Текст книги "На что похожа любовь? (СИ)"
Автор книги: Валентина Мельникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 7
Рита
Я всегда принадлежала самой себе. В том смысле, что моей жизнью по большей части интересовалась только мама, с которой мы созваниваемся каждый день, а порой и не по одному разу. И вдруг появился человек – парень, – которому интересно, как прошел мой день, какие фрукты я люблю и над какой картиной вчера сидела полночи на кухне, пока соседка по комнате видела третий сон.
Это было странно, непривычно, но очень приятно. Без его пожеланий доброго утра и успехов в учебе не начинался теперь ни один мой день. Это стало доброй традицией, которая сразу давала положительный настрой, даже если за окном лил дождь, а в метро, расталкивая всех вокруг, на меня налетала какая-нибудь грузная тетка с мешками. Первой реакцией, конечно, стал бы внутренний протест и злость. Я никогда не позволяла себе сцепляться с такими людьми, прекрасно зная, что им нужен лишь повод и первая фраза, чтобы ты стал объектом, на который можно слить свою злость и неудовлетворенность жизнью. Поэтому подобных людей я старалась избегать и не связываться, но внутри, конечно же, всё клокотало. Раньше. А теперь я словно была наполнена гармонией и любовью до самых краев. Хотелось обнять целый мир и поделиться добром и светом. И то, что училась я не совсем той профессии, о которой мечталось, не сильно расстраивало. Я и эти знания старалась впитывать и хорошо учиться, потому что в жизни всё может пригодиться. Правда, порой на лекциях и ловила себя на том, что парю в облаках, и мысли совсем не тут, и что говорил только что педагог – пропустила мимо ушей. Приходилось себя останавливать, концентрироваться, вникать.
С наступлением учебного года мы с Денисом уже не могли видеться слишком часто, хотя постоянно были на связи. Наши вузы находились на достаточном расстоянии друг от друга, а еще Денис нашел подработку по специальности – в одной юридической фирме трудился друг его дяди, поэтому парня взяли на минимальный оклад. Впрочем, сам он ничуть не жаловался, считая, что главное в его положении – опыт, и не скрывал, что место досталось «по блату». Хотя какой уж тут блат? Я понимаю, когда сынков сразу берут на место зама руководителя в крупную фирму и он, сам еще ничего не понимая, не вникая в проблемы сотрудников, начинает «править», с лихой горячностью увольняя и, не задумываясь, выписывая штрафы сотрудникам. А когда вот так, с нуля, почти за бесплатно – другое дело. Я ведь и сама обучаюсь «по блату», хотя его оказали вовсе не родственники.
С Аглаей Михайловной мы договорились, что начнем заниматься с ноября, и я с нетерпением ждала этот день, а пока «создавала почву» – подрабатывала наборщицей текста. Хотя свободного времени было немного, ухитрялась каким-то образом, без ущерба для творчества и общения с Денисом посвящать пару часов в день «общественно-полезной нагрузке», как называла её про себя. И еще взяла одну девочку, второклассницу, с которой дважды в неделю занималась рисованием за небольшую сумму. Ходила к ней на дом, а после пары занятий её мама и вовсе предложила взять дополнительные часы и просто присматривать, пока сама она на работе, за Ксюшей, помогать с уроками – самой ей, мол, некогда, отец девочки вечно в командировках, а бабушки-дедушки живут далеко от Москвы.
Я сперва отказалась, мотивируя тем, что мое собственное расписание нестабильно, могут поставить пары. Но Наталья Филипповна – мама Ксюши – предложила попробовать. О времени, мол, договоримся, а мне она доверяет, да и с Ксюшей мы подружились. Сама девочка так смотрела в мои глаза, что я сдалась. И теперь про то, чтобы почитать книжку или прогуляться по Москве можно было только мечтать. Второе было возможно разве что во время встреч с Денисом, но тогда я чаще смотрела на него, чем на город.
А осень, между прочим, всё отчетливее вступала в свои права. Сперва чуть подернула золотом макушки деревьев, потом добавила красных оттенков, и с каждым днем всё больше и больше вокруг вместо зеленых листьев проявлялись оранжево-желтые, разбавляя серость осени и столичных многоэтажек.
