Текст книги "Наследник. Продолжение (СИ)"
Автор книги: Валентина Батанина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)
Глава 24
– Ну что там, Анатолий Мирославович?! – я набросилась на друга Димы, как только тот вышел из злополучной комнаты.
Люди Анатолия отвезли нас не в клинику, а в ближайший съемный коттедж, куда вызвали частного врача. Мужчина обосновал это тем, что в больнице обязательно начнут задавать неудобные нам вопросы и вызовут полицию.
Врач приехал и проследовал в комнату, где находился Дима, меня тем временем попросили выйти. Как выяснилось, пуля не прошла на вылет, а застряла где-то меж мышечными связками.
Около двадцати минут я не находила себе место. А когда слышала стоны из комнаты, вовсе становилось дурно.
– Анатолий Мирославович, миленький, ну чего же вы молчите?! – заглядывая в глаза мужчины, я не могла разгадать его эмоции.
Анатолий некоторое время сдерживал покер фейс на лице, а затем всё же не выдержал, и добродушно заулыбался.
– Герой ваш мужчина, Аделия. – похлопал меня по плечу. – Идите к нему, можно уже.
На всех порах я влетела в комнату. Первым делом бросилась к Диме, но затем резко остановилась.
Живот и некоторая часть груди мужчины были перемотаны белым бинтом, на котором едва виднелось алое пятно.
Я боялась навредить Диме своими объятьями, а потому, подойдя максимально близко к кровати, присела на корточки и лишь кончиками пальцев провела по щеке.
– Маленькая, ты чего? – Дима смахнул слезы на моих щеках, и немного приподнявшись оставил поцелуй на виске.
– Не нужно, не вставай! Больно же! – сразу, как только увидела, что мужчина пытается подняться, запротестовала я.
Дима упертый и всё же сквозь боль, сцепив челюсти и натянув на лицо вымученную улыбку, поднялся с кровати.
У дальнего уголка, рядом с журнальным столиком собирал свои инструменты доктор.
Я бросила взгляд на кровать, а точнее на окровавленное постельное белье и представила сколько крови потерял Дима в процессе вынимания пули. Ему сейчас точно ходить противопоказано.
– Северов, – придала голосу максимально строгие нотки. – Я сейчас сменю постельное и ты вернешься на кровать!
Дима взял со стула рубашку, которую заранее приготовил для него Анатолий и аккуратными движениями надел вещь на себя.
– Девушка, можно вас попросить, подойдите пожалуйста ближе?! – непроницаемым голосом промолвил мужчина.
Что?! Девушка?
В голову моментально полезли самые худшие мысли.
Ударился при падении?! Сотрясение мозга? Амнезия?
Слова которые он говорил Морозову были правдой, и теперь мужчина сделает вид что не знает меня, развернется и покинет мою жизнь навсегда?!
Что? Что произошло?!
– Девушка, ну смелее...
Я встрепенулась и сделала несколько неловких шагов в сторону Северова.
– Чуть ближе, я не кусаюсь! – требовательным голосом говорил мужчина.
Я собрала всю силу воли в кулак, и вплотную подобралась к Диме, облокотившемуся о край стола.
Северов в свою очередь и глазом не моргнул.
– Меня зовут Дмитрий. Признаться честно, ваша красота свела меня с ума... Вот эти глаза и прекрасная улыбка в особенности. И знаете, кажется это любовь с первого взгляда... Познакомимся? – серьезным голосом говорил Дима. – Вообще, я с некоторых времен не проблемный, коммуникабельный и ответственный. Практически здоров и силён. Соглашайтесь, даю слово, вы не пожалеете!
В конце своей речи Дима едва заметно подмигнул и улыбнулся. Обозначил видимо, что никакая это не амнезия, а попытка начать нашу историю сначала.
Но я не хочу сначала. Всё что произошло, так или иначе должно было с нами случится. Эти испытания на прочность сделали нашу любовь несокрушимой и вечной.
Мы своими руками сотворили эту безбашенную историю, мы вложили в неё всю свою душу, и посредствам пройденного пути, обрели счастье.
И даже на самую прекрасную сказку, я не посмею променять нашу, основанную на реальных событиях, боевую легенду.
