Текст книги "Форс-ажурные обстоятельства"

Автор книги: Валентина Андреева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Прямо перед нашим носом возникла тележка с коробками, пополнение товарного запаса ларька, и недовольный извозчик попросил перейти в другое, более удобное для болтовни место. От него несло явной неприязнью и чесноком. Вопреки моим ожиданиям, Ксения его не «отбрила».

– Может, все-таки зайдем в кафе? – еще раз поинтересовалась она, совсем как Наташка, оттащив меня в сторону. – Понимаешь, у меня к тебе есть просьба.

– В кафе? – громко переспросила я, так как будто в моей практике общения с людьми такого слова никогда не упоминалось. И покосилась на Наташку. Та, не отрывая внимательного взгляда от красовавшейся на витрине ларька витиеватой булочки, легонько помахала левой рукой, пальцы которой были свернуты в фигу. Большой палец при этом оживленно шевелился.

– Нет, честное слово, время уже поджимает. Излагай свою просьбу, если смогу, выполню.

– Для начала все-таки скажи, откуда у тебя номер моего мобильного телефона?

– А-а-а, ерунда! Уж очень хотелось избавиться от этого пиджака. Я тебе по секрету скажу, с его появлением в моей сумке у меня начались сплошные неприятности. Самовнушение, наверное, но мне показалось, что если его сбагрю по назначению, все пройдет. Словом, в тот вечер неудавшегося визита к Кочневым на выходе из подъезда старушка словоохотливая попалась. Она-то и просветила нас в отношении фамилии, имени, отчества их соседа. Адрес имелся. Пробили телефон и, прозвонившись, убедили жену Ишаченко дать твой номер телефона. Правда, не надеялись, что повезет. Случайно выяснилось, что ты подруга ее дочери.

– Ты как-то странно разговаривала со мной в пятницу.

– Просто еще один побочный эффект от страшного рассказа Ишаченко. – Я решила переключить внимание Ксении на другой момент. – А тебе не приходило в голову, что внебрачный сын твоего дяди мог организовать его похищение? Чтобы не затягивать с получением наследства.

– Эта версия следственными органами уже проверялась и не нашла подтверждения. На момент похищения у Кочневых алиби. Кроме того, выяснилось, что Александр и понятия не имел, что является потомком славного рода Горшковых, соответственно, о содержании завещания тоже. Считал, что добрый дядя Николай Тимофеевич просто облагодетельствовал его, как сына бывшего друга, взял на работу менеджером, зарегистрировал по своему адресу, причем постоянно. Последнему обстоятельству Сашка очень удивился. Он-то считал, что регистрация временная. И я так думала. Во всяком случае, у Александра имелся испорченный бланк заявления, где он собственной рукой отметил шестимесячный срок. Кочневы собирались купить отдельную квартиру, денег не хватало, но они нашли покупателя на свою комнату и удачно ее продали. Надо было куда-то выписываться, дядя и предложил свои услуги. Он же и занимался пропиской. Переписал Сашкино заявление собственной рукой, почерковедческая экспертиза это подтвердила. Кочнев потом только подпись поставил. Как объяснил – не читая. Честно говоря, я очень обижена на дядюшку. Да и Кочневых терпеть не могу. Но заподозрить их в организации похищения… Нет, это невозможно. Ну ты посмотри, какая вредная баба! – Ксюша нервно вытащила из сумочки пачку сигарет и закурила. – Половину товара охаяла, а все торчит у ларька.

Наташка предпочла сделать вид, что не расслышала. Я легкомысленно махнула рукой и заявила:

– По-моему, тебе не стоит так переживать. Тем более из-за Кочневых. Учитывая все обстоятельства, едва ли ты успела с ними сродниться. Странно, конечно, что все из этой квартиры пропадают. Может, инопланетяне хулиганят?

– Кочневы в дядиной квартире не жили. Снимали однокомнатную где-то в районе Митино. Я бы не беспокоилась, но недавно в фирме произошли странные вещи. Впрочем, это к делу не относится. – Ксения докурила сигарету и ловким щелчком направила окурок в урну. – Так вот о моей личной просьбе: если Майка или кто-то по ее просьбе свяжется с тобой по телефону, постарайся уговорить их встретиться. Место и время определишь сама, единственное, что тебе следует сделать, немедленно сообщить об этом мне. По тому же самому моему номеру, который у тебя есть. В долгу не останусь.