Многие тяжело воспринимают возвращение холодов после теплого лета, для меня же эта пора – самая любимая. Мне лучше всего творится под стук капель по стеклу и подоконнику, а прогулявшись по городу под зонтом или по парку в ясный день чувствую, как напитываюсь эмоциями и вдохновением. Я вообще люблю бродить одна… Любила, точнее, до появления в моей жизни Дениса. Люблю смотреть на людей, «фотографировать» взглядом, чтобы после по памяти и ощущениям переносить увиденное на холст. Я знаю, что так писал Иван Айвазовский, хотя ни в коей мере не сравниваю себя с великим мастером. Но у кого же еще учиться, как не у гениев? Он «носил» в себе море. Часами смотрел на него, но никогда не писал с натуры. Возвращался обратно и создавал свои картины так, как запомнил его и почувствовал – в этом, пожалуй, и была глубина художника. Любого творческого человека. Когда «впитываешь» реальность, но всё равно пропускаешь через себя, и появляется нечто новое, сакральное, пропущенное через призму личного восприятия и жизненного опыта.
Стремительно ворвался в жизнь октябрь, и я стала думать, как отпраздновать свой день рождения. Присоединился и Денис, который уже пару раз «пытал» меня о планах на этот день, но я всё тянула. Вести друзей, пусть их и не очень здесь много, в кафе? Это дорого. Встретиться только с Денисом? Можно, конечно, но тогда получится, что всю ответственность я переложила на его плечи, хотя он, конечно, и вида не покажет – сделает всё, что в его силах, чтобы мне было уютно и радостно.
Тогда я решила пригласить всех к себе. Хотя слово «всех» – это очень уж громко: двух одногруппниц, с которыми общалась наиболее тесно, еще одну пару – Гришу и Дашу, с которыми мы вместе учились, Жанну и, конечно, Дениса. И Женю-соседку. Вот и весь мой московский близкий круг. Хотя и восемь человек, включая меня, для небольшой однокомнатной квартиры было немало.
Хлопоты по приготовлению к празднику вызывали во мне небывалый энтузиазм. Я продумывала, в чем встречу гостей и какие сережки подойдут к платью, что заказать, а что приготовить. И даже, никогда не пылавшая особой любовью к кулинарии, вдруг обнаружила себя увлеченно листающей рецепты на страницах Интернета в поисках несложных, но вкусных блюд.
Наконец «день икс» настал, и я с удивительной легкостью проснулась с утра, прочитала сообщение от Дениса, выслушала сонные бормотания с поздравлениями от Жени, получила от нее подарочный сертификат, что было весьма кстати, поскольку я как раз хотела посмотреть новые кисти, и рассказала соседке о своих планах на вечер. Запасного варианта у меня не было, я лишь надеялась на ее понимание, но Женя недовольства не выразила. Более того, даже вызвалась мне помочь вечером и занялась картошкой.
Весь день я купалась в любви и внимании. Преподаватели, узнав от моих однокурсников про особенный для меня день, не спрашивали на семинарах, позволив расслабиться, а сами ребята осыпали добрыми пожеланиями и сладостями.
Ну а вечер – кульминация праздника – ожидался и вовсе сказочным. Я впервые готовилась соединить все части своей текущей жизни в тридцати шести квадратных метрах одной квартиры: познакомить Дениса, соседку по комнате и однокурсников, которые стали мне больше, чем просто приятелями.
Почти всё было готово, только я не успела переодеться, когда раздался звонок в дверь. К счастью, Женя меня «прикрыла» и отправилась открывать, пока я судорожно пыталась справиться с молнией на спине. Поправила волосы и складки на платье, подмигнула своему отражению в зеркале и поспешила к гостям, точно зная, кто пришел первым. И я не ошиблась.
Женя
Я не сразу сообразила, что Денис ведь не знает мой адрес. Если только не воспользовался тем же шпионским методом, что и я, или не подсмотрел в журнале – он ведь, наверное, может, поскольку курирует нашу группу. И сразу с цветами… Что на него снизошло?
Расплывшись в улыбке, я пошире распахнула дверь. Потом разберемся. Сейчас главное – не спугнуть.
