Текст книги "Найдёныш 3. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

запустит незнакомца в дом, а хозяйка не захочет иметь дело с незнакомцем, излишне сухо спросила низковатым голосом:

– Как изволите представиться?

– Никита Назаров, курсант Высшей Военной Академии, – решил пока назваться так молодой волхв. – Я из Петербурга.

– Извините, но вам придется подождать некоторое время за воротами, -кивнула женщина и не дожидаясь каких-то слов от парня, закрыла дверь. Никита пожал плечами, сбросил сумку на землю, а сам сел на удобную деревянную скамеечку, поставленную добрым человеком в тени разлапистой черемухи, росшей тут же. Пока он бездумно пялился на яркие заборы и крыши соседних особняков, к нему подошел лохматый пес непонятной раскраски: то ли серый, то ли черный от грязи, со свалявшимся колтуном на хвосте и худых ребрах.

– Что, брат, не кормят тебя здесь? – улыбнулся Никита.

Пес по-человечьи вздохнул и вдруг положил морду на его колени. Пришлось слегка почесать его за ухом. Жаль, бутербродов не захватил. Съел в буфете на автобусной станции в Митаве только пару больших пирожков с мясом, рассчитывая, что в доме баронессы ему не дадут умереть с голоду.

Дверь распахнулась. Женщина в переднике смягчила свой голос:

– Господин Назаров, пожалуйте в дом. Барыня ждет вас.

Никита еще раз потрепал холку пса и зашел внутрь, дождался, когда женщина закроет ворота и только потом пристроился за ее спиной. Они пошли по садовой дорожке к двухэтажному особняку, чем-то неуловимо напоминающему дом Никиты на Шуваловских дачах. Скромный,

небольшой, нарядный с ажурными наличниками по первому этажу, высокие окна, закрытые новомодными жалюзи. Справа от дорожки сразу за рядом цветущих кустарников часть территории закатана в асфальт. Вероятно, в доме баронессы есть машина, которая через большие ворота выезжает наружу. Да, вот и гараж неподалеку. Еще дальше разбит яблоневый сад, где копошился человек. Он что-то собирал граблями, стаскивал мусор в кучу, и выпрямившись, внимательно посмотрел на происходящее.

Горничная показала рукой, чтобы Никита поднимался по лестнице наверх, а сама торопливо простучала каблуками туфель по полу, вошла в дом через парадную прихожую.

– Господин Назаров! – объявила она громко.

Да, ошибся ты, прорицатель фигов, – усмехнулся про себя Никита, увидев перед собой статную женщину преклонного возраста в длинном цветастом платье, из-под которых выглядывали носки домашних туфель. С короткой стрижкой и подкрашенными в черный цвет волосами, чтобы скрыть седину, баронесса выглядела моложаво. Лицо красивое, слегка удлиненные скулы, морщинки присутствуют, образуя радиальные лучи от уголков глаз, которые внимательно изучали молодого человека через тонкие стекла очков с золотой оправой.

Неуловимые, но такие дорогие черты Тамары проскользнули на миг и исчезли, словно морок.

– Агата Семеновна? – шагнул вперед Никита и четко кивнул головой. -Разрешите представиться….

– Иди ко мне! – улыбнулась женщина и распахнула руки. – Никита,

мальчик мой! Я уже все знаю, мне Тома все уши прожужжала про тебя! Ничего не оставалось, как аккуратно поставить сумку на пол и сделать еще два шага навстречу и попасть в объятия баронессы. Чувствуя себя немножко не в своей тарелке, Никита застыл в объятиях хозяйки, и пока не получил троекратный поцелуй, из плена выпущен не был.

– Проходи в гостиную, – баронесса скинула очки, неуловимым движением пальца провела по уголку правого глаза. – Аните! Распорядись, пожалуйста, с ужином! Сегодня он у нас будет ранний!

Крикнув это в пустое пространство между парадной и широким коридором, Агата Семеновна пояснила:

– К обеду ты уже опоздал, Никита, но ужинать будем пораньше. Перекусы не приемлю. Ты ведь из Митавы на автобусе приехал?