Я была готова к такому предложению, но мастерски выразила удивление. Оно не вызвало сомнений даже у Наташки, после долгого раздумья решившей купить пачку чипсов, которые терпеть не могла.

– Не уверена, что Майя согласится на встречу. Пиджак как повод отпадает.

– А ты не говори, что уже передала его мне. Кроме того, можешь сослаться на странный звонок, звонил, мол, неизвестный тебе человек и просил ей передать, что, вопреки правилам, от перемены мест слагаемых итоговая сумма не всегда остается неизменной, хотя обязана таковой быть. Запомнишь?

Кивнув головой, я скороговоркой повторила таинственную фразу.

– И еще: скажешь, что здоровье Ельцова Михаила Петровича резко ухудшилось. Не перепутай. Лучше запиши.

– Не волнуйся, у меня хорошая память.

– Хорошо. Ельцову обязательно надо увидеться с Сашей. Майка наверняка попросит поделиться подробностями. Твоя задача – настоять на личной встрече. На контакт со мной она может просто не пойти. Поверь, тебе все это ничем не грозит. Просто есть сведения, составляющие коммерческую тайну нашей фирмы.

– А Кочневым? Кочневым это чем-то грозит? И почему ты постоянно называешь Шурика Сашей?

– Как хочу, так и зову. Это для Майки он Шурик. И, пожалуйста, не заморочивайся на какие-то жуткие предположения. Кочневым ничего не грозит. Имеются основания предполагать, что Александр куда-то убрал кое-какие рабочие документы. Кстати, тебе евроремонт квартиры или дачи не нужен? Бесплатно сделаем. После исчезновения дяди фирмой руководит его заместитель, Буйков Тимур Георгиевич. Лично для меня просто Ти-мурчик. Он мой жених и ради меня готов на все. Делай правильные выводы.

Положим, последние слова были лишними. До правильных выводов мне было далековато. Немного запуталась.

– А как называется ваша фирма? – с дрожью в голосе поинтересовалась я. – Случайно не «Атмосфера»? Дело прошлое, но мне не нравится их специфика обслуживания клиентов[2]2
  Роман В. Андреевой «По секрету с того света».


[Закрыть].

– Нет. Не «Атмосфера», – усмехнувшись, ответила Ксения. – Фирма называется «Реверс». Ну что, договорились?

– Да вроде бы. А еще одного номера телефона у тебя нет? Мало ли что… Договорюсь с Майкой о встрече, а вдруг у тебя мобильник разряжен?

Ксюша задумалась, взгляд ее метнулся в сторону. С безразлично-скучающим видом я проследила за ним, отметив, что он сосредоточился на черном БМВ с наполовину тонированными стеклами, нагло припаркованном с заездом на пешеходную часть улицы. Наталья была начеку. Обругав грузчика, не вовремя переехавшего ей дорогу с пустой тележкой, она заторопилась к «Ставриде».

– Пожалуй, ты права. Доставай мобильник, – согласилась Ксюша.

Едва я вытянула из кармана телефон, он разразился бравурным маршем. Так, будто радовался появлению на свет. Погожий осенний день того стоил. Мне и в голову не могло прийти, что звонит не Майка. Напряженное внимание, которое появилось на лице девушки Ксюши, сроднило ее с пантерой, готовящейся к прыжку.

– Ир, обрати пристальное внимание на «черный бу-мер»! В нем кто-то сидит!

Мне показалось, что Наташкин вопль слышат даже зрители за стенами цирка. Причем лучше, чем клоунов на арене. Ксюша протянула руку к мобильнику.

– Ой, Полинка, привет! – завопила я с не меньшей силой, при этом корча немыслимые рожи, цель которых – убедить Ксению в несвоевременности звонка давней приятельницы. Ксюшина рука дрогнула и опустилась. – Слушай, моя дорогая, мне сейчас некогда тебе сочувствовать по поводу очередного загула твоего благоверного. Меня пригласили на встречу. Перезвонишь. Идиотка! – беспечно поделилась я с Ксенией мнением о виртуальной приятельнице, нажав кнопку блокировки мобильника.