– Проходи. Вот так сюрприз!
Он впервые не улыбался. И букет в руке держал словно гранату.
– Женя?
Тут же позади меня щелкнула дверь комнаты, и я услышала Ритино:
– Привет! Проходи!
И вот тут-то Мистер Непоколебимость пришел в себя и улыбнулся так, что не нужно уметь читать мысли, чтобы понять, что было у него в голове в эту секунду.
Я обернулась на Риту. Та сияла не меньше.
– С Днем Рождения! – Денис протянул ей букет, минуя меня, а затем, не стесняясь, обнял.
Что тут, блин, происходит? Спасибо, что хоть от сцен с поцелуями оградили, голубки!
Я откашлялась, чувствуя себя неловко, оставшись без внимания. Решила взять роль хозяйки и разумного человека на себя.
– Разувайся и проходи, кухня там, – и сама первой отправилась в указанном направлении.
– Вы уже познакомились? – донесся до меня голос Риты.
Что ответил Денис я не слышала. Внутри бурлила ярость.
Мне совершенно не хотелось сидеть вместе с ними.
Кто-то опять позвонил в дверь, и пока Рита открывала, Денис прошел следом за мной на кухню.
– Ничего себе, какие случаются совпадения, – произнес он так просто, словно и не видел, что я обратила на него внимание и всячески хотела заполучить его расположение в ответ. Может быть, правда не видел? Ну конечно, разве каждая девчонка бегает за ним по пятам и спрашивает совета? И когда он с Риткой успел познакомиться? До или после меня, интересно?
Внутри было гадко, и очень хотелось эту злость на кого-то излить. Впрочем, Денис для этой роли не подходил. Не то чтоб я верила, что между нами еще что-то возможно, просто не хотела в его глазах превратиться из доброго эльфа в коварную ведьму.
– Да уж, – процедила в ответ, не пряча эмоций.
К счастью, долго наедине мы не оставались: пришли одногруппницы моей соседки, загомонили, откуда-то появились бокалы и кружки, поскольку на всех не хватало. Я смотрела на весь этот балаган через мутную пелену.
– Жень, всё в порядке? – заметив мое состояние, учтиво поинтересовалась Рита.
Я невразумительно пожала плечами и сказала, что чувствую себя плоховато – пойду прогуляюсь. Задерживать меня никто не стал. А я гуляла до тех пор, пока окончательно не замерзла – лишь бы не встречаться опять с этой парочкой.
Вернувшись домой часа через три, попала в блаженную тишину и пустоту. Наверное, Рита пошла провожать гостей…
На кухне еще оставались остатки праздника: ошметки конфетти, которым осыпали именинницу, конфеты в блюдце, гора немытой посуды и початая бутылка шампанского. Я налила себе немного прямо в кружку и выпила залпом. Не знаю, зачем. Захотелось.
Может быть, не встреть я сегодня в квартире Дениса и не узнай про их отношения с Риткой, помыла бы за нее посуду в честь праздника, но теперь даже рисунки на стенах возле ее дивана вызывали лютое раздражение. Едва сдержалась, чтобы отвести взгляд и не порвать в клочья.
Не мое это дело. Остынь, Женя.
Когда Ритка вернулась домой, я притворилась спящей, хотя сама отвернулась к стене и глотала слезы. Ни один мужик на земле не заставлял меня плакать, а тут… Что ж, они еще пожалеют.
План в моей голове созревал очень медленно. На следующий день я отправилась к вузу Ритки, прогуляв одну из собственных пар, чтобы посмотреть, с кем еще она там общается. Близкий круг мне был неинтересен.
Присев на одну из лавочек в стороне от входа, принялась наблюдать. Через двадцать минут начала замерзать – пришлось прогуливаться неподалеку, не спуская глаз с входной двери. Из нее постоянно кто-нибудь выходил, кто-то входил, неподалеку стояли курильщики. И вот, наконец, народ повалил, что означало конец очередной пары. Я надеялась увидеть и Риткину группу, и мне повезло.