– Меня зовут Адель... – я кокетливо улыбнулась и слегка прищурилась. – Прошу простить меня, но вам ничего не светит. – словила заинтересованный взгляд Димы и продолжила. – У меня есть любимый мужчина, и никто кроме него меня не интересует. Кстати говоря, ваш теска... Тоже Дмитрий. Не такой конечно идеальный как вы.. И проблемы имеются и коммуникабельность хромает. Но я всё равно люблю его любым.
Дима расхохотался как ребенок, глаза мужчины запылали искренней радостью, а сам он кажется ещё сильнее взбодрился. Резким хватом прижал меня к себе, а я попыталась отпрянуть, вспомнив о том, что под бинтом у мужчины свежая рана.
– Ну пусти, тебе же больно! – протестовала попыткам Димы удержать меня.
– Не будешь брыкаться, не будет больно! – в свою очередь возразил мужчина.
Наши тела слились в объятьях, и время остановилось. Не хотелось больше ничего, только бы вот так, всю жизнь быть в руках любимого мужчины и раствориться вместе с ним в этой идиллии.
– Больно? – я подняла голову на Диму.
– Ну знаешь, на самом деле, укол в задницу больнее во сто крат. – подшучивал мужчина.
Анатолий бесстыдно ворвался внутрь, нарушая наши границы.
– Север, – мужчина протянул руку Диме, – Спасибо тебе за всё дорогой, рад был повидаться, но вынужден уже отчаливать. Приглашаю вас с Аделией к себе в Петербург, для меня будет честью принять у себя дома таких гостей.
Мужчины скрепили рукопожатия, Дима кивнул и так же поблагодарил Анатолия.
Секунду. Забыла спросить о самом важном.
– Анатолий Мирославович, а те трупы в доме Морозова?! Полиция разве не узнает кто это сделал?! – взволнованным голосом пролепетала я.
Дима и его товарищ синхронно улыбнулись и бросили на меня недоумевающие взгляды.
– Как? Аделия, вы разве не слышали? – произнес мужчина. – По новостям только что передали, что дом в коттеджном поселке, принадлежащий Морозову Артуру всполохнул словно спичка?! Абсолютно... Дотла.. С землей сровнялся! По неясным причинам, но органы ссылаются на неисправность камина! – подмигнул Анатолий.
– Насколько я помню, успела обратить внимание, что камин у Морозова был искусственный.
Анатолий скривил лицо в явном удивлении, а Дима лишь покачал головой.
– Да Бог их знает, Аделия... – Анатолий усмехнулся. – Эти старики такие причудливые. Это ж надо додуматься, поджечь искусственный камин.
Товарищ Димы уехал, а спустя час за нами прибыл Игнат, которому ранее позвонил Анатолий, и сообщил о нашем местонахождении.
Мы прибыли домой, где Дима дал мне пятнадцать минут на то, чтобы принять душ и переодеться.
На вопрос куда мы спешим, ответил кратко:
– В клинику, убедиться что с нашим ребенком всё хорошо. Знаешь, вообще я это и так знаю, но хотел бы выслушать мнение специалиста.
Спустя данные мне пятнадцать минут, я была готова, спустя ещё какое-то время, мы подъезжали на парковку клиники "Интенс Клиник".
Машина остановилась, а я словно приросла к сидению. Какие-то смешанные чувства не давали мне возможности набраться храбрости и войти внутрь клиники.
Что со мной будет, когда врач сообщит нам о том, что малыш мертв?! Как я это переживу?! Как мы это переживем?!
– Адель, девочка, ничего не бойся. – успокаивал меня мужчина. – Ты же веришь мне?! Так вот, я знаю что всё хорошо! Считай это обычным плановым осмотром, как будто ничего не случилось!
Слова Димы и вправду на меня подействовали, вселяя веру в лучшее. Мы держась за руки прошли весь путь, от парковки клиники, до кабинета моего лечащего врача.
Лежа на кушетки, затаив дыхание я ждала, когда врач скажет хоть что-нибудь.
– Всё у вас замечательно! – вынес вердикт доктор, а моё сердце вновь начало биться.
Без капли вранья. Были ощущения, будто бы пульс остановился, а когда врач сказал заветные слова, ток от дефибриллятора сработал, заново запуская сердцебиение.