– У вас прекрасное знание моих передислокаций, Агата Семеновна, -улыбнулся Никита, проходя в большую гостиную, обставленную старомодной, но выглядящей вполне стильно, мебелью из красного дерева. Позолота рам, хрусталь в шкафах, хром люстры, веселые зайчики от последних лучей солнца, заглядывающих через распахнутое окно в сад. – Из Митавы на такси дороговато выходит. А на автобусе для военных льготная скидка.

– Ой, мальчик мой, поживешь сорок лет с офицером, и не то поймешь в ваших мужских играх, – махнула рукой баронесса и показала на диван, куда и сел Никита. Сама же она пристроилась в кресле, стоящем чуть в стороне. – Уже целый месяц в нашей тихой губернии такая суматоха, даже Творец заткнул уши и убежал отсюда. Порт закрыт для иностранных кораблей, самолеты не летают, только внутренние рейсы. Даже глупец

поймет, что русский медведь проснулся после зимней спячки.

– Легкое проветривание шкуры, – улыбнулся Никита, поражаясь стилю общения баронессы.

– Как тебе удалось вырваться из полевых лагерей? Во время учений мало кого отпускают на вольные хлеба, ведь так? – деловито спросила хозяйка, беря в руки вязание. Пояснила: – Не могу без дела сидеть. Все время руки ищут работу.

– Заслужил двухдневный отпуск за боевые заслуги, – скупо улыбнулся волхв, медленно приходя в себя. Все-таки баронесса старалась максимально сблизить границы, видя, что молодой парень смущается.

– За что? Это не секрет?

– Захватил вражеского волхва, что расценивается как потеря боевого знамени противника.

– Да-да, мне известно об этом, – покивала Агата Семеновна и через очки посмотрела на Никиту. – Расслабься, сынок. Я – старуха простая, хоть и пропитана вся аристократизмом по самую макушку. Только кому его демонстрировать? Паре служанок, повару и садовнику? Ха-ха! Я из поместья вообще никуда не выбираюсь. Есть телевидение, радио – мне хватает с избытком знать все новости. А, да, еще и телефон. В последнее время он не умолкает. Петербургская родня разорилась на звонках!

Бабуля оказалась словоохотливой; ее речь была плавной, ненавязчивой, обволакивающей теплом и уютом, отчего Никита на самом деле расслабился и поплыл.

– Пару дней назад Тамара звонила вся в расстроенных чувствах, – вдруг сказала баронесса, – ей что-то привиделось. Якобы с тобой произошло

какое-то несчастье. Внучка нервничает, чуть ли не каждый день спрашивает, приезжал ли ты ко мне. Я не выдержала и немножко накричала на бедную девочку. Может, я не права? Сможешь пояснить эту странность?

– Да, во время боевого задания я умудрился угодить в болото, – кисло усмехнулся Никита. – Попал в зыбун. Причем, уже в самом конце, когда думал, что преодолел топь. Нога соскользнула.

– Вот как? Хм, это меняет дело, – поджала губы Агата Семеновна. – Как спасся?

– Стал звать свою Берегиню, – почему-то сознался Никита и покраснел. -А помог один старик. Появился словно из воздуха, даже не понял сначала.

– Эмоциональный канал, – кивнула баронесса. – Такое бывает. Тамара тебя очень любит, раз на таком расстоянии сумела пробить сопротивление астральных полей, в которых настолько дикое движение мыслей, образов, магических плетений, что наши реальные автомобильные потоки на дорогах – детский лепет. Это под силу только завязанным друг на друга очень близким людям.

Агата Семеновна чересчур внимательно поглядела на Никиту, которому пришлось сделать нейтральное выражение лица. Хотя, перед кем он хитрит? Его же читают, как раскрытую книгу.

– Я считал, что любая Берегиня способна на чудеса.