Они вывалились все вместе, стали недалеко от порога. Кто-то подходил, уходил. Рита постояла немного и пошла в сторону остановки. Я же осталась наблюдать дальше. Вычислить лидера было несложно – весельчаки и балагуры, которые хоть и учатся часто не очень усердно, а всё же умеют создать атмосферу и обладают легким нравом, видны всегда сразу. Здесь таким был коротко стриженый парень среднего роста в коричневой толстовке. Большая часть людей вокруг уже разошлась, а он всё продолжал развлекать девчонок, активно жестикулируя и вызывая смех то ли историей, то ли своим эмоциональным пересказом.
Недолго думая, я пошла на абордаж. Вроде как мимо проходила, а возле них вдруг раз – и споткнулась. И согнулась от боли – что-то с ногой.
Тактика сработала, и балагур оказался возле меня первым. Всё верно, это не я растеряла навык, это Денис оказался бесчувственным. Другие вон как стремятся помочь девушке!
– Всё в порядке? – услышала я и подняла благодарный взгляд.
Я еще ничего не сказала, лишь посмотрела на него снизу вверх, а он уже расплылся в улыбке.
Оставшиеся без внимания девушки недовольно оглядывали разыгравшуюся перед ними сцену, не особо пряча оценивающий меня взгляд. Но на них мне было плевать.
– Спасибо, – принимая его протянутую руку и поднимаясь, ответила я. – Подвернула ногу, наверное. Больно…
– Вы в институт или домой?
– Теперь уже, наверное, домой, – печально пролепетала, одаривая его еще одним благодарным взглядом.
Он тут же расправил плечи – и сам, наверное, не заметил, но от меня сей факт не укрылся.
– Давайте я подвезу. До парковки дойдем? Тут недалеко.
– Да, спасибо, – и я с удовольствием оперлась на его руку.
– Девчонки, пока, – махнул он рукой, почти не глядя в их сторону. Ну ничего, завтра придет в институт, хвост распустит, и снова все дамы будут его, и простят всё безропотно. Не бойтесь, девочки, я вам не соперница, моя миссия кратковременная.
– Может, лучше в травмпункт?
– Не надо, не надо, – тут же отреагировала отказом. – У меня с детства страх врачей. Да и не так уж всё плохо, я думаю. Чуть растянула – пройдет.
– Ну, смотрите. А живете где?
Я назвала станцию метро. Отсюда неблизко. Времени пообщаться будет достаточно.
Моего нового знакомого звали Павел. Он быстро распустил перья, стараясь произвести впечатление, и я охотно подыгрывала ему. А когда он спросил, где учусь, ответила честно, на юридическом, но сюда хожу на занятия по рисованию. Мол, всю жизнь мечтала, но не поступила. Он проглотил всё безропотно. А когда сказал, где учится сам, я артистично расширила глаза в диком ужасе.
– Ты серьезно?
Он весь напрягся:
– Ну да, а что?
Тут-то и пришло время моей легенды. О том, что по факту я поступила, но в последний момент на мое место взяли «блатную», как я выяснила потом – ту самую Риту, с которой он учится. Мол, она протеже одной из профессорш.
– А, я, кстати, что-то такое слышал, когда девчонки трепались. Она рассказывала, что хотела поступить в другой вуз, но не получилось. А тут ей помогли.
– Помогли, – фыркнула я. – Заняла чужое место и в ус не дует.
– А ты теперь что? – сочувственно спросил он.
– Учусь тому, что не нравится. Родители запихнули. Но это, наверное, не случайность, что судьба нас столкнула именно с тобой, правда?
Он тут же разулыбался, снова почувствовав себя альфа-мачо.
– Конечно, не случайно.
– Как думаешь, надо учить тех, кто поступает так подло, а?
Он скис и задумался. Явно ожидал совершенно не этого.
Я положила руку ему на плечо и медленно провела вниз до локтя. Видела, как он весь напрягся. Тело и разум в нем боролись нешуточно, поэтому я решила использовать свой арсенал обольстительницы по максимуму.
– Ничего себе, бицепсы! Ты занимаешься спортом?
Он взглянул на свой локтевой сустав, где застыла моя рука, и произнес, отвернувшись вновь к лобовому стеклу:
– И что ты хочешь?
– Хочу проучить ее. Даже не думала, что шанс выпадет.