Это не передать! Наши эмоции не передать!
Малыш жив, с ним всё в порядке! Дима был прав... предчувствие не обмануло его! Судьба смиловалась над нами!
Это наш шанс! Шанс на нормальную жизнь, и мы честным путем заслужили его!
По пути обратно, мы заехали в ресторан, и наконец, за всё это время поели. В процессе Дима рассказывал Игнату о всём произошедшем, а я воровала с тарелки мужчины пищу, когда моя уже оказалась пуста.
Дима, заметив, усмехнулся и заказал ещё одну порцию.
– Я понял. – произнес Игнат. – Всё хорошо, что хорошо кончается. Аделия, ваша подруга чуть с ума не сошла, пришлось её успокаивать.
Ага, знаю я какими методами Игнат её успокаивал. С первой нашей совместной встречи, их искру заметила не только я, но и Мишель...
Мишель...
Я никогда не забуду её и отвагу этой несокрушимой женщины. Пускай однажды она оступилась, но клянусь, перед смертью она искупила все свои грехи.
Если бы тогда Мишель не вмешалась, Морозов избил бы меня до полусмерти. И тогда уж точно ребенка было не спасти...
Перед тем как поджечь дом, тело девушки естественно вывезли. Сейчас люди Димы занимаются подготовкой к похоронам.
– Дим, когда мы заберем Мишеньку?!
– Завтра утром у них рейс на Москву. – вместо Димы ответил Игнат. – Кстати, звонил юрист, вчера получили результаты теста на отцовство. Завтра передадим одному человечку, и дело с концом. Вернем мальчику фамилию и имя буквально в течении месяца, а так же, полный пакет родительских прав тебе, Дима.
– И что там, с результатами?! – немного с грустью спросил Дима.
Неужели его тоже посещала мысль, о том, что Мишенька не его ребенок?!
– Не знаю.. – промолвил Игнат. – Конверт в твоем кабинете на столе. Запечатанный, никто его не вскрывал.
Всю дорогу домой на Диме не было лица. По прибытию мужчина первым же делом, взяв крепко мою ладонь, повел нас наверх, в кабинет.
Одинокий белый конверт лежал на середине стола. Мужчина подойдя ближе, взял его в руки и взглянул мне в глаза.
– В любом случае. – едва слышно, но четко говорила я. – В любом случае... Мишенька наш ребенок. Я дала клятву Мишель, что никогда не брошу мальчика. И даже если ты будешь против...
– Адель, – перебил меня мужчина. – В любом случае, Мишенька наш ребенок. Я бы даже не вскрывал этот чертов конверт, но это необходимо, для того чтобы вернуть мальчику имя и фамилию, а мне права на его воспитание. В любом случае... это наш ребенок.
Секунды которые Дима распечатывал бумагу, показались вечностью.
Мужчина уставился на белый лист бумаги, а я на его лицо.
Поник. Сразу было видно как Дима поник.
Я поняла моментально, без слов... Миша сын Максима.
Мужчина запаковал лист бумаги обратно в конверт, и подойдя ко мне, захапал в объятья.
– Ничего страшного... Найдем другой путь восстановления родительских прав. – прошептал мужчина. – В любом случае, Мишенька наш ребенок.
Утром следующего дня мы поехали в аэропорт встречать Анастасию Никитичну и сына.
Словами не передать, как женщина была рада видеть меня и Диму. Хотя всё еще злилась на сына, за ту ситуацию с заводом. Но как мудрый и опытный человек, вину Максима так же не отрицала.
Самым большим моим страхом было то, что Дима поменяется в отношении к Мишеньке, после того, что узнал. Но к счастью этого не произошло, мужчина со слезами на глазах, подхватил сына на руки и расцеловал маленькие щечки.
По пути с аэропорта, я обратила внимание на то, что едем мы не в сторону дома, а в сторону центра.
Машина остановилась у огромного медицинского центра. Дима вышел из авто и велел всем нам сделать то же самое.
Я, Дима, Анастасия Никитична и маленький Мишенька поднялись на седьмой этаж здания, и проследовали за медсестрой, с которой Дима предварительно обсудил какой-то вопрос.