– Дай телефон, я сама введу в него запасной номер. А то еще цифры перепутаешь. – Ксюша вновь протянула за мобильником руку. На сей раз слишком требовательно, и я покорно его отдала. – Он у тебя выключен!

– Конечно. Полинка же не успокоится, пока не переложит свою боль на чужие плечи. Знаешь, ты мне лучше запиши телефон на любом клочке.

Ксюша смотрела на меня с издевкой.

– Я с детства отличаюсь сообразительностью. Ты не такая простая, как стараешься казаться. Тебе только что звонила Майка.

«Наташку бы на мое место», – тоскливо подумалось мне. В подруге чудесным образом сочетались таланты всех великих актрис мира. Кстати, о подруге!.. Я молча выхватила у Ксении свой телефон, ввела пин-код, нажала кнопку вызова Наташкиного номера и, не дав ей выговорить «Алло?», заверещала:

– Полинка, извини, что отключилась. Встреча прервалась, появилась свободная минута, рассказывай про своего козла!

– Запросто! Сей момент! – Наташка мгновенно вошла в роль обиженной судьбой женщины, и я с деланным раздражением всучила аппарат Ксюше. С пожеланиями ни в коем случае не прерывать одностороннее вещание. Иначе мне с Полинкой до следующего утра мучиться. Она любит возобновлять жалобы с исходной точки.

По мере того как Ксюша слушала обвинения в адрес того единственного, которому Полинка отдала лучшие годы своей жизни, а также нападки на всех мужиков Москвы и Московской области, глаза ее округлялись. И такие решительные девушки, как она, могут оторопеть. Учитывая, что мировой запас мужской категории человечества данными регионами не ограничивался, Ксюше предстояло выслушать немало. В конце концов я погрозила ей пальцем, дав понять, чтобы ни в коем случае не отключалась, спокойно отошла к киоску, купила маленькую бутылку вроде как самой чистой воды в мире и с удовольствием ее ополовинила. Назад возвращалась неторопливо, с любопытством поглядывая на окружающий меня мир.

Из мысленно помеченного крестиком «БМВ» вылез весьма привлекательный мужчина в очках. Поигрывая ключами от машины, он внимательно наблюдал за Ксенией. Увы, ей было не до него. Заслушалась Наташкиными доказательствами особого способа происхождения мужиков. Скорее всего, в очень недалеком будущем ей предстояло взглянуть на своего спутника другими глазами, вооруженными полученными знаниями.

– Охренеть можно! – выдала мне Ксюша и с облегчением вернула мобильник. Я поднесла его к уху, выслушала Наташкин лозунг о необходимости женской консолидации в части решения вопроса о норме потребления спиртных напитков на одну мужскую рабочую силу и удовлетворенно кивнула.

– Запиши обещанный мне номер телефона, – прошептала я одними губами, не отрываясь от мобильника, и для наглядности продемонстрировала желаемое действо рукой.

Девушка еще как следует не оклемалась от поучительной информации. Не глядя нашарила в сумочке какой-то листок, пощелкала своим мобильником и быстро нацарапала на листке цифры. Сунув конец ручки в рот, проверила правильность записи, удовлетворенно кивнула и добавила к ней еще что-то.

– Созвонимся! – сказала она мне и, помахав рукой, отправилась к переходу через проезжую часть на бульвар.

Я удивилась, положила переданную мне записку в карман и, перебив монолог подруги, заявила:

– Благодарю за службу! Объект направился к машине кружным путем. Пытается дурить голову. Действуем, как договорились.

Наташка угукнула в знак согласия и отключилась. Я опять заблокировала телефон и, не отрывая мобильника от уха, неторопливо пошла к метро.

