– Вот это то, что надо! – обрадовался Воробьев. – А фотографию Кузи можешь достать?

– Конечно. У меня пол-альбома с его фотографиями.

– Прекрасно. Значит, на одну из встреч, которая у тебя с ним состоится после определенного числа, которое я назову тебе в ближайшее время, ты поедешь с одним человеком, – сказал Воробьев.

– Что за человек?

– Бывший спецназовец, я нашел его по контракту. Он ничего не знает. Деньги ему платил я. Ты его только до кафе довезешь.

– Как это довезу? Я же не один, а с охраной езжу! А у меня ребята – бывшие гэбэшники, они тут же вычислят его!

– Да не надо его везти, он за тобой поедет, на своей машине! Тебе нужно просто войти в это кафе, посидеть с Кузей, поговорить с ним, а потом выйти в туалет. Там есть черный ход?

– Есть.

– Вот откроешь дверь черного хода, и все. Пока ты находишься в туалете, весь вопрос будет решен.

– А если Кузя приедет не один?

– Это уже не наши проблемы, а того спецназовца.

Валентин долго обдумывал эту комбинацию. В конце концов он ничем не рискует. Но эта загадочная фраза, что ГКО больше не будет, его очень удивляла. Как же так – вроде наоборот, все идет очень хорошо, и вдруг ГКО не будет? Он прекрасно понимал, что ГКО – это карточный домик и практически никакой основы под ГКО нет, что государство одалживает деньги у них – у коммерсантов, у банкиров – и отдает проценты за счет денег, взятых у других коммерсантов и банкиров. Практически получалась знаменитая пирамида Мавроди.