Я зашла в палату и ахнула. На больничной койке лежал Максим в бессознательном состоянии.
Анастасия Никитична сразу же бросилась к сыну, а наша троица застыла на пороге палаты.
Я почувствовала руки мужчины на своей талии, и горячее дыхание возле уха.
– Я знаю что ты никогда не простишь его, – шептал мужчина. – Я и сам никогда не смогу этого сделать. Но Миша... Миша должен знать своего настоящего отца.
Я обернулась и прильнула к губам Димы.
Он подумал, что я буду против, но я наоборот, только за. Хотела сама предложить мужчине познакомить Мишу с его настоящим папой, но не знала как Дима отреагирует на это, поэтому молчала.
Максима я уже давно простила.. Искренне простила. Каждый человек заслуживает получить второй шанс. Мне жизнь давала множество шансов, поэтому я не имею права лишать этой драгоценной штуки других людей.
Мы с обеих сторон взяли мальчика за руки, и подвели ближе к больничной койке, на которой лежал Максим.
– Миша, – обратился к мальчику Дима. – Смотри, так получается, что у тебя теперь есть ещё один папа... Его зовут Максим, познакомься..
Мишенька задумался, а мы замерли в ожидании его реакции.
– Я Максима знаю, – произнес мальчик. – Он не мой папа, он мамин друг.
– Понимаешь, – я обратилась к недоумевающему Мишеньке. – Мама просто забыла сказать тебе, что Максим твой папа... Иногда в жизни так бывает, взрослые вообще очень забывчивые люди, о самых важных вещах постоянно забывают говорить.
– Получается, – мальчик без капли страха взял руку Максима в свои маленькие ладошки. – У меня теперь два имени, два папы, – Миша перевел свой невинный детский взгляд на меня и произнес. – И даже две мамы?!
– Получается что так, – произнесла Анастасия Никитична. – Ты вообще очень богатый мальчик Мишенька.
Все присутствующие громко выдохнули в пустоту, и кажется даже расслабились. До тех пор... пока прибор отображающий пульс Максима, не начал быстро и отчетливо пищать.
Мишенька испугался и хотел убрать руки от ладони мужчины, но как вдруг... Рука Макса сжалась, не давая мальчику отпрянуть.
Дима выскочил из палаты, с целью позвать врача, Анастасия Никитична прильнула к сыну, а я машинально отступила несколько шагов назад.
– Прости..те. – послышался хриплый тихий голос Макса. – Прости м-меня... сестра...
Эпилог
Пять лет спустя
– Дорогая, – Дима подходит из-за спины и легонько касается губами шеи. – Ну что ты суетишься?! Посмотри, у тебя столько помощников!
Я порхаю в гостиной словно мотылек, в попытках создать максимально уютную обстановку.
Дом блистает чистотой, стол накрыт и практически всё готово к приезду гостей.
– Так, именинник, ты вообще, чего ещё не при параде?! – я оборачиваюсь и посылаю мужчине строгий взгляд, а затем тяжело выдыхаю и ткнусь носом в грудь Димы. – Гену никто из них не заменит... И уют этого дома я могла доверить только ему.
Мужчина успокаивающе гладит по волосам, а я не глядя знаю, что он улыбается.
– Милая, мама вряд ли отдаст тебе Гену. Прошло четыре года, а ты никак не можешь найти ему достойную замену.
Я с вызовом вырываюсь из рук Северова, и надув губки, урчу себе под нос:
– Потому что он незаменим.
Гену, четыре года назад, увела у нас Анастасия Никитична. Сказать что мы с Димой были в шоке, ничего не сказать... Хотя, в глубине души я догадывалась об их чувствах, и знала, что рано или поздно, наш дом останется без верного друга, отличного дворецкого и помощника.
Что ж, Дима прав... Наш Геннадий Валентинович достоин быть счастливым. А рядом с моей второй мамой, Анастасией Никитичной, Гена словно ярко полыхающий огонек.
Я вновь бросаю взгляд на своего муж, и не перестаю удивляться тому, какой же он красивый.
Даже в домашней одежде, которую с недавних времен он предпочел строгим костюмам, мужчина выглядит словно аполлон.
– Северов, у тебя десять минут на сборы! – ткнула пальчиком в грудь обтянутую серой футболкой. – Чтобы через положенное время, был в полной боевой готовности.