Привлекательный молодой человек из «БМВ» сразу перестал брякать ключами и отправился следом за мной. Минут пять я стояла неподалеку от входа, время от времени кивая головой в такт несуществующему монологу и страдальчески закатывая глаза к небу – поддерживала иллюзию переговоров. Молодой человек упорно маялся у киоска с газетами и журналами. В отличие от Ксении, он и не подозревал о наличии у меня даже ограниченных умственных способностей. Во всяком случае, попыток спрятаться в толпе народа молодой человек не предпринимал. Рассчитывал, что мне и в голову не придет подозревать слежку.

Удостоив сыщика несколькими безразличными взглядами, я успела запомнить его на всю оставшуюся жизнь. Скорее всего, это и был Ксюшин жених, Буйков Тимур Георгиевич. Темные волосы, хорошая стрижка, тонкие, интеллигентные, но истинно мужские черты загорелого лица. Удачно подобранные очки, за которыми не видно глаз. И чувство собственного достоинства, перехлестывающее через край настолько, что его фигура выглядела неестественно в оживленной толпе народа, снующего как муравьи на субботнике. Он явно привлекал к себе внимание.

Воспользовавшись моментом, когда молодой человек отвлекся на вопрос плотно упакованной в брючный костюм этак шестидесятого размера дамы, я шмыгнула за палатку с фруктовым изобилием. Один и тот же ассортимент по всей столице. Такое впечатление, что одна и та же палатка постоянно и незримо перемещается в пространстве. Импозантный преследователь, отболтавшись от дамы, с удивлением взглянул на то место, где меня уже не было. И даже вытянул шею, надеясь, что несколько дополнительных сантиметров помогут ему вновь узреть мой неповторимый образ. Затем беспомощно и суетливо стал оглядываться по сторонам. Суета ему совершенно не шла, делала смешным.

Оттолкнув любопытного гражданина, пытающегося выяснить, как доехать до Курского вокзала, он рванул к входу в метро.

– Во, времена настали! – услышала я за спиной женский голос, но оборачиваться не стала. – Парень-то, картинка! «Эта» его гораздо старше, а за нос водит! Проучил бы разок как следует.

– Дак, может, и проучил. Потому и бегает, – откликнулся второй женский голос. Немного скрипучий.

Не слушая продолжения, я торопливо отравилась на заранее условленное место встречи с Натальей – маленький продовольственный магазинчик, где снова включила мобильник и проверила перечень входящих звонков. Как и предполагала, никто, кроме Наташки, мне не звонил. Но буквально через минуту раздался звонок от Ксюши. Я собралась с силами и с надрывом в голосе произнесла:

– Полина, давай обсудим твои проблемы позднее. У меня в метро мобильник барахлит, плохо слышно. Кроме того, тут со всех сторон толкают.

– Извини, Ирина, это Ксения, – неожиданно вежливо перебила меня Ксюша. – Я только хотела убедиться, что у тебя все в порядке.

– Ой, а я думала… А что у меня может быть не в порядке? Да я после тех двух стаканов «Мартини» в вагоне за радостное возвращение домой из Скандинавии нахожусь в состоянии постоянной и исключительной трезвости. Кстати, это норма моей жизни. Не терплю алкоголь, прямо как господин Кочнев.

– Кочнев его не терпит по особой причине, у него аллергия. Однажды кто-то по ошибке плеснул ему в чашку кофе ложку коньяка, так ему «скорую» вызывали. Майке с мужем очень повезло. Что бы в жизни ни случилось, не запьет! Ну пока!

Я так и застыла на месте, буравя невидящим взглядом обманчиво-розовые образцы мясных деликатесов.

5

Следуя за черным «БМВ» по другой стороне проезжей части Цветного бульвара, Наталья заметила Ксению, с остервенением отрывающую подкладку пиджака Шурика. Иномарка остановилась прямо перед ней. Водитель и не думал вылезать, чтобы помочь девушке занять место в машине. Казавшаяся врожденной интеллигентность была поверхностным покрытием и на манеры не распространялась. Он просто распахнул перед Ксюшей дверь. Но она не торопилась садиться, решительно направилась к ближайшей урне и с раздражением кинула в нее пиджак. Наташка успела сделать несколько правильных выводов. Первый – как мусорную урну не приодень, урной она и останется. Второй – «черный бумер» преследует по пятам не только она, но и неброская зеленая «пятерка», в которой сидит какой-то мужик. Замедлив движение, подруга остановилась немного впереди, дождалась, когда «БМВ», а следом и «Жигули», проехав мимо, свернут на Садовое кольцо, и только потом покатила за мной.