– Да нормальная вроде девчонка, – нерешительно вставил он.
– Тогда ненормальная я, – заявила обиженно, убирая руку, и он тут же сдался.
– Да ладно тебе, что ты там придумала? Согласен, я тоже не люблю выскочек. А выглядит такой милой.
Ага, милая она, как же! Держи карман шире!
Договорились мы быстро. Даже целовать его не пришлось на прощание. Хотя поддерживать иллюзию взаимной влюбленности всё же придется. Но, думаю, это невысокая цена за то, чтобы поставить на место ту, что перешла мне дорогу.
Осталось придумать, что делать с Денисом. Тот, кто заставил меня страдать впервые в жизни, тоже не должен быть безнаказанным.
Глава 8
Рита
Я помню свой прошлый День Рождения. Мне было так грустно… Красивый возраст – 17 лет, когда кажется, что всё впереди и всё по плечу, но у меня на душе был камень – настоящий булыжник. Я не очень любила школу. Не считая уроков ИЗО, которые закончились в средней школе, литературы и русского языка, учеба не давалась мне просто. Были учителя, которые шли навстречу и за приложенные усилия «натягивали» четверки в четверти по своему предмету, но встречались и такие, кто заявлял, что я «неспособная» и «необучаемая» – и это было больнее, чем двойка в дневнике. Самое страшное, что я этому верила. А потом, чтобы подготовиться к выпускным экзаменам, начала заниматься с репетитором, которая за год подтянула меня по точным наукам на твердую «четверку» и сказала, что необучаемых учеников не существует, есть педагоги, которым просто лень вкладываться в тех, кто требует больше внимания и усилий. Это дало мне веру в себя и в то, что нет невозможного. Просто на что-то нужно больше усердия. Пожалуй, эта мысль не позволила мне сдаться и летом, когда я не смогла поступить с первой попытки в желаемый вуз. Я знала, что к следующему учебному году сделаю всё от меня зависящее, чтобы быть там.
Но в прошлый октябрь я ещё не знала об этом. О том, что возможно всё. И грустила о своей «неспособности», о том, что я не такая как все. И учусь хуже, и в компании меня не принимают, потому что я не такая «взрослая» – не хочу тусить по ночам и курить тайком от родителей, не ругаюсь матом и не сбегаю с уроков (хотя иногда, скажем честно, очень хотелось). А еще у меня до сих пор не было парня. И первого поцелуя. Так хотелось, чтобы это случилось в пятнадцать. Потом в шестнадцать или семнадцать. Но дни сменяли друг друга, а подходящего «кавалера» на горизонте всё не было. Зато были мысли: а вдруг никогда? Вдруг хороший парень, который меня поймет и оценит – это моя иллюзия? Вдруг все вокруг правы, и я живу не так, веду себя неправильно и мечты мои – это глупость? Но время расставило всё по местам. И я уверена: это только начало.
Если бы в прошлый мой день рождения кто-то показал мне картинку того, что будет со мной через год, я бы, наверное, не поверила, а потом залилась бы счастливым смехом. Потому что всё было лучше, чем я представляла. Я живу в потрясающем городе – столице России, у меня замечательная соседка, творческое окружение, есть друзья и, самое главное, лучший для меня парень! И он в меня тоже влюблен. Мы никогда еще не говорили напрямую о своих чувствах, но я ощущаю всё это без слов – его поступки, заботу, поддержку, внимание и то, что нужно нам всем без исключения – он верил в меня.
В самом начале праздника Женя почувствовала себя плохо и ушла погулять. Сначала я поймала себя на чувстве вины, но отправлять всех домой не хотелось. К тому же мы ей ничуть не мешали. Долго, правда, сидеть не стали. Завтра с утра на учебу. Поели, дважды выпили чай (да-да, безалкогольный праздник возможен, и моя нынешняя компания вполне разделяла мои «странные» принципы), а после мы с Денисом отправились всех провожать до метро. Сами еще прошлись по округе около часа – разговаривали, вспоминали события своего детства, много смеялись и шли, держась за руки.
– Знаешь, я тоже хочу тебя пригласить на одно мероприятие, – загадочно начал Денис, когда мы завернули на второй круг по району, в очередной раз миновав станцию метро.