– Понял, Северова, понял. – Дима поднимает руки вверх, показывая свою капитуляцию. – Слушаюсь и повинуюсь.
Муж скрывается из виду, а я выхожу на веранду первого этажа, и полной грудью вдыхаю запах Московской весны.
Да, мы остались в Москве. Дима настаивал на том, чтобы мы перебрались куда-нибудь в теплые края, но ни уму, ни сердцу, не нравилась эта идея. Я никак не могла отпустить свою родину и этот дом.
Дом, в котором мы полюбили друг друга впервые. В котором провели незабываемую новогоднюю ночь и зачали нашу малышку Мию.
Да, именно тот дом, который пять лет назад Дима купил для меня и Олега.
– Олег... Неужели опять опаздывает?! – пробурчала в пустоту, искоса наблюдая за детьми в саду.
Я достаю из кармана джинс мобильный и набираю брата.
– Привет систер, опережаю твой вопрос и отвечаю сразу... Подъезжаем, будем через полчаса. – протараторил Олег на том конце трубки.
Я кладу телефон, опускаю взгляд на наручные часы, а затем на детей.
Мишенька и Мия некровные брат и сестра, но между ними однозначно есть духовная связь. Та ниточка, которая скрепила их на всю дальнейшую жизнь.
Смотрю на них и вспоминаю нас с Олегом в детстве. Такую любовь между братом и сестрой я видела лишь однажды.
– Мишенька, Мия, давайте в дом. – я выкрикиваю детям и сразу же ловлю их внимание на себе.
Миша подхватывает сестру за руку и ведет на ступени веранды.
– Миш, гости уже на подъезде, пора одеваться. – говорю сыну и подхватываю маленькую Мию на руки.
– Хорошо мамуль, я соберусь раньше чем сгорит спичка.
Как же быстро растут дети... Миша стал совсем взрослый и самостоятельный. Мальчику всего десять, а уже целый год учится в кадетском училище. Всего десять, а уже достойный защитник своей семьи и родины...
С Мией на руках я поднимаюсь в нашу спальню и встречаю мужа при полном параде.
Опускаю Миюшу на пол, и медленными шагами, не отрывая своего хищного взгляда, подхожу к Диме.
Мужчина улыбается, а я уже знаю, что означает эта его улыбка.
Муж принимает меня в объятья, а я слышу как громко и учащенно бьется его сердце.
– Милая, – севшим голосом шепчет Дима. – Пускай дочку переоденет няня. Кажется у нас появились с тобой незапланированные дела.
Руки Северова блуждают по моему телу, и я уже практически готова сдаться, идя на поводу инстинктам и мужу.
Завожу руки под пиджак, кончиками пальцев поглаживаю спину и чувствую как напряженный член мужчины упирается мне в живот.
Мои ладони блуждают под пиджаком Димы, скомкивая рубашку в кулаки.
Опускаюсь чуть ниже, нащупываю прохладную кожу ремня на пояснице и... натыкаюсь на металлическую рукоятку пистолета.
Нет, я знаю что огнестрельное до сих пор присутствует в арсенале моего мужа, на всякий пожарный, но он не пользовался им и даже в руки не брал, с того дня в доме Морозова..
Неужели... Неужели нам опять угрожает опасность?!
Я застываю словно статуэтка и всё что могу сказать:
– Дим... Почему? – дрожащим голосом, едва слышно и с замиранием сердца.
Слышу насмешливый хохот мужчины и вырываюсь из плена его рук.
Дима смеется, словно происходит что-то крайне веселое, а я непонимающим взглядом таращусь на мужчину.
Северов заводит руку за спину и достает оружие. Наводит в сторону стены, несколько раз нажимает спусковой крючок.
– Пух.. пух..
До меня доходит, что в руках мужа всего лишь игрушка Мии, и я словно тигрица нападаю на свою жертву, терзая его грудь кулачками.
– Северов, какого черта?! – сквозь смех выпрыскиваю на мужчину. – У меня чуть сердце не стало!
Дима хохочет словно ребенок, и зажимает меня покрепче к груди.
– Папа, моё, отдай, моё! – тонкий голосок Мии приводит нас в сознание.