Скорее всего, Наташка преувеличила, рассказывая, как я, замерев на середине маленького помещения магазина, в невменяемом состоянии косилась на витрину с товаром, а два продавца и редкие покупатели с интересом косились на меня, гадая, давно ли меня выпустили из дурдома. Никто не угадал! Меня там еще не было. А когда подруга решила затмить собой витрину, я хорошо отточенным ранее взглядом упорно продолжала любоваться ассортиментом и сквозь Наташкину фигуру. Сама всего этого не помню, так что справедливо могу считать, что Наталья приврала. Кроме того, неизвестно, как поведет себя сама Наташка, после того как поделюсь с ней выводами. Нахмурившись, я мечтала только об одном – не позвонила бы Майка. Нет никакой готовности к разговору с ней. Пока. На всякий случай опять заблокировала телефон.

– Давай свернем в какую-нибудь подворотню, – миролюбиво предложила я подруге.

– Перестань корчить рожи! Твой нахмуренный лоб в сочетании с умильной улыбкой, сдобренной ангельским тоном, зрелище не для слабонервных. А я в данный конкретный момент очень слабонервная. Все время вижу булочку с завитушками. Зря не купила. Сейчас, если за ней вернусь, продавщица точно в такую же спираль скрутится. Жалко девку. И себя жалко. А зачем нам в подворотню?

Я молчала. На мой взгляд, достаточно красноречиво.

– Ир, ты ведешь себя так, что я начинаю верить в то, что посторонним людям «со стороны виднее». Не зря народ шушукался про дурдом.

– У тебя слуховые галлюцинации. Просто боюсь за твои слабые нервы – могут не выдержать того, что сейчас скажу.

– Я догадалась! Ты тайком от меня приобрела и слопала ту самую булочку, на которую я глаз положила. Мысленно, разумеется. Непорядочно, но от отчаяния не рехнусь.

– Все намного хуже!

Наталья промолчала, завела машину и медленно поехала вперед, внимательно изучая улицу. Ни одна подворотня ее не устроила. Кончилось тем, что мы выехали на Рождественский бульвар, а там уже подруга свернула в ближайший переулок. Этим дело не ограничилось, и она продолжала петлять до тех пор, пока не заехала в тупик, о чем растерянно и сообщила:

– Все! Тупиковая ситуация! Устраивает?

– Вполне. Держись за руль! Шурик вообще не пьет!

– Закодировался? И из-за этой «сногсшибательной» новости мне надо было тратить сто граммов бензина?

– Наталья! Ты не поняла!

– Значит, ты не так сказала!

– Просто на твое мышление тупик плохо действует. Шурик вообще не пьет! У него аллергия на спиртное.

– Возрастное? Судя по поездке, он ее перерос. Погоди, погоди… Ты это к чему?

– К тому, о чем ты сейчас подумала. С Майкой был совсем не Александр Витальевич Кочнев!

– Да? А кто?

– Подставное лицо!

– Фига себе!

Наташка уставилась в бетонную стену. Сверху испуганно вспорхнула стайка голубей, разбавленная воробьями. Не иначе как монолит от Наташкиного взгляда задрожал.

– Кинь птичкам остатки моей виртуальной плюшки, которую ты нагло съела, – печально прошептала подруга. – Ничего не понимаю. Нет, понимаю! – Ее голос немного окреп. – Их же провожала толпа друзей. Хочешь сказать, что Кочневы обеспечили массовку с привлечением труппы театральной молодежи? За вознаграждение, естественно. Там даже съемка на видеокамеру велась. Тебе-то, конечно, не до этого было. Ты со своим стаканом в вагон ломилась. Но, если рассудить здраво, в определенной мере тоже приняла активное участие в массовке. Только тебе не заплатили. В том числе за потерю товарного вида.

Я постучала кулаком по своей голове, имея в виду На-ташкину, плохо соображающую.