– Какое? – я подняла на него любопытный взгляд.
– Мы в субботу собираемся встретиться с ребятами, моими друзьями. Они, в основном, мои однокурсники. Четыре человека. Кто-то будет с девушками. Я тоже хотел тебя пригласить.
Знакомство с друзьями казалось мне важным шагом. Ты словно вводишь человека в свой мир, в свою реальность, и открыто заявляешь: «Вот тот, с кем мне сейчас по пути. С кем я хотел бы идти одной дорогой как можно дольше, кто для меня дорог».
Конечно, я ответила согласием. И спросила (быть может, глупо):
– Мне надо как-то готовиться?
– Захвати свою фирменную улыбку, – попросил парень, чуть приподнимая пальцами мой подбородок и бережно целуя в губы.
В каждом жесте и каждом взгляде я ощущала такую нежность, что сердце сходило с ума. Не врут! Я всегда знала, что те, кто пишет книги и снимает фильмы, не врут, что такая любовь существует. Ведь разве можно так правдоподобно рассказывать о том, чего нет, что не пережил на самом деле?
Я бы, наверное, тоже писала стихи, если б умела, но мой талант был иным, и на холсты в виде солнечных бликов и сочных красок выливалось всё то, что цвело в душе.
Следующий день пролетел в эйфории. Она бы длилась и дальше, но что-то пошло не так… Я не сразу это заметила. Первый звоночек в виде неприятного ощущения был через день после праздника. Я зашла в аудиторию, и группа ребят – пара человек, – как-то едко захохотали, взглянув на меня. Я невольно поёжилась, но подумала, что мне померещилось. Так совпало: они обсуждали что-то свое, а тут вошла я – смеялись над другим, но взгляды обратились на того, кто отвлёк их внимание.
Однако к концу учебного дня Даша – девушка Гриши, с которым они приходили ко мне в гости, спросила:
– Рит, ты делала нюдсы?
– Что? – опешила я.
Слово было мне незнакомым, и я бы хотя бы додумалась погуглить, что это значит – но нет.
– Ничего, значит, забудь, – улыбнулась она и перевела тему.
Я и забыла. Но ненадолго. В пятницу на перемене ко мне подрулил Паша – местный заводила, у которого всегда наготове набор шуток на любой вкус: и преподаватели, и студенты были от него в одинаковом восторге, даже если он отчебучивал что-нибудь. Есть у людей такой талант – харизма называется. Оп – и ключик почти к любому сердцу у тебя на ладони.
– Ритка, а почём щас фотки?
– Какие фотки? – поинтересовалась я.
– Твои.
– Я, вообще-то, картины пишу, – пояснила спокойно, вновь обращая взгляд в тетрадь с лекцией. Нет бы и ему готовиться – спросят сейчас что-нибудь про памятники архитектуры, а он ни бум-бум. Но Паше, как обычно, до этого не было дела.
– Ты еще и картины пишешь? Тоже в таком стиле? – он игриво поиграл бровями.
– В каком – таком? – начала раздражаться я его многозначному пустословию, которое не несло для меня никакого смысла.
Однако его дружки опять закатились смехом – как тогда, два дня назад.
– Ой, да хватит, все мы знаем, чем ты промышляешь в свободное от учебы время.
У меня в голове пронеслась вереница мыслей. Они про набор текста? Или про занятия с моей ученицей? Или про то, что работаю на полставки её опекуншей? И что здесь такого?
– Дымов, если хочешь что-то сказать – говори. А нет – не мешай мне готовиться.
– Я и говорю: почём твои фотки?
– Всё, отстань.
– Не покажешь нам тоже? Или бесплатно нельзя?
Я укоризненно покачала головой и под смех всё той же группы парней уткнулась в тетрадь. Однако внутри пробежал холодок. Что ему надо? Прицепился, да еще и с чем – непонятно.
Однако субботний день напрочь вышиб из моей головы все переживания. Это было не просто свидание с Денисом, а еще и знакомство с его друзьями. И важно, чтобы ему не пришлось за меня краснеть.