Дима отдает дочке очень реалистичную игрушку, а я лишь неодобрительно машу головой.
Вот кто мог подумать, что любимыми игрушками Мии станут пистолетики и автоматики?! Малышке всего лишь четыре, а на магазинских полках тянется лишь к мальчишеским отделам с игрушечным оружием.
Несколько раз я даже пыталась подсунуть дочке куклы барби, но Мия даже не взглянула на яркие упаковки.
– Это гены, Северов. – я по-доброму усмехнулась, тараня мужа взглядом. – Хотел наследницу, получил в полной мере.
Дима искажает лицо в удивлении и выдает:
– Странно, я думал Мия унаследовала черты характера матери. – подхватывает дочку на руки и обращается к малышке. – Миюша, солнышко, напомни папе, у кого в сумочке я постоянно находил пистолетики? Это была мама или я что-то путаю?!
Я не выдерживаю и заливаюсь хохотом.
Вот же засранец, и сказать по сути нечего...
Дверь в спальню открывается впуская сына.
– Мам, пап, вы долго ещё? Бабушка с дедушкой и папа Максим уже приехали! – поторапливает нас Мишенька.
Дима целует меня в щеку и произносит:
– Мы с Мишенькой переоденем Миюшу, а ты ускорься.
Мои покинули комнату, а я понеслась в гардеробную.
Белоснежное платье, цвета мира и невинности, идеально село на моё тело.
Воздушные локоны и совсем чуточку макияжа.
Я стою перед зеркалом и понимаю насколько счастлив сейчас, конкретно в этот момент, в эту секунду. Как же счастлива в этом доме и рядом с этими людьми.
Ради всего это, я бы проходила свой тяжелый путь вновь и вновь. Потому что, награда в конце этого пути, оказалась бесценной.
Тяжелая история, с бесценным концом. Вот так...
Я достойна этого. Мы достойны...
Впрыгиваю в туфли и спускаюсь в гостиную.
С приветливыми объятьями меня встречает мама-свекровь и Гена.
Дима до сих пор тщательно контролирует мою с Максимом дистанцию, а потому засранец Макс лишь машет рукой на расстоянии нескольких метров.
Спустя несколько минут в дом заходит Олег со своей невестой Диной.
Дина медсестра Израильской клиники в которой спасли жизнь моему брату.
Ну а Олег, как настоящий джентльмен, отблагодарил девушку, подарив ей своё сердце и любовь. А вскоре и вовсе, забрал девушку к себе на родину.
– Систер! – кричит Олег и разводит руки принимая меня в объятья.
Мы садимся за стол и начинаем празднования дня рождения Димы.
Хозяин дома принимает поздравления и подарки, а я поднимаюсь на верх в спальню, чтобы забрать свой спрятанный сюрприз.
Достаю из-под подушки футляр с таинственным содержимым, и оборачиваюсь сталкиваясь взглядами с Максимом.
– Макс? – вопросительно приподнимаю бровь.
Страха нет, я научилась доверять Максиму, даже несмотря на опасения мужа.
– Пять лет прошло, а мы так и не поговорили. – с грустью в голосе говорил мужчина.
Я улыбнулась и повела плечами.
– Ты же знаешь Диму... Он переживает за меня.
На лице Макса так же появляется улыбка, только совсем не такая жизнерадостная, какой я её помню при нашем первом знакомстве.
– Я правда очень сожалею. Ты же знаешь.. я лечусь, уже пять лет.
Это правда, Макс год отбыл в стенах психиатрической клиники, а сейчас наблюдается дистанционно.
– Макс, я давно простила тебя. – хочется подойти и добродушно обнять мужчину, но я не решаюсь.
Макс прячет глаза и продолжает говорить:
– Я недавно узнал кое-что. Должен сказать тебе, хоть и понимаю, что ты возненавидишь меня ещё сильнее. – Максим говорил дрожащим срывающимся голосом.
– Я не ненавижу тебя, не говори так.
– После того что скажу, возненавидишь.
Черт! Да что происходит?
Я ничего не говорю, и лишь глазами задаю немой вопрос.
– В той аварии, в которой якобы погибла Мишель... – Максим начинает тяжело дышать. – В той аварии погибли твои родители, Аделия.