– Кочневых действительно провожала толпа друзей. Надо думать, с работы. И Шурик провожался самый настоящий. Теперь вспомни, как коллеги и друзья перепились. Ведь до последнего пили «на посошок». Причем каждый мечтал лично облобызать Шурика на прощание. Ему всю футболку растянули. Вспомнила?

– Да я и не забывала. – Наташка поерзала на сиденье и зачем-то потрогала ручку коробки передач.

– А лицо его ты в тот момент видела?

– Я видела исключительно тебя. Мысленно рядом со мной в тамбуре, фактически – на платформе. На фига ж мне было в тот момент на Шуриково лицо любоваться?

– А теперь вспомни явление супругов в наше купе после того, как поезд тронулся. Все нормальные пассажиры к тому моменту уже сидели на своих местах. Кочневых долго не было, вплоть до момента проверки билетов. А заявившись и увидев нас, Майка оторопела, тогда как Шурик являл собой образец безмятежности. Все правильно. До этого момента он меня и в глаза не видел и, следовательно, не знал о том, как я по их вине преодолевала трудности с посадкой. Майка испугалась, что я выражу сомнение в подлинности ее «супруга». После проверки билетов они тут же смотались и переехали в другое купе. Якобы к друзьям. Это к пожилой супружеской паре! Да эта парочка в силу своего возраста просто обязана быть занудной, напичканной бесконечными претензиями. О чем это говорит?

– О том, что чем старее, тем дурнее.

– Наталья! Ты можешь полностью въехать в ситуацию?

– Легко! – Наталья завела машину.

Я поняла, что надо «сбавить обороты».

– Нам по ту сторону бетонной стены не надо. Не по пути. Выключи двигатель, вытащи ключи из замка зажигания и дай мне.

Подруга с сомнением посмотрела на бетонную стену, послушалась и протянула ключи мне. Я моментально сунула их себе в карман. Пусть отлежатся.

– Ага, не по пути, – запоздалым эхом откликнулась подруга.

– Объясняю, – ласково пропела я, – Майка к нам в купе заявилась с новым «Шуриком». И он выглядел странно аккуратно. Футболка все та же, но только она чудесным образом разгладилась, волосы причесались. Точно и не побывал в цепких руках тусовки. Короче, вид такой, будто беспрепятственно шагнул в вагон с платформы и сразу сел на место. Скорее всего, в другом вагоне, откуда его потом и сорвали. А на освободившееся место сел настоящий – помятый и потрепанный Шурик с билетом до какой-нибудь Твери. Ясненько? Кстати, скажи спасибо, что я у тебя ключи забрала. Ты бы еще сто граммов бензина «на ветер» пустила!

Подруга ничего не сказала, потихоньку осознавая услышанное. Я ее не торопила. И очень обрадовалась тому выводу, к которому она пришла:

– Кочневы сменили купе, поскольку боялись, что мы заметим подмену. И весь спектакль с отъездом в турпоездку был рассчитан на толпу провожающих. В том числе видеосъемка. В случае чего, масса народа подтвердила бы, что Кочневы уехали в Скандинавию. Но как на границе не заметили раздвоение личности Шурика? На паспорте одна морда, на личности – другая.

– Думаю, все морды были одинаковы. Вспомни, как мы вообще оформляли загранпаспорта? Сдали документы и фотографии, получили готовые бланки. Поставили печати и отвезли в паспортно-визовый отдел. Никто в фирме фотографии с первоисточниками, в том числе на паспорте, не сверял. Ты еще волновалась, как бы твои снимки на мою анкету не приклеили.

– Просто я на своих фотографиях на редкость удачно получилась. Жалко портить.

– Не отвлекайся. Скорее всего, второго Шурика подобрали в масть основному. Одна беда, «намбе ту» – большой любитель выпить. Ну да кому до этого дело? Главное, что господин Кочнев в конкретное время отдыхал в конкретной загранице. Есть и другие варианты. Каким образом, например, преступные элементы, разыскиваемые следственными органами нашей Родины, увеличивают ряды уважаемых бизнесменов за рубежом нашей страны? Да по фальшивым документам!

– Ир, в бардачке пакет с семечками. А заодно и остатки печенья. Достань и насыпь птичкам. Булочку я тебе прощаю.