Но беспокоилась я зря, и страшно было только в первые пару минут. Ребята были хорошие – добрые и открытые, под стать самому Денису, да и девчонки встретили меня дружелюбно, так что я быстро расслабилась и ощутила себя по-семейному, тепло и уютно.
Мы пробыли вместе пару часов, а кульминацией стало выступление кавер-группы. Многие посетители потянулись на танцпол, кое-кто из нашей компании тоже ушел ближе к музыкантам, а мы с Денисом остались. Он переплел наши пальцы, мы смотрели на выступление и публику, которая отрывалась под бодрые ритмы, а когда объявили медляк, парень взглянул на меня и шепнул:
– Потанцуешь со мной?
Разве я могла отказать?
Это был мой первый танец с парнем, не считая выпускного, но там это было не приглашение, а, скажем так, необходимость. Здесь ощущения были иными. Не нужно думать о движениях и как выглядишь со стороны, можно просто расслабиться и получать удовольствие, неспеша покачиваясь в такт мелодии. Мне нравилось ощущать тепло его рук на своей талии и чуть заметный аромат мужского одеколона, нравилось быть с ним рядом и знать, что тебя понимают и принимают такой, какая ты есть.
Мне хотелось, чтобы этот момент не заканчивался. Чтобы мы были рядом вечность. Наверное, так ощущают себя люди, которые встретили в этом огромном мире вторую половинку.
Мы медленно возвращались домой ближе к полуночи. Денис говорил, что скоро, может быть, даже к весне, купит машину, и нам не придется мерзнуть в дороге, а я уверяла, что это счастье – идти вдвоем по ночной Москве и не желать расставаться.
– Это правда, – согласился он, одарив меня своим фирменным теплым взглядом, от которого внутри зажигались светлячки.
Воскресенье я провела дома. Готовила, стирала, работала над картиной, делала наброски для своей ученицы и занималась текстами. Нужно было закончить за пару дней высланное задание, чтобы получить наконец деньги и не беспокоиться, что не смогу заплатить за квартиру в этом месяце. Женя по большей части отмалчивалась. Я не знала, может быть, что-то случилось… Спросить не решилась, а сама она в беседу не вступала.
А понедельник и вовсе перевернул весь мой мир с ног на голову. Едва я вошла в аудиторию, ситуация повторилась: меня встретил хохот и странные взгляды. Правда, теперь в это было вовлечено гораздо больше людей.
Как ни в чем не бывало села на место. Тогда один из парней прицепился с вопросом:
– Рит, а ты как такую работу нашла?
Я не знала, откуда у них информация, и что именно они имеют в виду – обучение рисованию или набор текстов, – и всё же ответила обтекаемо:
– По объявлению.
Это вызвало новый взрыв хохота.
– Что смешного? – не выдержала наконец.
Самый бойкий в компании, Паша, поднял вверх руки, словно признавая свое поражение, а потом уточнил:
– И как тебе? Нравится?
Я предпочла не отвечать.
Ребята продолжали сыпать вопросами:
– А сколько часов в неделю ты этому посвящаешь?
«Дураки какие-то», – пронеслось в голове. Что, больше никто в группе не работает? Что ж, молодцы, а мне на лаврах почивать некогда.
– Ты, кстати, фотки-то принесла? Покажешь? – продолжал доставать Паша.
Я смерила его укоризненным взглядом и уткнулась в экран телефона.
Гриша, сидящий позади меня со своей девушкой Дашей, постучал по моему плечу, призывая обернуться, и шепнул:
– О чем они?
– Понятия не имею, – ответила честно.
Наверное, эти шуты продолжали бы и дальше надо мной забавляться, но тут вошел преподаватель, «спектакль» пришлось прекратить.
Но самый жуткий сюрприз ждал меня вечером. Я дожидалась Дениса с работы, мне было не лень пройтись от метро, а после мы собирались поужинать где-нибудь вместе. Только начали разговор, как ему пришло сообщение. Он отвлекся на телефон, а после нахмурился, не отрывая взгляда от экрана.
– Не понял… – протянул он.
– Что-то случилось? – напряглась и я.
Он пару секунд колебался, словно не зная, стоит ли посвящать меня в содержание послания. Но после всё же повернул ко мне телефон. Там было фото. Голая девушка.
И эта девушка – я.