– Ну, не стала бы так категорически заявлять, – усмехнулась женщина, автоматически двигая руками. Спицы так и мелькали серебристыми росчерками. – Не всякая Берегиня, кроме защиты, способна и на ментальный зов. Большая редкость, знаешь ли. В нашем роду по линии

Суворовых было много девушек, которые не дотягивали до высшего ранга. Получались эмпаты, сенсорики, лекари, ведьмы. Берегиня была одна – прапрапра… Впрочем, сейчас это не важно. У Меньшиковых вообще такого сокровища не было. А что ты хотел? Аристократами они стали благодаря Петру, а так бы в навозе копались до сих пор…

Никита закашлялся. Вот так отжигает бабуля! Крепко она припечатала род Меньшиковых.

– Томочка – плоть и кровь от нашего рода, – безапелляционно заявила Агата Семеновна. – Я и Косте не раз высказывала свое мнение, даже еще до женитьбы на Наденьке. Сильно злился, даже орал на меня…

Тут баронесса улыбнулась, вспоминая былые битвы с Великим князем. Кажется, ей доставляло удовольствие хоть иногда утирать нос кому-то из Меньшиковых.

– Но ведь Надежда Игнатьевна в итоге вышла за него замуж.

– Я не могла препятствовать вспыхнувшим чувствам молодых, а отец -Игнат Всеславич – вообще был рад сближению с императорским кланом. Хвала Творцу – все у них сладилось. Девочки – прелесть, а на внука я не особо рассчитываю. Костя после инициации возьмет мальчишку под опеку, и лично будет следить за его развитием. Мужчина в роду Меньшиковых – прежде всего боец, защищающий интересы клана.

– Я не все понял в механизме защиты Берегини, – заполнил возникшую паузу Никита. – На каком предельном расстоянии может действовать ее поле, внедренное в ауру избранника?

– Не больше ста километров, – поджала губы баронесса, – но это всего лишь грубые прикидки. Кто-то и больше пробивает. Я не знаю, какую

энергию и Силу надо иметь, чтобы защитить мужчину на другом конце света только усилием своих внутренних ресурсов. Но теперь я точно знаю, что Тамара существенно расширила свои возможности. Вот только откуда идет подпитка?

– Значит, всемогущество Берегини – миф?

– Ну, с чего бы? Нет, не миф. Знаешь, за счет чего достигается неуязвимость партнера? Внутренний щит, встраиваемый в ауру любимого человека. А ещё медальоны, амулеты, камешки, часики – да любая мелочь, в которую вживляется энергетическая структура Берегини. Сложная схема, согласна, но именно она дает уверенность в неуязвимости, потому что работает в паре с внутренним щитом.

– Защитный оберег, – кивнул Никита.

– У тебя он есть?

– Нет.

Брови хозяйки взлетели в удивлении. Она даже паутину свою отложила.

– Эта коза не повесила на тебя оберег? Вот же… Тогда получается… А что получается? Откуда тогда подпитка на такую трудоемкую функцию? Не понимаю.

– От меня, – признался Никита. – Мы завязаны друг на друга. Наши ауры настолько удачно совместились, что мы теперь обмениваемся энергией без труда, если находимся в прямой или эмоциональной связи.

Агата Семеновна вгляделась в Никиту, словно видела его впервые, и медленно покачала головой.

– Костя – жутко удачливый проныра. Заполучить в свой род потенциального иерарха, волхва, держащего в кулаке Четыре Стихии -

это многого стоит. Теперь я понимаю, зачем он устроил этот дурацкий спектакль прошлым летом. Не сообразила. Мало информации было. Значит, он тебя ломал под свои долгоиграющие схемы.

– Пять Стихий, Агата Семеновна, – тихо сказал Никита. – Меня дед называет Стяжателем. Шутник, да?

Наступила пауза. Баронесса скинула очки и вдруг рявкнула так, что закачались хрустальные плафоны на люстре:

– Аните!

Горничная появилась мгновенно, материализуясь из пустого пространства. Сложила руки на переднике и выжидающе уставилась на хозяйку.

– Что с ужином?

– Через пятнадцать минут мы начнем накрывать на стол, барыня.

– Не задерживайтесь! И достаньте бутылку белого Муската из Воронцовских виноградников!

– Слушаюсь, госпожа! – Аните так же мгновенно исчезла, а откуда-то из глубин дома послышался звон посуды, пахнуло вкусностями, от которых слюнки у проголодавшегося Никиты заполнили рот.