Мы вылезли из машины и долго наблюдали, как голу-бино-воробьиная шайка растаскивает семечки. Самое удивительное, что количество птиц быстро увеличивалось. Каким образом вновь прибывшие на расстоянии чувствовали «халяву»?

– Я себя в этой шумной компании чувствую белой вороной-благодетельницей, – щедрой рукой Наташка сыпала в середину птичьего собрания печенье. – Знаешь, мне эта толпа со всем ее гомоном напоминает старые времена, очереди на отоваривание по талонам. – И без всякого перехода спросила: – Как думаешь, для чего все это Кочневым нужно?

– «Обознатушки, перепрятушки», – вздохнула я и высыпала остатки семечек обделенной части пернатых. – Скорее всего, настоящий Шурик остался в Москве с определенной, заранее намеченной целью. Не исключено, что преступной. И никто не должен был заподозрить его в ее достижении. Но заподозрили. Ксения просила вызвать Майку на встречу словами: «От перемены мест слагаемых сумма не всегда остается неизменной». Думаю, это намек на подмену Кочнева. И второе, неподалеку отсюда клиника Склифосовского. Теперь я уверена, что не ошиблась. У Ленинградского вокзала намеренно сбили человека, которого мы называли Шуриком. Надо выяснить его судьбу, а если повезет, то и навестить. Давай заедем, а? Еще каких-нибудь сто граммов бензина, и кое-что прояснится.

– Хватит попрекать меня горючим! Ну вы, ребята, наглые! Все ноги оттоптали, скоро на голову сядете. Прямо, как члены различных комиссий перед праздниками. Кышь, самураи!

Подруга скомкала пакет из-под печенья, оглянулась в поисках урны, промычала «безобразие» и, сунув его в карман брюк, уселась в машину. Я быстро заняла свое место.

– А какого лешего нас несет к Склифосовскому? – любезно поинтересовалась она. – Это я к тому, куда подъезжать. К парадному крыльцу или сразу к моргу?

Я поморщилась.

– Наташка, нам надо в приемное отделение. Узнать, как себя чувствует Лузгин Павел Константинович, 1973 года рождения.

– Кто такой?

– Ты уже успела забыть личность, пострадавшую в результате наезда автомашины в день нашего прибытия? Димка уточнил данные несчастного. Теперь я просто уверена, что мне не померещилось. Это был искусственно клонированный Шурик. Он сыграл предназначенную ему роль, и его попытались убрать.

– Сволочи! – рявкнула Наташка, двинув по рулю кулаками. Машина испуганно мяукнула. – Ах ты, моя девочка, – опомнилась подруга, виновато погладив руль. – Извини свою непутевую хозяйку. Хозяйка очень расстроилась. – Она шмыгнула носом. – Вот теперь все встает на свои места: пиджак с кочневского плеча вместе с тысячей у.е. был предназначен клонированному Шурику в качестве платы за заграничную поездку. Гм, не слабо звучит. Но если учесть опасные последствия… Гм, ну Кочневы! А такими порядочными казались! Сначала похитили и убили Горшковых, потом… Мы с тобой еще не знаем, что «потом»! А билет?! Просроченный билет в славный город Тамбов на имя Ельцова Михаила Петровича?! А он-то кто такой? Искусственно клонированный Лузгин? Или дважды клонированный Шурик.

Я отняла у подруги связку ключей от квартиры, один из которых она безуспешно пыталась сунуть в замок зажигания.

– Вот как раз билет и вносит путаницу. Допустим, Шурик-2, он же Лузгин Павел Константинович, он же Ельцов Михаил Петрович, получив от Майки расчетную сумму и спьяну сунув пиджак с деньгами в мою сумку, через пару часов после прибытия из Хельсинки должен был отправиться на скором поезде в Тамбов по имеющемуся билету. Но «не склалось»! Почему Майке было наплевать на деньги, зато не наплевать на какой-то просроченный билет? Она просила немедленно его спрятать.

– Правильно. По этому билету можно было выйти на личность поддельного Шурика.

– И кто это должен был сделать? Мы?

– Следственные органы, наверное.