Тишина окутывает комнату, а перед глазами стоят лица покойных родителей.
Я беру себя в руки и ровным тоном, подойдя ближе к мужчине говорю:
– Посмотри на меня! – Макс поднимает мокрые глаза, а я продолжаю. – На руках каждого из нас кровь! На моих руках, – я поднимаю ладони перед лицом мужчины. – На твоих! – хватаю руки Максима. – На руках твоего брата, моего мужа! На руках каждого из нас, черт возьми!
Глядя на Максима, самой хочется зареветь, но я уже давно научилась сдерживать свои эмоции.
– Максим, мы семья! Мы будем держаться вместе несмотря на то, что произошло в нашем прошлом! Да, ты прав, я могу простить за ту боль что ты нанес мне, но никогда не смогу простить за своих родителей! – проглатываю ком в горле. – Но у нас есть возможность построить прекрасное будущее для наших детей!
Я немного сбавляю обороты и продолжаю уже более мягким тоном:
– Перестань пожалуйста оборачиваться назад и ворошить прошлое. У тебя есть сын и ты нужен ему в полном здравии. А цепляясь за уже прожитое, ты не сможешь жить полноценной жизнью. Ты будешь сходить с ума каждый раз, когда затрагиваешь свои раны.
Наконец, сквозь слезы, сквозь боль, мужчина смог искренне улыбнуться.
В этот момент дверь распахнулась впуская в комнату мужа.
– Я не понял, ты что здесь делаешь?!
Дима бросился на брата, а я едва успела стать между мужчинами.
– Максим уходит, он просто хотел поговорить. – принялась успокаивать мужа.
– Ухожу. – подтвердил мои слова Максим и скрылся за дверью.
Дима неодобрительно взглянул на меня, а я почувствовала жжение на пятой точке.
– Милая, – мужчина подошел вплотную и легонько приподнял лицо за подбородок. – Ты опять что-то скрываешь от меня?!
Я прикрыла глаза и в который раз подумала о том, как же сильно люблю этого мужчину.
– С того дня, как ты надел это кольцо на мой палец, – подняла руку между нашими лицами, показывая безымянный палец. – Я ни разу ничего не скрывала от тебя.
Дима сделал мне предложение наследующий день, после того как легализовал весь свой бизнес.
Он привел меня на задний двор старого дома, где в железной бочке горел костер. Я тогда очень удивилась, но вскоре поняла для чего был этот атрибут.
Дима достал из папки пачку документов и бросил их в костер, со словами:
– Это горит прошлое. Отныне я чистый и честный бизнесмен, Адель. И теперь, так будет всегда.
Это был наверное лучший подарок, который дарил мне Дима, если конечно не считать наших детей.
Сюрпризы на этом не кончились. Дима достал из кармана пиджака маленькую коробочку и промолвил:
– Ты уже давно мне больше чем жена. Но всё же, я настаиваю на том, чтобы моя женщина носила мою фамилию. Адель, девочка, ты выйдешь за меня?!
В тот момент я даже не думала о том, что есть какие-то другие слова кроме "Да".
Счастью не было конца. В тот день мы окончательно стали одним единым, одной семьей...
С того дня началась наша беззаботная жизнь.
Я вернулась из воспоминаний в реальность и загадочным голосом произнесла:
– Хотя нет, кое-что всё же скрываю...
Дима сразу же нахмурил свои брови, и ждал, когда я продолжу предложение.
А я в свою очередь, продолжала загадочно молчать, и на свой страх и риск, испытывала выдержку своего мужа.
– Адель, отшлепаю! – Дима не выдержал и потребовал правды. – Что ты скрыла от меня?!
Я всеми силами сдерживая улыбку, схватила с тумбы футляр и вручила его мужу.
Дима насторожено открыл коробку и замер.
– Я.. я не понял. – Дима поднял на меня свой взгляд и казалось сейчас заплачет. – У нас получилось? Адель у нас получилось?! Ты беременна?!
Муж подхватил меня на руки, и вместе со мной, разместился на мягкой кровати.
Мужчина словно сумасшедший начал расцеловывать мой живот, а я умирала в этой нежности и любви.
– У нас получилось, милый. У нас будет третий малыш...