– Еще немного, Никита, и будем трапезничать, – опять превращаясь в добрую бабулю, улыбнулась баронесса, угадав по мимике волхва его желания. – Поговорим о тебе, о ваших будущих планах. О свадьбе меня уже известили. Обязательно приеду. Жаль, что Игнат не дожил до этого дня…

– Агата Семеновна, а я могу позвонить Тамаре с вашего стационара? Наши телефоны все изъяты до окончания учений, даже не могу предупредить,

что со мной все в порядке.

– Ох, я дура старая! – совсем не по-старушечьи вскочила баронесса. -Конечно, конечно, сынок! Бери телефон и разговаривай, сколько угодно. Я тебя в кабинет мужа проведу. Трубка все-равно беспроводная, ничего под ногами не будет мешаться…

В кабинете покойного Суворова стоял полумрак, и в нем, казалось, застыло время и не произошло никаких изменений, коснувшихся остального дома. Тяжелые портьеры, через которые едва проникало вечернее солнце, массивные старомодные шкафы с книгами за стеклянными дверцами, стол под зеленым сукном, ажурная настольная лампа, кресло, стул, чистый паркет. Уборку, в отличие от переделок, здесь периодически проводили. Ни пылинки, ни соринки. Агата Семеновна кивнула ободряюще и прикрыла за собой дверь.

Никита с удовольствием утонул в глубоком мягком кожаном кресле, даже запищавшем от удовольствия, что его почтили, наконец, вниманием. Удобные подлокотники, валик под головой. Антикварное изделие оказалось лучше новоделов, заполонивших магазины Российской империи. Волхв призадумался, вызывая в памяти номер мобильного телефона Тамары. Хорошо, что в свое время заставил себя выучить ряд цифр, не доверяя аппарату. На всякий случай. Вот и представился он, даже удивительно.

– Бабушка! – послышался встревоженный голос Тамары, как только пропали гудки. – Ты что-то узнала о Никите?

Никита улыбнулся. Волна нежности затопила его до самой макушки, даже мурашки побежали по спине.

– Это я, солнышко, живой и здоровый!

– Ох, – раздался протяжный вздох. – Это точно ты, Никита?

– Придется поверить на слово.

Не веря своим ушам, он услышал рыдания девушки.

– Я так боялась…. Ты не представляешь, что я пережила, когда у меня видение было! Как будто ты тонул в гадком болоте и звал меня!

– Как видишь, щит Берегини помог мне.

– Ты и в самом деле в болото попал?

– Так получилось. Случайно отступился – затянуло.

– И как умудрился туда вляпаться? – шмыгнула носом княжна, успокаиваясь.

– Задание выполнял. Так иногда бывает, милая.

– Ну, да, безрассудства в твоей голове больше разума, я лишний раз убеждаюсь. Опять, наверное, взвалил на себя спасение окружающих. А сейчас все в порядке?

– Конечно, – засмеялся Никита. – Твоя бабуля просто изумительный собеседник. Не дает скучать. Много интересного узнал…

– Ты не принимай всерьез ее некоторые высказывания, – озабоченно проговорила Тамара. – Она и живет на задворках империи, что не всегда умела придержать язык.

– Я это уже понял. Оригинальная она женщина. Расскажи лучше о себе.

– Я очень по тебе скучаю, Никита, – жалобно произнесла Тамара. – Не знаю, что делать. Уже в наш особняк съездила, ревизию провела, наметила фронт работ. Ремонт большой предстоит. Учусь на практике, осваиваю экономические премудрости. Знаешь, почему-то считала, что на

расстоянии будет легче осмыслить наши отношения и ожидания от будущего, а случилось наоборот. Так плохо, как будто от сердца оторвали что-то дорогое. На меня это не похоже. Что ты со мной сделал?

– Полюбил, – раздвинул губы в улыбке волхв.

– Это из-за слияния аур происходит?

– Я не могу ответить, честно. Не знаю. Самого к тебе тянет, сил нет. Подожди еще немножко, мероприятия заканчиваются. Еще недельки две… С дедом как?

– Все нормально, звонила недавно ему. Уже с постели встает, ковыляет по имению, ворчит на строителей. Что вы там затеяли?