– А каким макаром? И почему наш «клон» назвался в больнице чужим именем? Впрочем, не исключено, что именно оно настоящее. На его месте вполне можно было сказать правду. Задание отработал, деньги получил. Никто об этом не знает. Обыкновенный гость столицы, возвращающийся в родной город… Что-то я и сама запуталась. Летят перелетные мысли в разные стороны. Давай все-таки попробуем навестить раненого двойника господина Кочнева.

– Святое дело! – откликнулась Наташка. – Только у меня кто-то ключи от машины спер. Неужели вместе с печеньем птицам скормила? – промычала она, шаря рукой под сиденьем.

Я вытянула из кармана ключи и, звякнув ими, протянула подруге.

– Не ищи. Они у меня.

– О блин! А ты не знаешь, зачем я тебе их отдала? Впрочем, лучше не задумываться. И без того поводов свихнуться хватает. Так. Я предлагаю оставить машину на проезжей части и пешком отправиться к приемному отделению. Ты со мной, конечно, соглашаешься.

Через пару минут, когда мы с Наташкой нашли куда приткнуться, стало ясно, что у подруги сработали первичные навыки ясновидения, дара, которым она себя наградила самостоятельно. Что-то сродни самозванству, вызванному объективными причинами, основанными на прошлых злоключениях. Мы припарковались почти рядом со знакомым «черным бумером» и «Жигулями» пятой модели, совершенно не стеснявшимися соседства с лощеным «иностранцем». Ксения, зажав в кулаке какие-то листы бумаги, рыдала на плече у высокого светловолосого парня, стоявшего рядом с отечественным автомобилем. Высокий, ладно скроенный со спины (вид сзади) молодой человек осторожно поглаживал ее по голове и бормотал что-то утешительное. Личико нам, увы, так и не показал. Красавец мужчина, поигрывая ключами от машины, спокойно подпирал «БМВ», ожидая окончания сцены. Я сразу поняла свою ошибку, скорее всего, этот тип был простым водителем, а Буйковым Тимуром Георгиевичем являлся именно блондин из «Жигулей». И тут меня прямо холодный пот прошиб: Ксения говорила, что ее жених после исчезновения дяди стал руководителем фирмы. Там же работал Кочнев. Майка сетовала на гибель руководителя – он неделю назад вроде как утонул. Не остался ли Кочнев в Москве для того, чтобы помочь ему в этом нелегком деле? Алиби обеспечено турпоездкой. Помнится, в случае с исчезновением Горшковых у него тоже было алиби. И неужели Буйков чудесным образом всплыл? Как это говорится?… Ах да! Дерьмо не тонет. Нет, наверное, есть и другие объяснения.

Почувствовав легкий озноб, я слегка клацнула зубами. Наташка из солидарности вздрогнула. Тем временем Ксения оторвалась от плеча светловолосого, свободной от бумаг рукой вытерла глаза, шмыгнула носом и, громко приказав своему человеку возвращаться в офис, нырнула в салон «Жигулей». Блондин поторопился занять место водителя. На короткое время мелькнуло ничем особым не примечательное лицо. Разве только тем, что было уж очень озабоченное и нахмуренное. «Пятерка» тронулась с места, Наташка, не спрашивая у меня совета, рванула следом.

Ехали мы довольно долго. Судя по всему, Ксения не обманула. Ей действительно нужно было в сторону Волгоградского проспекта. Зачем? Мы с Наташкой перебрали несколько вариантов. Верным оказался мой – двойника Шурика перевели в другой стационар.

Въезд на территорию больницы допускался только по пропускам. Либо за отдельную плату, как пояснила опытная Наталья. Но мы с ней решили не светиться. Обоим казалось, что наша «Ставрида» уже в достаточной мере примелькалась «Жигулям», которые намеревались въехать в ворота. Свою машину мы оставили напротив въезда, но на другой стороне улицы и по пешеходному переходу рванули к воротам. У входа в приемное отделение скромно стояла зеленая «пятерка». Издалека было трудно понять, есть ли кто в машине. На всякий случай мы дружно развернулись и отошли на безопасное, с нашей точки зрения, расстояние.