– Охранный периметр укрепляет. На будущее.

– Опять мутишь, Назаров, – в голосе княжны появились нотки настороженности, когда ей начинало казаться, что Никита излишне секретничает. – Тебе лучше все рассказать сейчас будущей супруге, чтобы потом не получить по шее.

– Ну, вот, угрозы пошли, – облегченно вздохнул парень. Тамара успокоилась, вернулась в прежнее состояние. – Как там Катерина?

– А тебе зачем? – голос угрожающе зазвенел. – С чего ты вдруг заинтересовался моей младшей сестрой? Никита, мне кажется, купание в болоте плохо сказалось на здравости твоего ума.

– Согласен, глупо получилось. Я же просто поинтересовался, милая. Никаких намеков. Простая вежливость, – стал выкручиваться ужом Никита, кляня себя за лишний вопрос. – Передавай ей привет.

– Передам, не волнуйся, – за металлом голоса он чувствовал, что девушка сердится для стимулирования мозговых извилин у излишне болтливых

мужчин. – Никита… Береги себя, пожалуйста. Приручил бедную девушку к себе, а я места себе не нахожу теперь.

– Целую тебя, любимая.

– И я тебя, дорогой. Жду домой…

Несколько минут Никита сидел с закрытыми глазами, прокручивая в голове разговор, заодно возвращаясь к своему решению прервать карьеру военного. Все-таки правильно он поступил или опять опережает события своей жизни? Нет-нет, здесь же все ясно. Хозяйственное бремя наваливалось нешуточное, и на кого спихнуть все это? На чужого дядю? А как Патриарх тянул ношу, не чувствуя за спиной поддержки? Не стал доверять пришлым, создал свою команду, сплотил перед какой-то нужной стране целью. Снова подумал о людях, которые его видят, как раскрытую книгу: метания, попытки найти себя в жизни, непоследовательные решения. Это плохо. Надо учиться ставить задачи до начала их претворения в жизнь, и не сворачивать в сторону. Не понравится в Коллегии, снова в армию подаваться? Нет, все решено окончательно. Несколько лет настоящей научной работы и овладения мастерством магии не в кустарных условиях – это так немного.

Волхв решительно встал. Кажется, уже накрывают на стол. В гостиной, судя по суматошным всполохам нескольких ярких точек в астральном поле, баронесса гоняет прислугу. Пора бы поужинать и приготовиться к долгим разговорам. Сегодня Агата Семеновна точно не даст уснуть. Недаром же бутылку белого вина приказала достать.

Гпава двенадцатая

– Господа, два часа назад я получил шифровку из Хабаровска, -император обвел взглядом напряженно сидящих за длинным столом министров военных ведомств, членов дипломатического корпуса, Великих Князей Константина и Михаила. Заняв место в своем большом кожаном кресле, он по обыкновению сцепил пальцы рук в замок. На левом запястье поблескивали золотом часы, запонки на манжетах рукавов отливали рубиновым цветом драгоценных камней. – Политическая обстановка ухудшается с каждым днем. Небесная Канцелярия Цин-Го пошла на прямой сговор с китайским богдыханом. Не знаю, что там пообещал этот колеблющийся на ветру фарфоровый болванчик, но по разведданным в сепаратных переговорах замечен след американцев. Андрей Егорович, что ты скажешь?

– Этого и следовало ожидать, – не выдержал Токарев – начальник Генштаба. – Последний месяц такие шифровки косяками шли. Тайная резидентура в Бейджине выяснила, что американцы продавливают сближение Маньчжурии и Китая, чтобы нависнуть над нашими границами монолитной стеной. В случае военного конфликта, который затевает Цин-Го, китайцы втянутся в него на стороне маньчжуров.

– Каковы шансы противника на успех? – Александр подтянул к себе одну из папок, лежащих на его столе и открыл, не забыв взять карандаш в руку.

Военная стратегия Небесной Канцелярии Цин-Го предполагает нанесение удара по южному выступу в районе Албазина и Благовещенска. Именно там сосредоточены наши основные силы для сдерживания

агрессии маньчжуров, – ответил Токарев. – Почему-то штабные специалисты уверены в том, что мы начнем поспешно стягивать в этот район дополнительные войска, учитывая важность выступа. В тот момент, когда мы полностью окажемся втянутыми в боевые действия, китайцы ударят со стороны озера Ханко с одновременным отсечением Владивостока от основных коммуникаций, а также в направлении Хабаровска. Пять пехотных дивизий уже сформированы и стоят вдоль границ. Зафиксирована переброска Четвертой танковой бригады «Яростные тигры» и Шестой танковой бригады «Серебряные Драконы» в район города Хулинь. А до границы оттуда совсем недалеко.

Александр сделал предупреждающий жест рукой, и начальник Генштаба замолчал.

– А что скажет дипломатический корпус? Я от нашего МИДа не слышу конструктивных действий. Владислав Андреевич, что вы сделали, чтобы осудить сепаратные переговоры китайцев и маньчжуров? Кажется, у нас с Драконом есть кое-какие договоренности.

– Китайцы, Ваше Величество, весьма хитроумны и коварны в плане таких договоренностей, – кашлянул перед своим выступлением князь Суворов. Как руководитель МИДа, он уже давно был извещен о возне двух азиатских тигров под ковром. – Они водили нас за нос долгих четыре месяца, и сумели-таки обмануть. О сепаратных переговорах стало известно недавно, и сорвать их не представляется возможным. Мы направили ноту протеста Китаю, заодно предупредили американское консульство в Петербурге и Бейджине о недопустимости вмешательства во внутреннюю политику двух сопредельных государств.

– Янки – упертые ковбои, – махнул рукой Александр, – их надо сразу в лоб бить, чтобы с седла слетели и сели разговаривать с партнерами на равных. Они озлоблены срывом комбинации по Вонсану, и теперь всерьез рассчитывают отрезать его от наших коммуникаций. Для того и танковые клинья подготовили.

Великий князь Константин набычился. Он понял, что старший брат-император до конца жизни не простит ему истории с дочерью, попавшей в лапы американской резидентуры, и только чудом спасшейся, заодно разрушив действительно коварную и непробиваемую комбинацию. С другой стороны, а почему только его привязывают к событиям на Дальнем Востоке? Ведь и до назначения Константина Михайловича на пост наместника происходили неприятные инциденты. По лицу Александра видно, что готовит какую-то пакость для своего брата.

– Наши действия должны быть скоординированы, господа, – сказал Александр. – Но меня больше всего беспокоит флот. В Вонсане стоят несколько наших кораблей, а АУГ азиатского флота американцев крутится неподалеку. Всего сто морских миль, вроде бы и не раздражают, но кто знает, как отреагирует «ю-эс Нави» на конфликт.

– Гадить будут, это точно, – сказал кто-то за столом.

– Есть предложения? – насупился император.

– Если перережут коммуникации между Хабаровском и Владивостоком, то это не скажется на боеспособности флота, – сказал пожилой офицер в морском адмиральском кителе. Это был Фроленко – командующий ВМФ Российской империи. Распушив свои седые роскошные усы, он подобно императору сцепил пальцы в замок. – Тихоокеанский флот может

действовать автономно. У китайцев нет таких сил, чтобы блокировать Вторую эскадру в вонсанской акватории. Разве что миноносками кровь попортят. Но до нас им еще нужно добраться, минуя Цусиму. Надеюсь, император Ли Хон прищемит своим соседям пышный хвост. У него хватает кораблей, чтобы контролировать прибрежную зону.

– То есть, Антон Евгеньевич, вы абсолютно уверены, что боевые действия не будут перенесены на морские коммуникации?

– Так точно, Ваше Величество. Мы уверенно контролируем ситуацию. Американский флот больше для солидности и успокоения китайцев. Все события должны развернуться на сухопутном ТВД.

– Абсолютно согласен с Антоном Евгеньевичем, – подтвердил начальник Генштаба. – Разведданные говорят именно об этом. Может, все это блеф и один из рычагов на наши позиции по будущим переговорам, если таковые возникнут. Будут шантажировать войной.

– А переговоры нужны? – усмехнулся Александр, рисуя на листке бумаги веселую рожицу, весьма похожую на среднего брата. Он уже определился, и сейчас просто прощупывал настроение своих подчиненных.

– Думаю, Ваше Величество, на них стоит идти, даже если будет видно, что маньчжуры или китайцы тянут время для усиления военной группировки,

– кивнул Суворов.

– Не опоздаем?

– Для того, чтобы не опоздать, надо провести скрытную передислокацию авиации и тяжелой техники, – подал голос Токарев. – Под видом учений. Заодно и армию подтянем.

– Этим мы не замажем глаза соседям, – усмехнулся Великий князь Михаил

Михайлович, сидевший напротив среднего брата.

– А и не нужно, Ваше Высочество, – посмотрел на него начальник Генштаба. – Это всего лишь мягкое напоминание, что медведь не дремлет. Пока будет идти позиционная возня, разведка сможет добыть более существенные данные по ситуации на Дальнем Востоке.

– Самуил Петрович, может, у тебя есть что сказать? – император посмотрел на Житина, скромно пристроившегося на дальнем конце стола.

– Сидишь скромно, что-то пишешь в блокнот.

Он усмехнулся.

– Я уже отдал все необходимые распоряжения, Ваше Величество. Практически все лучшие силы задействованы в добывании информации. Резидентура работает день и ночь. Можно сказать, что действия вероятного противника нам известны на восемьдесят процентов. Все необходимые данные и мои соображения по ситуации находятся на вашем столе, – намекнул Житин на пачку папок, содержимое которых Александр собирался изучить после совещания.

– Получается такая картина, – император постучал кончиком карандаша по столу, – что в данный момент идет накачивание военных усиленной дозой вооружения и тяжелой техники. Перебрасывают подразделения к нашим восточным границам, заодно наши зарубежные недруги стараются склеить фарфоровую чашку из китайской и маньчжурской половинок. Ладно, своих магов не подтянули, чтобы мозги запудрить азиатам. Значит, начинаем учения «Восточный барьер» с первого июля. Передислоцируем авиацию и тяжелую технику с постоянных баз на временные точки. Делаем много шума и пыли. И почему никто не предложил мобилизовать

потайников? Хватит мелочами заниматься. Не забывайте, сколько у них народу находится на территории Китая и Маньчжурии! Контракты, сопровождение грузов и прочие коммерческие услуги. Кто мешает им отслеживать ситуацию за кордоном?

– Кто займется Тайными Дворами? – проворчал Константин Михайлович. -У нас нет серьезных специалистов по координации. Войны тоже пока нет. Пошлют подальше.

Он смутился от пристального взгляда императора; сразу стало не по себе. Что-то Сашка задумал.

– А чего там координировать? – воскликнул Житин. – На дальневосточном

направлении всего три филиала: Амурский, Хабаровский и

Забайкальский. Их надо объединить в единый центр и дать точную задачу, что делать. Стражи – не дураки, ломаться не станут. Понимают, чем пахнет возня тигров возле наших границ.

– Хорошо, идея правильная, – сказал император и хлопнул рукой по папкам. – Можете быть свободны, господа. Завтра я выскажу свои соображения по вашим докладам. Константин Михайлович, останьтесь на пару слов.

Сразу возникала сутолока, послышались оживленные разговоры, кто-то посмеивался. Средний Меньшиков про себя вздохнул. Везет Мишке – не задействует его Александр в своих высокомудрых комбинациях. Протянув руку к бутылке с минеральной водой, налил в стакан, выпил. Пока осушал до донышка, в кабинете никого не осталось. Император молчал, перекладывая папки в сейф.

– Ты торопишься? – спросил он, наконец. – Может, пообедаем вместе?

– Ради этого меня остановил? – удивился Константин Михайлович.

– Нет. Хочу сказать, чтобы ты собирался в Хабаровск, – спокойно глядя на брата, ответил Александр. – Ты же наместник, пусть и дистанционный, хотя мне не очень нравится такая постановка твоей должности.

– Но…, – оторопел средний Меньшиков, – у дочери же свадьба скоро…

– Приедешь к тому времени, чего так разволновался? – усмехнулся венценосный брат. – Пару месяцев проконтролируешь ситуацию в округе. Мне нужен там свой человек, понимаешь? Который сможет объективно оценить степень опасности. А если начнется война – уже не до свадеб будет. Увы…

– Хорошо, – легко согласился Константин Михайлович. – Когда выезжать?

– Через два дня. Кстати, хочешь прокатиться через всю страну на новом скоростном экспрессе? – хитро прищурился император. Монорельс-двухпутку уже закончили, протестировали, все косяки устранили.

– Заманчиво, – почесал щеку князь Константин.

– Вот и ладно. Собирай вещи. За тобой заедут и отвезут прямо на вокзал. И еще… Возьмешь на себя координацию между Тайными Дворами.

– Да ты сбрендил, Сашка? – воскликнул брат. – Какая координация? Я вообще в их делах не смыслю ни шиша! Как я с ними найду общий язык?

– Ты как с императором разговариваешь? – усмехнулся Александр. -Совсем распустились в последнее время. Гляди, реально упеку на Дальний Восток хозяйство развивать. Вот что ты орешь? У тебя под боком прекрасный специалист находится, можешь его в младшие консультанты взять.

– Кого ты там присмотрел? Не знаю такого, – не сразу понял Великий князь, и только по раздвинувшимся в улыбке губам Александра, сообразил. Хлопнул себя по лбу.

– Ты о Назарове речь ведешь?

– А о ком еще-то? О зяте твоем будущем и говорю! Ну, Костя, совсем старый стал, мозги напрячь не хочешь! Он же пятнадцать лет бок о бок с потайниками жил, знает структуру управления, связи, разведки. В необходимых пределах, конечно. От мальчишки я многого не ожидаю, но это все-таки хлеб…

– Так мне с ним ехать предлагаешь? Не-не! Меня Тамара загрызет, а Наденька поможет доглодать косточки. Плохая идея, брат. Тем более, что он сейчас на учениях.

– Как вернется – сразу привлеки его к консультации. Пусть все подробно опишет на бумаге. Возьмешь с собой, в дороге изучишь. Но сначала реши дела в Хабаровске. Потайники – вторичное задание. По ходу работы определишься. Поработаешь до начала августа, потом вернешься. Пусть молодые от твоего тотального контроля отдохнут.

– Следил за мной? – буркнул уязвленный Константин Михайлович.

– Ты бы еще датчики слежения на ребят нацепил, – фыркнул Александр. -Моя служба неоднократно замечала людей Марченко, пасущих Назарова с Тамарой. Ты чем думаешь, брат? Зачем унижать дочку своим недоверием?

– Не учи меня! Не твоя дочь, понял?

– Она – моя племянница! И этим все сказано!

– Значит, специально устроил командировку? – побагровел средний Меньшиков. – Сговорились за моей спиной?

– Костя, – поморщился Александр, – ты, ей-ей, как ребенок малый, обижаться бросился. Я вообще не имел в виду ваши семейные тайны. Дело государственное, необходимое. А про молодых я к слову сказал. Кстати, ты в курсе, что Никита подал прошение об исключении его из ВВА и переводе в Академию Коллегии Иерархов.

– Что? – Великий князь, собиравшийся вставать, хлопнулся на стул. -Никита решился-таки прервать карьеру офицера?

– Да расслабься. Мечется мальчишка, не знает, куда приложить свою Силу. Мозги работают на созидание, а воинская дисциплина не дает развивать инициативу. В общем, он в чем-то прав. Иерархи, как только узнали о решении Назарова перейти под их крыло, матросскую джигу танцевали возле Коллегии. Случайно обмолвились, когда я с их высшим руководством встречался. Так бы тоже в неведении был.

– Тамара, наверно, будет очень рада, – пробормотал Меньшиков.

– Не сомневаюсь, – Александр вышел из-за стола. – Пошли, там уже стол накрыт. А то есть очень хочется. – Подхватил Константина под руку. -Пусть молодые свои отношения строят, будучи рядом друг с другом, а не на расстоянии. Сам же знаешь, как тяжело разрываться между долгом и ждущей тебя девушкой.